Пустотник

ПЕРВОЕ ПИСЬМО

Приветствую тебя, дорогой Валерий!

Позволь мне сразу расхвастаться. Похоже, я приближаюсь к вершине своей карьеры. Уверен, что ТАКУЮ пещеру не доводилось еще исследовать ни одному спелеологу!))

Коллеги-то мои только пальцем у височка покручивали, когда я им говорил, что вычислил координаты места, где расположены «врата в нижний мир, из которого нет возврата», упоминаемые в целом ряде горских легенд. (Огромная тебе благодарность, кстати, что ты упомянул их однажды вскользь при нашей беседе, чем сразу же вызвал у меня вспышку энтузиазма, если ты помнишь.)

Ты – говорили коллеги мне – принял за целеуказание стереотипную метафору смерти, прижившуюся в многостолетних байках аборигенов, поскольку там и развлечься-то больше нечем!

Ну и кто теперь смеется последним, а?

Заподозренная горная терраса открыла мне (хоть и не с первой осады, да) узенький карниз, по коему смог я пробраться к почти мышиному лазу, заросшему цветущим кизильником, – к дыре, которая оказалась входом в тесный природный туннель, что привел меня…

Представь огромную полость, в которой бы уместился любой из местных поселков со всеми прилегающими лугами, полями, пажитями… Этакий вот гигантский… ПУЗЫРЬ в земле!

Прав старина Шекспир! Как там у него? «Земля, как и вода, содержит газы…» Да, попучило ее тут изрядно, нашу матушку землю! Но похваляться я собираюсь не только физическими масштабами открытия моего. Гигантское пространство исследуемой каверны оказалось набито странностями вот прям как ящик…

(чуть было не написал – Пандоры… с чего бы это?)

…как ящик фокусника.

Хотя бы взять ее сталактиты и сталагмиты. Да хоть и сталагнаты. Представь, они все как будто… ИЗВАЯНЫ. Словно кто-то кроме слепой природы приложил руку.

Хотя ни малейших признаков ручной обработки нет – это даже такой чайник в антропологии, как я, в состоянии констатировать. А, тем не менее, некоторые причудливые комбинации солевых натеков способны дать фору пожалуй даже скульптурам Эрмитажа и Лувра!

Представь, один из таких фантастических наплывов кальциевого карбоната предстал мне… МОРДОЮ ДЕМОНА. Ощерившегося, голодного и… какого-то прям ЯДОВИТОГО, я сказал бы…

СКАЗАЛ?! Да я невольно аж ВСКРИКНУЛ, мой дорогой Валерий, как только эту живоглотскую кувалдоподобную голову выхватил неожиданно свет моего налобного фонаря.

Однако экзотика спелеотемных форм это в данном случае вовсе – ВОВСЕ! – не основная странность. Уж ты поверь! Начнем хотя бы с того, что суффозионный процесс в этом карсте определяется НЕ изменениями напорного градиента подземных вод, если это вообще КАРСТ, а…

А, впрочем, на том и кончим)) Ведь я же помню, как ты пытался мне донести, Валерий, в чем разница между первичным этнорелигиозным нарративом и вторичной секулярной ситуационной быличкой, а я лишь тихо глазками хлопал. Мы оба с тобой, так скажем, крутые грибники, но собираем трофеи наши на полянках далековатых))

Попробую передать языком нормальным. Рост этой пещеры – а он чрезвычайно быстр – определяется взаимодействием таких факторов, которые, вроде как… взаимодействовать меж собою не могут. По крайней мере в природе мертвой, как утверждается это теорией геохимии-геофизики.

А это значит, что пахнет здесь уже пересмотром здравствующей ныне теории. Не просто лишь каким-нибудь дополнением или даже развитием…А ведь такое может потянуть и на Нобелевскую, а?

Прости, я наверное тебя уже утомил восторгами. Наивными и смешными, пожалуй, коль глянуть со стороны))

Но вот ведь что интересно, Валерий: мне есть уже и сейчас, с кем эту мою наивную восторженность разделить. Это… МЕСТНЫЕ ЖИТЕЛИ. Похоже, что они кожей чуют величие этой необычайной пещеры, под всею их малой родиной распростершейся.

Да что там, они в буквальнейшем смысле ОБОЖЕСТВЛЯЮТ ее. В античной Греции был «бог из машины», а здесь и ныне наблюдаю вот бога из ПЕЩЕРЫ, ну ты прикинь!

Хозяин дома, в котором я остановился, изменился в лице, когда за стаканом вина ответствовал я на его вопрос о цели прибытия моего в ихнюю глухомань. И пробормотал в усы что-то вроде: «таким не шутят»!..

Когда же я кроме шуток взгромоздил на спину любимый мой желтый короб от Петцля и потихоньку потопал через аул в направлении заветной тропинки – встречные, не поверишь, мне… в ноги кланялись! Долгим земным поклоном, какой у нас практикуют разве старообрядцы во время Всенощной.

Да и не просто встречные это были, Валерий! Люди целенаправленно высыпали из амранов (это местные дома, имеющие каменными не только стены, но крышу также – дольмены прямо у них какие-то! …если б не двухэтажные и огромные), образовали мне что-то вроде живого коридора, глаз с меня не сводили. А некоторые прикасались робко к моей одежде – на счастье? или как бы благословляя на что-то?

А из амрана самого крупного вышел один старик. Степенный, походка плавная… И он мне преподнес… рог вина.

И вот это удивило больше поклонов и коридора живого. Потому что с подношениями вина у них тут целая табель о рангах есть (приходилось уже совершать экспедиции в горные селения, так что в курсе). СТАКАНЧИК полагается здесь всякому гостю, хоть бы даже незваному. Если же гость особенно по сердцу хозяину, так тот ему поднесет КУВШИН. Однако вот чтобы РОГ… не всякому и аксакалу оказывается честь подобная! А чтоб не горцу, пришлому человеку…

Кому я, впрочем, это рассказываю? Если и существует лучший знаток обычаев различных народов, чем ты, Валерий, – так это уж точно будет какой-то лауреат нобелевский!

Итак, я удостоился чести великой и непонятной. Но самое удивительное, что стало сие лишь прелюдией дальнейших и бОльших странностей.

Логично было бы думать, что если уже отправление мое на научный подвиг родило у насельников этой земли энтузиазм столь великий, то к возвращению с результатами, способными на весь мир прославить обожаемую ими пустОту, они б и вовсе должны воздвигнуть мне триумфальную арку или ее какой-то эквивалент местный. А фигу вот! Граждане аула, напротив, не пойми с чего вдруг все разом стали меня чуждаться. Но это слабо сказать! Они – мужчины, женщины, дети – шарахаться просто начали от меня, словно от зачумленного.

Мои попытки заговорить, как-то прояснить ситуацию (чем обидел-то?!) игнорировались. Люди либо отворачивались и уходили, либо молча бросали колкий взгляд исподлобья и затем опускали глаза, сжав губы.

И было в этих взглядах не то презренье, не то… сочувствие даже некое, но такое, от коего самому хотелось вот развернуться да и пойти повеситься.

И только тот же самый старик удостоил меня общением хоть каким-то. Один единственный раз. Причем он явно специально выбрал момент, когда его соплеменников рядом не было. Быстро подошел и шепнул:

– Искатель, ты забыл сказать заветное слово: МАКЬЯНА. Лишь тот, кто громко произнесет его… ТАМ – и услышит эхо – только такой останется с матерью-грибницей навечно. Запомни слово.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.