Нематериальные

НЕМАТЕРИАЛЬНЫЕ

Пролог

Три гигантские зеркальные пирамиды возвышались в центре крупнейшего мегаполиса Земли, а рядом с ними, покрытые каплями недавнего дождя, переливались десятки небоскребов.

По улицам метались люди, наталкиваясь друг на друга, как насекомые в закрытой банке. Бегущие спотыкались, падали, и толпа, уже не в силах остановить движение, затаптывала тех, кто не успел подняться.

Охваченная паникой, по улице бежала женщина. В какой-то момент она оторвалась от толпы и свернула в переулок, но сразу же налетела на мужчину. Тот стоял, согнувшись, в попытке преодолеть судороги, сотрясающие его тело. И тут он внезапно исчез – будто растворился в воздухе… Только одежда его темным пятном мягко опустилась на землю.

От ужаса женщина схватилась за голову и завизжала так неистово, что от ее крика содрогнулись стекла в домах. Спустя мгновение она ринулась вперед, но, сделав лишь несколько шагов, тоже исчезла. Ветер, будто ожидая этого, подхватил ее тонкий пестрый халат и, пронеся пару метров, опустил на землю. А через несколько секунд это яркое пятно затоптала оголтелая толпа бегущих жителей. Но и им не удалось спастись. Они исчезали один за другим, и вскоре в этом месте никого не осталось.

Бегущих людей становилось все меньше и меньше. Они исчезали поодиночке и целыми группами, оставляя после себя единственный след – одежду, лежащую на тротуарах.

Крики слышались все реже, пока не прекратились вовсе. Еще некоторое время раздавались звуки автомобильных сигнализаций, да и те постепенно утихли.

Улицы опустели. Город погрузился в небывалую тишину… То же произошло и в других секторах планеты.

Так цивилизация на пике расцвета завершила свое существование.

Годы, века и тысячелетия не щадили того, что от нее осталось. Небоскребы разрушались, превращаясь в пыль, а дикие кусты и деревья заполоняли то, что когда-то было улицами, площадями и парками. Былое великолепие сменилось песчаными барханами, а буйная растительность, иссохнув, оставила после себя лишь редкий колючий кустарник.

И только величественные пирамиды выстояли под натиском веков. Их зеркальная облицовка исчезла, но сами они неизменно возвышаются над пустыней, надежно храня тайны исчезнувшей цивилизации.

Глава 1

Макс Ландау

Во время тренировок Макс Ландау называл себя «Бестелесным». Сейчас он перемещался сквозь бетонные стены на двадцатом этаже недостроенного небоскреба, а в его разуме шел обратный отсчет: пятьдесят девять, пятьдесят восемь, пятьдесят семь…

Меньше чем через минуту его тело снова станет материальным. И можно будет сделать очередную заметку: достигнут новый временной предел нематериальности – тридцать минут.

Пройдя сквозь очередной бетонный блок, Макс оказался в просторном холле, с трех сторон ограниченном стенами. Четвертую стену в будущем предполагалось застеклить, превратив ее в панорамное окно. А пока вместо нее зияла пустота. Отсюда открывался прекрасный вид на квартал, и панорамное окно здесь было бы как нельзя к месту.

Но совершенно не к месту здесь был рослый рыжебородый мужик. Он стоял у самого края, и ветер, гулявший по открытым этажам, трепал его волосы.

– Все люди грешны, – произнес мужик и с презрением сплюнул в пропасть.

Перевалило за полночь, и тусклые огни по периметру недостроя постепенно таяли в густом тумане, окутавшем Нью-Йорк.

Под ногами у здоровяка валялся фонарь. Он поправил его носком грязного ботинка, и яркий свет залил бетонный пол, на котором лежала связанная девушка. Ее длинные светлые волосы беспорядочно разбросались по полу. Изо рта торчал кляп – шарик, который иногда используют любители нестандартного секса. Рукав розовой куртки был разорван. Руки, крепко связанные веревкой, побелели, и она то и дело шевелила ими. На талии и бедрах была закреплена страховочная система, какую обычно используют альпинисты или спортсмены на веревочных трассах, а к страховке мощным карабином крепился толстый канат. Край каната держал рыжебородый. Перебросив толстую веревку через крюк в потолке, он крепил его сейчас к такой же страховочной системе, которую надел на себя. Покончив с этим, он пропустил канат через ролик на поясе и несколько раз дернул. Трос свободно ходил по ролику, при этом прочно удерживался блокирующим механизмом. Рыжий довольно хмыкнул.

На вид девушке было не больше семнадцати. Она периодически всхлипывала, а округлившиеся влажные глаза переполнял страх.

Здоровяк подхватил девушку за страховку, приподнял, словно тряпичную куклу, и придвинул еще ближе к краю – так, что ее голова оказалась прямо над пропастью.

Макс отпрянул. На мгновение он даже забыл, что находится в нематериальном состоянии и никто не может его видеть.

Сорок два, сорок один, сорок… Время нематериальности истекало.

Девушка что-то замычала, а ее волосы подхватил ветер, растрепав еще сильнее.

– Все мы грешны, и это нормально, – прохрипел рыжий, натягивая веревку, соединяющую его с девушкой, и наматывая свободный край на левую руку. – Но, когда грехи накапливаются, от них нужно избавляться, например ходить на исповедь. Или же… нести за них наказание.

Девушка задергалась, закрутила головой и замычала. Тушь вперемешку со слезами заливала ей глаза, отчего они еще больше слезились. Не обращая на это внимания, рыжий здоровяк продолжал монолог.

– Исповедоваться ты не захотела, поэтому мне приходится делать это насильно. Согласись, я долго ждал… Но в очередной твой грешный день нервы мои не выдержали… – Он сделал паузу, внимательно наблюдая за девушкой, которая с ужасом смотрела в черную пропасть. – Давай так, – продолжил рыжебородый, – не хочешь каяться, не надо. Я знаю твой самый страшный грех. Ты их просто перечисляй, а когда расскажешь о самом страшном, это и будет твоим раскаянием. Тогда я отпущу тебя. Договорились?

Девушка замотала головой и снова замычала.

Мужчина разочарованно вздохнул и закатил глаза.

– Ну вот… Опять будешь говорить, что ты ни в чем не виновата? Видимо, ты меня не поняла.

Он снова нагнулся, подхватил ее за страховку и приподнял. Будучи раза в три крупнее, он с легкостью придвинул девушку еще ближе к краю, отчего верхняя часть ее тела зависла над бездной.

Девушка задергалась интенсивнее, пытаясь отодвинуться от края, но на ее живот опустился тяжелый ботинок рыжебородого, прижав к полу. Теперь она не могла даже пошевелиться.

– Итак…

Девушка отчаянно закивала. Рыжий ухмыльнулся и потянул ее назад, уложив на прежнее место. Прикоснулся к нежной влажной щеке, отчего девушка оцепенела, а в глазах ее застыл ужас. Здоровенная рука медленно опустилась на шею и замерла. Рывком здоровяк выдернул кляп.

– Я скажу… Все скажу… – зазвучал звонкий срывающийся голос.

Здоровяк улыбнулся и опустился на корточки рядом.

– Мой грех… мой страшный грех в том, что я не послушалась тебя и… и… не пришла в твою церковь.

Мужчина приподнял брови и громко рассмеялся.

– Да что ты! Какой же это грех? Это просто глупость. Не вини себя за это.

– Пожалуйста, отпусти меня! Я же тебе ничего не сделала!

– Назови свой самый страшный грех, – продолжал рыжий. – Я просто хочу тебе помочь. Ну?

Девушка снова всхлипнула.

– Я… я переспала с учителем химии перед экзаменом.

Глаза ее блеснули, а губы искривились. Она отвела взгляд в сторону и снова заплакала.

– Видишь? Тебе наверняка стало легче, – произнес рыжий.

Девушка закивала.

– Ну вот… Жаль только, что ты не назвала свой самый страшный грех.

– Я назвала.

– Нет, не назвала. Я не это ожидал от тебя услышать. – Голос его стал тише. – Пойми, я лишь выполняю свою миссию. Помнишь символ моей церкви?

– Да, помню… Паук.

– Умница. Паук. Космический творец, великий прядильщик, создающий ткань мира. Богов он сопровождает как советчик… Но… ты же не богиня? Наверное, поэтому так до церкви и не добралась.

Макс вспомнил: его ассистент, Эдди, уже давно посещает церковь, которую называет Церковью Грехоизбавления. Он неоднократно рассказывал о ней, и сейчас Макс вспомнил эти рассказы. Уж больно они напоминали философию рыжебородого…

– Ты хочешь меня убить? – Голос девушки сорвался на крик.

– Зачем? – произнес рыжебородый, приподнимая брови. – Хотя… думаю, ты и так уже видишь, насколько бренно и уязвимо перед лицом смерти то, что ты называешь своей жизнью. Твое грешное существование…

Он опять приблизился к ее лицу и, схватив за волосы, приподнял белокурую голову. Девушка скривилась от боли.

– Назови свой грех, Хлоя… – прохрипел рыжебородый.

– Я… я…

– Говори! – крикнул он ей прямо в лицо, отчего из ее глаз брызнули слезы, и она зажмурилась.

– Я переспала… с двумя одноклассниками…

Он отпустил ее волосы и отпрянул.

– С двумя? Одновременно?

Она кивнула.

– И что тебе это дало? Ты почувствовала себя более счастливой?

Она отрицательно замотала головой.

– Свободной?

– Нет, – произнесла она всхлипывая.

– Ладно. В любом случае это не то…

Рыжебородый приподнялся и снова подхватил девушку за страховку.

– Нет! Нет! – истошно закричала она.

Не обращая внимания на мольбы, он грубо подтащил ее к краю и, еще раз проверив веревку, пропущенную через крюк в потолке и закрепленную на поясе, резко пнул жертву.

Раздался вскрик, тело девушки перевалилось через край и повисло между этажами. Единственное, что удерживало ее сейчас, это блок-ролик на поясе рыжебородого.

Здоровяк крепко удерживал канат, переброшенный через плечи. Несмотря на то, что он был намного крупнее и сильнее девушки, ему, тем не менее, пришлось хорошенько упереться в пол, чтобы удержать ее.

Макс материализовался и теперь, стоя за бетонной перегородкой, лихорадочно искал решение. Как противостоять этому маньяку? Как ему помешать?

Немного подумав, он рванул к лестнице, спустился и оказался в таком же помещении, но этажом ниже.

Девушка беспомощно болталась на канате, удерживаемая страховочным поясом, а канат терся о бетонное перекрытие и скрипел.

– Я подниму тебя, если ты расскажешь о своем самом страшном грехе! – раздался голос сверху.

Канат снова заскрипел, и девушка на несколько сантиметров поднялась вверх.

– Назови! – требовал рыжебородый.

Хлоя отчаянно закричала.

– Не ори! Тебя все равно здесь никто не услышит! Говори!

Раздался жуткий скрежет, и Хлоя резко опустилась, рефлекторно взмахнув руками и вскрикнув. В темноте не было видно ее лица, но Макс явно ощущал весь тот ужас, который она испытывала.

– Я согласилась, чтобы мой парень фотографировал меня голой! – выкрикнула Хлоя. – Подними! Подними меня!

Еще один рывок, и девушка снова резко опустилась, оказавшись в метре от уровня пола, где сейчас стоял Макс. Она раскачивалась, словно маятник, оказываясь то над полом, то над пропастью, а канат, удерживаемый рыжебородым, все скрипел.

– Да, я гляжу, ты та еще шлюха! – протянул здоровяк. Его не было видно, но голос, низкий и громкий, слышался отчетливо. – Давай! Еще пара попыток, и покончим с этим!

– Я не знаю! Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать! – воскликнула Хлоя и снова разразилась рыданиями. – Я украла у тебя пятьдесят долларов!

– Девочка моя! Все это не то… – протяжно проговорил рыжий и, помедлив, продолжил: – Ты должна кое-что знать. Послушай еще малость о нашей церкви. Тебе не помешает. Паук умеет перемещаться даже в воздухе. Для нас это связь с небом и богами. Именно поэтому мы рассматриваем паука как посредника между мирами. И поэтому он служит проводником души в ее посмертном путешествии к небу или в подземный мир. Мы здесь выполняем его работу… работу Паука…

Покачиваясь, Хлоя всхлипывала.

– Ты ведь уже поняла, что сегодня я – твой проводник. И если будешь хорошей девочкой и покаешься, то проживешь еще долго.

Внезапно Хлоя уловила движение и, приподняв голову, присмотрелась. Из темноты показался молодой человек в джинсах и жилетке. Он прижимал палец к губам, а на его запястье светился необычный браслет.

Сверху снова послышался голос рыжебородого.

– Ты так и не осознала свой самый страшный грех!

Макс осторожно ухватил девушку за куртку и подтянул к себе, жестом показав, чтобы она продолжала говорить.

– Что ты хочешь услышать? – крикнула Хлоя.

– Твой самый страшный грех, – раздался голос в ответ, – в том, что ты заставила меня грешить! В том, что ты выставляла напоказ свое сочное тело, что ты не стеснялась меня!

– Но ты же мой опекун! Я доверяла тебе как отцу, я бы никогда не подумала, что…

Наверху послышался шорох, и веревка зашевелилась. Макс и Хлоя замерли. Видимо, рыжий присел, устав стоять.

– Ты – тварь и шлюха! – продолжил он. – Я думал о тебе, был с тобой в мыслях тысячу раз! Это мой грех, и он не дает мне покоя! И никакая исповедь мне не поможет!

Макс достал из кармана жилетки складной ножик и принялся резать веревку. Но маленькое лезвие только скользило по упругому канату, почти не нарушая его целостности. Несмотря на это, Макс продолжал. Медленно, но у него все же получалось. Канат стал рваться в том месте, где ножик соприкасался с веревкой.

– Эй, ты что там замолкла? – встрепенулся рыжий и одновременно дернул за канат.

Хлоя испуганно вскрикнула и рефлекторно ухватилась за Макса.

– Помоги мне, пожалуйста! – прошептала она.

Макс поднял взгляд и, увидев в ее глазах мольбу, с новой силой принялся пилить упругий канат. Половину он уже осилил, оставалось еще немного.

Очередной резкий рывок потянул девушку к краю, и Максу пришлось применить всю силу, чтобы удержать ее.

– Ах ты сука! – завопил рыжебородый, перегибаясь вниз. – Думаешь, я дам тебе сбежать, шлюха?

Буквально сразу же сверху свесились его ноги. И, пару раз качнувшись на руках, он спрыгнул вниз.

Ему не хватило совсем немного. Возможно, если бы здесь было чуть больше света, он лучше бы рассчитал усилия и оказался рядом с Максом. Рискованно, но получилось бы.

Но рыжий поторопился. Его ноги, едва соприкоснувшись с полом, заскользили и, оторвавшись от поверхности, провалились в бездну, увлекая за собой громоздкое тело.

Для Макса все произошло словно в замедленном кино: рыжий спрыгнул, не удержался, потерял равновесие и соскользнул с бетонного пола. Напоследок его руки ухватились за край, но пальцы не нашли опоры, и, издав звук, похожий на вздох, он полетел вниз.

Канат, после его прыжка оказавшийся на полу, стал быстро разматываться. Хлоя увидела это, и в ее глазах мелькнула тень – тень глубокой скорби и смирения.

– Нет!.. – выкрикнул Макс, сжав ее руку.

Но мощная сила оторвала девушку от него, неумолимо потянув вниз, вслед за рыжебородым.

Макс шагнул к краю. Его сердце разрывалось. Он видел, как падает Хлоя, увлекаемая в пропасть здоровяком, но не мог этому помешать. И это падение казалось ему бесконечным.

Оцепенев, он провожал девушку взглядом до тех пор, пока ее не поглотила темнота.

Через мгновение все закончилось. До Макса только донесся слабый звук от падения – звук неизбежности… Звук тихого дыхания смерти, которую он не смог предотвратить.

Макс посмотрел на браслет, которому когда-то давно дал название Переключатель, и пробежался по нему пальцами. На маленьком экране, похожем на циферблат электронных часов, загорелись цифры.

Спустя миг Макс снова стал бестелесным.

Глава 2

Переключатель

– Ну пожалуйста! Мы ведь уже столько времени работаем вместе! Почему ты мне не даешь попробовать? Не доверяешь? Почему?

На офисном диване, опираясь локтями в колени, а пальцами потирая лоб, сидел Макс. Он сосредоточенно смотрел на говорившего, но будто не слышал его. Внимание Макса осталось там, где совсем недавно произошло непоправимое, которое всю минувшую ночь и весь казавшийся бесконечным день ни на минуту не давало ему покоя.

А неопрятный парень лет двадцати пяти в очках и несвежей рубашке, расстегнутой на груди, тараторил без устали. Его слова словно издалека долетали до ушей Макса и отзывались в голове приглушенным эхом. Но эти звуки сейчас для него не имели никакого смысла, точнее, он не мог его уловить, хотя пристально смотрел на собеседника. Для Макса смысл имело лишь событие, которое уже не изменить, – девушка, которую не вернуть… И мысли об этом навязчиво крутились в голове, вызывая пульсирующую боль.

– Эй, Макс! Ты вообще здесь?

Парень в очках приблизился и несколько раз щелкнул пальцами перед носом Макса. Тот отмахнулся, словно от назойливого насекомого.

– Здесь я, здесь.

– Да что с тобой происходит? – Эдди отступил и продолжил, уже повышая голос, при этом его брови под толстыми стеклами очков смешно сдвинулись. – Я уже который раз тебя спрашиваю, чего ты боишься? Ну что может случиться? У тебя куча всяких настроек на Переключателе! Он у тебя закодирован, и никто, кроме тебя, не может им воспользоваться. Просто выставляешь таймер, и все! Ну куда я с ним денусь?

– Да не в этом дело, Эд…

Макс уставился в пол, потирая виски, и перед ним всплыл образ рыжебородого из Церкви Грехоизбавления. Эдди рассказывал Максу об этой церкви. Судя по его воодушевленным историям, приверженцы ее были людьми духовными и верили в давние легенды о мудрости «паука-создателя, плетущего нити мироздания». Однако ночная история с фанатиком и его юной жертвой никак не вписывалась в светлые теории последователей Церкви Грехоизбавления.

– А в чем? В чем? Мы уже давно закончили работу, браслет исправен, все функции протестированы, причем протестированы тобой!

Изо рта Эдди вылетела капля слюны, но он этого даже не заметил, а увлеченно продолжал и, словно в подтверждение своих слов, тыкал пальцем в грудь Макса.

Тот отвел от себя его руку.

Отойдя в сторону, Эдди стал вышагивать, измеряя небольшое пространство офиса, в котором из мебели находились лишь диван, рабочий стол и несколько шкафов.

– Это опасно, – произнес Макс. – Что-то может пойти не так… К тому же ты еще не завершил тренировки…

– Да я уже давно все завершил!

– Нет, не все, – настаивал Макс. – Ты прекрасно контролируешь минутный интервал, но пять и десять минут – не всегда.

– Да ладно тебе! – Эдди заискивающе улыбнулся, взял со стола смартфон и ткнул в экран. – Вот, смотри! Это мои тренировки. Ты сам вел протоколы.

– Знаю, вижу. Но там нет стопроцентных показателей. А нам нужен именно стопроцентный контроль интервалов.

– Да вот же, смотри, здесь и здесь. – Эдди взволнованно тыкал пальцем в экран, оставляя на стекле жирные отпечатки. – Что тебе еще надо?

– Я повторяю, нам нужны стопроцентные показатели. К тому же…

– Что «к тому же»?

– Ты прекрасно знаешь, чем может закончиться эксперимент, если не все учтено.

Лицо Макса порозовело, глаза блеснули, отразив смутное воспоминание, которое, подобно бабочке, выпорхнуло из случайно раскрытого спичечного коробка, но затем снова потускнели, отправляя воспоминание обратно в лабиринты памяти.

Эдди нервно швырнул смартфон обратно и, сузив глаза, продолжил, чеканя слова:

– Все. Давно. Учтено. Мы работаем вместе уже много лет. Все это время я во всем помогал тебе. Конечно, это наработки твоего отца, да и твои тоже. У вас же династия ученых, да? – Эдди усмехнулся. – А я простой программист, да?

– Перестань…

– Да ладно тебе, – не унимался Эдди. – Тебе нужна была моя помощь, ведь без нее эти разработки ничто! И я по-дружески помогал тебе, разрабатывал все эти программные коды. Ты бы давно уже разорился, если посчитать, сколько стоит такая работа! Но я же ничего не брал! Мы ведь друзья! И вот твоя благодарность? – голос Эдди сорвался.

– Послушай… – смягчился Макс.

– Нет, это ты послушай! – перебил его Эдди, яростно сверкая глазами и брызжа во все стороны слюной. – Ты только не думай, что я и дальше буду терпеть такое отношение! Я уже давно прошу тебя всего лишь дать мне испытать Переключатель! Всего лишь попробовать! Пять-десять минут, не больше! Но нет, ты боишься, ты почему-то не доверяешь мне, несмотря на долгие годы совместной работы и мою преданность! Да любой нормальный человек на моем месте уже давно бы свалил! Ты что, думаешь, что я бесконечно буду терпеть твое пренебрежение? Ты думаешь, что я не уйду и не смогу сам разработать Переключатель?..

Он замолк, и Макс заметил злорадный лихорадочный блеск в его глазах.

– Успокойся, – прервал напряженную паузу Макс. – Не надо думать, что я тебе не доверяю. Дело не в этом… Просто у меня был вчера тяжелый день.

Молча кивнув, Эдди отошел к столу.

– Ну хорошо. Давай попробуем… – согласился Макс.

Эдди оживился.

– Всего десять минут. – Макс приподнял руки и растопырил пальцы, словно это должно было в чем-то убедить Эдди. – В конце концов тебе нужно четко понимать, как работает Переключатель.

– А для этого мне нужно его испытать, – завершил Эдди, довольно улыбаясь. – Спасибо, друг! Я так тебе благодарен!

Глаза Эдди жадно следили за браслетом, который Макс снимал с руки.

– Только, прошу тебя, будь осторожен. Я выставляю десять минут, – легкими прикосновениями к циферблату Макс ввел в Переключатель нужные настройки, – теперь одежда…

Макс направил Переключатель на Эдди и просканировал его невидимым лучом. От счастья и нетерпения тот переминался с ноги на ногу и уже протягивал руки к заветному прибору. Макс заканчивал с настройками.

– Теперь все. Надевай.

Эдди взял Переключатель и застегнул браслет. Правда, не с первой попытки.

– Я волнуюсь немного, – будто оправдываясь, произнес он.

– Не волнуйся. Главное, контролируй время. А лучше возвращайся немного раньше. Хорошо? – инструктировал Макс, открывая один из стеллажей и вынимая оттуда небольшой прямоугольный футляр, из которого извлек очки с голубоватыми стеклами.

– Ну, давай.

Эдди кивнул и в ту же секунду исчез.

Макс надел очки, и перед ним появилась фигура, переливающаяся всеми оттенками синего цвета. Дематериализованный Эдди удивленно оглядывал то, что только что было его руками и ногами. Перестав наконец разглядывать отсутствующие конечности, он неуверенно приблизился к стене и, помедлив, потянулся к ней. Синие очертания рук слились со стеной, а потом провалились внутрь. Мгновение – и за стеной исчез и их обладатель.

Удивительно. Тело нематериально, а ощущения еще какие яркие! Эдди переполняли эмоции. Невероятные метафизические возможности прибора, над которым он работал с Максом уже несколько лет, теперь можно было прочувствовать во всей их полноте. И это было не сравнимо ни с чем. Каждая стена, сквозь которую он проходил, будто становилась частью его самого, и в эти моменты он чувствовал себя почти богом. Да что там говорить! Он сейчас БЫЛ богом! Попирая все физические законы, он, Эдди, проходил сквозь стены и мог видеть то, что они скрывают. В основном, в этом небоскребе находились офисные помещения, и Эдди перемещался по ним, осваивая новые возможности.

Оказавшись в одном из офисов, он обнаружил там клерка, скучающего над бумагами. Эдди остановился. Немолодой мужчина лениво набирал что-то на компьютере. Зная, что в помещении один и чувствуя себя совершенно раскованно, он вдруг откинулся на спинку кресла и раскатисто отрыгнул.

Эдди не стал задерживаться и поспешил переместиться в соседнее помещение. Пустое и темное, оно ничем не привлекло внимание нематериального посетителя, и он отправился дальше.

Пройдя еще несколько подобных комнат, Эдди оказался в длинном коридоре с одинаковыми дверьми, отличавшимися друг от друга лишь табличками.

Со стороны лифтов вдруг послышался стук каблуков. Обернувшись на звук, Эдди увидел в просвете коридора женский силуэт. Стук каблуков то ускорялся, то замедлялся.

Вплотную приблизившись к Эдди, она буквально наскочила на наблюдавшего, заставив его забыть о своем нематериальном состоянии и шарахнуться в сторону.

Высокая темнокожая красотка торопливо прошагала мимо, выписывая чудные зигзаги крутыми бедрами и звонко цокая каблуками, при этом завитки длинных волос игриво подпрыгивали на плечах в такт ее шагам.

Эдди устремился за ней.

Приблизившись к массивной металлической двери с табличкой «Модельное агентство „Белый локон“», девушка поднесла пластиковую карту к дверной ручке. Дверь отворилась и автоматически закрылась с еле слышным щелчком. Эдди проник вслед за девушкой сквозь толщу металла, не переставая удивляться отсутствию преград для нематериального тела.