Одна умная черная кошка

— Ты… — он замолчал, подбирая слова. — Ты только что активировала его?

Хенна заморгала. Медленно, с достоинством.

— Мяу, — произнесла она тоном, который ясно говорил: «Да, я. И что?»

Маг отложил амулет на стол и откинулся на спинку стула. Он смотрел на неё долгим, изучающим взглядом — уже не тем, каким смотрят на забавную уличную кошку. Теперь в его глазах читалось нечто иное. Настороженность. Любопытство. И, кажется, лёгкое беспокойство.

— Обычные кошки так не умеют, — сказал он тихо, почти себе под нос. — Даже очень умные.

Он наклонился вперёд, опираясь локтями на стол, и теперь его лицо оказалось совсем близко. Хенна почувствовала запах трав — полыни, мяты, ещё чего-то горького.

— Кто ты такая? — спросил он — И как ты оказалась на моей улице?

Он ждал ответа. Хенна смотрела на него, чувствуя, как воздух в комнате становился плотнее — он собирал магию, сам того не замечая, или замечая, но не показывая вида. Тишина затягивалась. Свеча на столе потрескивала, и тени плясали по стенам. Хенна наклонила голову и посмотрела на мага своими зелёными глазами, в которых застыло выражение абсолютного кошачьего непонимания.

— Мяу? — переспросила она с таким искренним недоумением, словно он только что спросил её об устройстве вселенной.

Внутри же всё сжалось. «Чёрт, чёрт, чёрт. Он же сейчас меня раскроет. Вот дура. Тоже мне, кошка. Надо было просто сидеть и делать вид, что я обычное животное. Нет, мне же приспичило поиграть с его амулетом».

Маг не сводил с неё взгляда. Он ждал. В комнате стало тихо — настолько, что было слышно, как потрескивал фитиль свечи.

Хенна медленно встала на все четыре лапы, с наслаждением потянулась, выгибая спину дугой. Затем, словно её совершенно не волновало происходящее, она резко развернулась, и пушистый хвост прошёлся по лицу мага, задевая кончик его носа.

— Чих! — не удержался маг.

А Хенна уже спрыгнула со стола, мягко приземлилась на пол и одним лёгким прыжком оказалась на подоконнике. Она уселась, повернулась к нему спиной и с самым безразличным видом принялась вылизывать лапу. Мол, я вообще тут ни при чём. Я просто кошка. Кошка, которая умывается. Ничего необычного.

Маг потёр переносицу и посмотрел на неё с выражением, в котором смешивались раздражение, недоверие и — что удивительно — лёгкая усмешка.

— Ты издеваешься, — обреченно сказал он. Хенна не обернулась. Она продолжала вылизывать лапу, старательно делая вид, что не слышит. Или не понимает. Или и то, и другое. Он встал из-за стола и подошёл к окну. Хенна краем глаза заметила его тень, но не прервала своего занятия. Маг остановился в полушаге от неё, скрестил руки на груди и посмотрел сверху вниз.

— Ладно, — произнёс он наконец. — Допустим, ты просто очень умная кошка. Такое бывает. Я видел магов, которые держали фамильяров с куда большим умом.

Он сделал паузу.

— Но амулеты они не активируют.

Хенна замерла на мгновение, но тут же возобновила умывание, словно ничего не произошло. Сердце колотилось где-то в горле, но она не подавала виду.

Маг вздохнул и отвернулся к столу.

— Ладно, — повторил он, и в голосе его послышалась усталость. — Оставайся. Но если ты всё-таки не просто кошка… — он обернулся и посмотрел на неё с прищуром, — то рано или поздно ты себя выдашь. А я буду ждать.

Он сел обратно за стол, взял амулет и принялся рассматривать его при свете свечи, время от времени поглядывая на чёрный силуэт на подоконнике. Хенна смотрела на луну, и в голове у неё проносился вихрь мыслей. Ладно. Если он уже заподозрил, что она не просто кошка, то притворяться дальше было бессмысленно. Но раскрывать, что она дикая ведьма, — самоубийство, ведь любой маг академии попытался бы убить ее на месте. Нужна была легенда. Что-то, что объяснит её разумность, но не выдаст её истинную сущность. Она медленно повернулась, всё ещё сидя на подоконнике. Лунный свет серебрил её чёрную шерсть, делая зелёные глаза почти светящимися. Маг поднял голову от амулета, и в его взгляде мелькнуло настороженное ожидание.

— У меня отец такие амулеты продавал, — сказала она спокойным, чуть мурчащим голосом. — Это просто безделушка.

Голос прозвучал непривычно — она давно не говорила по-человечески. Но слова легли ровно, без дрожи. Она смотрела прямо на него, и в её взгляде — вызов пополам с усталостью.

Маг замер. Секунду он просто смотрел на неё, переваривая услышанное. Затем медленно отложил амулет на стол и скрестил руки на груди.

— Так, — произнёс он с расстановкой. — Значит, говоришь.

— Ну должна бы, конечно, мяукать — Хенна наклонила голову, и в её голосе проскользнули знакомые нотки сарказма. — Я, между прочим, человек. Была. Пока одна ведьма не решила, что кошкой я буду симпатичнее.

Она сделала паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе. Легенда выстраивалась сама собой — полуправда, приправленная деталями, которые он не сможет проверить, даже если захочет. Врать Хенна умела почти так же хорошо, как варить зелья: безупречно, если не считать побочных эффектов.

— Меня зовут Хенна. Моя семья торговала магическими безделушками на рынке в Нижнем городе. Я помогала. А потом появилась старая ведьма, которой не понравилось, что я не сбиваю цены.

Маг слушал, не перебивая. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькало любопытство. Он не верил ей до конца — это было очевидно. Но он и не отмахивался.

— И ты хочешь, чтобы я поверил, что ты просто жертва обстоятельств? — спросил он наконец.

— Во что верить, решай уже сам, — поправила его Хенна.

Она вздёрнула подбородок с той безупречной надменностью, которую не способно скрыть даже кошачье обличье. Гордость ведьмы не пропьёшь и в шерсти не спрячешь.

Маг молчал. Он долго изучал её взглядом, словно взвешивая каждое сказанное слово на невидимых аптекарских весах.

— Допустим, я верю, — тишину комнаты нарушил его спокойный голос. — Но что ты планировала делать дальше? Искать ту ведьму? Снимать чары?

Хенна молчала, глядя на серебристый диск луны. Она не знала, что ответить, но её молчание само по себе было ответом. Маг вздохнул, провёл пальцем по корешку одной из книг, задумчиво посмотрел в сторону и лишь затем повернулся к ней.

— Допустим, я соглашусь, что ты человек, — сказал он медленно. — Допустим, я поверю в ведьму, которая тебя прокляла. Но есть одна проблема.

Он выдержал паузу, и Хенна почувствовала, как воздух в комнате становился тяжелее.

— Я маг Академии, — произнёс он. — И по уставу я обязан сообщить о любом проявлении дикой магии. А разумная кошка — это проявление, согласись.

Хенна замерла. Её хвост перестал двигаться, и она посмотрела на него в упор, не моргая.

— Ты сообщишь? — спросила она, и в её голосе не было страха — только холодная настороженность.

Маг криво усмехнулся и покачал головой.

— Если бы я собирался, уже сообщил бы. Амулет на поясе — не просто украшение. Он связан с Академией. Достаточно было нажать на руну, и через минуту здесь была бы целая делегация.

Он сел на край кровати, и теперь они оказались почти на одном уровне — маг на низком матрасе, кошка на подоконнике.

— Но я не сообщил, — продолжил он. — Потому что мне интересно.

Хенна прищурилась.

— Интересно?

— Интересно, — произнёс он — Ты говоришь, что торговала безделушками. Что помогала отцу. Но ты знаешь, как работает защитный амулет. Это не просто «безделушка». Такие не продают на рынках нижнего города.

Хенна молчала. Она прокручивала в голове свои слова и понимала, что прокололась. Но отступать было поздно.

— Я видела такие раньше, — сказала она осторожно. — У клиентов.

— Клиентов, которые носят форму Академии? — Маг поднял бровь. — И конечно, каждый из них активировал его при тебе.

Она посмотрела на него, и в её зелёных глазах мелькнуло раздражение.

— Слушай, ты решил меня допрашивать или всё-таки хочешь услышать историю до конца?

Маг скрестил руки на груди и недоверчиво покачал головой.

— Ладно. Рассказывай свою историю. Я слушаю.

В лунном свете он выглядел почти обычным человеком — не магом из страшной Академии, а просто усталым парнем, который засиделся допоздна.

Хенна сделала глубокий вдох. Легенда должна была быть убедительной. Она перебирала в голове детали, которые уже озвучила, и решала, что добавить.

— Моя семья держала лавку на улице Кузнецов, — начала она. — Мы торговали амулетами, оберегами, зельями для бытовых нужд. Ничего запрещённого. Отец получал лицензию каждый год, платил налоги, кланялся Академии.

Она сделала паузу, собираясь с мыслями.

— Однажды к нам пришла женщина. Старая, в тёмном платке, с глазами, которые смотрели сквозь тебя. Она хотела купить амулет превращения, но отец сказал, что такой товар только по лицензии Академии. Ей это не понравилось.

Голос Хенны стал тише.

— Она прокляла его. На месте. Я пыталась вмешаться, и она обратила свой гнев на меня. Сказала: «Будешь кошкой, пока не научишься уважать старших».

Маг слушал, не перебивая. Его лицо оставалось спокойным, но пальцы, лежащие на колене, слегка сжались.

— И с тех пор ты кошка? — спросил он. – А отец?

— Отец тогда три дня пролежал в горячке, а потом его не стало. А я, да, с тех пор собираю блох и питаюсь грызунами — подтвердила Хенна — Я искала её, но она исчезла. Как сквозь землю провалилась.

Она закончила рассказ и мысленно усмехнулась сама себе: «Ну и горазда врать, Хенна. Аж сама поверила». Она действительно почти поверила — так складно всё вышло, так гладко легли детали одна к другой. Но в глубине души она знала: эта история держалась на честном слове и одной удаче.

Она смотрела на мага, ожидая его реакции. Он молчал, и в этом молчании было что-то напряжённое. Его пальцы перестали сжиматься, он провёл ладонью по лицу, словно снимал усталость, и поднял на неё взгляд.

— Красивая сказка, — сказал он наконец. — Почти убедительная.

Хенна не двигалась. Она ждала продолжения, но маг просто покачал головой и встал с кровати.

— Я не знаю, кто ты на самом деле, — сказал он, — но ты явно не та, за кого себя выдаёшь. И знаешь что? Мне плевать.

Хенна заморгала. Она не ожидала такого поворота. Обычно «плевать» было последним словом в разговоре с ней, а не первым.

— Плевать? — переспросила она.

— Абсолютно, — он пожал плечами. — Академия и так достала меня своими правилами. Я не собираюсь становиться их ручным псом. Если ты не убиваешь людей и не взрываешь кварталы, мне нет дела до твоих секретов.

Он протянул руку к полке, достал оттуда небольшой мешочек и бросил его на кровать. Из мешочка выкатились несколько сушёных ягод и кусочек вяленого мяса.

— Ешь, — сказал он. — Завтра будет новый день. А там посмотрим.

Хенна посмотрела на угощение, потом на мага, потом снова на угощение. Она всё ещё не доверяла ему, но голод брал своё. Она осторожно спрыгнула с подоконника, подошла к кровати, запрыгнула и, поколебавшись, принялась за еду.

Маг наблюдал за ней, стоя у стола. Он не делал резких движений, не пытался её схватить или запереть. Он просто стоял и смотрел, и в его взгляде читалось любопытство — чистое, почти детское.

Хенна доела все до последней ягоды, хотя их вкус в кошачьем теле ощущался странно. Она видела, что окно оставалось открытым — путь к отступлению был. Но пока она решила остаться.

— Как тебя зовут? — спросила она вдруг.

Маг удивлённо поднял бровь, но ответил:

— Торин.

Он произнёс это просто, без пафоса, и в этом имени не было ничего магического. Обычное имя для обычного человека, который оказался не таким уж обычным.

Хенна кивнула, запоминая. Она не знала, станет ли он союзником или врагом, но хотя бы теперь у него было имя. А это уже было что-то.

Торин отвернулся к столу, налил себе воды из кувшина и сделал глоток. В комнате снова стало тихо, и только луна продолжала светить в открытое окно, заливая подоконник серебристым светом.

Хенна подтянулась на кровати, чувствуя, как мягкий матрас пружинил под её лапами.

— Знаешь, ты первый, кто посмотрел на бездомную кошку и помог, — сказала она. — Спасибо.

Он обернулся, всё ещё держа кружку в руке и посмотрел на неё с лёгким удивлением, словно не ожидал благодарности от существа, которое всего несколько минут назад явно врало ему в глаза.

— Не просто жить, когда никогда не был в этой шкуре, — продолжила Хенна, и в её голосе проскользнули горькие нотки. — А мыши и крысы — это фу.

Торин хмыкнул, едва сдерживая смех. Он поставил кружку на стол и провёл рукой по волосам, взъерошивая их.

— Запомню, — сказал он. — Никаких мышей. Только вяленое мясо и сушёные ягоды.

Он сделал шаг в её сторону, но остановился, словно боясь спугнуть. Хенна заметила это движение и внутренне усмехнулась: он всё ещё не знал, как с ней обращаться. Как с кошкой? Как с человеком? Как с кем-то средним?

— Ладно, — сказал маг, оглядывая комнату. — Тут не роскошно, но переночевать можно. Если хочешь, оставайся на ночь. Утром решим, что делать дальше.

Он указал на кровать, потом на небольшой диван у стены, заваленный книгами и свитками.

— Выбирай. Я не настаиваю.

Хенна помяла лапками кровать — мягкую, с теплым одеялом, которое так и манило забраться и свернуться клубком. Потом перевела взгляд на диван, который выглядел менее уютно, но зато ближе к окну. К пути отступления.

Она колебалась всего мгновение.

— Кровать, — решила она. — Если ты не против делить её с кошкой.

Торин усмехнулся.

— Я спал и в худших условиях. Кошка — не проблема.

Он подошёл к кровати и сел на край, чтобы снять сапоги. Хенна наблюдала за ним, сидя на кровати. Она всё ещё была настороже, но усталость брала своё, и тело само тянулось к теплу и мягкости.

Она выбрала место у изголовья, подальше от ног, и свернулась клубком. Шерсть всё ещё пахла улицей и пылью, но под ней чувствовался запах трав, которыми была пропитана комната. Знакомый, успокаивающий.

Торин лёг на спину, заложил руки за голову и посмотрел в потолок. В комнате было тихо, только слышалось его дыхание и далёкий шум ночного города за окном.

— Спокойной ночи, — сказал он негромко.

Хенна не ответила. Она закрыла глаза, но не спала — только немного начала мурчать. Ну настоящая кошка, как ни крути. Доверять она пока не была готова. Но хотя бы здесь было тепло и была крыша над головой. Принципы — дело наживное, и мягкий матрас, как известно, не заменяют.