За гранью колодца

© Лана Принцесса, 2025

ISBN 978-5-0060-1072-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Бабушка в детстве рассказывала Айко очень много историй, связанных с волшебным миром, в который она постоянно попадала.

– Знаешь, Айко, я была в таинственной стране Эльлан, его населяют эльфы с острыми ушами, они познают искусство стрельбы из лука, собирают разные травы и делают из них зелья. О, а еще Эльлан славится своими хорошими медицинскими препаратами, хоть у государства и не было роскошной больницы, но готовить медикаменты у жителей получалось на высшем уровне, – она сидела на кресле с внучкой на коленках, на них подувал легкий летний ветерок; эта атмосфера создавала уют того теплого времени, когда ты находишься на каникулах у своих родственниках.

В той стране, где пребывала бабушка, были не только обычные эльфы, среди них присутствовали и маги, и лесные эльфы, которые жили в домиках в роще, и крылатые, жившие на облаках, а также и морские, но их большее преобладание сосредоточено в Рейлосе, морском царстве. Существовали, конечно, и темные, но о них никто не хотел говорить, так как эти существа были самим воплощением тьмы, приносящими раздор и горе.

Старушка всегда утверждала, что Айко является полуэльфом, что малышка была рождена путем смешивания человеческой и эльфийской крови. Она уверяла, что ее мама – эльф, но сама девочка не замечала острых ушей у нее, поэтому не особо верила рассказам пожилой женщины, но была очень воодушевлена и постоянно спрашивала свою мать об этом. Бабушка любила ходить к колодцу, с которого начиналось ее головокружительное путешествие.

– Бабушка! Бабушка! – верещала пятилетняя Айко в гостях у своей волшебной родственницы.

– Что, внученька моя? – подойдя к девочке и взяв ее на руки, спросила старушка.

– А ты эльф? – с широкими глазами, полными интереса, сказала она.

– Конечно, моя дорогая. Я принцесса и наследница престола лесных эльфов, – старушка поведала это не высокомерным тоном, будто она была обычным человеком, а не чем-то величественным, о чем так говорила.

– А почему не королева? Расскажи! Расскажи! – верещала девочка, торопясь услышать новые истории.

– Придет время, и я поведаю тебе все, пока ты слишком мала, дорогая, – женщина потрепала одной рукой макушку своей внучки, а другой придерживала ее за ноги так, что Айко сидела, словно на стуле.

– Ну, бабушка! – с досадой отвечала малышка.

Как-то раз Айко с отцом и матерью решили заглянуть к Аделле в гости, но дома ее не оказалось, тогда они принялись звонить пожилой женщине. Мобильный телефон старушки, лежащий в ее плетеной бежевой сумочке, завибрировал и заиграл забавную мелодию из девяностых. Она ответила, что стоит около волшебного портала (так бабушка называла колодец). Трое людей, связанных семейными узами, подошли к тому месту и увидели старую женщину, которая, облокотившись обеими руками на каменный верх колодца, стояла и смотрела вниз, на темное и загадочное дно заброшенного колодчика. Отец позвал старушку, и она, обернувшись, поправила свои кудрявые каштановые волосы, посмотрела на них своими сверкающими на солнце зелеными глазами, а затем поведала.

– Пойдемте пить чай с печеньем, – она зазывающе махнула рукой, другой закрыв сумку.

С тех пор семья знала, что если Аделлы не было дома, то она, безусловно, стоит около колодца с задумчивым и мечтательным видом. Спустя некоторое время отца начали тяготить истории бабушки, поэтому к ней в гости он больше не ездил. Через месяц мужчина довольно резко и быстро принял решение развестись с матерью Айко, тогда девочке было всего семь лет. Его причина заключалась в том, что он не хотел быть в семье, где есть «сумасшедшая бабка», выдумывающая глупые небылицы. Да, именно так он и сказал женщине, у которой был ребенок, нуждающийся в полноценной семье. Айко до самого совершеннолетия жила у бабушки, так как мама девочки заболела расстройством психики и не могла воспитывать дочь.

Однажды, одной летней ночью, Аделле приснился очень реалистичный сон, в котором она увидела судьбу Айко, не предвещающую ничего хорошего.

– Я была прозрачна, точно призрак, и видела, что у тебя будет черная полоса в жизни, Эльлан падет, а наш мир будет в опасности, ты должна его спасти, – говорила бабушка тринадцатилетней Айко.

У старушки резко ухудшилось здоровье, будто кто-то навел на нее порчу. Состояние становилось все хуже, и доктор прописал ей таблетки, которые, вероятно, должны были помочь пожилой женщине. Айко росла, а в свои шестнадцать лет она вовсе перестала верить в рассказы бабушки. Девушка ухаживала за ней и читала ее книги, горы которых были впихнуты в полки шкафов. Живя у старушки, девушка подхватывала художественный образ жизни, предрасположенный к мечтаниям и погружениям в мир фантазий.

Как-то раз Айко доставала сборник стихотворений, а из него упал белоснежный конверт с надписью «Для совершеннолетней Айко Акиямы, будущей ее величества».

– Ой, нет, нет, положи его, пожалуйста, ты для него еще не созрела, деточка, – с волнением, негромко прокричала бабушка. – Это мой подарок тебе на следующий год.

Когда Надежде Николаевне становилось на долю процента лучше, она приходила, чтобы навестить свою маму и Айко, а девочка, в свою очередь, всегда рассказывала о том, что якобы является наследницей.

– Я буду королевой, мам, я наследница престола! – с необъяснимой радостью кричала она, поднимая руки вверх, а затем, складывая ладони так, будто надевает корону. – Где же ваш поклон, о, мой народ?

– О, ваше величество, преклоняю колени перед вами, – Надежда хоть и не верила словам дочери, но подыгрывала ей и делала реверанс.

После подмеченного письма, которое посвящалось ей, девушка все же имела в голове снова зарождающиеся частички веры в ту «чепуху», в которую она тогда отказалась верить.

И вот восемнадцатилетняя Айко сидела за праздничным столом в кругу бабушки и своей мамы. Она чувствовала себя странно, мысли об ее отце иногда поглощали ее, ведь он так резко ушел, а родственники и даже семья умалчивают об этом, будто у нее и никогда не было папы. Благодаря своим умозаключениям, которые она ставила каждый свой день рождения, Айко думала, что ее взяли из детского дома, но так и не решились рассказать об этом.

– Время пришло, держи, с днем рождения, внученька! – старушка протянула девочке черную старинную книгу. – Письмо в ней, не забудь его прочитать.

После этого Айко не посещала бабушку некоторое время, так как ее мама волновалась, что Аделла навлечет беду на их семью своими детскими выдумками. Женщина отчасти винила не только себя, но и свою мать в том, что от нее ушел муж, потому что не выдержал этих глупостей. Они покинули ее дом и больше туда не возвращались.

«Может быть бывший муж был прав? Может, моя мама и правда впала в детский возраст посреди шестидесяти семи лет?» – постоянно думала женщина, эти мысли время от времени кружили в ее голове.

Свою дочь она забрала к себе, так как без проблем справлялась с ментальным состоянием и с ней, а все потому, что все время, пока девочка была у бабушки, Надежда Николаевна провела в городской больнице. Мать Айко хотела было рассказать ей об отце, посчитав, что самое время, но потом, резко передумав, решила даже не упоминать его имени. Она считала, что настоящий любящий папа никогда бы не бросил свою единственную дочь.

Временами Надежда вспоминала о пережитых проблемных ситуациях, которые она проходила вместе с мужем. Вспоминала, как они попали в аварию, когда она была беременной, как он нес ее в больницу на руках, бросив эту помятую машину. Когда он кричал и кидался на врачей, лишь бы они приняли и осмотрели его жену на наличие травм. Вспоминала, как у нее поднялась температура, как ей вызывали скорую, беспокоясь о ее жизни и жизни ребенка. Как ей было тяжело вынашивать свою дочь, поэтому она постоянно лежала, было трудно ходить, но ее муж ухаживал за ней и делал домашние дела, несмотря на то, что имел тяжелую работу. Как при родах она потеряла много крови, потому что они были тяжелыми, как он бежал за врачами, чтобы ей поставили капельницу, как он жертвовал своей кровью ради нее. Порой женщина разрешала этим мыслям окутывать себя, потому что не жалела о прожитых часах и мгновениях с этим человеком. Она истинно любила его и, возможно, любит до сих пор.

Школьные годы Айко были такими, как у обычных подростков, у которых имелись какие-либо отличительные черты. Девочка училась хорошо, а учителя гордились такой ученицей. Но презирали ее вовсе не из-за оценок и потрясающей успеваемости, а из-за рисунков и поверий. У Айко была школьная подруга, которой она доверяла и рассказывала истории бабушки об эльфах. Именно она стала причиной частых издевательств над девочкой. Ее подруга за спиной подшучивала и сплетничала, ведь, по ее мнению, Айко была не от мира сего.

Одноклассники видели рисунки, которые рисовала она, и постоянно смеялись, говоря: «Ты что, веришь в эльфов? Ты же не в первом классе!» Период средних классов девушка запомнила на всю жизнь, именно поэтому в будущем она перестала доверять людям, даже самым близким. Девочка не говорила бабушке об издевательствах, которые она испытывала, поэтому на вопрос «Как дела в школе?» она отвечала «Нормально». В старших классах над Айко перестали издеваться, но все же ее постоянно избегали, потому что не хотели общаться с «недоразвитой», верящей во всякую чушь.

Вспоминая о том письме на день рождения, девушка часто сомневалась насчет рассказов своей волшебной родственницы, поэтому ее мысли метались от веры до отрицания. Мысли распростирались от «Может она права? Может все это правда? Бабушка никогда не лгала мне, сколько я себя помню» до «Может все это ложь? Может она просто свихнулась под старость лет или впала в детский возраст?»

Хорошо окончив школу и успешно сдав экзамены, Айко поступила в Городской Институт Искусств. Девушка думала, что вот сейчас у нее начинается обычная и скучная студенческая жизнь, но она не знала, что одна встреча сможет изменить все и перевернуть ее существование на триста шестьдесят градусов так, что возвращение к исходной точке станет невозможным.

Глава 1

Май. Прозвенел звонок, свидетельствовавший об окончании очередной пары, усыплявшей измученных и уставших учеников. Он гулом отдался у Айко в ее затуманенной голове, пробудив от романтических мыслей, в которых она постоянно утопала. Луна толкнула плечом свою полусонную подругу.

– Ты сделала музыкальный план? – произнесла девушка, сидя в своем телефоне и слушая в белоснежных и чистых наушниках поп-музыку.

– А? Да… да, я сделала, – Айко отвлеклась от своих романтических раздумий и ответила подруге, задававшей как всегда один и тот же вопрос каждый раз, когда задавали какое-либо задание.

Они учились в Государственном Институте Искусств. Это огромное пятиэтажное здание пастельно-зеленого цвета, с чистыми окнами, в которые проливался солнечный свет, с железной главной входной дверью темного окраса, будто здесь разместилась черная дыра, готовая поглотить всех учеников и учителей в это таинственное место. Институт был настолько прекрасен, что у него имелась терраса, окруженная красивыми и свежими топиариями в форме книг, также в наличии находилась и веранда: с большими полками книг от научной литературы до комиксов, с пятью мольбертами, рядом с которыми были небольшие тумбочки, а на них располагались различные принадлежности для рисования, например, стеклянные прозрачные стаканы с кисточками разной толщины и размеров, пеналы с карандашами и фломастерами с множеством цветов и всем остальным, чем можно выразить свою творческую натуру. А вот на заднем дворике пребывала лужайка, огороженная каменным забором, вдоль которого стояли деревянные скамейки со спинками, будто люди, строившие это здание, прежде чем сделать удобные лавки, задумывались об уставших студентах. Был и шершавый покошенный газон с расстилавшейся небольшой площадкой для игры в теннис.

Айко была студенткой первого курса профессии композитора вместе с Луной. Девушка снова погрузилась в свои мысли, представляя, что где-то ее ждет красивый и благородный парень, кажись рыцарь, который обязательно с нахмуренным лицом прижмет ее к стене, как делают это в фильмах, и предложит прогуляться под луной. Айко была довольно мечтательной леди, она постоянно рассказывала своей подруге всякие романтические истории, которые придумывала у себя в голове, на что ей предлагали стать писателем. Раздался звук пришедшего уведомления на телефон Луны, девушка неспешно достала смартфон и увидела СМС-сообщение от . НЕИЗВЕСТНОГО

– Хочешь узнать свою ? – эти слова были похожи на фразы обычного человека, рекламирующего что-то и пытавшегося совершить аферу. судьбу

Девочка подумала, что какой-то мошенник снова пытается ее одурачить. Она уже хотела убрать телефон, но на него пришло еще одно сообщение.

– Твоя подруга в опасности, – было странно, откуда неизвестному человеку было известно, что у девочки есть друзья, и с чего он решил, что кто-то из них в опасности.

Это немного насторожило Луну, и дама показала это СМС своей подруге, которая была не столь довольна, но подумав, что это простая шутка, отбросила насаждающие ее плохие мысли.

Начались каникулы. Девушки, после очередного похода в магазин одежды, вместе с еще одной подругой пошли домой. Эта девушка была не кто иной, как Ралией – дамой грузинского происхождения, с черными, как сажа, средней длины волосами и прядью у лица, в круглых больших очках, которые лежали на ее аккуратном носике, словно сейчас же сломают его своей тяжестью. У нее были довольно маленькие черные глазки, из-за них ее прозвали Крыской, хотя, несмотря на них, по своей внешности она была похожа больше на секретаршу. Леди любила каждое утро пить чашечку кофе и играть на арфе, что крайне не нравилось ее сонным соседям. Распрощавшись, Луна отправилась домой к подруге, а Ралия решила пойти своей дорогой.

Айко жила в хорошей квартире, которую купил ей отец перед тем, как развестись с ее матерью. Хата была довольно просторной, с новой современной мебелью и, как полагается, с кухней, в которой была модернизированная плита, высококачественный и вместительный холодильник и посудомойка. Сама комната была в приятных голубых оттенках, на стене висело одно-единственное окно, на его подоконнике стояли цветы лаванды в белых гладких горшках, а над оконцем располагались светло-зеленые шторы, еще пребывал обеденный стол с тремя удобными деревянными стульями.

В гостиной, выполненной в фисташковом цвете и имеющей большой, вероятно, трехместный диван с подушками в форме листьев, ощущался наибольший комфорт восприятия. Имелись и большие шкафы с книгами, причем с преобладанием романов.

Была и отдельная спальня, в лавандовых тонах, посередине опочивальни – большая двуспальная кровать с ковром, разрисованным звездами, в наличии был и деревянный темный комод, в котором хранилась «изысканная» одежда, пребывал рабочий стол в углу комнаты с лампой и ноутбуком. В квартире, естественно, располагалась ванная и небольшой балкон, который выходил на шумную улицу Лилардена. Хата находилась на первом этаже. Вам не кажется забавным, что балкон был бы здесь не уместен? Но в городе и правда есть такие дома.

Вы, мой дорогой читатель, вероятно, находитесь в неведении. Что же за город Лиларден? Это столица страны Юрилан. У этой державы есть множество других городов, например, Мардения, Яшква, Ируиния и другие. Флаг этого государства знаменуют цветы лаванды, ведь они являются главным символом страны. Предшественники, жившие в момент изучения этой территории, ведали о том, что эти растения служили «новой жизнью». В давних временах отвар из них излечивал раны и мог даже воскресить кого-то. Валютой этой страны являлись лани – купюры или монеты. Цветовая гамма Юрилана была лавандовых, зеленых, коричневых и других растительных оттенков. К слову о местности, не пытайтесь найти эти объекты на карте, Вы их там не найдете. Эта страна находится на отделенной от внешнего мира стороне, поэтому ее нет на картах и атласах.

И вот девушки решили прогуляться, потому что на улице была такая хорошая погода, кажись сам мир решил преподнести дамам возможность хорошо провести время. Первым делом они решили привести себя в порядок и накраситься. Луна принялась делать себе необычный макияж с серыми оттенками и блестками, а Айко – легкий, непринужденный и романтический в нежно-красных тонах. Посмотрев друг на друга в зеркало, они увидели двух девушек: одна была с темными длинными волосами, челкой и прядями у лица, с зелеными глазами и бледной кожей, она имела крупные черты лица, но, несмотря на это, они компактно умещались на ее лице, придавая свой очаровательный шарм. вторая – с короткими по ключицы волосами серого оттенка, словно они были окрашены пылью лунного камня, с серебристыми, будто блестящие монеты, глазами. Выглядела она, как фарфоровая кукла, такая же бледная, и блестящая, и сверкающая, как будто кто-то направил на неё лунный свет. Луна, увидев в зеркале отражение подруги и засмеялась:

– Ха-ха-ха. Ты прямо на эльфа похожа! О, ваше эльфийское высочество, вы сегодня бесподобны, – плача от смеха и задыхаясь от слез, девушка исполняла реверанс.

– Ну хватит! – надув щеки, сказала Айко. – Совсем не похожа!

Луна всегда подшучивала над своей подругой из-за ее цвета глаз и манеры поведения, поэтому постоянно называла эльфом.

После удачного макияжа девушки нарядились в свои макси-платья нежных цветов, купленные ими для «особого случая». Если «особый случай» – это обычная прогулка, то таковая вещь – повседневная одежда и не как иначе, но они считали это особенным, будто находились в волшебной сказке, написанной Льюисом Кэрроллом.

Спустя два часа вальса перед зеркалом и комодом неспешным темпом дамы вышли на улицу. Было уже за шесть вечера, дул прохладный весенний ветерок, словно готовя девушек к жаркому лету. Немного погуляв по улочкам, они решили пойти в парк «Культурный отдых». Это место самое большое из всех в Лилардене. В нем было все, что могло бы понадобится для хорошего времяпровождения: большая сцена для различных фестивалей и выступлений, скамейки с мягкими спинками, ларьки со вкусной едой, кафе, величественные памятники писателей и поэтов, веранды с удобными креслами. Парк пребывал в зеленом и свежем одеянии. Если говорить о том, что там находится, кроме всего вышеперечисленного, то он ничем не отличается от обычных парков.

Девушки ходили по чистому асфальтированному тротуару и наблюдали за людьми, которые несутся в своем непрерывном потоке, подобно листьям, развевающимся на ветру. Телефон Айко издал звук пришедшего на ее телефон СМС-сообщения. Она очень быстро достала смартфон, что он, соскользнув с ее рук, упал бы, если не быстрая реакция ее подруги. Дамы взглянули на сообщение, оно было снова от того НЕИЗВЕСТНОГО.

– А хочешь ли ты узнать свою ? – эта фраза будто преследовала их и ждала ответа. судьбу

Девушки сначала не поняли, что произошло, но, убрав свои лица, прислонённые чуть ли не впритык к сенсорному экрану, увидели глухую пустоту улицы. Вмиг шумный парк с суетящимися людьми, с детьми, резвящимися с разноцветными воздушными змеями, с молодыми парочками, которые попивали шампанское в кафе, заедая различными сочными и свежими закусками, стала совершенно пустой, словно все человечество планеты смело ветром. Среди этой глухой и слепой пустоты из ниоткуда появился темный силуэт, судя по его размерам, вероятно, это был мужчина. Сделав всего один шаг, он вплотную приблизился к дамам. Луна в страхе попятилась назад. Скаля зубы, странная мужская фигура, облаченная в черную мантию, произнесла грубым тоном.

– Отдавай книгу, живо! – этот злостный голос отдался эхом у девушки.

– Какую книгу? Я не понимаю, о чем вы? – после этих произнесенных слов, видимо от удивления и шока, Айко потеряла дар речи.

Луна хотела было вмешаться, но, сделав всего шаг, странный мужчина махнул рукой, и девушка оказалась в прозрачном кубе, сколько она не пыталась выйти из него, все равно упиралась в стеклянные и невидимые стенки. Вдруг раздался телефонный звонок, смартфон Айко, по-прежнему находящийся у нее в руке, завибрировал. Внезапно исчез мужчина, и улица снова стала наполненной людьми, а Луна стояла в свободно обтекающем ее пространстве, как будто никакого куба и не было вовсе. Девушка поспешила ответить на звонок, так как он был от ее матери, которая предпочитает написать, нежели позвонить, но раз такое дело, значит и правда что-то важное.

– Алло… – по дрожащему голосу было понятно, что что-то произошло.

– Алло? – затаив дыхание, Айко ждала ответа матери.

– Бабушка не очень себя чувствует, поезжай к ней завтра и принеси «Дроньцин», пожалуйста, – шум и гул порой заглушал слова женщины и ей приходилось повторять снова.

– А ты? – девушка закатила глаза.

– А я на работе буду двое суток, поэтому не смогу заехать завтра, – работа на заводе являлся тяжелым трудом, но она не могла ничего сделать, так как в ее время не хватало денег на хорошее обучение, поэтому выбора особо не было.

– Ладно, – с досадой ответила Айко, так как бабушку всегда вешали на нее.

Раньше она заботилась о ней из собственных побуждений. Но со временем поняла, скорее всего из-за наставлений матери, что бабушка всего-навсего больна деменцией. Девочка перестала воспринимать бабушку как чудотворца, как того человека, окрашивающего ее жизнь яркими красками, давая надежду на что-то необычное, на что-то невероятное, во что очень сложно поверить. Она стала для нее простым родственником, к которому не хочется приходить в гости.

Девушки собирались расходиться, и Луна попросила подругу, чтобы та сопроводила ее до жилища матери, все равно им было нужно идти в одну сторону.

– Я бы ему руки переломала, видела, как размахивается? – пыхтя от накипевшей злости, поведала девушка

– Странный он, зачем ему какая-то книга, он что, потерянный библиотекарь? – хихикнула Айко, пытаясь отбросить наваждения.

– Меня больше интересует вопрос, почему он меня замуровал в воздухе, – предалась размышлениям Луна.

– В смысле замуровал? – дама удивленно посмотрела на подругу, – Я ничего не видела.

Они подошли к дому №27, зашли в него и поднялись по довольно старой лестнице на третий этаж. Постучали в квартиру №14. Дверь отворилась, и тут предстала перед ними женщина, причем полураздетая с взъерошенными волосами и бутылкой в руках. В глубине квартиры доносились мужские хохоты.

– Чего пришла то? – нетрезвым голосом, еле открывая губы, сказала она.

Услышав, что какой-то мужчина позвал ее, женщина тут же закрыла дверь, оставив двух дам в полнейшем шоке и оцепенении одних в подъезде. Айко была в искреннем потрясении, но Луна была обыденно удивлена, потому что замечала такую картину на протяжении всех лет проживания с той женщиной. Свет начал мигать, кажись этим домом овладело что-то паранормальное.

– Не знала, что у тебя такая мать, – в смущении и недоумении Айко почесала затылок.

– Я тоже не знала, что она такая… Отец меня и Салли забрал от нее, потому что считал, что там небезопасно. Думала, что хоть сейчас она изменилась, но, как оказалось, нет. Прости, что тебе пришлось это увидеть, – на девушку накатили слезы.

– Не переживай, я понимаю, какого тебе, но не стоит плакать по тому, что невозможно изменить, а кто этот Салли? Ты мне о нем не говорила, – Айко пыталась поддержать подругу, понимая, что тяжело; пусть ей и было немного обидно из-за того, что она ничего не сказала об этом, но на это, видимо, полагались свои причины, поэтому эта обида тут же закончилась, сменившись еще большим сочувствием из-за долгого молчания за всю дружбу.

– Это она, – вытирая слезы, произнесла Луна.

– А-а-а… – Айко все также удивлялась новой информации, понимая, что сейчас ей и правда открылся человек, который ей так дорог.

– Это моя собака породы Сибирской хаски, очень люблю ее. Мама мне купила ее на мое восьмое день рождение, тогда она еще не была такой, – девушка достала телефон и показала фотографию с изображением матери и маленького щеночка в руках девочки.

Казалось бы, квартирка матери Луны была будто проклята, потому что если отнять номер дома и самой квартиры, то получится число тринадцать, – это ведь не просто совпадение, не правда ли? Но кем же и зачем наложено это проклятье? А главное – для чего?