- -
- 100%
- +
-И я тоже рада познакомиться с вами, Кирилл,- одариваю самой загадочной улыбкой и кокетливо протягиваю руку. Стыдно признаться, но я брала уроки флирта и соблазнения! И все ради мести…
-Надеюсь, наше знакомство будет иметь приятное продолжение,- припадает к руке, как лев у водопоя, не разрывая зрительного контакта.
На самом деле, мне хочется отдернуться, дать ему по лицу, убежать и забиться в самый дальний угол. Воображение рисует – это все маска, сейчас он подкрадется поближе, прыжок…и хищник разгрызет твою шею!
-Нахал! Не делайте мне таких намеков, шалунишка,- хихикаю и разворачиваюсь, призывно виляя бедрами.
Походка от бедра, я теперь могу хоть марафон пробежать на каблуках. На мне линзы, волосы покрашены в дорогой блонд, укладка, элегантный макияж. Я сбросила тридцать килограмм, сделала себе грудь, нос, скулы, накачала губы и нарастила ресницы. Даже родная мама не узнала бы своего гадкого утенка.
***
(Четыре года назад)
-Знаешь, почему я женился на тебе, помпушка проклятая? – сильно напившийся Кир размахивает бутылкой и больно щипает меня за щеку.
-Кирилл, ты пьяный, я не буду воспринимать твои слова серьезно,- пытаюсь быть рассудительной, но глаза наполняются слезами.
-ДА ПРЕКРАТИ ТЫ СМОТРЕТЬ НА МЕНЯ ТАКИМ ЖЕРТВЕННЫМ ВЗГЛЯДОМ,- бутылка виски летит об стену, я еле успеваю увернуться. Хотел припугнуть или целился в меня?...,-НАЧНИ УЖЕ МЕНЯ НЕНАВИДЕТЬ. ПОТОМУ ЧТО МНЕ ТЫ ОТВРАТИТЕЛЬНА И ПРОТИВНА.
Никто не будет готов к такому разговору в первую брачную ночь. Мое сердце разрывается, кружится голова. Только утром мы давали клятвы в церкви, час назад закончили праздновать. Почему моя самая счастливая ночь становится темной и кошмарной?!
-Я не могу тебя ненавидеть, я тебя люблю…Хоть твои слова и ранят меня как тупым ножом.
-ТЫ –МОЕ НАКАЗАНИЕ,- он схватил меня за лицо обеими руками и шипел, глядя в глаза,- Мамочка проучила меня…Либо наследство и место главы компании, либо пошел я вон со своими выходками…Хорошо поиздевалась, нашла самую уродливую девку в городе.
Я больше не могу это слышать. Босая, полураздетая бегу по коридору огромного особняка, ничего не вижу от пелены слез. На кухне сидит моя свекровь. Смотрит на меня с цинизмом и холодом:
-Так быстро раскололся, сопляк. Тряпка. Что, уже приполз скулить, какая у него несправедливая мамочка? Пожалела его, Кристина?
Так это была правда…Все в этом доме, кроме меня, знали, что брак неравный, лишенный любви – жестокая насмешка, игра чужими чувствами…
Глава 2
Ухожу со светского приема, не сказав ему ничего, кроме своего имени. Но не сомневаюсь – если мужчине что-то действительно нужно, он найдет любой способ, чтобы добиться желаемого.
Утром звонок в дверь.
-Кристина Дмитриевна, вас беспокоит доставка цветов.
Сейчас посмотрим, насколько сильно он хочет затащить меня в постель.
-Заносите.
Сдерживаюсь, чтобы не присвистнуть. Это букет не из 101, а, наверно, 1001 розы. Широкий жест, но какая, на самом деле, безвкусица – что мне, в ванной хранить этот кустарник?
-И открытка лично в руки.
«Сегодня в 7 вечера в ресторане «Азалия»
Комкаю и выбрасываю записку в урну, как только закрываю за парнишкой дверь. Не ты тут диктуешь правила, дорогой. В семь-пятнадцать вечера и набираю хостес: «Здравствуйте, у меня с Кириллом Багровым назначена встреча в вашем местечке. Уже пришел и ждет меня? Передайте ему, пожалуйста, чтобы в следующий раз согласовывался с моим графиком – у бизнес-леди все рассчитано на неделю вперед».
Победоносно вешаю трубку. Я знаю, что он бесится от непунктуальных людей и расторгает сделки, если на них опаздывают даже на минуту. Апплодирую его выдержке – прождал целых пятнадцать и не потерял самообладания!
Бедная хостес - представляю, с каким лицом он выслушивал мое послание. А ведь раньше гонцов с плохими вестями вообще казнили! Надеюсь, в бедную даму стакан не полетит - водится за ним такая дурная привычка.
***
(Четыре года назад)
-Да не реви ты, как будто это для тебя – большое открытие! Или ты не видела, какой бегемот смотрит на тебя из зеркала?!
Зря я надеялась на утешение. На сострадание. Этот дом кишит демонами, нарядившимися в человеческую кожу.
-Я думала, что главное в человеке – его душа…,- хлюпаю носом. Надо бы высморкаться, но я так и стою – жалкая, побитая собачка под дождем.
Луиза Артуровна кривится в гадкой ухмылке: «Чтобы захотеть разглядеть душу, надо сначала заинтересоваться телом»,- видимо, ей не хватило унижений, которые она мне подарила: «Нет, милая, ты тоже – довольно интересный экспонат. Не часто можно увидеть слона в платье, расхаживающего по улицам».
Не помню, что было после этого, только какие-то обрывки. Припоминаю, как вломилась и заперлась изнутри в кладовой, отчаянно надкусывала конфеты и пирожные и истерически жевала, пытаясь успокоить себя и справиться с шоковым потрясением единственным привычным мне способом.
Так слуги и нашли меня утром – спящую на полу на обертках, с вымазанным ртом и шоколадом, прилипшим к волосам.
«Я так рада, доченька, наше единственное сокровище. Будь счастлива в новой семье, пусть дом ваш будет – полная чаша. Какая же ты у меня красивая и нежная невеста!»,- ах, мама, мамочка, светлая ты моя душа, самая сердобольная и искренняя. Зачем же ты воспитала меня такой наивной и доверчивой? Почему убедила, что я заслуживаю любви и такого холёного богатого мужа, не уберегла меня от подвоха?
Глава 3
На следующее утро опять звонок и опять букет – еще больше предыдущего. Может, мне открыть цветочный магазин, чтобы зря не пропадало?
«Напиши, пожалуйста, на открытке, когда у тебя окошко, бизнес-леди»
Так-то лучше! Хочется ответить «После дождичка в четверг», но он еще недостаточно клюнул, чтобы я пыталась его унизить. Назначила через неделю – успею встретиться со всеми своими коучами – по флирту, по пластике и соблазнению, танцам.
***
(Четыре года назад)
-Лучше бы ты напилась до похмелья, а не обжиралась. В очередной раз доказала, что продашь за шоколадку душу,- горничные уже успели сбегать к Луизе Артуровне и поделиться всеми сочными подробностями скандала.
-Извините…сама не понимаю, как так получилось…,- пытаюсь отряхнуться и вытереться, но все без толку – фантики позорно прилипли, волосы в колтунах.
-Быстро приведи себя в порядок, а то отправишься туда, где тебе место – на свинарню к твоим родственникам-поросятам, они с тобой с удовольствием поваляются в грязи.
Я бросилась в свою комнату, а после умывания не смогла заставить себя спуститься ни на завтрак, ни на обед. Сказалась больной. Впрочем, им как будто бы было все равно – никто даже не послал прислугу, чтобы справиться о моем состоянии.
После ужина стук в дверь. Это Кирилл.
-Думаешь, сможешь так всю жизнь прятаться в своей никчемной берлоге? Ночью как обнаглевшая мышь подъедать наши запасы из кладовки, а днем отсиживаться в норе? Хорошо устроилась. Вот только наследник сам себя не сделает.
Холодею от ужаса. Всего пару дней назад я с нетерпением ждала нашей первой брачной ночи, но проводить ее сейчас – просто немыслимо и неправильно!
-Я правда себя сейчас очень плохо чувствую…ты можешь оставить меня одну? - пытаюсь натянуть одеяло по самые уши, подсознательно строю между нами барьер.
Кирилл уже рядом с моей кроватью.
-Ты считаешь, мне хочется этим заниматься? Лучше тебе постараться, чтобы все получилось с первой попытки.
Он стаскивает меня на край кровати и ставит на четвереньки.
Больно. Унизительно. Нестерпимо долго. Грубо.
Не так я мечтала потерять свою невинность. Дикая боль, он вошел резко, без подготовки, а потом не давал мне перевести дух, хотя бы немного привыкнуть к этому жестокому темпу. Ему было все равно и на мою кровь, и на всхлипы. Но самая сильная боль - душевная. От унижения, от несправедливости, от растоптанной наивности.
Когда все кончилось, он с отвращением отстранился: «Постой в березке, если сможешь оторвать задницу от кровати. Или хотя бы лежи и никуда не вставай. Молись, чтобы сегодня ты забеременела».
И я остаюсь одна, в смятой, окровавленной и холодной постели, на месте преступления. Да, именно так я и воспринимаю это чудовищное надругательство. Он слышал, что я была против, но все равно с безразличием продолжал.
Так я лишилась невинности. Такой меня и дальше ждет медовый месяц.
«Пожалуйста, пожалуйста, пусть этого больше не повторится. Пусть с сегодняшнего дня я буду носить под сердцем мальчика! Я больше ни о чем не прошу!»
Лежу на кровати, прижав к лицу ладони. Я проведу так всю ночь. В содроганиях, судорогах и несчастных стонах о загубленной молодости.
***
Почему-то, пока собираюсь бежать по делам, вспоминаются события моего первого раза. Останавливаюсь, так и не надев вторую туфлю. А ведь я, как бы ни просила этого у всех всевышних сил, тогда так и не забеременела. И на следующий раз. И через неделю. И через полгода.
Что за страшный, жестокий и бессердечный человек. И зачем я снова ввязалась в это? Разыскала его на свою беду…Жизнь дала мне шанс сбежать и навсегда исчезнуть из его лап, а я, как безвольный мотылек, снова лечу на безжалостный убийственный свет…
А ведь на секунду, вручая роскошные цветы, он добился твоего расположения! Ты даже получала некое удовольствие, строя ему глазки…Неужели тебя так легко расположить? Готова прыгнуть в постель за любой нестандартный букетик?!
Почаще вспоминай то, как он к тебе относился, какие бесчеловечные слова говорил. И не попадись в его сети. Как говорится, Люцифер тоже был самым красивым ангелом. Ты здесь ради мести, поняла?!
Глава 4
В назначенное время к моему дому подъезжает красный Феррари. Водитель произносит невозмутимо: «Кирилл Станиславович просил вас довериться и позволить завязать глаза»
-Валяйте! – даю «ослепить» себя шелковой лентой. Она идеально подходит по цвету к ярко-красным губам, как будто я собралась на бал-маскарад и сама выбрала этот аксессуар.
Едем больше часа, но я ровно держу спину и ничего не говорю – как будто меня «похищают» каждый день.
-Мы приехали. Дайте вашу руку, я отведу вас к хозяину.
Как же холодно и мерзко звучит. Почему не начальник или босс? Всегда у него была эта страсть к рабам и обладанию другими людьми…
Близко-близко к своему уху слышу бархатный шепот: «Рад, что ты подвинула ради меня свои дела, принцесса». Дорогой тяжелый мужской парфюм. Запах власти и секса. Чувствую, как встали волосы на моем теле, появились мурашки.
-Позволь мне согреть тебя. В полете будет еще холоднее,- на мои плечи опускается невероятно мягкий пиджак.
Мы проходим десять шагов под руку, и Кирилл срывает повязку – перед нами вертолет!
Слава богу, что впереди сидит пилот! Не хотелось бы разбиться в лепешку от того, что Кирилл решит повыпендриваться своим умением водить.
Наконец-то я оказалась со старым актером не в ужастике, а в романтическом фильме. На высоте пять километров шампанское казалось невероятно вкусным. Огни родного ночного города. Прохладный воздух. Его рука на моем колене – мы целуемся на брудершафт, игриво закусывая клубникой.
Когда мы вместе ехали в машине до моего дома, это романтическое напряжение постепенно спадало. Я боялась, что он вытянет перегородку между водителем и пассажирами, и начнет приставать на заднем сидении. Но он только проводил меня до подъезда – и отправил наверх, прямо в своем пиджаке.
***
(Три с половиной года назад)
Полгода прошли как в аду. Первые два месяца я заточила себя в собственной комнате. Еду мне носили в постель, а на глаза другим людям я показываться боялась. Я чувствовала себя очень грязной, какой-то использованной вещью, к тому же еще и бракованной. Как будто, как только я выйду, прислуга будет перешептываться и тыкать в меня пальцем - "Вот на нее наш хозяин безрезультатно взбирается каждый вечер. Да-да, приходится залезать на такого бегемота!"
Чувствовала себя оплеванной. Попользованной. Бесполезной.
-В твоих складках потеряться можно, так сразу и не поймешь, где что,- Кирилл всегда с отвращением отпускает комментарий по поводу моего веса и тела. Видно, как ему лишний раз даже докоснуться до меня отвратительно.
Каждый раз разворачивает меня к себе спиной. Лицом к стене. Чтобы не видеть моей гримасы, моего стыда и ужаса. Перед встречами он напивается – «Без ста грамм на тебя без слез не взглянешь». Я не издаю ни звука, он тоже. Больше не плачу, как тогда, в мой трагичный первый раз. Не хочу показывать, насколько это подрывает мой дух. Да и его раздражает любое мое проявление жизни. Мне в память въедается монотонный и остервенелый скрип кровати.
Один раз он додумался до такого унижения - продемонстрировал мне эротический журнал с идеальными моделями. Сначала просто тыкал в них и сравнивал, как мне до них далеко, "даже если отрезать все твои шмотки сала". А потом положил мне на спину развернутую брошюрку и сказал, что только так у него получится поддерживать эрекцию.
Не получается. Отрицательный тест. Значит сегодня будет новая попытка.
Я делаю их каждое утро, в надежде, что сегодня мне не придется исполнять супружеский долг.
А вдруг он бесплоден?! Или я. Неужели так будет продолжаться из года в год?! Когда мы бросим эти тщетные попытки?!
Однажды меня на серьезный разговор выцепила его рассерженная мать. Прошипела, что все зависит только от моего настроя и желания. Если я прекращу ставить психологические барьеры против ее сына, то у меня в миг получится забеременеть. "А если и дальше продолжишь зажиматься и воротить нос, то мы только зря сотрясаем воздух! Ну и услугу нам оказали твои папаша и мамаша, когда подсовывали такого кота в мешке! Я-то думала - пышное тело, значит, проблем не будет. И залетит легко, и родит безболезненно. А мы с тобой все возимся и возимся, клуша ты бесполезная!"
Начинаю думать о том, чтобы попросить об услуге какого-нибудь дворецкого или повара. Может, от них мне получится поскорее забеременеть. Но слишком рискованно – что будет, если мои безумные попытки откроются? Да и сомневаюсь, что в их фантазии "переспать с женой начальника" органично впишется такая уродливая слониха как я.
Но теперь с меня хватит. Я больше не буду сидеть в своей башне в ожидании чуда. Я буду пользоваться всеми благами дома, раз уж мне приходится платить такую цену за проживание под его крышей.
Я буду мозолить вам глаза. Появляться на всех светских приемах. Я буду портить вам аппетит своей огромной тушей. Я буду тратить деньги, пока вы не заблокируете мне карточку.
Вы не будете измываться надо мной просто так.
Глава 5
Открываю дверь и не узнаю себя в зеркале. Влюбленная кошка, растаявшая студентка – такая блаженная, легкая улыбка.
-А НУ СОБЕРИСЬ, ДУРА! ПАРА КОМПЛИМЕНТОВ, И ТЫ УЖЕ ПОПЛЫЛА?! – встаю вплотную к своему отражению, теперь меня переполняет ярость.
Конечно, он увлекся тобой. Ты себе все лицо и тело перекроила, от тебя прежней остался разве что скелет и мозги. Хотя я сомневаюсь, что сегодня ты их не выбросила на помойку. Красивых людей любить легко. Тебя толстушку он втаптывал в грязь – вот его настоящая джентльменская сущность!
-Алло, Кристина? Просто хотел поблагодарить тебя за сегодняшний вечер.
Вспомнишь черта – и он тут как тут.
-Спасибо, что развеял мою скуку. Спокойной ночи,- протяжно зеваю и бросаю трубку. Пусть не думает, что я повелась на его понты. Молодец, скрасил вечер, но я не должна за это раздвигать перед тобой ноги и прыгать от радости. Меня не купить, слышишь?!
Но чувства берут свое. Ночью мне снится, как мы снова в вертолете, вот только у нас зашло все дальше поцелуев.
-Я никогда не видел таких пронзительных, загадочных глаз. За ними скрывается глубокая история,- целует меня в шею, запуская руки под свой пиджак на моих плечах.
-Возьми меня, когда мы будем пролетать Воробьевы горы,- я высовываю голову из окна, пока он раздевает меня и прижимает ближе.
Внезапно все меняется – я задыхаюсь от того, что он сдавливает мне горло. Я хочу кричать, но не могу – он вытолкнул меня в полете, и я просыпаюсь за секунду до столкновения с землей.
Намотай на ус этот вещий сон, Кристина. Ведь именно так он и поступит – воткнет нож в спину. Ты можешь сделать это первой. У тебя есть преимущество в неожиданности.
***
-Ты уже третью порцию уминаешь. Я прикажу повару – посадит тебя на хлебцы и воду. Зачем на тебя переводить продукты, если ты все равно заглатываешь все целиком и даже вкуса не чувствуешь?
-Луиза Артуровна, во мне прямо сейчас может быть малыш, и он требует, чтобы я ела за двоих! – чем больше меня унижали по поводу веса, тем чаще я совершала набеги на буфет. Жевала из злости в огромных количествах. Назло. Чтобы у них не получилось ткнуть меня носом и пристыдить.
-Нет там никакого ребенка, у тебя всегда было пузо как шар,- отрезала свекровь, и остаток завтра мы провели в тишине.
Я много брожу по особняку. У меня нет водительских прав, и наружу меня никто не выпускает даже с шофером. Часто плаваю в бассейне или прохаживаюсь, рассматривая картины и диковинные статуэтки.
Однажды вечером я проходила мимо спальни Кирилла, и оттуда выплыла довольная, потрепанная горничная. Взгляд как у дьяволицы! Кокетливый, лукавый, призывающий к действию. На ходу пытается перевязать фартук.
-Ты забыла свои чулки, сладкая,- слышу из глубин комнаты. Никогда я не получала от него таких игривых интонаций! Доброжелательных, похотливых и непринужденных.
Он появляется в дверях – полуголый, отдохнувший. По сути, я никогда не видела его раздетым – меня постоянно отворачивали к стене.
Кирилл ничуть не смутился того, что их застукали. Только шлепнул Эльвиру по бедру и промурчал: «Возвращайся к работе, солнце», потом перевел ледяной взгляд на меня: «Можешь приходить ко мне после какой-нибудь горничной или кухарки. А я зажмурюсь. Хоть так у меня будет стоять в твоем присутствии».
Как я позже узнала, он переспал с каждой женщиной из штата. Горничные, посудомойки, дизайнерши – все проходили через его постель.
И многие беременели. Значит, попытки зачатия будут продолжаться.
Почему, вместо того, чтобы выгонять очередную прислугу с ребенком в подоле, мы не можем тайно выкупить его и притвориться, что это - наш общий законный малыш?! - в приступах истерики меня поглощали такие безумные мысли, как покупка и присвоение живого человека...
Глава 6
Второе свидание – романтическая прогулка на лошадях. Я держалась в седле немного криво, но это было даже на руку – прекрасный принц всегда скакал рядом, чтобы поддержать от падения и успокоить мою лошадь.
-Догони меня! – бегу в белом развевающемся платье что есть мочи, босиком по слегка мокрому холодному берегу пляжа. Мы уже отпустили лошадей, и я, почувствовав себя свободной птицей, силилась взмыть ввысь.
-Догоню и тогда уже не отпущу! – хоть я и дала ему фору, он добежал до меня в считанные секунды. Но я, по советам коучей, не собиралась даваться сразу – слишком легкая добыча не интересна. Увиливала, повизгивала, шуточно брыкалась, но потом милостиво сдалась.
Кирилл в прыжке повалил меня близко-близко к воде, и его поцелуи почему-то были тоже соленые, освежающие, бодрящие. Мы не заметили, как поднялся ветер, который окатил нас волной, промочив насквозь!
После этого был ужин в пледах с музыкантами, свечами и цветами – укромное место на пляже только для нас, и мы снова целовались. Но ничего больше.
-Прости за грубость, но, может, хватит строить из себя недотрогу? – Кирилл тянется ко второй бутылке вина, в то время как я к алкоголю даже не притрагивалась.
Кирилл перебрал лишнего. Будет раскачиваться. Швырять в меня бутылкой. Надо бежать?!
-На первый раз прощаю. Я никогда ничего не играю и не строю. О чем ты вообще? – вроде, пока драться не собирается, но уже достаточно раздражен, чтобы показать свое «фи».
-Тогда почему мы с тобой до сих пор топчемся на «первой базе»? – понятно, он хочет беспрекословно обладать мной, а я не слушаюсь, останавливаю там, где заканчивается моя зона комфорта.
-Потому что я живу по велению моего сердца и не держу в голове, когда и на какую «базу» мне пора переходить по негласному расписанию. Разве мы плохо провели время?
-Неплохо. Но я уже не школьник, и мне нужно больше.
НУ ТАК ИДИ И СНИМИ СЕБЕ ОЧЕРЕДНУЮ СЛУЖАНКУ, КОТОРАЯ БУДЕТ РАДА ЗАПРЫГНУТЬ НА ЧАСОК В ТВОЮ ВДОВЬЮ ПОСТЕЛЬ,-мне очень тяжело играть роль непринужденной девушки. Похоже, он не изменился – воспринимает меня как кусок мяса, но только более элитный, труднее добываемый деликатес.
После долгого молчания и еще пары бокалов он продолжил: «Слушай, я знаю все эти ваши приемчики эскортниц и содержанок. Давай завязывать?»
-ЭТО ТЫ СЕЙЧАС ВООБЩЕ О ЧЕМ?! – я чуть не задохнулась от возмущения. Чего-чего, а денег своим телом вымогать я у него не планировала.
-Строишь из себя «не такую как все». Я буду тебе присылать дорогие подарки, ты от них отказываться. Ломаться. Потом вручу вещь подороже – ну, тачку там или коллекцию платьев, и ты как миленькая примешь дар и в тот же вечер пустишь меня к себе в постель. Давай сразу список того, что ты хочешь, и мы пропустим эти этапы.
Я вскакиваю из-за стола, случайно задев и разбив бокал. Ну ничего, так даже драматичнее.
-Я ХОТЬ РАЗ У ТЕБЯ ЧТО-ТО ПОПРОСИЛА?! Делала намеки на дорогие подачки?! Я согласилась пойти с тобой на свидание, потому что ты мне понравился, и потому что, как мне казалось, ты умеешь удивлять женщин. Удивил так удивил, ничего не скажешь.
Швыряю плед на стул, ищу сумочку – надо собираться домой. Останавливаюсь и смотрю ему в глаза: «Ты не думал, что на свете бывают разные люди, и не все женщины хотят твои миллионы? Подумай об этом на досуге, и мне больше не звони».
Кирилл сначала сидит ошарашенный, и начинает нервничать: «Куда ты собралась? Сюда такси не приедет, это закрытая территория»
-Значит я пойду пешком! Будет время, чтобы протрезветь и все осмыслить.
Он хватает меня за руку: «Кристина, я умоляю, мой человек отвезет тебя домой».
-У тебя здесь только один шофер, а я не горю желанием ехать с тобой в одной машине, уж прости меня за мою откровенность!
-Клянусь, я сяду на переднее сидение, и ты меня даже не заметишь. Пожалуйста, не ходи никуда ночью одна, это очень опасно.
-С каких пор ты печешься за жизнь обычной содержанки-потаскушки?
Видно, что Кирилл очень сильно паникует. Он-то, такой самодовольный и циничный, думал, что идеально разбирается в людях – алчных, лживых, двуличных; видит всю их грязь и уловки. А оказалось, что своими необдуманными выходками он, возможно, отпугнул навсегда достойную, идеальную для себя женщину – и теперь в шаге от того, чтобы рвать на себе волосы. Спасибо вину, оно помогает стрессу расти, и мне это на руку.
-Прошу тебя, не говори так! Я идиот, сам не знаю, что на меня нашло, когда я делал такие намеки…
-Что у трезвого в голове, то у пьяного на языке. Хорошо, что я не успела в тебя влюбиться, и ты проявил себя в самом начале.
Он сейчас в обморок грохнется от досады. Ладно, на сегодня я наказала его достаточно сильно, надо бы не перегнуть с отвращением. Хотя обидно, черт возьми! Что он себе позволяет?!
-Давай поговорим в другой раз, а сейчас, пожалуйста, садись в машину. Если я совсем тебе противен – я отправлю водителя с тобой, а сам подожду своей очереди на пляже.