- -
- 100%
- +
-Спишь с моей лучшей подругой в День Рождения сына?!
Тарелка с нарядным тортом летит на пол.
У нас полный дом гостей. Счастливый малыш бегает среди них и ждет, когда можно будет задуть свечи и загадать желание.
Я искала мужа, а нашла его с приспущенными штанами рядом с полураздетой предательницей!
-Твоего сына. Все шепчутся, что этот щенок не мой.
Они даже не пытаются поправить одежду. Стоят, слившись вместе, и агрессивно смотрят на меня как на чужака.
-Постыдилась бы хоть. Нагуляла – так хотя бы не качай права,- ехидно встревает Инга.
Старая история. Сплетни, что я забеременела от его друга детства. Мальчик совсем не похож на мужа и его родню.
Я уже привыкла к этим слухам. Я знаю, что моя совесть чиста, ни с кем не спала кроме любимого! А вот он…
Мне так больно и плохо. Праздник превратился в сущий кошмар.
-Я дам Рустаму все, чего ты не смогла. Ты не ценила своего мужчину.
Эти слова заставляют меня захлебнуться в немом возмущении. Никогда ему не перечила, растила сына, была кроткой и послушной! Любила до безумия! Идеальный брак! Или нет?...
-Пакуй вещички, освобождай жилплощадь, подруга. Теперь я буду здесь хозяйничать.
Стоит, уперев руки в боки и злорадствует. Королева.
Мне не хватает воздуха. Трясутся руки. За что?! Почему моя жизнь полетела на дно?!
-Как же так, Рустам?..
Спрашиваю тихо, но с огромным упреком.
-Надо было исполнять свой супружеский долг нормально и не быть серой молью!
Инга кидает мне шпильку за шпилькой, но я смотрю только на мужа. В его бесстыжие глаза.
-Как ты мог? Разрушил нашу семью, растоптал наш брак…
-Он полюбил меня, уступи дорогу и иди, скули в другом месте!
«Подруга» не выдерживает, что ее королевскую персону игнорируют так долго.
-Заткнись и не лезь, когда с тобой не разговаривают!
Не выдерживаю, и рявкаю на эту змеюку. Другая, пойманная за интимом с чужим мужем, потупила бы глаза и не знала, куда себя деть. А эта лезет в первые ряды под лучи внимания.
-Не смей так себя вести с Ингой! Я люблю ее, а тебя терпел сквозь скрипение зубов!
Рустам заступился за свою новую пассию. Действительно, как это Я позволила себе такой тон с НЕЙ?! Буквально на пустом месте раздула скандал, да?!
-Это ты не смей так обращаться с нами! Выставляешь нас на улицу, чтобы кувыркаться с дворовой давалкой! С ней же весь город спал!
Я уже не сдерживаю себя. Ору, не жалея голоса. Подсознательно я хочу, чтобы все гости пришли на шум. Застали эту парочку на месте преступления. И массово осудили этот беспредел.
Но пришли не они. А Егорка.
-Мамочка, почему ты кричишь? Что случилось?
Встревоженный мальчик выбегает из-за угла и замирает как вкопанный.
-Мамуля говорила, что устала от твоих Дней Рождений. Ты слишком дорого ей обходишься, щеночек.
Это Инга высунула голову из дверного проема. Даже не постыдилась своего развратного вида перед моим ребенком.
-Посмотри, что она сделала с твоим тортом. Швырнула на пол и прыгала на нем. Мы все это видели.
Глаза сына наполняются слезами, и он смотрит на меня как на предательницу.
Позор перед гостями
Я чувствую, как на меня накатывает самый настоящий нервный срыв.
Мало думая, я зачерпываю с пола пригоршни торта и кидаю, кидаю, кидаю в изменщика и его новую подстилку.
-Аааа, ты что творишь, умалишенная?!
Десерт застревает в ее крашеных волосах. Бам – и крем уже стекает по наглой роже.
-Чтоб вы все сдохли! Ненавижу вас! Твари!! Вы не люди!!
Я мечу в них едой, пока на полу совершенно ничего не остается.
И только потом понимаю, что же я наделала. С огромными глазами на меня с ужасом смотрит мой единственный и любимый сыночек.
-Егор…Иди ко мне…Зайчик…Мама сейчас все тебе объяснит…
Тянусь к ребенку, но он, как от огня, убегает от меня на улицу. Я слышу его жалобный вой. Отчаянный. Сломленный.
Вторя ему, я тоже начинаю рыдать. Размазываю слезы руками, перепачканными коржами и кремом. Эта ужасная масса липнет к моему обезображенному горем лицу.
-Стася сошла сума!! На помощь!!
В коридоре уже собираются гости и зеваки. В чьих-то глазах я вижу жалость. Но таких меньшинство. Остальные смотрят с непониманием и презрением.
-Что у вас здесь происходит?! О господи!
Меня пытается поднять коллега. Наверно, думает, что я поскользнулась и упала в торт.
-Эта ненормальная кидается на людей! Ее надо изолировать от общества!
Тут «на свет» выходит Инга, а за нею мой муж. Гости ахают.
-Вызывайте дурку, пусть приедут и свяжут ее по рукам и ногам!
Она хочет схватить меня за плечо, но я вырываюсь. Расталкиваю гостей. Те сначала стоят в растерянности, а потом бегут за мной.
Я думаю только о своем мальчике. Что его оставили в одиночестве с волной горя и непонимания. Что он забился куда-то и ревет, брошенный и преданный.
-Егор, где ты?! Егор! Выйди к маме!
На каком-то втором дыхании я мечусь по двору, гости не успевают за мной.
-Оставь его, он не хочет тебя видеть!
Это кричит муж. Лучше бы он так кричал раньше, когда его новая баба говорила всякий вздор моему сыну про День Рождения.
Какая чушь. Ребенок всегда рад видеть маму. Мне нужно поговорить с ним. Мне нужно все объяснить. Мы же любим друг друга больше всего на свете.
-Егор!! Хватит прятаться!
Наконец-то нахожу его. Закрылся скатертью и затаился под столом.
Сейчас я все ему расскажу. Успокою. Он поймет. Мое солнышко.
-Иди я обниму тебя. Вылезай, сыночек!
Протягиваю к нему руку, но он отдергивается как от удара.
-Нет!!
Маленькие ручки вцепились в ножку стола. Выглядит так, как будто сейчас будет насмерть драться за свою жизнь с подкроватным монстром.
-Вылезай! Поцелуй маму! Нам надо поговорить!
Предпринимаю вторую попытку.
-Неееееет!!
Пуще прежнего орет мой сын.
-Вылезай, кому сказала! Я хочу как лучше!
Вспышка застилает мне разум. Остается только одно желание –воссоединиться с сыном и все наладить. Любым способом. И как можно быстрее.
Я что-то кричу и тащу его за ногу, пока он пинается и не дается в руки.
-Отстань от ребенка!
Муж с силой отдергивает меня назад, и я падаю на спину. Окруженная гостями. Врагами. Теперь уже все сморят со злобой и осуждением.
-Ну и горе-мать…-доносится откуда-то со стороны.
Я смотрю на бескрайнее голубое небо. Уже нет сил пошевелиться. Встать.
Только беспомощно реву.
Кажется, я оставила любимому сыну травму на всю жизнь.
Горе-мамаша
-Рустам, не надо перегибать палку. У всех бывает тяжелый день. И ты – не последняя причина, почему я сорвалась.
Пытаюсь оправдаться… Какая я жалкая…
Надо было наброситься на него и поставить на место! Заставить извиняться за измену на празднике сына!
-Меня не колышит. В другой раз ты наорешь на него, потому что он забудет выкинуть мусор. Мать никогда не должна срываться на сыне.
-Я же тоже человек, а не робот! Вы повергли меня в эмоциональный шок!
Почему он делает вид, что я сделала из мухи слона и накричала на Егора просто так?!
Я чуть не упала в обоморок! Вся моя жизнь перевернулась за пару секунд! Любой бы не выдержал!
-Мать никогда не должна переступать черту. И вредить своим детям.
Рустам был непреклонен. Суровый судья, который вынес свой приговор.
-А как же отец…Ему вместо воспитания можно изменять жене? Как удобно устроился…
Еле шепчу, и слезы бегут по моим щекам. Я прекрасно знаю, что скажет общество. Обвинит во всем маму. Папам всегда прощается слишком много.
-А отец как раз проявил бдительность. И оградит сына от горе-мамаши.
-Ты правда думаешь, что в детском доме ему будет лучше?! Ты же не возьмешь его к себе!
Зачем он так?! Я оступилась всего раз! Я бы пошла с Егором к психологу. Я бы все исправила, если бы он не вмешивался!
-Ему будет лучше везде, но не в доме с истеричкой в остром психозе.
Я знаю, что у Рустама связи в полиции. У него богатый папа. Он вообще не последний человек в городе. Если меня туда приведут, моя песенка спета…
Почему он желает разрушить мою жизнь?! Я не сделала ему ничего плохого! Я бы даже пережила наше выселение. Почему мой жестокий муж не знает меры?!
-Поднимайся, или я потащу тебя силой. По-хорошему, тебя надо связать в смирительную рубашку, чтобы ты ничего не выкинула по дороге.
-Недолго ждать осталось, ей выдадут рубашку в психушке.
Инга уже нарисовалась за моей спиной. На людях они не показывали, что спят друг с другом. Не хотят портить репутацию.
Потом обставят все так: «Бывший муж и общая подруга сплотились после совместного горя – их близкий человек сошел сума и не справился с агрессией».
-А тебе клоунский нос. Никто не уважает женщин, спящий с чужими мужьями!
-Мне плевать, что несет безмозглое животное. Все равно ты не отдаешь отчета своим словам.
Скрестила руки на груди. Я-то видела, что мне удалось ее задеть. Может, в глубине души Инга все-таки чувствовала вину за предательство?
-Пошли в участок!
Рустам уже начал терять терпение, и я поддалась. С тяжелым сердцем и нехорошим предчувствием села в машину. Как будто передо мной захлопнули двери темницы.
-Опа, это что у нас стряслось?
Присвистнул дежурный. И только под его любопытным взглядом я поняла, что все, кроме меня, успели умыться и привести себя в человеческий вид.
А я одна стояла, перепачканная тортом, с травой и кремом в волосах. С опухшим лицом и звериным отчаянным взглядом.
-Кирюха, родной, как жизнь?
Муж с обворожительной улыбкой подлетел к полицейскому и уважительно пожал руку.
И тут-то я поняла, что дела мои еще хуже, чем я предполагала…
Пожалуйста, не забудьте добавить книгу в библиотеку, поставить звездочку и написать свое мнение в комментариях!
Сына в детдом!
-Спасибо, ты сама только что закопала свое будущее.
Надо мной склоняется Инга. Хочу плюнуть ей в лицо, но сдерживаюсь. А она незаметно от всех больно пинает меня острым носом туфли по ребрам.
-Ты отвратительная мать, подружка.
Все уходят в дом. А у меня в ушах стоят ее слова. Измена любимого мужа отошла на второй план. Сейчас самое ужасное – я испугала своего ребенка!
Я действительно плохая для него? После родов я пережила глубокую депрессию, и муж не помогал мне ничем.
Мы оба очень обрадовались беременности, но еще в роддоме его накрутила свекровь – «глаза не наши», «нос не наш», «волосы чужие». Он еще долго не подходил к младенцу, и спать со мной перестал.
Потом принял, но, как оказалось, только напоказ…А в душе лелеял недоверие…
-Егорушка…прости меня…сыночек…
Я шептала это, хоть и знала, что сына не было рядом. Все бессонные ночи, все разы, когда я неотрывно была с болезненным мальчиком. Только бы он улыбался. Только бы был счастлив.
Говорят, что дети быстро забывают все плохое. Но забудет ли он на этот раз?
-Один раз…этот единственный раз…на его месте я бы себя возненавидела…
Это отвращение в глазах гостей. Если бы они знали, ЧТО сподвигло меня на этот некрасивый и дикий поступок.
Если бы они слышали и видели, что мне пришлось пережить сразу после падения торта!
Но я не успела никому сказать…И их «правда» - теперь истина для всех.
-Вставай, гости разъехались. Ну и сцену ты закатила. Не знал, что ты такая скандалистка. Как бабка на базаре.
Муж нависает надо мной, положив руки в карманы. Даже не подал ладонь, не помог встать. Не коснулся меня лишний раз.
-Может, я и была громкой, но зато никогда не предавала тебя за твоей спиной. Молча и скрытно, как самая последняя крыса!
Вижу, что мои слова не задели его. В его голове я – неверная жена, которую обрюхатил его друг детства. Он считает, что имел полное право начинать эту связь с Ингой.
Наверняка это она настроила его против моего сына. Каждый день нашептывала, как сильно он не похож на папу. А может, и свекровь помогла добрым словом.
-Где Егорка? С ним все впорядке?
Рустам хмыкает.
-Вспомнила о нем наконец. В своей комнате. Инга его успокоила за секунду. Как только думает о тебе – сразу заливается воем.
-Отведи меня к нему.
-Еще чего. У нас с тобой другие планы. Едем в участок, будем составлять протокол. Свидетелей полно.
Ничего не понимаю. Какой участок. Какой протокол?!
-Зачем нам туда?
-Как зачем? Будем лишать тебя родительских прав. Мальчик хоть и не мой, с такой сумасшедшей истеричкой я его не оставлю.
Неужели Рустам говорит серьезно?! Сначала он просто хотел выгнать нас на улицу, а теперь хлопочет, чтобы Егорку упекли в детский дом!
Где предел его жестокости?!
Допрос и следствие
-Живем потихоньку. А у вас что стряслось?
-Погоди, сейчас приведу понятых, и начнем.
Я застыла как вкопанная. Они же сказали, что все гости разъехались по домам. Получается, кто-то согласился быть свидетелем?!
-Как Егорка? Не обижают в садике?
Я поворачиваюсь, чтобы ответить, но понимаю, что участковый обращается…к Инге! Он подумал, что она – жена Рустама!
Конечно, кто же еще – не подозрительная же замарашка в углу.
-Тут вот какое дело, Кирюха. Деликатное. Но очень важное.
Рустам показывает свою деликатность, но в то же время обеспокоенность и серьезность.
-Стася последнее время едет крышей. И срывается на сыне. Беседы не помогли. Сегодня она пыталась его прикончить на глазах гостей…
Супруг демонстративно вздохнул, изображая убитого горем вдовца.
-Хочу лишить ее родительских прав. Знаю, вы этим не занимаетесь. Я пойду в другие инстанции. Но сейчас хотя бы зафиксируем показания и подадим заявление.
-Я никогда не желала зла своему сыну! Зачем ты утрируешь?! Ни один суд не лишит меня прав!
Все в комнате обернулись на меня. На городскую сумасшедшую.
-Гражданочка, не открывайте рот, пока вас не спрашивали. И не садитесь тут нигде, сейчас перемажете нам стулья.
Дежурный смотрел на меня с презрением. И из-за неопрятного вида, и из-за новостей о том, что я якобы искалечила сына.
-Записывай, дорогой. На Дне Рождении мальчик немножко шалил. Жена решила его наказать. Демонстративно при ребенке кинула торт на пол и топталась на нем. Потом поскользнулась и упала на свои же проделки.
-Не было такого! Я случайно уронила торт! Что ты несешь?!
Мне опять захотелось наброситься на него с кулаками. Но тогда бы меня упекли в обезьянник.
-Женщина, соблюдайте очередность. Или будете сидеть в изоляторе. Не мешайте.
Сочувствие ко мне испарялось с каждой минутой.
-Все могут подтвердить, что так все и было. Если надо – приведем хоть всех гостей. К сожалению, свидетелей нашей семейной трагедии сегодня было много.
-Светочка, расскажи, что ты видела,- Рустам обратился к моей коллеге.
Та немного замялась. Неловко было очернять мое имя при мне же.
-Ну, я уже подошла попозже…Услышала крики…Но я видела Стасю на полу и плачущего Егора…
Да, Инга и Рустам провернули все до того, как появились нужные им зеваки.
-Я упала на торт, Света, клянусь! Ты же знаешь, как я люблю Егора! Я так часто тебе о нем рассказывала!
-Любить и воспитывать суровыми методами – не противоречащие друг другу вещи. Она хорошая женщина, Кирюх. Но иногда ее клинит. И никто не может предугадать, когда. Согласись, мальчику опасно жить с бомбой замедленного действия. Ходить по минному полю каждый день.
Ооо, это мерзкое озадаченное лицо. Якобы хочет меня обелить, но и о сыночке не забывает. Урод!
-Единственный раз у меня случился нервный срыв, и теперь ты выжимаешь из этого все соки! Каждый может оступиться!
-Дорогая, ты сама мне по секрету рассказывала, что шлепаешь Егорку. Не надо запутывать следствие. Мы же тебе желаем добра.
На правах моей лучшей подруги вмешалась Инга. Взгляд кроткой овцы.
-Будьте вы прокляты!
Я не выдерживаю и снова захожусь в рыданиях. Я плачу от безысходности. Но со стороны это выглядит так, будто меня поймали с поличным, и я злюсь.
-Я лично видела, как Стася гналась за Егором по всему двору, а потом пыталась вытащить из под стола. Мальчик упирался и плакал!
Встряла еще одна гостья.
-Да-да, наверно хотела надавать ему тумаков. Даже гостей не постыдилась!
Вторила ей другая.
-Все было не так! Я хотела успокоить Егорку! Обнять его!
-И задушить в объятиях под шумок. Как не стыдно! Как рука только поднялась на этот маленький тщедушный комочек!
Дежурный громко постучал ручкой по столу.
-Спасибо, я услышал достаточно. Сейчас будем составлять протокол.
А как же я?! Никто не стал слушать мою версию событий!
Будь послушной девочкой
-Поставьте свою роспись здесь и здесь.
Все уже расписались, и теперь бумага переходила ко мне.
-Я не буду подписывать эту клевету! Я не согласна с обвинениями!
-Это просто формальность, что вы ознакомились с услышанным. Разбираться в правде будут в суде. Моя задача – составить акт.
Я пробегаюсь по нему глазами. Все не в мою пользу. Слишком вывернуто и гиперболизировано. А что если потом это используют против меня?
-Не подпишу!
Встала в позу и уперлась.
-Стась, не ломай комедию. Отпусти людей домой, у них тоже семьи есть. И так их уже задержали.
-Эти люди вообще могли сюда и не приходить, если бы ты сам не устроил это ненужное представление с участком!
Как же меня бесило ловить на нем восхищенные взгляды. Герой, которому досталась такая непростая жена.
-Гражданочка, он проявил бдительность, и вы Рустама за это не застыдите. Лучше переосмыслите свои поступки. Не будете нарушать – не попадете в участок.
-Я ничего не нарушала, поэтому не подпишу!
В глубине души я понимала, что это просто игра «кто кого продавит». Мне нет смысла тянуть время. Но чувство уязвленной справедливости не давало так просто сдаться!
-Кирилл, отведи нас с женой в свободную комнатку. Хочу с ней переговорить, чтобы вы все тут не мучались.
У меня внутри все похолодело. Будет бить?!
Рустам никогда не применял ко мне силу. Но почему-то сейчас я очень сильно этого испугалась.
-По коридору и налево. Спасибо. Неохота с этим возиться. Все остальные свободны!
Супруг вцепился мне в локоть железной хваткой и тащит в укромное местечко, где нас никто не услышит.
-Слушай сюда, Станислава. Если ты не подпишешь – тебя продержат тут пару суток, пока ты не подумаешь над своим поведением.
Голос ледяной как сталь. Глаза сузились.
-Я поеду домой. И запру Егора в отдельной комнате. Он будет плакать, звать тебя, захлебываться в одиночестве. Ты действительно хочешь для него такой судьбы?
Перед моими глазами встала ужасная картина. Мой малыш, брошенный всеми, изнывает от горя.
-Но если я подпишу, ты упечешь его в детский дом…там он будет плакать еще сильнее…
Язык почти меня не слушается. Так тяжело произносить эти слова. Думать о будущем малыша.
-Не упеку. Если ты будешь послушной.
Во мне вспыхивает надежда, но тут же потухает. У него будет повод манипулировать мной навечно!
-Мы подпишем протокол. И я попрошу, чтобы дальше в суд он не шел. Однако я в любой момент смогу дать делу ход, если ты будешь выводить меня из себя.
То есть не претендовать на часть квартиры. Не выбивать алименты. Не выносить сор из избы…
Все мои последние попытки зацепиться и подарить Егору нормальную жизнь. Не в нищете.
Но я как-нибудь справлюсь. Все, лишь бы нас не разлучали.
-Я все подпишу. Но обещай не строить нам козни. Ты про меня даже не услышишь.
-Будешь хорошей девочкой – живи со своим щеночком сколько влезет.
Меня передернуло. Как будто Рустам даже за человека перестал считать нашего общего ребенка!
-Кирюха, оформляй! Все на мази!
Я еле шагала, настолько сильно тряслось мое бедное измученное тело...
Мамочка сейчас болеет
-Нам нужно покинуть твой дом немедленно? Или ты дашь мне хотя бы неделю, чтобы собраться?
-Пару дней, - тут же подала голос Инга.
Она уже чувствовала себя полноправной хозяйкой, и ей не терпелось начать качать свои права.
Мне бы очень хотелось быть гордой, собрать чемоданы и хлопнуть дверью. Но логика брала верх. Сама бы я, может, и переночевала на улице. Но это не для Егора.
-Ты же знаешь, у меня никого, кроме вас двоих, не было…
А теперь я потеряла всех разом…
Помню, как еще с универа Инга говорила мне про всех девочек, с которыми я хотела сближаться: «Она такая лицемерная!», «Она тебе не подходит!», «Она за твоей спиной говорила гадости!»
А оказалось, что единственной змеюкой все это время была она. Изолировала меня от окружающих и вела веревки.
-Кто виноват, что ты – здоровая кобыла, не умеешь обзаводиться нужными связями?
-Прости, что считала, что у меня уже есть маленькая семья, которой мне будет достаточно…
Снова сжимаю кулаки, и снова приходится сдерживать себя и медленно считать, чтобы никого не отмутузить.
Рустам был против того, чтобы я работала, а Егорка требовал много времени и внимания. В итоге я осталась ухаживать за домом, упуская карьерный рост.
-Постарайся управиться за пару дней. Если что – сниму тебе отель на неделю.
-Нечего на нее деньги переводить! – подскочила Инга.
Как будто Рустам был не начальником фирмы, а кормильцем семьи среднего класса, у которого каждая копейка на счету.
-Я потратила на него пять лет своей жизни. Уж пару тысяч пусть подкинет нам на жилье.
-Не возникай, Стася. Я спас тебя от суда. Не ощущаю от тебя особой благодарности.
Сначала толкнуть в яму, а потом спустить туда веревку. Вот это спасение!
Мы приехали в дом. Клининг уже убрал все следы нашего побоища. Остались только праздничные украшения, грустно развевающиеся на ветру…
-Егор, сыночек!
Не повторяя старых ошибок, стараюсь не налетать на него сразу. Аккуратно открываю дверь в комнату малыша.
Пока я стояла в проеме, он игрался с машинками. Но, увидев меня, вскочил, запрыгнул на кровать и вжался в самый угол, накрывшись одеялом.
-Уходи, мама, ты злая! Ты плохая, мама!
Он выставил перед собой игрушечную сабельку, направляя ее мне на грудь.
-Я не злая, котенок! Я люблю тебя больше всего на свете! Поверь мне! Ведь еще вчера ты любил свою бедную мамочку!
-А сегодня ты меня обижала! Сломала мой торт! А я так хотел задуть свечииии.
Мне невыносимо больно от того, что мой малыш убежден – я намеренно испортила ему праздник. Но не расскажешь же ему правду!
-У меня просто слабые ручки…Я поскользнулась и упала на торт. И очень расстроилась. Скоро я испеку тебе новый, и ты сможешь задуть свечи два раза. Идет?
Егор выглядит заинтересованным. И я в надежде делаю шаг вперед. Зря. Очень зря. Он был не готов.
Мой мальчик всем телом вжимается в стену.
-Тетя Инга, спаси меня! Мама стала злым волчком! Она хочет меня съесть!
Как неприятно и обидно. Что он ищет защиты в этой мерзкой лживой женщине! Хотя из-за нее в нашей семье все беды!