Хозяйка разрушенного замка, или Попаданка в поисках

Хозяйка разрушенного замка, или попаданка в поисках суженого!

Глава 1.

В одном темном-темном городе. Ой. Не то. В одном отдаленном-приотдаленном поселке, гордо именуемом крепостью, сошлись в легендарной битве маги и нежить. Не. Опять что-то не то в голову лезет. Я глупо хихикнула и нервно вгляделась в горизонт. А там… Как говорится, пришла беда откуда не ждали. Хотя кому я вру? Ждали. Еще как ждали. Только каким боком вся эта ситуация относится ко мне?

Из-за угла ветхой крепости со скрипом медленной походкой от бедра вылез очередной скелет. В очередной раз вздохнула и призвала новый комплект брони, ибо от старого остался старая добрая дырка от бублика. Тело ласково обняла собственная магия, а в руке почувствовался вес копья. Тем временем скелет медленно приближался, изо всех сил скрипя на всю округу. Приглядевшись к нему повнимательнее, чуть не рассмеялась в голос. Это что такое? Сверху ребра были прикрыты чем-то очень сильно похожим на майку, а таз завернут в нечто на подобии шорт. Нет. Ничего смешного в одетом скелете, разумеется, не было, но… Тот факт, что прикид нежити состоял из огня, заставлял меня сдерживать улыбку. У них там что, в мертвых землях неделя моды, и этот красавчик с белоснежными костями сбежал прямо посреди показа? От разыгравшейся в моей головы сценки я все же не выдержала и громко рассмеялась.

Однако мое веселье продлилось не долго. К скелету присоединились забинтованные товарищи, которые при слишком близком контакте с пылающим соратником загорались и с громкими пронзительными воплями разбегались по округу, добавляя мне работы. Я снова вздохнула. И чего мне, спрашивается, в академии не сиделось-то? В который раз за последние пару часов этот вопрос всплывал в моей голове уже и не счесть. А ведь все так хорошо начиналось.

***

Наконец добравшись до пятницы, я была готова рвать и метать. А кто бы ни был готов сорваться? Мало того, что в отпуске не была, кажется, еще со времен мезозоя, так еще и начальник решил устроить всему коллективу тотальный квест на выживание. Как еще обозвать решение “дорогого” шефа организовать работу кафе до глубокой ночи, и это притом, что открытие тоже было не в послеобеденное время, мне в голову не приходило. Вымоталась не только я, но и все наши ребята. Потихоньку в уставший мозг стали закрадываться глупые идеи, которые казались мне гениальными, но мне удавалось удержаться и не напакостить. К тому же собственную репутацию губить не хотелось от слова совсем. Как-никак, профессию свою я люблю пылающей любовью.

Каково же было мое удивление, когда шеф влетел на кухню посреди рабочего дня с таким видом, будто за ним все вестники апокалипсиса гоняться. Однако никто из наших даже слова сказать не успел.

– Так, ребятушки, – тяжело начал начальник, с жадностью припадая к стакану с прохладной водой, который ему уже успел подать кто-то из наших, – к нам едет проверка! Поэтому сегодня вы все уходите пораньше, а завтра и послезавтра проведем санитарный день!

– А на сколько пораньше, Сан Саныч? – выкрикнул наш радостный и никогда не унывающий посудомойщик.

– В пять чтоб тут никого не было, Петров, – угрожающе оглядывая разинувшую рты от такой новости толпу работников, ответил Саныч. – Увижу кого-то после пяти, уволю к ядреной матери! Я ясно выразился?

Все дружно закивали, как те самые китайские болванчики, и я не стала исключением. В душе зарождалась тихая радость, которой мне не хотелось ни с кем делиться. Ура! Выходной! Как много в этом слове скрыто… М-м-м. Вот бы еще моя лучшая подруга Кэт тоже оказалась свободна. Вообще было бы шикарно. Эх, мечты.

– Всё. Я ушел. Попова, зайдите ко мне, – поправляя пиджак, через плечо бросил мужчина нашей новенькой стажерке.

Девушка слегка покраснела и, комкая в руках испачканный фартук, согласно кивнула. Босс расплылся в довольной улыбке и легкой походкой продефилировал из кухни. Ребята понимающе переглянулись и разошлись по своим рабочим местам. Я тоже поспешила к духовке, где как раз допекся пышный бисквит для очередного кондитерского шедевра.

Остаток рабочего дня прошел в ленивой суете кухни. Алиночка от шефа так и не вернулась, но всем уже было на это наплевать. Каждый из нас уже грезил долгожданным отдыхом. Собираться все начали еще в без четверти пять. Клиентов, как и заказов, уже не было, а наши бравые охранники Анатолий и Машенька медленно проходили по залу, проверяя помещение на наличие забытых вещей.

– Арина, свет очей моих! Не желаешь ли вместе со мной посетить прекрасный новый ночной клуб? – низким голосом пропел Михаил, а в простонародье Машенька, подкатывая к стойке администратора.

Девушка лениво листала очередной модный журнальчик и со скучающим лицом игнорировала новую попытку нашего охранника позвать её на свидание. Однако здоровенный детина в темном классическом костюме все не унимался, отвлекая Арину от занимательного чтива.

– Отвянь, Машенька! – исчерпав лимит своего терпения, грозно рявкнула брюнетка, гневно глядя на мигом стушевавшегося мужчину.

– Арину, дорогая, ну ты чего? Подумаешь, один-то раз всего было, да и то по пьяни, – лепетал смущенный охранник, потирая коротко стриженный затылок. – Ты не подумай! Я не такой! А тот прикид на спор надел. Что ж теперь, всегда меня Машенькой звать?

Я хихикнула в кулак, вспоминая умопомрачительное появление нашего мега-брутального самца в розовом платьице и с косынкой на голове. Он с трудом переставлял ноги, но упорно пер на сцену, до жути пугая приглашенных на корпоратив комиков. С боем отобрав у ребят микрофон, мужчина принялся петь, или, по крайней мере, это должно было быть песней, приплясывая какой-то странный танец. Более трезвая часть коллектива все это дело еще и засняла. Так наш охранник и обзавелся тайным прозвищем Машенька.

– Всем пока! – громко крикнула я, выходя из заведения через парадный вход.

Шиковать, так по полной. Холод осеннего вечера тут же вгрызся в кожу, заставляя поскорее двинуться в путь. До остановки долетела в считанные минуты. Хорошо хоть, что нужный автобус тоже приехал очень быстро и был практически полностью пуст. Вот это удача! Я радостно улыбнулась и заняла одно из свободных мест в самом конце салона. Ехать мне еще долго. Успею согреться. Сама не заметила, как под мерный шум автобуса прикрыла глаза и провалилась в сон.

Снилось мне что-то совершенно невероятное и явно выходящее за границы моего понимания. Я тряслась в какой-то старой, скрипящей и умирающей телеге, которая на каждом квадратном метре дороги подскакивала так, словно мы ехали где-то в глуши. Ага. В веке эдак восемнадцатом. Голова адски болела, а горло драло как после пьянки с моей подругой Катриной. Глаза открывались только до уровня крошечных щелочек, и все, что мне удавалось разглядеть сквозь них, было облезлое и видавшее виды дерево, потрепанная временем и ветром грязная обветшалая ткань да чьи-то ноги. Ноги интересовали и пугали меня больше всего. Судя по ракурсу, из которого я разглядывала внутреннее убранство повозки, моя голова покоилась у какого-то человека на коленях. А вот пол заботливого незнакомца мне так и не удалось определить, ибо был он или она в длинном то ли платье, то ли еще фиг пойми в чем. Я в этом не сильна.

Из-за пределов так называемого транспорта раздавалось усталое конское ржание вперемешку с отборным человеческим матом. Над головой то и дело раздавались тихие смешки, по которым мне все же удалось определить пол моего попутчика. Выходило так, что я находилась в полудреме на коленях незнакомого престарелого мужчины. Мне бы нужно удивиться, вскочить и потребовать объяснений, но опыт прошлых пробуждений после вечеринок с Кэт показывал, что ничему удивляться уже нельзя. Да и чего разводить панику, если это скорее всего просто очередной сон?

Голову снова прострелило дикой болью и я поморщилась, скрипя зубами пережидая приступ. Что ж в этом сне так явно чувствуется боль? Может, и не снится мне все это вовсе? Только почему же последнее, что мне запомнилось, это поездка в автобусе после работы? Неужели мы с Конфеткой все же успели встретиться и, напившись, уже куда-то снова вляпались, как мухи в мед? Однако сколько бы раз я не напрягала мозг, ничего после автобуса вспомнить так и не удалось. Память была чиста, как стаканы после посудомойки. А вот это уже не нормально. Почему я ничего не помню?

Повозка скрепя всем, чем только возможно, снова подскочила на очередной выбоине. И так изнывающая от боли голова неудачно приземлилась на коленную чашечку мужчины, заставляя меня громко застонать от новой порции боли. Да что ж такое?! Можно там как-нибудь поаккуратнее? Не кучку дров же везешь!

– Очнулась? – заинтересованно произнес голос сверху.

Я попыталась было ответить на вопрос, но изо рта донеслось только сиплое невнятное мычание. Сил не было от слова совсем. Кажется, я не могу сдвинуть даже палец на руке, не то, что вести хоть какой-то диалог.

– Ты потратила много сил, на восстановление которых уйдет время. Да и к тому же эта рана на голове не способствует быстрому их восполнению, – гладя меня по макушке, как маленького ребенка, заботливо произнес мой собеседник.

От его действий становилось легче, а измученное лежанием на чем-то жестком тело постепенно расслаблялось. Я уже почти пересекла грань между сном и явью, как голову в очередной раз прострелило. И нет, не болью. А очень разумной мыслью. Какая нафиг рана на голове?! Когда она успела образоваться? Или кто-то другой помог мне её образовать? И где я вообще нахожусь? Что за мужик? Пресвятые вареники, что происходит и как я умудрилась во все это влезть?

– Отдохни, детка. Время еще есть, – снова заговорил мужчина, где-то копошась.

К моему рту поднесли походную фляжку, из которой пахло далеко не розами и даже не фиалками. Это что за бормотуха такая? Хватит с меня выпивки. Не собираюсь пить еще и какую-то непонятную гадость, которую мне пытается всучить какой-то непонятный тип. Я упрямо сжала губы, не позволяя напоить себя не пойми чем. Фиг его знает, что там намешано!

– А ты весьма упрямая барышня, – довольно произнес голос над головой. – Это, без сомнения, хорошее качество, но в нынешнем твоем состоянии совершенно лишнее. Не упрямься и пей лекарство!

Я несогласно замычала, снова смыкая губы. Врешь, не возьмешь! Не на ту напал, старый хрыч. Если Василиса Солдатова что-то решила, то пиши пропало.

– Вот упертая леди! Раз так хочется пострадать, то кто я такой, чтобы тебе в этом мешать? – весело произнес мужчина и убрал от моего рта флягу с гадостью внутри.

Облегченно вздохнув, поняла, что на яростную борьбу ушли все накопившиеся во время сна силы. Вот же блин! Тело сковала жуткая тяжесть, а в голове взрывались фейерверки боли. Сознание медленно, но верно покидало меня. Может быть, мне повезет, и в следующий раз я смогу проснуться в том самом автобусе, где так неосторожно задремала?

Телега снова подскочила на очередном ухабе, но теперь меня это уже не так сильно заботило. Через несколько мгновений транспорт остановился, пронзительно скрипя. Не успело сознание окончательно уплыть от меня, как на мою бедную голову обрушился шквал голосов. Полог, прикрывающий вход в повозку, отъехал в сторону. Яркий летний солнечный свет тут же залил все помещение.

– Как эта паршивка, мистер? – очень громко произнес незнакомый женский голос, в котором четко было слышно волнение.

Это кого это она там паршивой назвала? В душе тут же зародился ярый протест, разгоняя всю усталость. Учитывая, что в телеге ехали только мы вдвоем, то выходит, что незнакомая мадам паршивкой назвала именно меня! Что за дела? Я тут вообще не причем. Лежу себе непонятно где. Отдыхаю. А она сразу обидными прозвищами награждать. Совсем как в моем бурном детстве, когда моя матушка звала меня точно так же в моменты яркого недовольства моим поведением.

– Девочка будет в порядке, если дать ей немного отдохнуть и восстановиться, – ответил мужчина, заставляя меня улыбнуться.

Девочка! Ой, не могу! Это как же ему такое в голову пришло, глядя на меня, двадцатисемилетнюю женщину высокого роста и спортивного телосложения? Работа на кухне тоже оставила свой отпечаток. А учитывая, сколько мне пришлось работать в последнее время…

– Где эта мерзавка? – взревел незнакомый низкий мужской голос, внезапно ворвавшийся в милую беседу между женщиной и моим провожатым.

Да что же это такое?! То паршивка, то мерзавка! Нормально назвать меня они не пробовали? С чего в голову взбрело, что обращаются именно ко мне, осталось для меня самой загадкой. Просто так почувствовала и все.

– Дорогой, успокойся! Главное, что мистер помог ей добраться до дома, а здесь мы уж о ней позаботимся! – как-то слишком многообещающе протянул женский голос.

– Еще как позаботимся! Я ей устрою “воспитательную беседу”! Будет знать, как из дома сбегать! Ишь, вбила себе в голову, что может в магическую академию поступить и хоть кол ей на голове теши! Погоди мне! Я с тобой еще по-своему поговорю! – гневно распинался мужчина где-то рядом со мной. – А вам, мистер, спасибо за помощь. Как же хорошо, что мир не без добрых людей, и вы нашу Василинку домой привезли.

– Да что вы, любезный, мне это не в тягость, – произнес мой сопровождающий, явно улыбаясь.

Мне почудилось, или во фразе старикана присутствовал и какой-то другой смысл? А и фиг с ним. Потом по ходу дела разберусь. Сейчас бы понять, куда меня занесло. Кто все эти люди, которых я еще не видела, потому что лежала с закрытыми глазами? И какого ежика здесь происходит? О какой такой магической академии говорили незнакомцы? Разве магия не бывает только в книжках и кино? Может быть, меня похитила какая-то секта фанатиков фэнтези? Или хуже того. Я сама их поймала и заставила взять в свои ряды! С меня станется!

Резко распахнула глаза и тут же закрыла их обратно. К такому меня жизнь не готовила! Яркий солнечный свет слепил, а горячий, явно летний, ветерок легонько играл с одеждой, почти незаметными касаниями скользя по коже. У входа в повозку стояла целая орава людей. Высокий мужчина с едва заметной сединой на темных волосах. Загорелая кожа, гневный взгляд карих глаз и затаенная усталость в уголках губ. Рядом с ним находилась высокая худощавая женщина с русыми волосами, которые то и дело выпадали из-под цветастой косынки. Её светло-карие глаза смотрели на мужа с любовью, а руки держали румяного малыша, которому не было еще и года. За их спинами маячили еще несколько детских и не совсем голов, которые то и дело бросали в мою сторону любопытствующие взгляды.

– Сестренка. Сестра Лина вернулась! – то и дело проскальзывало среди детворы.

Увиденный мною мельком пейзаж заставлял задуматься. Если сложить все уже увиденное и услышанное за последнее время, то выходило, что я сошла с ума. А как же еще можно объяснить весь этот бред, который происходил вокруг? Не могла же я переместиться во времени и, судя по услышанному, пространстве? Явно не могла. А значит, пора мне отправляться в домик с мягкими стенами. Глупо захихикав, ощутила, как едва проясняющееся сознание снова заволакивает дымка усталости вперемешку с ощущением нереальности происходящего.

– Вы мне там скоро экипаж освободите? – недовольным и весьма наглым тоном произнес еще один мужчина. – Мне еще обратно ехать. Так что забирайте свою девку и деда поскорее.

“Вот же засранец!” – подумала я, прежде чем сознание окончательно покинуло меня.

Глава 2.

Доброе-недоброе утро приключилось со мной аж ночью. Помещение, в котором я продрала глаза, оказалось темным, хоть глаз выколи, но ни черта дальше кончика собственного носа не увидишь. Где-то сбоку от моего весьма жесткого лежбища знакомо воняло борматухой старика из повозки. Опять он за свое?

От резкой посадки закружилась голова, но, к моему удивлению, тех болевых ощущений, что мне довелось отведать в повозке, больше не возникало. То ли силы понемногу возвращались, то ли настойчивый дед все-таки воспользовался моим беспомощным состоянием и влил в меня гадко пахнущее нечто. От пришедшей в голову мысли вздрогнула и механически кончиком языка обвела губы по контуру. Слюна стала горько-вязкой на вкус, мгновенно наполняя рот. Вот же гады! Да как они посмели? Да я на них за насильственное вливание неизвестного происхождения бормотухи в суд подам!

От переполняющего тело возмущения мигом слетела с постели и тут же за это поплатилась. Карма, засранка такая, отвесила мне нехилый поклон в виде ударенного об угол тумбочки мизинца. Вашу ж историю! Я негромко выругалась и, зашипев от пронзительной боли, тут же принялась скакать на здоровой ноге, рукой зажимая пострадавший палец. Однако и на этом мое наказание не закончилось. Пока исполняла папуасские пляски с ногой в руке, умудрилась натолкнуться на что-то еще и спиной. Новое отборное ругательство слетело с языка, прокатившись по всему помещению.

Так больше продолжаться не может! Подумалось мне, и я решительно остановилась, снова задев нечто плечом. Такими темпами к утру меня можно будет отправлять в больничку с ушибами и синяками всего тела. А здесь они есть вообще? Больницы-то эти? И где это самое здесь, собственно, находится? Умная мысль все же хоть и с опозданием, но настигла все еще дремавший мозг. Для начала нужно найти, как тут свет включается. А он тут вообще есть?

Я с рвением маньяка принялась ощупывать стены, старательно избегая различных препятствий, в поисках выключателя. Однако чем больше исследовала помещение на наличие такой простой, но необходимой вещи, тем больше в душе зарождалась паника. Ёжики зелёные! По всему выходит так, что в комнате не было и следа выключателя, а следовательно, и того, что он включает. Так, Васька, успокойся и подумай. Чем там люди пользовались до проведения электричества? Свечи и керосиновые лампы, но что-то мне подсказывало, что вторым вариантом здесь и не пахнет. А вот гадским отваром провоняла вся комната. Может, эта бодяга горит?

Рука наткнулась на подсвечник, в котором гнездилась одинокая тонкая длинная свечка. Вот и чудненько. Осталось только найти спички, но сколько бы я не шарила по грубой поверхности тумбочки, знакомые многим маленькой прямоугольной коробочке нигде не находилась. Да быть того не может! Неужели у них тут ещё спички не изобрели?! И зачем здесь тогда стоит свеча, если поджечь её нечем? Мда. Загадка века. Осталось только выяснить – какого.

Чем поджечь фитиль я так и не нашла, зато в мои руки перекочевала небольшая бумажка сложенная вчетверо. Интересно. Это кто же мне успел уже оставить записку? И как мне её прочитать-то? О! Без ложной скромности гениальнейшая идея пришла в мою голову. То, что в моей комнате темно, не значит, что так темно везде. А значит, мне просто нужно выйти в коридор или туда, где светлее. Спрятав на всякий случай записку в самое надежное и защищенное место, в бюстгальтер, аккуратно приоткрыла дверь.

Ночь расстилает свои сумраки над обветшалым поместьем, и коридор, словно просыпаясь от долгого сна, был окутан покрывалом тьмы. Старые деревянные панели, облупившиеся и покрытые старыми и уже не выводимыми пятнами, немного не ярко бликовали под бледным светом луны, проникающим через приоткрытые занавеси. Как-то знакомство с моим новым жилищем уже не задалось. Не сказать, что я трусишка, но вид нагонял на меня жути.

Между рядами оконных рам ночь тянула свои холодные пальцы, и ветер, как призрак прошлого, шептал свои невидимые истории в каждый уголок. Старые портреты на стенах, утратившие свои яркие цвета, казались призраками прошлых владельцев, наблюдающими за каждым моим шагом. Ощущаю себя так, словно попала в какой-то страшный ужастик.

Потрескавшийся мрамор пола уносил в незабвенные времена, когда здесь раздавались громкие шаги и бесконечные разговоры, а сейчас лишь слегка эхом напоминал об ушедших годах и величии этого места. Коридор, утопая в ночной тишине, создавал впечатление, будто он теряется во времени и во мраке, сохраняя лишь отголоски своего богатого прошлого.

Я быстрыми мелкими шажками приблизилась к одному из распахнутых окон, из которых щедро лился свет яркой и полной луны. Несмотря на то, что за окном уже вовсю правила балом королева-ночь, в особняке и за его пределами все еще было довольно жарко.

Добравшись до скрипучей оконной рамы, я с нетерпением приступила к развертыванию изрядно помятой записки. Это она у меня там так помялась? Грубая желтая толстая бумага не с первого раза поддалась моим попыткам.

“Если тебе интересно, как ты попала в этот мир и где ты оказалась, то приходи в рощицу за поместьем в три часа после полуночи. Я буду ждать тебя у поваленного старого дерева. Выйди через заднюю дверь и пройди по тропинке меж кустов. У сарая сверни налево.

Твой заботливый друг”.

Записка заставила меня вздрогнуть всем телом. Ёжики зеленые! Выходит, что я и правда попала в какой-то другой мир, где есть магия, но нет электричества?! И кто этот заботливый друг, который как-то узнал о моем попадании? Мысли заметались в голове с ужасающей скоростью, заставляя её болеть. Ладно. Ничего еще не ясно. Нужно пойти и встретиться с этим доброжелателем-анонимом. Кстати, а сколько времени?

По коридору разнесся громкий бой старинных часов, оповещая всех не спящих о том, что уже стукнуло три часа. Вот же блин! Я опаздываю на встречу с приключениями. А они такие переменчивые товарищи. Подхватив в руки громоздкий подол длинного ночного платья, сорвалась с места и, едва разбирая дорогу, понеслась в указанном направлении. Хорошо хоть “друг” оставил мне подробную карту с указаниями, что значительно упрощало дело.

Все такие же мрачные коридоры поместья были пусты в столь поздний час. Мои шаги эхом отражались от стен, наполняя тишину дома звуками и заставляя меня саму то и дело вздрагивать. Что-то не нравится мне все это. Но деваться некуда. Лучше все же знать, в какую мадам сижу меня все же занесло на этот раз. К тому же моей любимой подруги Кэт рядом не наблюдается, а значит, придется как-то выкручиваться самой. При мысли о подруге голова вновь подала болезненные признаки жизни. И что это должно значить?

Задняя дверь оказалась на своем законном месте. Выглядевшая так, словно ей уже не одна сотня лет без ремонта и ухода, она с противным скрипом медленно распахнула свои объятия. С той стороны тут же пахнуло жарким воздухом и неприлично ярким для лунной ночи светом. Пора навстречу приключениям!

Я смело шагнула на улицу, где меня тут же атаковали стаи голодных комаров и мошек. Вот же засада. Отмахиваясь от летающей толпы голодных насекомых, поспешила по дорожке вглубь территории прилегающей к особняку. Расстояние до той самой рощицы было приличным, и мне пришлось перейти на торопливый бег. Хорошо хоть, что нехитрую карту мне удалось запомнить с первого раза.

Густые заросли “рощицы” при ближайшем рассмотрении оказались дремучим лесом, в котором не было видно ничего. Благо протоптанная дорожка оказалась всего одна, и именно она вела меня к назначенному месту встречи. Продираясь сквозь ветки деревьев и периодически получая от них прутиками в лицо, я со свойственным мне упорством перла вперед. Дождись меня, неизвестный “друг”!

Лес внезапно закончился, перетекая в небольшую полянку с поваленным древним мшистым деревом. Ага. Я, судя по всему, на месте. Лицо горело, а все тело чесалось от укусов и мелких царапин, оставленных ветками и колючками. Отчетливо представляю себе, каким именно образом сейчас выгляжу. Мечта кощея. Баба-яга во плоти. Взлохмаченные волосы, торчащие во все стороны света, которые еще несколько минут назад были собраны в хоть какое-то подобие прически. Красные от слез и веток в лицо глаза. Вся надкушенная комарами и потому покрытая огромными волдырями, которые сама же по дурости и расчесала. В грязной ночной сорочке, которая слишком сильно напоминает платье. Пару раз запнулась о торчащие корни деревьев и не самым удачным образом приземлилась. В общем, видок сейчас имею еще тот. Если мой “друг” при виде такой красоты неземной не даст сразу деру, уже можно расслабиться.

– Сюда, – достиг моих ушей тихий мужской голос с нотками веселья.

Я озиралась по сторонам в поисках владельца голоса и заметила темную фигуру в отдаленном уголке этого дивного места. Повезло. Дважды. Что дождался меня и что не сбежал, едва завидев. Улыбнувшись своим мыслям и прихлопнув очередного назойливого комара, пошла на голос.

Каково же было мое удивление, когда мне навстречу вышел уже знакомый старик из повозки. От неожиданности я встала на месте, как вкопанная, и смотрела на приближающуюся фигуру так, словно мужчина – восьмое чудо света. В голове снова заметались мысли, перескакивая с одной на другую и не давая сосредоточиться хоть на чем-то. Единственной связной мыслью, мигающей огромными буквами в уставшем и офигевшем мозгу, была: “ЧЕГО?”.