Прислоняться можно

Плейлист

Andrew Belle – New York

Authentix – Море

EGOPIUM – Petrunko

Like Saturn – purple city

Ooyy – Faded

Saya Noe – Free

tekko – Interlude

Tribe Society – Lonely People

Vin Bogart – Only Way Out

5etra – We Belong

WizTheMc – show me love

ZOI Byfox – We Bad We Know

Глава 1.

Нажав на кнопку «Старт», я сразу настроил себя не относиться к этому делу серьёзно. Загрузка сменилась главным экраном, и я стал читать разные анкеты. Это больше напоминало развлечение, нежели реальный поиск нового друга. Короткие анкеты, содержащие минимум полезной информации, фотографии, которые должны были передать атмосферу человека, и, конечно, разные условия для общения, которые зачастую противоречили друг другу. С одной стороны, это был фильтр от нежелательного контакта, и сразу было ясно, что долго ты с человеком не пообщаешься. А с другой стороны, это сокращало выбор анкет настолько, что все эти сорок минут, которые я потратил на свою анкету, казались выброшенными впустую.

И всё же я искал. Егор вечно шутил про то, что мне нужны друзья помимо тех парней, с которыми я общаюсь в голосовом чате шутера, и ChatGPT, который стал для меня и собеседником, и помощником во время сессий. Хотя эта компания меня никогда не разочаровывала, я решил поддаться на уговоры и попробовать. Листая влево, я уже научился замечать фразы, из-за которых пропускал чужие анкеты. Несмотря на то, что ничего интересного я так и не смог найти, я тем не менее уделил этому занятию три часа.

Кофе уже успел остыть, и я сморщился, когда сделал первый глоток. Закрыв приложение, я отложил телефон в сторону и пошевелил мышкой. Компьютер запустился, и высветилось окно для ввода пароля. Я набрал комбинацию из пятнадцати символов, которую знал хорошо, несмотря на то, что это был рандомный набор цифр. Мне почему-то эта комбинация казалась лёгкой, и я запомнил последовательность сразу же, как только придумал.

Запустив браузер, я зашёл в социальную сеть и написал другу, чтобы заходил в игру. Сегодня был отличный вечер для того, чтобы почувствовать себя пилотом какого-нибудь истребителя и, взмывая в небо, открывать огонь по врагам. Егор ответил незамедлительно, и меньше чем через пять минут мы общались в голосовом чате, ожидая подбор противников.

Это стандартное времяпрепровождение тем не менее не наскучило мне ни разу за два года. Напротив, от того, что дни проходили однотонно, я ощущал стабильность и чувствовал, что хоть и увязаю в болоте, но в комфортном болоте, из которого не хотелось выбираться. Егор искренне старался расшевелить меня, вытянуть, как он иногда говорил, из зоны комфорта, я же не поддавался на все его провокации. В конце концов мы нашли компромисс и встречались у меня дома, проводя выходные за играми и поеданием чего-то вредного, но вкусного.

– И когда ты успел стать таким затворником? – спросил Егор, делая мёртвую петлю, фактически выделываясь перед другими игроками.

– Я им всегда был, просто никак не мог запереться ото всех.

– И от меня?

– Ну тебя же я пускаю в свою непреступную крепость.

– Ого, крепость, значит! А драконы где?

– Ага, так мать написала в последний раз. Самому смешно.

– А что, вот это на тебя похоже. Средневековье, крепости и эльфы. Ну или ещё кто-нибудь фэнтезийный. Какая-нибудь великая дочь ветра Аэрель.

Я улыбнулся и решил поддержать эту тему, мягко соскальзывая с разговора о моём образе жизни. Всё же это никогда не было моей любимой темой для общения с кем-либо. Я никогда не понимал всех этих открытых людей, у которых много друзей и которые бывают везде, кроме собственного дома. Меня, напротив, многое в людях раздражало. Многие всегда казались мне глупыми. Особенно в детстве я сильно ощущал эту разницу, и даже многие взрослые казались мне глупее. Чего только стоили эти их взрослые намёки, которые, якобы, дети не поймут! Все эти подмигивания, хождения вокруг да около и старания заменять вырвавшийся мат какой-то поговоркой. Взрослый фарс раздражал меня больше всего.

В школе было не лучше. Казалось, что я давно перерос своих одноклассников, которые почему-то долго не могли научиться писать и читать, хотя я умел это уже до своего первого учебного года. Именно поэтому я искоса поглядывал на одноклассников и совершенно не хотел иметь с ними ничего общего. Это становилось поводом для насмешек со стороны одноклассников и ссор с преподавателями, когда я отказывался от командной работы.

А ещё раздражали те, кто не следил за своей гигиеной. На таких я ставил крест и старался обходить как можно дальше. Возможно, именно из-за таких людей мне всегда хотелось помыть руки, а ещё лучше – сходить в душ и переодеться. Но в школе были только туалеты, холодная вода и, если повезёт, последние капли мыла, а ещё никогда, совершенно никогда, бумажных полотенец для рук.

Егор был единственным, кто выделялся из всей окружающей меня толпы: не глупый, чистоплотный и понимающий. Лучший друг, который никогда не смеялся над моими частыми походами к раковине, но удивлялся тому, как меня передёргивало в общественных местах. Лучший друг, который смирился со всеми моими странностями, принял их, но не терял надежды вытащить меня в социум, от которого я старательно отгораживался всеми способами.

– Ну что, ещё пару боёв и хватит? – спросил я.

– Ага, мне вставать рано.

– Не хочешь пропустить первую пару?

– Ты что, у меня сначала матан, а потом основы какого-то там бизнеса! Убьют, если опоздаю хоть на минуту! Что горгулья, что леший.

– Ладно тебе, я только спросил.

Я вспомнил, почему преподаватели получили эти прозвища. Егор тогда смеялся и старался подробно пересказать мне всё, что было в первые учебные месяцы, а истории про преподавателей всегда занимают особое место в таком разговоре. Горгульей они всей группой прозвали математичку, которой было около восьмидесяти, и которая вечно сверлила глазами всех опоздавших. А вот Леший получил своё прозвище из-за рассказов о том, как сильно он любит ходить в лес за грибами, из-за длинной бороды и, вроде как, из-за громкого басистого голоса.

Совершив ещё два боя и выполнив ежедневные миссии, мы разошлись. Егор отправился спать, а я ещё раз проверил приложение для знакомств. К счастью или нет, мной никто не заинтересовался. Я же решил для разнообразия ответить на парочку анкет и хоть узнать, что будет дальше.

Закрыв приложение, я поставил телефон на зарядку, а после выключил компьютер. Стало так тихо и спокойно, что мир стал казаться каким-то нереальным, будто я в другом измерении. Ощущение было приятным, время как будто застыло, и весь город погрузился в сон. Тишина никогда меня не пугала, как и одиночество.

Покончив с вечерней рутиной, я залезла на кровать, укуталась с головой в одеяло и разблокировала телефон. На секунду в голове проскочила мысль, что надо бы сменить обои на что-то весеннее, но прямо сейчас меня это не сильно заботило. Лицо после всех процедур было мягким и свежим, а волосы после душа всё ещё мокрыми. Я не стала сушить их феном, а расчесала, чтобы утром не провести полчаса за укладкой.

Слыша звуки родителей за дверью, я продумывала, какую отмазку сейчас можно будет придумать. Мне не хотелось им врать, особенно маме, но и признаться в том, что я собралась сейчас сделать, я не могла. Тем не менее в своей комнате я ощущала себя уютно и защищённо. В последнее время только лёжа под одеялом я могла подводить итоги дня и продумывать планы на следующий день. Такой ритуал очищал голову и помогал мне разобраться с накопившимися мыслями, а их было очень много! Среди этого вороха мыслей была одна, которая меня пугала, с какой бы стороны я к ней ни подходила. Надо было давно сделать этот шаг, но я боялась. Оказалось, что зарегистрироваться и начать поиск новых знакомых было не так уж и сложно, но… казалось, что этим небольшим действием я могу предать всех, кем дорожу: предать родителей, которые обо мне заботятся, предать сестру, которая меня сильно любит, предать парня, который много для меня значит, предать лучшую подругу, которой я дорожу.

Трясущимися руками я листала чужие анкеты. Мне было так страшно, что я невольно поджимала губы. Я не думала, что мне нужно будет искать нового друга в интернете для того, чтобы обсуждать учёбу! Да и в целом для меня это было чем-то новым и странным. У меня никогда не было проблем с тем, чтобы начать новое общение, и я не боялась первая подходить к людям. Меня окружает множество знакомых, но почему-то сейчас я долго собиралась с мыслями, чтобы нажать на «Старт».

Я успокаивала себя мыслью о том, что не совершаю ничего плохого. Я обещала ещё подумать насчёт поступления за границу, но для себя понимала, что очень хочу этого. Это был огромный риск, ведь поддерживать дружбу и отношения на расстоянии сложно, но… для этого и нужна наша любовь? Почему-то никто из моего окружения не стремился поддерживать мой выбор и желание, кто-то даже воспринимал мои слова как глупую шутку, но я продолжала бороться за мечту. И продолжу, несмотря ни на какие трудности – так я пообещала сама себе.

Но мечта – это всего лишь фантазия, которая заставляет сердце биться сильнее. Мне хотелось, чтобы моя мечта стала реальностью, а для этого нужен был план. И первым в списке был, пусть с виду и простой, а на деле сложный пункт: найти и познакомиться с теми, кто учится в тех институтах, куда я буду подавать документы.

Я листала анкеты, зачарованно разглядывая фотографии тех, кто жил в России, Латвии или Польше. В основном это были серьёзные лица, которые хотели выглядеть круто и пафосно, отличаться от остальных, но так мало среди них я видела настоящие и живые снимки. Особой серостью почему-то отличались подростки из России: казалось, все они до безумия одиноки и не знают, как разорвать эти оковы.

– Дочка, ты спишь?

Я тут же спрятала телефон под подушку и укрылась одеялом, закрывая глаза. Мама вошла в комнату, огляделась, затем погасила свет и вышла, закрыв за собой дверь. Я не хотела врать маме, выдумывая, почему ушла сразу после ужина к себе и почему сижу в телефоне. Притвориться спящей было лучшим вариантом. Я посчитала до десяти, после чего достала телефон и продолжила читать анкеты.

Мне хотелось найти не просто студента, который бы ответил на мои вопросы, но и друга в чужой стране. Кого-то такого, с кем мне было бы интересно и комфортно общаться не только на тему учёбы. Возможно, я хотела слишком многого, поэтому мои поиски сильно затягивались.

Ближе к часу ночи я откликнулась всего на семь анкет, хотя просмотрела явно несколько сотен! Глаза жутко болели, и я их слегка потёрла руками. Утром, скорее всего, буду чувствовать себя разбитой из-за того, что нарушила свой режим сна, но разве оно того не стоило? Я долго откладывала это и наконец попыталась сделать шаг навстречу своей мечте! Первый шаг всегда самый трудный.

Откинувшись на подушку, я наконец смогла спокойно выдохнуть. Поставив телефон на зарядку, я закрыла глаза и стала устраиваться поудобнее. Будь что будет. Если всё же моя затея увенчается успехом, я дойду до конца!

Пообещав себе быть сильной и не сдаваться, что бы ни произошло, я наконец смогла найти удобное положение для сна и довольно скоро уснула. Сон был пустым, но при этом приятным: я набиралась сил перед предстоящей экзаменационной весной.

Глава 2.

Открыв глаза, я первым делом всегда проверяю телефон. Все мои друзья живут в социальных сетях, и интернет стал для меня проводником в лучшую жизнь. Я не чувствую необходимости выходить из дома, поскольку дома мне достаточно комфортно, и, сидя за своим компьютером, я могу и работать, и учиться, и путешествовать везде, где только захочу.

Поднявшись с кровати и взъерошив непослушные волосы, я побрёл в сторону ванной комнаты. Приняв душ, я сел завтракать, включив на фон видео, а сам пролистывал чаты с группами. В одной мы обсуждали игры. Каждый раз, когда всей компанией проводили ночь напролёт, проходя миссии, на следующий день мы их обсуждали. Конечно, вспоминали шутки из разговоров, нелепые смерти других игроков и жаловались на то, какой босс в этот раз был сложный. Сегодня, как и обычно, чат был полон комментариев, но далеко не все я читал, поскольку в этот раз присоединился к рейду на дракона позже остальных, какую-то часть веселья упустил. Быстро просмотрев сообщения, чтобы узнать, что же там без меня происходило, я ответил на несколько сообщений, которые показались мне интересными, после чего закрыл общий чат.

В следующем чате меня ждал Егор с единственным вопросом: «Как ты?». В реальности я всегда усмехался, отвечая какую-то банальность, которая звучала бы так: «Всё хорошо» или «Сойдёт, сам как?», но сегодня я впервые задумался, как я на самом деле себя чувствую? Толкового ответа в голове я не находил, считая, что всё как обычно. Но в этот раз, набирая свой стандартный ответ, я впервые не усмехнулся.

Егор был единственным человеком, которого из всей компании я знал лично. Мы вместе учились в школе, потом вместе сдавали экзамены и вместе поступили в один и тот же институт, только на разные отделения. Форма обучения тоже отличалась: я учился кодить на заочном отделении, а он углублялся в аналитику, днём просиживая пары на очном. Порой я представлял, каково ему приходится вставать по утрам, быстро собираться и прорываться сквозь толпы людей в общественном транспорте. От одной только мысли становилось некомфортно и хотелось сходить в душ ещё раз.

Закончив с кофе и яичницей, я сразу же помыл посуду и переместился в комнату. Включив компьютер, я первым делом проверил личный кабинет студента. Лекций по видеосвязи сегодня не было, а вот домашки накидали достаточно. Включив эмбиент с дождём, я принялся вчитываться в задания. Мне нравилось то, что все задания были расписаны и шли в правильном порядке. На первом курсе преподаватели почему-то этим пренебрегали, и нередко мне приходилось сначала просматривать все пункты в попытке догадаться, в какой последовательности выполнять задание.

Писать код мне нравилось. Это походило на создание чего-то нового. Каждый раз, написав новую программу, я чувствовал, что погружаюсь всё больше в понятный для меня мир. Ведь программа не может ошибаться и выдавать ошибку из-за усталости. Так может поступить лишь человек. Вот почему я никогда не злился, если код не работал. Мне хватает терпения взять и перепроверить написанные строки, пока написанное не обретёт смысл, который я в него закладывал.

В отличие от всех компьютерных гениев из фильмов, я не считал, что идеальный код – это какая-то вершина и что самое главное – зациклиться над своей работой. Напротив, кодинг учил меня терпению, внимательности и пониманию того, что любая программа будет иметь свои сильные и слабые стороны, впрочем, как и любой человек.

Погрузившись в заданные материалы, я не отвлекался на входящие уведомления и смог закончить с заданием ещё до обеда. Растянувшись в кресле, я, довольный собой, ещё раз пролистал написанный код. Всё работало безупречно и не выдавало ошибок. Каждый символ стоял на своём месте и беспрекословно выполнял свою роль в последовательной цепочке.

Загрузив домашнее задание, я потянулся и переключился на другую вкладку. В почте меня ждала работа. Оставив своё резюме, я был готов подрабатывать тем, что создавал простые сайты или проверял и исправлял ошибки в чужом коде. А ещё делал курсовые для студентов, которые стабильно появлялись в середине осени и весны. Наниматься в какую-то конкретную компанию я не спешил, набираясь опыта.

Сегодня на почте было два письма. Я просмотрел каждое, внимательно вчитываясь в техническое задание. В одном случае было приложение, которое, по неизвестной для владельца причине, выполняло противоположные команды. Я сразу заподозрил какую-то логическую ошибку и решил попробовать разобраться. Ответным письмом я обозначил цену и попросил, в случае согласия, прислать код и перевести предоплату.

Второе письмо меня порадовало меньше. Я, конечно, всё равно взялся, но выполнять чужую курсовую мне сейчас не сильно хотелось. Решив, что смогу обойтись одной из своих старых работ, я согласился, ответив так же, как и первому своему клиенту. В последние дни эти однотипные курсовые начинали надоедать, но я всё равно брался, понимая, что лишние деньги не бывают.

Ждать ответ я направился на кухню, решив разогреть себе обед. Съехав от родителей, я почти полностью перестал готовить. Меня вполне устраивала готовая покупная еда из магазина, и я так и не понял жалобы родителей, которым это не нравилось. Напротив, я раз в неделю оформлял доставку на дом, набирая сразу побольше готовых вторых блюд, иногда салатов и очень редко заказывал супы. Обязательно добавлял в корзину энергетики, две пачки сока и много снеков. Любимым перекусом стали солёные чипсы, в которых я не разочаровался, хоть и ел их очень часто.

Такой заказ мне везли долго, но, как только пакеты доставлялись до двери, я чувствовал, как какой-то груз ответственности спадает с плеч. Я так и не понял, чего должен был бояться во взрослой жизни, что должно было заставить меня хотеть снова стать маленьким и вернуться к родителям. Конечно, как и большинство, я не так охотно платил за съём, налоги и раскошеливался на прочие траты, но всё же это казалось мне логичным круговоротом средств в человеческой жизни.

Порой, вспоминая наставления родителей, я приходил к выводу, что им хотелось подольше удержать меня, делая мир взрослых слишком серьёзным, строгим и недостижимым. Но, к их несчастью, я не поддался внушаемой панике, а спокойно собрал свои вещи и, вызвав такси, уехал, окончательно став затворником.

Микроволновка пискнула, оповещая меня о том, что мои тортильони с индейкой и соусом согрелись и готовы к употреблению. Я достал еду, положил на стол и принялся есть, не забывая поглядывать в телефон. Просто есть я не мог, мне нужно было обязательно что-то попутно смотреть, и тогда приём пищи не был простой скучной необходимостью. В этот раз я листал ленту с короткими роликами. В последнее время мне всё чаще стали попадаться видео про космос, заставляя меня размышлять о том, насколько всё вокруг бескрайнее и неизвестное! Но стоило контейнеру опустеть и попасть в мусорку, я забывал всю ту поучительную информацию про Юпитер, которую услышал буквально три минуты назад.

Когда Егор возвращался с пар, мы созванивались и вместе занимались чем-то, связанным с учёбой или работой. Пока друг задумчиво перечитывал условия задачи, я вчитывался в каждую строчку кода, ища ту самую логическую ошибку, которую заподозрил ранее.

Щёлкнув энергетиками, мы не сильно отрывались на разговоры. Нам нравилась эта атмосфера совместной посиделки, будто бы мы в одной комнате и не мешаем друг другу делать свою работу. Это мотивировало, подстёгивало и в каком-то смысле даже вдохновляло.

Закончив со всеми делами, мы на какое-то время прощались, пока одному из нас не прилетало простое и незатейливое сообщение: «Ну что, пару каточек и спать?».

Я всегда хотела быть той самой. Той самой дочерью, которой гордятся родители. Той самой старшей сестрой, с которой берёт пример моя младшая сестра. Той самой подругой, которую нельзя заменить кем-то другим. Той самой девушкой, которую будут любить и никогда не предадут. Той самой ученицей с наивысшим баллом и улыбкой на красивом, живом лице.

Просыпаясь каждое утро, я глазами натыкалась на плакат с вырезками из журналов, распечатками и выписанными цитатами, которые должны были заряжать меня позитивной энергией и давать мотивацию. Я делала всё для того, чтобы быть той самой. Комнату содержала в чистоте и украшала её так, словно живу в сериале. Вставая рано, я всегда первым делом сажусь заполнять ежедневник, записывая планы на день. После спускаюсь, чтобы принять душ и сделать смузи из фруктов, кефира и овсянки.

Мы живём в двухэтажном доме в садовом товариществе, и каждому члену семьи хватает места. У родителей была своя спальня, а у папы ещё и свой кабинет на втором этаже. На первом у нас была кухня, гостиная и зал, где мы часто собирались вечером, чтобы посмотреть телевизор или, разместившись на полу, играть в настольные игры.

Принимая душ, я всегда чередовала тёплую и холодную воду. Узнав, что контрастный душ приносит пользу, я решила, что теперь обязательно буду делать только так, чтобы точно быть той самой. Какое-то время было не очень приятно мёрзнуть, но я убеждала себя, что и этот ритуал мне на пользу.

Мама уже была на кухне, и я почувствовала вкусный запах от шкворчащей сковороды. Подойдя ближе, я увидела, что готовится закрытая пицца из картофеля с сыром. Пахло так вкусно, что я еле удержалась, но вовремя одёрнула себя и, чмокнув маму в щёку, подошла к холодильнику. Там меня ждали яблоки и кефир. Прихватив с полки ещё и овсянку, я забросила ингредиенты в блендер и запустила процесс приготовления смузи.

– Ты такая молодец, Лесси, я тобой горжусь.

– Спасибо, мама.

– Разбудишь свою сестру?

– Да, сейчас схожу.

Вот ради чего я стараюсь. Я знаю, что родителям не так просто содержать этот дом. А ещё много средств уходило на игрушки для сестры, поэтому я сокращала все свои расходы, принималась за небольшие подработки и на сэкономленные деньги покупала что-то в дом. Зачастую моих денег хватало на поход в продуктовый магазин, изредка удавалось накопить на что-то более стоящее.

Сестра, поскольку всё ещё боялась спать одна, спала в родительской комнате. Выключив блендер, я поднялась по лестнице и, открыв дверь, увидела, как Софи спит, закутавшись в одеяло. Я подошла к сестре, аккуратно тронула её за плечо и начала ласково будить.

Сначала она потёрла маленькое личико ладошкой, потом смахнула светлые пряди с лица и наконец открыла небесно-голубые ангельские глаза. Чуть хмурясь, Софи пару секунд смотрела на меня, явно всё ещё пребывая во сне.

– Доброе утро, – мягко сказала я. – Выспалась?

– Доброе утро, – наконец сестрёнка улыбнулась. – Да, я очень хорошо поспала!

– Пойдём вниз, у мамы уже готов завтрак.

Я встала и вышла из спальни, давая сестре возможность привести себя в порядок и спуститься вниз. Мама уже перелила мой смузи в прозрачный стакан и разложила по тарелкам завтрак для себя и сестры. Папа уже был на работе, поэтому мы редко завтракали все вместе.

Такой вот девичьей компанией мы зарядились энергией на новый день, после чего заканчивали сборы и вместе отправлялись по делам. Мы с сестрой шли в школу, а мама направлялась на остановку и ехала на подработку. Пока у нас не заканчивались уроки, она проводила уборку в нескольких домах, расположенных в относительной близости, после чего возвращалась и готовила нам еду.

До школы мы шли пешком. Шли вдоль других участков до развилки и сворачивали налево. В феврале уже не было так холодно, но лёд оставался серьёзной помехой на пути, и я крепко держала сестру за руку, чтобы она не поскользнулась. Свернув ещё раз налево, мы выходили на другую улицу. Часто, пока шли до основной дороги, мы с Софи обсуждали то, что видели. Это была такая игра: мы выбирали цвет и называли предметы этого цвета.

Параллельно главной дороге мы весело шли до большого перекрёстка, где снова сворачивали у остановки.

– Вот тот зелёный дом! – Софи показала на девятиэтажку, у которой была белая облицовка с зелёными акцентами.

– Забор! – я указала на тёмно-зелёный забор, который ограждал парковку рядом с домом.

Сестрёнка долго молчала, выискивая зелёные предметы, пока не обнаружила здание со столовой, где было сразу несколько оттенков зелёного: и яркие горизонтальные полоски, и стена с запасным выходом нежно-зелёного оттенка. Оставалось не так много времени, чтобы у меня был шанс отыграться, поэтому перед входом в школу я обратила внимание на её крышу. Тёмно-зелёная новенькая крыша после ремонта прошлым летом.

Здание школы напоминало две буквы «П», прислонённые друг к другу короткими частями. Внутри небольшая детская площадка с ярким резиновым покрытием, которое заменили летом. Школа радовала глаз после ремонта: белые и жёлтые стены выглядели свежо, новые раздевалки и диванчики на первом этаже помогали быстрее переобуваться, а в классах стало намного приятнее учиться!

Я довела сестрёнку до класса, после чего направилась в сторону своего кабинета, где меня уже ждали: моя лучшая подруга Диана и мой парень Влад. Они сидели за соседними партами, переговариваясь, и, когда я зашла, Влад сдвинулся на соседнее место, чтобы я могла сесть между ними.