Зачем ты вылечил мою судьбу?

Ведь многие женщины меня бросили в жизни и сделали это вполне себе намеренно. Они думали, что я смогу прожить один и буду постоянно перед ними в чём-то своём виноват. В таком огромном стиле вины я не мог даже хоть капельку сердца оставить им напоследок. Только стал забывать их искрящиеся лица и тонны лжи, которую они мне постоянно говорили в прошлом. Ведь семейный брак - это когда ты можешь доверять человеку полностью. Или хотя бы видишь будущее между вами, которое смотрит тебе обоюдно и можешь дышать не через трансцендентное облако, а просто так. Чтобы можно было бы его не глотать целиком, не ждать, что нечто выйдет из постели и будет после полуночи тебе уже угрожать. Райли никак не хотел угрожать никому из своих дам и поэтому сам никогда не женился, но видел в своих женщинах всё равно смелую отдушину. Такую, что можно было бы сделать очень много детей. Которые бы постоянно обгоняли меня на велосипеде и грезили бы, что Инсбрук - самый лучший город на Земле. На следующее августовское утро я уже поехал с совсем другим настроением на своём велосипеде. Потому что на улице я чувствовал приход осени, а её глаза то и дело проглядывались сквозь деревья и начинали меня тревожить уже понемногу.

Райли хотел обдумать в дороге до турфирмы свой день, потому что ехать нужно было полчаса. Но мысли все, как будто бы попавшие в самую настоящую коросту неслись по тротуару также быстро, как и колёса моего весёлого велосипеда. Я хотел было уже заехать в кафе и что-то поесть, но странная и очень холодная рука природы меня внезапно остановила. Я не мог понять, что это вообще такое? Точнее не понимал, откуда идёт эта приземлённая трансцендентность, если она должна вовсю парить только бы в облаках? В моей голове заиграла интересная мелодия из детства и мне стало легче на душе. Точнее на сердце, которое не может убежать из Австрии никогда и ни при каких обстоятельствах. Если конечно меня не собьёт на проезжей части грузовик и я не отправлюсь прямиком в рай. Я не думал, что на моей жизни это вообще произойдёт, но считал себя наверно баловнем судьбы. Однако, что-то тёмное всё равно вылезало из моего подсознания и говорило мне, что жизнь моя может измениться. Наверно это была моя человеческая тень, которая постоянно чего-то боялась и не могла вылезти из-за меня.

Я шёл сам перед ней или ехал на своём велосипеде, чтобы держать руль настолько крепко, как могут держаться и мои мозги в голове. Адам был помоложе меня и ему было всего тридцать пять лет. Он хотел быстро жениться и обзавестись семьёй. Также быстро, как это могут делать гонщики, если ни на одной своей секунде мозга не останавливаются. А вот я был наоборот тугодумом, таким философским ценителем полноты счастья и любви. Чтобы в ходе разговоров с дамами они могли меня точно понять и дать мне нужный ответ на то, что сегодня я и так сам знаю. Вот такой вот приём Райли постоянно делал для дам и все они могли бы мне присягнуть на верность. На ту самую форму австрийской любви, без которой нельзя выжить на свете ни дня. Когда я пришёл, то Алфи сразу зашёл в мой офис и сказал мне мой план работы на день. Он состоял из нескольких частей и все они логически были соединены в дну большую кривую. Которую мог бы распутать только я сам, если конечно захотел бы это сделать или нанял бы некоего детектива. Для моей конечно работы, где много всякой ерунды, но больше всего топорных и несчастных разговоров. Лесли принесла мне горячий кофе прямо с утра и я был ей за это безмерно благодарен.

Райли сказал Лесли, что она сегодня очень хорошо выглядит, но больше всего ему нравится её симпатичная рубашка. Такая бы лёгкая и стильная, чтобы может потом оторвать от неё несколько таких же милых пуговиц. Мои мысли и разум воспалились, а сам я стал думать о своей жизни ещё более щепетильно и важно. Как будто бы планирую некий финал начатого давно в прошлом дела. Которого никто никогда не видел, но сама идеология этого дела осталась. И теперь гложет меня изнутри, чтобы только сам я вывел для себя нужную формулу решения и дал выход на этом разуму в делах. Мои руки были полностью заняты стопками бумаг, а сам я хотел уже пойти на обед. Как, вдруг, наткнулся на одно нужное мне имя. И оно было Корнелия. Мне нужно было позвонить этой даме после обеда и дать ей ещё один бонус от нашей фирмы. За то, что в прошлом она пользовалась нашими услугами и теперь может получить скидку на будущие услуги. А предложить этот смелый вариант будущего смог бы только я один. Тот самый Райли, который не может никого просто так вычеркнуть из своей жизни или взять и насрать человеку в душу.

Уже после обеда я позвонил милой даме и Корнелия тёплым голосочком ответила мне, что может даже со мной встретиться. Конечно не в кафе, а именно в моём офисе, от чего я немедленно завёлся. На меня что-то такое ощутимое нашло и в этот момент я сам весь вспотел, чтобы не думать, что могу теперь читать женские мысли. А показалось мне, что я прочитал трогательную натуру этой дамы Корнелии и весь её аромат из тела перенёсся прямо на меня. Чтобы не ждать следующего дня, а быстро так взять и прилететь сегодня прямо в мой офис. Моё сердце при этом сильно успокоилось, а то трансцендентное облако, за которым я постоянно прячусь - стало менять свою окраску с тёмного перелива и вообще исчезло. Как будто бы не было его никогда и нигде, а сам я мог бы больше не прятаться от этой формы своей морали в глубине созерцательного рассуждения о любви. Ведь любить дам я конечно же любил и вся моя жизнь была пропитана этим волшебным покоем. Даже, не смотря на то, что они уходили от меня, словно бы лёгкие бабочки. Что внезапно вспорхнули и отлетели за тот край трансцендентного облака мира, внутри которого наверно больше человеческой харизмы, чем во мне. И с такой мыслью я сегодня благоговейно смирился, чтобы уже завтра понять, что увижу эту даму Корнелию. И моё сердце наверно наполнится таким бы предосенним покоем, которого мне хватит на свою зиму и может дальше и больше. Так я закончил работать этот день и во мне стало тепло и уютно, как это может быть, когда ты сидишь под своим тёплым пледом прямо у камина.

Может у меня в квартире и не было камина, вот только это ощущение возникло внутри и оправдало там весь мой день, а может то чувство слабости, что я постоянно получаю. Райли ведь не хотел себя мучить по жизни или ждать, что меня буду садистски винить во всех своих неудачах другие люди. Которые меня знают или смогут узнать в будущем, но установка то уже стоит и хочет сегодня выть по ту сторону морали мира. А по эту сторону есть только я и моё трансцендентное облако, в котором я могу постоянно прятаться и ждать, когда будет удобный случай. И когда он наступает, то можно выглянуть и спросить сегодня даже себя самого:

— Как у тебя дела? Как ты поживаешь и что вообще произошло за время моего полного отсутствия? В этой ли Вселенной, а может в самой трансцендентности, где нет ни одного нужного мне слова о любви?

Все они почему-то съедены и ждут уже кого-то другого. Того кто дал бы им нужное значение в своей небольшой семье. И теперь эту семью наверно буду искать я сам и думать, что может офис спасёт меня от этой ментальной болезни ненадолго. Для того, чтобы и сам я не страдал, а сердце моё не мучилось и не болело. Ведь нужное мне будет только впереди и до него ещё нужно доехать на моём великом велосипеде. С такой мыслью я отправился домой и стал ждать долгожданной завтрашней встречи с Корнелией. С той дамой, у которой есть довольно интересный голос и есть также внутренняя харизма, где я смог её сегодня прочитать.

По приходу домой Рональд очень странно на меня посмотрел и что-то своё мяукнул. Но не подбежал ко мне как обычно, а просто сел в углу и сделал вид, что заснул. Я понял, что и сам Рональд что-то предчувствует, но не говорит мне сегодня, потому что это обычное животное. В таком простом измерении мира, где нельзя точно сказать самому себе, что вообще будет для меня внезапностью, а что станет уже настоящей болезнью и бедой? Райли не хотел накручивать себе голову, а просто принял душ и лёг спать. Сегодня же всё было как обычно, но свободой вообще нигде не пахло, а только каким-то необычным действием. И в нём можно было бы говорить самому себе, что моё трансцендентное облако поднялось уже на более большую высоту. И теперь достать его будет очень сложно даже мне, чтобы немного им воспользоваться или выжать из него тонны чувства юмора. Я не хотел переживать по этому поводу, а просто сладко заснул. Всё было бы ничего, но наутро у меня в груди как будто бы кто-то прошёлся. Или сделал нечто такое, что можно было бы назвать выниманием моей души или переиначиваем её полностью. Да так, чтобы потом вообще не вспомнить - кто я такой вообще или где моё место в жизни? Этот август был совсем странный и мне пришлось бы выловить довольно много рыбки в мутном омуте. Чтобы понять, что происходит около меня, когда в жизни вообще ничего не происходит.

Будто бы я живу в таком затаённом болоте, где никто никому не доверяет. А когда что-то странное происходит, то может показаться, что стены этого самого болота раздвинулись. Но они стали ещё более плотны к твоей душе, где само нажатие на душу давало уже сердечный приступ. Райли не хотел думать о плохом, но решил всё же выпить кофе и быстро собрался на свою работу. По дороге у меня мелькало много странного в голове, но на самой улице было почему-то очень мало транспорта. Ведь это был четверг или мог показаться мне такой бы уже символической точкой отсчёта от того, что я смогу пережить сегодня. Где Адам будет мне рассказывать о своей личной жизни и ещё что-то такое, что запомнится только ему. В мою же память запало совсем немного и поэтому мой рок судьбы шёл всегда по прямой. По той точке моего нового чувства свободы, где я не буду никогда разворачиваться назад и ждать того, что мне вообще не нужно. Теперь же Корнелия была просто тайной из всех миров. А уже после двенадцати часов эта тайна могла бы раскрыться и я ждал этого времени так плотно, что чуть не упал по дороге в глубокий кювет.

На моём рабочем месте, вдруг, всё стало наполняться некими ароматами. Или может кто-то поставил здесь ароматные палочки, но мне и этот трюк сегодня понравился. Райли был в хорошем расположении духа и шёл, так плотно прижав к себе сумку, что казался даже немного курьером. Которому видно нужно быть собранным и очень точным, когда он входит в нужное здание. Чтобы выбраться оттуда уже с выполненной на сегодня бы миссией. Тогда я быстро вбежал в свой офис и встал там, как вкопанный. На меня странно посмотрел Адам, а потом подошёл, чтобы пожать мне руку. Мы были все в обычном стиле общения, но Корнелия могла оставить внутри меня ровный тёплый след, уже где-то там на самом краешке моего сознания. И там же я понял, что наверно именно она изменит всю мою жизнь. Ровно в двенадцать часов ко мне в офис зашла некая симпатичная брюнетка и быстро представилась, сказав:

— Здравствуйте, вы Райли? Я к вам по поводу вашего вчерашнего предложения по телефону. Мне одна ваша услуга подошла и я бы хотела заключить с вами договор.

На этом вопросе мои глаза немного округлились и сам я встал и сопроводил даму до стула. Когда же Корнелия присела, то стала рассказывать мне очень много интересных вещей из своей жизни. А сам я добавил:

— Можете выпить кофе, пока сам я заполняю договор. Ведь вы наверно приехали издалека?

Так я попытался узнать, откуда вообще эта дама родом или может живёт? Она была настолько симпатична и привлекательна, что я даже впал в некий гипноз. Он был не человеческим, а именно трансцендентным, чтобы когда я уже пришёл сам в себя, то меня нужно было бы выводить из этого странного состояния, как будто бы из запоя. Но сам я не хотел оттуда выходить по крайней мере сегодня и только немного поглядывал на Корнелию своими глазами. Давая ей понять, что я полностью во внимании и чувствую всё, что она хочет мне сегодня рассказать. А сама Корнелия говорила очень много и даже того, что в общем-то мне и знать было не нужно. Так в моей истории то трансцендентное облако, которое плыло по небу, почему-то осень от неё не закрывало. Наверно это был симптом какой-то новой осенней болезни. Куда можно было бы достать своими руками и дать себе ещё больше, чем нужно в жизни. Ведь сам Инсбрук мне мог дать не очень много, а только воспоминания и австрийский строгий характер. Который мог вылезти внезапно, где сам я даже был не готов к этому действию, а нёс на своих плечах только надежду.

Корнелия стала рассказывать, как живёт с мужем в пригороде Инсбрука в большом каменном доме, доставшемся ей от родителей. А я на это мог похвастаться только небольшой квартиркой в самом городе, но мне и этого было вполне достаточно. Чтобы наверно показаться даме очень привлекательным и таким профессиональным турагентом, где я мог получить свою выгоду для фирмы. Мы договорились с ней по двум вопросам, а точнее по двум услугам. Которые наше турагентство сможет ей предоставить с большой скидкой. Так в моих глазах пробежал небольшой костерок, который больше напоминал бы трансцендентное облако. Только теперь это было моё собственное облако морали, которым я мог бы дать даме всё лучшее. Что можно было бы дать на моих профессиональных условиях. И с чувством выполненного долга я сказал Корнелии, что она может теперь идти по своим делам. А дама, немного посмеявшись ответила мне, что хочет пойти в здешнее кафе посидеть вечером и готова это даже сделать со мной. Я был очень обескуражен, а ещё точнее удивлён до полноценного риска. Стать сегодня ментальным любовником для замужней дамы Корнелии. Но в моей прихоти было слишком много разных элементов отговорок. Даже для самого себя, чтобы после минуты раздумья я, вдруг, бы и согласился на её предложение. Корнелия очень заулыбалась и спросила, до скольки я работаю?

Я сказал, что заканчиваю работу через полчаса и могу выйти прямо к крыльцу нашей фирмы, где мы и встретимся. Корнелия на это благоговейно согласилась и сказала, что может эта прогулка пойдёт ей на пользу. Потому что в жизни у неё очень много неприятностей и она может их расскажет при встрече в более неформальной обстановке. Я попрощался с Корнелией на полчаса и продолжил свою повседневную работу. А потом, немного собравшись с мыслями, пошёл и показал двумя пальцами Адаму, что я ухожу домой. Он мельком со мной попрощался и стал дальше выяснять свои дела с начальством. Мне это было как раз на руку, чтобы не выходить вместе с ним. А просто спуститься бы там одному, и этот августовский вечер нам запомнится очень сильно и весомо по жизни. Ведь я хотел только немного пообщаться с дамой, а не трепаться там с ней о разных мелочах. Поэтому сам быстро спустился по лестнице и пошёл к выходу. Погода была на редкость хорошая, а мне хотелось при этом наверно выпить красного вина.

Я близко подошёл к Корнелии, когда она стояла вполоборота и сказал ей, что мы можем уже идти в кафе. Она мило улыбнулась и мы отчалили в эту беспробудную осень, которая катает внутри природных облаков очень много трансцендентности. И не может абсолютно никому о ней сказать, а только показывает саму трансцендентность и говорит, что дальше будет интереснее. Наверно для меня этот день был намного интереснее, чем раньше, а то, что я мог бы сделать потом - я оставил вообще на другие дни. Поэтому и весь вечер был только свободным и там мы зашли в кафе и хорошо так устроились. Чтобы сесть у самого окна и дышать постоянно в огромное стекло или видеть движение машин на улице. Которые мы можем потом взять внезапно и просто пересчитать. Мы заказали вина, фруктов и немного закуски, а потом стали мило расспрашивать друг друга о разных мелочах. Может о своей жизни или о том, как можно сегодня выжить в Инсбруке? Корнелия показалась мне довольно обаятельной дамой, которую трудно сбить с толку. Или поставить ей тупик в жизни, о котором она бы потом долго молчала и ждала снисходительности от других людей.

И всё потому, что сама Корнелия была довольно решительной. И когда Райли узнал о её настоящих делах, то просто ужаснулся. Она была замужем за настоящим тираном, который её не любил и бил постоянно при каждой ссоре. Мне стало жалко даму и я ещё заказал красного вина, так мы просидели почти что три часа в этом кафе. И потом уже при выходе из него договорились видеться иногда и там - поддерживать друг друга. Тот час настал почти сразу и вся в смятении уже в субботу утром мне позвонила сама Корнелия. Она была просто в бешенстве и не знала куда ей можно прийти? Я ещё спал, так как на часах было одиннадцать часов утра. И мне наверно хотелось ещё немного поспать, но дама меня разбудила. Тогда я вежливо предложил даме приехать ко мне и там мы уже решим, как можно бы ей помочь в этой странной ситуации. Райли даже смутился, но решил на работе никому об этом случае не рассказывать. Потому что мой рок сидел почти что за моим плечом. И открывать этот ларец с премудростями друзьям сегодня - было бы довольно опасной штукой. Ведь сам я мог при этом пострадать своей репутацией на работе. Так как общение с клиентами было очень ограниченным и могло бы повлиять на репутацию самого турагентства в будущем.

В моих руках сегодня был не только рыжий кот Рональд, но также и сама судьба, что открывает дорогу для бедствующих. Таких, кого сегодня может замело некой трансцендентностью из осени. Которую они не смогли закрыть в небе своими же руками. Но и я не стремился закрываться от этого демона души. Райли хотел только понять саму даму и успокоить её душу. Может своими глазами, а может уже и телом. Но если сама дама захочет такого бы продолжения глупости из любви. Я быстро накинул свой чёрный халат и понял, что в моей голове будет всё что угодно, но только не грусть. Я буду постоянно успокаивать там даму до последней мысли. Пока она сама не скажет мне, что хочет внутри успокоиться и больше никуда не бежать. Но и я сегодня был выходной, потому что на календаре была суббота. Я дал сам себе совет, что не буду никуда торопиться с выводами из такой непростой ситуации. Но если мне нужно будет сделать что-то сильно реактивное, то наверно я сегодня напьюсь. И сделаю этот шаг навстречу к близости, но буду очень при этом осторожен. Чтобы не повлиять на чужую судьбу, от которой могли бы зависеть и дети Корнелии. Если конечно же они у неё есть, но об этом я думал узнать уже позднее. Мне хотелось слишком много всего узнать, а в голове крутилось это сложное и выразительное имя дамы.

В половине первого дня в мою дверь позвонили, но сделали этот так аккуратно, чтобы можно было слышать шум шагов. Тот шум, который идёт с лестницы и распространяется на всё моё мужское тело. Которое говорило бы, что думать сегодня запрещено и даже будет неимоверно легко - вспомнить небольшие трюки. Например, когда ты можешь представить себе даму, стоящую перед дверью, но уже с той стороны. Не заглядывая при этом в сам глазок, чтобы и она не увидела, что я в него смотрю из моей квартиры. Думаю, что в небе будет именно то облако трансцендентности, которое меня сегодня и закроет. Но на подходе осени облака почему-то все расступились, а перед нами не стояло больше ни одной шахматной фигуры. Все они внезапно исчезли или стали внутри людей - просто невыразительной ловкостью чуда из судьбы. Из той самой жизни, что ты ждёшь постоянно, но теперь тебя никто вообще больше не закрывает. Поэтому и я сам не стал закрываться, а просто, не смотря в свой дверной глазок - открыл даме дверь. Корнелия быстро вошла и показала мне, что будет сегодня очень много жаловаться.

А ещё она хотела, чтобы я ничего никому в жизни о наших с ней разговорах не рассказывал. Только бы своему коту, которого внезапно увидела дама и сразу взяла на свои женские руки. Потом же спросила:

— Как зовут это милое творение? Можно я его немного подержу на руках и может этот котик меня согреет сегодня и успокоит.

Тогда Райли быстро ответил даме:

— Конечно можно. Держите Рональда столько - сколько сами пожелаете. Это очень милый и весёлый кот, который любит людей и всё, что с ними связано.

Тут, внезапно Корнелия засмеялась и то облако, которое было над нами - просто разошлось. Оно как бы немного исчезло и стало почти прозрачным, чтобы потом мы смогли почувствовать разрядку нашей ситуации. И может даже то, что мы внутри самих себя никогда уже не будем в будущем одни. Только будем напоминать там осенний бриз, который ищет сегодня ответы на все возникающие у нас вопросы. Или сами мы должны найти там же ответы на то, что думаем от близких людей. А в глазах при этом всегда ощущать только лёгкий ветерок и мечту, без которой трудно было бы достать до идеальных звёзд. Мы сели с ней в комнате и я налил даме красного вина. Так мы разговорились, а потом Корнелия показала мне свои побои прямо на теле. Там было так много синяков с подтёками, что мне даже стало страшно. И в том-то и была опасная ситуация, что я мог влипнуть именно в разборки с мужем самой Корнелии. Так прошло уже два часа и пока мы говорили, то суть проблемы была мне ясна. Муж Корнелии Эдвард мог её даже убить, но на то были сомнения или же я просто чего-то не понимал. Осень в такой ситуации могла принести мне не только новую любовь, но и некое чувство вины. Когда не знаешь, как помочь любимому человеку, а он постоянно плачется и говорит тебе, что больше жить не может.

Видно и я не мог жить при этом теперь нормально, но выяснил немного подробностей. И в них сама Корнелия была конечно жертвой своего мужа. У неё был сын Кларк и она не могла его надолго оставлять с Эдвардом. Потому что видно уже больше не доверяла ему и может даже видела тёмное будущее у своего мужа. Наверно развод помог бы Корнелии отпустить эту ситуацию вон, но тогда и сын мог бы по суду остаться с ним. А это было чрезвычайно опасно для Кларка и тени сгущались всё больше и больше над нашими головами. И в той самой точке, когда они почти полностью перемешались - мы стали с Корнелией уже заниматься любовью. Прямо там же, где и сидели в моей комнате, на тёплом пледе, под которым я любил иногда поспать. Чуткость и может даже тревога на некоторое время отпустили мой мозг и суббота была теперь слишком приятна для моего уха и глаза. А также для всех моих органов чувств, за которыми стояло одно огромное мужское либидо. Оно сегодня раздулось до космических размеров и стало терять именно то трансцендентное облако, которым постоянно прикрывалось.

Как будто бы я сам знал, что больше мне прикрыться в будущем будет нечем и это был для меня странный знак. На следующее утро в воскресенье Корнелия уже готовила мне вкусный завтрак. А её руки были постоянно обращены к моему коту Рональду. Он мяукал всё время, от чего и меня разбудил, чтобы я не заспался от тяготы вина и наслаждений ночью. Я встал весь помятый и не готовый к новым приключениям. Но внутри у меня дико бурлило в животе, чтобы понять, что в следующий момент я просто могу съесть целого слона. Такое было приятное умопомрачение, что даже говорить было бы тошно. Или понятно, что в общем-то мои выходные удались, а Корнелия будет теперь приходить ко мне иногда и ублажать мой чуткий сон. Мы стали завтракать и у меня по спине опять пробежало что-то холодное и скользкое. Как будто бы кончик ножа своим лезвием соприкоснулся с моими нервными окончаниями и сам я не могу остановить это действие.

Я просто сижу напротив Корнелии и думаю о том, чтобы прикрыться очередным трансцендентным облаком из моей морали. Но оно почему-то сегодня не работало и не хотело выходить на связь. Видно сама связь была не человеческая, а именно космическая, которая приближает бы уже осень. И тут, глаза Корнелии сверкнули и это означало бы для меня что-то уже более тайное и символически понятное. Что сможет поставить точку на моём деле и субъективно освободить бы меня от странного положения в душе. Я сел прямо и выпрямил плечи, а вслед за этим взял в руки тарелку. И там продолжил есть свой завтрак, внимательно слушая саму даму. Корнелия начала издалека, но сказала, что у неё ещё есть один загородный дом на другом конце Инсбрука. И там мы можем иногда встречаться, а может и найти выход из этого странного мира садизма. Где тебя не быстро убивают, а только понемногу, чтобы увидеть как ты мучаешься при жизни и страдаешь душой. На такое предложение я быстро согласился, но сказал, что мы слишком рискуем.

А сама Корнелия сказала, что не может больше жить с этим человеком. Одна же она избавиться от него тоже не сможет, так как у него хорошие юристы и он слишком богат. Тогда я предложил подумать и ещё над этим вопросом, если он будет опять бить даму. Корнелия же взвыла и сказала, что вообще не хочет больше возвращаться к этому извергу. Иначе она и сама его может убить ненароком. Тогда я вообще удивился и пожал плечами. Ведь такая хрупкая дама никогда не смогла бы руками убить своего мужа одна. Если бы даже у неё был в руках острый нож. Но Корнелия немного улыбнулась и ловкими движениями тех рук вытащила из своей небольшой сумочки пистолет. Тогда моё лицо окончательно вытянулось и стало очень бледным. Мне хотелось или куда-то убежать или занять такую позицию, где меня больше никто ментально не узнает. А потом Корнелия сказала мне, что будет намного лучше, если сам я помогу сделать этот небольшой трюк в жизни ей. Быть может, на следующих выходных, а может и в следующем месяце, но не позже. Потому что с сентября уже начинался новый учебный год у Кларка и ему нужно было идти в школу. Чтобы готовиться к своей трудной жизни без отца или может с таким симпатичным мужчиной, как Райли. В котором всё символически сложено прилично и даже не знаешь, где ты ощутишь превосходство в жизни: на небе или в аду. Но тонешь постоянно в мире людей и их иллюзий, чтобы выжить и остаться там при своём.