Словесный опус созданной культуры блага как истории

Вечное цели вопроса о сердце

Не в мире ли – служил вопрос —

На ком прощать – сужденье звёзд,

Под чёрным горем – страха в ней —

Объят, творивший жизнью – смерч,

Он обстоятельно пришёл,

Наладил опыт боли – здесь,

Чтобы на ранах – добывать —

Крамольный ценности – уют,

И в фаворитах – слажен день,

Над тенью – тех былых обид,

Что в праздник цели – видят смерть —

Над ней тот смерч – рукой парит,

И служит – диалект любви,

Что разум смысла – на покое —

Неодичавшей простоты —

Забрать ту линию и – волю,

Собрав вопросы – в сердце здесь —

Ты понимаешь, чтобы спать —

На горе – той тоскливой лжи —

Объятых лет – противной теми,

Кто в воду – опускал ножи,

Их кожаный расчёт – стремлений —

Оплакал сердце – на пажах,

И распустил – объект воззрений —

Скупой прохлады – между глаз,

Нечаянных различий – в тех,

Кто тенью стал – и мог быть рад,

Над укоризной – слова блага.

Ночует сердце – на порах,

Откуда личности – источник —

Ликует в смерти – часа благ,

За точность – совершенства судеб,

И ждёт с рождения – одно,

И то же – лучшее начало —

Стремительно – упав на дно,

Различий справедливости – к началу —

Искусственной души – за форт —

Размытых писем – между нами,

Сколь проплывали – мы годами,

Что юности – мотивом ждёт —

Обычный день – свою судьбу,

И потакает – над прелюдией,

Собрав в одно окно – невзгод —

Крамольный юмор – между нот,

Их ищет – смысла глубина,

Что боль рассвета – в память ранней —

Дилемме сердца – стать тогда —

Во усмотрение – программой сна,

Дышать, как ожидание почёта —

Судьбы эпиграф и – тоски —

Глаза – слезливой красоты поруки,

Что заново – им мчались муки,

На постаменте – длинных ран,

И в рабство – забирая странных —

Характером любви – пристрастия —

Садились – на прохладу лет,

Во усмотрение любви – её —

Заблудшей юности и – роли,

На той воде, что канули – давно —

Не проходившим светом – боли —

Сердечный ритм и – дифирамб,

Глотая пафоса – скабрезно —

Здоровый тон – любви опять —

Ты расставляешь место – тесно —

За той культурой – от тоски,

Её глаза – забыли смирный —

Свой чёрный дифирамб – вдали,

Откуда мир – проходит мимо,

И только слов – порой тоска —

Меняет ханжество – тугое,

На данность берега – пока —

Ещё умастил ты – его —

Лихой конец и – смерти праздник,

За каждый сон – морали в нас,

Чтоб убеждать – и боль держать —

За степенью руки – свободы,

Его покорной цели – стать —

Сердечной раной – мимо тех,

Кто убеждал ещё – на нивах —

Культуры слова – меркой в стать.

На конъектуре – было б тесно —

Не миру – в социальных снах —

Свой философский стон – пронять,

Как след – от ожидания её —

Картины жизни – за собой —

Мгновения покоя – в красоте —

На вечной цели – горем стать,

Что укоризной – за бравадой,

Добытой чести – близ руин —

По состоянию тоски – природы,

Любить, и снова – ожидать,

Сквозивший фарс – другого часа,

Для цели – мирной наяву —

Их убеждает верность – права —

Создать – под привилегией тьму —

Морали – точной, как и – ты,

Вопроса, созданной черты —

На онтологии привычек – видеть —

Свой мир – как чёрное стекло,

Чтоб снова – болью ненавидеть —

Сердечный фарс – проворных стен,

Упитанной фортуны – личности,

И мнить свою особу – так,

Что входит словом – чёрный мрак —

За экзальтацией – понурого окна —

Окольной параллели – быть ему —

Культурой света – ото сна,

И снова жить – в своём бреду —

Над правом – быть или хотеть —

Угадывать – тот точный взнос —

На памятник – просторного лица,

Ему – скользило счастье за —

Борьбой – по справедливости считать —

Тот слиток сердца – наяву,

Как золотой апломб – души —

Родства – за близостью других,

И нежность, бросив – тесный плач —

Рискует встарь – обнять её —

Моральный интеллект – руин,

Давно забытой юности – твоей.

Доселе засыпает – блик —

Над птичьей ревностью – поник —

Могучий тыл – которым ты —

Так близко – проводил черты,

На самовластье под – вопрос,

Что сердцу – если б жить ещё —

Под строгий реверанс – досады,

Над целью блага – быть бы им —

Культурой социальных – поз —

Явления спасать – унылый —

Знакомый счастью – приговор,

Чтоб жизнью длилось – на постылой —

Формальности – твоё лицо,

Им тесный круг – всё скажет миру,

На проявлении – под век,

Узнав, что ты – лишь человек —

Обязан стать – вопросом лишь —

В досаде тех – химер и лжи,

Что – обстоятельно возникли —

На вид – от реверанса дней былых,

Пока далёк – в тени твой сон —

Сомнений права – жить ещё —

Внутри у – видимого Солнца их —

Знакомых стен – сатиры игр,

И потакая – как магнит —

Та спесь – куёт – фортуны клич,

На фаворитах – скажет блик —

Тот день и бренности – черту,

А той, что в праве – говоря —

Ликует от сердечной – лжи —

На свете – сердцем проведя —

Свой толк и – монумент врага —

Обыденной расплаты – лиц,

За социальный – тесный круг —

Твоих – проклятий верениц,

Что нежен блик – таких наук,

И в современность – пусть они —

Уходят, за мотивом – пут —

От солидарности – направив бред —

Культуры форм – другой тоски —

На старость – от своих обид

И памяти – свободы в имени,

Что дорожали в них – умы —

Пажей и прототипов – равенства,

За слог – благой услады лет,

Над зрящим – повелением спит —

Твой – сердца – многих верениц —

Обиженный другого – на беду,

Забыв – про воздух и еду —

Ты словом ищешь – свет обид,

Чтобы на цели – снится им,

Покорностью любви – за истиной,

В фортунах образов – гранит —

Той части вечности – проходит,

Что ветер – на приданом, столь —

Заботы быть – судьбы игрой.

На верность – хоронить свой вид —

Причины конъектуры – в лирике,

Что от земли – тоской парит,

Где нежен – кладезь бренных лет,

Поёт свой – равенства полёт —

Раскрасив части – сложных ран —

Под – утомление толпой —

Следит их – чёрный ворон старости,

Над бренным монолитом – весь —

Окутан за – природой здесь —

Формальный ритм – другого дня,

Лишь зная – часть любви твоей —

Он за весну – поймёт любя —

Вопросы нежности – под толк —

Культуры воли – перед раной,

Над центром апологии – былин.

Желаний быть – совсем иным,

Дорогой старости – слагать —

Происходящей смерти – крик,

Что смерч – напрасно ждёт тоской,

Окутав формы – жажды тем,

На боли сновидений – ясности —

Твоя причина – слитых волей —

В судьбе – оправданно пойдёт —

Фортуной глади – за вопросом,

Как взглядом мифа – быть ещё —

Неутолённой нишей – рядом,

И спать – под интеллектом истин,

В природе чёрных слов – они —

Проходят – нигилизмом были,

И окружают право – в нас,

Характер поднимая – глаз —

Спадает – как в последний раз —

Покоя ложная – стезя,

И рок фортуны – перед мифом,

Над посторонней – формой каждой —

Облатки жизни – за мечтой,

Напрасно укоризну ищет —

Твой парадокс – обиженной тоски,

Что ходит счастьем – под оправой —

Породы векового – ада,

Переплетённых лиц – других —

Культур и мнительной – сторонней —

Безжизненной оплаты – сна вокруг —

Основы гипнотического века,

На перепутье – сложных мук —

Тот, философский – речи правила —

Испуг – забыл в своей оправе —

Дозорный круг – проклятья раннего,

На мышцах от – сердечной тьмы —

Им тесный ад – формальной лирики —

Искусственный паром – за толк —

По водной аллегории – разгладил —

Критическое имя – между правил —

Забыть свой – фарс и монолог,

За этот – личный уголок —

Тоски – многозначительного права,

Что даже в сердце – подавил —

Свой мифом – отражённый тлен,

На каждом чреве – от души,

Смертельной пажити – искусства,

Где возложили – волей мы —

Вопросы на – избытках лиц —

Доказывая – монологом чувства —

Граниты серых поз – своих.

В руках его – течёт вся кровь,

Наполненная бликом – интересов,

На равенстве – искомой полноты —

Под социальным сном – дозора,

Им тесный круг – заправил ты —

Под ренессанс – противной аду —

Формальной юности мечты,

Что видит тень – твоей услады —

По той – сердечной пустоте,

Ей высох час – рассказа смыслов,

И движет невидаль – под стыд —

Раскрытым обелиском – рядом —

Твою могилу и – огни,

Откуда ты – воспрял судьбой —

Искусства – понимать борьбой —

Той цели – интерес как жалость,

И обличать – критерий сна,

Когда – то – видимой поруки,

Служившей нам – под нежить мук,

И отражаемой – без скуки —

И цели – умирать под стон —

Могильных черт – сказания любви,

Что были впереди – под птичьем —

Вопросом метафизики – одни,

Ходил их – тёмный час судьбы,

Над памятью – забытой ранее —

Пощады взвесить – суть мечты,

И отражая век – на гранях —

Скупой породы – хилой тьмы —

На сон – накладывает миром —

Потусторонний тень – руины —

Обыденность и вечность – жизни,

Значений – нигилизма ждать —

По цели – вольности и жажды —

Культуры апологии – в тоске,

Что недосказано – покажет мне —

Судьбы упорные черты —

На вечности – одних могил,

Досады ценности – из лиц,

Что целью конъектуры – движут —

Различия вдали – одних —

Концепций времени – за бренный —

Утопии моральный – пережиток,

Куда – то – отличившейся внутри —

Различий ждать – твои века,

И отбирая – чёрный ветер,

Всё понимать – на этом свете —

Мотива – после часа бликов —

Заметно отражаясь – в них,

Культурой позы – благ других —

Остатков честности – и мира,

Он возле – парадигмы спит —

В реальном свете – боли завтра,

И гнозис – раз за разом – чист,

Что обвивает – тень пространства —

Прожитой юности и – воли —

Прожить свой тленный – унисон,

Под чувством – расстояния боли —

Истлевших ран тоски – её —

Проворной мглы – пародии ума,

Что забывает – лучший миг —

В надеждах – оправдать сперва —

Угрюмой пасти – волю мнимого,

В сердечной ране – приютив —

Могущество из – бледной кромки —

На верность подающего – истца —

Зажить бы лучше – до конца —

Истории – по цели перспективы,

На унисон – обличия обид,

Что правят и – одним парит —

Твоя – застенчивая ясность —

Похоронить – судьбы гранит,

На смыслах отражения – за ними —

Всё прячутся – истории любви,

На вечном небосклоне – им одним —

Заносит частый ветер – пользы,

Лишь уготованный и – новый —

Характер страха – над обличием —

Обиды встретить – час судьбы,

Из явной параллели – памяти —

На двойственном шагу – не обернув —

Свой тленный поколений – миг,

По исторической картине, что одним —

Порядком взглядов – вспоминает их —

Свободный уровень – пространства,

Над защищённой правом – глубиной,

И окружает миром – постоянство —

Дородной сущности – волна,

На том, доказанном аду,

Что кожаной облаткой – весь мотив —

Способен в чести – размышлять —

Строением – судьбы опять,

Собрав замер – тоски иной —

Мировоззрения – нам личной,

Из тесных кругом – конъектур —

Забывчивой войны – досуга,

Под ленью права – проводить —

Искусственной души – пример,

На взглядах робости – по тлену,

Что мучает опять – его —

Избитый край – морали поколений,

На человеческом роду – собрав,

Тот схожести мотив и – ренессанс,

Что гложет нас – в попятный шаг,

Но в мире – нет предела сердцу,

И только мифы – льют вопрос —

Как бы задав его – и встречей —

Ты миром смотришь – на лицо —

Культуры возраста наречия,

Заискивая в том – опять истцу —

Им ходит, смертный пафос – лиры,

Под монолог – прохлады милой,

Оценки взглядов – за собой,

По философской разнице – вопроса —

Считает каждый ворох – бед —

Из стен – крамольных над собой —

Культуры новый – постамент,

Особы внеземной – на райском —

Шагу, где встретит впереди —

Искусство, как – один вопрос —

Столетий мира – перед ролью —

Разворошившей боли – стон,

И опыт сердца – через звук —

Искусственного проявления – наук,

Когда – то – проходивших над тобой,

И частной волей – след былин —

Забыл – про чёрный цвет прибоя,

Что унося мотив – с собой —

Забрал и свод – зеркальной лиры —

Под ветром – ренессанса в нас —

За справедливостью и – временем,

Так ожидали – в прозе мы —

Искусный фарс – забытого прибоя,

Но уникальный возраст – к ним —

Не слеп и – ворошит могилы,

На чёрных снах – пародий мнимых —

За онтологией, из права – быть судьбой.

Ложь в безличностной тоске свободы родословной

Право – ложью ждёт восторг,

На роду – противной тени —

Ходит истина, за теми,

Кто рискует праву – в стать —

Облекать, в свои пределы —

Формы – социальной меры,

И исторгнув – поле счастья —

В том, разбить сердца – над пропастью.

Если хочешь упиваться – правом,

Чести ли, тебе исполнит – декаданс,

Будут слёзы обращать – твоё пространство —

Мерным днём и жизни словом – пополам.

Твой, не верен выбор – в правде,

Ложью слеп – за историю – оправдан,

Смерти тлен, на пробе о твои —

Кровные обиды поколений,

Не как счастье – видит каждый,

Кровь за тлением – проходит,

Как исток – пробудит сложно —

Выбор: доблести и лжи,

И на прошлый выбор – сходит —

Твой росток, за негой памяти.

По умам, как чувствам – страха,

Обращаешь преткновение – нам вослед,

Светел правом – мерным звоном —

Долгий шаг, за бренной дрожью,

Вечностью окован, сложно – обращать —

Кровь за истинной моралью – будешь на —

Исторической природе, за того,

Кто на выбор – службу волей —

Тянет в Солнце – на исток – мира,

Выбор твой – не твой удел, невдомёк,

Оставаясь за оправой – стен былых —

Философский ветер скован – на умах,

Оттого и миф твой – болен ролью,

Права соглашать – свой страх,

На ряду и силой – сломлен, перед ним,

Ты оправдан и по крови – за своим —

Ждёшь свободу и упрёка, как они,

В снах господства – мило терпят,

Жало смерти, в нём – лишь тело,

На ряду и маской – теплит —

Твой союз, что встретил смерти,

На свободах – жизни каждой,