Альтера Парс

Альтера Парс

Глава 1

Парень стоял на полигоне, вглядывался в даль и словно к чему-то прислушивался.

Каштановые чуть вьющиеся волосы развевались на ветру.

Вдруг позади стоявшего открылся портал, из него шагнула сначала девушка с белоснежными волосами, а следом и хмурый и недовольный рыжеволосый мужчина.

И сразу стало очень шумно.

– Мы о таком не договаривались! – орал, как дурной, рыжий парень.

– Мы вообще ни о чем не договаривались! – гаркнула в ответ не менее громко беловолосая девушка. – Или ты забыл, Дэнор? – девушка резко перестала кричать, её голос вдруг зазвучал сладко, как патока, а на лице появилась не менее слащавая улыбка. – Я здесь диктую правила, а ты подчиняешь!

Парень, что до этого слушал перепалку двух новоприбывших, тяжко вздохнул и натянул улыбку на лицо.

Ему до зубного скрежета не хотелось вмешиваться в ссору этих двоих, но нужно было что-то делать, иначе они разнесут все вокруг. И привлекут внимание.

– Нори, Дэнор, может быть, вы сначала расскажите мне, что произошло?

Рыжий парень, которого звали все в этом мире Дэнором, отчего тот сильно бесился, набрал в лёгкие побольше воздуха, чтобы толкнуть племенную полную праведного гнева речь, но его играючи опередила Нори.

– Этот особо одарённый всё испортил, – заявила она и закатила глаза.

Рыжий, резко выдохнув, вновь заорал:

– Я?!

– Да, – трагично сказала девушка и тряхнула своими белоснежными волосами.

– Да ты чуть мою сестру в лужу не превратила! Как ты потом её воскрешать собралась из ЭТОГО? И вообще, я, по-твоему, должен был спокойно стоять и смотреть, как ты мучишь мою сестру? Я и так с огромной натяжкой согласился с её смертью.

Слова парня звучали противоречиво, но все собравшиеся на полигоне понимали их.

– Она титрион, болван, как я должна была её убить ещё?

Между беловолосой девушкой и красноволосым парнем разве что искры не летели. Но ещё чуть-чуть и они бы появились, а секундой позже вспыхнуло бы такое пламя, которое выжгло полигон, что так долго искал темноволосый парень.

– А ты богиня! Хотя я в этом и сомневаюсь с нашей первой встречи, – выдохнул зло парень и потом добил, сказав:

– Истеричка.

Беловолосая девушка разозлилась. Разозлилась не на шутку. Белёсые глаза запылали белым пламенем.

Руки же с длиннющими ногтями сжались в кулаки. Девушка выдохнула и изрекла, хотя звуки, что издала она, больше походили на шипение:

– Ты. Мой. Жрец, – чеканя каждое слово, произносила девушка и делала по одному шагу к парню. – И ты понесёшь наказание за сказанное.

Предполагалось, что Дэнор должен был испугаться, упасть на колени и раболепно просить прощение.

Однако рыжеволосый парень мало чего боялся и уж тем более его не напугала белобрысая девчонка, которой просто повезло родиться богом, однако на этом её везение и заканчивалось, потому что самого главного-то ей не досталось – мозгов.

"Богиня-пустышка хуже всего!" – эта мысль окончательно сформировалась в голове парня.

Глаза парня тоже запылали, но тёмным огнём, и он шагнул столь же решительно к девушке навстречу, сократив оставшееся расстояния.

Парень с каштановыми волосами наконец понял, что ничего не может сделать, а потому предупредительно сделал шаг назад.

Улыбка на его лице превратилась в натянутую маску. Он уже мысленно оплакивал свои с таким трудом найденные материалы.

За пару секунд до катастрофы в голове парня прозвучал до боли знакомый зов. Улыбка превратилась в оскал.

Дэнор же с Нори наконец дошли до точки кипения.

Раздался хлопок.

Белоснежная сила, высвободившаяся из богини, понеслась к парню, но столкнулась с такой же, но чёрной.

«Всё как всегда… – пробежала мысль в голове темноволосого парня. – Достали!»

Белая магия, столкнувшись с тёмной, попыталась смять её. Однако вдруг тёмная магия осела на землю и впиталась в неё.

Рыжеволосый парень злорадно улыбнулся удивлённой девушке.

Раздался гул, а потом из-под земли полезли трупы разной степени разложения.

Все они потянули руки к беловолосой девушке. Та же стояла раздражённая до глубины души, сжимая и разжимая кулаки.

Этот рыжеволосый гад подловил её. Снова!

Он вообще не должен был уметь управлять своей магией! Тогда как?!

Как он раз за разом столь умело проворачивает такое сложное колдовство? Как он умудряется тягаться с ней, богиней вообще-то. Впрочем, ее сила с каждым днем становилась всё слабее и слабее…

Нори сглотнула и резко махнула рукой, заставляя магию втянуться в неё обратно.

Нельзя было ей сейчас контактировать с трупами, иначе произойдёт непоправимое.

Однако впитать такое количество магии, высвобожденной для сражения с магией смерти Дэнора, было очень сложно. Сложно вдвойне после того, что она делала в пещере.

Именно поэтому девушка пропустила момент, окутанная со всех сторон своей магией, когда к ней максимально приблизились трупы.

Они были готовы сожрать сначала тела тех, кто подворачивался им на пути, а потом и добраться до жизненной силы. А у богини она была необычная, очень сильная. Не такая, как у всех существ этого мира, не такая, как у её братьев, как у её матери и отца. Совсем другая.

Ещё бы чуть-чуть и случилось непоправимое, но Дэнор не дал этому совершиться. Всё шло исключительно по его задуманному плану.

Мужчина схватил девушку, прижал к себе и взмыл в небо со своей ношей.

Уже в небе, наблюдая, как полчища мертвецов оглядывается по сторонам, ища добычу, Дэнор выдохнул зло в ухо беловолоски:

– Ты слабачка, богиня, – голос мужчины был пропитан ядом. Он ненавидел ту, что сейчас спас и прижимал к себе. Ненавидел за то, что та заставила испытать его сестру. – Слабая убогая богиня.

После сказанного парень приземлился на приличном расстоянии от мертвецов, праздно шатающихся по полю и не имеющих возможности выйти за его пределы, и выпустил из своих рук девушку.

Мужчина только кое-как сдержался, чтобы грубо не оттолкнуть её.

Темноволосый же парень, наблюдавший за устроенным этими двоими шоу, тяжко вздохнул, махнул рукой, упокоив трупы за каких-то пару секунд, даже не применяя сложных заклинаний, и подошёл к двум де… идиотам.

– Я правильно понимаю, что у вас ничего не получилось? – попытался озвучить вопрос максимально миролюбиво парень.

Ещё пару минут назад готовая друг друга переубивать парочка удивительно синхронно кивнула.

– Что ж, тогда будем действовать по другому плану, – воодушевлённо заявил собеседник, мысленно ненавидят всех и вся. – Меня вызывает отец. Я переговорю с ним сегодня, а завтра мы уже можем отправляться.

– Брат меня сразу узнает, – выдавила беловолосая девушка.

Она вообще выглядела как-то чересчур бледно, а звучала и вовсе как будто из-под толщи воды.

Словно её поглотили какие-то мысли, ощущения, от которых она не могла никак спастись.

И всё из-за рыжего, который взбаламутил так умело загнанные ей переживания, страхи и…

– Не узнает, – покачал головой обладатель каштановых волос. – Мы перенаправим его внимание.

И так уверенно он звучал, что никто не сомневался в сказанном им.

Однако Дэнорий поморщился, увидев аккуратную улыбку, перечеркнувшую лицо парня.

– Я всё устрою, не волнуйтесь, – продолжал тем временем парень. – Вас же я прошу хотя бы там не пытаться друг друга убить. Потерпите чуть-чуть, ладно?

Ему, разумеется, никто не ответил, впрочем, он и не ожидал этого.

***

Портал, который организовал нам сам бог Смерти, был ему подстать.

Нет, ну почему в этом мире ничего не может быть просто, а?

Потрёпанная, почти выплюнувшая собственные лёгкие, я ещё в одном представлении умудрилась поучаствовать. Происходящее со мной было покруче домов страха и квестов из каких-нибудь фильмов ужасов вместе взятых.

В основном из-за того, что происходящее здесь было не вымыслом.

Пока я, прижимающая к себе поближе девочку с книгой, переносилась в лес, надеюсь, ивритов, вокруг нас чуть ли не танцы с бубнами устроили призраки.

Эти твари шептали что-то на ухо, кружили вокруг и трогали, трогали…

И самое интересное было, что они шептали.

Из той какофонии звуков, что смогла разобрать, я поняла несколько фраз:

– Осталась одна…

– Никому не нужна…

– В чужом чуждом для тебя мире…

– Жалкая одинокая никому не нужная Лисабэль…

Эти твари знали, куда бить, знали, какую гнойную опухоль вскрывать.

И если бы не девочка, умирающая на моих руках, я бы погрузилась в пучину боли и сомнений.

Ведь, по сути, я действительно осталась одна. Единственный родной человек и тот предал.

Я оказалась в ситуации покруче, чем та самая знаменитая бабка с разбитым корытом, потому что всё, что было у меня, – это книга, выступающая в качестве яблока раздора, сила, которой я не умею пользоваться, и Заря, голос в моей голове, тот ещё диванный критик и интриган.

И тут, как по заказу, призраки переключились на Зариахата, уж не знаю, как они его почуяли:

– Не сможешь…

– Опять потеряешь…

– Она умрёт, а ты не спасёшься…

– Не обретёшь былое величие…

Зариахат всё слышал, но стоически сохранял молчание.

И на том спасибо. Всё сказанное этими тварями потом обмозгуем.

«Не успеем. На это у нас не будет времени,» – Заря, как всегда, был полон позитива.

И заражал им меня.

А призраки умудрились проехаться по ушам даже умирающей Дэрии:

– Вся в мать…

– Станешь такой же…

– Ты обречена… и обречёшь на мучение всех тебя окружающих…

– Дитя Хаоса…

«Достали, ей-богу,» – мысленно воскликнула и услышала поддерживающее мычание-рычание Зари. Они и его доконали.

К счастью, это безобразие с переносом закончилось, и нас наконец-то выкинули около какого-то дерева.

Спасибо хоть не в него вписало.

Только я собралась набрать побольше в лёгкие воздуха и призвать на помощь ивритов, упоминание которых мне уже успело набить оскомину, как они сами заявились на парад.

Всё вокруг действительное его напоминало.

Неожиданно перед нами, притулившимися среди огромных корней дерева, вспарывающих землю, один за другим во вспышках зелёного света стали появляться фигуры. Ровненько так, друг за другом они выстраивались в линеечку.

Все эти существа выглядели странно, хотя это и не удивительно. Волосы, повторяющие цвета леса. Зелёные, как сочная летняя трава, коричневые, как кора деревьев, розовые, как бутоны цветов и так далее.

Все они были обладателями белоснежной кожи и заострённых ушей, а также больших глаз с двойным зрачком всех цветов радуги.

Одежду одеждой назвать и вовсе можно было с большой натяжкой. Этакий стиль Маугли. Но надо сказать, что хоть все эти листики, лианы и лопухи (или что это?) выглядели дико странно, но вкупе с их необычной внешностью и неестественной худобой выглядело это всё гармонично и (Юдашкин меня прости) стильно. Извращённо стильно.

– Эм, – сначала слегка замешкалась я. Вдруг они не говорят по-нашему? Хотя, когда пересекала их барьер, я же слышала их, и изъяснялись они вполне понятно для меня. – Помогите ей, пожалуйста.

Из всей этой шеренги отделился один иврит, такой, самый эпатажный, на мой взгляд. Розовые волосы чуть ли не до пола, красные глаза и… ну… наряд этот лесной, короче. Набедренная повязка, все дела.

Мужчина подошёл к нам, присел на корточки и вдруг положил свою руку на мои руки, зажимавшие всё это время рану.

Мой золотой свет, который неустанно пылал покруче какой-то диодной лампочки из Икеи, вдруг вспыхнул с большей силой и окутал Дэрию с ног до головы.

Золотой свет впитался в её кожу, и рана на шеи вдруг моментально затянулась. О ней напоминала только кровь, изгваздавшая, казалось, всё вокруг: мои руки, одежду, даже волосы.

– Она не умрёт, – сказал мужчина. Сказал так, словно пропел.

Я, заставившая прекратить себя удивляться его манерой говорить, поспешила поблагодарить:

– Спасибо.

Однако розововолосый мужчина разбил вдребезги мою начинающую нарастать радость за Дэрию.

– Рано благодарить, хранительница печати. Это дитя Хаоса хоть и не умрёт, но и не проснётся так просто.

Кажется, я никогда не научусь с первого раза понимать жителей этого мира.

«Ты чего-нибудь понял, Зар?» – поспешила я за помощью к тому, кто мне всегда всё разжёвывал.

«Не совсем.»

Ну класс. Если уж могущественное существо не въехало, куда уж нам, убогим.

Ладно, сейчас настроим диалог и со всем разберёмся.

И, кстати, где вообще бог Смерти потерялся опять?

– Тогда что нужно сделать, чтобы она проснулась? – возможно, сейчас я звучала так, словно разговаривала с умственно отсталым.

Только не говори загадками, чувак, ради бога…

– Кто знает, – пожал плечами мужчина и встал на ноги. – Время даст ответ.

Да, ну ё-мае.

Я еле сдержалась, чтобы не треснуться головой об дерево.

А розововолосый между делом начал командовать:

– Вил, Нав, перенесите дитя в обитель.

Двое мужчин синхронно вышли из второго ряда и направились к девочке.

Увидев их, у меня тут же возникло в голове сравнение: «двое из ларца одинаковых с лица».

Настолько эти двое зеленоволосых иврита были похожи.

– А вы, многоуважаемый Мортис, можете уже прекратить прятаться. Признаюсь, я искренне не понимаю, зачем вы это вообще делаете.

О, так бог Смерти по старой традиции по углам мыкается.

И вправду, темноволосый очкарик вдруг материализовался из воздуха, оказавшись прямиком рядом со мной и Дэрией.

Слейн, кстати, не ответил на комментарий розововолосого, а предпочёл лишь угрюмо на того зыркнуть.

– Впрочем, вы же бог, – ответил на свой же вопрос иврит. И прозвучало его заключение так, словно он на деле под этим выражением имел нечто другое.

«Такое ощущение, будто он хотел сказать, что все боги ненормальные,»– подумал о том же Заря.

«Хотела бы я научиться столь умело говорить с подтекстом.»

«Мне хватает твоей язвительности с лихвой,» – Заря ну просто не мог не промолчать.

«А мне твоего брюзжания,» – не осталась я в долгу.

И пока мы мысленно препирались с Зарей, двое из ларца подошли к Дэрии, и та вдруг воспарила.

Я хотела возмутиться, сказать, что не отпущу никуда Дэрию полетать, но бог Смерти вдруг схватил меня за руку.

Я опешила, напугалась и потому растеряла все свои претензии.

Единственное, на что у меня хватило сил, это поймать книгу, которая начала падать с Дэрии.

– Мы рады вас видеть в нашем лесу. Сегодня, к сожалению, мы не сможем устроить вам приём, так что вам придётся подождать до завтра. Завтра же мы поговорим и о ребёнке хаоса, и о книге, и о вашем обучении, Лисабэль…

Ясно, ясно…

Весь диалог мужчины я деловито кивала, ровно до момента, когда до меня дошёл смысл сказано мужчиной.

– Обучение?! – возопила я, чуть ли не впадая в истерику.

Опять… Опять?!

– А разве не ради этого вы прибыли в наш лес? Наши предки никогда не ошибаются.

Какие предки? Что он вообще несёт?

– К сожалению, сейчас мы не сможем с вами поговорить. Вот-вот сядет солнце.

И что? Я. Опять. Ничего. Не. Понимаю.

«Я тебе объясню потом всё, Лиса. Сейчас просто соглашайся с его словами, как это делает бог Смерти.»

Ну вообще, Слейн в принципе ни с чем не соглашался. Он вообще ведёт себя как контуженный, стоит только и смотрит в одну точку.

– То есть, нам нужно ждать до утра, чтобы получить ответы? – напрямую заявила я.

Иврит тепло улыбнулся и изрёк:

– У меня нет ответов на все ваши вопросы. Однако немного утолить ваше любопытство я смогу, но только завтра. Увы.

Здесь только занавеса не хватает, ибо всё вокруг прямо-таки его требует.

– Розэ, проводи гостей в их жилище, – розововолосый иврит, видимо, устал вести с нами разговоры, а, точнее, со мной (бог Смерти, кажется, заснул, только с открытыми глазами) и спихнул меня на миловидную девушку, тут же подбежавшую к нам.

– Прошу, следуйте за Розэ, мне же нужно переговорить с предками.

А они только ночью на связь выходят, что ли?

Да, пожалуй, надо поспать. Иначе подумаю, что я сошла с ума, а вместе со мной и все окружающие.

Мы с богом Смерти оставили иврита говорить с какими-то неведомыми предками и пошли за Розэ.

У девушки, кстати, тоже были розовые волосы, но глаза были голубыми, как небо в самый час-пик при хорошей погоде.

– Мы вас заждались, – выдохнула девушка с придыханием, воззрившись на меня.

Однако только я собиралась ей ответить, как она с любовью во взгляде вытаращилась на бога Смерти.

И всё, она была потеряна для мира.

Мой вопрос, почему, собственно, ивриты не могут сегодня говорить, она просто проигнорировала. Не менее актуальный вопрос о местоположении Дэрии постигла та же судьба.

И что она нашла в этом задрипике Слейне? Или очарована тем, что он бог?

М-дам.

– Ночь для ивритов священное время. Только один раз в неделю они могут нарушить это правило. Как раз завтра, – заговорил вдруг Слейн.

И среди сумерек, опускающихся на лес, его замогильный голос чуть не довёл меня до инфаркта.

У меня и так плохие воспоминания связаны с этим лесом, а мне пришлось сюда вернуться да ещё в компании самой смерти во плоти.

– Ясно, – всё же заставила себя сказать я.

Мы шли по какой-то вытоптанной тропинки вслед за Розэ, которая наконец сподобилась оторвать взгляд от мужика и вела нас в нашу ночлежку.

Лес же наполнялся всё большим количеством пугающих звуков, на охоту выходили хищники, шуршали листья, скрипели от ветра деревья. И совершенно отсутствовали хоть малейшие звуки, свидетельствующие о присутствии людей в этом лесу.

Спустя пару минут мы подошли к дому, сделанному из дерева и стоящему среди деревьев.

Ни тебе забора, ни близлежащих домов.

Были бы у этого дома куриные ноги, он бы вполне сошел за дом той самой знаменитой старухи. Впрочем, её роль вполне успешно может исполнить бог Смерти. У них в принципе полномочия похожие.

– Завтра за вами придут. А сейчас приятных сновидений, – почти что пропела Розэ и тут же развернулась на сто восемьдесят градусов, даже не дождавшись нашего ответа, и скрылась среди деревьев.

– Странные они здесь все… – сорвалось у меня с языка.

И неожиданно мы с богом Смерти сошлись во мнении, потом что он хрипло сказал:

– Да…

После чего пошёл в дом, а я поплелась за ним следом.

Мне предстояло провести эту ночь в лесу, в котором обитают ужасные твари, с не менее пугающим существом. С самим богом Смерти!

С такими вот удручающими мыслями я и оказалась в доме. Примерно три минут ушло на его изучение, настолько небольшим он был.

Четыре комнаты: две спальни и зал, а также кухня. Туалета с ванной нет.

Отпад, что ещё скажешь.

Оказавшись в своей комнате, я подошла к окну и сумела проследить, как окончательно ночь поглощает лес.

И только я собиралась отойти от окна, как неожиданно всё тело прострелила боль.

Я повалилась на колени, не зная, за какую часть схватиться. Болело всё.

Горела вся кожа.

Секундой позже и вовсе стало настолько больно, словно эту кожу сдирали с меня.

– Что это, За… – договорить у меня не хватило сил.

Боль стала просто невыносимой, и я закричала.

«Ещё одна проблема, Лиса…» – Зариахат говорил надрывно, он словно страдал вместе со мной. – «Ты вскрыла печать и высвободила свою истинную суть. Не нужно было тебе знать, что ты титрион… Не сейчас… Не так… Прости.»

Слова Зари звучали, словно эхо, всё заглушал мой собственный крик. Впрочем, уже спустя какое-то время он превратился в хрип. Тело же начало выворачиваться под неестественными углами, кости ломались и снова срастались. И так раз за разом…

Глаза горели, горели настолько, что хотелось их выдрать, а кожа слазила.

Счастье, что я не могла всё это видеть…

Глава 2

Физическая боль – это ужасно… Хотя и ей не сравниться с душевной болью. От предательства… От потери. Или же всего вкупе.

Я страдала всю ночь, ровно до момента, как из-за горизонта показались первые лучи солнца. Их я встретила на полу в луже крови. Одежда, разодранная, валялась рядом.

Боюсь даже представить, что подумает тот, кто узрит такое количество крови, появившейся неведомым образом на полу.

Раньше, уже в другой жизни, я бы подумала примерно так: какое расточительство, а ведь эта кровь могла пойти на пользу.

Сейчас мне было на все плевать.

Этот мир упорно пытался заставить меня забыть о том, что вдалбливали в меня в университете сердобольными преподавателями.

Помогай людям, несмотря ни на что.

Мир Асмиарт же диктовал другие правила. Здесь нужно было заботиться в первую очередь о себе.

Потому что абсолютно не знаешь, что произойдёт с тобой завтра.

Я думала, что мои проблемы ограничиваются чертовой книгой, которая досталась мне по наследству.

Я ошиблась. Колоссально.

Вся проблема была в принципе в моем существовании. В том, кем я являлась.

И вот как при таких упаднических мыслях не задуматься о лёгком решении?

А вот никак.

Однако я бы не была собой, если бы закончила все так. Мы не ищем лёгких путей. А судьба просто обожает наблюдать за мучениями людей, которые пытаются выбраться из сложившейся ситуации. И так просто она никого не отпускает.

К счастью, я всегда была очень упорной. Хитрой и упорной.

Родители угадали, когда давали мне такое имя. Дважды.

И тем не менее, всего моего запала хватило, чтобы доползти до кровати. И все.

Там я и пролежала несколько часов, путешествуя где-то на грани реальности и дремы.

Как бы ни пыталась, провалиться окончательно в сон не получалось. Но хотя бы и мысли меня не терзали изнутри на пару с Зариахатом.

Тот, впрочем, наверно, тоже отходил от случившегося, потому что все то время, что я мучилась, он поддерживал меня, поддерживал как мог.

Неуклюже, где-то грубо, но хотя бы он не отвернулся от меня в такой ситуации.

Родной вот человек отвернулся, отправил меня на смерть (впрочем, я с этим еще разберусь. Негоже судить обо всем преждевременно, не попытавшись хотя бы поговорить).

Эта ночь стала для меня переломной. С такой мыслью я окончательно пробудилась от своей полудремы.

Я титрион. Мое тело, как объяснил Заря, теперь очень активно меняется. Пробуждается от долгой спячки моя истинная суть, принося с собой огромную боль.

Что-то вроде вот такого извращенного наказания.

По прибытии в другой мир мои родители озаботились тем, чтобы ввести мою истинную суть в спячку и сделать меня максимально похожей на окружающих людей.

И я их понимаю. Потому что тех, кто не похож на стандарт, мир отвергает. А я и вовсе была опасна.

Однако мои родители уже мертвы, а я осталась одна с вот такой глобальной проблемой.

И еще с книгой этой треклятой, чтоб ее.

Взгляд скользнул по небольшой комнате и остановился на сиротливо валяющеюся в углу книгу.

И что, мне ее с собой теперь везде таскать?

Она хоть и лёгкая, но все же выглядеть будет среди этого буйства природы и местных неандертальцев разноцветноволосых как нечто инородное.

Ей-богу, ни к селу ни к городу она будет в моих руках.

Впрочем, и бросить ее я вот так не могу.

Решено, всучу ее богу Смерти. Пусть сам с ней развлекается и решает, что делать.

А у меня на повестке дня нечто более важное и глобальное. А потом и еще кое-что.

Потому что душа душой, психика психикой, но я не знаю, сколько еще выдержу вот таких ночных рандеву.

Пусть я хоть сто раз титрион. Боль я испытывала этой ночью вполне себе реальную.

Кстати, что это ко мне на огонек не зашел Слейн? Хоть бы проверил, заглянул бы по примеру одного популярного литературного героя в замочную скважину. Может, я тут уже того… Богу душу отдала… Хотя моя душа в принципе к нему бы и отлетела. Я же теперь его жрица. Кстати, об этом:

"Заря, дорогой, ты меня заставил стать жрицей, теперь, будь любезен рассказать, в какую такую муть я впряглась?"

Послышалось ворчание как будто сонное, а потом я таки смогла разобрать, что там бурчит мой главный страдалец:

"Никого я не заставлял."

Ага, я сама с радостью в ряды сатанистов записалась. К самому богу Смерти. Да я бы лучше стала балериной погорелого театра!

"А по существу?"

"Там много нюансов, Лиса. Но если кратко, то ты теперь в его полном распоряжении, в обмен же он будет защищать тебя."