Парфюмер для демона, или Невеста с секретом

ПРОЛОГ

В правящем совете не было демона великолепнее Фораса Данталиона.

Темный герцог был статен, умен и богат.

Его брутальную красоту называли безупречной.

Женщины не могли оторваться от идеального лица герцога, его чувственных губ и необычных глаз цвета индиго. Пурпурно-синие, холодные и темные, они взирали на мир с высокомерием и насмешкой.

Мало того, демон покорял атлетичной фигурой с широкими плечами и поджарыми мускулистыми бедрами. А одевался Форас с таким лоском, что ни один франт в высшем свете не мог его переплюнуть.

Попытки имели место, но то была лишь жалкая пародия на совершенный оригинал.

Леди высшего света грезили о нем и мечтали заполучить. Разбитых женских сердец было слишком много. Как только какая-нибудь красавица хвалилась, что именно она покорила темного герцога, Форас равнодушно бросал бедняжку.

Казалось, этому не будет конца – Форас Данталион так и останется блестящим холостяком. А женская половина общества так и будет трепетно вздыхать о молодом красавце…

Пока однажды после собрания демонов Фораса не попросил остаться глава одиннадцати Астарот.

И сразу зашел с места в карьер. Такая у него была привычка

– Осень – время свадебных балов. Ты уже подыскал себе невесту, Форас?

– С чего бы это? Как вы помните, я не хотел с этим торопиться, Ваша Светлость.

– Поторопиться придется, – нетерпеливо махнул рукой Астарот. – Демонам из правящей верхушки обязательно нужно обзавестись семьей. Настала твоя очередь. Ты и так тянул с этим слишком долго.

– Насколько я помню, четких границ срока нет.

– Это так, – главный демон сцепил руки в замок. – Но появилось одно но. Седьмой демон, призрачный барон Карниван, в начале зимы хочет узаконить свои отношения с принцессой соседней страны. Это союз двух любящих сердец и очень выгодный для Инферно политический брак. Однако он не имеет права венчаться, пока не женат ты, шестой демон.

– Рад за барона. Но я не собираюсь жениться. Тем более по приказу, – зло сказал Данталион.

– И все же ты это сделаешь, – усмехнулся Астарот. – У тебя нет выбора, Форас. Если не хочешь по-хорошему, мне придется использовать иные рычаги воздействия. Но я великодушен и даю тебе право выбрать невесту самому. Пока что даю.

– Сколько у меня времени? – процедил шестой демон.

– Месяц, – невозмутимо ответил великий герцог. – Учти: невеста должна быть высокого сословия. Леди, достойной демона из правления страны. Больше никакого легкомыслия и интрижек, тем более с представительницами низов. Мы должны чтить правила, ибо это залог процветания Инферно.

– Процветание Инферно – самое важное для меня.

– Хотелось бы в это верить, – сощурился Астарот, провожая Фораса до двери. – И вот еще что. Как давно ты отслеживал попаданцев в наш мир?

– Последние попаданцы, двое мужчин из техногенного мира без магии, были пойманы в Инферно три года назад, – насторожился Форас. – С ними поступили согласно регламенту. С тех пор, как мы частично закрыли границы нашего мира, подобное не повторялось.

– Время притупляет бдительность… – Астарот прикрыл глаза. – Я хочу, чтобы ты смотрел внимательнее, Форас. Будь начеку, если это вдруг повторится. Вдруг угроза вновь проникнет к нам? Ты знаешь, попаданцы – реальная угроза Инферно. Они разрушают ткань нашего мира. Теперь иди. И помни – на балу в честь Самайна ты объявишь обществу свою невесту.

ГЛАВА 1

Я запланировала ЭТО заранее.

Сюрприз для мужа на годовщину нашей свадьбы.

Гошка ждет меня только завтра. Но я приеду на день раньше. Устрою ему романтический вечер.

Вот любимый обрадуется!

А то он, бедненький, совсем заработался в своем офисе. Даже со мной в деревню не смог поехать.

Вообще-то, прелести поездки в Чумаево меня тоже не прельщали. Но его бабуля слезно попросила помочь с уборкой моркови.

А у Гошки, как назло, завал на работе. Он никак не мог вырваться.

Пришлось мне взять отгулы.

Я работаю в сети косметических и парфюмерных магазинов «Ланталь».

И у нас все строго. Слово «отгулы» считается неприличным, даже ругательным. Не для начальства, конечно, а для таких маленьких работников, продавцов-консультантов, как я.

Пришлось пожертвовать своими кровными выходными. Только так начальница Римма Фанеровна согласилась меня отпустить.

Придется теперь целый месяц пахать каждый божий день…

Ладно. Лучше уж не думать о плохом.

Зато сегодняшний вечер будет нашим! Только моим и Гошиным. За неделю разлуки я страшно соскучилась.

Да и он, судя по СМС, которые я получала каждый день, тоже!

«Обожаю свою ненаглядную Катюшу»

«Целую тебя крепко-крепко…»

«Не могу дождаться, когда увижу и обниму тебя, Катенька!»

В электричке я перечитывала эти нежные послания, и сердце замирало от любви.

Мой муж – самый замечательный человек в этом мире. Какая же я счастливая, что он рядом со мной!

Домой я прибыла после обеда. Ведра с морковкой оттягивали руки – еле дотащила! Я отказывалась от полезных корнеплодов, но бабуля Гоши насильно мне их вручила.

Зато я заранее предвкушала, как все подготовлю, и каким сюрпризом окажется для Гошки мой неожиданный приезд.

Времени до возвращения мужа с работы – завались.

Правда, сначала нужно убраться. И перемыть целую гору грязной посуды, что высилась в раковине башней Саурона. Прямо удивительно, когда ее столько накопилось? Как будто не один начальник рекламного отдела мебельной компании ужинал, а целый цех грузчиков!

Юльке, что ли, позвонить – попросить за шариками смотаться?

Юля – это моя двоюродная сестра и лучшая подруга в одном флаконе. В «Лантале» мы с ней работаем вместе.

Хотя, чего я буду ее напрягать? У нее сегодня по графику выходной, пусть отдохнет, отоспится.

А я все сделаю сама.

Я убралась и закинула грязное белье в стирку. Съездила на такси в другой конец города за гелиевыми шариками. Можно было, конечно, и поближе купить. Но такие красивые, в форме сердец со всякими милыми надписями, продавались только там.

Еще нужны были свечи. Конечно, ароматические! Тоже в форме сердец – розовые, очень симпатичные. Но это уже в другом магазине, рядом с нашим домом. Правда, он был закрыт, пришлось бежать в другой.

Время поджимало. Домой я прилетела растрепанная и запыхавшаяся.

Однако все успела – и любимые Гошкины суши заказать, и в порядок себя привести.

Надела платье, про которое Гоша говорил, что оно очень мне к лицу. Украсила спальню шарами и свечками.

И присела на постель ждать любимого. Но день в беготне дал о себе знать, потому я не заметила, как задремала. Кажется, всего на полчасика.

Открыла глаза от звука ключа в замке входной двери.

Гоша пришел!

Я хотела броситься любимому навстречу, обнять его очень сильно и сказать «А вот и я!». Но что-то заставило остановиться.

Какие-то странные и очень неприятные чмокающие звуки…

Растерявшись, я выглянула в приоткрытую дверь в коридор, да так и замерла.

Не верю своим глазам!

Мой любимый Гошка был не один. А с какой-то длинноволосой блондинкой.

Они страстно целовались и были полностью поглощены друг другом…

– Р-р-р, моя тигрица! – прошептал мой муж, стаскивая с блондинки блузку. – Как же сильно я тебя хочу!

– Даже больше, чем свою женушку? – кокетливо отозвалась девица, и ее голос показался мне знакомым. – Свою ненаглядную Катюшку?

В следующее мгновение она повернулась анфас и я с ужасом узнала в блондинке Юлю. Свою Юлю!

Сестру и лучшую подружку, которой я доверяла, как самой себе.

– В миллиард раз больше! – заверил Гошка. – Да Катька тебе в подметки не годится, Юлях. Она кто? Колхозница – ни кожи, ни рожи! А ты – королева.

Я стояла, словно пораженная громом. Не верила в реальность происходящего. Меня парализовало. И каждый вдох давался с трудом.

А два самых близких мне человека, неприлично обжимаясь, продолжали говорить обо мне. И каждое слово вонзалось в мое сердце, как кинжал.

– Что ж ты на ней женился, Гошенька? Не нашел лучше никого?

– Был у меня кое-какой расчетец, – хихикнул муж. – Юлюшка, красотень моя, если я раньше тебя встретил… Знала б ты, как Катюха меня достала! Уси-пуси, мой любимка, миленький, хорошенький… Воротит от нее, в печенках сидит уже. В женщине должна быть тайна, секрет какой-то, а эта… Вот она, вся на ладони. Открытая книга – бери да читай. Только скучно ее читать. Еще прическа эта ее ужасная…

Я машинально прикоснулась к своим коротеньким волосам. Такую стрижку, под мальчика, мне посоветовала Юля. Мы с ней даже вместе ходили в салон, где ее знакомая стилист безжалостно обкорнала мои темные волосы.

Поначалу я засомневалась, но Юля разбиралась в стиле и моде больше меня. К тому же и мастер, и она, а потом и Гошка уверяли меня, что эта ультракороткая стрижка мне необыкновенно идет.

– Катюха с ней на утку похожа, – весело засмеялась моя сестра. – Ну эти, которые с хохолком на голове! Смешные такие. Кстати, когда она прибывает из Чумаево?

– Завтра, – Гоша страдальчески возвел глаза к потолку и зло добавил. – А лучше б вообще не приезжала. Там ей самое место.

– Гошик, а Гошик, – Юля игриво потянула моего мужа за галстук. – А почему ты с Катюхой не разведешься? Неужели нравится жить с этой клушкой?

– А мне удобно, – цинично усмехнулся мой муж. – Она меня обстирывает, обглаживает, в рот мне заглядывает. Сцен не устраивает. И никогда в жизни не догадается о моих похождениях. А главное, вся ее зарплата идет за ипотеку. Вот расплатится с основной суммой, можно будет и о разводе подумать. Квартиру ведь она, дурочка, сама предложила на меня оформить. На крайняк есть у меня один знакомый юрист, золотая голова! Ни за что не подам на раздел жилплощади. Так что останусь я завидным холостяком с трехкомнатной квартирой. Хочешь прикол? Я один раз привел сюда девочку ночью, когда она спала. Прикинь? Катюха мирно дрыхла за стеночкой, а мы развлекались на кухне. Такой был адреналин, покруче прыжка с парашютом!

– На ку-ухне? Да ладно? – Юля округлила глаза. – А меня так приведешь?

– Обязательно, конфетная моя! Кстати, все хотел спросить, а ты-то почему ее так не любишь? Она же вроде бы твоя сестра, родственные связи, все такое, не? Может, она у тебя в школе парня увела?

– Она – у меня? Прикалываешься, что ли? Да Катька и в школе такая была, не от мира сего, – грубо захохотала Юлька. – Меня она просто бесит сама по себе. Жалкая неудачница. Я ее к себе приблизила, чтоб меня оттеняла. Она думает, мы подруги! Глупышка даже не догадывается, как все на самом деле. Ну, а про то, что я сплю с ее мужем, так и подавно.

Последнее предложение она сказала томным голосом, а затем снова раздались влажные звуки поцелуев.

Я стояла, как оплеванная, и не могла прийти в себя. Не могла поверить, что все это действительно правда, а не страшный сон.

Изо всех сил ущипнула себя за руку, но это не помогло. Мой муж действительно взасос целовался с моей сестрой. И, судя по всему, они собирались зайти намного дальше поцелуев.

Из странного оцепенения меня вывел звонок в дверь.

– Это, случаем, не Катька ли подъехала? – с издевкой спросила Юлька. – Вот был бы прикол!

– Да нет, это суши привезли, – Гоша посмотрел в глазок. – Странно, я не заказывал… Ошиблись, что ли? Ну и здорово – роллы нам с тобой, лапуля, будут очень даже кстати!

Такой наглости я вынести не могла.

– Это я! Я заказала.

– Ну, ничего себе, – протянула Юля, поправляя лифчик. – Здорово, Катюх!

Никакого страха или стыда в ней не было. Да и Гоша выглядел сконфуженным лишь первую минуту, когда принимал у курьера пакет с пластиковыми контейнерами.

– Значит, теперь ты все знаешь, – буднично сказал муж. – Тем лучше для тебя.

Слезы душили меня. Плакать перед ними не хотелось, поэтому я изо всех сил старалась сдерживаться.

– Как? Я просто не могу понять, как вы так можете? – дрожащим голосом сказала я. – Мерзавцы! Животные! Хотя, животные в тысячу раз благороднее вас!

– Точно, мы – в мире животных! – захихикала Юля. – Я, например, тигрица. Это – мой лев, р-р-р! А ты, Катюха, просто глупая облезлая утка. Вот так вот!

С удобством расположившись на софе, она достала из пакета контейнер и палочками очень изящно отнесла одну суши в рот.

– М-м-м, ничего так… – она потянулась еще за одной. – Но в следующий раз лучше все-таки заказывай в «Сушимаркете». Там они как-то получше будут.

– Тебе лучше уйти, – Гоша поморщился.

– То есть – она просто уйдет, и все? – я округлила глаза. – И мы все это забудем? Забудем, что ты меня предал…

– Ты не поняла, Катя, – перебил мой муж. – Не ей. ТЕБЕ лучше уйти.

И хотя я сейчас чувствовала себя так, словно меня сбил грузовик, мне хватило сил возмутиться:

– С какой это радости я должна уйти? Я здесь вообще-то живу!

– Ну, теперь жить не будешь, – пожал плечами муж.

А затем просто взял меня за плечи, сунул в руки куртку и вытолкнул за дверь, которая захлопнулась перед самым моим носом.

– Открой! Ты не можешь так поступить со мной! Что вообще происходит?

В отчаянье я пару раз ударила в металлическое покрытие кулаками. До крови расцарапала костяшки…

За что и была вознаграждена. Соседняя дверь приоткрылась. Из-за цепочки с подозрением посмотрела соседка:

– Девушка, что за бардак вы устраиваете?! Еще хоть малейший шум, и я вызываю полицию! У меня сын там работает – приедут быстро.

– Но я… Я здесь живу… – я беспомощно провела пятерней по своим коротким волосам. – Я просто… Мой муж…

– Что-то ваше лицо мне незнакомо, – прищурилась бабка. – Впрочем, даже если и живете, это не повод устраивать на лестничной площадке скандалы! Надеюсь, вы услышали про полицию?

Звякнула цепочка и дверь захлопнулась.

Я еще пару раз позвонила в дверь своей (хотя, теперь сомневаюсь, что я могла назвать ее своей!) квартиры, но ответом мне была гробовая тишина.

Не отдавая себе отчета в том, что делаю и куда иду, я накинула куртку и стала медленно спускаться по лестнице.

Признаюсь, был порыв вернуться и заколотить в дверь с утроенной силой.

Может быть, мне откроет Гошка, мой Гошка, обнимет меня, закружит в воздухе и скажет: «Катька, милая! Ты вернулась! А я так скучал! Это была шутка, просто шутка, розыгрыш!».

И эта отвратительная сцена в нашей прихожке, свидетельницей которой я стала, окажется просто дурным сном. Развеется, как дым.

Чтобы не поддаться, я ускорила шаг, а затем и побежала.

ГЛАВА 2

Примерно три двора я преодолела в таком темпе, а затем силы оставили меня.

Я без сил упала на лавочку на детской площадке и заплакала.

Никогда не считала себя нюней и размазней, но сейчас я именно так себя и чувствовала. И ничего не могла с этим поделать.

Два моих самых близких человека предали меня. Предали бессовестно, цинично и невыносимо жестоко. Никогда бы в жизни не поверила, если бы не увидела все своими глазами.

И волосы…

Я провела рукой по коротенькому ежику своих волос. Ощущение было некомфортным. Вот дура, зачем я согласилась их отстричь?

Но я и подумать не могла, что моя любимая Юля намеренно посоветует стрижку, которая мне совершенно не идет!

Все это время я считала ее сестрой, подругой, а она… Просто выгодно выделялась на моем фоне. Как там говорят: красотка должна ходить со страшненькой?

Выходит, страшненькой была я?!

Рой воспоминаний закружился вокруг.

Старшие классы школы. Юлька зовет меня на двойное свидание и обещает познакомить с классным парнем – другом ее тогдашнего ухажера. В итоге этот «классный парень» весь вечер расспрашивает меня о ней, и я понимаю, что он в нее бесповоротно влюблен.

Институт. Воспользовавшись тем, что моя мама заступила в ночную смену, Юлька вваливается ко мне домой с огромной шебутной компанией, которая чуть не разгромила нашу маленькую квартирку. И я потом, как сумасшедшая, убиралась до утра.

Юлия страдала с похмелья, и мне, конечно, не помогла.

Похороны мамы. Юлька не пришла, потому что улетела со своим очередным парнем в Доминикану.

Почему, не смотря на все это, я все равно любила ее и относилась к ней, как к родной? Может быть, я чувствовала, что мы с ней не на равных. Она всегда была самой красивой, самой модной. Идеальной блондинкой.

Сестра моей мамы, тетя Поля, жила в другом городе, и была довольно зажиточной. По крайней мере, каждый месяц высылала энную сумму денег на все Юлькины хотелки. От маникюра до курортов.

С тетей мы никогда не были близки. Но Юля была моей семьей. Она была рядом. Особенно после мамы.

Правда, потом появился Гоша. Единственный человек, про которого я могла сказать, что он для меня ближе Юльки.

Так что предательство сестры было ничем по сравнению с предательством Гоши.

Сестра и муж. Две кровоточащие раны в моем сердце.

Подумать только, он выгнал меня из дома! Из квартиры, на которую я и претендовать, выходит, не могу…

Претендовать. Слово-то какое…

Вспомнив страстные поцелуи и издевки, я зарыдала еще гроше.

И волосы! Мои волосы! Когда они теперь отрастут?!

Благо, в этом дворе бдительные старушки отсутствовали. Только громко о чем-то переговаривались подростки на спортивной площадке, неподалеку от меня.

Моя коротенькая курточка совсем не спасала от промозглого осеннего ветра, который задувал прямо в поясницу. Я даже ее не застегнула.

Заболею – ну и пусть. Чем хуже, тем лучше!

Поглощенная рыданиями, я не сразу заметила, что на спортивной площадке происходит что-то странное. Однако смех и восклицания парней все-таки привлекли мое внимание.

Они скучились в самом центре площадки, обступив что-то. Или кого-то. Громко ржали и отпускали дурацкие комментарии. Один снимал все на телефон.

– Это будет самый крутой тикток, отвечаю, пацаны! – возбужденно вопил парнишка.

От тиктокеров ничего хорошего не жди – это я точно знаю. И мои опасения подтвердились. Самым худшим образом!

– Давай, давай, поджигай! – крикнул кто-то.

Все, кроме оператора, разом отбежали на безопасное расстояние, и я увидела кота.

Это был серый кот с загнутыми вперед и вниз ушами. То есть абсолютно вислоухий. Его набивная шерсть напоминала мех плюшевой игрушки, а глаза были оранжевыми, как апельсин.

Общение с кошками мне напрочь противопоказано, потому что у меня на них сильнейшая аллергия. Но даже я знаю, что котики такой породы зовутся шотландцами.

По-научному, скоттиш-фолд.

Так вот, этот несчастный скоттиш восседал в ракете, крепко-накрепко прицепленный к сиденью ремнями. Ракета была явно самодельной – из фольги, пластиковых бутылок и каких-то еще подручных материалов. На белом боку красными буквами было написано: «КОТЭГАРИН».

Похоже, они сочли это смешным, потому что название ракеты снимали особо.

Но при этом летательный аппарат был настоящим – в хвостовой части ракеты что-то горело. Причем подозрительно так горело: разгоралось все сильнее и сильнее и вроде бы уже даже начало искрить.

Несчастный котейка жалобно мяукал, но злобные тиктокеры только хохотали и махали своими телефонами, ища лучший ракурс.

– Вы что делаете? – закричала я, вмиг позабыв о своем горе. – С ума сошли? Отстегните кота немедленно!

Парни переглянулись и еще больше покатились со смеха. А один из них достал пульт (у этой ракеты еще и пульт управления, оказывается, был!), громко сказал: «Поехали!» и нажал на кнопку.

Основание ракеты вспыхнуло, кот заорал «Хочу сле-з-з-зть, помоги мне!», и я бросилась ракете наперерез.

Я была уверена, что не успею – мне нужно было пересечь целый двор.

А потом меня накрыло странное ощущение – словно я с разбегу нырнула в воздушный колодец.

В следующее же мгновение вынырнула аккурат около ракеты. В клубах исторгаемого ей дыма и в оглушительном гуле, что издавал двигатель, я, ломая ногти в кровь, отстегнула кота, который вцепился в меня мертвой хваткой.

Ракета, сыпля целым снопом искр и валя дымом, с ужасающим хлопком воспарила в небо. А я, отброшенная взрывной волной, крепко прижала к себе вопящего скоттиша и упала, со всей дури ударившись затылком об асфальт.

Последней мыслью, прежде чем я потеряла сознание, было…

Хм… До того, как я к нему побежала…

Кот действительно промявкал «Хочу слезть, помоги мне!»?

ГЛАВА 3

– Катажина! Катажина, куда ты там запропастилась? Господин демон и его спутница ждут! Обслужи и живее!

Я поморщилась и открыла глаза.

Голова болела нещадно. Что касается глаз – они сразу заслезились.

Так что вокруг я все видела в очень размытом и смазанном свете.

А-пчхи! А-пчхи! А-пчхи!

– Гоша! – слабо позвала я. – Гош, мне такой дикий сон приснился, ты не поверишь! Как будто ты… Гош? Ты там кино какое-то смотришь? Игру Престолов?

Хотя там, вроде, демонов нет – драконы.

– Катиж! – снова раздался этот пронзительный женский голос (из телевизора же, да?), – Ты мне скажи, дорогая, тут что, не протолкнуться от клиентов? Чем ты вообще занята? С таким отношением последние покупатели сбегут! Живее! Силы небесные! Да что с тобой произошло?

Я наконец-то проморгалась и обнаружила, что лежу на полу небольшой комнатушки. Рядом со мной валялась перевернутая деревянная лесенка, ранее приставленная к пустому стеллажу.

Ясно, как божий день, с нее-то я навернулась, сильно приложившись головой о грубый каменный пол.

Так, стоп!

Где я вообще нахожусь? Я, что, улетела на той самодельной ракете в космос?

Вот только на космос окружающая обстановка была совершенно не похожа.

– Бедная Катиж! – женщина со светлыми волосами принялась меня поднимать. – Какая же ты неловкая! И как не вовремя… Ах, надеюсь, ты сможешь их обслужить…

– Тетя… Тетя Поля? – нахмурилась я.

Передо мной стояла Юлькина мать. Родная сестра моей умершей в аварии мамы.

Немудрено, что я с первого взгляда ее не узнала. Тетка Полина выглядела как-то… По-иному. Даже не считая диковинного вида: длинного шелкового платья и волос, уложенных в громоздкую прическу с буклями.

– Катажина-а-а… – тетушка озабоченно помахала перед моим лицом рукой. – Это же я, твоя любимая тетя, леди Порция Клэй. Наверное, ты очень сильно ударилась головой. Этого только не хватало! Придется отвести тебя к целителю.

– Никаких целителей, раба! – отрезал кто-то у меня в голове. – Вмиг себя раскроешь. Ты и так испортила мой грандиозный план, за что заслуживаешь казни через повешенье. Хотя, возможно, я велю живьем снять с тебя кожу. Да, пожалуй, так будет лучше…

Я посмотрела вбок, увидела в глубине стеллажа блеснувшие оранжевым светом глаза и чихнула.

Раба? Он сказал раба? Вернее, не сказал, а подумал, но я это услышала, а тетушка моя, судя по всему, нет…

А еще он, между прочим, про казнь через повешенье говорил. Вернее, думал.

Господи, я сошла с ума. Думаю над тем, что подумал кот, который хочет меня убить.

Нет, сплю, и все это мне снится! Такой вариант мне нравится больше. Но если это сон, то слишком уж он реалистичный.

– Не надо целителя, тётя, – покачала головой я. – Я и вправду сильно ударилась, но сейчас мне лучше.

И в доказательство притронулась к своему затылку.

Рука наткнулась на шелковистые пряди.

Волосы! Прическа «под мальчика», которую я выстригла по недоброму совету Юли, исчезла. А мои волосы – они были на месте. Да еще и вдвое длиннее тех, остриженных!

Мало того!

На мне, как и на тете Полине – ой, тетушке Порции! – было шелковое платье! Конечно, попроще, чем у нее, но такое же длинное. С корсетом и расширяющейся книзу юбкой.

Мама. Вот сейчас страшно. По-настоящему страшно.

Где я?

Похоже, я сказала это вслух, потому что ответ не замедлил прийти:

– Не твое дело задумываться над существованием параллельных миров и астральных двойников, презренная раба. Делай, что от тебя требуют, и старайся не привлекать к себе внимания.

Несмотря на отвратительную подачу мысли, зерно истины в этом было.

Поэтому я отряхнула платье и, слегка пошатываясь, пошла за тетушкой «обслуживать» господина демона и его спутницу.

Но перед этим несколько раз тряхнула волосами. Как же здорово ощущать их длину!

Слово «обслужить» мне как-то сразу не понравилось, так как несло в себе неприятный смысл.

Надеюсь, я все-таки попала не в бордель…

Слава богу, мои опасения не оправдались. Потому что интерьер борделя точно выглядел бы презентабельнее, чем комнатушка с обшарпанными стенами, в которую я вслед за тетей Порцией поднялась по узкой лестнице.