Цивилизация Потопа и мировая гибридная война
- -
- 100%
- +
© Изборский клуб, 2020
© Аверьянов В. В., 2020
© ООО «Издательство Родина», 2020
Вместо предисловия
«Цивилизация Потопа» дышит в лицо каждому из нас
Дмитрий БОРИСЕНКО: Виталий, ваше последнее интервью, которое вы дали изданию «Бизнес онлайн», вызвало немало шума в медийном пространстве, ведь речь в нем шла о версии предотвращения государственного переворота в Российской Федерации. Скажите, пожалуйста, откуда у вас возникла эта версия? Вы высказывали это предположение еще задолго до начала активной фазы пандемии в России, до начала всех этих самоизоляций и проч.
Виталий АВЕРЬЯНОВ: Первоначальная публикация – а это первая половина марта – выходила на сайтах Изборского клуба и газеты «Завтра», а сначала она появилась на моем Фейсбуке. Она называлась «Госпереворот. Стрельба на Лубянке. Путинская пертурбация» и была посвящена выступлению Путина перед Федеральным собранием 15 января, отставке правительства, перестановкам в элитах и последовавшей конституционной реформе. Когда эта гипотеза была озвучена, о пандемии еще разговора не было.
Конечно, это не инсайдерская информация, а реконструкция событий. Прежде всего я бы обратил внимание на то, что мы не получили ни одного более-менее внятного объяснения этой лихорадочной пертурбации вокруг 15 января. Сам факт переноса президентского послания, резкость скачкообразных изменений (не свойственная Путину), характер его речи в последние месяцы, наконец, внешняя искусственная привязка отставки правительства к посланию, не имеющая с ним внутренней логической связи, – все это наводило на мысль, что происходит смена парадигмы, которая должна иметь более глубокие причины. В тот момент я предположил, что это могла быть попытка госпереворота, или, вернее, ползучий госпереворот, который осуществлялся медленно и постепенно и должен был в 2020 году привести уже к качественному сдвигу, в том числе и, может быть, к смене верховной власти. Дополнительным аргументом для меня был анализ инцидента на Лубянке 19 января, когда произошла очень странная перестрелка, и разноречивые сведения о ней попадали в СМИ. В общем, стало понятно – там произошло нечто такое, что засекретили.
Анализ всех этих моментов говорил о том, что происходит схватка в российских элитах. Может быть, это была схватка между частью российских элит и частью зарубежных, которые действовали через какие-то структуры и силы здесь, в России.
Но это все именно гипотеза, хочу подчеркнуть. Сейчас, по прошествии нескольких месяцев, когда так сильно развернулась карантинная диктатура во всем мире, в том числе и в России, к версии госпереворота добавляется еще одна. Это даже не версия, а вторая часть картинки. Она связана с тем, что уже осенью 2019 года для власть имущих, тем более для Путина, у которого одна из лучших разведок, доставляющая качественную информацию о том, что происходит в мире, было понятно, что произойдет сдвиг финансовой парадигмы. И он, под прикрытием этой самой пандемии, действительно произошел, о чем я тоже писал еще в марте. Но сдвиг финансовой парадигмы реально начался еще в 2019 году, он, в частности, отражался в поведении центробанков Европы, которые перестали скупать золото. А в сентябре 2019 года участники «Вашингтонского соглашения» его не продлили – впервые за много лет. И теперь центробанки смогут продавать золото в неограниченных объемах, а это значит, что стабильность доллара, как основной мировой резервной валюты, находится под очень большим вопросом. То есть происходит кардинальный слом существовавшего до сих пор порядка.
Золото – это не единственный фактор, но он очень показательный, потому что именно на ограничении золотовалютных операций строится во многом монополия доллара. Она на сегодняшний день подрывается, а это значит, что будет меняться вся система. Скорее всего, это будет некое подобие «Великой депрессии», о чем я в большом интервью «Бизнес онлайн» подробно говорил. Собственно, интервью было посвящено, скорее, этому, а не госперевороту. Просто «Бизнес онлайн» решил почему-то в заголовок поставить тему госпереворота, и это наделало очень много шума.
Заметьте, что тогда, в марте, никакого шума это не произвело, а сейчас, благодаря журналистам из Казани, шум поднялся невероятный. Я попал с этой новостью в топ Яндекса, мне звонили с телевидения, и даже начался какой-то мандраж среди российских силовиков, которых испугало выражение «государственный переворот». Кто-то начал искать дополнительные его признаки. То есть произошел чисто журналистский эффект, тем более что я другой заголовок этому интервью предлагал. Но журналисты решили, что тема госпереворота будет более жареная, более скандальная, что ли.
БОРИСЕНКО: Виталий, если развивать эту тему, то лично мое мнение, что под прикрытием коронавирусной пандемии в мире мы наблюдаем начало открытого противостояния либеральной и консервативной идеологии. То есть если раньше это противостояние, безусловно, присутствовало, в том числе и в информационном поле, то пандемия послужила неким катализатором для перехода противостояния в активную фазу. И, например, мы можем наблюдать это по Соединенным Штатам, где президент Дональд Трамп де-факто возглавил антикарантинное движение. На ваш взгляд, как далеко может зайти это противостояние?
АВЕРЬЯНОВ: Транснациональную олигархию нельзя полностью отождествлять с США. Эта олигархия расположена во многих странах, у нее несколько центров. Это и Лондон, это, конечно, и Нью-Йорк, это отчасти новые поднимающиеся «азиатские тигры», это и старая Европа. Но при этом США являются флагманом этой системы. Поэтому политическая ситуация в США иногда радикально отличается от того, что происходит в политике других стран. В данном случае произошло именно это. Дело в том, что ситуация с пандемией ударяет по перспективе Трампа переизбраться президентом на следующий срок. Это чисто тактическая проблема, но она до невозможности обострила его вражду с демократами, с «клинтоноидами» из партии «Хорошего клуба», во главе которого, как мы знаем, стоят Гейтс, Сорос, Баффет и Рокфеллеры. Если бы не проблема с переизбранием на следующий срок, возможно, он сумел бы с ними договориться. Но так случилось, что его частный интерес совпал с более широким трендом.
Я бы не стал говорить о том, что Трамп – это убежденный идейный противник «Хорошего клуба» и вот этой либеральной финансовой партии. Но сегодня именно так получилось, что тактические вопросы толкнули его в объятия других сил – традиционного промышленного капитала, который он все больше и больше олицетворяет. Поэтому если говорить о внутриамериканской ситуации, то здесь вы правы – он оказался лидером антикарантинных сил, и он прекратил финансирование ВОЗ. Но Всемирная организация здравоохранения не сразу это почувствует, потому что она пока функционирует на деньги, полученные еще в прошлом году. Тем не менее Трамп как будто отсекает щупальца этого монстра, этого спрута, который, в принципе, владеет большой долей активов всего мира. «Хороший клуб» и возглавляющие его финансовые олигархи связаны тысячами нитей с другими финансовыми семьями и кланами, которые (в сумме их около 100–150) владеют более чем половиной мировых активов.
В конечном счете, разгадка всей этой истории с пандемией связана не с медицинскими проблемами, я в этом глубоко убежден. Я впервые об этом сказал в марте, когда произошло ночное совещание Федеральной резервной системы (ФРС). По-моему, это было 16 марта, а 17-го я уже об этом написал в Фейсбуке и на сайте Изборского клуба: о том, что за этим коронавирусом скрывается иная эпидемия, она носит финансовый характер и, похоже, ведет к новой «Великой депрессии». Сейчас я в этом все больше убеждаюсь, все больше доказательств этому нахожу, и близкие экономисты-друзья тоже подтверждают мою гипотезу, когда я с ними общаюсь на эту тему.
Я не отношусь к категории отрицателей вируса, я не говорю, что его нет. Но как бы мы ни относились к самому вирусу, он был использован транснационалами, его масштаб был резко преувеличен. Исследования, которые прогнозировали его развитие, его смертоносность были сфальсифицированы. Все это вместе осуществлялось как некая информационная кампания, информационная война, заказанная вот этими самыми товарищами, условно говоря, из «Хорошего клуба».
Зачем они это сделали? Мой ответ классический – это мировая гибридная война, направленная на передел собственности, на то, чтобы захватить дополнительные ее фрагменты. Для этого им необходим один из инструментов – деиндустриализация, разорение и банкротство многих предприятий. Что мы видим и наблюдаем во всех странах, включая Китай, включая Россию. Еще далеко до того, чтобы делать какие-то выводы, но каждая неделя этой карантинной диктатуры наносит страшный удар по экономикам, которые находятся под этим карантином. Где-то это сотни, где-то тысячи предприятий, которые разоряются, причем не просто закрываются, а именно разоряются.
Но страшно даже не то, что гибнут конкретные предприятия, – разрушаются производственно-сбытовые цепочки. Например, взять тот же Китай – он уже начал восстановление тех отраслей, которые пострадали в результате диктатуры. Но дело в том, что даже если он восстановит эти предприятия, то столкнется с тем, что потерял заказчиков, поставщиков; потерял тех, кто закупал у него оптом эту продукцию. И вовсе не факт, что, восстановив производство, Китай восстановит свой потенциал. Он может потерять еще в десятки раз больше, чем потерял на данный момент. Поэтому на примере Китая можно сказать, что реальный сектор в мире понес огромные потери.
Возникает вопрос – чем это закончится? Во многих случаях это закончится тем, что на зачищенное пространство придут «дочки» финансовой мировой олигархии и по дешевке скупят эти активы. Иными словами, эта операция направлена на то, чтобы отхватить еще один большой кусок собственности, контролировать гораздо большее пространство мировой экономики. Попутно они сдуют долларовый пузырь и пузырь, связанный с акциями, облигациями США. Потому что, как мы знаем, каждая мировая война, каждый крупный кризис всегда были неким форс-мажором, позволявшим списать накопившиеся долги, списать все неприятности и беды, и все треволнения, на такой кризис и форс-мажор.
На сегодняшний день, поскольку у них нет возможности развязать мировую войну, они выбрали другой вариант – это «новая чума», с которой борется весь мир. И под прикрытием чумы можно списать все свои проделки и преступления, которые они накопили за десятилетия. Значит ли это, что не будет горячей войны? Не значит – может быть где-то будет развязана и локальная горячая война. Посмотрим, жизнь покажет.
БОРИСЕНКО: В Изборском клубе в начале этого года вышла работа, которая называется «Русский Ковчег», в которой вы проводите аналогию между Потопом, описанным в Библии, во многих других источниках и мифах древнейших цивилизаций, и потопом сегодняшним. И тем самым говорите, что Россия может стать неким новым ковчегом. Понятно, что это аллегория, но, тем не менее, почему появилась эта работа? Ведь она вышла, опять же, до начала всех этих событий, связанных с коронавирусной пандемией. И кажется, что в ней есть какое-то пророчество…
АВЕРЬЯНОВ: Вероятно, здесь те же самые предчувствия играли роль, потому что многие люди уже в 2019 году понимали – нас ждет очень серьезная встряска. Мало кто знал наверняка, в какой она форме произойдет, но симптоматика потопа наблюдается нами уже давно, не один год. Что мы понимаем под Потопом? Если исходить из православной традиции, то потопа водного не будет, будут другие катастрофы: огненные, землетрясения, мор. Все это написано в Откровении Иоанна Богослова и в толкованиях Святых Отцов. Поэтому, когда мы говорим о Потопе, мы имеем в виду не наводнение, а состояние. Точно так же, как во времена Ноя, когда он строил ковчег, Потоп уже пришел на землю – не в виде воды, а в виде крайней степени развращенности, растления и генетического повреждения тогдашнего человечества, которое и было смыто этим потопом. Ной пытался спасти их, он занимался проповедью и не только строил ковчег, он взывал к людям. Но они смеялись над ним, как это известно из многих священных писаний разных религий – в частности, иудейских и мусульманских.
Мы исследовали большое количество легенд и мифов других народов, о Потопе говорят практически все народы. И легенды о нем присутствуют у огромного количества племен и народов, в том числе Австралии, Океании, Америки, Африки и, естественно, Евразии. Там есть выразительные совпадения относительно деталей Потопа и относительно его причин. Поэтому, это была фундаментальная работа в данном плане, она имеет помимо программного, концептуального – еще и мифологический подтекст. Хотя это, может быть, не самое главное в ней.
Когда мы говорим о состоянии Потопа, имеется в виду такое состояние, которое ставит под угрозу сущность человека как психо-, духовно, физической единицы или феномена. Именно такое состояние мы сегодня в мире наблюдаем благодаря активности зародившейся на Западе транснациональной цивилизации, которую в этой работе называем не иначе как «цивилизация Потопа».
То, что сейчас происходит с пандемией, – очередное проявление лика этой цивилизации. Поскольку перемены, которые они затеяли, носят глобальный характер, то это, действительно, очень напоминает волны всемирного Потопа. У нас остается надежда, что это все-таки не последние времена и что есть вероятность и шанс не просто построить Ковчег (мы говорим о России как о ковчеге или о ковчеге как системе государств, которые могли бы быть в союзе с Россией). Само это состояние Потопа можно отодвинуть исторически, ибо в мире еще есть силы, и они велики, которые в это состояние не провалились, не опрокинулись.
К сожалению, Российская Федерация за последние 30 лет в значительной степени присоединилась к Цивилизации Потопа – в лице своих элит. Но народ, в массе своей, не пошел за ними. Поэтому шанс, о котором я говорю, в России сохраняется. Точно так же можно сказать, что неоднозначна позиция по отношению к Потопу, например, в таких цивилизациях, как Китай или Исламский мир. Индия или Иран не по зубам пока Цивилизации Потопа, она не может их переварить и перемолоть. Поэтому одной из главных центральных идей нашей работы является стратегический треугольник – Россия, Индия, Иран, – который, как мы считаем, необходимо построить в XXI веке.
Это лишь один пример предлагаемых концептуальных решений. В целом «Русский Ковчег» – это программа, она очень подробная, богатая, дающая предложения по всем основным направлениям жизни. Именно это главное в работе, а вовсе не обоснование ее какими-то текущими событиями.
Вы правы, когда спрашиваете: «Откуда такие предчувствия?» Актуальность этой работы резко повысилась именно последние месяцы. Почему она повысилась? На мой взгляд, потому что обнажился некий идеологический вакуум в нашем обществе. Он и раньше был. Но сегодня, когда большинство людей сидят в самоизоляции, когда приостановлено производство, когда мы видим некую растерянность власти, с одной стороны, а с другой стороны, невероятную активность сторонников ужесточения цифровых мер контроля над человеком, осуществляемых под благовидным предлогом, – конечно, рядовой гражданин России задумывается и о смысле жизни, и о том, с чем он имеет дело.
Сегодня Цивилизация Потопа подошла к каждому из нас, она, можно сказать, дышит нам в лицо. Поэтому каждый из нас должен ответить на вопрос – где я? С кем я? И ради чего я живу? Каким бы я хотел видеть своих детей? Я хочу отдать их этой Цивилизации Потопа на заклание, чтобы они стали марионетками в этом цифровом концлагере? Или я хочу, чтобы они продолжили линию нашей традиции, которую нам передали наши предки, сохранить наш потенциал, воспроизвести нашу культуру?
Этот выбор сегодня стоит перед каждым из нас. Потребность заполнения этого идеологического вакуума резко возрастает. Поэтому, как это ни странно, данная неприятная ситуация, в которой все мы оказались, может быть, даже окажется спасительной и целительной для нас как общества.
Часть первая
Гибридная война – 2020
Про Конституцию, госпереворот и пандемию. Из мартовского цикла на Фейсбуке
1. Суета и скрипы вокруг Конституции напоминают передвижку мебели в плотно заставленной комнатеМногие друзья и знакомые спрашивают, почему я не высказываюсь по конституционной реформе и никак не участвую в кампании вокруг нее.
Начну с того, что я придерживаюсь собственной «конспирологической» версии относительно причин тех лихорадочных изменений, которые начались 15 января. Версия моя довольно радикально отличается от всего, о чем говорят и пишут в СМИ. Как-нибудь, может быть в ближайшие дни, я озвучу свое видение. А пока о Конституции.
Самое главное в реформе – все существенное в ней было заявлено Путиным сразу же, и в проекте оно, естественно, останется. Почти все, что предлагает общественность и при этом находит поддержку сверху, – носит риторический характер, иногда довольно приятный и благозвучный. Но в сущности это декоративные элементы, а не изменение сути курса. Ни консервативная трактовка института брака, ни стыдливое скороговоркой упоминание Бога, ни даже насилу выдавленное упоминание государствообразующего народа – курса не меняют. Скорее все это служит предохранителями от реванша отпетых либертенов и либертарианцев.
Между тем российская Конституция 93-го года, скажем открыто, раз уж теперь ее обсуждают всерьез, сама по себе и целиком являлась продуктом колониального и капитулянтского сознания. Это совершенно эпигонский, не творческий, не русский, то есть не нацеленный на развитие нашей цивилизации, документ. Он был скоропалительно скомпилирован на основе конституций США и Франции, держав, правовая история и государственная природа которых глубоко чужда России.
С таким документом оставлять страну президенту, претендующему на какую-то историческую репутацию, было бы стыдно. Может быть, здесь и лежит мотивация Путина, помимо чисто прагматических корректив, которые были озвучены сразу же, 15 января?
Эта Конституция сковывает дух исторического творчества, она попросту малопригодна для развития как правовой мысли, так и реальной политики. Ее следовало бы не латать, а отбросить. То, что происходит сейчас, напоминает суету и скрип при передвижке мебели в плотно заставленной комнате. Но вместо того чтобы отпиливать куски и ножки от старой дурно пахнущей обстановки, доставшейся от Шахрая, вместо того чтобы кроить из нее нечто новое по смыслу – проще было бы выкинуть всю эту рухлядь на помойку.
Но – тогда пришлось бы собирать Конституционное собрание. На это не хватает духу. Хотя при желании можно было бы очень быстро составить проект новой Конституции и за несколько месяцев организовать проведение Конституционного собрания. Это обошлось бы чуть дороже для госбюджета. Но зато было бы солидно и стало бы реальным историческим деянием.
Что же мы имеем на выходе? Убогую, исторически депрессивную Конституцию немного обновят и освежат, лишив ее наиболее вопиющих и одиозных черт, направленных против гарантий суверенитета России. Пока многие поправки, в том числе одобренные, звучат весьма невнятно, возможно, их еще подредактируют. Но есть опасность, что текст Основного закона превратится в нечто маловразумительное.
Вместе с тем независимо от того, кто у нас во власти и как мы к ним относимся, приличному человеку стыдно писать доносы на свою власть в ООН и Гаагский трибунал, делегировать им право судить нас. (Не стыдно делать это только предателям своего народа, наемникам наших цивилизационных конкурентов.) И то, что мы свое право признаем наконец-то выше международного, – реальное достижение. Хотя и понятно, что у Путина и членов его команды здесь помимо стратегического есть и корыстный интерес.
Верховенство нашего права, а также ограничения на двойное гражданство и иностранные счета для чиновников – безусловное благо и движение вперед. Благом является и сквозное правопреемство к СССР и Российской империи. Это просто-напросто наша историческая правда. Уже эти скромные поправки оправдывают реформу по принципу «с паршивой овцы хоть шерсти клок». Однако при этом выводы делать рано, надо дождаться законченной редакции поправок в Конституцию.
А какой могла бы быть не половинчатая, полноценная Конституция? – спросите вы.
Это большая тема. Не буду же я сейчас сочинять целый проект Основного Закона! Тем более что мы писали об этом, в той же Русской доктрине. Обозначу свою позицию тезисно:
– В подлинной Конституции развития должна быть дана своя, а не заимствованная модель народовластия. В частности, уверен, что в XXI веке нам потребуется расширение использования механизмов плебисцита и референдума, а также построение реальной демократии снизу через сквозной принцип делегирования от малых сообществ, муниципалитетов вверх – на Земский Собор. Нынешняя система, и это понимают уже все, симулирует демократию, является прикрытием власти нескольких государственно-олигархических кланов и корпораций, представляет собой систему узаконенного политического спектакля, состязания «рекламных бюджетов» и админресурсов.
– Единственный способ ограничить подавляющее влияние на политику крупного капитала, как иностранного, так и внутреннего, – отказать ему в праве на представление своего интереса как частного. В XXI веке мы могли бы создать свою модель сословно-корпоративного представительства и управления. Крупный капитал – функция от общества и государства. Крупный капитал может иметь право политического голоса только при условии, что он говорит от лица корпорации, отрасли и сословия, с которыми он связан. Если крупный капитал не способен вплести себя в интерес всей отрасли как ее лидер, выразитель ее коллективных интересов и прав, – значит, он враждебен обществу, является хищником, разрушающим наше хозяйство и воюющим с нами, а не служащим нам. В таком случае его частный интерес и голос в политике не должен учитываться вообще. Пока же у нас все происходит ровно наоборот.
(Важно отметить, путинская элита далека от такой постановки вопроса, которая единственно глубинно отвечает нашим национальным и цивилизационным интересам. Но 90 % нашей так называемой уличной оппозиции, все те, кому дозволено на словах претендовать на смену власти, – все эти детки Ходорковского, навальные, дуди и иже с ними – еще дальше, чем Путин, отстоят от такой постановки вопроса. Если бы они дорвались до власти, они еще дальше оттащили бы нас от перспективы не олигархического, а суверенного цивилизационного развития.)
– Мы обязаны были бы построить новую многоэтажную модель унитарного государства с элементами федерации лишь для воспроизводства самобытных культур. Мы должны отказаться от политического федерализма и прийти к более рациональному территориально-хозяйственному районированию своей державы. Это означает отказ от множественности суверенитетов (республиканских) внутри единого суверенитета, это означает отказ от права «наций» на самоопределение без согласия других народов, входящих в союз.
– Мы уже достаточно зрелое государство, вкусившее плодов вестернизации, чтобы отказаться от идеологии и философии «прав человека» как порожденных антиколониальными революциями. Россия не являлась никогда колонией, равно как и колониальной империей, и поэтому нам это чуждо. При этом во главе нашего понимания человека должны стоять право на жизнь, классические политические права и свободы, социальные права, пакет которых у нас долгое время был самым передовым. Высшим выражением гражданского права у нас могли бы стать привилегии гражданской чести и достоинства – в таком направлении следовало бы строить русскую конституционную традицию. А не в рабском подражании чужой философии, в которой очень много лживого и лицемерного (к примеру, лицемерным является знаменитый принцип «разделения властей», ведь ветви власти в действительности могут разделяться только во время кризисов, когда они начинают противоборство и превращаются в инструменты внешних сил).
– Непосредственно в Конституцию следовало бы внести такие положения, как: общенародная собственность не только на недра, но и на все ресурсы, и на землю; Центральный Банк как подчиненный суверенитету страны; могли бы быть прописаны те стратегические отрасли экономики, которые не могут быть разгосударствлены; главная цель государства – развитие человеческого потенциала; следующие из этого приоритеты: сохранение и развитие классического образования, воспитания, формирование человека-творца, а не человека-потребителя, сохранения традиционного понимания, что есть человек (было бы недурно, если бы в Конституции было бы дано определение, что мы понимаем под человеком).
– Наконец, нашим правоведам следовало бы приникнуть к золотому фонду отечественного права – Своду законов Российской империи. Как говорил ныне покойный наш коллега и соавтор по Русской доктрине Сергей Петрович Пыхтин, в этом своде при обращении к нему откроется «бездна великих идей».