Проблемы уголовно-правового предупреждения незаконного оборота оружия. Монография
- -
- 100%
- +
Контрабанда оружия и экспорт из РФ или передача сырья, материалов, оборудования, технологий, научно-технической информации, незаконное выполнение работ (оказание услуг), которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, вооружения и военной техники, являются специфическими элементами оборота оружия, для которых характерно незаконное перемещение через таможенную границу (ст. 2261 и ст. 189 УК РФ). В отличие от контрабанды оружия преступление, предусмотренное ст. 189 УК РФ, законодатель продолжает рассматривать как посягательство в сфере экономической деятельности.
Таким образом, незаконный оборот оружия представляет собой совокупность действий (бездействия), нарушающих нормативно установленный порядок обращения с ним. Его элементы, как по отдельности, так и совместно, характеризуют объективные признаки преступного деяния и позволяют отнести определенное преступление к сфере незаконного оборота оружия. Рассматриваемая группа преступлений не ограничивается посягательствами в сфере общественной безопасности и включает преступления в сфере военной службы, в сфере экономической деятельности, а также против мира и безопасности человечества, которые, имея иную основную цель, тем не менее опосредованно обеспечивают уголовно-правовое регулирование в сфере незаконного оборота оружия.
§ 4. Незаконный оборот оружия в досоветском уголовном праве России
Исследование уголовно-правового режима оборота оружия будет неполным, если ограничиться лишь изучением действующего законодательства. Необходим его ретроспективный анализ, который позволит уяснить специфику его развития и понять исторические предпосылки появления и эволюции. Как отмечал Н. Д. Сергеевский, «проследив происхождение известного института или законоположения, мы узнаем те условия, которые породили его и которые влияли на его развитие; зная это, мы имеем возможность оценить его современное значение, иначе говоря, мы получаем возможность решить: должно ли быть это законоположение сохранено или оно должно уступить место другому как потерявшее свое жизненное основание вследствие изменившихся условий»165.
Правовое регулирование режима оружия в истории отечественного законодательства осуществлялось по двум направлениям: во-первых, установлением ответственности за незаконный оборот оружия и, во-вторых, регламентацией условий его законного оборота. При этом значение уголовно-правовых норм в данном процессе было определяющим.
Первое упоминание о неправомерных действиях в отношении оружия встречается в Русской правде. В ст. 4 краткой редакции Русской правды была предусмотрена ответственность за обнажение оружия (меча), что рассматривалось как оскорбление: «Аще утнеть мечем, а не вынем его, любо рукоятью, то 12 гривне за обиду»166. Таким образом, Русская правда определяла в качестве уголовно наказуемых действия, выражающиеся не в использовании оружия, а лишь в его демонстрации.
В соответствии со ст. 13 Русской правды было наказуемо хищение (присвоение) оружия: «Аще поиметь кто чюжь конь, любо оружие, любо порт, а познаеть в своемь миру, то взятии ему свое, а 3 гривне за обиду»167. Оружие здесь начинает рассматриваться как особый предмет хищения, которому придавался приоритет в рамках отношений собственности.
Соборное уложение 1649 г. ознаменовало новый этап в развитии юридической техники российского государства, поскольку, как отмечал А. Г. Маньков, значительно превосходило предшествующие памятники русского права своим содержанием, широтой охвата различных сторон действительности того времени, структурой и неизмеримо большим объемом нормативного материала168.
Наибольшее количество статей Уложения, в которых предусматривалась ответственность за незаконные действия с оружием, содержалось в гл. III «О государеве дворе, чтоб на государеве дворе ни от кого никакова бесчиньства и брани не было». Наказание виновного за совершение опасных действий с оружием на царском дворе зависело, во-первых, от того, присутствовал ли при этом царь, а во-вторых, от того, какие последствия наступали от незаконного применения оружия.
Согласно ст. 3 гл. III Уложения «А будет кто при царьском величестве вымет на кого саблю, или иное какое оружье, и тем оружьем кого ранит, и от тоя раны тот, кого он ранит, умрет, или в те же поры он кого досмерти убьет, и того убийца, за то убойство самого казнити смертию же. А хотя будет тот кого тот убойца ранит, и не умрет, и того убойца по тому же казнити смертию, да из животов его взятии убитого кабалныя долги»169. Если же такие последствия не наступали, то применялась ст. 4 гл. III Уложения, где было сказано: «А будет кто при государе вымет на кого какое ни буди оружье, а не ранит, и не убиет, и того казнити, отсечь рука»170.
Отсутствие царя при совершении преступления смягчало наказание, которое тем не менее оставалось весьма жестоким. Так, в соответствии со ст. 5 гл. III Уложения «А будет кто в Государеве дворе, и не при Государе, на кого оружие вымет, а не ранит, и того посадити на три месяцы в тюрму. А будет ранит, и на нем раненому доправити бесчестие и увечье против окладу вдвое, да его же дати на поруки в том, что ему без указу ис того города, где он кого ранит, не съежжати до тех мест, покаместа раненой обможется или умрет. А будет раненой обможется, и тому, кто его ранит, отсечь рука. А будет тот раненой от раны умрет, и того, кто его ранит, казнити смертию»171.
Две статьи гл. III Уложения предусматривали суровую ответственность за незаконные действия, выражающиеся в стрельбе из оружия:
– статья 6: «Такоже Царьского Величества во дворе на Москве, или где изволит Царьское Величество во объезде быти, и ис пищалей и из луков и из и(ы)ного ни ис какова оружья никому без Государева указу не стреляти, а с таким оружьем в Государеве дворе не ходити. А будет кто в Государеве дворе на Москве, или в объезде кого ранит, или кого убиет досмерти, и того казнити смертию же»172;
– статья 7: «А будет кто на Государеве дворе, на Москве, и в объезде, учнет ходити с пищальми и с луками, хотя и не для стрелбы, и ис того оружья никого не ранит и не убиет, и тем за ту вину учинити наказание, бити батоги и вкинути на неделю в тюрму»173.
В ст. 28 гл. VII «О службе всяких ратных людей Московского государьства» предусматривалась специальная уголовная ответственность за хищение оружия: «А будет кто, будучи на службе в полкех, у кого украдет ружье, и того бити кнутом нещадно, а что украл, и то на нем доправить и отдать тому, у кого он украл»174.
В ст. 105 гл. X Уложения «О суде» применение оружия являлось обстоятельством, усиливающим ответственность за посягательства на здоровье или жизнь судьи и участников процесса: «.А будет он перед судьями на кого замахнется каким ни буди оружьем, или ножем, а не ранит, и ему за то учинити наказание, бити батоги, а будет ранит, и его бити кнутом. А будет раненой от тоя раны умрет, или он в те же поры на суде его убьет до смерти, и его за то самого казнити смертию же безо всякия пощады; да ис тех же убойцовых животов и с вотчин взяти убитого кабальныя долги. А будет учнут бити челом убитого жена или дети о бескабальных долгех, и им в том отказати. А будет такой убойца с суда уйдет и учинится силен, поймати себя не даст, и такова, где ни буди поймав, по тому же казнити смертию. А будет он перед судьями кому раны учинит, или кого убьет до смерти, бороняся от себя, для того, что тот, кого он ранит, или убьет, сам его перед судьями напередь учал бити, а скажут про то судьи, и такова никакою казнию не казнити, по тому что он то учинил, бороняся от себя»175
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.