Дьявол в инвалидной коляске

Предисловие

Здравствуй, читатель!

Это мой первый полноценный рассказ. Я писал эту историю с пятнадцатого августа по двенадцатое ноября. Написание этого рассказа принесло мне огромное количество самых разных эмоций, и я рад, что смог дописать его до конца.

Рассказ – "Дьявол в инвалидной коляске" послужит первым шагом в моём большом пути к становлению писателем. Я бы хотел поблагодарить своих друзей, которые вдохновляли и поддерживали меня на всём пути написания этой истории. Спасибо, что прочитали данное предисловие, приятного прочтения!

Дисклеймер

Все события и персонажи в данном произведении вымышленные. Любое сходство с реальными событиями случайно. В данном произведении изображены сцены курения табака и принятия алкоголя. В рассказе детально описаны сцены физического насилия. Произведение не является пропагандой курения, распития алкогольных напитков, насилия, селфхарма и самоубийства. Все действия носят исключительно развлекательно-художественный замысел. Приятного прочтения!

Пролог

Ночное звёздное небо. Шоссе у кукурузных полей. Белый свет луны ложится на старый пикап, стоящий у заправочной станции. Из магнитолы машины доносится американский джаз тридцатых годов. В отверстие бензобака вставлен заправочный пистолет, но на панели приборов пикапа значок бензобака помечен красным цветом.

Дверь водительского места открыта нараспашку, дверное стекло выбито. Весь салон автомобиля усеян мелкими осколками битого стекла, пустыми бутылками дешёвого пива. Бардачок открыт на распашку, в нём лежат окурки и пачки сигарет.

Неподалёку от машины растеклась огромная лужа крови, которая смачным, бурым следом тянется в сторону кукурузного поля, куда направлен дальнийсвет фар пикапа. Импровизированный вход в поле – погнутые стебли кукурузы, которые раздвинули силой. Путь от входа проходит правой диагональю в поле, через стебли кукурузы. Кровь, идущая от асфальта у машины, впиталась в холодную землю старого заброшенного поля.

Спустя триста метров, по пути сломанных стеблей, слышны громкие звуки… Звуки активной раскопки земли. Через несколько секунд мужской, злобный крик прерывает ночную тишину:

– ЗАТКИНСЬ, ЗАТКНИСЬ, ЗАТКНИСЬ!!!

Звуки раскопки стали более агрессивными, до тех пор, пока не послышался удар лопаты о нечто металлическое. Звуки прекратились на несколько мгновений, пока истеричный крик не прорвал ночную тишину:

– Нет… НЕТ!!! ПОЖАЛУЙСТА!!!

Сквозь стебли выбежал мужчина в окровавленной рабочей рубашке. Его руки и лицо были измазаны в крови, а картонный клоунский колпак закрывал обзор, свисая на глаза… Мужчина бежал из последних сил, пока не споткнулся об ржавую инвалидную коляску…

Глава 1: Офис

4 июля 2003 год.

11:39

Двухэтажный офис на Род-Айленд Авеню ничем не отличается от таких-же расположившихся рядом домов вдоль улицы. В тихих дворах почти не ездят машины, вызывая впечатление того, что этот район спальный. Летнее, жаркое солнце пробивается сквозь тёмно-зелёные жалюзи на окне второго этажа офиса. Цвет жалюзи становится чуть более приближенным к цвету травы, которую за окном садовник стрижёт газонокосилкой.

Пробившийся в тёмное помещение луч солнца – сразу отражается в потолок солнечным зайчиком, за счёт стеклянной пепельницы, в которой тлеет одна из двух докуренных сигарет, Пузатый старый компьютер в левой части стола гудит в режиме сна. Сам стол завален кучей бумаг и документов, но самая выделяющаяся из них бумага лежит по центру, рядом с пепельницей. "УВОЛЕН" – крупными буквами поставлена печать красного цвета.

Стационарный телефон, находящийся в правом краю стола, начинает трезвонить, сотрясая воздух, наполненный сигаретным дымом. Тридцативосьмилетний менеджер по персоналу Роджер Джефферсон, спящий в свой обеденный перерыв, вздрагивает и неохотно поднимает голову с левой руки лежащей на документах… в этой же руке между указательным и средним пальцем тлеет недавно зажжённая сигарета. Тяжёлая ладонь правой руки неохотно берет причину раздражения. Нажимая на зелёную кнопку для ответа на звонок Роджер ждёт, когда аппарат станет издавать ещё более неприятные звуки.

-* Аааээ… Ммм… Привет Роджер! Это Боб, из отдела редакции…

Роджер медленно, положил свободную руку с сигаретой на лицо и оперся локтем о стол,

"Кроме тебя мне никто и не звонит так часто, идиот" – подумал Роджер.

–Да, Боб, что на этот раз?

По каким-то причинам Боб не отвечал. Роджер начал барабанить по столу и протянул усталым, недовольным голосом:

– Боб…

–* А! Да! Извини… Я, эээ, я просто отвлёкся… Кхм… Как бы тебе сказать…

В голосе Боба слышалась неловкость и чувство вины, а Роджер стал медленно догадываться о причине звонка Боба:

– Боб, не тупи, чем быстрее ты мне скажешь суть проблемы, тем быстрее мы сможем её решить.

Роджер сделал сильную затяжку.

–* Всё на самом деле в порядке… Но… Эээм… Нуууу…

Роджер нетерпеливо выдохнул, его тон повысился:

– Ыыыы, ууууу, меееее, беееее, Боб, ты тупой? Ты же умеешь говорить, давай! Я знаю, что умеешь! Давай же!!! Скажи мне слова из букв – "Я сно-ва ис-по-га-нил пла-кат для бил-бор-да", ну?

Боб немного помолчал, после чего ответил:

–* Прости меня, пожалуйста, Роджер, ты же знаешь…

– Что я знаю, Боб? Что?! – рявкал Роджер – Ты понимаешь, что даже умственно отсталый не смог бы испортить целых три грёбаных плаката за два дня?! Ты ведь понимаешь, что у компании нет столько средств, чтобы постоянно покупать новые ватманы?

В кабинете настала тишина. Роджер положил не докуренную сигарету в пепельницу и опёрся на спинку стула поясницей. Он начал нервно массировать места над своими уставшими глазами, пытаясь усмирить нарастающую головную боль.

– Боб.

Молодой сотрудник снова не отвечал.

– БОБ!!! – гневно крикнул Роджер.

– * ААаа! ДА, да… я тут, тут, извини…

– Боб, слушай… Ты ведь не хочешь, чтобы тебя уволили?

–* ЧТО?! Конечно нет!!! – встревоженно произнёс Боб.

Тон Роджера стал тихим, более мрачным и немного наигранным. На его лице появился оскал:

– А тебя уволят Боб… уволят, и ты никому не будешь нужен в свои двадцать четыре года, особенно с выпиской от директора "Испортил три чёртовых ватмана, потому что у него руки растут оттуда, откуда должны расти ноги". Тебя не возьмут ни в какую компанию, даже уборщиком, если узнают о том, насколько ты криворукий.

Боб насторожился и стал тревожно бормотать:

–* Роджер, стой! Стой, стой, стой! Ты ведь знаешь, как бывает, да?? Ха-ха, э, ну… Прости меня пожалуйста, да, признаю… Я очередной раз испортил ватман, но он са…

– ДАЖЕ НЕ ОПРАВДЫВАЙСЯ! – рявкнул Роджер, ударив кулаком по столу так, что недокуренная сигарета выпала из пепельницы.

Боб взволновано пытался успокоить Роджера:

–* Всё, всё, всё, Роджер не сердись, пожалуйста. Я больше не буду портить ватманы… Я постараюсь! Честно..!

– Господи… Ты вообще не должен портить их, ни каким образом.

Роджер замолчал на несколько секунд, после чего тяжело выдохнул через нос.

– Боб… Я последний раз помогаю тебе. Больше я не буду оправдывать тебя перед директором. Если снова произойдет что-то подобное, я просто скажу ему правду: Боб – идиот, которому нужно сначала научиться контролировать свои руки, прежде чем браться за такую ответственную работу.

Боб выдохнул, и с облегчением затрепетал:

–* Спасибо огромное Роджи! Я тебя не подведу! Знаешь, иногда ты бываешь злым, но иног…

Роджер нажал на кнопку сброса звонка недослушав Боба, после чего положил телефон на то же место, откуда взял. Менеджер заметил, что выпавшая из пепельницы недокуренная сигарета оставила пепел на столе и документе об увольнении.

– Чёртов Боб! – проворчал Роджер.

Доставая из своего кармана рубашки полосатый платок, он случайно выронил на стол бумажник. Посмотрев на кошелёк, затем на платок, Роджер понял, что лучше вытереть пепел чем-то другим… На грязной ткани была засохшая кровь, платок используется, чтобы заглушить громкий кашель, который преследует офисного работника уже долгие годы. Как только Роджер наклонился со стула, чтобы поднять выпавший бумажник, наступившую на несколько мгновений тишину в кабинете прерывает очередной противный звук телефонного звонка. Роджер, скрипнул зубами, веко задёргалось, а брови нахмурились. Он резко взял бумажник с пола, той же рукой, что и платок, после чего вслух злобно произнёс:

– Ну сейчас я тебе устрою, Боб…

Менеджер резко взял телефон, машинально ударил по кнопке ответа на звонок большим пальцем и рявкнул:

– НУ ДАВАЙ ПРИДУРОК, ГОВОРИ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?!

–* Что…?

– МНЕ ПРИЕХАТЬ В ПАЛАТУ ТУПЫХ, ОНКОБОЛЬНЫХ РЕДАКТОРОВ И ЗАСУНУТЬ ТЕБЕ ТВОИ РУКИ В ЖОПУ?!

–* Роджер… Ты чего…?

Роджер в недоумении приподнял голову. Ему потребовалось несколько секунд, что бы понять – он не услышал привычные извинения в начале звонка, да и голос ему показался не тем высоким, привычным скрипом Боба. Голос был более чем знакомым, мягким, тихим и родным…

– Шейла… Это ты?

–* Да, Роджер… Это я – тихо произнёс голос с другого конца провода.

Роджер почувствовал тяжесть в груди. Он покраснел потому что понял, кого назвал больным раком, после чего облокотился на спинку кресла, будто желая упасть с него, и ударил себя ладонью по лицу.

–* Роджер, ты здесь…? – продолжил голос.

Менеджер медленно проехался рукой по лицу, после чего открыл свой бумажник и неловко пробормотал: – Извини любовь моя, я ответил, не подумав… Почему ты звонишь на рабочий телефон?

Это был звонок от Шейлы, жены Роджера. В бумажнике, на одном из отделов фотография с изображённой семьёй. Этот момент был запечатлён в 1998 году 8 августа. Шейла смотрела в объектив искренним, радостным взглядом её голубых глаз, тогда она была с светлыми, более длинными волосами, чем сейчас. Роджер был в своей обычной, помятой, офисной рубашке с закатанными рукавами, так как на момент фотографии, он совсем недавно вернулся домой с работы. Волосы Роджера стояли дыбом, а мешки под карими глазами, отражали усталость от бессонных ночей. На руках у Роджера лежал Джимми, их сын, которому было всего две недели от роду. Джимми на фотографии плакал, бессознательно понимая, в каком мире он родился, и что его ждёт дальше.

–* Мне пришлось позвонить на твой рабочий телефон, потому что ты не отвечаешь…

– Ты тихо говоришь… Уложила Джимми спать?

–* Да, Джим уснул буквально недавно… у него был слабый приступ, я звонила тебе, потому что…

– ЧТО?! Что с ним произошло?! – перебил Роджер.

Глаза менеджера расширились, на лбу выступил пот. В этот момент у Роджера возникло колоссальное количество ужасающих сценариев и картин в голове.

–* Что с тобой сегодня? Ты громче обычного…Не переживай, сейчас с Джимми все хорошо…

Роджер попытался расслабиться, и отпустить картины, возникшие в его голове после слов Шейлы. Он постарался не вникать в ситуацию и отстранится от дурных мыслей, Шейле можно доверять:

– Дорогая, извини… – уставшим тоном произнёс Роджер, после чего нахмурился – Рекламные службы и работа… Я отключил звук на телефоне, потому что конкуренты постоянно названивают и присылают всякий бред по смс: – "Не хотите ли купить библию? ", или – "Приобретите один бассейн, и получите второй в подарок!" и я такой – "Ммм… Как же интересно все-таки, думаю, нам действительно не помешает два бассейна на задний двор!"

Роджер отшутился, чтобы не фиксироваться на своём страхе и это сработало. Шейла стала тихо смеяться, тем самым расслабив нервное состояние своего мужа, Роджер расплылся на стуле.

Отношения супругов были довольно эмоциональными, но недостаточно стабильными. Роджер всегда представал перед женой как достаточно спокойный, но смешной человек, поэтому его поведение на протяжении последних двух лет брака настораживало её. Шейла же представала перед мужем как эмоциональная, чувственная, но уверенная женщина, но не та, которой он мог рассказать о своём истинном душевном состоянии и проблемах.

–* Ха-ха-ха-ха, ладно, не смеши, я поняла тебя, хах… Но все равно, лучше включи звук на телефоне.

– Хорошо, хорошо… Так зачем ты звонила?

–* Список покупок который ты взял, запиши дополнительно Фликсотид. После утреннего приступа Джимми я поняла, что лекарства кончились.

Роджер немного напрягся, но все равно высказал предложение:

– А ты сама не хочешь прогуляться? Просто… Я хотел бы немного отдохнуть от всех этих поездок…

–* Смешно, Роджер. Сначала вспомни где мы живём, и ты поймёшь, что идти в аптеку, это не "прогулка", а поход. Была бы у нас вторая машина, может быть и съездила…

"Конечно… Вторая машина… сейчас же" – подумал Роджер, нахмурив брови.

Он неловко посмеялся, и прокашлял… Супруги перестали говорить. Менеджер покачался на стуле, после чего прервал молчание.

– Шейла. Я тебя люблю.

Жена достаточно долго не отвечала, вызывая неловкость и напряжение.

–*… Ты курил? – Внезапно строгим, холодным тоном спросила Шейла.

Роджер побледнел. Только после слов супруги он понял, что прокашлял… Исподлобья он переключил свой взгляд с фотографии на пепел сигарет, лежащий на поверхности стола и документе об увольнении, поднять глаза на саму пепельницу у Роджера не хватило смелости. Он открыл рот, чтобы сказать признание, но после некоторого размышления ответил:

– Нет. С чего ты взяла? – Сказал мужчина, облившись потом.

–* Твой кашель, его не было уже две недели, после того как ты бросил курить месяц назад. Сейчас ты снова кашляешь. – тщательно, соблюдая тон, проговорила Шейла.

– Шейла…

–* Сколько ты выкурил?

– Я не курил.

Роджер понимал, что он копает себе яму своей ложью, но цена признания чревата обвинениями, которых он больше всего боится. Речь супругов стала ускоряться, а тон речи повышался:

–* Сколько ты выкурил?!

– Я не курил!

–* Три?! Или четыре?! Сколько сигарет ты скурил?!

– Я просто прокашлял, что в этом такого?!

–* Тебе не стыдно врать мне? Мало того, что ты врешь, так ещё и орёшь на меня! Ты не замечаешь, как с сигаретами становишься неадекватным!

– Чего?! Почему это я неадекватен???

*– Потому что ты орёшь на меня! Что сейчас орёшь, что в начале звонка..! Роджер, сигареты убивают тебя и твой разум… Ты хочешь, чтобы у тебя снова начались истерики? как пять месяцев назад и до этого?

– Тогда это было не из-за сигарет! Сегодня я кричал не на тебя, а на тупого Боба! – пытаясь оправдаться бубнил Роджер.

–* Но ты естественно представлял, что орёшь именно на меня!

– Ооооо даааа..! Началось!!! – выплеснул рукой Роджер, начиная злиться

–* Признайся, что ты курил…

– Нет.

–* Признайся!!!

– Нет!

–* МНЕ УЖЕ ХВАТАЕТ ОДНОГО РЕБЁНКА С АСТМОЙ!!!

Супруги на мгновение замолчали. В ушах Роджера начался грохот, руки задрожали, а лицо покрылось красными пятнами. Он свирепо выдал:

– ДА ЕСЛИ БЫ ТЫ ЗНАЛА, ИЗ-ЗА ЧЕГО Я СЕЙЧАС КУРЮ, ТЫ БЫ ВООБЩЕ НЕ ДУМАЛА О ТОМ, СКОЛЬКО ВО МНЕ НИКОТИНА!!!

Роджер ударил по красной кнопке сброса вызова, кинул бумажник на стол, разрушив порядок рабочих документов и положил телефон.

Вот.

Вот оно…

То, чего больше всего боялся Роджер, и то, что заставляло его голову опустеть от всех мыслей. Ребёнок, которого так ждали супруги, родился слабым. Уже в младенчестве у Джимми проявилась бронхиальная астма, которая вызывала приступы удушья. Роджер всё время беспокоится о Джимми, он понимает, что виноват, потому что курил ещё задолго до рождения сына. После того, как менеджер положил телефон на место, то смотрел на него ещё несколько минут не отводя глаз. В мыслях Роджера проносились картины всех приступов сына:

"Я взращиваю больного ребёнка… В его болезнях виноват только я?" – подумал отец, опустив взгляд на документы.

Волнуясь Роджер стал пытаться успокоить нервы, ровняя документы на столе так что бы листы бумаги идеально угол к углу закрывали друг друга. Руки Роджера дрожали, он не мог сосредоточиться. Через несколько попыток поравнять листы – он перестал пытаться привести рабочее место в порядок. Смотря на документ об увольнении Роджер облокотился руками на стол, и закрыл лицо ладонями.

Тридцативосьмилетний менеджер по персоналу просто сидел молча за столом в кабинете, в котором он бессменно работает уже десять лет. Его мысли смешивались в огромный клубок из телефонных проводов, плакатов, пепла сигарет, опрометчивых слов, обвинений, голосов сотрудников и детского плача с кашлем. Всё это разрасталось до огромных размеров, не давая Роджеру зацепиться хотя-бы за одну мысль, поскольку усталость от недосыпов и нарастающий невроз не давали сосредоточиться. Роджер раздвинул пальцы и увидел сквозь щель семейную фотографию, лежащую поверх документов…

Он долго всматривался в одну точку. Изображенные на снимке люди омрачились… Они смотрели на Роджера с укором. Весёлое лицо жены теперь выражало злобную насмешку, а сын рыдал от того, что родился таким ущербным, как и его отец.

"Ты – неудачник" – твердили голоса.

"Ты ничего не изменишь, и виноват в этом только ты… Правильно думает Шейла, ты просто ничтожество, и как она вообще могла выйти за такого как ты?! Ты зависимый, ты неудачник, ты плохой отец и просто сам по себе ничтожество, каким был с самой молодости. Что о тебе подумал бы твой отец? Ты разрушаешь свою судьбу и тебя ждёт такая же уча…".

– ХВАТИТ! – вскрикнул Роджер, схватившись руками за волосы. С его бледного лица стекал пот, зрачки уменьшились в несколько раз, а руки сжали волосы так сильно, что пальцы побелели.

"… А что? Разве это не так?"

Продолжил голос из головы: "Взгляни на себя… Ты упустил свой шанс на хорошую жизнь, загубив себя с самого нач…"

– ЗАТКНИСЬ, ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ!!!

Роджер перебил голос, встал со стула выхватив из-под стола трость для поддержания ходьбы.

Его руки дрожали, ноздри раздулись, он стал резко с бесконтрольной яростью бить тростью по фотографии. В ударах Роджера отражалась ярость и страх одновременно. На одном из ударов Роджер задел тростью пепельницу, весь пепел оказался на столе, документах и фотографии. На завершающем, самом сильном ударе трость вылетела из рук отлетев в сторону окна, а все документы уже находились под столом…

Внезапно менеджер вскрикнул, ему стрельнуло болью в колено. Роджер с грохотом плюхнулся на стул, склонившись над больным местом он схватился руками за колено. Лицо скорчилось в маске боли, а глаза заслезились. Менеджер стал тяжело вдыхать через нос и выдыхать через рот, чтобы уменьшить остроту боли в колене. Роджер был истощён и подавлен ментальной и физической болью. Он положил левую руку на стол, после чего лёг на неё, стараясь не слишком много двигаться. Правая рука по-прежнему держала колено, в то время как менеджер закрыл глаза и стал считать от одного до тридцати. Он понял, что теперь единственное, о чем он думает – это боль в колене.

"Лучше так" – думал Роджер. Для него физическая боль проще ментальных мук.

–1…2…3…4…– Роджер тихо начал считать вслух, стараясь держать ровный голос.

– 5…6…7…8…– Боль в колене стала медленно уходить. Роджер продолжал выдерживать ровный интервал между числами и по ходу счёта, стал больше расслабляться, продолжая вести счёт в уме.

– 25…26…27…7… 8…– Роджер всё меньше ощущал чувство счёта, в его мыслях числа прыгали друг на друга, смешивались и исчезали… так же, как и исчезала боль, тревога, гнев и все мысли…

Солнце, что слабо пробивалось в кабинет сквозь жалюзи, медленно исчезло, забрав с собой солнечный зайчик пробивающий пепельницу. На улице уже не было слышно газонокосилки, а пепел с сигарет закончил тлеть…

Глава 2: Болото

На лицо Роджера светило темно-оранжевое солнце, но на мгновения свет перебивался редкой тенью. Когда Роджер открыл глаза – он увидел потолок, его тело гудело. Лёжа на спине, он ощущал, как поверхность на которой он лежал, иногда толкала его, заставляя тело немного подпрыгивать. Посмотрев направо, Роджер чуть не упёрся лицом в сиденье. Медленно поднявшись, в сидячее положение он понял, что находится на заднем сидении едущего Минивэна.

Из окон виднелись просторные кукурузные поля, а машина ехала в сторону города. Вдоль шоссе, на травяной местности, иногда виднелись деревья, которые и создавали мимолетную тень. Все было видно, как будто в слабом тумане. Роджер разглядел за рулём своего отца – Гарри. Руки мужчины крепко сжимали руль, а голова была неподвижна.

– Папа, куда мы едем..? – сонно пробормотал Роджер.

Отец вздрогнул от неожиданности:

– О! Роджи, ты уже проснулся? Ты что-нибудь помнишь..? – странным голосом спросил Гарри, не поворачивая головы на сына.

Роджер протёр глаза кулаками и растеряно ответил:

– Что…? Что помню…?

Гарри замолчал и стал барабанить пальцами по рулю. Машина ускорилась, деревьев стало больше. Кукуруза в полях, по мере протяжения дороги, медленно начинала возвышаться.

– Папа… что происходит? – неуверенно спросил Роджер.

Солнце стало медленно пропадать за горизонтом.

– Роджи… Ты должен понимать, что ты, я, твой дед, твой прадед – все были успешными личностями. Мы занимали руководящие посты в самых разных отраслях. Семья Джефферсонов всегда была одной из лучших семей, среди карьерных альпинистов. Ничего страшного, у меня тоже не было друзей, кроме Ричарда, и то, он предал меня… Ты должен сосредоточиться на том, чего я добился для нас. Скоро мы тебя вылечим, и ты встанешь на ноги, будешь ходить нормально.

Роджер посмотрел вдаль дороги и понял, что они с отцом едут не в сторону города. Впереди, в пределах пятисот метров, расстилалось огромное кукурузное поле. Стебли кукурузы достигали пяти метров в высоту, а над ними садилось солнце.

– П-папа! сбавь скорость! – заикаясь крикнул Роджер

Гарри не слушал сына, прибавив больше скорости.

– Папа! мы разобьёмся!

Гарри повернул голову в сторону сына… На шее отца была перетянута простыня. Глазные белки налились кровью, а лицо было бледно-синего цвета.

– Роджер, все будет хорошо… – искаженным хрипом прошептал Гарри.

Происходящее перед глазами Роджера закрутилось. Машина перевернулась несколько раз, кидая Роджера об салон. В какой-то момент Роджер вылетел из салона. Он не понял, как пропал отец и машина, но уже на огромной скорости нёсся в кукурузное поле на инвалидной коляске.

– ПАПА!!! – закричал Роджер, перед моментом столкновения.

Коляска с ошеломительной силой въехала в корень кукурузного стебля. С металлическим лязгом колёса отлетели от основания. Роджер вылетел с сиденья, пролетев далеко вперёд над кустами. От стремительного полёта ветер сушил глаза, отчего Роджер слезился, и не видел куда летит. В одночасье тело с плеском упало…

Роджер попал в болото на кукурузном поле, его тело по грудь находилось в мерзкой, липкой, воняющей жидкости. Мечась в панике, он стал осматриваться. Скользкие, мерзкие стебли величественно возвышались в тёмное небо. Нигде на поверхности не было места, на которое можно хотя-бы опереться. На Роджера светил тёмно-оранжевый свет, его окружали огромные стебли кукурузы, детали, и колеса ржавых инвалидных колясок. Он пытался облокотиться на них, чтобы перестать тонуть. Сиденья тут же продавливались, медленно увязая под водой, пуская только пузыри на гладь болота. Роджера стало тянуть вниз.

– ПАПА!!!! ПОМОГИ!! – в панике ревел Роджер. Он до конца старался лихорадочно опереться о поверхность воды, но лишь ещё больше утопал, пока холодная вязь не стала поглощать его. Перед глазами Роджера, от усталости, стали появляться тёмные пятна. Руки стали неметь, движения становились тяжелее. Холодная жидкость добралась до шеи Роджера, после чего медленно дошла до губ. Тонущий уже отчаялся. Он старался лишь до конца удерживать дыхание, пока вязь не дошла до носа, и не стала затекать в лёгкие, блокируя дыхательные пути. Вязкую поверхность воды и макушки Роджера освещал тёмный, багровый свет. Тонущий почувствовал прилив адреналина. Пытаясь выплыть он вновь стал дёргать руками, но вязь уже слишком сильно удерживала его, что бы дать шанс выбраться…

Роджер ослабел и отчаялся. В его груди ощущалась тяжесть, которая больше напоминала пустоту. В один момент, открыв глаза, Роджер посмотрел в глубину… Сквозь тёмно-зелёную, плотную жидкость было видно дно, на котором лежало огромное количество инвалидных колясок.

Что потрясло Роджера ещё больше, так это то, что по всей площади под водой, в мертвых положениях, застыли трупы детей. Кто-то лежал спиной к поверхности, свесив руки к коляскам на дне… кто-то застыл грудью к поверхности, но руки, свисая, тянулись ко дну…