Ключ Сфер

И под всеми этими предметами есть чудесные Божественные мудрости и многие тайны Торы, не поддающиеся исследованию. Я же обобщил их для тебя в виде введений к тому, что скажу перед тем, как начать первую главу этой книги. Это то, что я обещал тебе в книге «Ваикра», в разделе «Эмор эль hа-Коhаним», раскрыть и объяснить тебе моё мнение о сфирот в целом до самого конца. И мне необходимо сначала сообщить тебе мнение двух групп, которые я упомянул в упомянутой третьей книге по вопросу сфирот, и сказать тебе, в чём они сходятся в своей вере в них и в чём различаются в частностях; а после этого я раскрою тебе своё мнение о них, проистекающее из моей традиции. И после того, как ты выслушаешь моё мнение и поймёшь из него, в чём оно совпадает с мнением двух групп или с мнением одной из них, и в чём оно отличается от обеих или от одной из них, – тогда ты постигнешь трепет пред АВА»Я и обретёшь познание Б-га, и тогда примешь решение среди трёх групп.

Итак, я сообщаю тебе, что моё мнение о них – это, воистину, мнение всех пророков, без сомнения; но ты можешь взять из них то, что пожелаешь, ибо свобода выбора в этом и в подобном ему в твоих руках, однако исследуй истину о них и избери жизнь, чтобы жить тебе и потомству твоему. И вот, я предпосылаю тебе предисловие, общее для трёх групп, – поскольку у меня есть настоятельная необходимость предпослать его, ибо оно является основой веры всех трёх, в соответствии с тем, что я скажу о них в отношении сфирот, несмотря на то, что я уже намекал на некоторые из этих вопросов в нескольких местах в трёх книгах, предшествовавших этой книге.

Предисловие. Знай, что вера трёх групп едина в том, что мир создан заново, но различается у всех трёх в качестве его обновления. И знай, что вера всех трёх также едина в том, что Тора предшествовала миру, но различается в некоторых аспектах этого предшествования. И знай ещё, что вера трёх едина в том, что весь смысл Торы целиком – это имена Святого, благословен Он, но различается в формах их бытия. Что же касается веры трёх в сфирот – это то, что я намеревался раскрыть тебе: три мнения о них, их совпадения и различия; но мне, на мой взгляд, невозможно было раскрыть тебе это без того, чтобы предпослать им это краткое по количеству, но великое по качеству предисловие, в трёх основах веры, содержащихся в нём: сотворённость мира, существование Торы и сущность имён. И это потому, что если сначала не будут познаны эти три основы, невозможно будет составить никакого представления о сфирот так, как это подобает.

И после того, как я предпослал тебе это предисловие в целом, я вернусь к тому, чтобы сообщить тебе различие веры трёх мнений по трём основам в частности, а затем сообщу тебе их различие в отношении сфирот. Знай, что все согласны в том, что весь мир создан заново силой Святого, благословен Он, Который есть Первопричина всего сущего, и Он – та вещь, сущность которой не знает никто, кроме Него, да превознесётся Он. И Он – Тот, пред Кем, и с Кем, и после Кого нет никакого сущего, подобного Ему; и среди всех сущих нет никого, кто постиг бы о Нём, да превознесётся Он, нечто малое или великое, кроме того, что Он есть сущее, необходимое по самому Своему бытию, и что отрицание Его невозможно, и что всё сущее зависит от Него, а Он не зависит ни от чего иного. И невозможно подвести Его под какую-либо существующую вещь, называемую каким-либо именем. Поэтому всякий совершенный, всякий мудрец и всякое творение знают и постигают, что наша близость к постижению Его, да превознесётся Он, возможна только одним путём, который называется доказательным отрицательным постижением. И это есть познание Имени через Имя, которое является единственно истинным знанием в постижении Его, да превознесётся Он; но постижение Его творений разделяется, соответственно человеческой природе, на три части: это постижение каждым человеком того, что ниже его, и его самого; и через постижение самого себя мы постигаем сущность того, что ниже нас, посредством имён, налагаемых на это согласно истинной сути речи и образа в творении (Йецира); и мы постигаем существование причин нашего бытия, которые выше нас, но не постигаем их сущности. Поэтому наше постижение всего, что мы постигаем из них, будет также путём отрицания, посредством имён, указывающих на то, чем они не являются, а не имён, указывающих на то, что они есть. И одно постижение отличается от другого в высшей степени различия, ибо одно – положительным путём, а другое – отрицательным. Что же касается среднего постижения, которое есть постижение нашей собственной сущности, – оно составлено из двух аспектов, то есть: отчасти оно положительное, отчасти отрицательное. Ибо постижение сущности нашего тела положительно, а постижение сущности нашей души отрицательно. И познание сущности всякой вещи состоит в познании её причин. Когда мы говорим: «Что есть человек?», – ответ будет согласно его определению: он – «живое разумное». И всякое определение состоит из рода и видового отличия: «живое» – род для человека, а «разумное» – видовое отличие для живого. И в этом его отличие от прочих видов живых существ, которые не являются разумными, а он разумен. И это сущностное отличие человека, потому что разум, который есть его форма, поддерживающая его как человека, – это внутренняя его [способность], и это – представление постижения, а не одна лишь внешняя речь. Ибо хотя и она (внешняя речь) тоже является отличием, она является таковым как его свойство в силу его особенности; особенность же не является сущностной для её обладателя, но является акцидентальной, охватывающей часть вида или весь вид, как, например, [особенность] некоторых особей одного вида, или как чернота у ворона, хотя она является особенностью, охватывающей и другие виды, помимо его собственного. И знание сущности вещей – это знание сущности их субстанций в их общих причинах или знание сущности их акциденций в истинной сути их общих причин. В реальности же нет ничего, кроме субстанции или акциденции: субстанция бывает общей и частной; и акциденция также бывает общей и частной. Общие субстанции, которые суть роды и виды, не имеют бытия вне разума, поэтому они называются «умопостигаемыми», ибо они обладают бытием в разуме, но не обладают сущностью субстанции, существующей вне разума. А частные субстанции – это те, которые обладают бытием сами по себе, вне разума; они называются «ощущаемыми», а также «воображаемыми», когда исчезают из ощущения, и называются «скрытыми»; они же предстают в сновидениях. И таково же положение акциденций самих по себе – однако акциденция не существует без субстанции, и субстанция не существует без акциденции.

Что же касается отделённых сущностей, которые поддерживают субстанции и акциденции, после того как те были эманированы от них и обрели существование благодаря силе их бытия, – к ним неприменимо имя «субстанция» и тем более имя «акциденция». Это сущности не существующие [в обычном смысле], не ощущаемые и не воображаемые сами по себе, но они существуют как умопостигаемые в разуме; более того, само их истинное бытие превосходит наше постижение. Поэтому они выше нас во всех отношениях, а мы находимся посередине между ними и всем, что ниже нас, в силу того, что мы составлены из тех и других [начал]. И мы – индивиды, существующие, возникающие и уничтожающиеся ради сохранения человеческого вида; и поскольку каждый индивид человеческого рода возникает и уничтожается, нет различия между нами и тем, что ниже нас, – возникающее и уничтожающееся в своих особях подобно нам. Поэтому истинное различие между нами и всеми творениями дольнего мира – это речь, которая есть разумное постижение; и только благодаря ему, как особому свойству, дарованному нам, мы обрели бытие от Его, да превознесётся Он, существования, и Он выделил нас им одним из всех прочих индивидов, подверженных возникновению и уничтожению. И она (речь/разум) – причина сохранения того, что остаётся от нас после смерти; то, что не подвержено уничтожению, – оно одно и спасается от смерти. Отсюда следует искомое: спасение от смерти того, чему смерть – конечный предел, заключено в человеке, который ищет невозможного, – в том, кто обладает непреходящей природой, но не может быть сохранён [сам по себе]. Поэтому всякий исследователь, который мудр и стремится спасти от смерти то, во что вложена сила спастись от неё, – и хотя эта сила в нём лишь далёкая возможность, но раз она не невозможна, – именно он достоин называться «человеком Божьим» и «рабом Господним»; и его исследование дарует ему постижение и вечную жизнь, когда оно направлено к цели: оживить живое и умертвить мёртвое.

И всё, что я сказал по этому поводу, не оспаривает ни один совершенный мудрец; однако расхождение между исследователями постижения из числа каббалистов в вопросе о сфирот касается качества обновления творений Всевышним посредством сфирот. А именно: одна группа верит, что мир создан заново Б-гом, да превознесётся Он, с того момента, как он [стал] существовать в потенции сфирот; эта группа считает, что мир называется обновлённым, но он изначален в самом своём общем бытии. Вторая группа верит, что мир называется обновлённым Б-гом, да превознесётся Он, потому что Он задумал его от века, но [создал] как бы «вчера-позавчера», иносказательно, и обновил его актуально посредством сфирот, также эманированных от Него, да превознесётся Он. Эта группа считает, что мир называется изначальным в потенции и обновлённым актуально. И эти две группы противоположны в данной вере, и обе они ошибаются относительно истины и веры в качество обновления мира.

Моё же мнение и моя вера в этом вопросе – это вера третьей группы, и это мнение всякого совершенного мудреца-каббалиста и мнение всех пророков, и вот оно. Знай, что мир называется и «обновлённым», и «изначальным»: «обновлённым» – поскольку он сотворён, «изначальным» – поскольку он сотворён не так, как прочие творения. И Творец, Обновитель умопостигаемых времён, создал его во времени умопостигаемом, общем, а не во времени частном. И поскольку время у нас возникает и уничтожается, подобно индивидам видов, и день и ночь суть части времени, возникающие и уничтожающиеся, – свет указывает на день, и его уже разделили на 12 часов, а тьма указывает на ночь, и она также делится на 12 других часов, и оба вместе называются одними сутками. И каждый час разделили на 1080 частей (на тысячу и ещё восемьдесят частей). Поэтому все мудрецы говорили, что время существует и является умопостигаемым; но некоторые из них говорили, что оно – умопостигаемое, существующее в разуме, и не имеет бытия самого по себе вне разума, подобно видам, сказываемым об индивидах, и родам, сказываемым о видах, которые обладают бытием в разуме, но не имеют бытия сами по себе вне разума, как мы говорили перед этим. А некоторые говорили, что время существует, и поистине оно умопостигаемо для нас, когда мы представляем его сущность; но поскольку время есть акциденция, носителем которой является движение, а движение – акциденция, носителем которой является тело сферы, и сфера в целом всегда движется, и движения некоторых её частей ощутимы нами, а солнце, которое есть причина света при своём появлении, различает день и ночь, – поэтому части времён от ощутимых движений называются «днями существующими», а времена его сокрытия называются «ночами». И потому можно сказать, что время в целом умопостигаемо и подобно видам и родам. Но так как время не есть тело, а лишь сила в теле, и не входит в число акциденций, присущих всему дольнему миру, – в том бытии, которое постигает всё тело само по себе как акциденция, и в том бытии, которое постигает всякое сущее из обновлённых творений в самой их истине, – однако оно с одной стороны подобно месту, а с другой не подобно ему; с одной стороны подобно числу, а с другой не подобно ему; с одной стороны подобно речениям, а с другой не подобно им; и отчасти также подобно остальным видам количества. Поэтому его причислили к семи видам количества и сказали, что оно – одно из них, и выделили его как относящееся к непрерывному количеству, и назвали его «охватывающим тела и окружающим их». И мудрецы-исследователи сказали, что момент «теперь» (עתה) есть наименьшая часть из всех частей времени, и он называется «длящимся временем». А времена (עתות) – это прошедшие и те, что наступят в будущем, и в «теперь» соединяются части времени прошедшего и будущего. И «теперь» для времени – как точка для линии: ибо в точке соединяются части линии; линия, поверхность и тело суть три вещи, а время причисляется к ним четвёртым, и только место, которое является пятым, более подобно времени, чем они.

И семь родов количества, один из которых – время: пять из них непрерывны – это линия, поверхность, время, место и тело; а два – дискретны – это число и речь. При этом четыре из них – линия, поверхность, тело и место – являются составными частями, имеющими расположение одних относительно других. Пример тому: обо всех частях линии, поскольку они существуют вместе, говорят, что они положены одним положением – одни с другими, и порядок их ограничен в них вместе, и они соединены вместе одной границей. Так же обстоит дело с частями поверхности, частями тела и частями места: ведь части места существуют постольку, поскольку они вместе наполняют части тела, – будь то место как тонкое [пространство], которое заполняет тело, или место как то, что окружает тело снаружи. Что же касается числа, речи и времени – трёх видов количества, – то их части не существуют вместе, и каждый из них не ограничен своими частями, и никакая часть из их частей не соединена в целом ни с одной другой в определённом отношении. Так, десятка, которая является частью общего числа, – её часть, то есть пятёрка, не соединена со второй пятёркой (которая есть вторая часть десятки, разделённой на две равные части) общей границей. И четвёрка не соединена с шестёркой, тройка – с семёркой, двойка – с восьмёркой; а наименьшая целая часть среди них – единица, наибольшая – девятка, и они не соединены друг с другом. И единица в числе подобна точке в линии и моменту «теперь» во времени; и упомянутые единица, точка, линия и «теперь» неделимы. Поэтому всякое число существует в единице потенциально, и она есть как бы потенция, – иными словами, число отсутствует без неё. А при существовании числа в нём обнаруживается единица актуально. Поэтому мы говорим, что единица не есть число, но лишь начало всякого числа; двойка – начало всякого чётного числа, это первая чета; а тройка – начало нечётных чисел, это первое нечётное. Итак, единица – не чётная и не нечётная, и поэтому она не число, ибо всякое число либо чётно, либо нечётно. И есть такие, кто думал, что единица нечётна, – но это неверно по отношению к единице, которая есть начало всякого числа; однако это верно по отношению к единице сочтённой, которая есть индивид сам по себе, отделённый от прочих индивидов своего вида. В этом ошибались многие относительно единицы, не различая между числом и сочтённым, и тем более ошибались в единице, которая не есть ни число, ни сочтённое.

И то же самое произошло у них в отношении времени. Момент «теперь», существующий в данный миг, есть начало времени, но сам он не есть время; тем более время момента «теперь» – он не входит в число прочих моментов, но является началом для всех них. Именно его Тора назвала «началом», и о нём сказано: «В начале сотворил Б-г небо и землю» (Быт. 1:1). И тем более (каль ва-хомер) [это верно, когда] эта вещь, называемая началом мгновений, есть вечное и непреходящее; она – причина существования начала времён, то есть мгновений, которые во времени подобны единице среди чисел. Так и Речение, о котором сказано: «Словом Господним небеса сотворены» (Пс. 33:6), есть начало всех вещей и причина существования начала всех вещей и их первичных начал. А наименьшая часть, находящаяся в устах при речи, есть произнесение одной буквы из совместного произнесения при выходе из уст, вместе с голосом и дыханием. Поэтому ошибающиеся относительно истинной сути времени заблуждаются в нём, полагая, будто время, являющееся началом начал времён, заключено в самом «теперь» времени. Мудрецы же, признающие [истинное учение о] времени, те, кого мы упомянули последними, – это те, кто приняли от пророков тайну времени и его сущности. И когда ты представляешь себе, что мир сотворён во времени «теперь», и что то «теперь» есть это «теперь», – в нём постоянно движение, ибо этому «теперь» уже предшествовали многие мгновения, принадлежащие к его же роду; но тому, первому «теперь», не предшествовало никакое «теперь». Это подобно Первому Адаму: если захочешь уподобить его одному из людей его вида, будешь вынужден верить, что в его существовании ему предшествовали отец и мать и многие поколения до него; но когда ты представляешь себе Первого Адама, который не был рождён, как рождается всякий человек из числа пришедших после него, и представляешь жену, сотворённую из его ребра, а не рождённую от отца и матери... (здесь недостаёт двух листов – увы об утраченном). А символ оставшихся сотен и десятков – шрим (שרי»ם), и тайна их – «начальники воинства», стражи силы и начальники мощи, правители, хранящие мозг, как начальники Ахии, которые все были братьями. И общий намёк тысяч – Моисей и Аарон, через перестановку «бет-вав» в тайне «бит» большой и «вав» большой, упомянутых выше в двух началах. И согласно упомянутому общему числу, их общая тайна – АКаНГ (אקנ»ג), и это ангелы воинства, ангелы мозга. И ещё одно обобщение – ангел милости, и он обновляет души; и так же обновляются души; а обобщение умножений – обновители имён. И это разъяснено тебе: если ты уже принял Тору, то будешь из обновителей имён и будешь называться у высших «обновителем душ».

Что же касается общего числа исчисленных левитов, это общее число явно упомянуто в Писании: их 22 тысячи, как сказано: «Всех исчисленных левитов, которых исчислил Моисей и Аарон по повелению Господню, по семействам их, всех мужского пола от одного месяца и выше – двадцать две тысячи» (Чис. 3:39). И это число есть намёк на 22 буквы, начало которых – Алеф (אל»ף), а конец – Тав (תי»ו). И если возьмёшь из этого упомянутого числа «тысячу» (элеф) и «тав» (ת), останется двадцать – вот, всё объяснено письменно, а всего 22 тысячи. А исчисление избыточных, из тайны замен, которое соответствует числу всех первенцев мужского пола из сынов Израиля от одного месяца и выше, составляет число 273. Их символ – Ре́Га (רג»ע), как сказано о них. И тайна их – четыре, и намёк на неё – четыре святые буквы, то есть АВА»Я (יהו»ה), а также ЭХеИ»Е (אהי»ה), корень которых – Алеф-hей-Вав-Йуд (אהו»י), и их прохождение – в обратном порядке, а прямой – Йуд-Вав-hей-Алеф (יוה»א). Помести внутрь их Далет (דל»ת), и завершится Имя Йуд-hей (יו»ד ה»א). Тайна их – КаВо́Д (כב»ד), и это первый источник силы трёх душ, которые у человека. И тайна их – Йуд-Вав (יו»ב) в hей последней с её первым, и первое с последним, согласно тайне разделения сфирот: от Алеф (א׳) до Йуд (י׳) – кпереди (лицом), и от АВА»Я (י׳י) до Вав-Йуд (ו׳י) – кзади. И знай их, ибо они указывают истинно на четыре особые сфирот, которые включают в себя [функцию] обнаружения и провидения в каждом из индивидов человеческого рода, избранных и предназначенных для познания Имени Именем (ла-Шем ба-Шем), и они – уцелевшие (сариди́м), которых призывает Господь.

И вот эти сфирот: Махшава́ (המחשב»ה), Гвура́ (הגבור»ה), Тифере́т (התפאר»ת) и Це́дек (הצד»ק). Первых же [сфирот] – шесть, и они внутри этих четырёх. Три между двумя первыми: две разумные (сихлийо́т) – это Хохма́ (החכמ»ה) и Бина́ (הבינ»ה), и одна душевная (нефши́т) – это Гедула́ (הגדול»ה). И три между двумя последними, и все три – телесные (гуфниёт), это Не́цах (הנצ»ח), Йесо́д (היסו»ד) и hо́д (ההו»ד); их существование в микрокосме – две голени, и уравновешивающее – между ними; и в середине – две руки, и уравновешивающее – между ними; и вверху – два уха, и уравновешивающее – между ними, а всего их девять. Однако десятая сфира – она с одной стороны входит в их число, а с другой – не входит, по подобию связки этрога с тремя видами лулава, как мы намекнули выше, на своём месте, в предыдущей книге. Сказанное же во всех этих предметах о числе «по числу имён» (Чис. 4:2), которое относится к мужскому полу, – это намёк на превосходство имён и на мощь памяти (за́хар) от памятующих их, в тайне: «вот Имя Моё» (Исх. 3:15) – это Имя Господне, «и вот памятование Моё» – это память Господня. И соединение Вав-Йуд (ו»י) – это память о пророках истины и справедливости; а соединение Алеф-hей (א»ה) – память о мудрецах каббалы, предшествовавших во времени пророкам Имени и постоянно включающих изучение в мысли и гвурот. И если бы не они, пророчество было бы невозможно. И хотя пророки превосходят их по степени – пророчество почиет лишь на мудреце и герое (гибор), то есть на том, кто постоянно укрепляется в мудрости и разумеет «шекели» в избыточные (адфим). А также порядок станов, их передвижения и их стоянки – это чудесные намёки на истинную сущность творений, из которых постигается истинная реальность бытия Творца, да превознесётся Он.

И вот четыре стана Шехины и их начальники: Уриэль – впереди, Рафаэль – позади, Гавриэль – слева, Михаэль – справа, а Шехина Б-жья – над головой моей. Это намёк на шаги, которые делают после молитвы, вместе с воздаянием мира после Благословения мира. И знай это: «И станом расположенные к востоку, к восходу: знамя стана Йеhуды по воинствам их» (Чис. 2:3), и колено Иссахара – справа от него, и колено Звулуна – слева от него; знак для их родословия – Д-h-В (דה»ו), то есть четвёртый, пятый и шестой сыновья Яакова от Леи. И знай, что у сыновей двух жён-праматерей, Рахели и Леи, не упомянута родословная привязка к Яакову в восьми их сыновьях: шесть от Леи – Реувен, Шимон, Леви, Йеhуда, Иссахар и Звулун; и двое от Рахели – Йосеф и Биньямин. Но приписываются Яакову сыновья двух служанок – Бильhи и Зильпы, а их сыновья – Дан, Нафтали, Гад и Ашер, – то есть, хотя они и дети Бильhи, и дети Зильпы, они – сыновья служанок, приписанные Яакову.

И вот второе знамя для переходов станов: знамя стана Реувена, к югу, по воинствам их; и расположенные при нём – колено Шимона справа от него и колено Гада слева от него; и отправляются они вторыми. Ибо о первом стане сказано: «первые отправляются», и здесь упомянуты ещё сыновья Леи и один первый сын Зильпы, служанки её. И сказано: «И отправится Шатёр Откровения, стан левитов, внутри станов; как располагаются, так и отправляются, каждый на своём месте при знамёнах своих» (Чис. 2:17). Они сами суть знамя, и знак, и доказательство, и символ; поэтому не потребовалось упоминать при них слово «знамя», ибо знамён четыре, и Шехина пребывает внутри них, так же как и оснований (элементов) четыре, и Шехина внутри них, и всё так. А тайна Леви – Г (3), и он третий у Яакова от Леи.

И ещё знамя Эфраима к западу, и при нём колено Менаше и колено Биньямина; и все они сыновья Яакова, и приписываются Рахели с одной стороны, потому что Эфраим и Менаше – сыновья Йосефа, а также и Рахель. И также Биньямин – сын Рахели. А с другой стороны они приписываются Лее, из-за того, что Яаков сказал о двух первых своих сыновьях, как сказано: «Эфраим и Менаше, как Реувен и Шимон, будут моими» (Быт. 48:5). И вот, в знамёнах колено Йосефа было разделено на две части, а сам он не упомянут в них; один [из них] занимал его место, а второй занимал место Леви, его брата. Однако при исчислениях Йосеф упомянут, как сказано: «от сынов Йосефа, от сынов Эфраима» (Чис. 1:32), а Менаше упомянут отдельно. Всмотрись в порядок исчислений – и найдёшь, что он полностью отличается от порядка знамён, и это чудесный намёк. Поэтому я запишу тебе их оба. Порядок исчислений: Реувен, Шимон, Йеhуда, Иссахар, Звулун, Эфраим, Менаше, Биньямин, Дан, Ашер, Нафтали. А второй порядок исчислений: Гад, Йеhуда, Иссахар, Звулун, Эфраим, Менаше, Биньямин, Дан, Ашер, Нафтали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.