Житие преподобного Паисия Святогорца

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви № ИС Р16–627–3428

Перевод на русский язык выполнен братией Свято-Преображенского скита Данилова мужского ставропигиального монастыря г. Москвы с издания:

Ὁ Ἅγιος Παΐσιος ὁ Ἁγιορείτης. Ἱερὸν Ἡσυχαστήριον Μοναζουσῶν ЭΕὐαγγελιστὴς Ἰωάννης ὁ Θεολόγος", Σουρωτή Θεσσαλονίκης, 2015.

© Ἱερὸν Ἡσυχαστήριον Μοναζουσῶν "Εὐαγγελιστὴς Ἰωάννης ὁ Θεολόγος", 2015

© Издательство «Орфограф», издание на русском языке, 2017

Преподобный Паисий Святогорец (икона, написанная для Свято-Преображенского скита Данилова монастыря)

Преподобный Паисий Святогорец (икона, написанная в исихастирии святого Иоанна Богослова в 2004 году)

Патриаршее и Синодальное решение о причислении к лику святых

И бу́дет муж, его́же а́ще избере́т Госпо́дь, сей свят.

Граничащая с Небом гора Афон есть воистину Гора Божия, Гора Святая и удел Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии. Афон есть поприще духовной борьбы, место подвига, покаяния и молитвы, мастерская святости для подвизавшихся там на протяжении веков бесчисленных подвижников, жителей пустынных келий и монастырей, монахов от всякого племени и народа, как известных по имени, так и оставшихся неизвестными. Святая Афонская Гора, находясь под канонической и духовной юрисдикцией, а также под постоянной церковной заботой и попечением Святой Христовой Великой Константинопольской Матери-Церкви, есть её похвала и венец. Афон – это неистощимый источник молений о вселенной, таинственно проистекающий из непрестанных, денных и нощных молитв и молений святогорских монахов, которые молятся «о свы́шнем ми́ре и о спасе́нии душ» находящихся в разных концах земли православных христиан, а также «о ми́ре всего́ ми́ра и о благостоя́нии святы́х Бо́жиих Церкве́й». Огромное множество боголюбиво подвизавшихся и скончавшихся на Афоне аскетов, начиная с первого известного среди них, преподобного Петра Афонского, своим подвижническим потом и боголюбивыми трудами стали избранными сосудами Святаго Духа, были украшены многообразными и чудесными Божественными дарованиями, такими как дар прозорливости, дар чудотворения, дар различения духов, дар непрелыцённого духовного руководства, дар утешения словом, а также многими другими. Сии духовно украшенные мужи и сами украшают ныне многозвёздное небо нашего православного календаря, непрестанно указывая нам путь в Царство Небесное.

В согласии со словами Самого Бога, Который устами Своего человека дал первосвященнику Илию и одновременно всем верующим в Божий закон следующее обетование: Прославля́ющий Мя просла́влю,[1] наша Матерь Святая Христова Великая Церковь с самого начала своего спасительного пути в мире не переставала признавать достойными прославления сии божественные и святые сосуды Духа – скорее ангелов, чем людей, – которые подвигами, словами и многочисленными делами прославили Небесного Отца. Итак, Церковь прославила их и будет прославлять их до скончания века, как и подобает святым.

Святой апостол Павел в Послании к Римлянам сказал: Иде́же бо умно́жися грех, преизбы́точествова благода́ть.[2] Святая Церковь непрестанно переживает эту реальность, и наше время не является исключением. Церковь Христова постоянно причисляет к лику святых всё новых и новых всемирно известных и малоизвестных преподобных подвижников, взявших на себя крест и последовавших стопам Крестоносца Иисуса Христа, Который Своею крестною смертью упразднил имеющего державу смерти,[3] а Своим славным Воскресением даровал вечную жизнь всякому изволяющему. Воспевая это величайшее Божественное благодеяние Начальника нашей веры, мы в изумлении восклицаем вместе со священными песнопевцами: Кто Бог ве́лий, я́ко Бог наш? Ты ecu Бог, творя́й чудеса́[4] и: «Ве́лий еси́ Го́споди, и чу́дна дела́ Твоя́ и ни еди́но же сло́во дово́льно бу́дет к пе́нию чуде́с Твои́х».[5]

Таковым преславным продолжателем традиции святости и смиренным приношением Святейшей Церкви Константинопольской, её нрава и мудрования, явился в наши последние времена просиявший среди сонма в гора́х и в верте́пах и в про́пастех земны́х[6] подвизавшихся и скончавшихся святогорских аскетов богоносный подвижник и многоблагодатный орган Всесвятой Троицы, проистекающий земным родом своим из матери многих святых – Каппадокии и проведший свою уединённую жизнь во многих подвигах и слёзах, преподобнейший монах Паисий, в миру Арсений Эзнепи́дис, украшенный от Господа сверхъестественными дарованиями, столп истины, прославивший своим чудесным житием Отца нашего, Иже на Небесех. Сей каппадокийский уроженец, монах Паисий из рода Эзнепидисов, более полувека шедший подвижническою стезею в нищете и добровольных лишениях, по большей части на Святой Афонской Горе, удостоился, по безошибочному свидетельству совести верующих, евангельского совершенства, сочетания мудрости и добродетелей. Монах Паисий, истощив себя многотрудным служением и трезвенными бдениями в послушании Христовом и в любви к Богу и к ближнему, сохранив непорочную православную веру, засвидетельствовал доброе исповедание, во всём своём житии показал себя чуждым миродержи́телю тьмы ве́ка сего,[7] приложил сияние славе Церкви и подтвердил, что врата́ а́дова не одоле́ют ей.[8] Сей славный Паисий, пожив преподобием и правдою, стал образцом жительства по Христу, соделался живой иконой добродетели и принял на себя ярем богомудрого наставления и духовного руководства множества православных христиан. Придя в высокую духовную меру, сей муж явился сосудом Духа Всесвятаго и был почтён от Бога дарованием врачевания больных и утешения страждущих.

Ныне же, когда поток благословений, чудес и исцелений, истекающий от могилы сего блаженного подвижника, становится всё больше и больше, превозмогающая вера огромного количества православных христиан побуждает нас, удостоившихся самолично видеть, осязать монаха Паисия и быть связанными с ним духовными узами, собственным свидетельством подтверждая свидетельство полноты церковной совести о святости сего избранника Божия, по положенном исследовании вопроса и соответствующем докладе Синодальной Канонической Комиссии, в присутствии преосвященных митрополитов и других честнейших лиц нашей Церкви, в Духе Святом возлюбленных наших братьев и сослужителей, соборно утвердить и определить и во Святом Духе повелеть, дабы отныне и вовеки на Святоименной Горе проживший своё подвижническое житие монах Паисий был сопричислен к лику преподобных отцов и святых Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Его ежегодную память определяем почитать и воспевать похвальными гимнами 12 июля,[9] в день, когда он мирно предал свой дух Праведному Судии и Господу Жизни.

В доказательство и подтверждение сего решения составлен наш сей патриарший и синодальный акт, положенный и подписанный в сем священном кодексе нашей Святой великой Христовой Церкви. Точная же копия сего акта посылается в Священный Кинот Святой Афонской Горы, для прочтения в церквах и хранения в архивах.

Преподобный Паисий Святогорец (икона, написанная в исихастирии святого Иоанна Богослова в 2014 году)

Пролог

С помощью Божией и после многолетних трудов наше сестричество приступает к изданию жития святого Паисия Святогорца. Нас побуждает к этому священный долг перед преподобным отцом, который целых двадцать восемь лет духовно руководил нами и многообразно нас облагодетельствовал.

Подобно другим духовным счастливцам, мы имели великое благословение «в некую меру» познать безмерную любовь преподобного к Богу, его монашескую бескомпромиссность, совершенное самоотречение, силу его огненной молитвы. Мы вблизи и на опыте пережили его святую простоту и глубокое смирение, его богопросвещённое рассуждение, благородную любовь ко всякому человеку, а также старание всячески скрыть свою добродетель от других.

Поэтому мы подумали, что держать под спудом имеющееся у нас богатство сведений о преподобном старце было бы неправильно, и тогда решили: по силам попытаться изложить эти сведения в стройном порядке и составить житие преподобного старца.

Сведения, которые содержатся в этой книге, главным образом получены во время нашего общения с преподобным. Мы записывали его беседы со всем сестричеством и с каждой из нас отдельно. Кроме того, мы бережно храним его письма ко всему сестричеству и к отдельным сёстрам. Много лет мы собирали многочисленные письменные и устные свидетельства, доверенные нам знавшими святого старца священнослужителями, монахами и мирянами, по крупицам собирали сведения в тех местах, где он жил и подвизался. Объём собранного материала исчислялся тысячами страниц, и поместить его в биографию святого полностью не представлялось возможным. К тому же мы не хотели, чтобы книга получилась слишком толстой. Поэтому пришлось строго и тщательно просеивать, перебирать собранную информацию и распределять её по временным периодам жизни преподобного Паисия, связывая с тем или иным географическим местом, куда Бог приводил его стопы. Всё это в конечном итоге привело к тому, что подавляющее большинство свидетельств людей, знавших старца и получивших от него благодеяния, в книгу не вошло. Упаси Боже и подумать, что мы сделали это потому, что посчитали эти свидетельства малозначащими. Конечно, любой опыт общения со святым имеет огромное, неоценимое значение, но если бы все эти свидетельства вошли в житие, книга оказалась бы полна повторов и рассказов об одних и тех же событиях.

Безусловно, несмотря на кажущийся большой объём, сведений о святом Паисии в действительности очень мало, потому что он хранил своё духовное богатство под надёжной охраной, вдали от посторонних глаз, в сокровищнице Божией. Ведь жизнь святых сокрыта со Христом в Боге.[10] Потому и внутреннее духовное делание истинного христоносца – преподобного отца нашего Паисия – осталось неведомым людям и известным одному лишь Богу. И коль уж мы не ведаем о том, каким именно было это тонкое и глубокое внутреннее духовное делание, будем особо внимательны, пытаясь извлечь выводы из того или иного действия старца. А особенно внимательными надо быть в стремлении слепо, без рассуждения подражать преподобному Паисию, чтобы нам, не дай Бог, не опечалить его, а наипаче – не навредить себе.

Святой Паисий с самого детства имел перед собой одну-единственную цель – Небо. К этой цели он с необыкновенной бескомпромиссностью стремился всю свою жизнь. Заботясь только о том, чтобы оказывать послушание заповедям Бога и Его святой воле, он стал «органом Божественным, органом разумным, органом словесным, который настроил и в который ударяет искусный Художник – Дух».[11] Преподобный подъял подвиги, превосходящие человеческую меру, он проливал пот и слёзы, проводил над собой «духовные эксперименты» как «искусный знаток лекарственных трав». «Вкусив горечь» этих духовных опытов, он оставил нам свои «духовные рецепты», следование которым приводит к духовному здравию. Его духовные заветы, оставленные нам, таковы: покаяние и исповедь, любовь и смирение, молитва и терпение, добрые помыслы и дух жертвенности.

В житие не вошли чудеса, которые во множестве он продолжает творить после своей кончины. Мы не включили их в книгу сознательно, помня слова, которые сам преподобный Паисий написал в житии святого Арсения: «Благодать Божия – это не ёмкость, в которой заканчивается вода и она пересыхает. Благодать – это неистощимый источник. Естественно, что святой сейчас, после кончины, помогает людям сильнее, чем он помогал, живя на земле, потому что сейчас он находится близ Небесного Отца. Как Его дитя, с дерзновением, приобретённым ранее, он может получать неограниченную благодать и без препятствий тут же переносить её страдающим людям, помогая им и давая каждому из них подходящее лекарство».[12] А кроме этого, мы помним, что когда при жизни святого старца нам время от времени предлагали издать книгу с описанием его чудес, он отвечал, что лучше будет, если об этих чудесах будем рассказывать не мы, а сами люди, получившие чудесную помощь, делая это ради славы Божией.

Преподобный отец наш Паисий, на земле Святогорец, а ныне согражданин ангелов, – общий благодетель всех людей. И Великая Христова Церковь Константинопольская, побуждаемая главным образом «общим церковным признанием святости сего избранного человека Божия», 13 января 2015 года, через двадцать лет после его блаженной кончины, причла его к лику почитаемых святых Православной Церкви.

Да подаст святой Паисий своё щедрое благословение и всем тем, кто самыми различными способами помогал нам в непростом деле составления жития. Всех этих людей мы сердечно благодарим. Особенно благодарим тех, кто помогал нам в сборе и проверке биографических сведений, терпя при этом нашу въедливость и скрупулёзность, зачастую чрезмерную. Также мы весьма благодарны тем, кто трудился с нами в тех или иных местах, связанных с жизнью старца. Спасибо и всем, кто читал рукопись перед её изданием и своими ценными замечаниями помог ей стать лучше. Вклад всех этих людей в составление книги сложно переоценить.

Молитвенно желаем, чтобы чтение жития преподобного и богоносного отца нашего Паисия Святогорца возжгло в каждом из нас ревность к любочестным духовным подвигам, чтобы, как говорил преподобный отец, мы не были похожи на тех, «кто просто смотрит за соревнованиями спортсменов, не желая при этом даже двинуться с места». Да положим и мы начало покаяния и «доброго подвига», имея перед собой пример святого человека. Этот святой был нашим современником и ещё недавно подвизался рядом с нами, совсем рядом с нами. Да он ведь и сейчас от нас недалеко и помогает нам, предстательствуя перед Подвигоположником Богом, Емуже подобает всякая слава, честь и поклонение во веки веков. Аминь.

Преподобный Паисий Святогорец (обложка книги Ἱερομονάχυ Χριστοδούλου Ἅγιορείτου «Ὁ Γέρων Παΐσιος». Εκδ. «Ἡ Παναγία, Ἡ φοβερά προστασίὰ», Θεσσαλολονίκη, 2000)

«Даже если бы человек, вынув из своей груди сердце – огромное, как солнце, и столь же ярко сияющее, – отдал его Христу в благодарность за Его великие благодеяния, этого всё равно оказалось бы недостаточно».

Эти слова преподобного Паисия были преизлиянием его многой любочестной[13] любви ко Христу. Христа преподобный возлюбил больше всех мирских благ. Огонь Божественной любви перекинулся на святого старца, и он «вышел из пределов своего «я», живя вне границ земного притяжения». Он жил, не признавая за собой права ни на что, кроме одного лишь обязательства – непрестанно отдавать Богу и людям всё, включая себя самого: подвигами приносить себя в жертву Богу, а любовию приносить себя в жертву ближнему.

Глава I. Из акритских[14] Фарас – в пределы матери-Эллады

Фарасы

Преподобный отец наш Паисий родился в 1924 году в селении Фарасы – большом акритском селе, расположенном в глубинах малоазиатского полуострова. В начале XX века эти глухие и уединённые места продолжали оставаться островком православной греческой культуры в Турции. Жители Фарас, терпя всякую скудость, были богаты душевным и телесным мужеством. Они зарабатывали на хлеб, возделывая землю, а также трудясь на рудоплавильных печах. Фарасиоты были постоянно готовы пойти на жертву, чтобы защитить свою малую родину от турецких разбойничьих шаек, которые никогда не оставляли в покое греческое население этих мест.

В церковном отношении Фарасы подчинялись Священной митрополии Кесарии Каппадокийской, архипастырем которой в течении сорока лет (с 1832 по 1871 год) был знаменитый своим великим мужеством епископ Паисий II, который, кстати, происходил тоже из Фарас. Этому стойкому архипастырю Вселенская Патриархия часто поручала решение сложных вопросов, связанных со взаимодействием с турецкими властями. Неутомимый и деятельный архиерей всегда окружал особой заботой своё родное село. В последние годы своей жизни (около 1867 года) он назначил в Фарасы на место священноучителя отца Арсения,[15] тоже фарасского уроженца, незадолго до того поступившего в братство общежительного монастыря Честного Предтечи в Флавианах, недалеко от Кесарии.

Обосновавшись в Фарасах, отец Арсений продолжил со строгостью жить по монашескому уставу, пребывая в посте, бдении и молитве. Будучи «монахом без изъяна и упрёка»,[16] отец Арсений передавал всем православную бескомпромиссность, подвижнический и аскетический дух, а также благоговение. Кроме этого, он был безмездным врачом и неусыпным стражем всей местности вокруг Фарас. Своей молитвой он исцелял больных, освобождал бесноватых, невидимыми узами сковывал турецких бандитов.[17] Говоря кратко, он помогал людям всем, чем возможно – причём не только христианам, но и мусульманам, просившим его о помощи. Ведь все знали и Хаджефенди́ (так стали называть отца Арсения после того, как он совершил паломничество на Святую Землю),[18] и многие чудеса, которые он сотворил благодатью Божией. Все считали его святым, да он поистине и был таким пред Богом. Полвека спустя, в 1986 году, Православная Церковь причислила его к лику преподобных.