Актуальные проблемы современного уголовного права и криминологии

© Ставропольский филиал Краснодарского ун-та МВД России, 2013

Причины и условия, способствующие бандитизму в Республике Дагестан

Бандитизм занимает особое место среди преступлений, посягающих на общественную безопасность, являясь одной из наиболее опасных форм преступного посягательства на охраняемые законом общественные отношения.

В основе деяний банды лежит нападение на граждан, организации, которое может выражаться в физическом (нанесение телесных повреждений, уничтожение чужого имущества, совершение убийств, ограничение свободы и т. д.) и психическом насилии, предполагающих угрозу немедленного применения физического воздействия.

Повышенная общественная опасность бандитизма обусловлена также вооружённостью группы и сопряжённостью с такими тяжкими и особо тяжкими преступлениями, как убийства, терроризм, захваты заложников, разбои, вымогательства, изнасилования и др.

Поскольку бандитизм приобретает опасные тенденции и по существу стал носить массовый характер, для борьбы с ним необходимо попытаться выяснить причины, его порождающие, и условия, которые ему способствуют. Как отмечается в криминологической литературе, чтобы ответить на вопрос «почему воспроизводится достаточно устойчивое число актов преступного поведения с более или менее постоянной структурой»[1], нужно выяснить основные криминогенные детерминанты.

Изучение причин и условий бандитизма даёт возможность понять содержание, сущность и основную его направленность как преступного проявления, угрожающего общественной безопасности, требующего разработки специальных превентивных мер.

Вместе с тем, следует иметь в виду, что бандитизму присущи разные проявления, которые имеют свои специфичные причины и условия, а потому могут быть предметом самостоятельного изучения. Мы же рассмотрим основные криминогенные комплексы бандитизма в Дагестане.

Прежде всего, как и любые другие преступления, бандитизм порождается общими причинами. Современная отечественная криминология рассматривает в качестве основной общей причины насильственной преступности противоречия, прежде всего, в политических и экономических отношениях, в числе которых, в первую очередь, следует отметить серьезные недостатки и просчеты экономического регулирования в республике, отсутствие упорядоченности этих отношений, что привело к разрушению хозяйственного механизма, к перманентным и кризисным явлениям в системе воспроизводства, обмена, распределения. Инфляция и бюджетный дефицит, снижение инвестиций увеличили спад промышленного и сельскохозяйственного производства. Все это привело к значительному сокращению рабочих мест, породив массовую безработицу. Процесс роста незанятого населения приобрел острое криминогенное значение, вылившись в резкое увеличение количества преступников из среды безработных.

Расширение сферы теневой экономики, интенсивный рост коммерческих и банковских структур, развитие новых видов предпринимательства усилили корыстную мотивацию криминального поведения и существенно изменили направленность преступных посягательств бандформирований.

Центром притяжения противоправных устремлений банд стали крупные материальные и денежные средства. Одновременно все более настойчивы их попытки вписаться в экономический оборот, овладеть средствами для организации собственного бизнеса либо паразитировать на доходах, извлекаемых предпринимателями, коммерсантами и разного рода «теневиками».

Стало очевидной истиной, что падение уровня жизни одних в этих же условиях создает базу для обогащения других, что, в свою очередь, сеет в обществе страх, озлобление, всеобщее недоверие, порождая политические конфликты, бандитизм, терроризм и насилие.

При определенных условиях экономическая преступность может перерасти в корыстно-насильственную и просто насильственную, а вслед за этим возникает и преступность должностных лиц, ибо экономические причины столь же затрагивают их, как и все другие слои общества[2].

К экономико-управленческим причинам проявления бандитизма относятся также слабый контроль государства за процессом приватизации, акционирования, инвестирования, первоначальное накопление капитала отдельными группами в ущерб государственной собственности. Под видом проведения рыночных реформ произошла несправедливая концентрация имущества в одних руках и обнищание большей части населения. За наиболее крупными бандитскими группировками стоят коррумпированные представители власти, которые используют их для достижения своих экономических и политических целей.

Важное криминогенное значение имеют и политические факторы современного общества. К их числу можно отнести: нестабильность политического режима и уголовной политики; коррумпированность представителей государственной власти; неправомерное лоббирование интересов отдельных социальных групп в структуре государственной власти; отчуждение большей части населения от управления государственными делами и от контроля за системой борьбы с преступностью; геополитическая неустойчивость государства ит. п.[3] Необходимо добавить к указанным причинам и клановость при формировании государственных структур.

Общепризнанным является мнение о том, что широкий размах бандподполья в республиках Северного Кавказа обусловлен геополитикой некоторых иностранных государств.

Геополитические угрозы следует идентифицировать с усилиями западных стран и некоторых исламских государств по вытеснению России из районов и зон ее традиционного влияния в Европе, на Ближнем и Среднем Востоке, в Закавказье и Центральной Азии, а также со стремлениями США превратить существующую систему мирового устройства в униполярную[4].

Также мы согласны с мнением К. А. Кокунова о том, что в политической сфере угрожающую форму приобретает усиливающееся самовластие правящей элиты на местах; катастрофическое снижение культуры и интеллектуального потенциала общества и власти; опасное усиление зависимости страны и общества от некомпетентных решений, принимаемых узкой группой политиков; гипертрофированные изменения в системе ценностей, когда материальное и личное определяют мировоззрение и образ действий властей всех уровней, а духовное и общественно-государственное при этом присутствуют лишь в качестве идейно-нравственной ширмы; нарастание дезинтеграции российского общества на основе усиливающегося имущественного расслоения и утраты общенациональных идеалов и ориентиров[5]. Исследование показывает, что данные обстоятельства способствуют активному оттоку молодёжи в бандформирования.

Следует также отметить, что развитие бандитизма и терроризма в Дагестане происходит не только за счет миссионерской деятельности зарубежных или внутрироссийских экстремистских организаций, поддерживаемых иностранными спецслужбами.

Как показывает анализ уголовных дел, абсолютное большинство членов бандподполья не занимались преступной деятельностью против своей воли, а значит, идеологическое внушение им преступных идей берет свое начало на основе внутренних социально-экономических и иных проблем. Об этом свидетельствует негативная динамика банд-проявлений, несмотря на имеющиеся очевидные успехи спецслужб России в нейтрализации попыток стимулировать извне их деятельность.

О том, как может порождать разветвленное бандподполье, свидетельствуют принимаемые порой непродуманные и не просчитанные по своим последствиям политические решения, затрагивающие жизненно важные интересы больших групп и слоев населения. Ярким примером такой политической близорукости, детерминировавшей широкомасштабные бандформирования, является, на наш взгляд, непоследовательная и противоречивая политика федеральной власти на Северном Кавказе в 1990-е годы, последствия которой сказываются спустя десятилетие.

В монографии Р. Г. Абдулатипова «Авторитет разума (О философии разумной политики)» известный российский политик отмечает, что у России нет «кавказской политики», а значит, Кавказ вынужден строить соответствующую политику в отношении России, свою внутреннюю политику[6]. Зачастую, как уже показала практика, это происходит руками криминальных авторитетов, террористов, экстремистов различных оттенков, спекулирующих национальными интересами. Вместе с тем, коэффициент полезного действия политики Центра мог быть просто неоценимым.

Существенно осложняют общую криминогенную ситуацию в республике социальные причины преступности. Именно от них зависят уровень и образ жизни людей, их потребности и интересы, определяющие в свою очередь поведение и поступки. И нарушение принципа справедливости в этих отношениях порождает социально-протестующее поведение, в том числе и преступное. Поэтому социальными причинами бандитизма можно считать: попрание прав человека, межнациональные противоречия и конфликты, национальная вражда и ненависть, ослабление социального контроля и вопиющая социальная несправедливость, межгрупповые, межличностные, религиозные противоречия, низкая культура поведения, падение уровня воспитания и образования.

Как свидетельствуют статистические данные, уровень жизни населения Дагестана достаточно низок, что само по себе вызывает серьезные опасения с точки зрения роста корыстно-насильственных преступлений.

По большинству социальных показателей республика занимает последнее место среди регионов России. По расчетам экспертов из «Института социально-экономического мониторинга исследований и разработок» (АНО «МИР»), денежные доходы населения в республике почти в 4 раза ниже среднероссийских, притом что стоимость потребительской корзины из 19 основных продуктов питания составляет в Дагестане около 100 % от среднероссийской величины. Средний дагестанец более чем в 4 раза живет беднее среднего россиянина. Он может приобрести на свой среднедушевой доход продуктов в 10 раз меньше среднего москвича, в 3 раза меньше среднего нижегородца и в 2,6 раза меньше, чем средний краснодарец. Эти цифры достаточно убедительно показывают, сколь велика глубина социально-экономического спада в республике.

Такое положение нередко толкает людей на приработок, который нередко мало как согласуется с требованием закона. Достойное существование, которое во многом увязано для дагестанца с экономическим положением, оказывается гораздо более мощным фактором в мотивационном комплексе.

Как известно из криминологии, «ныне, в условиях перехода к рынку, когда ослаблен (если не разрушен) социальный контроль за тем, кто, кому и сколько платит (денежное вознаграждение), именно вознаграждение, а не зарплату (в кооперативах, смешанных предприятиях и фирмах и даже местных органах власти, мэриях и префектурах), она устанавливается произвольно, с нарушением принципа социальной справедливости. Такая социальная несправедливость является основным источником конфликтов, порождающих и преступность, в том числе и бандитизм. Причем на преступность влияет (вызывает ее) не только конкретное проявление социальных несообразностей, конфликтов и несправедливости, но и общая атмосфера в обществе, когда провозглашенные лозунги опровергаются делами властей, в том числе пришедших к власти на волне критики несправедливостей прошлого»[7].

Нет надобности в проведении глубоких проверок или широкомасштабного исследования, чтобы убедиться в источниках и способах приобретения огромного материального состояния некоторыми власть имущими, «народными» избранниками. Это порождает и межгрупповые конфликты. Те, кто лишен доступа к материальным и финансовым средствам, обладают ими путем изъятия у незаконно разбогатевших лиц путем нападения, угроз.

Об этом свидетельствует распространённое в последние годы в республике вымогательство (рэкет), совершаемое, в основном, членами бандподполья в отношении коррумпированных чиновников, предпринимателей, банкиров, представителей различных коммерческих организаций. В большинстве случаев преступления совершаются с использованием флешек и других электронных носителей информации, на которых записывается требование о передаче денег или ценностей, а также о предполагаемых последствиях его невыполнения в форме аудио- или видеоинформации. Обычным явлением стало бандитское нападение на потерпевшего, подрывы принадлежащих ему коммерческих и иных объектов в случае отказа от выполнения требований бандитов. По данным оперативно-розыскных подразделений правоохранительных органов, повышенной виктимностью характеризуются также лица, работающие в так называемых «доходных» местах в топливно-энергетичской отрасли, в сфере оборота алкогольной продукции, природных ресурсов, строительства и т. д.

Необходимо отметить, что на почве политического экстремизма, религиозных и межнациональных конфликтов как на дрожжах вырастает и бандитизм.

Как показывает практика, проявления экстремизма могут носить достаточно разнообразный характер: от возбуждения гражданской ненависти или вражды на политической, национальной, религиозной и иной основе до функционирования многочисленных незаконных вооруженных формирований, ставящих перед собой цели – от нарушения прав человека и территориальной целостности государства до изменения его конституционного строя, усиления неформального влияния на власть в решении экономических, кадровых и иных вопросов и т. д. Несомненно, экстремизм является одной из самых серьезных угроз безопасности для всего мирового сообщества, но особенно остро эта проблема стоит в России, что обусловлено ситуацией переходного периода и исторически сложившимся этническим и религиозным составом его населения[8].

За последнее десятилетие в Дагестане проявились все виды бандитизма, однако наиболее опасными стали бандпроявления на почве религиозно-политического экстремизма, когда криминальные элементы, прикрываясь религиозными лозунгами, стали насаждать в республике культ насилия, переводить проблемы межконфессиональных отношений в криминальную плоскость и использовать их для оправдания своих преступных целей.

Так, например, в последние годы в республике участились нападения и подрывы торговых объектов, реализующих спиртные напитки и спиртосодержащую продукцию, прикрываясь тем, что шариатом наложен запрет на их продажу и употребление. Тем не менее, не подвергаются насилию со стороны бандподполья те объекты, владельцы которых платят «дань».

Территория Северного Кавказа насыщена вооруженными формированиями, многие из которых представляют собой бандформирования.

Об этом свидетельствует динамика бандитизма в Республике Дагестан за последние 20 лет, которая характеризуется следующими показателями: в 1993 г. – 3, в 1994 г. – 5, в 1995 г. – 20, в 1996 г. – 17, в 1997 г. – 8, в 1998 г. – 11, в 1999 г. – 9, в 2000 г. – 5, в 2001 г. – 9, в 2002 г. – 13, в 2003 г. – 7, в 2004 г. – 7, в 2005 г. – 2, в 2006 г. – 10, в 2007 г. – 7, в 2008 г. – 1, в 2009 г. – 2, в 2010 г. – 8, в 2011 г. – 15, 2012 г. – 83, а за январь 2013 г. – 21 преступление.

Такое же положение сложилось и в связи с межнациональными конфликтами в 1990-х годах, связанными с проблемой разделенного лезгинского народа. Есть также проблема переселенного с горной местности народа, проблема депортированного, репрессированного народа (чеченцы-аккинцы). Хотя данные проблемы, в основном, решены или носят вялотекущий характер, они привели к концентрации большого количества оружия и боеприпасов в руках некоторых лидеров национальных движений, члены которых нередко одновременно являются бандитами. Соответственно и оружие используется отнюдь не в «национальных» интересах.

Не менее важным является проблема нелегальных мигрантов. Отсутствие элементарных жизненных условий вынуждает некоторых из них вступать в вооруженные группы и заниматься преступным бизнесом.

В определенной степени, хотя и редко, наряду с изложенными обстоятельствами, бандитизм может порождаться и межличностными конфликтами. На практике встречаются случаи бандитизма из-за межличностных конфликтов на почве тяжкого оскорбления, кровной мести. Имеются случаи бандитских проявлений на почве криминальных конфликтов среди обычных преступных групп, их лидеров.

Анализ проявлений бандитизма по районам Дагестана показывает, что местности, где соблюдаются горские обычаи и традиции, менее поражены бандитизмом. Жители этих же районов, попадая в среду, где не соблюдаются никакие законные, шариатские, моральные или обычные нормы, криминализируются и нередко оказываются вовлеченными в состав вооруженных группировок. Здесь сказывается ослабление воспитательного влияния семьи, школы, специальных учебных заведений, трудового коллектива.

В блоке общей причины преступности важное значение имеет нравственное состояние общества. Одним из основных причин разгула бандитизма в республике является нравственное разложение общества. Это, в первую очередь, неуважение к прошлому, к истории республики и России в целом, несоблюдение обычаев и традиций предков. Соответственно и нравственное воспитание находится на низком уровне. Культ насилия и вседозволенности, отсутствие цензуры за средствами массовой информации, противопоставление патриотизму и коллективизму эгоизма породили нравственных уродов среди неискушенной молодежи, для которых нет ничего святого.

Средства массовой информации республики нередко односторонне комментируют и дают тенденциозную оценку происходящим в республике событиям. Идет сплошь и рядом пропаганда «двойной» идеологии, «двойной» морали. А в информационном пространстве федерального уровня в последние годы идёт постоянное нагнетание негатива о республике и создание вокруг него негативного информационного фона.

Отсутствие нравственного воспитания обусловливает наличие у большей части молодежи низменных инстинктов, привычек и нравов, вымывание из их сознания возвышенных моральных ценностей и установок, привитие духа стяжательства и потребительства. Для большинства членов бандформирований как раз и характерно полное безразличие к мнению других о своем поведении, к окружающим, семье. Главная цель их жизни – обогащение и легкая, беззаботная жизнь, неуемное потребительство. Если в прошлом для всех народностей Республики Дагестан было характерно соблюдение нравственных, возвышенных обычаев, традиций, обрядов, то в настоящее время они предаются забвению и их место занял культ насилия.

Во многом и по этой причине растут масштабы более скрытного, не менее опасного явления – безнадзорности среди детей и подростков. А ведь последняя – одно из значимых условий (база) для появления и развития целого веера иных, в том числе более опасных, видов отклонений в поведении: пьянства, наркомании, насилия, агрессии, экстремизма, проституции, насильственной преступности и т. п.[9]

Статистическая и конкретно-эмпирическая характеристика бандитизма позволяет выделить в качестве его причины доступность и распространенность оружия. Это подтверждается и при опросе различных слоев населения. Абсолютное большинство респондентов определяет этот фактор в качестве одного из основных криминогенных детерминантов бандитизма.

Практика свидетельствует, что большое количество оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств, которые являются орудием совершения преступлений, находится в незаконном обороте, то есть вне сферы государственного контроля[10].

Существенно изменилась социальная среда, где обитает человек, она стала аморфной, расслоенной и ущербной. Микросфера во многих случаях криминализирована, а это «благодатная» почва для взращивания изощренных и опасных преступников, каковыми являются участники бандформирований.

Обобщая исследованный материал, можно в концентрированном виде обозначить личностные факторы, влияющие на образование и функционирование бандформирований:

– социально заниженный профессиональный (трудовой) статус личности;

– формирование корыстно-паразитической мотивации у личности, проповедь потребительского образа жизни;

– отсутствие нормальной сферы досуга для молодежи;

– рост уголовного рецидива и профессиональной преступности;

– деформация досугово-бытовых интересов, потребностей, привычек, выражающихся в стремлении к пьянству, наркотикам, азартным играм;

– потребительско-эгоистическая атмосфера, как и атмосфера насилия в микросреде;

– низкий уровень культуры, сознательности и нравственности;

– слабая работа правоохранительных органов, их самоуспокоенность и растерянность, низкая раскрываемость бандитизма;

– рост незаконного оборота оружия, наркотиков;

– политика либерализации уголовного закона.

В годы так называемой перестройки и экономических реформ и в настоящее время тем более, когда преступность прибрела разгульный характер и невиданные ранее масштабы, контрольная и предупредительная функции уголовной ответственности и наказания резко снизились, а авторитет и незыблемость закона по существу подорваны. «Это и явилось результатом порочной, мягко говоря, четко неопределенной уголовной политики в верхних эшелонах власти, а также дезориентации правоохранительных органов на местах, чему в известной мере способствовали сомнительные теоретические посылки»[11].

Говоря о факторах бандитизма, следует сказать о том, что в криминологических исследованиях фиксируется взаимосвязь разных видов преступности: экономической, общеуголовной, террористической и коррупционной направленности. Такая взаимосвязь определяет взаимодополняемость этих разновидностей организованной преступной деятельности, которая оказывается возможной благодаря слабой работе правоохранительных органов Дагестана в части предупреждения организованной преступности в целом.

Анализ материалов уголовных дел в отношениях организованных преступных групп, занимающихся бандитизмом, показал, что во многих случаях причинами продолжительной их антиобщественной деятельности явились серьезные недостатки в работе оперативно-розыскных подразделений правоохранительных органов. Крайне редко применяются на практике такие продуктивные специальные мероприятия в борьбе с бандитизмом и организованной преступностью, как оперативное внедрение, контролируемая поставка, оперативный эксперимент, создание и использование легендируемых организаций и предприятий, а также нетрадиционные методы (дезинформация членов банды через СМИ; анонимные сообщения по телефону, через негласных сотрудников с целью посеять недоверие членов банды друг к другу; имитация вербовки членов банды с доведением до сведения организатора (главаря) банды; имитация согласия оперативных работников на оперативные контакты с отдельными членами банды и передачу сведения об этом организатору (главарю) банды якобы из надежных источников; создание специальных оперативных групп, имитирующих преступную деятельность, вывод их на контакт с бандой с целью ее ликвидации или задержания организатора (главаря) банды).

Исследования показывают, что лидеры и наиболее активные участники бандформирований остаются непривлеченными к уголовной ответственности, они плохо выявляются и разыскиваются. Ведение ими антиобщественного образа жизни в течение длительного времени органами внутренних дел и другими правоохранительными органами зачастую не выявляется и не пресекается. На учете состоит только часть из них.

Так, например, четыре ранее судимых жителя Кайтагского и Дербентского районов РД, один из которых отбывал условное наказание за тяжкое преступление, в начале 2011 года объединились в банду и в течение трёх месяцев (февраль – апрель) совершили на территории г. Дербент, Дербентского и Кайтагского районов 11 преступлений, в том числе 1 двойное убийство, 1 изнасилование, 1 незаконное ношение оружия, 4 разбойных нападения, 1 грабёж, 3 кражи с проникновением в помещения и жилища. Изучение материалов данного уголовного дела показало, что в течение трёх месяцев бандиты с огнестрельным и холодным оружием свободно перемещались на территории трёх муниципальных образований через КПП и контрольно-заградительные посты ДПС ГИБДД. Проверка показала, что ни оперативные работники, ни участковые уполномоченные территориальных ОВД, ни сотрудники уголовно-исполнительной системы не осуществили за весь этот период контроль за поведением членов банды, хотя они находились на профилактических учётах этих подразделений[12].

Как правильно отмечает С. В. Бородин, «в результате ложно понимаемой гуманизации зачастую к преступникам-рецидивистам и лицам, обвиняемым в совершении тяжких преступлений, не применялась мера пресечения в виде заключения под стражу»[13].

Во многих случаях длительное существование банд стало возможным в связи с неудовлетворительной организацией розыска скрывшихся от следствия опасных преступников. Так, по нашим данным, к уголовной ответственности привлечен лишь каждый пятый организатор бандгрупп, остальные находятся в розыске.

Следует сказать и о серьезных недостатках в организации реагирования на сообщения об опасных преступлениях.