Инновационное развитие регионов Беларуси и Украины на основе кластерной сетевой формы
- -
- 100%
- +
Научные редакторы:
доктор экономических наук, профессор В. П. Соловьев (Украина);
кандидат экономических наук Т. С. Вертинская (Беларусь)
Рецензенты:
В. И. Герасимчук, доктор экономических наук, профессор (Украина);
A. В. Марков, доктор экономических наук, профессор (Беларусь);
B. И. Терехов, доктор экономических наук, профессор (Украина);
В. И. Сергиенко, доктор экономических наук (Украина);
Т. В. Садовская, кандидат экономических наук (Беларусь)
© Институт экономики НАН Беларуси, 2015
© Оформление, РУП «Издательский дом «Беларуская навука», 2015
Введение
Анализ построения основ современных социально-экономических систем и специфики их практической реализации показывает, что одним из императивных концептов, определяющим результативность продвижения страны по ступеням прогресса, вне зависимости от сложившегося комплекса внешних и внутренних условий, избранной политики и идеологии, является инновационное развитие.
Общепризнано, что в условиях глобализации для любого государства основополагающим условием его устойчивости и экономической состоятельности становится рациональная организация национальной инновационной системы (НИС), способность отдельных регионов и страны в целом оперативно реагировать на изменения среды, быстро адаптироваться к динамически меняющейся ситуации посредством использования инструментов инновационной политики.
Одним из важных аспектов, которые определяют специфику инновационного развития государства, является выбор ориентира его политики в области науки и инноваций, либо производства новых научных знаний, либо их распространение и применение. Параллельное сочетание векторов «создания» и «применения» открывает возможность реализации еще двух базовых сценариев инновационного развития, которые условно можно назвать комбинированными, построенными на тесной интеграции исследований и разработок с потребностями специализированных производителей высокотехнологичных товаров, и трансформационными, присущим постсоциалистическим странам.
Постсоветский сценарий характеризуется декларированием инновационной направленности экономики. Задачи по достижению нового мирового лидерства по широкому фронту исследований определяются на фоне недостаточных (явно уступающих уровню стран-лидеров) абсолютных и удельных размеров финансирования академической и вузовской науки со стороны государства и бизнеса, наконец, практически полным отсутствием «фирменной науки».
Региональные аспекты инновационного развития являются логической частью процессов глобализации и локализации и находят отражение практически в каждом профильном исследовании, выступая в качестве одного из важнейших процессов в формировании и функционировании НИС. Выработка и реализация региональной инновационной политики рассматривается Европейским союзом в качестве необходимого условия успеха в экономике. Это определяет актуальность настоящего исследования, где нашли отражения концептуальные, аналитические и практические аспекты проблемы формирования кластерной сетевой формы инновационного развития.
В связи с четким пониманием в мировом научном и бизнес-сообществе того факта, что создание, диффузия и применение знаний имеют фундаментальное значение для экономического роста, развития и благосостояния общества, все более важное значение приобретает создание стимулирующей среды и организационно-структурных элементов НИС – от традиционных единичных научных и образовательных организаций, субъектов инновационной инфраструктуры до их интегрированных совокупностей.
Речь идет о кластерных структурах, которые в настоящей монографии выступают одной из ключевых категорий и являются объектом пристального внимания ученых как Беларуси, так и Украины. Известно, что тематика «кластеров» стала в последнее время сверхмодной темой научных исследований. Общепризнанна их роль как важных факторов стимулирования роста производительности, инновационной активности компаний и образования новых предприятий. Кластеры связаны как с динамикой промышленного развития страны, так и с формированием политики регионального развития в условиях глобализации экономики.
Можно сказать, что авторы монографии сделали определенное научное продвижение в содержательном аспекте изучения этой категории. Во-первых, показаны особенности реализации кластерного подхода применительно к условиям «переходной экономики», во-вторых, выявлены изменения в процессе кластеризации под влиянием «новой экономики» и внедрения информационно-коммуникационных технологий, в-третьих, уточнены различия между категориями «кластерная политика», «кластерные инициативы».
В исследовании рассматривается ряд других вопросов, связанных с теоретическими и эмпирическими вопросами политики поддержки кластеров, по многим из которых высказаны авторские позиции: что подразумевается под понятиями региональных кластеров и региональных инновационных систем; каковы механизмы, лежащие в основе динамизма, конкурентоспособности или застоя в создании региональных кластеров; насколько важны региональные кластеры в экономике; насколько важным и распространенным является «факт» кластеризации в экономике Беларуси и Украины; какие показатели и процессы характеризуют региональные кластеры и каковы основные тенденции в формировании кластеров; как политика экономического развития и региональная политика должны учитывать феномен географической кластеризации; каковы должны быть политика и практика, ориентированные на различные типы региональных кластеров; существует ли необходимость критически рассматривать причины вмешательства государственной политики в формирование региональных кластеров; каковы инструменты политики, адаптированные к различным обстоятельствам формирования кластеров, – все это перечень научных и практических проблем, которые затронуты в настоящем исследовании.
Известно, что одним из уязвимых мест процесса кластеризации является формирование нового типа связей между потенциальными участниками кластерной структурой – партнерства. В работе нашел отражение исторический подход к эволюции этих отношений и, как следствие, предложены конкретные шаги по установлению партнерских связей между бизнесом, наукой и властью.
Инновационное развитие регионов тесно связано с другими формами ее организации – так называемыми технопарковыми структурами, или инновационными зонами. В монографии рассмотрены теоретические аспекты их формирования, исследован зарубежных опыт создания в таких странах, как Германия, Россия, США, Франция, Япония. Помимо этого, применительно к условиям Украины, рассмотрены законодательные условия их создания.
В монографии значительное место уделено результатам проведенного аналитического и эмпирического анализа инновационного развития стран, регионов и городов, прежде всего Беларуси и Украины. В частности, нашли отражение результаты оценки конкурентоспособности регионов Украины за период 2013–2011 гг. по результатам их мониторинга Фондом «Эффективное управление», а также с учетом группировки областей в макрорегионы. Проведена оценка изменений индикаторов в составляющей индекса конкурентоспособности «Институты» в Днепропетровской и Хмельницкой областях. Проанализировано влияние таких факторов, как технологическая готовность, уровень развития бизнеса, включая региональную кластеризацию, и инноваций на конкурентоспособность областей Украины.
Проведен анализ динамики изменений в инновационной деятельности и инновационном развитии экономики в Харьковской области в 2006–2012 гг., включающий оценку объемов финансирования научных и научно-технических работ, затраты на инновационную деятельность и производительность труда, экспорт продукции 5-го ТУ (высоких технологий), 4-го ТУ (средневысоких технологий), 3-го ТУ (средненизких технологий) и другие индикаторы. Это позволило определить индексы инновационности по выбранным показателям с выделением направлений совершенствования региональной политики по реализации инновационной экономики.
Применительно к Беларуси проведена оценка условий ее кластеризации на основе расчетов индексов локализации экономической деятельности и определены перспективные виды кластеров для белорусских регионов. Разработана методика оценки уровня инновационного развития на кластерной основе малых и средних городов и проведена их типологизация.
Как известно, региональные аспекты инновационного развития довольно многообразны, поскольку ученые и практики апеллируют к различным системообразующим признакам и способам реализации, в частности, технопарковым структурам, наукоградам, кластерам, сетям, при этом вполне очевидно взаимное пересечение данных организационных форм. Так, технопарк предполагает наличие сетевых взаимодействий и кластерных принципов организации, а сети, как правило, имеют материальное воплощение в структурных элементах НИС.
Указанные взаимосвязи легли в основу разработки теоретических положений по формированию концептуальной модели сетевой формы инновационного развития на базе региональных кластеров, в результате были разработаны два подхода. Первый – кластеры как результат формирования экономической системы региона, где участниками так называемой «тройной спирали» выступают университеты, научно-исследовательские центры и бизнес. Второй – результат управленческих усилий местных властей как интеграторов малых и средних предприятий. Определены возможные формы реализации кластерной политики в регионах Беларуси.
Предложена типовая схема разработки стратегии конкурентоспособности регионов, малых и средних городов Беларуси на основе формирования сетевой (кластерной) формы инновационного развития. Она может включать следующие этапы: 1) разработку концепции и стратегических рамок для стимулирования сетевой инновационной деятельности; 2) проведение анализа региональных активов и формирование многосторонней региональной политики; 3) проектирование стратегии на основе совершенствования механизма управления; 4) совершенствование обучения персонала за счет улучшения показателей, оценок и проведения экспериментов. Несмотря на определенный уклон в теоретические основы разработки стратегий инновационного развития на кластерной основе, отдельные аспекты предложенной модели могут иметь практическое применение. К другим практико-ориентированным результатам исследования можно также отнеси сформулированные критерии отбора программ развития инновационных кластеров на базе системы показателей, разработанные сценарии формирования кластеров в сфере услуг применительно к условиям Беларуси (речь идет о кластерах в сфере туризма, транспорта, образования).
Необходимо отметить, что настоящая монография подготовлена по отдельным результатам совместных исследований, которые проводились Институтом экономики НАН Беларуси и Центром исследований научно-технического потенциала и истории науки им. Г. М. Доброва НАН Украины при финансовой поддержке Белорусского республиканского фонда фундаментальных исследований и Государственного фонда фундаментальных исследований Украины: «Научные принципы государственной поддержки формирования региональных кластеров в аспекте устойчивого инновационного развития регионов Беларуси и Украины» и «Разработать стратегию повышения конкурентоспособности регионов, малых и средних городов Беларуси и Украины на основе кластерной сетевой формы инновационного развития».
Участие в исследованиях принимали ученые – представители такого научного направления, как инновационное развитие и региональная инновационная политика, а также регионалисты. Широкий формат исследовательского поля и разнообразие научных взглядов и точек зрения на одну и ту же проблему не позволили достичь полной монистичности в построении работы. Поэтому в монографии встречаются некоторые повторы, проявляются различия в степени проработанности отдельных проблем украинскими и белорусскими исследователями. На взгляд авторского коллектива, это не только позволяет продемонстрировать богатую палитру научных подходов к рассматриваемой проблеме, но выявить не решенные вопросы, которые могут стать предметом изучения в рамках будущих совместных белорусско-украинских проектов.
Глава 1. Теоретико-методологические основы инновационного развития регионов на кластерной основе
1.1. Основные формы реализации кластерного подхода в условиях переходной экономики
Понятие «переходная экономика» в современном понимании появилось в конце 1980-х годов в связи с процессами, связанными с преобразованием во многих странах плановой экономики в рыночную. Этот процесс в значительной мере был обусловлен развалом СССР. Появление данного термина было инициировано международными финансовыми организациями для обоснования новых правил финансового взаимодействия с этой группой стран, отличающихся от правил такого взаимодействия с так называемыми развитыми и развивающимися странами. В политическом аспекте считается, что в странах с переходной экономикой происходит освоение принципов капитализма и демократии в западном понимании этих слов. Среди теоретиков переходной экономики достаточно отчетливо выделяются экономисты, которые выступают за быстрые преобразования, и такие, которые ратуют за преобразования постепенные [171, 180].
Однако, в любом случае большинство стран с переходной экономикой сталкивается как с серьезными краткосрочными трудностями, так и долгосрочными ограничениями на развитие, в числе которых можно назвать следующие [194].
Рост безработицы. Поскольку приватизированные предприятия во многих странах с переходной экономикой становились более эффективными, то затраты на рабочую силу были сокращены. Кроме того, в результате усилившейся конкуренции частных фирм некоторые из них были изгнаны из рынка, что также приводило к потере рабочих мест. Уменьшение размера государственной бюрократии также означало, что многие сотрудники государственных органов потеряли свои рабочие места. Все это в совокупности привело на начальном этапе преобразований к резкому росту безработицы практически во всех странах, где начались преобразования. Однако там, где рыночные реформы проводились целенаправленно и с учетом местных условий, показатель безработицы удалось вернуть к норме, близкой для развитых стран, в течение 3–5 лет.
Рост инфляции. Многие страны с переходной экономикой также испытали существенный рост цен в результате прекращения привычного регулирования цен со стороны правительства. В результате приватизированные фирмы начали устанавливать цены, которые отражают истинные затраты на производство. Кроме того, некоторые предприниматели, ощутив уникальность своей позиции на рынке, подняли цены в надежде на извлечение дополнительной прибыли из ситуации.
Отсутствие навыков предпринимательства. Многие страны с переходной экономикой пострадали от недостатка предпринимателей и навыков предпринимательства. Было необходимо время, чтобы класс предпринимателей сформировался на основе практического опыта деятельности в условиях рыночной экономики и получения дополнительного образования. Кроме того, в первое время не удавалось добиться необходимого взаимопонимания между рабочими приватизированных фирм и работодателями.
Коррупция. В первые годы переходного периода во многих бывших странах социалистического лагеря была широко распространена коррупция, что существенно препятствовало эффективному внедрению рыночных реформ. Это приводило к тому, что многие виды продукции изготавливались без учета норм и стандартов, продавались на нерегулируемых и нелегальных рынках. Преступные группировки и широкое распространение рэкета заполнили вакуум привычного административного давления.
Отсутствие инфраструктуры. Страны с переходной экономикой также страдали от недостатка доступа к свободному капиталу и к новым технологиям. Отчасти это было из-за ограниченного развития финансовых рынков. В результате реформирования страны с переходной экономикой присоединились к мировому рынку, который поощряет иностранные инвестиции (прямые иностранные инвестиции – ПИИ) из разных стран мира.
Отсутствие правовой системы, учитывающей рыночные риски. В системе социалистического хозяйствования государство владело всеми ключевыми производственными активами, и там было мало стимулов для разработки сложной правовой системы, которая защищает права потребителей и регулирует деятельность производителей. Необходимо было определенное время для принятия законодательных актов, которые обеспечивали гражданам широкие права собственности и позволяли защищать эти права посредством судебного процесса.
Моральный ущерб. В привычных условиях планово-административной экономики работник, как правило, фактически застрахован от риска потерять работу из-за нечеткого соблюдения правил конкуренции. Это приводит к низкой производительности, если отсутствует стремление к повышению собственной производительности и качества работы. В условиях рыночной экономики в первое время многие работники по-прежнему действовали неэффективно и непродуктивно, предполагая, что перспективы трудоустройства не будут сокращены из-за внешних факторов, и в результате могли неожиданно для самих себя потерять работу.
Неравенство. Экономические преобразования привели к возрастанию экономического неравенства, поскольку некоторым удавалось занять выгодные позиции предпринимателей и торговцев сырьевыми товарами, в то время как другие, менее удачливые и предприимчивые, страдали от безработицы и роста инфляции.
Хотя термин «страны с переходной экономикой» изначально охватывал страны Центральной и Восточной Европы и бывшего Советского Союза, однако постепенно этот термин приобретал более широкий контекст. Есть страны за пределами Европы, которые переходят от административно-командной экономики социалистического типа к рыночной экономике (например, Китай). Кроме того, в более широком смысле это определение относится ко всем странам, которые пытаются изменить свои конституционные положения, касающиеся прав собственности, в рыночном стиле. Такие страны могут появляться, например, в постколониальной ситуации, в жестко регулируемом азиатском стиле экономики, после освобождения от диктатуры в Латинской Америке или в каких-то экономически слаборазвитых странах Африки [149].
В 2000 г. МВФ перечислил следующие страны с переходной экономикой [195]: Азербайджан, Албания, Армения, Беларусь, Болгария, Венгрия, Вьетнам, Грузия, Казахстан, Камбоджа, Китай, Кыргызская Республика, Латвия, Лаос, Литва, Республика Македония, Молдова, Польша, Россия, Румыния, Словацкая Республика, Словения, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Украина, Хорватия, Чешская Республика, Эстония.
Позже Всемирный банк включил в число стран с переходной экономикой Боснию и Герцеговину, Сербию, Черногорию (2002 г.), Монголию (2007 г.), Косово (2009 г.). Кроме того, в 2007 г. МВФ констатировал, что ранние стадии переходной экономики демонстрирует Иран [196]. В то же время, по данным Мирового банка, 10 стран, присоединившихся к ЕС в 2004 и 2007 гг., можно считать завершившими стадию перехода к рыночной экономике [198]. Имеются в виду следующие страны: Болгария, Венгрия, Латвия, Литва, Польша, Румыния, Словакия, Словения, Чехия и Эстония.
Таким образом, можно заключить, что в число стран с переходной экономикой входят страны из разных частей света, имеющие различные исходные экономические позиции, менталитет и традиции. Все это накладывает отпечаток на различные универсальные механизмы перехода к рыночной экономике, в том числе и с использованием кластерных подходов.
Основные трудности использования классического кластерного подхода в условиях переходной экономики состоят в том, что кластер имеет свойство возникать как объединение предприятий и организаций, расположенных в географической близости друг к другу и имеющих взаимную заинтересованность друг в друге как партнеров по организации производства конкурентоспособной продукции. Особенно в том случае, если в числе таких партнеров есть и предприятия, стабильно поставляющие сырье, и предприятия обрабатывающей промышленности, и предприятия, производящие промежуточную продукцию, а кроме того, в ближайшей локализации кластера имеется достаточно активный потребительский рынок. Подобная ситуация возникает, вообще говоря, случайным образом, но, «зацепившись» друг за друга, предприятия кластера предпочитают не менять партнеров-поставщиков и партнеров-потребителей, чтобы не заниматься настройкой на новые отношения и избегать рисков неудачных контактов. Такие кластеры появляются, как правило, в условиях стабильной экономической ситуации.
Очевидно, что при резком переходе на новую систему экономических отношений почти неизбежно прерываются налаженные связи и приходится заниматься поиском новых партнеров в новых экономических условиях. В связи с этим возникает идея формирования кластеров, не апробированных временем, а возникающих «на острие пера».
Существует множество определений кластера, некоторые из которых приведены в табл. 1.1.
Таблица 1.1. Некоторые определения «кластера»
Примечание. Таблица составлена по данным [73].
Использование механизма «принудительной» кластеризации для роста экономики на первый взгляд кажется весьма перспективным, поскольку в данном случае активизируется такой, казалось бы, доступный фактор конкурентоспособности, как географическая близость. Однако для реализации кластерного подхода следует разобраться, в рамках каких экономических закономерностей должна происходить эта активизация.
В качестве одной из «рукотворных» моделей повышения конкурентоспособности предприятий путем интеграции усилий действующих предприятий является модель их «слияния». На сегодняшний день в общемировой практике, включая и практику стран с переходной экономикой, для обеспечения экономического роста бизнеса довольно часто возникает необходимость в процессах слияния и поглощения в ответ на резкое возрастание уровня глобальной конкуренции, что вынуждает компании и фирмы стремиться к интегрированию своих предпринимательских усилий.
Конечно, слияние и тем более поглощение являются примерами более глубокой интеграции предприятий, часто размещенных на каких-то административных территориях, чем кластеризация бизнеса. Однако для принятия решения о начале планомерного процесса кластеризации экономической среды региона полезно знать основные предпосылки к целесообразности углубления интеграции предприятий и типичные препятствия, которые появляются на пути такой интеграции. Именно поэтому практика процессов слияния и поглощения может быть полезной, особенно при ориентации на формирование инновационных кластеров.
Стремление к согласованию экономической деятельности предприятий, осуществляющих свою производственную деятельность в условиях конкурентной борьбы, можно объяснить их естественным желанием эффективно адаптироваться к стремительно изменяющимся рыночным условиям. Однако, как показывает мировой опыт, даже процессы слияния и поглощения, возможности которых хорошо просчитываются, более чем в 76 % случаях оканчиваются неудачей. Для процессов принудительной кластеризации этот показатель может быть значительно выше.
Чтобы принять решение о начале кластеризации, необходимо проанализировать, по крайней мере, три сферы предусловий: 1) интенсивность конкуренции в масштабе региона; 2) восприимчивость социально-экономической среды к новым видам экономической деятельности; 3) активность формальных и неформальных институций, способствующих интеграционным процессам в предпринимательской среде. Имеется в виду, что сильная конкурентная борьба выступает существенной движущей силой в развитии предпринимательства. Социально-экономическая среда в значительной степени определяет пути и стимулы создания новых фирм и институтов, характерных для кластерной организации предпринимательства. И, наконец, сила связей и уровень взаимодействия между личностями и группами, объединенных в кластере, должны удовлетворять определенным требованиям к уровню доверия между ними, чему могут способствовать специальные формальные и неформальные институции.
Первоначальная критическая масса фирм, готовых объединиться на условиях кластера, провоцирует процесс саморазвития, который формирует как структуру поставок сырья и комплектующих изделий, так и проблемно-ориентированное поле потребителей. Вслед за этим накапливается также проблемно-ориентированная информация. Необходимо, чтобы в целях развития кластера в местных организациях науки и образования налаживалась специальная профессиональная подготовка, велись исследования, развивалась инновационная инфраструктура. И, конечно же, должны разрабатываться соответствующие законодательные нормы и правила как на уровне государства, так и на уровне региона. Пользуясь возможностями рынка и снижением барьеров для входа в данную область, предприниматели создают новые компании, которые склонны объединяться в рамках кластера. Администрация региона должна проявить настойчивость, чтобы существование кластера было признано и де-факто, и де-юре. Среди местных представителей финансовых институтов, строительных организаций и других отраслевых структур возникает специализированный отклик на нужды кластера. Развиваются неформальные и формальные организации и модели взаимодействия с участием предприятий кластера. Если кластерная политика активно проводится во многих регионах, то влияние кластеров усиливается не только на деятельность других фирм в регионах, но и на политику, проводимую общественными организациями, частными институтами и правительством.