Институт экономики Российской академии наук в лицах. Сборник
- -
- 100%
- +
В апреле 1956 г. А.А. Арзуманян назначается директором вновь созданного, в том числе и по его инициативе, Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) и с жаром отдается чрезвычайно кропотливой работе по развертыванию нового суперцентра экономических и политических исследований. Талант и опыт организатора, обаятельные свойства натуры помогли решить множество нередко очень щепетильных вопросов по трудоустройству и рациональному использованию нескольких сотен ученых с разными предшествующими судьбами и порой осложнениями в личной и творческой жизни. Основной костяк (около 90 человек) составили выходцы из Института экономики АН СССР, но вдвое больший контингент поступил из различных источников – из МГУ, МГИМО, педвузов, из журналистики, дипломатического, военного и иных ведомств. Всего по штатному расписанию в первоначальный состав института набиралось 300 человек (11. С. 108–109, 116–117).
А.А. Арзуманян со своими ближайшими подвижниками образовал 12 секторов-подразделений, сочетавших страновой и проблемный профили. В большинстве своем эти подразделения возглавили высококомпетентные исследователи, что полностью подтвердилось в дальнейшем. Директором была решена весьма важная и очень тогда трудная проблема информационного обеспечения исследовательского процесса. Были установлены и стали интенсивно практиковаться контакты с исследовательскими организациями сходного типа в социалистических странах и в капиталистическом зарубежье. А.А. Арзуманян принял непосредственное участие в создании и определении тематической программы печатного органа института журнала «Мировая экономика и международные отношения» («МЭиМО»), вошел в состав его редколлегии (с 1953 по 1957 г. он являлся членом редколлегии и заместителем главного редактора журнала Института экономики АН СССР «Вопросы экономики»).
Главное внимание, особенно на стартовом этапе организации института в течение примерно 2–3 лет, А.А. Арзуманян уделял определению тематических областей и векторов исследовательской деятельности. В серии своих статей и выступлений, начиная с программной статьи, опубликованной в «МЭиМО» в апреле 1957 г., А.А. Арзуманян в качестве приоритетных и первоочередных выделял, наряду с проблемами «неустойчивости капиталистической экономики» (смягченная формула по сравнению с предыдущими тезисами о безысходной кризисности), вопросы, связанные с достижениями и следствиями технического прогресса, (ранее чаще всего обходившегося); масштабами и социальным влиянием экономического милитаризма, характера пределов эффективности государственного регулирования; путями и средствами развития экономически слабых стран. Позднее, уже в начале 1960-х гг., к указанным проблемным сюжетам добавились вопросы западно-европейской интеграции – при решающем содействии А.А. Арзуманяна восторжествовала ее трактовка как «объективной тенденции»; социальных процессов в странах капитала, что в частности побудило к исследованию (оно велось под непосредственным контролем, участием и руководством директора) проблем городских средних слоев, мелкой буржуазии, своеобразия положения и политической роли интеллигенции, ее различных групп и слоев. Понадобилось, с учетом актуальной исследовательской потребности, создать – и опять-таки впервые в российской науке – специальное подразделение по изучению социальных проблем (9. С. 200).
Как раз с ориентацией по этим и связанным с ними проблемным комплексам директором ИМЭМО осуществлялось и кадровое оснащение. Были открыты шлюзы для творческого приобщения к деятельности основного центра через многочисленные дискуссии, которые до тех пор гасились либо заформализовывались, с привлечением максимального количества свежих сил, особенно из среды молодых ученых, которых директор умел расположить к сотрудничеству с основным коллективом, а по возможности и к включению в него.
Непосредственно на себя Арзуманян взял руководство разработкой двух взаимосвязанных тем: «Экономические циклы в условиях общего кризиса капитализма» и «Мирное сосуществование двух систем». Тем самым А.А. Арзуманян в известной мере последовательно продолжил и поднял на новый уровень проблемное направление, которое он и Е.С. Варга вели с 1953 г. в Институте экономики АН СССР. Крайняя перегруженность организаторскими функциями и катастрофически ухудшавшееся здоровье вынуждали к осмотрительному выбору собственных рамок исследования. Арзуманян предпочел для себя жанр своеобразных микро-монографий, позволявших ему выделять ключевые сюжеты, а заодно и ориентировать коллег-экспертов в специфике возникающих или меняющихся феноменов.
Особенно большое значение Арзуманян придавал тогда «третьему миру», где в это время шел бурный процесс обретения независимости и крайне сложный и противоречивый поиск путей дальнейшей ориентации.
В своем подлинно новаторском по постановке проблем докладе, сделанном на Конференции солидарности народов Азии и Африки в декабре 1957 г. в Каире, А. Арзуманян, полностью отклонив циркулировавшие в международной общественности идеи экспорта социалистических революций как средстве решения проблем развития, сосредоточил внимание на таких реальных проблемах, как индустриализация, поиск и обеспечение рынка; инвестиции, вскрытие и использование внутренних ресурсов; принципы и практика оказания помощи слаборазвитым странам со стороны индустриальных держав и системы международных организаций (3. С. 419–452). Именно под углом зрения такой «реальной политики», с четким учетом предшествующих политэкономических наработок вел свои исследования в данной области созданный в ИМЭМО Отдел развивающихся стран, который возглавил один из талантливейших учеников Арзуманяна, член-корреспондент АН В.Л. Тягуненко.
Специфическую сложность составляла проблематика международных отношений. Ни в ИМХе, ни в Институте экономики соответствующих специальных структур не существовало. Опереться на прецедент не представлялось возможным. Арзуманян, не считая себя вполне компетентным в этой области, предпочел в данном случае целиком положиться, также типичный для него прием, на ученого, которому он безусловно доверял, молодого одаренного исследователя и организатора, кандидата исторических наук Н.Н. Иноземцева. Выбор полностью себя оправдал. Н.Н. Иноземцев вместе со своей командой (сначала сектор потом отдел), в которую вошли Д.Г. Томашевский, В.И. Гантман, А.Д. Никонов, О.Н. Быков и другие исследователи, в короткие сроки добились существенных результатов в изучении проблематики, внедрив и освоив в этой сфере тот же арзуманяновский метод синтетического междисциплинарного анализа, комплексного, полифакторного подхода к теории международных отношений и к реалиям текущей политической действительности.
По понятным причинам А.А. Арзуманян и его коллеги в открытых публикациях могли лишь обиняком касаться хорошо им известных недостатков экономики социалистических стран, как и социальной и политической жизни в целом. Поэтому особое значение приобретали закрытые записки, посылавшиеся в инстанции с рекомендациями использования различных сторон зарубежного опыта. Таковы были, в частности, материалы о производстве на Западе потребительских товаров, о происходящем там снижении фондоемкости выпускаемой продукции; о повышении эффективности аграрной экономики и т.п. (9. С. 205–206). Став в 1962 г. действительным членом АН (чл.-кор. он был избран в 1959 г.), Арзуманян сразу же избирается секретарем Отделения экономики и членом Президиума АН. А.А. Арзуманян отдает много сил (которые у него буквально с каждым месяцем таяли) содействию отечественной экономике со стороны академических организаций. По инициативе либо при самой активной поддержке Арзуманяна была проведена реорганизация исследований Института экономики АН СССР, были созданы Институт экономико-математических исследований во главе с член-корреспондентом АН Н.П. Федоренко и Институт экономики и организации промышленного производства Сибирского отделения АН (директор А.Г. Аганбегян); развернута широкая кампания по внедрению экономико-математических методов в исследования по большому спектру экономических, социальных, и даже политологических, дисциплин (9. С. 205–206).
К сожалению, лишь некоторые из практических рекомендаций, выработанных руководимыми А.А. Арзуманяном коллективами, нашли, да и то обычно лишь частичное, одобрение в верхах, и тем более применение на практике. В целом эффективность социалистической экономики продолжала неудержимо и нараставшими темпами снижаться, что и явилось в конце концов причиной последовавшего коллапса и краха. Ныне многие положения исследований тогдашних творческих центров, координировавшихся А.А. Арзуманяном, обнаруживали свою недостаточность, неполноту, неадекватность. Тут нет ничего удивительного. За годы, истекшие со дня смерти А.А. Арзуманяна (18.07.1965), жизнь продемонстрировала целый ряд грандиозных, в том числе никем не ожидавшихся, метаморфоз. Удивительно другое: очень многие из заключений тогдашних наук – от политэкономии до конкретной аналитики, причем даже тех, что казались идеологически перегруженными, приобретают в условиях глобализации новые грани убедительности. Это касается многих аспектов того самого кризиса капитализма, который многим представлялся (выяснилось преждевременно) окончательно преодоленным. И уж во всяком случае полностью сохраняет свое научное значение выношенная и практиковавшаяся А.А. Арзуманяном методология комплексной междисциплинарной мультисистемной аналитики.
2009 г.ИСТОЧНИКИОсновные работы А.А. Арзуманяна
1. И.В. Сталин о характере экономических законов при социализме. М.: Знание, 1953.
2. Что такое империализм. М.: Госполитиздат, 1954.
3. Проблемы современного капитализма. Сб. статей к 80-летию академика Е.С. Варга / Под.ред. и с предисл. А.А. Арзуманяна. М.: Изд-во АН СССР, 1959.
4. Борьба двух систем и мировое развитие. М.: «Наука», 1964.
5. Экономические проблемы общественного развития. Избр. труды. М.: «Наука», 1968.
Литература о А.А. Арзуманяне
1. Архив ИМЭМО РАН. Фонд 1978, опись 3А, ед. хр. «Личное дело Арзуманяна А.А.».
2. Архив ИМЭМО РАН. Фонд 1978, Опись 3, ед. хр. «Материалы В.Г. Солодовникова»
3. Иноземцев Н.Н. Научная деятельность А.А. Арзуманяна и актуальные задачи исследования мировой экономики и международных отношений // МЭМО, 1975, № 5.
4. Мартынов В.А. Академик Арзуманян А.А. (1904–1965) // Ученые-экономисты России. М.: Институт экономики РАН. 1999. С. 193–210.
5. Федоренко Н.П. Вспоминая прошлое, заглядываю в будущее. М.: Наука, 1999.
6. Черкасов П.П. ИМЭМО. Портрет на фоне эпохи. М.: Весь мир, 2004.
Л.Г. Суперфин к.э.н.
Блюмин Израиль Григорьевич (1897–1959)
Выдающийся советский ученый, специалист в области истории экономической мысли, Израиль Григорьевич Блюмин, родился 5 июня 1897 г., с 1919 по 1921 г. служил в Красной Армии. Окончил МГУ в 1924 г., Коммунистическую академию – в 1930 г. В Институте экономики АН СССР работал в 1930–1956 гг., затем в Институте мировой экономики и международных отношений АН СССР до 1959 г.
В 1928 г. вышел уникальный по своему размаху и глубине фундаментальный труд Блюмина «Субьективная школа в политической экономии (второе издание – в 1931 г.), в которой была развернута широкая панорама немарксистской экономической мысли конца ХIХ – первых десятилетий ХХ в. с концентрацией на австрийской, англо-американской и математической школах. Блюмин тщательно и тонко проанализировал весь спектр проблем, рассматриваемых представителями данных направлений, вскрыл внутреннюю логику представленных здесь идей, показал процесс их развития, осуществлявшийся в постоянной борьбе и взаимодействии различных точек зрения, исходя из общеметодологических принципов марксизма (альтернативы в те времена в СССР быть не могло). При этом Блюмин стремился избежать крена в политико-идеологическую риторику и следовать максимально серьезному и аналитическому подходу к западной политэкономии. Ученый отмечал: «В своей критике я исходил из следующего принципа – я пытался встать на точку зрения критикуемого автора, выяснить его основную аргументацию, выделить в последней рациональное ядро и затем показать, как и почему возникает ошибочность критикуемых положений» («Проблемы экономики». 1931. № 3. С. 175). Подобный подход не имел ничего общего с выдергиванием отдельных цитат для доказательства заранее сконструированной примитивной идеологизированной схемы, что получило вскоре широкое распространение в советской литературе, посвященной подобной тематике. Благодаря талантливой монографии И.Г. Блюмина целые поколения экономистов могли приобщиться к современной экономической мысли в ее высококвалифицированной и добросовестной подаче. Примечательно, что до сих пор глава, посвященная В.К. Дмитриеву как выдающемуся представителю российской математической школы, не только не потеряла своей научной значимости, но до последнего времени являлась наиболее развернутым рассмотрением его идей.
Непредвзятому читателю было ясно, что сформировался исследователь европейского масштаба, и казалось, что неординарный дебют молодого автора должен был стать началом блистательной научной карьеры, однако на деле он явился ее вершиной, и не по вине ученого, судьба которого сложилась весьма драматично (хотя и не самым трагичным по тем временам образом). В стране утвердился тоталитарный режим, требовавший единомыслия, в том числе жестко идеологизированного, однозначно-негативного отношения к любым направлениям пострикардианской немарксистской экономической мысли, критика которой рассматривалась как одна из форм непримиримой классовой борьбы.
В русле этой тенденции в начале 1930-х гг. на страницах периодических экономических изданий развернулась антиблюминская кампания, по характеру и тональности более напоминавшая судилище, нежели научные дискуссии. Агрессивно-невежественным проработкам подверглись как «Субъективная школа», так и монография Блюмина «Очерки современной буржуазной теоретической экономии» (1930 г.), где был дан содержательный анализ концепций социального направления, сложившегося в экономической мысли Запада конца XIX – первых десятилетий XX в. Блюмина обвиняли в том, что он «скатился в болото вульгарной политической экономии». Его работы были заклеймены как «вредные» и «ревизующие марксизм», и выдвигалось требование «положить этому предел». В результате в Институте экономики АН СССР, где в то время работал Блюмин, было принято решение перебросить ученого на другую тематику – на изучение конкретной экономики, результатом чего явилась вышедшая уже в 1934 г. монография «Капиталистическое комбинирование». Значительно восполнив пробел, существовавший в данной области в советской литературе, Блюмин обстоятельно проанализировал процесс комбинирования в условиях современного западного хозяйствования, показал его движущие силы, формы, роль в системе монополистического интегрирования. Блюмин не мог обойти вниманием и теории комбинирования, выдвигавшиеся буржуазными экономистами и социал-демократами.
Позднее исследования в области истории экономических учений Блюмину предложили продолжить на материалах отечественной литературы, и в 1940 г. вышла в свет его книга, посвященная малоизученной теме – экономическим идеям в России первой половины ХIХ века. В этой содержательной и оригинальной работе Блюмин показал, как представители различных течений русской общественной мысли стремились использовать политическую экономию для обоснования своих практических целей. Одной из основных задач Блюмина было показать, что российские авторы не ограничивались изложением тех или иных взглядов крупнейших западноевропейских экономистов, а творчески перерабатывали их применительно к специфическим условиям России.
В послевоенный период Блюмин содействовал изданию в 1948 г. на русском языке классической работы Дж.М. Кейнса «Общая теория занятости, процента и денег», к которой он написал масштабную вводную статью. Эта статья, вкупе с предыдущими исследованиями ученого, была использована в качестве обвинительных материалов во время пресловутой кампании по борьбе с космополитизмом, не обошедшей ученого стороной.
В 1953 г. вышла монография Блюмина «Критика современной буржуазной политической экономии Ангии». Пропущенная через жернова той леденящей эпохи, под сильнейшим прессом активного вмешательства редактора, самолично беспардонно «заострявшего» материал, она носила не свойственный природе ученого, чрезвычайно скромного и деликатного человека, резко выраженный агрессивный, предельно политизированный и идеологизированный характер. В то же время работа демонстрировала незаурядную эрудицию автора в области современной английской экономической литературы, знакомила читателя с комплексом поднимаемых в ней проблем и содержала целый ряд тонких наблюдений, касающихся в основном отдельных частностей. Значительно ниже возможностей Блюмина по тем же объективным причинам была и его монография 1956 г. – «Очерки критики современной буржуазной политической экономии США», из которой, однако, также можно было извлечь гораздо больше полезной информации, нежели из любой другой работы того времени по аналогичной теме.
В 1959 г. вышла последняя работа Блюмина «Кризис современной буржуазной политической экономии». В ней в традиционных идеологических рамках, придерживаясь ритуальной словесной атрибутики, Блюмин на основе обширного материала сумел показать глубокую теоретическо-методологическую, а в значительной степени и целевую, переориентацию западной экономической мысли, что по существу говорило о кризисе ее устаревших понятий и принципов, о ее стремлении преодолеть этот кризис и адаптироваться к новым историческим условиям.
В послевоенные годы Блюмин в качестве профессора преподавал курс по истории экономический мысли Запада на экономическом факультете MГУ, где снискал глубокую симпатию и уважение студентов, оценивших в большинстве своем его уникальность и значительность. Скончался И.Г. Блюмин 1 июня 1959 г. в Москве, после неудачной операции.
2005 г.ИСТОЧНИКИОсновные работы И.Г. Блюмина
1. Субъективная школа в политической экономии. Т. 1–2. М.: Изд-во Ком. Академии. 1928 (2-е изд. 1931 г.).
2. О современной буржуазной политической экономии. М.: Соцэкгиз, 1958.
3. Очерки современной буржуазной теоретической экономии (К характеристике социального направления). М.: Изд-во Ком. Академии, 1930.
4. Очерки экономической мысли в России в первой половине XIX века. M.-JI.: Изд-во АН СССР, 1940.
5. Критика современной буржуазной политической экономии Англии. М.: Изд-во АН СССР, 1953.
6. Очерки современной буржуазной политической экономии США. М.: Госполитиздат, 1956.
7. Кризис современной буржуазной политической экономии. М.: Изд-во ИМО, 1959.
8. Критика буржуазной политической экономии. Т. 1–3. М.: Изд-во АН СССР. 1962.
Литература о И.Г. Блюмине
1. Аникин А.В. Израиль Григорьевич Блюмин // Люди науки. Встречи с выдающимися экономистами. М.: Дело Лтд. 1995. С. 50–56.
2. Блюмин И.Г. Экономическая энциклопедия. Политическая экономия. Т. 1. М., 1972. С. 166.
3. Суперфин Л.Г. Так утверждались стереотипы (к критике зарубежной буржуазной политической экономии (20–30-е годы) // Вопросы экономики. 1991. № 1. С. 144–155.
Б.А. Хейфец д.э.н.
Б.А. Шмелев д.и.н.
Богомолов Олег Тимофеевич (1927–2015)
Нам посчастливилось более 40 лет работать и общаться с выдающимся русским ученым-экономистом, академиком Российской академии наук Олегом Тимофеевичем Богомоловым.
Для каждого из нас существует свой Олег Тимофеевич. Многим из нас он открыл наш путь в науку. Для одних он был еще руководителем курсовых и дипломных работ, которые выполнялись на руководимой им в 1967–1977 гг. кафедре «Экономической географии зарубежных социалистических стран» на географическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова. Или руководителем кандидатских диссертаций и консультантом докторских диссертаций, защищенных в институте О.Т. Богомолова – Институте экономики мировой социалистической системы, в 1991 г. ставшем Институтом международных экономических и политических исследований Российской академии наук. Для других он был товарищем и коллегой по работе, мудрым советчиком и вдохновителем многих творческих начинаний.
О.Т. Богомолов родился 20 августа 1927 г. в Москве. В 1949 г. окончил Институт внешней торговли Министерства внешней торговли СССР. Свою научную деятельность О.Т. Богомолов начал в 1957 г. в НИЭИ Госплана под началом академика А.Н. Ефимова, сплотившего вокруг себя таких подающих надежды исследователей, как С. Шаталин, А. Анчишкин, Э. Ершов, и других незаурядных ребят. И далее в созданном Ю.В. Андроповым Отделе ЦК КПСС, где сотоварищами О.Т. Богомолова оказались А. Бовин, Ф. Бурлацкий, Г. Шахназаров. Эти имена говорят сами за себя. В таком творческом окружении формировалось мировоззрение и прогрессивные взгляды будущего академика.
Роль О.Т. Богомолова в российской экономической науке трудно переоценить. Он был человеком широких взглядов и интересов, интеллектуал из плеяды старой академической школы. Круг проблем, над которыми он работа, довольно широк. Олег Тимофеевич опубликовал более 500 работ в области сравнительного анализа экономики и политики переходного периода, а также международной экономики и внешнеполитических проблем, которые изданы в России (СССР) и во многих зарубежных странах. И находился в постоянном научном поиске новых направлений исследований. С этим связаны его актуальнейшие работы о взаимодействии и взаимовлиянии экономики и других сфер общественной жизни (идеологии, политики, административных отношений, культуры, нравственности, религии). Большое внимание он уделял преподавательской работе в Государственном университете управления. Олег Тимофеевич издал один из лучших в настоящее время учебников по мировой экономике – «Мировая экономика в век глобализации».
О.Т. Богомолов был гениальным организатором науки, сумев сплотить вокруг себя дружный коллектив единомышленников, учеников и коллег, создав практически с нуля знаменитый Институт экономики мировой социалистической системы, переименованный в период постсоветских реформ в Институт международных политических и экономических исследований. Поражает кадровое чутье О.Т. Богомолова. Сколько ярких исследователей обрели общероссийскую и международную известность, работая вместе с ним! Олег Тимофеевич, невзирая на многие имевшиеся в СССР догматические нормы кадровой политики, привлекал на работу не только способную молодежь, но и опальных талантливых ученых, которые впоследствии стали составной частью высокого имиджа богомоловского института. А сам богомоловский институт стал ярчайшим явлением в научной и политической жизни – сначала СССР, а затем и России. Научные позиции Института так или иначе обеспечили ему признание среди научной общественности не только стран Центральной и Восточной Европы, Китая и Вьетнама, но и стран Запада.
Принадлежность к институту Богомолова многие годы считалось высоким знаком компетентности и профессионализма. Из его стен вышли многие выдающиеся ученые, публицисты, политики и общественные деятели. Золотой фонд богомоловского института составляли получившие известность ученые: Е.А. Амбарцумов, А.П. Бутенко, A.Н. Быков, Р.С. Гринберг, С.П. Глинкина, В.И. Дашичев, И.В. Дудинский, P.M. Евстигнеев, И.М. Клямкин, Ю.Ф. Кормнов, О.Р. Лацис, Г.С. Лисичкин, К.И. Микульский, А.Д. Некипелов, И.И. Орлик, М.П. Павлова-Сильванская, Т.В. Рябушкин, Г.М. Сорокин, М.Е. Тригубенко, А.С. Ципко, В.М. Шаститко, Л.Ф. Шевцова, Ю.С. Ширяев, Н.П. Шмелев, Г.И. Шмелев, Б.А. Шмелев, Я.Б. Шмераль, Л.С. Ягодовский. Из числа работавших в институте ученых трое стали действительными членами и пятеро – членами-корреспондентами Российской академии наук.
О.Т. Богомолов неоднозначно принял решение о слиянии института (тогда уже Института международных экономических и политических исследований) с Институтом экономики РАН. С одной стороны, он понимал, что подобные изменения необходимы в связи с со складывавшейся ситуацией с ограниченным финансированием науки в стране. С другой, он осознавал, что многие концептуальные позиции двух институтов сильно различаются. Да и направленность исследований Института экономики была сконцентрирована на внутренних проблемах страны без учета особенностей ее международного экономического и политического положения. Однако и в объединенном Институте экономики, не занимая официальных должностей в руководстве института, он стремился проводить линию на комплексное изучение актуальных проблем развития России, на усиление практической направленности проводимых исследований. В своих работах последних лет О.Т. Богомолов часто обращался к международному опыту, в том числе историческому, пытаясь найти то, что полезного может быть использовано для выстраивания новой политической и социально-экономической системы в России. Он критически оценил осуществленную реформу РАН, считая ее шагом, обескровливающим российскую науку.