Основы православного вероучения

§ 3. Имена Божии

Ветхозаветное знание о Боге выражено в рассказах о Его участии в жизни людей, а также в Его именах.

Все, что говорится о Боге в Ветхом Завете, говорится не о сущности Бога, а о Его действиях в отношении человека и мира. Для этого иногда используются понятия и образы из человеческого опыта (антропоморфизмы), поскольку только так человек может обрести некое познание Бога, истинная сущность Которого невыразима на человеческом языке.

Святитель Григорий Нисский говорит: «Превысший всякого имени у нас получает многоразличные наименования по различию благодеяний: Он называется светом, когда рассеивает тьму неведения, жизнью, когда дарует бессмертие, путем, когда выводит из заблуждения, источником, камнем, виноградом, врачом и другими подобными именами»[56]. Но ни одно из этих имен не может выразить сущность Бога: «Призывающими же Его именуется не само то, что Он есть (ибо естество Сущего неизглаголанно); но Он получает наименования от действий, которые, как мы верим, касаются нашей жизни»[57]. Ибо Бога нельзя объять ни именованием, ни мыслью, так как Он один выше всякого имени (Флп. 2:9) и всякого постижения [58].

Имена, которые даются Богу в Ветхом Завете, указывают на те или иные свойства Бога.

К числу этих имен относятся такие, как «вечно Живущий», «Святый имя Его» (Ис. 57:15), «Царь всей земли» (Пс. 46:8), «Царь вечный» (Иер. 10:10), «Судия всей земли» (Быт. 18:25), «Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый, и многомилостивый и истинный» (Исх. 34:6).

К именам Божиим относятся такие древнееврейские имена, как: El, Elohim (Бог) и Adonay (Господь). Они указывают на то, что Бог – Господин всей Вселенной, всего видимого и невидимого мира. Он – Господь Саваоф (Tsebaot — буквально «Господь воинств»), создатель и начальник ангельского мира. Бог – Всемогущий (El Shadday): с этим именем Бог открылся Аврааму (Быт. 17:1; 35:11). Бог – «Пастырь и твердыня Израилева» (Быт. 49:24), Он – «помощь и щит» дома Израилева и всех боящихся Его (Пс. 113:17,18,19).

Важнейшее из ветхозаветных имен Божиих в древнееврейском письме обозначалось четырьмя согласными буквами YHWH (священная тетраграмма).

В книге Исход говорится, что Бог открыл это имя пророку Моисею, когда явился ему на горе Хорив в «неопалимой купине», то есть в кусте, который горел, но не сгорал (Исх. 3:4–5,10,13–15). Бог сказал Моисею: «Я Господь (YHWH). Являлся Я Аврааму, Исааку и Иакову [с именем] "Бог Всемогущий", а с именем [Моим] "Господь" (YHWH) не открылся им» (Исх. 6:2–3).

Традиционно имя YHWH переводится «Я есмь Сущий» (Исх. 3:14). В этом имени Бог открывается как истинно существующий, пребывающий вечно, как единственный Источник всякого бытия. Греческое слово «Сущий» (ho on) обычно обозначено на нимбе иконы Христа как вочеловечившегося Бога.

Предположительно, имя YHWH звучало как «Яхве».

После вавилонского плена (во всяком случае, не позднее III века до Р. X.) евреи из благоговения перестали произносить это имя вслух. В еврейской традиции принято заменять его словами «Господь» (Адонай), «Бог» (Элохим) или «Имя» (Ха-Шем). Переводчики Септуагинты передавали это имя словом Кириос (Господь). Славянский и Синодальный переводы в основном следуют греческому – в них употребляется слово «Господь». С XVI века в переводах на западные языки, а позднее на русский стали употреблять наименование «Иегова»[59].

В Новом Завете важнейшим именем Божиим является «Отец».

Ветхий Завет лишь изредка говорит о Боге как Отце (Втор. 32:6; Ис. 63:16; 64:8; Мал. 1:6; 2:10). В Новом Завете Господь Иисус Христос, обращаясь к Богу в молитве или говоря о Боге, чаще всего называет Бога Отцом. В беседах со Своими учениками Иисус говорит о Боге «Отец ваш» или «Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48; 6:4, 6:8, 15, 18, 26, 32; 7:11; Лк. 12:30, 32; Ин. 8:42; 20:17). Он учит Своих последователей начинать молитву словами: «Отче наш» (Мф. 6:9), называет Бога Небесным Отцом всех верующих (Мф. 5:48; 6:4, 6, 8,15,18, 26, 32; 7:11; Лк. 12:30, 32; Ин. 8:42; 20:17). В посланиях апостола Павла имена «Бог» и «Отец» неразрывно связаны (1 Фес. 1:1; Гал. 1:3; 1 Кор. 1:3; 2 Кор. 1:2; Рим. 1:7; Флп. 1:2).

В соответствии с ветхозаветной традицией Бог в Новом Завете также именуется Благословенным (Мк. 14:61) и Всевышним (Лк. 1:32, 35, 76; 6:35).

§ 4. Свойства Бога

Имена Божии, используемые в Священном Писании, как правило, указывают на те или иные свойства Бога или на действия Бога в мире.

По словам преподобного Иоанна Дамаскина, Бог именуется «несозданным, безначальным, бессмертным, беспредельным, вечным, нематериальным, благим, обладающим творческой силой, праведным, просвещающим, неизменным, бесстрастным, неописуемым»[60].

В Катехизисе святителя Филарета, митрополита Московского, говорится: «Бог есть Дух Вечный, Всеблагой, Всеведущий Всеправедный, Всемогущий, Вездесущий, Неизменяемый, Вседовольный, Всеблаженный»[61].

Бог непостижим.

Ветхозаветный мудрец спрашивает: «Кто может исследовать великие дела Его? Кто может измерить силу величия Его? и кто может также изречь милости Его? Невозможно ни умалить, ни увеличить, и невозможно исследовать дивных дел Господа» (Сир. 18:3–5). Апостолы говорят о Боге, «Который обитает в неприступном свете, Которого никто из человеков не видел и видеть не может» (1 Тим. 6:16; см.: 1 Ин. 4:12), ибо Только Сам Бог всецело знает Самого Себя (1 Кор. 2:11).

О непостижимости сущности Бога говорят многие отцы Церкви.

В IV веке эта тема приобрела особое значение в связи с необходимостью опровержения ереси Евномия, который считал, что возможно абсолютное знание сущности Божией, и таким образом отрицал непостижимость Бога[62]. «Корнем всех зол» называет подобные мысли святитель Иоанн Златоуст: «Человек дерзнул сказать: я знаю Бога так, как Сам Бог знает Себя. Нужно ли обличать это… Это – явное безумие, непростительное безрассудство, новейший вид нечестия; никто никогда не дерзал ни помыслить, ни произнести ничего подобного. Подумай, несчастный и жалкий, кто ты и Кого исследуешь? Ты – человек, а исследуешь Бога?»[63].

Бог невидим.

На просьбу Моисея показать ему славу Божию Бог отвечает, что человек не может увидеть Лицо Бога и остаться в живых (Исх. 33:18–20). В Новом Завете мысль о том, что Бог невидим, выражена столь же ясно: Бога «никто из человеков не видел и видеть не может», поскольку «единый, имеющий бессмертие… обитает в неприступном свете» (1 Тим. 6:16).

В Евангелии от Иоанна утверждается, что Бог невидим по природе, однако Он был явлен человечеству через Иисуса Христа: «Бога не видел никто никогда. Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин. 1:18).

Бог вечен и вездесущ.

Время и пространство – неотъемлемые характеристики тварного мира, но Творец пребывает вне пространства и времени. Псалмопевец выражает это так: «Пред очами Твоими тысяча лет, как день вчерашний, когда он прошел, и [как] стража в ночи» (Пс. 89:5); «Дни мои – как уклоняющаяся тень… Ты же, Господи, вовек пребываешь» (Пс. 101:12–13).

В Ветхом Завете говорится, что Бог превосходит все пространственные ограничения (3 Цар. 8:27; Иер. 23:23–24; Пс. 138:8-10) и объемлет все сотворенное (Прем. 1:7).

По слову святителя Кирилла Иерусалимского, Бог «не ограничен каким-либо местом… Он во всем и вне всего»[64].

О вездесущии Божием говорит Псалмопевец: «Куда пойду от Духа Твоего, и от лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо – Ты там; сойду ли в преисподнюю – и там Ты. Возьму ли крылья зари и переселюсь на край моря, – и там рука Твоя поведет меня, и удержит меня десница Твоя» (Пс. 138:7-10).

Бог всемогущ.

Ветхозаветный пророк возвещает: «Ибо Я Господь, Я говорю; и слово, которое Я говорю, исполнится» (Иез. 12:25). Для Бога нет ничего невозможного (Быт. 18:14). Бог всемогущ на небе и на земле, ибо Он Сам сотворил их (Быт. 2:4).

Бог по Своему благоусмотрению располагает Своим творением (Иер. 27:5), созданным Его словом и «духом уст Его» (Пс. 32:6). Он властвует над силами и порядком сотворенной Им вселенной (Пс. 64:7–8; 88:10). Поскольку Он Сам установил этот порядок (Иов. 28:25–28; Притч. 8:27–29), Он может и менять его. Бог «знает наперед будущее, Он могущественнее всего; знает и делает так, как хочет»[65].

О всемогуществе Божием свидетельствует в Евангелии Сам Господь Иисус Христос: «Авва Отче! Все возможно Тебе» (Мк. 14:36). По словам Спасителя, Богу «все возможно» (Мф. 19:26).

В Священном Писании многократно говорится о благости Бога и о том, что Бог есть Источник всякого добра.

В Ветхом Завете Божественная благость является предметом молитвенного славословия: «Славьте Господа, ибо Он благ, ибо вовек милость Его» (Пс. 117:1); «Вкусите, и увидите, как благ Господь!» (Пс. 33:9); «Ибо Ты, Господи, благ и милосерд и многомилостив ко всем, призывающим Тебя» (Пс. 85:5).

В Новом Завете Господь Иисус Христос говорит о Боге: «Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» (Мф. 5:45). Благость Божия показывается через сравнение с действиями человека: «Итак если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него» (Мф. 7:11). По словам Христа, Бог «благ и к неблагодарным и злым» (Лк. 6:35).

Благость Бога проявляется в Его милости к человеку, порабощенному грехом.

Бог как Верховный судия имеет власть не только карать, но и миловать. Ибо Он желает, чтобы грешник обратился к Нему (Ис. 55:7; Иер. 18:8; Иез. 18:21; 33:11). Он – «Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий [правду и являющий] милость в тысячи родов» (Исх. 34:6–7). Пророки Ветхого Завета постоянно возвещают милосердие Божие: Бог не вечно будет негодовать (Иер. 3:12); Он помилует обратившегося грешника (Ис. 55:7); «перевяжет наши раны» (Ос. 6:1); «Кто Бог, как Ты, прощающий беззаконие и не вменяющий преступления остатку наследия Твоего? не вечно гневается Он, потому что любит миловать» (Мих. 7:18).

В притчах Господа Иисуса Христа о пропавшей овце, о потерянной драхме и о блудном сыне (Лк. 15:1-32) говорится о Боге, Который не наказывает за грехи, а прощает их. Господь Иисус Христос не осуждает женщину, взятую в прелюбодеянии, но отвечает ее обвинителям: «Кто из вас без греха, первый брось на нее камень» (Ин. 8:3–7). Распятый на Кресте, Он обращается к Отцу с молитвой о прощении палачей: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23:34).

Бог милосерд по отношению к грешникам. Апостол Павел именует Бога Отцом милосердия и Богом всякого утешения (2 Кор. 1:3). Обращаясь к народу, Господь Иисус Христос говорит: «Будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд» (Лк. 6:36). Лишь упорство и нераскаянность грешника вызывают праведный гнев Божий (Рим. 2:5).

Святые отцы учат, что Бог есть само благо.

По словам святителя Григория Нисского, «Бог по естеству Своему есть всякое мыслимое благо, какое только есть»[66]; «высшее и главное добро есть Само Божество, природа Которого и есть доброта, и когда мы говорим о природе добра, то и по имени, и по существу говорим о Божестве»[67]. Святитель Василий Великий подчеркивает, что отрицание благости Бога равносильно отрицанию бытия Бога [68]. Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин говорит, что «один Бог творит все благое не из побуждений какого-либо страха или воздаяния, но по одной Своей благости»[69].

Отвергая ложные мнения о том, что Бог является творцом зла, Афинагор Афинский утверждает: «Бог, как совершенно благой, всегда благодетельствует»[70].

Церковному учению о Боге пытались противостать различные дуалистические учения.

Представитель гностического дуализма Маркион (II век) учил, что в мире изначально существовали два Бога – благой и злой, Бог Нового Завета и Бог Ветхого Завета. Для гностических учений также характерно противопоставление духовного начала как благого и материального как антидуховного и потому дурного.

В манихействе, возникшем в III веке, сочетаются различные элементы зороастрийской религии и гностических воззрений Маркиона. Манихеи учили, что в мире существуют два извечных и равносильных начала: свет (божественное, духовное, благое начало) и тьма (демоническое, материальное, злое начало). Они полагали, что материальный мир – это результат пленения света тьмой и смешения двух начал и что человеческое тело – это творение демонов, в котором, как в тюрьме, заключена душа, являющаяся частичкой божественного света.

Отцы и учители Церкви единодушно выступали против дуализма гностиков и манихеев[71].

Согласно церковному учению, материальный мир сотворен Богом и изначально является благим. Диавол – отпавший от Бога ангел, не имеющий равной власти и могущества с истинным Творцом [72].

Бог – свят. Он обладает абсолютным совершенством.

В Ветхом Завете святость Божия порождает в человеке чувство священного страха (Ис. 8:13). В присутствии Бога человек ощущает свое ничтожество и греховность (Быт. 18:27; Иов. 42:6). Никто – даже Серафимы (Ис. 6:2) – не может вынести приближения Бога (Суд. 5:4–5; Исх. 19:16 и др.). Однако Бог, неприступный и непостижимый в своей святости, открывается человеку и присутствует в мире. Пророк Исаия возвещает: «Так говорит Высокий и Превознесенный, вечно Живущий, – Святый имя Его: Я живу на высоте [небес] и во святилище, и также с сокрушенными и смиренными духом, чтобы оживлять дух смиренных и оживлять сердца сокрушенных» (Ис. 57:15). Святость Божия воспевается в Апокалипсисе: «Свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет» (Откр. 4:8; ср.: 15:4; 16:5).

Святость Бога является источником освящения человека.

Апостол Петр призывает верующих: «По примеру призвавшего вас Святаго, и сами будьте святы во всех поступках. Ибо написано: будьте святы, потому что Я свят» (1 Пет. 1:15–16). Апостол Иоанн говорит христианам: «Вы имеете помазание от Святаго и знаете всё» (1 Ин. 2:20). Согласно апостолу Павлу, Бог наказывает верующих в Него для их пользы, чтобы они имели участие в Его святости (Евр. 12:10).

Святость Бога следует отличать от святости ангелов и людей. По словам святителя Кирилла Иерусалимского, «поистине един Свят, кто по естеству Свят. И мы святы: но не по естеству, а по причастию, подвигу и молитве»[73].

Бог – праведный Судия.

В Ветхом Завете о Боге говорится, что Он – «Судия всей земли» (Быт. 18:25), «Судия праведный» (Пс. 9:5), Который воздает возмездие гордым (Пс. 93:2), щедро награждает за праведность и сурово карает за грехи (Исх. 34:6–7). Так же и в Новом Завете Бог предстает как Судия, Который будет судить праведным судом (Рим. 1:32; 2:5–6; 3:5; 2 Фес. 1:5; Евр 6:10), нелицеприятно и беспристрастно (1 Пет. 1:17; Рим. 2:11; Гал. 2:6).

§ 5. Бог един, но в трех Лицах

Церковь верует в Единого Бога в трех Лицах: Отца, Сына и Святого Духа – Единосущную и Нераздельную Троицу.

В Символе веры говорится: «Верую во Единаго Бога Отца… И во Единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия. Ив Духа Святаго, Господа Животворящаго…».

Церковь верует в Триединого Бога – единого по Своей Божественной сущности и троичного в Лицах (Ипостасях) Отца, Сына и Святого Духа. Три Лица Пресвятой Божественной Троицы – не три Бога, а один Бог. Каждая Божественная Ипостась в полноте обладает Божественным достоинством, так что сущность Божества не разделяется, но пребывает единой.

Уже в Ветхом Завете можно усмотреть прикровенные указания на троичность Единого Бога[74].

Указание на Слово Божие и Святого Духа можно увидеть[75] в словах псалма: «Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его – все воинство их» (Пс. 32:6).

Намек на троичность Божества усматривается в тех случаях, когда Бог говорит о Себе во множественном числе: «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему» (Быт. 1:26); «И сказал Господь: вот, один народ, и один у всех язык… сойдем же и смешаем там язык их» (Быт. 11:6–7); «И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас» (Быт. 3:22).

Славословие Серафимов из видения пророка Исаии интерпретируется как указывающее на Триединство Бога: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф!» (Ис. 6:3).

Библейским образом Божественного Триединства является явление трех мужей праотцу Аврааму (Быт. 18), которое изображается на иконе Пресвятой Троицы.

О Трех Лицах единого Бога свидетельствует Новый Завет.

Триединство Бога провозглашается в евангельской заповеди о Крещении: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28:19). Апостол Павел, преподавая верующим благословение, говорит: «Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога Отца, и общение Святаго Духа со всеми вами» (2 Кор. 13:13).

Согласно Священному Писанию Нового Завета, Дух Святой (Утешитель) посылается Сыном и исходит от Отца (Ин. 15:26); Отец дает Утешителя (Ин. 14:16) и посылает Его во имя Сына (Ин. 14:26); Дух Утешитель остается с учениками Христа и будет пребывать в них (Ин. 14:17); Сын и Отец придут и останутся со всяким, кто соблюдет слово Христа (Ин. 14:23).

В Новом Завете говорится о деяниях воплотившегося Сына Божия Иисуса Христа, а также о деяниях Духа Святого, которые свидетельствует об Их Божественном достоинстве.

Господь Иисус Христос освобождает людей от грехов (Мф. 9:2; Ин. 8:11); Он исцеляет больных, имея власть прощать грехи (Ин. 5:7-14; 9:6–7); воскрешает умершего Лазаря (Ин. 11:1-44); изгоняет злых духов (Мк. 1:23–26; 5:2–9; 7:25–30).

Святой Дух нисходит на учеников Христа в день Пятидесятницы (Деян. 2:2-21); наставляет в истине и возвещает будущее (Ин. 16:13); наделяет верующих чудотворной силой, мудростью, знанием, верой, даром пророчества, даром исцеления больных и прочими дарами. По словам апостола Павла, «дары различны, но Дух один и тот же» и «каждому дается проявление Духа на пользу» (1 Кор. 12:4, 7).

Троичность Бога была явлена в Крещении Иисуса Христа на Иордане.

Согласно Евангелию, когда Иоанн Предтеча крестил Иисуса, «отверзлись… небеса, и увидел [Иоанн] Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него. И се, глас с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мф. 3:16–17; ср.: Мк. 1:9-11; Лк. 3:21–22).

Литургическое празднование Крещения Господня именуется Богоявлением[76]. В тропаре[77] этого праздника говорится: «Во Иордане крещающуся Тебе, Господи, троическое явися поклонение: Родителев бо глас свидетельствоваше Тебе, возлюбленнаго Тя Сына именуя, и Дух в виде голубине извествоваше словесе утверждение»[78].

Вера в Триединого Бога была изначальным исповеданием Церкви.

Уже во II веке от Р. X. об этом свидетельствует святой мученик Иустин Философ: «Мы знаем, что Он [Иисус Христос] Сын Самого истинного Бога, и поставляем Его на втором месте, а Духа пророческого на третьем»; «мы прославляем Создателя всего через Сына Его Иисуса Христа и через Духа Святого»[79]. В том же столетии Афинагор Афинский говорит, что христиане исповедуют Бога Отца, Сына и Духа Святого и признают их единство и различие[80]. Термин «Троица» впервые употреблен во II веке святителем Феофилом Антиохийским[81].

Православное учение о Боге Троице было сформулировано святыми отцами и учителями Церкви в ответ на еретические учения.

Большое распространение получила в IV веке арианская ересь[82], согласно которой Богом в собственном смысле слова является лишь Отец, тогда как Сын и Святой Дух сотворены: Сын – по воле Отца «из ничего» как высшее орудие для создания мира и как посредник в отношениях между Богом и тварью, а Святой Дух – непосредственно Сыном, для Которого Он стал орудием в деле творения вселенной.

Б начале 20-х годов IV столетия арианская ересь охватила многие епархии на православном Бостоке и вызвала общецерковную смуту. По решению императора Константина Великого для оценки учения Ария в 325 году в Никее был созван I Вселенский Собор. Во время заседаний этого Собора, вместе с осуждением еретика Ария и его учения, был принят Никейский Символ веры, в котором сформулировано православное учение о том, что Бог Сын единосущен Богу Отцу, то есть что у Отца и Сына – одна сущность. Подтверждение решений Никейского Собора и окончательная победа православия над арианством состоялись во времена царствования императора Феодосия Великого на II Вселенском Соборе (381).