Реализация конституционных социальных прав и свобод с использованием искусственного интеллекта: проблемы правового регулирования, пределы и ответственность

Другие авторы выделяют три типа искусственно интеллекта:

1) специализированный – применяется в определенной сфере (компьютерных играх, медицине, управлении). Его цель – нахождение оптимального варианта действий;

2) общий – представляет собой компьютерные устройства, способные решать поставленные задачи наравне с человеком. То есть способный размышлять, вычислять, планировать, абстрактно думать, проводить сравнение идей, поддаваться обучению;

3) суперинтеллект – интеллект, преобладающий над человеческим, способный к изобретению сложных технологий[26].

Исходя из анализа представленных предложений и учитывая виды естественного интеллекта, искусственный интеллект можно классифицировать следующим образом:

1) специализированный – реализуется в конкретных сферах (медицина, управление персоналом, промышленность и т. д.). Представляет собой один из видов естественного интеллекта;

2) комбинированный – состоит из нескольких видов естественного;

3) общий – равен интеллекту человека (некоторые из видов могут преобладать, другие проявляться в меньшей степени);

4) суперинтеллект – предполагает не только совокупность всех видов интеллекта человека, а их качественное превосходство над естественным интеллектом.

Поскольку, как известно, наибольшее распространение в настоящее время получили экспертная и нейронная системы искусственного интеллекта, можно говорить о том, что его продуктами являются: в первом случае – информация; во втором – результат деятельности, основанный на информации, действиях, эмоциях. В этих случаях искусственный интеллект может быть как специализированным, так и комбинированным. Соединение экспертной и нейронной систем позволит синтезировать общий и суперинтеллект. Что будет являться их продуктом предположить не представляется возможным.

По сути, все научные изыскания в области искусственного интеллекта направлены на создание человеком себе подобного существа или превосходящего по разуму. И если совсем недавно это воспринималось обществом как футуризм, то современный период развития искусственных технологий становиться реальностью. Однако до сих пор остается актуальным вопрос о возможности рассмотрения искусственного интеллекта в проекции конституционно-правовых отношений, поскольку в Основном законе страны данного понятия не содержится. Следует согласиться с теми авторами, которые рассматривают конституционные правоотношения как фактор объективной правовой реальности[27]. Конституция Российской Федерации содержит общие принципы построения государства и общества, в том числе, и принципы, на которых должны строиться все правоотношения в государстве. Она устанавливает правоотношения общего характера, в которых точно не определены субъекты, не установлены их права и обязанности[28]. В процессе их реализации возникают конкретные правоотношения, которые возникают по поводу конкретных фактов, случаев, споров, притязаний и могут регулироваться нормами других отраслей права. Конституционные правоотношения «охватываются предметом конституционного права и закрепляются его нормами»[29]. Они имеют фундаментальный характер, являясь ядром всех остальных правоотношений. Следовательно, содержащиеся в Конституции нормы применимы и к правоотношениям, связанным с искусственным интеллектом. Г. К. Гаджиев справедливо отмечает, что в Конституции пробелов быть не может и если Конституция хорошо «сработана», она является кладовой «неявных» знаний[30].

Одной из таких «кладовых» можно считать ч. 4 ст. 15 Конституции России, в которой закреплено, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры являются частью ее правовой системы. В случаях коллизии международного права и национального законодательства, правила международного договора имеют приоритет пред российскими законами, но не перед Конституцией. Общепризнанные принципы и нормы международного права «компенсируют нормативный «вакуум» или нормативную «недостаточность»[31].

Применительно к искусственному интеллекту необходимо отметить, что международные договоры данного направления отсутствуют. Разработаны лишь документы, имеющие рекомендательный характер регионального уровня.

На универсальном уровне, в рамках ООН, данный вопрос подлежит обсуждению в связи с гарантированием прав и свобод человека, содержащихся во Всеобщей декларации прав человека и Пактах о гражданских и политических, социально-экономических и культурных правах человека. 12 сентября 2014 года на 27 сессии ООН Советом по правам человека был затронут вопрос неприкосновенности частной жизни в цифровой век. Во вступительном слове заместителя Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по правам человека было отмечено, что цифровые технологии связи вызвали революционное изменение способов взаимодействия людей и для миллионов из них цифровой век стал веком освобождения – возможно, самого широкого освободительного движения, когда-либо известного миру. Однако вызывает озабоченность практикующиеся государственное или экстерриториальное наблюдения, перехват цифровых сообщений, сбор личных данных, которые ведут к нарушению права на частную жизнь, преследованию по политическим мотивам и инакомыслию. В докладе подчеркивается ответственность государств за законодательное обеспечение защиты права частной жизни индивидов от незаконного или произвольного вмешательства. «Контроль сообщений в любых формах должен вестись на основании общедоступного законодательства, которое должно в свою очередь соответствовать конституционному режиму данного государства и международному праву прав человека»[32].

Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш на открытии Генеральной конференции ЮНЕСКО, проходившей 12 ноября 2019 года в Париже, отметил необходимость создание универсальной нормативной базы, касающейся этических сторон использования искусственного интеллекта[33]. Однако этот вопрос пока находится на стадии обсуждения.

В марте 2019 года Комитетом министров Совета Европы была разработана Рекомендация «О предотвращении сексизма и борьба с ним». В ней впервые была дано определение «сексизма», которое представляет собой «любые действия, жесты, визуальные представления, устные или письменные высказывания, практику или поведение в общественной или частной сфере, как в сети, так и вне ее, основывающиеся на представлении, что какое-либо лицо или группа лиц находятся ниже по положению из-за своей гендерной принадлежности, целью или результатом которых является нарушение неотъемлемого достоинства или прав такого лица или группы лиц». Особое место в Рекомендации уделено искусственному интеллекту, алгоритмы которого могут транслировать и укреплять гендерные стереотипы, способствуя распространению сексизма[34].

Дальше остальных в вопросах обсуждения искусственного интеллекта продвинулся Европейский союз. Резолюцией Европарламента 16.02.2017 были разработаны рекомендации для Европейской комиссии в отношении норм гражданского права о робототехнике. В частности, в ней отмечено, что ежегодно растет количество продаж роботов. В 2014 году среднее количество продаж по сравнению с 2010 годом выросло на 29 %, а количество заявлений на получение патентов в сфере технологий робототехники – на треть. В ней приведены положительные стороны внедрения искусственного интеллекта в жизнь общества, к которым отнесены: повышение эффективности и сокращение затрат в производстве и торговле, на транспорте, в сферах здравоохранения, спасательных операций, сельском хозяйстве, образовании. К ним же можно отнести – проблему старения населения и необходимость в связи с этим применения искусственного интеллекта на рынке труда.

В Резолюции предусмотрено, что Комиссия ЕС должна выработать единые и универсальные понятия «киберфизические системы», «автономные системы», «умные автономные роботы», учитывая следующие характеристики умного робота: способность становиться автономным, используя сенсоры и обмениваясь данными со своей средой; обмениваться этими данными и анализировать их; самообучаться на основе приобретенного опыта и при взаимодействии; наличие по меньшей мере минимальной физической поддержки; способность адаптировать свои действия и поведение в соответствии с условиями среды; отсутствие жизни с биологической точки зрения. Резолюция подчеркивает, что создание роботов должно иметь цель – дополнить возможности человека, а не заменить его. В ней же содержатся принципы разработки и внедрения в повседневную жизнь автономных транспортных средств (автомобилей, дронов); роботов по уходу (за престарелыми, людьми с ограниченными физическими возможностями) (Здесь необходимо отметить, что они не должны заменять человеческое общение, а должны выполнять рутинные задачи, быть ассистентами врачей); медицинских роботов (для выполнения рутинных задач и обеспечения точности операций); роботов по восстановлению и совершенствованию организма человека; роботов в сферах образования и труда.

В Резолюции также содержатся этические принципы, связанные с оценкой безопасности человека с точки зрения его здоровья, свободы, конфиденциальности, неприкосновенности и уважения человеческого достоинства, самоопределения, недискриминации и защиты личных данных. Особого внимания заслуживает положение Резолюции, включающее правило доступности и прозрачности для человека принятого искусственным интеллектом решения. Руководящими принципами в данной области должны стать – «делай благо» и «не навреди». Поэтому интерес представляют положения Резолюции, рекомендующие основные принципы ответственности, на которых должно строиться законодательство государства в сфере искусственного интеллекта. Главный из них – в основе взаимодействия людей и робота должны лежать предсказуемость и направленность. Второй принцип – нормативно-правовые акты не должны ограничивать виды и объем ущерба, который может быть компенсирован, а также ограничивать формы компенсации, которые могут быть получены пострадавшей стороной на основании того, что вред не был причинен человеком. Третье – введение системы страхования по примеру страхования повышенного источника опасности.

В документе содержится предложение о создании Агентства ЕС по робототехнике и искусственному интеллекту с целью создания единого реестра продуктов искусственного интеллекта для дальнейшей их идентификации[35]. Следует подчеркнуть, что в Рекомендации ЕС подчеркнуто, что она основывается на Законах А. Азимова, которые чаще всего используются в научной фантастике. Это те правила, которые направлены на обеспечение безопасности человека: робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред; робот должен повиноваться всем приказам, которые дает человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону; робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам[36].

Европарламент, также, озаботился вопросами этики, составив Кодекс этики для разработчиков робототехники, предлагающий им добровольно его соблюдать. В документе содержатся основные принципы – «делай благо», «не навреди», самостоятельности (принцип добровольного информированного согласия человека на взаимодействие с роботом), справедливости (все блага, получаемые от деятельности роботов, должны распределяться справедливо)[37].

В рамках СНГ отсутствуют акты, затрагивающие тем или иным образом искусственный интеллект. Условно к таковым можно отнести Доклад Межгосударственного совета по антимонопольной политике Исполнительного комитета СНГ «Формирование конкурентной политики в государствах – участниках СНГ в условиях развития цифровой экономики» и протокольное решение к нему[38] В нем, в частности, подчеркивается, что цифровая экономика является информационной, глобальной, сетевой. При этом все экономические процессы оказываются встроенными в глобальную сеть взаимодействия между локальными бизнес-сетями. В Докладе дана характеристика развития цифровой экономики стран СНГ, а также проанализировано законодательство в данной сфере и его готовность к новым вызовам мирового масштаба. Согласно Докладу основное назначение цифровой экономики – ускорить обмен информацией между компаниями, банками, государственными органами, населением, минуя посредников и сложные схемы. Анализ законодательства стран СНГ, представленный в Докладе, позволяет говорить о том, что основным продуктом цифровой экономики является информация, обмен ею.

В рамках СНГ принят модельный закон «О трансграничном образовании»[39], предусматривающий обучение граждан в вузах государств-участников по месту нахождения в своей стране с использованием специальных технологий (электронное обучение).

Таким образом, понятие «искусственного интеллекта» более подробно и детально обсуждается на региональном уровне в рамках Европейского союза, участником которого Россия не является. Следовательно, рекомендации, данные его органами для России не обязательны. Однако разрабатываемые им основы регулирования производства и использования искусственного интеллекта могут в дальнейшем стать ключевыми в международном праве, и как следствие, в законодательстве большинства европейских и других государств. Основное, что можно вынести из современных идей, заложенных в документах ЕС, это то, что приоритетным направлением правового регулирования является взаимодействие человека и машины, в результате которого обеспечивается более качественный уровень жизни человека. На первый план все универсальные и региональные акты ставят его права и свободы. Виды искусственного интеллекта можно классифицировать по отраслям, в которых он применяется. Если придерживаться авторской типологии, это – специализированный и комбинированный интеллекты. А его продукты – это информация, услуги или сам искусственный интеллект, его тело (в случаях реставрации тела человека). В данных видах искусственный интеллект возможно рассматривать как объект конституционно-правовых отношений, поскольку анализ международно-правовых актов показывает, что его субъектами могут являться государства, государственные органы, общественные организации, юридические и физические лица, наделенные определенными правами и обязанностями, прописанными в законодательстве.

К искусственному интеллекту применима ч. 4. ст. 8 Конституции Российской Федерации, где закрепляются три вида собственности: государственная муниципальная и частная. Статья 35 гарантирует каждому право иметь, владеть, пользоваться и распоряжаться собственным имуществом. Следовательно, искусственный интеллект как объект конституционных правоотношений может находиться в собственности. Это общие конституционные положения, на основании которых возникают конкретные, регулируемые отраслевым законодательством (гражданско-правовым, административно-правовым, уголовным). В таком случае требует правового обоснования содержание прав и обязанностей субъектов правоотношений при изобретении, производстве и передачи искусственного интеллекта, а также его продуктов.

Статья 34 Конституции России гласит, что каждый вправе использовать свои способности и имущество для предпринимательской и иной не запрещенной законом деятельности. А ст. 43 содержит право на свободу научного творчества. Вместе они закрепляют возможность создания искусственно интеллекта и его использования в целях извлечения прибыли. Здесь он также подлежит рассмотрению в качестве объекта интеллектуальной собственности, использование которого регулируется нормами гражданского права.

В то же время статьи российской Конституции, посвященные социальным правам человека, таким как право на социальное обеспечение (ст. 39), на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 41), на образование (ст. 43), применимы к искусственному интеллекту, анализируя его как средство реализации данных прав человека. Представляется, что в последующем право на него будет рассматриваться в качестве одного из правомочий конституционных прав и свобод человека.

Основной принцип, содержащийся в Основном Законе Российской Федерации, как и принцип международного права – это признание, соблюдение и защита государством прав и свобод человека (ст. 2). Это основополагающее начало всех правоотношений, в том числе тех, объектом которых является искусственный интеллект.

В настоящее время в России отсутствует законодательная база, посвященная исследуемому вопросу, возникающие правоотношения регулируются правовыми нормами по аналогии. Однако стремительное развитие новых технологий, требует разработки и принятия отдельного закона, в том числе в целях защиты прав и свобод человека. Знание «правил игры» в том числе позволит повысить инвестиционные вложения в научные исследования искусственного интеллекта.

В условия законодательного пробела Президент как гарант прав и свобод человека, определяющий основные направления внешней и внутренней политики, вправе издать указ. Это подтверждает Конституционный Суд РФ, указав в одном из своих Постановлений, что в случае пробела в законодательстве, Президент РФ вправе издать индивидуальный акт, который будет действовать до принятия законодательного[40].

Начало восполнения законодательного пробела было положено Указом Президента РФ от 07.05.2018[41], которым определены основные приоритеты развития российского государства и общества. В их числе – цифровая экономика. Несмотря на то что в Указе не содержится понятия «искусственный интеллект», анализ задач, поставленных перед Правительством РФ в этой сфере, позволяет прийти к выводу, что речь идет, в том числе, о специализированном и комбинированном искусственном интеллекте, его развитии и внедрении во все сферы жизни, особенно в экономической. В данном случае объектом конституционно-правовых отношений будут являться цифровые технологии и платформы. Во исполнение Указа Правительством РФ была разработана Программа «Цифровая экономика Российской Федерации»[42], которая в 2019 году была отменена в связи с утверждением Президентом России Стратегии развития искусственного интеллекта в России до 2030 года[43]. Однако именно в этой Программе впервые были употреблены понятия «искусственный интеллект» и «нейротехнологии» в качестве сквозных цифровых технологий.

В новой Стратегии впервые в российском праве дано понятие «искусственного интеллекта», как представляющему собой «комплекс технологических решений, позволяющий имитировать когнитивные функции человека (включая самообучение и поиск решений без заранее заданного алгоритма) и получать при выполнении конкретных задач результаты, сопоставимые, как минимум, с результатами интеллектуальной деятельности человека. Комплекс технологических решений включает в себя информационно-коммуникационную инфраструктуру, программное обеспечение (в том числе, в котором используются методы машинного обучения), процессы и сервисы по обработке данных и поиску решений)». А его технологиями признаны: компьютерное зрение, обработка естественно языка, распознавание и синтез речи, интеллектуальная поддержка принятия решений. Из определения следует, что искусственный интеллект в настоящее время понимается довольно узко и связан в основном с компьютерными технологиями. Это вполне оправданно, поскольку такие виды интеллекта, как общей и суперинтеллект еще не созданы человеком. При условии их возникновения появится необходимость пересмотра всего российского законодательства, поскольку в этом случае они перейдут из объекта в субъект конституционно-правовых отношений. Как отмечают некоторые исследователи, в Стратегии сделан акцент на когнитивной составляющей искусственного интеллекта[44]. Основными направлениями использования технологий искусственного интеллекта обозначены – экономика и социальная сфера.

Особое внимание в Стратегии уделено принципам развития и использования искусственного интеллекта в России, к которым отнесены: защита прав и свобод человека; безопасность граждан и юридических лиц; прозрачность; технологический суверенитет страны; целостность инновационного цикла; разумная бережливость; поддержка конкуренции. Все эти принципы вытекают из принципов российского конституционного строя, содержащихся в первой главе Конституции Российской Федерации, к которым относятся: приоритет прав и свобод человека; государственный суверенитет; социальное государство; единство экономического пространства. Кроме того, многие из них схожи с принципами, содержащимися в Резолюции Европарламента от 16.02.2017.

В Стратегии отдельное место отведено созданию комплексной системы регулирования общественных отношений, возникающих в связи с развитием и внедрением технологий искусственного интеллекта. Поскольку Конституция Российской Федерации является ядром правовой системы и имеет высшую юридическую силу, правовое регулирование общественных отношений, связанных с искусственным интеллектом, должно основываться на тех принципах, которые в ней содержатся. Именно Конституция была принята российским народом на референдуме, она имеет демократическую сущность и содержит основные национальные интересы. Следовательно, народ или его представители должны определять и способы создания и использования искусственного интеллекта с учетом его национальных интересов. В данном случае искусственный интеллект может рассматриваться лишь как благо материального или нематериального мира, по поводу которого субъекты вступают в них. Определяющим словом здесь должно выступать «благо». То есть технологии искусственного интеллекта должны повышать качество жизни человека. Придавая ему статус субъекта, общество рискует оказаться в другой реальности, требующей принятия новой Конституции с учетом интересов, прав и обязанностей искусственного интеллекта.