Проект Р.А.С.С.В.Е.Т. Поход в Рай

Проект Р.А.С.С.В.Е.Т.

Поход в рай

Айдин Г.М.

Проект Р.А.С.С.В.Е.Т. Поход в Рай это постапокалиптический роман, повествующий о путешествии из родного маленького провинциального городка в Карелии в засекреченный город, построенный в Сибири на случай начала Третьей Мировой войны. Главная героиня по имени Арина Вяйся должна будет вместе с отрядом пройти этот невероятно тяжелый путь. Путь через города, разрушенные ядерными и биологическими боеголовками, через леса, наполненные толпами мутировавших от Симбиота-0 растениями и животными.

Так отправимся же в это невероятно увлекательное путешествие в 2052 год. В то время, когда со дня Войны прошло уже 25 лет.

«Все умершие живут в нас самих.

Мы несём в себе их частички.

В телах, в крови, в памяти» - Дмитрий Веригин, 2052 год.

Оглавление

Глава I Лахденпохья

Глава II Небелые ночи

Глава III Тупиковая ветвь

Глава IV Приозерск

Глава V Священный физик

Глава VI Питер

Глава VII В утробе Невика

Глава VIII Техноложка

Глава IX Путь в Москву

Глава X Город Мёртвых

Глава XI Горят Кремлёвские звезды

Глава XII Аид Московского метро

Глава XIII Концлагерь

Глава XIV Поклоннический поезд

Глава XV Татарское иго

Глава XVI Уши — наше всë

Глава XVII Путь на Север

Глава XVIII Погранзастава

Глава XIX Р.А.С.С.В.Е.Т.

Глава XХ Тайна Вяйся

Подписывайтесь на официальное сообщество Проект Р.А.С.С.В.Е.Т. в социальной сети ВКонтакте.

В этой группе вы найдете множество интересных новосте, постов о сущетсвах, роликов, мемов и анонсов. Будем рады видеть вас на просторах мира Проект Р.А.С.С.В.Е.Т.

Глава

I

Лахденпохья

Лахденпохья. Маленький городок, затерянный среди лесов и скал Республики Карелия. Вернее того, что от нее осталось. Третья Мировая установила свои правила жизни почти во всех уголках Мира. Безусловно, не каждое поселение, да даже не каждый город был подвергнут ударам ядерного, химического и бактериологического оружия. Хотя вряд ли сейчас может кто-то сказать, что было бы лучше этому Миру — быть разрушенным под основание ядерными ракетами или всë же жить под открытым небом, но бок о бок с новыми обитателями планеты Земля, которых породили жуткие экспериментальные химические и бактериологические боеголовки.

Так вот Лахденпохья один из таких мелких городов, которых не затронула радиация, но затронули существа, появившиеся в результате мутаций после применения Симбиота-0, созданного где-то на Западе. Но это всë лирика и лишь страшилки, которые знает любой ребенок, живущий в любом другом обитаемым людьми городе. Ходят даже слухи, что в мире водятся твари похлеще чем те, которые в Карелии обитают, но, как известно, подтверждений тому нет.

На дворе была темная, непроглядная ночь, будто бы кто-то, потянув за рычаг, разом отключил свет даже далёких звёзд, чего уж о Луне говорить. На асфальтированной дороге, которая когда-то была ответвлением от высокоскоростной трассы “Сортавала”, что шла на север, находился импровизированный блокпост. По направлению к трассе были возведены небольшие укрепления из мешков с песком, а за баррикадами, возле тихо потрескивающего костра, сидело четыре человека. Они молчали, не отводя взгляда от пламени пожирающего сухие поленья ели.

— Я всë удивляюсь, – разорвал тишину тихий мужской бас. – Ты ж дочка начальника заставы, чего ж он тебя не отмажет, чтобы ты не ходила в дозоры?

— Пытался, - прошептала в ответ девушка и тут же перевела взгляд на костер, который располагался уже в глубине самой Лахденпохьи. – Да вот не получилось у него меня убедить, чтобы я в дозоры не ходила.

— Так конечно играла то явно не с куклами, – хмыкнул другой, пожилой мужчина, – а с рожками и автоматами.

— Тут вы правы, Игорь Андреевич, – согласилась девушка.

— Ох, Арина-Арина, – вдруг вздохнул Игорь Андреевич. – Еще явно тебе принесёт сюрпризов твоя военная житуха.

— Да ладно вам причитать, – обиженно произнесла девушка. – Вы лучше расскажите о том, как оно было тогда, до Войны.

— Да я ж сто раз рассказывал, – поежился мужичок и резко замолчал. Продержав тишину где-то с минуту-полторы, Игорь Андреевич вновь заговорил. – Про что вам рассказать?

— А давайте о Мурманске? – сказал один из мужчин, – вы же там, вроде как, бывали.

— Конечно, бывал, – прошептал Игорь Андреевич, – тогда уговор, про Мурманск.

— Тихо! – вскочила с места Арина и начала вслушиваться в звуки окружающего их леса.

Стена из елей и сосен мрачно возвышалась над сидящими у костра людьми. Девушка крутила головой и всматривалась во тьму леса, который без освещения луны был похож на чёрную дыру, которая поглощает пространство вокруг себя. Будь он живым, лес тотчас бы уже проглотил этих мелких людишек и не подавился. Но всë было мирно и тихо, только костёр слегка потрескивал.

— Терпеть не могу с тобой дежурить, Арина, – прыснул всë это время молчавший мужчина средних лет.

— Почему? – резко, словно лисица, обернулась девушка.

— Да потому что, – раздраженно ответил тот, – ты вечно так вскочишь, слава богу, если в лес не побежишь. Хотя было пару раз. А мне потом отвечать перед твоим Дядей.

— Слушай, Антон, – вдруг начала Арина, нотками обиды в своем голосе, – я по-твоему маленькая? Мне 5 лет или сколько? Я сама могу за себя постоять, я воспитывалась в духе военных, а ты со мной как с маленькой девочкой.

— Не нравится, говори с дядей, – отрезал Антон. – Я не только за тебя ответственность несу, но и за каждого на этом посту. Любого, если тут убьёт спящий, или хрипокрыл унесет к себе в гнездо, я буду отвечать перед Матвеем своей башкой! А с тобой он мне не просто ее отвинтит, а четвертует, воскресит и снова четвертует. Так что я тебя прошу, не надо лишний раз меня подставлять.

— Ладно, я вас поняла, – плюхнулась на бревно Арина, и её серый взгляд упал на поедаемые огнём деревяшки.

Следующий, до смены караула, час все четыре человека сидели, молча, каждый думал о чем-то своем. Это спокойствие продолжалось до тех пор, пока на дороге со стороны города не появились четыре фигуры и не раздался радостный вопль.

— Э-ге-гей! Кто-кто на заставе живёт?! А?!

— Да сегодня же Антон дежурит! – вдруг раздались крики второго идущего на заставу человека.

— Так кто-кто на заставе живёт-то сегодня?! – снова радостными криками залилась округа.

— А потише нельзя? - спросил Антон, когда сменщики подошли к заставе.

— Антон, ну не зуди, – обратился к нему седой мужичок, у которого на щеке был глубокий шрам, – так у тебя молчание такое, словно вашего поста нет в живых.

— Сплюнь, Саш, – похлопал своего старого знакомого Антон. – Не хватало, чтобы и вправду в живых не было. Начальство из-под земли достанет и прибьет повторно, если Арина умрёт.

— А так вы с Ариной сегодня дежурите! – улыбнулся седой.

— Да, я тут, – отозвалась девушка. – Здрасьте, дядя Саша.

– Тебя дочка моя искала, – сказал ей седой мужчина. – Ну понятно дело, что с утра к ней забежишь. Если что она будет дома, у неё завтра выходной.

— Поняла, дядь Саш, – кивнула Арина и стала собирать свои вещи, принесенные на заставу.

Группа Антона вышла с блокпоста и отправилась в город. Лахденпохья представляла собой маленький городок, располагающийся на берегу Ладожского озера. Раньше в нем жило почти шесть тысяч человек, но на момент 2052 года в нём осталось всего около четырёх сотен человек. Большая часть домов в Лахденпохье была заброшена, многоэтажки, которых на всë поселение можно было пересчитать по пальцам, были практически необитаемы. Только в трех квартирах, в разных брежневках жило две семьи. Заброшенный фанерный завод, стоящий рядом с центральной площадь, был приспособлен для обработки рыбы и последующей её продажи ближайшим другим поселениям, коих оставалось куда меньше чем раньше. Ещё года два назад у Лахденпохьи дела шли прекрасно: торговля с крупнейшими поселениями, был крупный товарообмен, Лахденпохья поставляла Сортавале рыбу и местный хвойный чай, а Сортавала отправляла обратно куртки, берцы, с небольшой периодичностью новое оружие, патроны и другую технику. Бывший районный центр в принципе специализировался на технике, поэтому продукты приходилось покупать у дружественных соседей.

Так Лахденпохья и жила, постоянно торгуя с дружественной Сортавалой, но союз между городами рухнул полгода назад. В районном центре сменилось правительство и вместо экономически грамотного мэра, пришел бывший военный, который не умел так хорошо считать деньги. Это привело к тому, что Сортавала на правах самого большого города решила подчинить себе все близлежащие территории под свою власть. Власти Лахденпохьи не пошли навстречу, так как вполне могли и сами жить спокойно. Многие поселения последовали примеру города и не стали подчиняться Сортавале, из-за чего возник конфликт двух крупнейших центров выжившей Карелии. Откровенной войны не велось, но мелкое хулиганство процветало: то сортавальцы напишут на Горе Филина “Ермаков козёл”, то жители Лахденпохьи ответят им их же языком. Караваны перестали ходить, были выставлены серьёзные кордоны, тщательно фильтрующие всех входящих и выходящих. Всë это противостояние дошло до того, что даже старые добрые друзья, пережившие Войну, могли перегрызть друг дружке глотки только из-за спора, какой город лучше.

Безусловно, в Лахденпохье были люди, которые по-прежнему имели доступ к территории Сортавалы, а некоторые из них даже торговали, причем полностью легально.

Тем временем Арина добралась до своего дома, в котором жили ее ближайшие родственники — тётя Клава и дядя Матвей. Родители девушки погибли. Отец был убить спящими, которые напали на Ихалу, соседний поселок, а мать умерла уже позже, но причиной были все те же спящие, вирусом которых и заразилась мать в ту же злополучную ночь.

Арина же выжила чудом в этом аду, в котором смешались пули, кровь, вирус и прокаженные тела спящих. Мать Арины, вынесла свою дочь в Лахденпохью, где жил её брат, начальник заставы города Матвей Васильевич Стрелецкий. С того момента девочка жила и воспитывалась дядей Матвеем и тётей Клавой, которая приходилась ему женой.

Клавдия Прокофьевна Стрелецкая была фельдшером в местной поликлинике, поэтому прекрасно разбиралась в лечебных травах и ягодах. Она развивала в Арине чувство прекрасного и воспитывала в ней хрупкую и нежную девушку. Однако на неё влиял и дядя Матвей, поэтому вместо кукол были только автоматы Калашникова и пистолеты Макарова. Благодаря общей воинской подготовки, Арина стала второй девушкой, которая ходит дежурить на посты. Получился симбиоз нежности и суровости, в сочетании с невероятной красотой.

— Ярина? Это ты вернулась? – спросила тётя Клава.

— Да, теть Клава, – ответила Арина и повесила свой автомат на старую вешалку. Девушка подошла к своей приемной матери и обняла её. – Всë хорошо.

— Давай, Ярина, беги спи, устала небось, – улыбнулась женщина, – а я буду ждать Матвея, он на дальний пост поехал, к Горе Филина.

Арина поднялась к себе и легла на свою раскладушку. Неизвестно сколько бы она так лежала, но в комнату зашёл старый мужчина. Лица не было видно из-за темноты, но одежду гостя Арина смогла разглядеть. На неизвестном был надет белый медицинский халат, а на ногах красовались кирзовые сапоги. Он что-то шептал, когда девушка вслушалась в слова и не поняла, о чем говорит этот странный человек: “Интересный она человек. Рыжая, ярко-рыжая… удивительная девушка, с такими данными. Забавно то, что её ждёт? Смерть? Или вечная жизнь?..”

Вдруг раздался визг огромного хрипокрыла и Арина проснулась на посту. Девушка встала и осмотрелась. Она была одна, совершенно одна и даже костёр не трещал, как раньше. Вокруг абсолютная темнота. Арина прошла несколько метров в сторону города, но тут же остановилась. Где все? Куда делся весь отряд Антона? Из леса послышался шелест ветвей. Девушка развернулась к источнику шума. В этот момент на Арину вышла целая толпа спящих, которые, завидев девушку, ринулись на неё и повалили на землю.

В этот момент в комнату зашёл дядя Матвей и своём громогласным голосом произнёс:

— Вставай, Арина, труба зовёт! Хватит хорька давить!

— Дядя Матвей… – проснулась девушка. – Какая ещё труба? Что делать то надо?..

— Во-первых, тебя уже ждет Кира, – ответил начальник заставы. – А во-вторых, Арина, тебе сегодня со мной на дальние рубежи на шхерах плыть под вечер. Так что готовься.

— Сэр, да сэр, – приставила к голове руку Арина.

— И приведи себя в порядок, ты ж всë таки девушка видная, – подмигнул Матвей и вышел из комнаты Арины.

Быстро переодевшись, девушка выскочила из дома начальника заставы и побежала в сторону дома своей лучшей подруги Киры, который располагался на возвышенности за целлюлозным комбинатом.

Черноволосая стройная девушка уже стояла и ждала Арину.

— Почему так долго? – возмущенно сказала Кира. – Не на свидание же с женихом?

— Я ночью на посту была, – пыталась оправдаться Арина.

— Знаю я тебя, – хихикнула девушка и завела разговор о своей личной жизни.

Арина не любила слушать эти сплетни. Девушка всю жизнь была без второй половинки и её это устраивало. Для Арины было очень интересно слушать про природу, про старый мир.

— Арина, ты вообще слушаешь? – внезапно спросила Кира.

— Так, что еще раз про Володю? – направила в нужное русло разговор Арина и продолжила думать о своём.

Кира, в отличие от Арины, была уроженка Мийналы, мелкой деревушки, располагающейся севернее Лахденпохьи. Черноволосая красавица была любительницей сплетничать о своих знакомых, как и подобает многим девушкам, особенно такого весьма общительного плана. С Кирой Арина познакомилась еще в школе Лахденпохьи, с тех пор они были верными подругами, хотя и весьма разными по своему характеру. Дойдя до центральной площади, где раньше располагался ресторан, Кира остановилась и заявила:

— Короче, Арина, мне Витя предложение сделал.

— Какой Витя? – спросила Арина. – Я не поняла, какой именно Витя?

— Витя Черный, – с досадой объясняла Кира, – ну, который торговец с Сортавалы.

— Что? – вырвался вопрос у Арины. Девушке стало как-то не по себе. Предложение, сделанное торговцем из Сортавалы, могло разрушить их дружбу с Кирой. Она понимала, если отговорить подругу лишить её счастья в жизни. Арине же этого очень не хотелось. Тётя Клава учила, что дружбу сломать сложно, особенно настоящую. Поэтому оставалось лишь надеяться, что Кира не забудет свою старую школьную подругу.

— В общем, ладненько, Вяйся, я побежала, – обняла свою подругу и, помолчав минуту, добавила. – Арин, я тебе с Сортавалы попрошу привезти новые черные перчатки, мне Витя шепнул, что они какой-то склад нашли.

— Спасибо, Кира, – с тоской кивнула Арина и поплелась к воинской части.

Её уже ждал Матвей. Он стоял у ворот дома, принадлежащего военным, и разговаривал с каким-то солдатом, одетым в штурмовой бронежилет. Стрелецкий что-то разгоряченно и громко объяснял воину, когда Арина подошла ближе смогла расслышать тему разговора, однако заметив её, Матвей тут же прекратил разговор.

Слова дяди заинтересовали девушку, но спрашивать о том, что она подслушала было неловко. Речь шла о Сортавале, в которой собирается военный отряд. Что это могло судить Лахденпохье? В общем, ничего хорошего, так как присоединить к себе несогласных можно и силой, но сколько там людей в отряде. По коже Арины пробежали мурашки и она выбросила эту мысль из головы. Знать сколько людей в таких отрядах очень не хотелось.

— Товарищ начальник заставы! – громко выдала девушка. – Рядовой Вяйся прибыла в расположение части!

— Не поясничай, – одернул Матвей девушку. – Евгений, принеси рядовому Вяйся снайперскую винтовку.

— Так куда плывем, дядя Матвей? – спросила Арина, когда солдат ушёл.

— По шхерам надо проплыть, посмотреть посты, а то с Сортавалой что-то не то. Нужно быть готовыми ко всему, – с каменным лицом заявил суровый начальник заставы, но потом смягчился и продолжил как-то по-отцовски – они конечно вряд ли нападут, не полезут напрямую. Не по зубам мы им, да? Аринка? С такими бойцами как ты, внимательными никто мимо не пройдет.

— Дядь, не преувеличивай, – улыбнулась девушка, – я стою не больше чем Антон или, например дядя Саша.

— Ладно, Арина, пока будем плыть ещё поговорить успеем, отправляйся к пристани и жди там, – сказал Матвей и протянул единственную на всю Лахденпохью снайперскую винтовку ВСС Винторез, которую в этот принёс Евгений.

— Так точно, товарищ начальник заставы! – весело проговорила Арина и отправилась в сторону пристани.

Лодочная станция города располагалась на окраине города, скорее даже за чертой. Там стояли моторные лодки, собранные со всех жителей, был пришвартован небольшой буксир. В паре сотен метров от лодочной станции находилась бывшая плавучая рыбная ферма, теперь же она была полузаброшена и практически не использовалась, хотя по-прежнему высшей мерой наказания в Лахденпохье была ссылка на этот плавучий домик рыбфермы.

Арина пошла по маленьким пирсам и стала слушать разговаривающих рыбаков. Стоял невероятный шум от одновременного разговора такого количества людей. Кто-то твердил, что рыба на нерест идет и сейчас ловить в больших количествах нельзя, кто-то о рыбах мутантах пискарях, а кто-то рассказывал легенду о каких-то тварях, которые с юго Ладоги плывут, жрут и заражают рыбу вирусом Симбиота-0.

Тут к девушке подошёл военный в пиксельном камуфляже.

— Здравия желаю такой симпатичной девушке, – заговорил солдат, – я так понимаю, это вы с начальством отправляетесь на разведку?

— Вообще да, но не в разведку, а на проверку постов на шхерах, – неуверенно возразила Арина, уже думая, что дядя Матвей ей не договорил об их миссии.

— Арина! – раздался за спиной голос Матвея. – Отправляемся.

Девушка, словно лиса, юркнула в лодку и уселась на нос. Моторка зарычала и через 10 минут открылась гладь Ладоги, выход в большие воды. Вечно загадочное Ладожское озеро, где даже в спокойные, довоенные, времена топли лодки, пропадали люди. Природа Ладоги иногда не поддавалась логике, отходит группа рыбаков в большие воды, погода тихая, солнечная, ветер слабый, но пройдешь ещё несколько часов, и налетает такой ураган, который тут же поднимает волну, переворачивает порывами лодки.

Из-за такого скверного характера озера, многие её отождествляли с женщиной. Соседними мелкими посёлками с Лахденпохьей были Сорола и Коккониэми, в них существовал культ Ладоги. Но если жители Коккониэми были абсолютно нормальными людьми, спокойно торгуя с Лахденпохьей своим мёдом и не показывая свою странноватую веру в озеро, то жители Соролы были настроены агрессивно против всех иноверцев и с Лахденпохьей не торговали. Безусловно, находились торгаши, умудрявшиеся найти общий язык и подкупить сектантов. Те, кто бывал в Сороле, возвращались в лёгком шоке, так как в этом поселении приносили в жертву коров, свиней и птиц, считающихся пищей врагов Ладоги, и это приводило к ужасному сладковатому трупному запаху по всей округе.

Лодка рычала, прорезая волны бурной в этот день Ладоги, на одном из островов была видна вышка. Под ней стояла болотного цвета палатка, у которой горел костер. Матвей заглушил мотор и медленно причалил к острову. К ним подошёл крепкий невысокий мужичок в маскхалате и что-то начал докладывать о наблюдениях. Арина толком не слышала разговора дяди и пограничника, именно так называли людей, служивших на островах. По выражению лица начальника заставы девушка поняла одно — творится что-то явно неладное.

— Дядя Матвей, что у них там? – спросила Арина, когда лодка отошла от берега и отправилась на южный пост.

— Тут заметили пару дней назад, что к Коккониэми прибыл катер под неизвестными знаками, – сказал Стрелецкий. – Если я прав, то это были сортавальцы. Они давно что-то затевают.

Арина молчала и пыталась вспомнить, что еще сделали их соседи.

— Они собирали какие-то боевые отряды, но по самому городу ходит слушок, что они собираются отправить их на север, в Петрозаводск, – продолжал начальник заставы, – но я не верю этим слухам. Слишком много признаков, что они собираются что-то сотворить и скорее всего с нами.

— Хочешь сказать, они нападут на Лахденпохью? – спросила Арина. – А им это надо? Если они попытаются взять силой город всë приведет к их потерям. Но есть нюанс, в Лахденпохью им лезть бесполезно у нас больше вооружения.

— Дело не в количестве оружия, – прервал Матвей Арину, – дело в количестве солдат, хороших солдат. Это ты у нас юркая, незаметная и прекрасно умеешь воевать, но не все такие.

— Верно… –вздохнула Арина. – Так и что у нас получается?

— Зная количество людей в Лахденпохье и количество вооружения, – подумав пару минут, заговорил вновь Стрелецкий, – это сильно потреплет и нервы, и силы Сортавалы. Несогласных с их режимом много, поэтому к нам подключиться ещё несколько посёлков. Так что наша задача в ближайшие пару недель договориться о взаимной поддержки с Мийналой и Реусколой, может ещё кого-нибудь уговорим. Но выбора у нас, Арина, нет… Только стоять насмерть.

— Невеселая история, Дядя Матвей, – заключила Арина.

Дальше они плыли молча, практически не переговариваясь. Катер подошел к берегу другого острова. К лодке вышло двое. Оба было снаряжены в лёгкие бронежилеты, в самодельные маскировочные плащи, а за их спинами висели два укороченных, в состоянии новых автомата Калашникова.

Пограничники проводили прибывших с Лахденпохьи гостей в палатку под самодельной вышкой. Палатка была обустроена небогато, но прелести в ней тоже были. Небольшой керосиновый фонарь освещал стол, на котором стояло две металлические чашки, посредине лежала тарелка с серым хлебом, а в углу стояла старая гитара.

— Здравия желаю, товарищ начальник заставы! – поприветствовал пограничник, – Разрешите доложить.

— Вольно, докладывай, Григорий, – разрешил Матвей.

— Были обнаружены неизвестные люди в Сороле. Камуфляж стандартный, вроде наш, – начал второй пограничник. – Никаких лодок и катеров. Не ваши?

— У нас в Сороле вроде нет никаких интересов, – влезла в разговор Арина.

— Тоже верно. Скорее всего не наши, - заключил Матвей. – Ладно, наблюдайте и быть всем наготове. Что-то явно намечается, не просто так какие-то военные прибыли в Соролу и Коккониэми.

— Понял вас, – кивнул Григорий.

Матвей и Арина вернулись в лодку и отправились назад в город. На Лахнепохью опускался вечер, но не темнело, так как в это время начинались белые ночи. В небе пронеслась огромная птица.

— Арина! – крикнул Матвей. – Воздух! Хрипокрыл!

Девушка тут же кинулась и схватила свою снайперскую винтовку, чуть не уронив его в темную воду Ладоги. Однако огнестрел не понадобился, хищная гигантская птица описала круг над лодкой, а потом камнем упала в воду, создав нехилый всплеск. Через мгновение хрипокрыл снова взмыл вверх, держа в когтистых костлявых лапах не менее крупную рыбину, похожую на помесь пескаря и огромного сома.

— Миновал, хрипокрыл… – выдохнул Стрелецкий, а потом, сплюнув, выругался. – Вот накидали этих бомб с Серой Немочью… Устроили ассорти!

— Симбиот-0… – смотрела Арина на летящего над лесом мутировавшего ворона, который нес свою добычу над лесом.

— Натворили делов двадцать лет назад, а нам теперь разгребать за них… – раздраженно прошипел Матвей, – вечно так. Хотим как лучше, а получается как всегда, по известному месту. Случайности уничтожила весь мир. Скажи кому-нибудь раньше не поверили бы.

— Дядя Матвей, а расскажи, как было тогда? Тебе же 21 было? – спросила Арина.

— Хорошо тогда было, хотя тоже так себе… – уже спокойнее заговорил Стрелецкий, – того не было, те закрылись, эти открылись. Но было приятнее, чем сейчас. Хлеба много разного, колбаса, сыров на все вкусы, молоко и снежок из Олонца…

— Снежок? Это который зимой идет? – удивленно спросила Арина.

— Напиток такой был, если проще то сладкий кефир. Ещё куча лимонадов было. Кола была, машины везде ездили. Я тогда в Петрозаводске был, учился там в вузе. Шум гам, людей столько… Сейчас не то. Не нужно было думать, что надо делать через 2 месяца, – с тоской посмотрел на закатное небо Матвей. – А теперь всë погубили. Родители мои погибли тогда… А мы с сестрой, мамой твоей, поехали сюда отдохнуть к корешу, Славка Петруй, был такой… давно уже погиб. Вот эта поездка нас и спасла, Петрозаводск обстреляли вот мы с мамой твоей и остались здесь. Теперь из родных только Клавушка, да ты, Арина.