Наследие Зултан

© Айлин, 2025

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Все начинается с обмана.

Точнее, с идеально отполированного до блеска фасада, который мы называем своей жизнией. Моим фасадом были стены дубового кабинета в небоскребе из стекла и стали, вид на ночной мегаполис и ощущение, что весь этот городской пейзаж – моя личная шахматная доска. Я была Виолетта Васильевна, успешная, состоявшаяся женщина. Хорошая работа, любящий муж, финансовая независимость. Мы с Андреем строили эту жизнь шестнадцать лет, и мне казалось, что я знаю каждый ее кирпичик.

Я ошибалась.

Фасады имеют неприятную привычку рушиться в одно мгновение. Иногда для этого достаточно одного слова, произнесенного утром, пока ты пытаешься вывести ровные стрелки подводкой для глаз.

«Я подаю на развод».

Мир не раскалывается на части со звуком трескающейся земли. Он замирает. Звук выстрела, и жизнь застывает кадром из плохого фильма. Ты стоишь, сжимая в руке тюбик с тушью, и тупо улыбаешься, потому что мозг отказывается обрабатывать информацию. Это шутка. Неудачная, дурацкая, утренняя шутка.

Но это не шутка. Это приговор. Произнесенный человеком, с которым ты делила постель, планы и мечты. Человеком, который смотрит на тебя чужими глазами и говорит, что хочет детей, но не от тебя. Что ты «не годишься на эту роль». Что все эти годы были эгоистичным маршем под названием «Виолеттины хотелки».

И вот ты уже не успешная бизнес-леди. Ты – брошенная жена тридцати шести лет, стоящая на пороге своего дома, который внезапно перестал быть твоим. В ушах звенит тишина, а в груди – ледяная пустота.

Я думала, что это дно. Абсолютное, окончательное дно, с которого можно оттолкнуться только вверх или навсегда остаться в нем.

Я снова ошиблась.

Дно – это не предательство мужа. Дно – это когда спустя несколько часов, в своем шикарном офисе, ты открываешь пыльную коробку с древними книгами, от которых исходит запах времени, пыли и чего-то еще… чего-то нездешнего. Дно – это когда представитель твоего самого важного заказчика, ведомый простым человеческим любопытством, читает вслух строчку из такой книги, написанную золотыми, стирающимися буквами.

За этой рамкой целый мир,

Ты только постучись.

Скажи – мой род меня зовет

И сможешь ты войти.

Дно – это когда воздух в кабинете вдруг становится густым, как мед, и начинает звене́ть. Когда пространство перед тобой рассекается на куски, как разбитое зеркало, и ты видишь, как рука твоего коллеги исчезает в одной из этих трещин. Когда тебя, вместе с кричащими от ужаса мужчинами в деловых костюмах, затягивает в световую воронку, из которой нет возврата.

Падение с тридцать шестого этажа – это быстро. Падение сквозь миры – это вечность.

А когда падение заканчивается, ты понимаешь самую главную ложь. Не ту, что тебе сказал муж. А ту, что ты говорила себе сама.

Ты думала, что твоя жизнь – это карьера, квартира, муж. А на самом деле все это было лишь тонкой, хрупкой ширмой, скрывающей твое настоящее лицо. Твое настоящее имя. И твое настоящее наследие.

Меня зовут Виолетта Зултан. Я – дочь беглой колдуньи и тирана из рода магов-архитекторов. Я – последняя надежда древнего рода и живое оружие в войне, о которой не подозревала. Они украли у меня всю жизнь, подменив ее красивой, пустой оберткой.

Но они совершили одну ошибку. Они вернули меня домой.

И теперь я научу их сожалеть об этом.

Глава 1. Разрушенный мир

– Марина, кофе неси, срочно! – прокричала Виолетта своей секретарше и в отчаянии швырнула ручку.

Она смотрела, как та упала и покатилась по дорогому паркету аккурат к двери в кабинет. Пришлось встать и идти её поднимать. «Не хватало ещё, чтобы Марина поскользнулась и упала. Она мне сейчас нужна как никогда», – промелькнуло у неё в голове.

Сегодня жизнь Виолетты перевернулась с ног на голову. Она думала, что всё у неё прекрасно: хорошая работа, любящий и успешный муж, финансовая стабильность. Детей, правда, ещё не было, она всё откладывала этот вопрос в долгий ящик. Сначала муж был этому только рад: успели купить квартиру, построить дом, объехать полмира. Жизнь для себя и своего развития доставляла ей удовольствие. А сегодня она узнала, что для него это было не так.

– Виолетта, сядь, надо поговорить, – обратился к ней Андрей.

– Ой, давай не сейчас, мне уже пора бежать, и так задержалась с этим макияжем. Будь он не ладен! Не выходит сегодня никак нормально стрелки сделать, – ответила она ему и уже почти дошла до двери квартиры.

– Я подаю на развод! – сказал ей в спину Андрей.

– Шутки у тебя с утра второсортные какие-то! Не выспался? – раздражённо ответила она на его заявление и стала ждать опровержения.

Это просто не могло быть правдой! Они вместе с универа, уже почти шестнадцать лет, не ругались, всё у них есть. Какой ещё развод?

– Виолетта, ты отлично слышала, что я сказал. Я не шучу и вполне выспался! Остановись хоть раз ради меня и осознай, что нашей семьи больше нет! И уже давно! – его слова звучали с нотками металла в голосе, аж мурашки по коже побежали.

Виолетта стояла и тупо улыбалась, пытаясь держать лицо и не разрыдаться, а в голове в это время был целый взрыв мыслей: «Что он такое говорит? Почему он так решил? Наверно, надо было тогда родить, а не делать аборт. Ну, я ещё могу стать мамой, мне ведь всего тридцать шесть». Она подошла к Андрею вплотную и, насколько это было возможно, спокойно сказала:

– Если хочешь детей, так и скажи – давай родим! Зачем же сразу так жестоко, разводом угрожать?

– Виолетта, ты права, я хочу детей и давно. Но ты не учла, что хочу их не от тебя! Ты совершенно на эту роль не годишься. Мама должна забыть о себе и заботиться о ребенке. Ты точно на это не способна. Все годы нашей жизни можно обозначить одной фразой «Виолеттины хотелки». Прими это и спокойно подпиши, – ответил ей Андрей и протянул папку, в которой было несколько документов.

Её растерянность стала переходить в злобу. Она швырнула папку на пол и заорала на него:

– У тебя есть другая? В этом дело? От неё хочешь детей? Так и скажи, что изменяешь мне! Не надо всё валить на меня!

Андрей молча встал и вышел из квартиры. Даже не обернулся на неё. Было ощущение нереальности происходящего. Виолетта ловила воздух ртом, не в состоянии успокоиться. «Как это? Он меня бросил? Что же дальше?» – мысли одна за другой атаковали её воспалённый мозг.

Вывел её из этого ступора телефонный звонок. Водитель нервничал, почему она до сих пор не соизволила спуститься, ведь давно пора выезжать на работу.

Она что-то невнятное пробормотала ему в трубку и поспешила на выход. Всю дорогу нервничала так, что бедному водителю досталось по полной. Проблема была у неё, а вылила она всё на него. Он молчал и, предполагала Виолетта, предавал её мысленно анафеме.

Настроение у неё было ни к чёрту, а тут, как назло, на носу важное совещание. Надо было выложиться на все сто, не зря же она столько месяцев впахивала на этот проект. Вся надежда была на ароматную чашечку кофе, которая всегда могла её приободрить и настроить на нужный лад мозги.

Она начинала злиться, до совещания меньше получаса, а Марина всё не несёт кофе. «Что там случилось-то? Где она застряла?» – думала она, изрядно нервничая.

– Марина, где тебя носит? – прорычала она, открыв дверь кабинета.

– Сейчас, Виолетта Васильевна, меня вот отвлекли, вам прислали что-то, – растерянно ответила Марина, указывая на несколько запылённых коробок.

– Это ещё что такое? Кто прислал? – раздражённо поинтересовалась Виолетта.

– Не знаю, курьер назвал ваше имя, попросил расписаться о получении, оставил и ушёл, – ответила Марина.

– Ладно, разберусь, мне очень нужен кофе, Мариночка, займись, пожалуйста, им, – попросила она Марину, а сама подошла поближе к посылке.

На вид коробки были настолько ветхими, что было удивительно, как их вообще смогли донести сюда в целости. Казалось, стоит их тронуть, как всё рассыплется. Коробки были не запечатанными, так что её любопытство взяло верх, и она полезла внутрь посмотреть, что же там такое.

В первой коробке оказались старинные книги, обложки были из натуральной кожи с надписями из золотых букв. Правда, она такого языка не знала, чтобы понять, что написано, да и буквы местами были сильно потёртые, не разобрать. Внутри книг всё было на русском языке, точнее на старорусском, но понять в целом можно было. Видно было, что книгами активно пользовались, не было ни одной странички без записей и пометок, сделанных от руки красивым почерком.

Она попыталась вникнуть и ничего сходу не поняла. В это время Марина уже принесла кофе, и Виолетта сразу же отвлеклась.

– Мариночка, положи коробки куда-нибудь с глаз подальше, чтобы они народ своим обшарпанным видом не пугали, потом посмотрю внимательнее, что это, – попросила она Марину и ушла в кабинет просматривать материалы к совещанию.

Кофе сделал своё дело, она немного ожила и смогла поучаствовать в совещании в более-менее адекватном состоянии.

Но после неё снова стало накрывать, она готова была разрыдаться от негодования, что в её жизни всё начало рушиться.

«Как он может со мной так поступать? Сволочь, изменник, наверняка просто за другой бабой волочится, вот и заговорил о разводе! Я этого так не оставлю!» – вела она яростную внутреннюю беседу и никак не могла успокоиться.

В этот день больше работа у неё не складывалась, и она решила уйти пораньше. Захотелось срочно повидаться с Андреем и обсудить всё происшедшее. К тому же Андрей не стал возражать, только предложил встретиться не дома, а в ресторане.

На выходе из офиса её остановил странноватый на вид мужчина. Вроде одет был прилично: костюм-тройка, белая рубашка, туфли по моде, но причёска – будто он из прошлого столетия – длинные волосы с бакенбардами.

– Виолетта Васильевна, – обратился он к ней басом, от которого она вздрогнула.

– Да, это я. А вы кто? – ответила она и отступила на шаг, почему-то он её пугал.

– Мне велели вам передать это письмо. Тут подробно написано, кто и зачем вам прислал сегодня посылку. Хорошего дня, – сказал мужчина, сунул ей конверт с письмом, развернулся и направился к дорогому авто наглухо затонированному.

Она в недоумении наблюдала, как он уезжал, и подумала: «Что за день такой бредовый у меня? Второй раз мне конверты с документами суют в руки, толком ничего не объяснив!»

Её мысли были заняты Андреем и предстоящим разговором, поэтому она бросила этот конверт на заднее сиденье авто и велела водителю отвезти её в ресторан.

Андрей выбрал уютный ресторан, в который они с ним в начале их отношений любили ходить.

Он уже ждал её за столиком у окна. Андрей задумчиво разглядывал улицу, не было понятно, на что конкретно он смотрит, казалось, он смотрит в никуда.

– Почему ресторан? – задала она вопрос, чтобы отвлечь его от созерцания непонятно чего.

– Мне здесь комфортно, в отличие от нашего дома, где абсолютно всё сделано исключительно по твоему вкусу, – ответил Андрей.

Она никак не могла привыкнуть к новому, такому чужому Андрею. «Неужели я его до сих пор не понимала, не разглядела, какой он на самом деле», – подумала она. А сама села напротив него и пристально всматривалась в лицо своего пока ещё мужа.

– Андрей, почему же ты никогда не говорил мне этого раньше? Мы могли бы сделать так, как ты хочешь, – спросила она его, стараясь говорить спокойно, чтобы не раздувать конфликт.

– Виола, я говорил, ты просто кроме себя никогда и никого не слышишь, – так же спокойно ответил ей муж.

Он специально пытается вывести её из себя, назвал «Виолой», хотя прекрасно знает, как её это бесит. «Ну нет, я так просто не попадусь на провокацию», – подумала она.

– Сейчас я готова тебя выслушать и постараться понять. Согласись, мы вместе столько лет, что в один час перечёркивать всё – странное решение, – ответила она на его выпад в свой адрес.

– Виола, пойми, это решение я принял нелегко и точно не быстро. Я больше года встречаюсь с другой женщиной, скоро у нас родится ребёнок. Я долго метался, не знал, что делать. Сейчас я окончательно понял, что хочу быть с ними, а не с тобой. Я оставлю тебе всё, что захочешь из имущества. Прошу только не устраивать сцен и принять этот факт как уже свершившийся. Думаю, без меня тебе будет гораздо комфортнее по жизни, – сказал Андрей.

– Ах, вон оно как! Ладно! Мне надо подумать. Я дам знать, когда определюсь с решением. Да, ещё, будь добр, не появляйся больше в нашем доме, езжай к своей любовнице, – выцедила она сквозь зубы и встала, дав понять, что разговор окончен.

– Подвезти? – спросил Андрей.

У него было явно озадаченное выражение лица. Он, вероятно, ждал от неё чего-то другого. Может, думал, что она набросится с кулаками или закатит истерику. Не знала она… Но сейчас ей почему-то было его жалко, однако она сдержалась от проявления слабости в данный момент.

Она резко повернулась к нему спиной, глубоко вздохнула, чтобы не заплакать прямо при нём, и уверенным шагом направилась к выходу из ресторана.

Машину с водителем она отпустила, всё надеялась на примирение с Андреем. «Вот я дура… Не замечала, что он уже год с лишним путается с другой бабой. Да и как мне заметить-то? Я весь день на работе проводила, практически жила ею. Вот к чему это в итоге привело. «Всё, Виолетта, тебе тридцать шесть, ты одинокая разведёнка без детей. Просто прелестно! И что теперь делать, кто бы мне подсказал…» – мысли атаковали её, не давая сосредоточиться.

– Виолетта Васильевна, вы оставили это в служебной машине. Рекомендую вам быть ответственнее и не терять больше, – неожиданно обратился к ней мужчина с басом.

Он стоял слишком близко к ней и протягивал тот же конверт, что и у дверей офиса. У неё по коже мороз словно пробежал от его осуждающего взгляда. Не желая дольше с ним взаимодействовать, она поспешила забрать конверт из его рук и прошептала:

– Хорошо.

Он повернулся и быстрым шагом куда-то ушёл.

Она так и стояла, прижимая конверт к себе. Как он вообще её нашёл? Он что, следил за ней?

Она вызвала такси и поехала домой, теперь она там жила одна… Так непривычно!

Дома всё казалось чужим. Она села на диван в гостиной и стала вспоминать: вот электрический камин, который они установили после долгих споров, Андрей не хотел бутафорию, но она настояла; картина-абстракция на стене – тоже её решение, тёмный паркет – сколько было разговоров, но сделали по-моему. Андрей, видимо, прав. Она всё это время считала, что знает и видит лучше, чем он. Она доминировала и давила, а он не особо сопротивлялся, всегда в итоге уступал. И ей это нравилось! Невероятно удобно, когда есть муж, но слышать его не обязательно.

«Виолетта, что же ты наделала? Где ты ещё такого мужа найдёшь? Как теперь всё исправить?» – уже в полудрёме думала она.

– Я помогу, только попроси, – услышала она еле уловимый голос где-то вдали. Сложно было понять, откуда он прозвучал, казалось, что он просто растворён прямо в воздухе вокруг неё.

Она тут же очнулась, вышла из полудрёма и напряглась.

– Рановато ты, Виолетта, глюки стала ловить, всего-то один вечер одна, – сказала она сама себе вслух, чтобы разрядить как-то жутковатую атмосферу.

– Попроси, попроси, не глупи…, – всё тот же голос, уже чётче и снова повсюду.

Она вскочила, по телу побежали мурашки, подбежала к выключателю и врубила весь свет, который был в гостиной. Дыхание перехватило, так страшно ей ещё никогда не было. Неужели она сходит с ума…

Она простояла так минут двадцать, боясь лишний раз вздохнуть и усиленно вслушиваясь в тишину.

Но голоса больше не было, только звенящая тишина и тиканье часов. Её стало немного отпускать. Она внушила себе, что это просто от стресса, и надо принять ванну, расслабиться и лечь спать.

Глава 2. Наследство

На следующее утро Виолетта встала вся разбитая, ощущение было, что она состарилась лет на пятьдесят. Коленки ныли, спина не разгибалась, голова гудела похлёще, чем после приличной пьянки.

Она с трудом дотащила себя до кухни и сделала себе чашку кофе. Сердце снова защемило: а ведь кофе ей обычно делал Андрей, а теперь сама…

Приняв душ и немного взбодрившись, она собралась уже выходить из квартиры, как почувствовала, будто что-то забыла. Так странно… Она осмотрелась, увидела конверт, который таинственный мужчина дважды вчера ей вручал, и взяла его с собой.

Всю дорогу в машине она держала конверт на коленях, и ей постоянно казалось, будто от него идёт жар. Она даже приподняла его и потрогала руками, но он был холодный.

Марина встретила её вся встревоженная. Сказала, что от коробок, что вчера ей принесли, как-то странно пахнет, и предложила их разобрать.

– Виолетта Васильевна, ну мало ли там еда какая, протухла и пахнет теперь. Нехорошо же, давайте я разберу всё, посмотрю, что там, – предложила ей Марина.

Она уже готова была дать ей отмашку, как почувствовала, как ей обожгло пальцы жаром от конверта. От неожиданности она его выронила и посмотрела на свои ладони, они были красноватые и болели.

– Марина, я лучше сама посмотрю, принеси мне их, пожалуйста, в кабинет. И перенеси утреннюю планерку на одиннадцать, мне надо в этом разобраться, – сказала она Марине, и ладони тут же вернулись к своему естественному цвету и перестали гореть.

«Что за чертовщина такая? Виолетта, да по тебе психушка плачет! Надо срочно прочитать, что в этом конверте написано!» – бормотала она себе под нос, шагая вдоль кабинета, пытаясь успокоиться, пока Марина таскала коробки.

Как только та вышла из кабинета и закрыла за собой дверь, Виолетта приступила к изучению содержания конверта.

Конверт открыла легко, будто его и не особо-то старались заклеить.

Внутри лежало письмо, написанное от руки синими чернилами. Да-да, именно чернилами, местами даже остались пятна от капель чернил. Бумага тоже была странноватая, на вид новенькая, но цвет и текстура ей совершенно не знакомые. Почерк был почти идеальный, все буквы выведены с особым старанием, под правильным наклоном, заглавные буквы особенно красиво оформлены.

Она невольно залюбовалась такой каллиграфией. В современном мире такого почерка точно не встретить, все спешат, пишут как попало, не задумываясь об эстетической стороне написанного.

– Приветствую тебя, Виолетта, – услышала она вполне чётко тот же голос, растворённый в воздухе, что и вчера вечером в квартире.

Листы письма слегка зашевелились у неё в руках. Она тут же уронила их на стол и вскочила, перевернув своё кресло. На грохот в кабинет зашла Марина.

– Виолетта Васильевна, у вас всё нормально? – спросила её Марина, у неё был озабоченный взгляд.

– Я кресло опрокинула, случайно, всё хорошо, – ответила она ей и нервно улыбнулась в подтверждение своих слов.

– Хорошо! Если что, зовите, – сказала Марина, явно ей не поверив, и вышла.

– Не надо меня бояться, я твоя двоюродная бабушка! Я оставила тебе послание! Не пренебрегай, это важно! – голос обращался к ней.

Она боялась пошевелиться, дыхание сбилось, в голове была абсолютная пустота.

«Виолетта, ну хоть одну мысль, давай, выдай идеи, что это может быть. Это что, пранк такой? Тут где-то камеры? Господи Боже мой, спаси да сохрани!» – страх совершенно заблокировал ей мозг, и она никак не могла сообразить, что же ей дальше делать.

– Не бойся, я не враг, не враг, не враг…, – словно эхом, голос раскатился и исчез.

Она поставила кресло на место, села за стол и решила, что надо ей уже прочитать это письмо, может, тогда эти слуховые галлюцинации оставят её в покое.

Как только она об этом подумала, листы на столе подвинулись к ней поближе: причём сделали это настолько изящно, лёгкой волной, будто бы дама приподнимала юбки, прежде чем ступить вперёд.

Она крепко зажмурила глаза, потом приоткрыла – листы не шевелились. Глубоко вздохнула и начала водить глазами по тексту. Читала она про себя, но казалось, будто прочитанное ею складывается в голос, который звучит в её голове и раздаётся эхом по всему кабинету. У неё было ощущение, что она оказалась в какой-то параллельной реальности, в ином пространстве.

«Неужели так выглядит мир тех, кто ловит галлюцинации, специально принимая наркотики», – подумала она.

Ей было ужасно некомфортно. Хотелось поскорее дочитать письмо. Но оно её словно притормаживало, не давало пропустить ни одного слова. Она была вынуждена спокойно и размеренно, вычитывая каждое слово, изучить письмо до последней точки.

В письме было написано:

«Моя дорогая, Виолетта! Не пугайся! Ты не сумасшедшая, ты всего лишь представитель нашего древнейшего магического рода. То, что тебе передали – это моё наследство. Значит: либо меня уже нет в живых, либо я настолько в плохом состоянии, что попросила передать тебе эти бесценные книги.

В книгах из поколения в поколение все представители нашего рода на протяжении всей жизни кропотливо собирали самые важные заклинания, рецепты зельеварения и заговоры. Много ещё того, о чём ты даже никогда в жизни не слышала. Как ты уже начала понимать, я живу вовсе не в твоём мире. Наш мир сильно отличается от того, к чему ты привыкла. Стоит тебе только захотеть, как ты сможешь своими глазами всё увидеть и своими руками всё потрогать. Путь к нам для представителей нашего рода всегда открыт. Заклинание ты найдёшь в одной из книг.

Виолетта, помни – нет проблем, которые нельзя было бы решить с помощью магии.

Наш мир – это твой истинный дом! Там, где ты сейчас находишься, ты оказалась по воле твоей матери, которая приняла решение спрятать свою крошечную дочку от её коварного и жестокого отца.

Возвращайся на родину и получишь ответы на многие вопросы, разгадаешь загадки мира и сможешь вернуть своего мужа!»

– Молодец, Виолетта, молодец! Я в тебя всегда верила! Я знала, что ты одна из нас и сможешь прочитать это письмо, – обратился к ней снова этот голос и растворился в воздухе.

Она подняла голову и увидела удивлённое лицо своей помощницы Марины, которая стояла практически вплотную к столу и смотрела на неё в упор. В глазах её читалось не только удивление, но и страх.

– Виолетта Васильевна, с вами всё в порядке? Вы как-то странно разговаривали сама с собой? – спросила её Марина.

– Разве? Я даже не заметила, что вслух всё это читала! – ответила она Марине и ткнула пальцем в сторону письма.

Марина взяла в руки листы и ещё с большим удивлением сказала:

– Что именно вы читали, Виолетта Васильевна? Это чистый лист, и тут ничего не написано, – обратилась к ней Марина и протянула листы обратно.

– Чистые, говоришь? – она снова взглянула на письмо и, действительно, это был уже просто чистый лист.

– Мариночка, кажется, я медленно схожу с ума! Представляешь, я сегодня так ужасно спала, что утром не могла собраться никак на работу. И сейчас никак не могу собраться с мыслями, – сказала она Марине.

Та всё ещё стояла ошарашенная и смотрела на неё. Марина не привыкла к её откровениям, обычно она держалась отстранённо и снисходила до неё, лишь раздавая команды и проверяя выполненные задания. А тут она решила пообщаться с ней почти как с подругой. И, кажется, это её совершенно не радовало, а, наоборот, напрягало. Она не знала, что с этим делать и как правильно ей ответить. Виолетта решила не мучить бедную девушку и добавила:

– Марина, не заморачивайся, мы просто с Андрюшей поцапались по-крупному, и я немного не в себе. Скоро всё наладится, и снова вернётся злая Виолетта Васильевна, – говоря это, она постаралась улыбаться и казаться счастливой.

– А, ну тогда понятно! Давайте я вам хотя бы чашечку кофе тогда сделаю, ведь скоро к вам приедут заказчики по проекту, – предложила Марина и, не дождавшись её ответа, ушла готовить кофе.

– Ах да, заказчики! Конечно же, проект! Как я могла забыть? Сегодня же день встречи с генеральным подрядчиком проекта! Так, Виолетта, соберись в кучку, ты из-за своего психоза ещё в итоге и без работы останешься! – сказала она сама себе вслух.

Она выпила чашечку кофе, убрала все книги и письмо подальше с глаз и занялась проектом. Получалось у неё сначала тяжело, но потом она втянулась и к приходу заказчиков бодренько отрапортовала о своих планах, задачах, перспективах и, как ей казалось, всё сделала просто замечательно.

Заказчики ей улыбались, кивали и уже, на её взгляд, были готовы к тому, чтобы подписать необходимые документы.

– Ну что, Виолетта Васильевна! А вы молодец, смогли нас победить! Мы готовы к сотрудничеству, давайте готовить пакет документов. Завтра к вам приедет наш юрист, и вы сможете с ним обсудить все тонкости, – обрадовал её этой информацией заказчик, и они стали собираться на выход.