Небесная академия. Ученица и наездник

Глава 5

Карету архея было видно издалека. Она ехала мимо хозяйственных построек к внутренним воротам академии по узкой дороге, которая опоясывала гору. Уставшие кони тянули экипаж так медленно, что, кажется, во внутреннем дворе успела собраться вся академия. Даже те старшекурсники, которые проведывали своих грифонов на скалах, спустились со второй вершины. Теперь они зябко ежились – им пришлось пройти через Туманный венец, как иногда поэтично называли нависшие прямо над академией облака.

Сначала мы с Уином наблюдали за приближением кареты с возвышения, затем присоединились ко всем остальным во дворе. Там мы и узнали, что присутствие архея в академии – дань традиции, тем временам, когда люди только приноравливались жить рядом с грифонами.

Раньше лишь маги умели устанавливать ментальную связь с этими животными. Затем выяснилось, что это под силу почти любому человеку, нужно только натренироваться. Жизненная необходимость в археях отпала. Когда предыдущий, почтенный старец, почил в бозе около полутора лет назад, все были уверены, что нового ему на замену уже не пришлют. По крайней мере, весь прошлый учебный год столица даже не чесалась. И тут – на тебе!

Эта новость явно стала неожиданностью даже для ректора. Все ахнули, когда цепляющееся за Библиотечную башню облачное полотно рассекла золотая стрела. На мостовой взметнулась пыль, мне на глаза упало несколько сдутых ветром прядей, а Уин совсем не аристократично присвистнул – над площадкой завис золотой грифон.

Пока он опускался, я не могла оторвать от него глаз. Расцветка грифонов чаще всего была коричневой, иногда черно-коричневой. Золотые были страшной редкостью, настоящими королями своего рода. Когда-то из-за них люди охотились на всех грифонов, считая, что они охраняют залежи золота. Такой зверь мог принадлежать только одному человеку – ректору.

«Правитель» Небесной академии сам уже был немолод. На вид ему исполнилось лет пятьдесят, но он оставался все еще крепким мужчиной, летал без седла и легко спрыгнул со спины грифона. Зверь тотчас взмахнул крыльями и поднялся к небу, за облака, вновь взметнув женщинам юбки и подняв в воздух нападавшую за день листву.

В этот миг карета въехала во двор. Лошади процокали копытами по серым булыжникам и остановились в начале площади.

Все затихли. С запяток экипажа соскочил слуга и раскрыл скрипнувшую дверь экипажа. Не склоняя головы, из кареты вышел архей.

Это был мужчина лет сорока с жесткими, словно высеченными из камня чертами лица. Хотя он мог быть и младше – сбивали с толку его седые волосы. Такие же пепельные, как у меня.

Я невольно сжала кончик длинной косы. Такова была плата за использование магии – она забирала у хозяина все цвета. Но если я родилась лишь с седыми волосами, то на археях проклятие колдовства отражалось в полной мере: белые волосы, белая, как молоко, кожа, даже глаза белые. Радужка сливалась с белками, из-за чего взгляд археев наводил жуть. Не многие могли его выдержать, не дрогнув.

Татуировка на левой щеке мага заползала на висок, спускалась до подбородка и пряталась под белой мантией. Черный узор напоминал паутину и вызывал неприятные ощущения, вдобавок отчего-то казался знакомым. Я поежилась, но в следующий миг хмыкнула, услышав тихую реплику Уина:

– Надо же, столько проехать – и ни пятнышка на балахоне. Хотел бы я себе такую магию, а то мамка в детстве вечно лупила меня за то, что в грязи извожусь.

Мы с этим парнем определенно подружимся!

А архей продолжал нагнетать, не двигаясь с места и обводя знаменитым «безглазым» взглядом собравшихся во дворе людей. Все по-прежнему молчали. Последний раз мне доводилось видеть магов девять лет назад, во время последней проверки. А многие вообще ни разу в жизни не видели их так близко, чтобы рассмотреть лица. Это же живая легенда! Не хуже грифонов. Только грифоны – вон там, каждый день летают над головой, а магов здесь не было уже полтора года.

– Это Коллар по кличке Каэлданский Паук! – выдохнул незнакомый юноша, стоящий чуть впереди. Тоже в черной форме старшекурсника. – Он же прямо из столицы. Говорят, он был приближен к королю и его прочили на место главного архея.

– Значит, не так он и хорош, – фыркнул другой студент рядом с первым. – Или провинился чем-то. Многообещающего мага валяться на кровати в академии и поглядывать в окно на неумелых студентов, которые скатываются с грифонов при попытке на них залезть, не отправят. Чем еще ему здесь заниматься?

Да уж, так себе характеристика.

Архей Коллар тем временем сделал замысловатый жест пальцами левой руки. Сплетает нити волшебства, поняла я. Так маги и колдовали – использовали энергию, текущую по миру и доступную только им одним.

Когда он заговорил, его дребезжащий голос чудодейственным образом разлился по всему двору и был прекрасно слышен даже в дальних уголках.

– Меня зовут Коллар, и я новый архей Небесной академии. Рад с вами познакомиться, – сообщил он, хотя воодушевления в тоне не звучало. – Помимо этой, я принес и другую весть. Оракул Мавеннара сделал предсказание.

Вся толпа разом ахнула, включая преподавателей. Этот оракул никогда не ошибался! И предсказания у него всегда были судьбоносные для всего королевства. Потому монархи и держали его поближе к себе – в Мавеннаре, нашей столице.

Коллар не торопился оглашать слова провидца, выдерживая паузу и внимательно глядя на присутствующих.

– В этот год будет явлен эн-хей – архей над всеми археями, – медленно произнес он. – Оракул видел небо и золото в нем. Мы ожидаем, что это произойдет в Небесной академии.

Новый жест – и звук резко оборвался. Над внутренним двором повисла тишина. Коллар как ни в чем не бывало махнул рукой слуге, чтобы тот стаскивал с кареты дорожный сундук, и направился к ректору.

А ко мне поворачивались головы всех, кто находился на площадке. Кажется, на меня уставились даже лошади и вон тот грач на заборе. Глаза Уина округлились, и парень отодвинулся от меня.

Эн-хей – самый могущественный из магов. Человек, который рождается раз в сто лет и сражается бок о бок с королем, чтобы прославить нашу страну в веках.

Или превратить ее в пепел.

Глава 6

Из внутреннего двора, некрасиво бросив Уина, я с позором бежала в тот же миг, когда начался этот хаос с переглядками. Они там все с ума посходили? Чего на меня таращатся? Я обычная девчонка без капли волшебного дара! Только волосы серые из-за того, что магия коснулась моего отца.

«Проклятье, а ведь в них-то и вся проблема!» – вдруг дошло до меня. Чтоб эту седину демоны побрали! Советовала ведь мама – не жмись, покупай у торговцев краску из листьев чужеземного дерева хена. Будешь рыженькой – никто не поймет, что ты та-хей. А я такая: ой, да ну зачем, эта краска целое состояние стоит, еще и смывается за пару раз, а я своего происхождения не стыжусь…

Допрыгалась. Похоже, все решили, что раз я в академии единственная с признаками того, что у меня в роду маги, то я и есть первый кандидат в эн-хея.

В голове против воли прокручивалось все, что я знала о величайших магах. В них ярче всего проявлялась кровь эльфов, давно ушедших с континента, а уж эльфы были, считай, целиком сотканы из магии, совсем не то что люди! Потому и легенды об эн-хеях в большинстве случаев были очень даже воодушевляющие. Вот как раз один из них остановил истребление грифонов, научился с ними общаться и подарил королевству такое чудо, как Небесная академия. Ариану Наезднику здесь до сих пор молились как святому, а щит с его изображением висел на главных воротах.

Имя Эмхира Кровавого, наоборот, превратилось в проклятие. Он всего за шесть дней подчинил соседнее королевство, с которым мы много веков были заклятыми врагами. А на седьмой день сжег его дотла – ему показалось, что жители в городе, где он остановился, что-то замышляют. Прошло уже двести лет, но путники рассказывали, что в тех местах земля гладкая, как стекло, и на ней до сих пор ничего не растет. Закончил Эмхир, соответственно, плохо. Его отравили соратники, испугавшись его мощи.

Хорошо, конечно, если я окажусь доброй магессой. А если кто-то решит, что я злая? Меня тоже отравят, пока натворить бед не успела?

Хотя на самом деле больше всего я боялась, что мне не дадут учиться в академии и разделят с Закатом. А без меня малышу не жить. От одной мысли о том, что он навсегда застрянет в авиарии, так и не ощутив на крыльях ветер, на глаза наворачивались слезы.

К кому еще обратиться, кроме как к Силвейну, я не представляла. Да, наверное, меня никто другой и слушать бы не стал.

Оставалась одна проблема – найти его. Силвейн по своей любимой привычке опять как под землю провалился – его не было во дворе ни рядом с ректором, ни среди студентов. Тренировочная площадка пустовала, если не считать словно погрустневших деревянных болванчиков для отработки ударов и побросанного абы как оружия. В столовой тоже никого, лишь шушукающиеся поварята, сразу замолчавшие при виде меня.

Я сжала зубы. После того как я из служанки резко выросла до студентки, со мной и так никто из бывших знакомых не рвался общаться. Дескать, больше не нашего полета птица, хочется поболтать – трепли языком с людьми своего положения. А теперь еще и это! У меня хоть единственный друг появится? Надеюсь, хотя бы Закату на все это плевать.

С Силвейном мы встретились скорее случайно. Я наткнулась на него возле учебного корпуса. Попечитель быстрым шагом направлялся к дому ректора. Брови его хмурились, синие глаза опасно сверкали.

– Господин Силвейн! – пискнула я.

– Знаю, – оборвал он. – Не успел спуститься на площадь из Библиотечной башни – был в хранилище на самом верху. Но эту чушь об эн-хее, похоже, слышал каждый таракан в академии.

Я бы засмеялась – если бы сердце не билось так безумно и не было так тревожно.

– Они все подумали, что это я! Но у меня ни капельки, ни искорки, ни пылинки колдовской силы! Я проходила проверку три раза и…

– Тише ты, – Силвейн успокаивающе положил ладонь на плечо. – Я все решу.

Как ни странно, мне действительно стало чуть легче.

Я не одна.

– И как вы все решите? – на всякий случай уточнила я. – Меня не выгонят из-за несоответствия?

– Чему? Туманному предсказанию оракула, в котором не называется ничье имя? – Он фыркнул и склонился ко мне, крепче сжав мое плечо и внимательно глядя в глаза. – Послушай, Эйри. Коллара не зря прозвали Пауком – он старый интриган. Наш новый архей – частый гость в королевском дворце, и я тебя уверяю: если бы он не считал, что предсказание о нем самом, то духу бы его здесь не было. Да и что в этом предсказании говорится – небо и золото? Хеденова лысина, да это может быть о чем угодно! Хоть о ректорской грифонице Заре, хоть просто об осеннем закате…

На слове «закат» я вздрогнула. Силвейн это заметил, вздохнул и выпрямился.

– Предсказание оракула может вообще не сбыться. Пройдет год, и жрецы просто-напросто подгонят под него какие-нибудь события, а эн-хеем объявят одного из тех, кто и так давно заглядывается на пост главного королевского мага. Я тебе гарантирую, от восемнадцатилетней девчонки – та-хея никто ничего не будет требовать.

– Мне девятнадцать, – возразила я.

– Серьезный возраст, – засмеялся он, заставив меня надуться и сложить руки на груди. – Девятнадцать, девять, тридцать девять – не важно. Археи думают только о себе. Тобой никто интересоваться не станет. Если будешь вести себя так, будто тебя это не касается, то скоро все об этом дурацком предсказании забудут.

– Вы уверены? – засомневалась я.

Он легкомысленно отмахнулся.

– Так же, как в том, что я лучший наездник на грифонах в ближайших ста милях. И вообще, тебе делать больше нечего, кроме как забивать голову глупостями? Займись учебой. Или хотя бы налаживанием личной жизни! Из Библиотечной башни я видел рядом с тобой какого-то юнца…

Силвейн не договорил, уставившись на меня с многозначительной ухмылкой. Я вспыхнула.

– А какое дело, господин попечитель, вам есть до юнцов рядом со мной?

– Никакого, пока они не отвлекают тебя от прилежного изучения наук, – он с показной строгостью погрозил мне пальцем. – Тебе нужно догнать и перегнать людей, которые читали книги, пока ты мыла полы – или чем ты там занималась, пока не пришла в академию. Так что будь добра, возвращайся в свою комнату и берись за учебники. На вот тебе.

Вдруг Силвейн сунул мне яблоко, вытащенное из кармана. Я в растерянности посмотрела на красный фрукт, буквально впихнутый мне в руки. А затем подняла возмущенный взгляд на попечителя.

– Господин Силвейн, мне не девять лет! Не надо обращаться со мной как с маленьким ребенком!

– А это и не тебе, – спокойно ответил он. – Иди Заката угости.

И ушел.

Несколько мгновений я пораженно таращилась ему вслед. Серьезно? Это все, что он может мне сказать?!

Хотелось кинуть яблоко ему в спину и посмотреть, что он сделает тогда. Но здравый смысл победил. Я закрыла глаза, медленно вдохнула и выдохнула десять раз. Так учила мать. Прислугу всегда отчитывают за то, чего та не делала. С этим не получится спорить, это можно только вытерпеть. А для Силвейна я навсегда останусь прислугой.

В конце концов, урок усвоен. Попечитель хотел отвлечь меня от мыслей о выступлении Коллара, у него это получилось. И он показал, к кому действительно стоит обращаться в таких случаях – к моему грифону. Всадник и его зверь – это одно целое. Что бы мне ни готовили боги, я должна пройти это вместе с Закатом, иначе я кто угодно, но не наездник. А Силвейн разберется с остальным. Это же ему важно, чтобы долг был отработан.

Интересно, кстати, есть ли где-то в его договоре пункт, что делать, если я окажусь магом?..

Кружными путями, стараясь не сталкиваться с другими студентами, я спустилась к авиарию. В последние дни у входа начали ставить стражника. Он кисло оглядел меня и отпер дверь.

В ноздри сразу ударил запах сена. В дальнем углу сетку, натянутую над загонами, царапал и кусал грифон по кличке Гордец. На меня он не обратил никакого внимания, зато из своего загона вытянул шею Кусачка, высматривая, не принесли ли ему вкусняшек.

– Прости, – честно сказала я ему. – В следующий раз угощу.

Он обиженно заворчал, совсем как человек, и спрятался за забором.

Я вздохнула. И вот это – опаснейшие грифоны, которых понадобилось запирать в клетке, красиво названной авиарием? То ли я чего-то не понимаю, то ли преподаватели боятся грифонов сильнее, чем нужно.

Я неторопливо зашагала по проходу между заборами. Конечно же, Закат опять воспользовался своими маленькими размерами и перебрался в соседний загон. Он перерыл там всю землю, и застала я его за складыванием большой груды из почвы и сена. Услышав меня, грифоненок поднял голову, смешно встопорщил перья и запрыгал на одном месте.

Радуется и хвастается тем, какую высокую гору построил, догадалась я.

– Умничка, – похвалила я его. – На, держи. Подарок от Силвейна.

Яблоко тотчас было прожевано и проглочено. Закат еще и хвостом завилял – ну точно щенок, а не царь зверей и птиц. Я не удержалась и потрепала его по макушке.

Мой самый верный друг. Нет, пусть обо мне говорят что угодно, а обучение я пройду до конца – причем как наездник, а не какой-то там эн-хей…

Глава 7

Силвейн

Я вошел в архейские покои размашистым шагом, без стука, почти уверенный, что Коллар тут же выставит меня вон. Перед крыльцом мы столкнулись с ректором – он был на редкость злой и даже не взглянул в мою сторону.

Я ему сочувствовал. Не каждый день в вотчину, где ты безраздельно правишь, без предупреждения вваливаются чужаки, которые очень энергично действуют по собственному уставу, без оглядки на тебя. И если большинство нахалов ректор мог не задумываясь выставить из академии или пригрозить серьезными последствиями, после чего смутьяны обычно успокаивались, то с археем такой номер не проходил. Это он мог испортить ректору жизнь, а не наоборот. Ну а я Коллару вообще не указ.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.