Обретая счастье

Глава 1. Встреча

Я часто выходила из дома одна. Люблю прогулки, свежий утренний воздух. Всегда старалась встать пораньше, чтобы застать рассвет и насладиться прохладой. Был жаркий июль, соответственно к десяти утра уже начинало печь. Я шла в сторону центрального парка, он находился в десяти минутах от моего дома в городе Томск. Наслаждалась видами старенькой, но такой уютной и красивой архитектуры. В наушниках играла музыка, началась грустная песня, которая напомнила мне о моей семье, и я переключила на другую, закурив сигарету.

Мама бросила меня год назад, когда мне исполнилось шестнадцать лет. Она вышла замуж за бизнесмена, который не любит детей. Чтобы стать женой Михаила, она развелась с отцом, и меня со старшим братом оставила жить с ним. Папа запил, перестал работать, а через полгода у него диагностировали язву желудка. Лечение не помогло, все было слишком запущено, диет он не соблюдал, продолжая уходить в запои, и однажды я пришла домой и обнаружила его мертвым. Я скорбела несколько месяцев. Ведь какой бы он ни был, он все же был моим отцом. В детстве все было прекрасно. Мама, папа, я и мой брат. Мы все выходные проводили вместе. И только потом, ближе к четырнадцати годам, я стала замечать что-то неладное. Папа чаще пил, мама злилась на него, они стали ругаться. Затем, стали возникать разговоры о деньгах и каких-то долгах. Насколько я знаю, папа брал кредиты втайне от мамы, потому что пропивал все свои средства, лишь часть из них она успевала брать у него, чтобы платить за квартиру и наше обучение. Но вскоре она сдалась. Перестала обращать внимания на него, сама оплачивала коммуналку, покупала продукты, давала нам денег на школу, а потом у нее появился ухажер. Статный, хорош собой, всегда в дорогом костюме и при галстуке, с небольшой проседью и стальным взглядом. Я видела его всего пару раз, мельком, но успела оценить. Моя мама тоже не уступала ему. Высокая, яркая женщина с хорошей фигурой, ее ярко-голубые глаза светились, словно небо в жаркий солнечный полдень, длинные, шоколадного цвета, волосы гладкими и блестящими прядями лежали на смуглых плечах. Я так завидовала ее красоте, особенно вечером, перед сном, когда смотрела на себя в зеркало, такую бледную и призрачную. Я родилась альбиноской. Но через поколение. Бабушка по маминой линии такая же, ген передался мне, однако не полностью, моя кожа была темнее, чем у стандартных альбиносов, но светлее, чем у обычных людей, и, благодаря этому, я могла спокойно находиться на солнце, но не в час пик, и радужка глаз была светло-голубой, а не красноватой, как у бабушки. Белые волосы, ресницы и брови. Также, я носила цветные линзы (чаще я использовала ярко-голубые, чтобы хоть чуть-чуть они походили на мамины глаза), регулярно красила ресницы и брови краской, чтобы они стали темнее. Только вот волосы я не трогала. Мне нравился их необычный цвет. Лицом я больше похожа на папу, до того, как он запил и превратился из черноволосого кареглазого высокого красавчика в странного жухлого мужчину с сероватой кожей. Мама, узнав о смерти отца, оставила меня с моим братом на опекунство своей маме. Сейчас Толе восемнадцать лет, его отправили в армию. Он очень похож на маму, будто он ее мужская версия. А я, в итоге, живу с бабушкой одна, и каждый вечер меня начинают душить слезы из-за несправедливости жизни. Как наша мать могла нас оставить? Да, мы достаточно взрослые, но все же нуждаемся в ней.

От воспоминаний слезы заслонили глаза, я сдерживалась, как могла, чтобы не потек макияж, и в итоге в кого-то врезалась.

– Ой, простите, – бросила я, отходя и тут же споткнулась. Я бы улетела вперед, если бы чьи-то сильные руки не подхватили меня.

– Эй, осторожнее, расшибешься!

Я все же расплакалась.

– Ты в порядке?

– Да, – я посмотрела на незнакомца. Им оказался молодой парень, чуть старше меня.

– Тебя, может, проводить? Куда ты спешишь? – У него был приятный голос, немного кортавый на букву «р», но это не резало слух.

– Да я просто гуляю. Не хочу отвлекать тебя. Спасибо, что поймал.

– Да не за что. Если тебе нужен собеседник, я готов помочь. Я проходил собеседование по поводу работы, в этом городе недавно, так что дел никаких нет.

– Можем посидеть у фонтана, мы уже рядом. Если хочешь.

– Пойдем.

Мы молча пошли вглубь парка. Я невзначай рассматривала парня. Высокий, подтянутый, красивое, немного жестковатое лицо, каштановые волосы переливались на солнце золотистым свечением. Одет он был в простую белую футболку-поло и голубые джинсы. Отличительными чертами на его лице были греческий нос, тонкие губы, и густые брови. Позже я обратила внимание и на его цвет глаз, они были темно-синими. Я часто обращала внимание на внешность других людей, потому что моя мне казалась невзрачной и блеклой. И то белое платье, что было на мне, делало меня еще бледнее.

– Меня зовут Наташа. В основном все сокращают как Таша, – представилась я, когда мы сели на край фонтана.

– Наташа – это ведь уже сокращенно? – удивился он.

– Ну да, но тем не менее, Таша привычнее.

– Ясно. Антон, – я кивнула.

Дальше мы стали знакомиться ближе. Я узнала, что он приехал из Москвы, так как ему не нравится тамошняя суета. Это удивило меня, потому что обычно все уезжают с маленьких городов, а не наоборот. Там парень родился, вырос, отучился в университете, а теперь прошел собеседование на работу здесь в местную библиотеку. Я тоже немного рассказала о себе, мне было неловко признаться, что я просто школьница случайному парню, поэтому я сказала пока ничем не занимаюсь, так как нахожусь в поиске себя. Отчасти это и было правдой. С сентября я иду в выпускной класс, а на кого поступать через год, так и не определилась.

К полудню я уже слишком проголодалась, чтобы продолжать беседу, мы обменялись профилями в социальных сетях и разошлись.

Дома я проверила его страничку и не нашла ничего особенного. Разве что фотографии с друзьями в клубах, на каких-то мероприятиях по литературе и с путешествий. У меня был скучный профиль. Я нигде толком не была, с единственной подругой особо не тусовались, соответственно и фоток было штуки три. Однако Антон мне понравился. Так же он вел группу с цитатами из различных книг с большим количеством подписчиков. Я в сравнении казалась совсем унылой. Я даже в кружки никакие не ходила, только в театральный при школе для того, чтобы перебороть стеснение.

На следующий день он мне написал. Переписываться было легче, да и его сообщения казались мне тщательно продуманными, хотя говорил он также. Встретить красивого и умного парня – подарок судьбы?..

Спустя неделю общения мы договорились встретиться на набережной и устроить пикник. Там же и впервые поцеловались. Я до этого ни с кем не встречалась, соответственно и поцелуев не было. Так что я и боялась, и ждала этого момента.

До конца лета все, что мы делали это общались по телефону, гуляли и переписывались, обсуждая различные фильмы, книги и мои любимые места в городе, которые мы обошли во время прогулок.

Глава 2. Неожиданность

Последний учебный год начался. Еще немного и я войду во взрослую жизнь. Мы расселись по своим местам, я, как обычно, со своей лучшей подругой за вторую парту по центру.

Мы дружили в третьего класса, когда она перешла к нам с соседней школы. Низкорослая смешная девочка с веснушками и светло-рыжими волосами выросла в милую изящную девушку, с веселыми теплыми карими глазами и тонкими чертами лица. Она была гибкой и пластичной, занималась балетом и постоянно следила за модой и своим питанием.

– Ну, что, как провела лето? – спросила Аня.

– Лучше, чем в прошлые года, – улыбнулась я. – Я встретила парня.

– Да? Оооо расскажи-расскажи! Почему не написала мне? – ее энтузиазм всегда меня радовал.

– Потому что ты отдыхала со своей семьей в Турции все лето, а я хотела рассказать все при личной встрече.

– И давно вы вместе? Вы целовались? А есть общие фотки? Ты ведь даже ничего не выкладываешь!

– Да, сейчас покажу.

В классе стоял шум и гам, как всегда до того момента пока не зайдет учитель. Наша классная должна прийти с минуты на минуту. Но я воспользовалась моментом и открыла галерею в телефоне.

– Всем здравствуйте, урок уже начался, – послышался мужской голос. – С радостью хочу сообщить вам новость о том, что ваш классный руководитель Елена Анатольевна ушла в декретный отпуск, и теперь ее буду заменять я. Ваш новый учитель русского языка и литературы, а также ответственный за ваш класс – Антон Григорьевич.

Я подняла глаза. И в этот момент он увидел меня. Я заблокировала телефон, испуганно уставившись на своего нового учителя, и он тут же отвел взгляд, сделав вид, что листает журнал.

Не может быть… Почему так?.. Наш новый учитель – это тот парень Антон, с которым мы встречаемся уже два месяца.

У него же с самообладанием было лучше, чем у меня. Парень действительно начал говорить об уроке и своем классном руководстве у нас.

– Итак, проверим ваши знания об одном известном произведении Шекспира, и это неслучайно, так как вам предстоит готовить спектакль к новому году по «Ромео и Джульетте», об этом мне сообщил директор школы, попросив подключить театральный кружок нашей школы. Будет большой конкурс среди одиннадцатых классов этой школы и соседней. Так, Воронова, давайте знакомиться, и к доске, – вызвать он решил меня.

Я встала на трясущихся ногах, он увидел, что по случайности назвал мою фамилию и взъерошил рукой свои волосы.

– Как тебя зовут? – Сделал вид, что мы незнакомы. И это правильно. Но нехорошо.

– Наташа.

– Наташа… Тебе хорошо известно данное произведение?

– Да, одно из любимых, – он знал это.

– Кого бы ты хотела играть в спектакле?

– Джульетту.

– Предсказуемо. Но придется биться за эту роль. Будет конкурс и жюри – все по-настоящему. Расскажи, что ты думаешь о главной героине и как бы поступила на ее месте, – мы уже говорили об этом летом, но в данный момент я стала рассматривать все иначе.

– Джульетта… Прекрасная девушка. Слишком юна, чтобы понять отношения… Вынуждена выйти замуж за того, кого не любит…

– Это факты. Это знают все. А свое мнение?

– Глупая девчонка, слепо доверяющая первой любви. Эгоистична в своих соображениях, выбравшая человека, основываясь на симпатии и не раздумывая о своем будущем.

– Негативно. Почему же ты тогда хочешь сыграть ее?

Я молчала.

– Как бы ты поступила на ее месте? С Ромео.

– Не знаю. Простите.

– Ладно, садись на место.

– Наша Воронова снова «белая ворона», – ехидно прошипел задиристый одноклассник Семен.

Да, с фамилией и внешностью мне «повезло».

Все засмеялись, кроме моей подруги и учителя.

– Прекратить балаган, – строго и громко сказал Антон, я даже вздрогнула от такого тона. – Давай к доске, фамилия?

Урок тянулся бесконечно.

 В итоге учитель задал нам сочинение на эту тему, и со звонком все разошлись.

– Воронова, задержись на минуту, – попросил он.

Аня поддерживающе сжала мою руку и вышла последней.

– Ты учитель? Почему ты не сказал мне? Я думала… Черт, я ни о чем не думала! Я не знала, что с нами может быть такое! – я металась по классу, заламывая руки и осознавая, в каком мы оказались положении.

– Сколько тебе лет? Шестнадцать? – спросил он.

– Семнадцать. А тебе?

– Двадцать три. Черт возьми!

– Ты же сказал, что устроился в библиотеку…

– Так и было. Но я выучился на учителя и хотел работать по специальности, мне позвонили отсюда и предложили место.

– Почему ты не сказал мне?

– Я собирался рассказать сегодня при встрече, мы же договорились встретиться в три часа. Я же не знал, что ты еще учишься в школе. Почему ты мне не сказала?

– Я боялась спугнуть тебя. Мы же, блин, встречаться начали!

Я понимала, что наши зародившиеся чувства должны отойти на задний план и, по-хорошему, исчезнуть. Все наши поцелуи, переписки, прогулки и воспоминания – тоже.

Слезы брызнули из глаз. Антон подошел ко мне, хотел было обнять, но остановил себя, засунув руки в карманы брюк и отошел к столу, посмотрев в окно.

– Наташ, я думаю, ты сама все понимаешь. Есть закон. И будь мы просто прохожими, встретились, влюбились, у нас не такая большая разница в возрасте, и мы могли бы ходить в кино и кафе, гулять, созваниваться, но все меняет то, что я твой учитель. И если кто-нибудь узнает о нас, мне светит увольнение, отстранение от работы педагогом и, возможно, что-то еще хуже.

– Да, я понимаю. И от этого мне еще обиднее.

– Что хотел Антон Григорьевич? – спросила Аня в столовой.

– Ничего, спрашивал про класс.

– А он симпатичный, правда? И молод. Интересно, уже женат?.. Кольца не видела… или может, встречается с кем-то?.. О, ты кстати хотела показать фотографии!

– Оказывается, у меня их нет, – соврала я. – Видимо, фоткались на его телефон.

– А зовут как?

– Антон.

– А это имя стало популярным, да?

– Очевидно.

После уроков я скрылась за школой и достала сигарету. На территории было запрещено курить, но я давно заприметила здесь укромное местечко. Возле забора располагались густые деревья, а когда заходишь чуть дальше, одно из них лежало поперек, образуя скамью. Иногда сюда приходил наш охранник. Он не ругал меня, а был мне здесь как старый добрый советник. Седовласый мужчина лет пятидесяти, худощавый, с добродушным взглядом. Когда мы здесь пересекались, он читал мне лекцию о вреде курения, потом усмехался в ответ на мою улыбку, и давал поджечь свою сигарету. Я его называла дядя Гоша, и он периодически успокаивал меня, когда я получала плохие оценки и приходила «снять стресс». Мой взор обратился на Лидию Ивановну – молодую учительницу истории, пришедшую к нам в школу год назад. Она была красивая, тоненькая, нежная. Из-за деревьев их хорошо было видно, а вот меня им – не особо. Они с Антоном шли на парковку, разговаривали, он постоянно пытался приобнять ее, касался руки, все время останавливая. Чувство ревности застало меня врасплох. Я вышла из своего «убежища», взяла камень, лежащий рядом, достаточно острый, и стукнула себя по руке. Крик сорвался с моих губ. Они услышали меня и подбежали.

– Боже, Наташа, что с тобой? – спросила Лидия Ивановна.

– Я упала только что и повредила руку, – ответила я, показывая кровь на ладони.

– Я отвезу ее в больницу, – вызвался Антон и повел меня к своей машине.

Лидия Ивановна немного постояла, затем села в свой старенький Форд Фокус, а мы поехали отсюда.

– Мне не нужно в больницу, – произнесла я.

– Ты же упала, вдруг перелом.

– Останови машину.

Он послушался.

– Что случилось?

– Что, уже запал на историчку? – грустно интересовалась я. – Ну да, она где-то на год старше тебя. Знаешь, она тебе не подходит, как друг советую. А я не удивлена, что меня снова бросают. Как видишь, привыкаю…

– Замолчи, – перебил меня Антон. – Что за глупости ты говоришь? Я не бросаю тебя. Я объяснил, что нам нельзя быть вместе. Лида просто помогает мне освоиться в новом коллективе, в этом нет ничего плохого. Что ты взъелась?

– Потому что я не могу больше верить людям! Не могу! Даже самым близким, понимаешь?! Меня бросила мама! Та, которая должна любить своих детей, несмотря ни на что! А она? Влюбилась в бизнесмена и бросила меня! Папа тоже меня бросил! Парни со мной не встречались, потому что я альбиноска! Всегда всем плевать!

– Тише, успокойся! Не плачь, – тихо приговаривал Антон, слегка приобняв меня. – Поехали ко мне. Нужно обработать рану у тебя на руке.

Мы выехали за город. Я спросила у парня, где он живет, и он ответил, что у него частный дом, так как он любит природу, а до работы ему ехать полтора часа, но без пробок. Когда мы доехали до дома, я удивленно смотрела вокруг. Огромный, красно-коричневого цвета, стоял на отдельном участке, загороженный высоким витым забором. Цветы вокруг дома еще цвели на остриженной траве, крыльцо увито девичьим виноградом.

– Ты живешь один?

– Да, родители купили мне здесь дом, а сами живут в Москве. Я тоже оттуда приехал, и сразу выбрал этот участок.

– Очень красиво.

– Пойдем, нужно перебинтовать тебе руку.

Мы зашли внутрь. Обстановка была простой, но уютной. Круглая лестница вела на второй этаж. Стены были золотистого оттенка, в гостиной находился камин, вокруг него – коричневый диван и два кресла. У стены находился стеллаж с множеством книг, напротив – письменный стол. Возле дивана располагался небольшой журнальный столик с ноутбуком, в центре висела блестящая люстра. И тут я заметила еще одну интересную деталь.

– У тебя здесь печатная машинка?

– Да, это дань уважения прошлому, – улыбнулся Антон. – Я иногда сочиняю рассказы.

Мы прошли в кухню, чтобы промыть рану. Здесь обстановка была ненавязчивой: мятно-зеленые стены, белые кухонные шкафчики, большой круглый прозрачный стол, окруженный четырьмя белыми стульями, гипсовые фигуры на окнах, покрытых темно-зелеными прозрачными занавесками.

– У тебя хороший вкус! – воскликнула я, пока он занимался моей рукой.

– Спасибо. Второй этаж не до конца обустроен. Думаю, начать заниматься и им.

– А что нужно доделать?

– Вторую спальню, кабинет и балкон.

– Ого.

Нежными прикосновениями Антон положил мне на руку повязку, потом посмотрел мне в глаза.

– Неужели ты сделала это специально?

– Что именно?

– Порезала руку.

Я опустила глаза, но парень поднял мой подбородок, заставляя смотреть на него.

– Да, я… не хочу потерять тебя. Я не думала, что ты будешь мне так нужен, но это так. Если и ты меня бросишь, я не знаю, что буду делать.

– Таш, мы не можем быть вместе. Я тебя не бросаю, а пытаюсь до тебя донести эту важную мысль. Закончишь школу, станешь совершеннолетней – пожалуйста. Но не сейчас, когда тебе семнадцать, а я твой учитель.

Я резко встала и вышла во двор, параллельно вызывая такси до дома.

Глава 3. Репетиции

В школе мы начали готовить спектакль. Меня все же выбрали на роль Джульетты. Кормилицу будет играть Аня, роль Париса досталась красавчику нашего класса, остальные наши одноклассники тоже получили роли, однако кто будет играть Ромео, мы не решили. Потом произошла замена – Семену, который должен играть Париса, дали роль Ромео, а его друга, Костю сделали Парисом.

– Давайте еще раз, сцена 2. Сад Капулетти. Таша, Семен, давайте на сцену, – скомандовал Саша. Его назначили главным, ведь спектакль должен поставить наш класс. – Начало вы хорошо отработали. Продолжайте со слов Ромео: «Ночь не добра без света милых глаз…»

– Ночь не добра без света милых глаз.

Как школьники от книг, спешим мы к милой;

Как в школу, от нее бредем уныло, – продекламировал Семен.

– Чувственнее надо! Она же любовь всей твоей жизни! Ты ведь влюблен в нее. Еще раз!

– Ночь не добра без света милых глаз.

Как школьники от книг, спешим мы к милой;

Как в школу, от нее бредем уныло.

– Уже лучше. Таша, твой выход.

– Ромео, тсс… Ромео!.. Если б мне

Сокольничего голос, чтобы снова

Мне сокола-красавца приманить!

Неволя громко говорить не смеет, -

Не то б я потрясла пещеру Эхо

И сделался б ее воздушный голос

Слабее моего от повторенья

Возлюбленного имени Ромео.

– Любимая опять меня зовет!

Речь милой серебром звучит в ночи,

Нежнейшею гармонией для слуха.

– Ромео!

– Милая!

– Антош, можно тебя на минуточку? – крикнула от входа в зал Лидия Ивановна.

– Сейчас, Лидочка. Так. Продолжаем, я сейчас вернусь.

Лидочка?! Он так назвал ее?

Настроение померкло.

– Таша! Ты говоришь, – сказала Аня.

– Когда мне завтра прислать к тебе с утра, – голос задрожал, интонация пропала.

Я извинилась и вышла через черный вход. Усевшись на скамейку возле двери, сжала кулаки. Долго побыть мне не удалось. Кто-то вышел следом.

– Таша, что случилось? Ты забыла слова? В этом ничего постыдного нет. Пойдем, репетировать надо, – произнес Семен.

– Сем, я не забыла слова. Просто там очень душно, и я решила отдохнуть. Можешь со мной посидеть, если хочешь. Потом вернемся, – легко солгав, попросила я.

Семен раньше любил меня, поэтому остался. Рядом с ним я чувствовала себя немного напряженно. Было ощущение, будто мы магниты, которые перевернули, и они отталкиваются друг от друга.

– Вы здесь. Идемте. Антон Григорьевич требует вашего незамедлительного появления, – сказала Аня, выбежав к нам.

Мы вернулись в зал. Учитель многозначительно на меня посмотрел, а я вздернула подбородок, поднялась на сцену, и мы продолжили.

После репетиции Антон повез меня в ресторан пообедать. Всю дорогу мы молчали. В ресторане выбрали уединенный уголок, где никто не мог нас увидеть, и заказали еду. Пока ждали заказ, парень заговорил:

– Ты не сообщила мне вчера, что добралась до дома.

– Ты не просил.

– Я не успел, ты убежала.

– Я не понимаю тебя. Сначала ты просишь держать дистанцию, потому что ты мой учитель, а потом везешь в ресторан, поджидая меня за кулисами актового зала. Благо, все разошлись быстрее, и у Ани еще занятия, поэтому она не стала задавать лишних вопросов.

– Я чувствую вину, и должен что-то для тебя сделать, хотя бы нормально покормить.

У меня было ощущение, что сейчас мой взгляд может его уничтожить.

– Ты привел меня в ресторан, потому что тебе меня жалко?

– Ты не так поняла.

– А что еще я не так поняла?!

Я злилась.

– Зачем Лида звала тебя?

– Директор сказал ей помогать мне в постановке спектакля.

– Угу.

– Так и есть.

– Я верю, верю, – саркастически сказала я.

Тут принесли наш заказ, и мы молча ели. Я не сказала больше ни слова. После обеда он отвез меня домой, и мы больше не созванивались.

В полной тишине проходили дни. Я разговаривала с Антоном только во время урока, когда он спрашивал меня или вызывал к доске. Настроение меркло с каждой минутой. Бабушка грустнела вместе со мной, потому что я снова мало говорила, мало гуляла и мало смеялась.

Через неделю мы уже репетировали пятую сцену «Ромео и Джульетты». Сад Капулетти. В окне видны Ромео и Джульетта.

– Ты хочешь уходить? Но день не скоро:

 То соловей – не жаворонок был,

Что пением смутил твой слух пугливый;

 Он здесь всю ночь поет в кусте гранатном.

 Поверь мне, милый, то был соловей, – сказала я.

– То жаворонок был, предвестник утра, -

 Не соловей. Смотри, любовь моя, -

 Завистливым лучом уж на востоке

 Заря завесу облак прорезает.

 Ночь тушит свечи: радостное утро

 На цыпочки встает на горных кручах.

Уйти – мне жить; остаться – умереть, – на мой взгляд, Семен играл отлично.

– Нет, то не утра свет – я это знаю:

 То метеор от солнца отделился,

 Чтобы служить тебе факелоносцем

 И в Мантую дорогу озарить.

 Побудь еще, не надо торопиться.

На этом моменте я должна подойти к Семену и поцеловать его. И только он протянул ко мне руку, Антон прервал его:

– Что ты стоишь? Джульетта – твоя любимая, ты, наоборот, должен к ней подбежать, закружить по сцене и поцеловать.

Семен подошел ко мне, хотел сделать, как сказал учитель, но его действия были скованными и неуверенными.

– Смотри и учись, – произнес Антон.

Он попросил меня повторить последнюю строчку, потом, когда я закончила, подбежал ко мне, заключил в объятия, закружил и склонился надо мной. Он смотрел мне в глаза так чувственно, я не верила тому, что вижу, и тут он отпустил меня.

– Понял? – спросил Антон, поворачиваясь к Семена, а я, полностью обескураженная, делала вид, что это просто репетиция.

Глава 4. Вечный спаситель

В осенние каникулы, часть класса, которые играли в спектакле, каждый день ходили в школу на репетицию. Поэтому я каждый день виделась с Антоном. Мы начинали общаться снова, но Лидия Ивановна, словно замечая что-то, постоянно вставала между нами. Наедине мы больше не оставались. Звонить я не собиралась, и он ничего не делал, чтобы сблизиться со мной.

Тем временем я начала общаться с Семеном. Мы ходили в кино, гуляли по парку, провожая осень. Аня радовалась, что Семен стал поактивнее и встречается со мной. Подруга считала его идеалом каждой девушки. Я не возражала. В последнее время, мне на все было плевать.

В конце второй четверти, мы наконец-то сыграли спектакль. Зрители шумно аплодировали. Мы получили приз за лучший спектакль года в нашей школе – грамота классу, дипломы и диски с современной танцевальной музыкой участникам. Мы бурно радовались победе, после чего выпили по бокалу шампанского с разрешения учителей. Однако «Ромео» забылся и выпил больше, чем следовало.