Похититель перемещений. Часть 2

Глава 1. Первые испытания

Сад Грибной Феи Юле уже был немного знаком, ведь она проходила через него, когда шла в замок. Поэтому она прошла его, особо не заостряя ни на чём внимания. Чего нельзя сказать о её друзьях. Они с интересом разглядывали скульптуры и растения, которые там росли. Особенно Ваня. Он внимательно рассматривал каждый кустик, каждый цветочек, подолгу останавливаясь, словно чувствовал какую-то связь с ними. И этим очень тормозил остальных путников, которым тоже приходилось останавливаться вместе с ним. Если Юля, Джимми и Часовски относились к этому с пониманием, то Каркарра каждый раз недовольно закатывала глаза и издавала какой-то непонятный звук, похожий на презрительное фырканье. Наконец, она не вытерпела:

– Да сколько можно? Мы так даже за ворота не выйдем!

Ваня как ошпаренный отпрянул от цветка, который разглядывал и, виновато опустив голову, пробормотал: «Извините».

Юля метнула в Каркарру рассерженный взгляд, но та, даже не посмотрев на неё, снова продолжила движение.

«Вряд ли мы с ней подружимся», – подумала девочка, глядя вороне в спину, вспомнив слова Ариетты.

Они, наконец, добрались до ворот. На входе всё ещё стояли те самые два больших тетерева. Как и в прошлый раз они бросили короткие взгляды на тех, кто проходил мимо них и снова повернули головы вперёд.

Выходя, Юля обернулась. Грибная Фея всё ещё стояла у гриба, провожая их взглядом. Остальные жители замка уже разбрелись. Девочка помахала ей рукой на прощание, и та тоже помахала в ответ. А затем Юля вышла за ворота вместе с остальными.

Стоял прекрасный тёплый день. Солнце находилось на том же месте, на котором его застала Юля, когда подходила к замку, словно никуда и не уходило. Ваня щурился, глядя ввысь и явно получал удовольствие. Он даже осмелился снять варежки, чтобы его ладошки-листики получили порцию солнечного света. Остальные же, напротив, предпочли обезопасить себя: Джимми надел свои тёмные очки, Часовски натянул козырёк кепки на глаза, а Юля приложила ко лбу ладонь, чтобы не ослепнуть от яркого света. Каркарра же просто опустила голову и так и шла, смотря себе под ноги.

Компания шла молча. Никто не проронил ни слова с тех пор, как они попрощались с Ариеттой и жителями замка. Похоже, что каждый думал о чём-то своём. Юля решила пока не мешать им и тоже углубилась в свои мысли.

Пройдя освещённую поляну, они оказались в прохладной лесной чаще, которая охотно приняла их в свои зелёные объятия.

В книгах, которые Юля читала, часто встречались описания природы. Больше всего попадались леса. Путники почти всегда путешествовали через лес, заросший разного вида деревьями, кустарниками и травами. В некоторых книжках на такие описания могла уйти целая страница, а то и больше. Юле они казались очень скучными, ей больше был интересен сюжет. Ну правда, кому интересно описание какого-то куста или замшелого пня? Всем хочется поскорее узнать, справятся ли главные герои с опасностями, которые их подстерегают впереди.

Конечно, Юля понимала, что всё это необходимо, чтобы читатель наиболее подробно мог представить себе местность, в которой разворачивается событие, но ничего не могла с собой поделать. Бывало, она просто перелистывала слишком занудные моменты. А сейчас вдруг задумалась: не зря ли? Девочка не знала названия практически ни одного растения, которые обычно растут в лесу.

Вот взять, к примеру, этот колючий куст. Что это? Шиповник, или что-то другое? Или вон те голубые цветы? Юля задумалась: а какие голубые цветы она вообще знает? Может быть, колокольчики? Хотя, насчёт их цвета она тоже не была уверена. Но цветы, которые она увидела явно были другими. Юле стало грустно от того, что она так мало знает. И она пообещала себе более внимательно читать подобные моменты в книгах.

Кстати, насчёт того, чтобы почитать. Она вдруг вспомнила, что у неё в рюкзаке лежит книга-дневник бывшего хозяина её дома, которую она всё ещё таскала с собой, хотя можно было оставить её в замке у Феи. Интересно, там есть какие-то описания природы? Проверить это было сложновато: чем дальше они углублялись в лес, тем темнее становилось, а «портить глаза», как выражалась её мама, она не хотела.

«Ну ничего, потом почитаю», – решила Юля.

Чего ей больше всего хотелось, так это рисовать. В её голове одна другую сменяли картинки – идеи для её рисунков. Среди них была и та, которую ей заказала Ариетта. Она представляла её себе так: Все стоят рядом с большим мерцающим грибом, в центре сама волшебница, слева и справа девочки-грибочки и остальные обитатели замка, которые выходили их провожать, а на заднем фоне величественный и удивительный замок.

«Похоже, что этот рисунок будет выглядеть, как открытка», – подумала Юля. – «А если каждому пририсовать красные колпаки и одеть в узорчатые свитера и платья и добавить снега, то будет вылитая новогодняя открытка. Интересно, а в этом мире отмечают Новый Год?»

Она хотела спросить об этом у Каркарры, но побоялась. Слишком суровый был у той вид. К тому же немного времени спустя ей в голову пришла мысль, о том, что в замке волшебницы вряд ли знают об этом празднике. Ведь время там застыло и всегда царит лето. Но, возможно, домовые отмечают его. Надо будет спросить об этом у Айды. Когда… Они спасут его и остальных домовых. Если спасут…

Когда Юля была в замке волшебницы и слушала её мудрые наставления, у неё не было никаких сомнений в том, что всё у них получится. Но сейчас, всё дальше и дальше удаляясь от неё, девочка всё меньше чувствовала себя защищённой и всё больше этот поход казался обречённым на провал. Даже несмотря на странные предметы, которые Ариетта им вручила и оружие, которым снабдила. Снабдить то снабдила, но не научила им пользоваться. Теперь, глядя на их команду, ей казалось, что они просто дети с железными прутиками и даже не подозревают, что ждёт их впереди.

Наверное, Каркарра была права. Лучше бы ей самой отправиться в логово колдуна спасать домовых вместе с другими птицами-воинами.

Юля посмотрела на ворону. Та уверенно шла вперёд, не сбавляя шага и не оборачиваясь на остальных путников, некоторые из которых довольно прилично отстали. Одуванчик Ваня так и вовсе плёлся позади всех. Юле показалось, что ещё чуть-чуть и он свалится замертво.

– Надо сделать привал, – сказала Юля, догнав Каркарру.

– Мы ведь только вышли, о каком привале может идти речь? – хмыкнула ворона, даже не взглянув на девочку.

Юля посмотрела на неё с недовольным видом.

– Ваня устал, ему надо немного отдохнуть, – твёрдо сказала Юля, отчеканивая каждое слово, думая, что ворона только так и поймёт.

Каркарра действительно остановилась и посмотрела сначала на девочку, а за тем на Ваню. Одуванчик еле перебирал конечностями, щёки его раскраснелись, а лоб покрыли капельки пота.

– Ты бы снял свои доспехи! – крикнула ему ворона. – Жарко ведь в них!

– Мне нельзя их снимать, а то моя причёска разлетится от ветра, – немного отдышавшись сообщил одуванчик.

– Подумаешь, было бы о чём переживать, – фыркнула ворона. – Не такая уж твоя причёска красивая и, если честно, совсем тебе не идёт.

Одуванчик тут же опустил голову. Казалось, что он вот-вот заплачет.

– А ну-ка, извинись перед ним! – процедила девочка сквозь зубы, буравя Каркарру гневным взглядом.

– А за что извиняться-то? – пожала плечами ворона, даже не моргнув глазом. – Я сказала правду. Причёска эта ему не идёт. И скажу ещё вот что: если мы так и будем останавливаться через каждые полчаса, то никогда не дойдём и никого не спасём. А всё из-за него, – она махнула рукой в сторону Вани, который был ни жив ни мёртв, топтался на месте и не знал, куда ему деться от её сурового взгляда, – он безнадёжен. Надо было оставить его в саду у Феи, расти среди других цветов.

– Лучше бы тебя там оставили, ты нам и даром не нужна! Сами бы добрались как-нибудь.

– Да ну? Хотелось бы посмотреть. Готова поспорить, вы бы даже из леса не вышли без меня.

Каркарра явно издевалась над Юлей, и та уже вся побагровела от злости. Ей хотелось проучить ворону и наказать за то, что обидела её друга. Рука девочки сама собой потянулась к ножнам, на что Каркарра только дерзко скривила свой клюв, как бы говоря: «Ну давай, попробуй».

Вряд ли девочка смогла бы воспользоваться своим оружием. Но, к счастью, проверять это ей не пришлось. Откуда ни возьмись появился Джимми и встал между ними.

– Дамы, пожалуйста, не ссорьтесь, – сказал верблюд будничным тоном и, стараясь их примирить, обнял девочку и ворону за плечи.

Каркарра тут же отстранилась от него и сложила крылья на груди, как делают люди, скрещивая руки, когда сердятся.

– Позвольте вмешаться, – выступил вперёд Час Часовски, выпустив из-под усов-стрелок струйку едкого дыма. – Думаю конфликт выеденного яйца не стоит и его легко разрешить. Вам, уважаемая Каркарра действительно бы стоит извиниться перед Ваней. Он не виноват, что такой слабый и не нужно его в этом упрекать. Причёска очень важна для него и это стоит уважать. Нам всем нужно уважать и поддерживать друг друга. Ни к чему ссориться, раз уж судьба объединила нас общим делом. А иначе мы и правда не достигнем цели.

На недолгое время воцарилась тишина. Юля ждала что ворона сейчас выдаст что-нибудь язвительное, как-нибудь обругает ещё и Часовски, но та неожиданно сказала:

– Я и подумать не могла, что часы могут обладать таким благоразумием. Да, ты прав. Я обещала Фее проводить вас и не могу нарушить своё слово. Ругаться нам действительно не нужно. Буду стараться держать своё мнение при себе. Впрочем, оно вам и так уже известно, нет смысла повторять одно и тоже по нескольку раз.

А после она сделала ещё кое-что неожиданное: повернулась к одуванчику и смерив его взглядом проскрипела: Извини.

Впрочем, это прозвучало как ещё одно оскорбление, но, похоже, по-другому Каркарра не умела.

Она взмахнула крыльями и прокаркала:

– Я на разведку, посмотрю что впереди. Придумайте пока что делать с цветком.

Не успели путники опомниться, как ворона поднялась в воздух и улетела. Юля и её друзья проводили её глазами.

– Ну, что думаете? – спросила девочка.

– Суровая особа, нам будет не просто с ней, – заметил Джимми. – Зачем Фея послала её с нами? Могла бы просто дать нам карту.

– Ну волшебница надеялась, что в итоге она изменится и мы все подружимся. Она сказала мне это, когда провожала нас.

Верблюд выпучил глаза и на его морде появилось ошеломлённое выражение, как если бы он узнал что-то невероятное.

– Я думаю, что она была права, – вдруг сказал Часовски. – Рано или поздно это действительно произойдёт. Хоть её манера общения довольно груба и резка, но изменения всё-таки возможны. Только от нас зависит, произойдёт это или же нет. Если она увидит, как мы хорошо друг к другу относимся, то, возможно, захочет стать частью этого. В любом случае, даже следуя карте, можно заблудиться, ведь мы новички в этом мире, а она здесь давно, и похоже знает, куда идти. К тому же, она опытный воин.

– Что ж, ладно, – вздохнув, сказала Юля, хотя на её лице всё ещё читалось недовольство. – Придётся терпеть её. Но если она ещё раз кого-нибудь из вас обидит, я ей задам!

Девочка повернулась к одуванчику, который молча стоял чуть поодаль остальных.

– Ты как? – тихо спросила она.

– Я в порядке, – ответил Ваня. – Спасибо, что заступилась за меня. Только Каркарра, наверное, права. От меня никакого толку. Я и правда буду вас только тормозить. Лучше будет, если я вернусь к Фее.

Юля подошла к нему и крепко обняла. Затем положила ладони с двух сторон на его шлем и посмотрела прямо в глаза:

– Ну что ты такое говоришь, глупенький? Как это никакого толку? Ты часть нашей команды, ты так же важен, как и остальные.

Девочка всё никак не могла подобрать слова, которые бы выразили, как одуванчик ей нужен, и как она его любит. Пусть он неказист и хрупок, но она была уверена, что он сделает что-то очень важное. В поисках поддержки она посмотрела на Джимми.

– Дружище не принимай всё так близко к сердцу, – мигом подключился тот, поймав взгляд девочки. – Причёска у тебя шикарная, ни у кого такой не встретишь. А если тебе тяжело идти, то я могу нести тебя хоть всю дорогу – для меня это пустяки.

Одуванчик поднял на него глаза и, встретив на себе ободряющий взгляд верблюда, улыбнулся ему.

– Спасибо, вы все так добры ко мне, я, пожалуй, не буду возвращаться к Фее, а останусь с вами, – сказал он.

– Вот и прекрасно! – удовлетворённо воскликнул Джимми. – Может быть присядем и перекусим?

– Отличная мысль! – поддержала его Юля. – Господин детектив, не могли бы вы развести костёр? Только у вас есть огонь.

– Разумеется, – откликнулся тот и достал из внутреннего кармана коробок спичек.

Собрав немного веток, которых было полно вокруг, друзья сложили их в кучу, а Часовски поджёг.

Не прошло и минуты, как костёр разгорелся, освещая лица путников, усевшихся вокруг него, яркими языками пламени.

Повисла тишина. И только треск горящих веток её хоть как-то разбавлял.

– Ну чего вы все молчите, может поболтаем о чём-нибудь? – весело предложила Юля. – Вы как вышли из замка, так ни слова не проронили, как воды во рты понабрали.

– Эм, ну не знаю, как остальные, а я до сих пор в лёгком шоке, – признался Джимми. – Выхожу я, значит, из этой… машины, и тут мне сразу объявляют, что надо идти кого-то спасать.

И на его физиономии появилось смешное выражение, словно он действительно был чем-то ошарашен.

– Что-то не заметила у тебя такого выражения, когда ты вышел, – заметила девочка.

– Так я и не сразу понял, что произошло, а как понял…

Тут он повторил свою гримасу, ещё больше выпучив глаза, изобразив удивление и ужас одновременно.

Юля засмеялась. Верблюд весело подмигнул, давая понять, что он просто шутит.

– Вон Ваня сразу всё понял, как только оказался в этом мире, – шёпотом сказал верблюд, скосив глаза на одуванчика. – Поэтому захотел удрать.

– Он просто очень стеснительный и испугался, когда увидел столько народа, – улыбнулась Юля и озабоченно посмотрела на Ваню, который сидел на поваленном дереве и болтал ножками взад и вперёд. – Говори потише, не хочу чтобы он опять расстроился.

– Я тоже не хочу. Он славный. Только слишком ранимый. Ему бы проще смотреть на всё и не расстраиваться по пустякам. Хотя эта Каркарра на кого угодно жути наведёт.

– Это точно.

Одуванчик не слышал о чём они говорили – он задумался о чём-то своём. Скорее даже замечтался, потому что он смотрел куда-то в лесную темень и на его мордашке застыла улыбка, а в глазах плясали весёлые огоньки.

– Ваня, а ты о чём думал, пока мы шли из замка? – громко спросил у одуванчика Джимми.

Тот ответил не сразу. Похоже, ему потребовалось немного времени, чтобы спуститься с небес на землю и ещё какое-то на то, чтобы хорошенько обдумать стоит ли говорить это остальным и что именно следует сказать.

– Мне очень понравился сад волшебницы, – наконец робко произнёс он. – Там много растений, цветов. Они не похожи на меня, но проходя мимо, я, кажется, что-то почувствовал – словно меня с ними роднит что-то. И я дорогой всё мечтал о таком месте, где много таких как я – живых, умеющих говорить. Как думаете, есть ли такое место?

– Всё может быть, – растерянно ответила девочка, а потом, чтобы приободрить друга добавила: Да наверняка есть! Может быть, мы даже встретим его по дороге и ты сможешь пообщаться со своими сородичами.

Юля призадумалась. А ведь действительно, почему бы такому месту и не быть? Ведь она в волшебной стране и за то короткое время, что была здесь, успела увидеть множество чудес.

И потом, если есть живые говорящие грибы, то почему не может быть говорящих растений, цветов? Если есть Грибная Фея, то, вполне возможно, где-то живёт Цветочная? И её окружают девочки-цветочки?

Воображение Юли тут же нарисовало яркую картинку: красивая девушка, похожая на Ариетту, в платье из цветов, а вокруг её помощницы: Лилия, Розочка, Хризантема и другие, в красивых шляпках похожие на цветы. Да, Ване бы понравилось среди них. Может быть, эта волшебница сделала бы его дворецким в своём замке, и он встречал бы гостей и следил за порядком. Может быть, став взрослым и важным, он отпустит усы, как у Часовски. Но Юле он всё-таки нравился таким, как сейчас: немного нелепым и стеснительным мальчиком.

Одуванчик благодарно улыбнулся Юле.

– Часовски, а ты? – спросила девочка, повернувшись к детективу.

– Я мечтал о новом деле, – ответил тот кашлянув. – Не могу без расследований – мой механизм начинает ржаветь. Шестерёнкам в моей голове нужно постоянно крутиться, разгадывать тайны, распутывать загадки. Без них я чувствую себя словно не в своей тарелке. Надеюсь, что этот поход предоставит возможность для этого и будет над чем поразмыслить.

– Думаю, что так оно и будет, – вежливо ответила девочка.

Каркарры всё не было и Юля немного проголодалась. Она полезла в рюкзак и достала оттуда пирожок, который ей передала бабушка Ойой. У неё ещё осталось несколько штук. А ещё бутерброды и немного сока. Самое время, чтобы всё это умять, пока не испортилось. Еда которую им дала Ариетта лежала у Джимми в сумке.

Юля дала ему один пирожок. Насколько она знала, верблюды травоядные, поэтому дала ему тот, что был с капустой.

Джимми посмотрел на него с недоверием, прищурив один глаз и сморщив лицо, потом понюхал и осторожно надкусил. Тут же оба его глаза широко открылись, словно он увидел что-то невероятное.

– Мм, а это вкусно! – воскликнул он.

– Опять шутишь? – скривила губы Юля.

– Да нет, мне правда нравится. Это ты его испекла?

Девочка чуть было не соврала, но всё же мотнула головой из стороны в сторону.

– Это испекла бабушка моего друга, которого мы идём спасать, – ответила она.

– Надеюсь, когда мы его спасём и вернём домой, она в благодарность за это накормит нас пирожками до отвала, – облизнувшись, сказал Джимми.

Юля поняла, что он снова шутит и решила ответить ему в том же духе:

– Конечно, она подарит нам целый таз пирожков!

– Тогда я в деле!

Сказав это, Джимми покосился на Часовски и добавил таинственным голосом:

– Теперь у меня есть «мотив».

Детектив сразу понял, что это камень в его огород, но нисколько не рассердился, а только усмехнулся сквозь свои усы-стрелки.

Послышался лёгкий шелест крыльев, и на полянку, где они сидели опустилась Каркарра.

– Собирайтесь мы идём дальше, – сказала она, разом оборвав всё веселье.

– Вы разве не хотите подкрепиться, сударыня? – дружелюбным тоном спросил Джимми.

Он явно старался наладить с ней контакт, создать комфортную атмосферу для всех участников отряда. Но ворона метнула в него взгляд, в котором читалось то ли отвращение, то ли презрение и коротко бросила:

– Не голодна. Решили, что делать с растением?

Она ткнула крылом в Ваню, так внезапно, что тот подпрыгнул на месте.

– Я понесу его, мне не тяжело, – не теряя присутствие духа, ответил верблюд.

Каркарра смерила его презрительным взглядом потом пожала плечами:

– Как знаешь. Ладно, не будем терять времени.

Одуванчик взобрался на спину Джимми и, обхватив его за шею своими ладошками-листиками, удобно устроился на его рюкзаке.

Путники быстро собрались и потушили костёр, залив его водой, а затем двинулись в след за вороной, которая, не дожидаясь их, уже шагала в непроглядную чащу.

Идя за ней следом, Юля уже в который раз задалась вопросом: почему волшебница дала им в проводники именно её? Неужели, среди всех её приближённых не нашлось никого более сговорчивого, не с таким ужасным характером, как у этой противной вороны?

Похоже, действительно не нашлось. Придётся им терпеть её всю дорогу. У девочки было множество вопросов, на которые ворона могла бы дать ей ответ, но она не решалась её спросить. Тем более после недавней ссоры.

Так они прошли, как показалось Юле около часа. И опять никто не проронил ни слова.

Не так себе она представляла этот поход. Девочка думала, что он будет наполнен шутками Джимми, мудрыми изречениями Часовски, ну и какими-нибудь забавными и милыми фразами Вани. Но вместо этого их путешествие проходило в практически гробовой тишине, разбавляемой только звуками леса, вернее её многочисленных обитателей, которые жужжали, скрипели и пищали, но из-за темноты и малого размера их было невозможно увидеть. Снова объявились противные комары, и девочка вновь одела свою жёлтую куртку, как и в прошлый раз застегнув и затянув всё, что только можно было, чтобы ни один приставучий пискун не добрался до её кожи, оставив только маленькое окошко в капюшоне для глаз.

Девочка знала, почему все молчат. Во всём виновата Каркарра. Из-за неё у всех было какое-то гнетущее, подавленное состояние. Юля не хотела провести так весь поход и решила, что нужно что-нибудь предпринять. Если она просто так заведёт разговор со своими друзьями, то вряд ли из этого что-то выйдет. И девочка решила, что нужно заняться причиной всеобщего плохого настроения. Скрепя сердце, она догнала Каркарру и, после некоторого колебания спросила:

– Далеко нам ещё идти?

Ворона скривила клюв, и, громко рассмеявшись, сказала:

– Что уже устала, да? Домой захотелось?

Юле так и подмывало стукнуть её чем-нибудь, но выдохнув, она неожиданно для самой себя спокойно ответила:

– Нет, мне просто любопытно.

– Не знаю, сколько по времени получится, – неохотно ответила Каркарра, не глядя на свою собеседницу. – Я обычно летаю, а в воздухе намного быстрее получается. Думаю, что к ночи мы выйдем из леса, если ничего не случится. Да до логова колдуна ещё около пяти дней.

«Кажется контакт налаживается», – чувствуя, как сердце в её груди ускорилось от волнения, подумала Юля. – «О чём бы её ещё спросить?»

Она принялась лихорадочно думать, но вдруг кое-что произошло. Каркарра вся как-то напряглась и застыла на месте, как вкопанная. Юля сначала ничего не поняла, но спустя мгновение до неё дошло: ворона что-то услышала и теперь пытается уловить этот звук опять.

– В чём дело, почему стоим? – бодрым тоном спросил подошедший к ним Джимми. Заметив, что ворона всматривается куда-то в темноту, он тоже начал смотреть туда, приложив ко лбу ладонь. – Что-то ничего не вижу. А если так?.. – он согнул пальцы в кружочки и приложил к глазам, словно бинокль. – Ну вот, совсем другое дело. Теперь я вижу всё!

Даже если бы у него был настоящий бинокль, он бы в него ничего не увидел – кругом была темнота и густые заросли. Так что его изречение прозвучало довольно комично. Но Каркарра шутку не оценила. Она метнула в верблюда яростный испепеляющий взгляд. Ничего на этот раз не сказав, она резко повернулась обратно, а спустя секунду сорвалась с места и полетела в темноту, лавируя между деревьев.

– Эй, куда ты? Подожди! – крикнула ей в след девочка, и, повернувшись к остальным сказала: Давайте все за ней!

И Юля бросилась в темноту догонять ворону. Ломая кусты, цепляясь за колючки, она всё бежала и бежала вперёд, туда, куда улетела Каркарра, хотя и потеряла её из виду практически сразу, как только та взлетела. Кроме стука своего колотящегося сердца и тяжёлого дыхания она слышала, как сзади за ней бегут её друзья. Джимми буквально дышал ей в спину, а Часовски заметно отстал. Он несколько раз останавливался, опираясь рукой о какое-нибудь дерево чтобы отдышаться. Юля подумала, что ему тяжело дышать из-за того, что он много курит. Надо будет обязательно с ним поговорить об этом. Девочка вспомнила, как хотела это сделать ещё когда он не был оживлён, а был просто плодом её воображения.

Внезапно кусты расступились перед девочкой, и она чуть было не споткнулась о стоявшую Каркарру. Та застыла около большой ямы и смотрела вниз. Юля подошла совсем близко к краю и тоже посмотрела туда. И тут же встретилась с тремя парами маленьких испуганных глаз. Они принадлежали малышам-грибочкам, которые, похоже провалились вниз и никак не могли выбраться наружу.

– Бедняжки! – с жалостью воскликнула Юля и тут же с укором и надеждой посмотрела на Каркарру: почему ты ничего не делаешь? Помоги им!

Тут подоспел Джимми с Ваней, болтавшимся за спиной, а немного погодя и Часовски.

Ворона оглянулась на новоприбывших и скривила клюв в усмешке.

– А мне хотелось посмотреть, как вы с этим справитесь, – сказала она. – Вот и проверим, на что вы способны.

Это было очень неожиданно и Юля растерянно взглянула на своих друзей. И тут же облегчённо вздохнула, потому что увидела в их глазах поддержку и решимость помочь. Часовски кивнул с серьёзным видом, а Джимми весело подмигнул, что подействовало на Юлю успокаивающе.

– Что будем делать? – тихо спросила она у своих друзей, подойдя к ним поближе.