Край Основания [Академия на краю гибели]

Агент

Манн Ли Кампер, Советник Терминуса, неуверенно протянул руку Тревизу.

Тот сурово посмотрел на нее и сказал в пространство:

– Я не склонен создавать ситуацию, при которой окажусь арестованным за нарушение порядка на чужой планете, но мне придется пойти на это, если этот тип подойдет хотя бы на один шаг ближе.

Кампер сразу остановился в нерешительности и, наконец, сказал тихо, неуверенно взглянув на Пилората:

– Не могли бы мы поговорить, чтобы объясниться? Может быть, ты выслушаешь меня?

Пилорат, слегка нахмурившись, переводил взгляд с одного на другого.

– Что это, Голан? Не успели мы прилететь на такую далекую планету, как сразу встретили вашего знакомого?

Тревиз не спускал глаз с Кампера, но слегка развернулся, чтобы было ясно, что отвечает он Пилорату.

– Это… человеческое существо, если судить по внешнему виду, когда-то было моим другом на Терминусе. Как и всегда с друзьями, я был откровенен с ним. Я высказывал ему свои мнения, о которых, вероятно, все же не следовало кричать на улицах. Он передал их властям, по-видимому, весьма детально, но не потрудился сообщить мне об этом. По этой причине я был ловко пойман в ловушку, и теперь нахожусь в ссылке. А сейчас это человеческое существо желает, чтобы его опять признали другом. – Он повернулся к Камперу и ткнул пальцем ему в волосы, несколько нарушив аккуратную укладку волос.

– Слушайте, вы! У меня к вам один вопрос: что вы здесь делаете? Почему вы выбрали из всех миров Галактики именно этот? И почему – сейчас?

Рука Кампера, остававшаяся протянутой в течение всей речи Тревиза, теперь опустилась. Улыбка исчезла. Самоуверенный вид, свойственный ему, пропал, а без него Кампер выглядел моложе своих тридцати четырех лет.

– Я объясню, – сказал он, – но только с самого начала.

Тревиз быстро огляделся.

– Здесь? Вы хотите говорить об этом здесь, в общественном месте? Вы хотите, чтобы я ударил вас тут, после того как наслушаюсь вашей лжи?

Кампер поднял руки, сложив ладони.

– Поверь мне, это самое спокойное место. – Но увидев, что Тревиз собирается что-то возразить, поспешно добавил: – Можешь не верить мне – это все равно. Но я говорю правду. Я пробыл на планете несколько дольше, чем вы, и проверил. Сегодня на Сейшел какой-то особенный день. День медитации. Почти все сидят по домам – или должны сидеть. Сам видишь, как здесь пусто. Не думай, что это всегда так.

Пилорат кивнул и заметил:

– А я-то удивлялся, почему здесь так безлюдно. – Он наклонился к уху Тревиза и прошептал:

– Почему бы вам не позволить ему рассказать, Голан? Он выглядит таким несчастным, бедняга, может, он попытается извиниться. Мне кажется несправедливым – отказывать ему.

Тревиз сказал:

– Доктор Пилорат, кажется, желает выслушать вас. Я хотел бы угодить ему, но вы весьма обяжете меня, если будете говорить кратко. Возможно, это удачный день для высвобождения моего темперамента. Если все заняты медитацией, никакое нарушение с моей стороны не привлечет стражей закона. Завтра мне может не повезти. Стоит ли надеяться на случайность?

Кампер напряженно сказал:

– Если хочешь вздуть меня – давай. Я даже защищаться не стану. Ясно? Но сначала выслушай меня.

– Говорите.

– Во-первых, Голан…

– Обращайтесь ко мне по фамилии, пожалуйста. Я не желаю быть с вами на «ты».

– Во-первых, Тревиз, вы проделали хорошую работу, чтобы убедить меня в своих взглядах…

– Вы это хорошо скрывали. Я мог бы поклясться, что вы просто смеялись надо мной.

– Я пытался смеяться, скрывая от самого себя тот факт, что вы были исключительным нарушителем душевного спокойствия. Давайте сядем у стенки. Хотя здесь и пусто, но кто-нибудь может зайти, а я не думаю, что нам стоит привлекать внимание.

Они сели в кресла, которые мягко прогнулись по форме их тела. Пилорат удивился и сделал попытку встать.

– Расслабьтесь профессор, – остановил его Кампер. – Я уже прошел через это. Они во многом опередили нас. Этот мир любит комфорт. – Он повернулся к Тревизу, положил руку на спинку его кресла и мягко заговорил:

– Вы смутили меня. Вы заставили меня почувствовать, что Второе Основание существует, и это глубоко потрясло меня. Я прикинул последствия. Не ясно ли, что они могут следить за вами каким-то образом? Устранить вас как потенциальную угрозу? А заодно и меня? Вы улавливаете мою мысль?

– Мысль труса – да!

– А что хорошего в том, чтобы стать храбрецом, каких много в истории? – по-прежнему мягко спросил Кампер, но его голубые глаза сузились от негодования. – Можем ли вы или я противостоять организации, способной переплавить ваш мозг и эмоции? Единственный путь эффективной борьбы – скрыть наше знание и начать сначала.

– Значит, вы скрыли и спаслись? Однако, вы не скрыли этого от мэра Бранно. Тот же риск!

– Да! Но я думал, что дело стоит этого. Разговор между собой не даст ничего, кроме того, что нас возьмут под мысленный контроль или сотрут нашу память. С другой стороны – если я сказал мэру, то потому, что она хорошо знала моего отца. Мы с отцом эмигрировали со Смирно, а бабушка мэра…

– Да, да, – нетерпеливо перебил его Тревиз, – и вы нашли след далеких предков в Секторе Сириуса. Вы так часто об этом рассказывали, что это известно всем. Дальше!

– Ну, я ей и сказал. Если бы я мог убедить мэра, пользуясь вашими аргументами, что налицо опасность, Федерация могла бы предпринять какие-то действия. Мы теперь не так беспомощны, как во времена Мула, и – что хуже всего – это опасное знание стало бы распространяться. Лично мы оказались бы в исключительной опасности.

– Подвергнуть опасности Основание, лишь бы обезопасить себя. Вот где истинный патриотизм! – ядовито заметил Тревиз.

– В худшем случае – да. Но я надеялся на лучшее. – Кампер слегка вспотел. Казалось, на него давило неподвижное ожидание Тревиза.

– А мне вы не сообщили о столь мудром плане…

– Нет, и очень сожалею об этом, Тревиз. Мэр приказала мне молчать. Она сказала, что хочет знать все, что знаете вы, но вы такой человек, что замкнетесь, если узнаете, что ваши замечания кому-то переданы.

– Она права!

– Я не знал… не предполагал… я и подумать не мог, что она собирается арестовать вас и выкинуть с планеты.

– Она поджидала подходящего политического момента, когда мой статус Советника не сможет защитить меня. Этого вы не предвидели?

– Как я мог предвидеть? Вы и сами не предвидели…

– Если бы я знал, что мои взгляды ей известны, я бы предвидел.

Кампер парировал неожиданным налетом наглости:

– В ретроспективе легко рассуждать.

– Ладно, ну и что вам понадобилось от меня здесь? Тоже что-нибудь из ретроспективы?

– Поправить все. Исправить вред, который я – неумышленно – нанес вам.

– Красота, – сухо заметил Тревиз. – На вас очень похоже! Но вы так и не ответили на мой самый первый вопрос. Как вы попали сюда? Как получилось, что вы оказались на той же планете, что и я?

– Ответ прост. Я следовал за вами.

– Через гиперпространство? Когда мой корабль сделал серию прыжков?

– Тут нет никакой тайны. У меня такой же корабль, как и у вас, с таким же компьютером. Вы знаете, что я всегда обладал способностью угадывать направление движения кораблей через гиперпространство. Догадка не всегда бывала удачной, я раза два ошибался, но с компьютером мне было значительно легче. Вы колебались на старте, и это дало мне возможность оценить направление и скорость, с которой вы шли перед входом в гиперпространство. Я вложил эти сведения плюс мои собственные интуитивные экстраполяции в компьютер – и он сделал все остальное.

– И вы действительно попали в город раньше меня?

– Да. Вы не пользовались гравитацией, как я. Я сообразил, что вы направитесь в столицу, так что опустился прямо, в тоже время, как вы, – Кампер сделал пальцем спиралевидное движение, показывая, как корабль шел по направленному лучу.

– Вы рисковали поссориться с таможней Сейшел.

– Ну, – лицо Камера засияло от улыбки и стало таким бесспорно очаровательным, что почти тронуло Тревиза, – я не всегда и не во всем трус.

Тревиз ожесточил себя.

– А как вы сумели получить такой же корабль, как и я?

– Так же, как и вы. Старая леди – мэр Бренно – записала его на меня.

– Зачем?

– Я буду полностью откровенен с вами. Я обязан следить за вами. Мэр хотела знать, куда вы полетите и что будете делать.

– И вы честно сообщили ей, я полагаю. Или вы были бесчестны по отношению к мэру тоже?

– Я сообщил ей. Впрочем, у меня не было выбора. Она установила на мой корабль гипертранслятор, который я не предполагал найти, но нашел.

– Ну и?..

– К несчастью, он вмонтирован так, что я не мог уничтожить его, не обездвижив корабль. По крайней мере, я не смог его испортить. Следовательно, она знает, где я, и знает поэтому, где вы.

– Допустим, что вы не сумели бы последовать за мной. Тогда она не узнала бы, где я. Вы подумали об этом?

– Конечно. Я подумал, не сообщить ли мне, что я потерял вас, но я отнюдь не был уверен, что она поверит мне. А тогда я не смог бы вернуться на Терминус неопределенно долгое время. А ведь я не вы, Тревиз, не свободная личность без привязанностей. У меня на Терминусе жена, которая беременна, и я хочу вернуться к ней. Вы имеете возможность думать только о себе, а я – нет. К тому же, я пришел предупредить вас. Ей-богу, я пытаюсь это сделать, а вы не хотите слушать. Вы все время говорите о другом.

– Меня не интересует ваша неожиданная забота обо мне. Против чего вы можете меня предупредить? Мне кажется, меня нужно было предупреждать только против вас. Вы продали меня и теперь идете за мной, чтобы продать вторично. Никто другой не причинил бы мне большего вреда.

Кампер убедительно сказал:

– Бросьте вы этот драматический тон! Тревиз – вы громоотвод! Вас послали вызвать реакцию Второго Основания, если только оно существует. У меня интуитивное чутье не только к гиперпространственному преследованию, и я уверен, что мэр запланировала именно это. Если вы попытаетесь найти Второе Основание, оно будет знать об этом и предпримет действия против вас. Им стоит только пальцем шевельнуть. А когда они это сделают, мэр Бранно узнает о них.

– Какая жалость, что ваша хваленая интуиция не сработала тогда, когда Бранно планировала мой арест.

Кампер вспыхнул и пробормотал:

– Вы знаете, что она не всегда срабатывает.

– А теперь она говорит вам, что мэр планирует атаковать Второе Основание? Бранно не посмеет!

– Думаю, что посмеет. Но дело даже не в этом. Главное, что она подбросила вас в качестве приманки.

– Итак?

– Итак, ради всех черных дыр в космосе, не ищите Второе Основание. Ей наплевать, если вас убьют, а мне не наплевать, я чувствую себя ответственным за это и тревожусь.

– Весьма тронут, – холодно сказал Тревиз, – но получилось так, что в данный момент у меня совсем другая задача.

– Какая?

– Пилорат и я идем по следам Земли, планеты, которая, по мнению некоторых, была первым домом человеческой расы. Это ведь так, Янов?

Пилорат закивал.

– Да, это чисто научный поиск и моя давняя мечта.

Кампер некоторое время отупело смотрел на них.

– Найти Землю? А зачем?

– Изучить ее, – сказал Пилорат, – как единственный мир, на котором развились человеческие существа – предположительно из низших форм жизни, а не просто появились в готовом виде, как на других планетах. Это будет потрясающее по уникальности исследование.

– И, – добавил Тревиз, – как мир, где, возможно, я узнаю кое-что о Втором Основании. Конечно, это только предположение.

– Но никакой Земли нет, – сказал Кампер. – Разве вы не знаете?

– Нет Земли? – лицо Пилората стало отчужденным, как бывало всегда, когда он упрямился. – Вы говорите, что не было планеты, на которой возник человеческий род?

– О, нет! Конечно, Земля была, вне всяких сомнений! Но сейчас ее нет. То есть, нет обитаемой Земли. Она погибла.

– Басни, – пренебрежительно сказал Пилорат.

– Подождите, Янов, – вмешался Тревиз. – Скажите, Кампер, откуда вы это знаете?

– То есть как это – откуда? Это мое родовое знание. Я ведь веду свой род из Сектора Сириуса, если я могу повторить это, не раздражая вас. Поэтому нам все известно о Земле. Она существовала в этом секторе, и это означало, что она не была частью Федерации Основания, потому что никто на Терминусе, по-видимому, не интересовался ею. Но Земля там была, та самая.

– Такое указание было, да, – подтвердил Пилорат. – Во времена Империи был большой энтузиазм по поводу «Альтернативного Сириуса», как тогда называли Землю.