Сидней Рейли: шпион-легенда XX века

Под властью кайзера Вильгельма II Германия больше походила на единый военный завод. СИ уже послали одного своего человека на завод Круппа, но не успели получить ни единого отчета: он таинственно исчез, едва добравшись до Германии. Британская разведка не сомневалась в том, что, вычислив агента, немцы просто убрали его без лишнего шума. Острая необходимость миссии была очевидна.

Через несколько недель обучения на фирме Шеффилда новоиспеченный сварщик с коротко остриженными волосами, грубыми немытыми руками, в потрепанной одежде и стоптанных башмаках появился в Германии. Прибалтийского немца родом из Ревеля звали Карл Хэн. Сам он, по легенде, был российским подданным и работал раньше в Санкт-Петербурге сварщиком на Путиловском заводе.

Военное производство Круппа постоянно расширялось, поэтому Рейли не составило труда быстро получить там рабочее место. Его трудовой день был долог, а труд тяжел. Несмотря на то что дополнительные цеха были построены совсем недавно, а другая, большая их часть еще только строилась, получить детальный план заводских сооружений оказалось совсем не легко. Охранники и часовые находились повсюду. Лишний раз отойти от рабочего места, не возбудив подозрений, казалось невозможным. Проблема была решена, когда Рейли заметил, что добровольцы из специальной аварийной команды, работающей по ночам, беспрепятственно перемещаются по всей заводской территории. В эту команду он и попросился.

Получив возможность относительно свободного передвижения, Рейли с помощью отмычки, захваченной с собой из Англии, и потайного фонаря нанес несколько визитов в конструкторское бюро Круппа. На чертежных досках располагалось такое огромное число различных чертежей, что Рейли пришлось провести некоторую «сортировку», выбирая из них лишь те, которые должны представлять наибольший интерес для СИС. При работе почти в полной темноте Сидней не имел практической возможности воспользоваться фотоаппаратом, да и брать его с собой было огромным риском. В тусклом свете потайного фонаря Рейли пришлось работать с обычной копиркой. Эта работа не была трудной, но отнимала огромное количество времени. Свободное передвижение по заводу как члена аварийной команды было лишь одной стороной медали. Оставалась еще одна проблема – он не мог пропадать часами каждую ночь, чтобы быстрее закончить копирование чертежей. И тогда Рейли пришла в голову замечательная идея. Ему удалось убедить пожарного, работавшего в аварийной команде, в необходимости нарисовать схемы помещений с подробнейшим указанием мест расположения всех огнетушителей и пожарных гидрантов. Скоро это было сделано, и планы были вывешены в помещении пожарного. Теперь все члены аварийной команды могли их изучать.

Рейли стал приходить к пожарному и запоминать наизусть чертежи заводских цехов. Придя домой, ему оставалось лишь аккуратно перечертить на бумагу то, что он запомнил. На беду, участившиеся визиты Рейли в пожарную часть вызвали подозрения. Несмотря на то что Сидней без особого труда ответил на все неуклюжие вопросы заводской администрации и местной полиции, он понимал, что времени у него оставалось в обрез. Единственный вариант заключался в том, чтобы выкрасть планы из пожарной части и навсегда исчезнуть из этого места.

Двумя днями позже Рейли купил железнодорожный билет до Дортмунда, который находился в двадцати милях от «места преступления». Там, на конспиративной квартире СИС, его ожидали деньги, одежда и новый паспорт. Четыре объемистых конверта, адресованных в Лондон, Париж, Брюссель и Роттердам, были надежно спрятаны под одеждой. Купив у местного шорника несколько кожаных поводьев, Рейли спрятал их под комбинезоном. Туда же отправились и ленты разорванной простыни.

«Убедить» пожарного оказалось делом совсем не таким легким, как вначале полагал агент. Стрелять было нельзя, тотчас же поднялась бы тревога, поэтому Рейли пришлось слегка придушить несговорчивого немца. Меньше чем через минуту пожарный был надежно связан. Сорвав со стены все планы завода, Рейли упаковал их в четыре заштампованных конверта. Если одно письмо не дойдет до адресата, то уж остальные три точно попадут в нужные руки.

Выбегая с территории завода, Рейли еще раз использовал тактику «сильных рук» по отношению к часовому на воротах. Придушенный сторож был крепко связан и завален кучей металлолома, валявшегося неподалеку.

Все конверты Рейли бросил в почтовый ящик на железнодорожной станции. Теперь он не беспокоился, что может быть схвачен. Когда поднялась настоящая тревога, шпион уже ехал в Дортмунд. На следующий день джентльмен в безупречном костюме, с британским паспортом в кармане следовал в Париж. Таможенникам и полицейским никогда не пришло бы в голову заподозрить в чем-нибудь надменного англичанина с изящным кожаным чемоданом.

Возвращаться с отчетом к СИ Рейли не торопился. Он решил задержаться на несколько дней в Париже, чтобы насладиться чистым весенним воздухом, который после грязи на заводе Круппа казался волшебным. Роскошь спальни в отеле «Рю де Пари», ласковое прикосновение к коже шелковой сорочки ручной работы, запах цветка из петлицы пиджака – все это воспринималось как давно забытое, почти нереальное. Нет, Рейли совсем не мог считаться богачом, Париж притягивал молодого человека множеством женщин изумительной красоты.

Но судьба приготовила ему еще один жестокий удар. Как-то раз утром Рейли остановился перед витриной на площади Святой Оноры и взглянул на привлекательную молодую женщину, выходящую из магазина. Это была его сестра Анна…

Пережив смерть матери и «потеряв» брата, Анна впала в длительную болезненную депрессию. Словно ребенок, она начала брать уроки игры на фортепиано и, в конце концов, занялась музыкой всерьез. Анна училась у лучших музыкантов Вены и Варшавы и потом приехала в Париж по приглашению великого Падеревского, привлеченного виртуозной манерой ее игры. Не так давно в нее безумно влюбился один польский офицер, приехавший в Париж следом за Анной и умолявший ее о женитьбе. Сестра Рейли не испытывала к офицеру ответного чувства, но молодой человек был так любезен, вежлив и предупредителен, что в итоге Анна ответила согласием.

Испытала ли женщина шок, увидев своего «покойного» брата живым и невредимым, осталось неизвестным. Но через несколько дней после злополучной встречи Анна покончила жизнь самоубийством, выбросившись из окна спальни парижского отеля. В короткой записке, адресованной Георгию, говорилось, что после всего произошедшего она не может выйти замуж за человека, которого не любит. По иронии судьбы Анна оборвала свою жизнь в то время, когда последнее ее письмо предназначалось воскресшему брату.

Немой от горя Рейли оставался в Париже до тех пор, пока, использовав имеющиеся связи, не добился вынесения официального вердикта следствия: «смерть в результате несчастного случая».

Самоубийство Анны привело его к глубокой депрессии. Все чувства Рейли были переполнены горечью. Жизнь превратилась в жестокую пытку. Два человека, которых он действительно любил в этой жизни, были мертвы. Сначала мать, «предавшая» его, теперь – Анна. Если бы в свое время он не проявил излишнего упорства и не ушел из жизни сестры, возможно, трагедии можно было избежать. Но жизнь продолжалась. Горечь потери не проходила, и легкая тень каждой женщины, случайно проходящей мимо, будоражила его память.

Вернувшись в Лондон, Рейли принял теплые поздравления СИ в связи с успешным выполнением германской миссии. Обычно честолюбивый агент был чувствителен к похвалам на свой счет, но пережитая драма сделала его совершенно равнодушным и к поздравлениям, и к перспективе двухмесячного отпуска. Получив свои деньги, Рейли снял апартаменты на улице Джеймса и исчез в Вест-Энде – районе игорных домов и борделей. Он не испытывал никакого желания попытаться выяснить о Маргарет что-нибудь новое.