- -
- 100%
- +
Мишка последним вышел из автобуса и закурив, отошел под покосившийся навес остановки. Шел мелкий мокрый снег и приехавший в центральную усадьбу немногочисленный народ из ближайших деревень быстро разбежался по делам, кто на почту за пенсией, кто в собес, но в основной закупаться на рынок.
– Дай, прикурить, – подошел к нему водитель автобуса, доставая из кармана пачку сигарет. – Моя что-то отсырела
Мишка протянул ему зажигалку. Водитель прикурил, выпустив сизое облачко дыма и вернул зажигалку: «А ты чего остался. Ждешь кого-то?»
– Не, меня к двенадцати в правление колхоза вызвали, – Мишка взглянул на часы на руке, которые показывали половину двенадцатого.
– Премию, что ли выписали, – добродушно усмехнулся водитель.
– Люлей, – поплевав на огонек сигаретки, Мишка с досадой выбросил окурок в урну. – Дождёшься от них. Зарплату с задержками платят.
–А, что, сейчас хорошая зарплата в колхозе, – с интересом спросил водитель.
–Да, какой, – махнул рукой Мишка. – Если посевная или уборочная, тысяч двадцать пять, тридцать, а зимой тариф, двенадцать тысяч, да и те за ремонт трактора похоже снимут.
– У нас в автопарке, то же самое, – вздохнул водитель и достал новую сигарету. Мишка чиркнул зажигалкой и дал ему прикурить. – Надо в Кваскву уезжать на заработки. Здесь толку нет.
– А кому там трактористы нужны?
– У тебя же водительские права есть. Таксистом можно устроиться. Они сейчас хорошо получают, по сто тысяч и больше, – с энтузиазмом продолжил водитель. Он похоже давно обдумывал эту тему.
– Да, ладно, – не поверил Мишка. -Сто тысяч.
– У меня кум, уже полгода там бомбит, – стукнул кулаком в грудь себя водитель, – Уже машинку бэушную, китайскую приглядел, собирается покупать
В это время к остановке подошла запыхавшаяся женщина в платке, с двумя большими сумками в руках.
– Когда поедим, шеф, – женщина поставила на землю суки и концом платка, вытерла пот со слаба.
–По расписанию. Вон там написано, – водитель указал на жестяную табличку криво прикрученную к металлической стойке.
– Одиннадцать сорок пять, – женщина вытянула голову к табличке, – А сейчас сколько?
– Через сорок пять минут поедем, – раздраженно ответил водитель.
– Ой, так я же еще успею в хозяйственный сбегать. Забыла семена для рассады купить. Милок, – она просительно посмотрела на водителя, – А можно у тебя сумки пока оставлю в автобусе?
– Я охранять их не собираюсь, – покачал головой водитель.
– А там охранять нечего, – весело ответила женщина и нагнувшись, открыла сумку, достала конфету на палочке и протянула ее водителю, – А это возьми себе. Веселей дорога будет.
– Что это, – водитель косо посмотрел на конфету.
– Это леденец, на палочке. Как раньше наш петушок был, только это немецкая кажется.
– Ладно пойду, я, – взглянув на часы, произнес Мишка, застегивая куртку и выходя из-под навеса остановки.
– Удачи, тебе парень, – кивнул ем вслед водитель и посмотрел на женщину, – Бери свои сумки. Сейчас открою двери. Конфеты не ем. Зажигалку мне купишь. Я тебе деньги отдам.
Мишка перешел небольшую площадь, по периметру на которой располагались все основные административно-культурные заведения центральной усадьбы: сельсовет, почта, акушерский пункт и два магазинами- близнеца, еще советской постройки Хозмаг и Продукты. Пройдя немного вперед между магазинами, он остановился перед входом в одноэтажное серое здание из силикатного кирпича, с двухскатной крышей покрытой шифером и треугольным фронтоном, над входными дверями. Слева от входа, на двух металлических столбиках, вбитых в землю, висел полинявший стенд «Передовики ООО «Колхоз Рассвет», с пустыми квадратами глазниц, на месте фотографий передовиков. Справа, чуть в стороне, урча работающем мотором, стоял зеленый, председательский Уазик.
– Ну, что стоишь, как не родной. Проходи внутрь, – окликнул Мишку сзади чуть хрипловатый, прокуренный голос. Мишка оглянулся. Перед ним, в коричневом пальто с потертой папкой в руке, стоял главный механик, Петр Ильич. Голова его была прикрыта, легкой замшевой кепкой, которую он носил не снимая ни зимой, ни летом.
– Так, еще же двенадцати нет, – чуть растерялся Мишка.
– Подождем в приемной, – Петр Ильич потянул дверную створку пропуская внутрь Мишку.
Они прошли по полутемному коридору, в котором пахло кислой капустой и вошли большую приемную в два окна, с заставленными горшочками с рассадой на подоконниках. В приемной, за столом заваленным папками, сидела пожилая женщина-секретарь, что-то отбивая, как из пулемета на старой пишущей машинке. Петр Ильич, протянул руку к выключателю и выключи свет в приемной. Женщина перестала печатать и подняв на них голову, строго произнесла: «А, ну не балуй!»
– Нас Пал Палыч, к двенадцати вызывал, – ответил Петр Ильич, включая свет и приподнимая над головой кепочку.
– Раз вызывал, идите, – кивнула в сторону желтой, филенчатой двери женщина.
Петр Ильич подойдя к двери, несильно постучал и приоткрыв, просунул голову внутрь, и спросил: «Можно?». Через некоторое время, он оглянулся и сделав знак Мишке вошел в кабинет. Мишка тяжело вздохнул и прошел следом.
В кабинете, лицом к окну, стоял крупного телосложения мужчина, с густой седой шевелюрой, одетый в зимний пуховик. Мужчина поливал из заварного чайника высокий фикус на подоконнике. Слева от мужчины, в углу, стояло прикрученное к полу красное бархатное знамя, с золотистой бахромой, а через весь кабинет тянулся длинный стол для заседаний с убранными под него стульями.
–Пал Палыч, мы пришли, – вежливо откашлялся в кулак Петр Ильич.
Мужчина перестал поливать и повернулся к ним, держа чайник в руке.
– Ну, здравствуй, Герасим, – басовито произнес Пал Палыч, строго посмотрев на Мишку.
– Это вы мне, Пал Палыч, – оглянулся по сторонам Мишка.
– Тебе, а кому еще, – пробасил председатель.
– Так меня Мишка зовут, – неуверенно улыбнулся Мишка.
–Это раньше ты был Мишка. А после того как ты утопил свой трактор в реке, теперь ты Герасим, – Пал Палыч, сделал паузу и поднеся чайник ко рту, отпил из носика. – В школе ведь проходили наверное этот рассказ Тургенева, где дворник Герасим утопил свою собачонку. Теперь понял, почему ты Герасим?
–Я же не нарочно, Пал Палыч, – виновато посмотрел на него Мишка.
–А на хрена ты тогда на тракторе на лед выехал, – грозно блеснул глазами председатель. – Ведь там же, в тридцати метрах, мост был через реку впереди?
Мишка молча вжал голову и опустил глаза.
–Отвечай, – стукнул ногой по полу Пал Палыч, так что крышка с чайника слетела и упав на пол, прокатилась куда-то под стол.
– Я сейчас найду, – Петр Ильич, подбежал к столу и присев, залез под него.
– На спор выехал, – выдавил Мишка не поднимая глаз. – Я думал, что проскачу по льду. А оно вон как вышло. Не рассчитал немного.
– Что не рассчитал, – удивленно переспросил председатель.
– Там у моста, течением лед снизу размыло. Надо было подальше, метров на двадцать брать. «Там бы точно проскочил», —тем же виноватым голосом произнес Мишка.
– Значит так, расчётчик. Трактор будешь восстанавливать за свой счет. Только где ты столько денег возьмешь. Петр Ильич? – покрутил по сторонам головой Пал Палыч, – Да, куда ты делся?
– Я здесь, здесь, – вылез из-под стола с протянутой крышечкой от чайника Петр Ильич, – Вот крышечку вашу нашел.
– Да, хрен с ней с крышечкой, – снова топнул ногой по полу председатель, – Что там с трактором? Ты дефектную ведомость составил!
– Составил, составил, – Петр Ильич, открыл потертую папочку, – Трактор то мы вечером еще вытащили, но, – он достал из папки исписанный листок и протянул председателю.
– Ты сам, что ли читать не умеешь. Читай, – рявкнул председатель. – Что с движком?
– Движок того, заклинило. Новый надо. А кроме того, еще по мелочи, – произнес Петр Ильич и водя пальцем по листку стал перечислять, – Масляный насос, магнето, трамблер, фильтра все.
–Хватит, – оборвал его председатель. – Что по деньгам выходит?
– Двигатель если новый, то он считай тысяч четыреста стоить будет в нынешних деньгах. А если восстановленный, можно за двести найти. Ну и мелочовка, тысяч на сорок потянет. И плюс работа механиков.
– Я сам все сделаю. Лучше ваших механиков, – буркнул Мишка, искоса взглянув на председателя.
– Сделаешь, не сомневаюсь, – кивнул Пал Палыч, – А запчасти на какие деньги покупать? У нас кредит на три миллиона весит не погашенный, – и добавил ехидно, – Может ты кредит возьмешь?
– Мне не дадут. Я тут пробовал на телевизор брать. В райцентр, в банк ездил. Отказали, – покачал головой Мишка и неуверенно предложил. – Может хату мне свою продать?
– Хату? Да, кто же ее купит? У в вас в Березовки половина домов пустует. Издеваешься. – С металлом в голосе произнес Пал Палыч и повернувшись к окну, слегка приподнял чайники и стал тонкой струйкой поливать фикус.
В кабинете повисла напряженная тишина и только было слышно как где-то за стенкой скребется голодная мышь.
– Двести сорок тысяч, ты насчитал Петр Ильич, – вдруг раздался уверенный Мишкин голос.
– Где-то так, – покивал Петр Ильич. – Если ремонтный движок брать.
– Я заработаю. Только три месяца дайте. К посевной точно успею восстановить.
– На большую дорогу пойдешь, разбойничать, – не оборачиваясь, пробасил председатель.
– Я в Кваску уеду. Таксистом работать. Меня друг давно зовет. У них там меньше ста тысяч в месяц не выходит.
– Для того, чтобы таксистом работать, столицу знать надо хорошо. «Это тебе Миша не по нашим проселки на тракторе гонять», – нравоучительно произнес Петр Ильич.
– А я хорошо знаю Кваскву. Я же там в армии служил. Полтора года, одного генерала возил, – с воодушевлением ответил Мишка, – Это, правда двенадцать лет назад было. Но сейчас на смартфоне можно навигатор установить и вообще никаких проблем. Все азиаты сейчас так и таксуют там.
В кабинете снова нависла тишина и даже мышь перестала скрестись за стеной.
– И какое решение примем, Пал Палыч, – нарушил молчание Петр Ильич.
– Какое тут решение, – повернулся к ним лицом председатель и пососал носик чайника. – Отведи его в отдел кадров. Пусть оформят отпуск на три месяца, без содержания. Не в суд же на него подавать.
–Спасибо, Пал Палыч, – расплылся в счастливой улыбке Мишка.
– Иди, чтобы глаза мои тебя три месяца не видели, – замахал на него рукой председатель.
– Пошли, – Петр Ильич, взял Мишку под руку и потащил к двери.
– Подожди, – остановил их Пал Палыч. – А что ты там про какой-то смартфон рассказывал?
–Ну, это такой современный телефон, он к интернету подключается. У меня есть, но старенький правда, – Мишка вытащил из кармана небольшой смартфон с множеством трещин на стекле. – Вот.
– Нет, Миша, с таким смартфоном ты далеко не уедешь в Кваскве. Тебе нормальный нужен, тысяч за двадцать минимум, – Петр Ильич взял его смартфон и покрутив в руке с сочувственным видом вернул обратно. – У тебя деньги то на новый смартфон есть?
– Двадцать тысяч, – удивленно переспросил Мишка и отрицательно покачал головой, – Нет конечно. Попробую занять у кого-нибудь.
–Не надо занимать, – все еще с хмурым лицом, произнес Пал Палыч, и подойдя к большому металлическому сейфу, открыл его ключом и извлек небольшую квадратную коробку заклеенную целлофаном и сделав шаг в сторону Мишки, протянул ему коробочку. – Вот, возьми. Это, дочка приезжала, подарила мне на Новый Год.
– Я о таком даже не мечтал, – беря и разглядывая коробочку с волнением произнес Мишка, – А как же вы?
–Я старым привык, -Пал Палыч вытащил из брючного кармана кнопочный телефон, – Пять лет ему. Работает безотказно.
– Спасибо, Пал Палыч, – Мишка прижал коробочку к груди. – Я верну. Как денег на трактор заработаю. Сразу верну.
– Заработай сначала, – махнул на него рукой председатель. – Все, идите. И скажите, чтобы ко мне Мария Ивановна зашла.
***
Сразу после разговора с председателем, Мишка, вернулся к себе в Березовку и стал собираться в дорогу. Он вытащил из-под кровати старый армейский рюкзак. Сложил в него необходимую мелочовку и спортивный костюм. Потом подумав, спустился в погреб и вернувшись с трехлитровой банкой соленых огурцом, хорошим куском сала, килограмма на два и ведром картошки. «На еду тратиться не буду. На первый месяц хватит». Завернув сало полотенцем, он его вместе с банкой втиснул в рюкзак. А вот картошку пришлось пересыпать в холщевый мешок, перевязав его посредине веревкой, чтобы удобно было нести в руке. Подойдя к столу, стоявшему посредине хаты, он приподнял угол клеенки и выгреб из-под нее лежащие там денежные купюры. Пересчитав, оказалось шестнадцать с половиной тысяч. «На первое время хватит», – повеселел Мишка, пряча деньги во внутренний карман рубашки. Он еще успел поужинать, пожарив яичницу, часов в пять, когда уже начал темнеть, с рюкзаком и мешком вышел из хаты. Закрыв входную дверь хату на навесной замок, о спрятал ключи, за доской забора и пошел к автобусной остановке. На последнем, вечернем автобусе, он доехал до райцентра и купив билет на проходящий поезд, ранним утром следующего дня вышел на перрон Канзасского вокзала.
У него в Кваскве, жил старый, армейский друг, с которым они иногда перезванивался и тот даже пару раз приезжал к Мишке в Березовку в отпуск, порыбачить и поохотиться, и тоже приглашал Мишку к себе в гости.
Выйдя на привокзальную площадь, Мишка достал новенький смартфон Пал Палыча, и полюбовавшись им, набрал номер армейского друга:
– Витек, привет, – услышав в трубку заспанный голос, радостно произнес Мишка. – Это я, Мишка. Не узнал что ли?
– А чего так рано, – все тем же заспанным голосом ответила трубка.
–Слушай, я к вам в Кваскву приехал на работу. У тебя первое время могу перекантоваться, пока какое ни будь жилье не подыщу?
– Нет, Миш. Сейчас никак, – голос в трубке перешел на осторожный шепот. – У меня сейчас теща живет. На новогодние праздники приехала. И только через месяц свалит. Никак у меня сейчас нельзя.
– Понял, – задумался Мишка, – А может посоветуешь, где недорого можно прибиться.
– Не знаю, Миш. Ты пока в гостинице какой-нибудь поселись дня на два. А я попробую, через своих знакомых, что-то подыскать.
– Договорились. Спасибо, Витек. Жду звонка. – Мишка отключил телефон и оглядев большую привокзальную площадь, увидел чуть в стороне, высокое здание со шпилем и вывеской «Гостиница Градская».
– То, что надо, – обрадовался Мишки и по подземному переходу, прошел площадь, и вышел к центральному входу гостиницы, возле высоких стеклянных дверей которой расхаживал швейцар, в черной форме и фуражке с золотыми вензелями, больше похожий на адмирала.
– Мне бы поселиться, уважаемый, – подошел к швейцару Мишка.
Тот молча, внимательно оглядел Мишку: Вы, бронировали?
– В каком смысле, – не понял Мишка.
– Номер заранее заказывали, – вежливо уточнил швейцар.
– Не. Мне только вчера отпуск дали. Но я ненадолго, дня на два. Не больше. А потом к другу съеду.
– Пройдите тогда на ресепшен. Они подберут вам что ни будь. – Швейцар толкнул дверь и она плавно вращаясь пропустила Мишку внутрь большого розового холла с подсвеченными стенами.
– Эй, дядя, а куда идти, я не понял, – Мишка обернулся к швейцару.
– Вот туда, – швейцар указал рукой на полированную стойку слева от входа.
– Спасибо, служивый, – поблагодарил Мишка и подошел к стойке, за которой сидели две девушки в красных, фирменных костюмах.
–Здравствуйте, красавицы. – Мишка поставил рюкзак с мешком на пол и улыбнулся девушкам.
– С приездом, – улыбнулась в ответ одна из девушек, с бейджиком Елена, на груди.
– Лен, мне на два дня, самый дешевый номерок подбери пожалуйста.
– Двухместный, – уточнила девушка, щелкая по клавиатуре компьютера.
– Зачем мне двухместный. Я один приехал.
– Из одноместных, самый дешевый, пять тысяч в сутки.
– Не, не, я жить в нем не собираюсь. Мне только переночевать и вещи оставить, – замахал руками Мишка.
– Извините, у нас оплата за целые сутки идет. Так, что, оформлять будете?
– Нет, Лена, – кисло посмотрел на нее Мишка, – Не мой вариант. Мне тогда денег на билеты в Большой театр не хватит. Знаешь какие там билеты дорогие.
– Знаю, – сочувственно кивнула Лена.
– Слушай, а можешь подскажешь гостиницу недорогую, с почасовой оплатой.
– Не знаю, – пожала плечами девушка, – Вам лучше тогда хостел поискать. Там дешево, но только человек по десять в одной комнате живет.
– Вот. Это то, что мне надо. Я в армии два года в казарме провел на семьдесят человек. Мне не привыкать, – обрадовался Мишка. – Слушай, а ты адресок этого госпиталя, не подскажешь?
– Хостела, – поправила девушка и снова застучала клавишами компьютера. Через некоторое время, раздалось жужжание принтера у нее на столе и она протянула Мишке листок. – Вот, несколько адресов.
– Спасибо, Леночка. Жениха тебе молодого и красивого желаю, – сворачивая листок, улыбнулся во весь рот Мишка. – Учти, я главный шаман в нашей деревне. Все мои заклинания, обязательно сбываются.
– Да, я уже замужем, – прыснула смехом в ответ Лена.
– Ничего не значит. Может еще по второму кругу пойдешь, – сделал серьезное лицо Мишка и приложив ладони к груди, посмотрел на потолок.
В это время в холл вошла группа туристов и направилась к ресепшену.
–Ой, идите, идите. Мне работать надо, – весело замахала на него рукой Лена и Мишка подхватив мешок, пошел к выходу.
– Ну, что не устроились, – спросил его на выходе швейцар.
– Ничего подходящего не нашел. Мне номер с электроплиткой нужен был, чтобы картошку пожарить, – Мишка потряс мешком и подмигнув швейцару, пошел к подземному переходу.
***
Он обзвонил несколько хостелов из списка, который ему распечатала Лена, но нигде свободных мест не оказалось. И только в одном, ему пообещали, что к вечеру должна освободиться одна кровать. Мишка записал адрес и сразу поехать туда.
Этот район Квасквы, Мишка знал очень хорошо, еще со времен армейской службы. Именно здесь проживал генерал, к которому Мишку приставили водителем на служебной Волге. Каждое утро он подъезжал к его элитному дому, недалеко от набережной реки и отвозил его в Министерство Обороны, где генерал занимал какую-то важную должность. Кроме того, в обязанности Мишки входило возить по магазинам жену генерала и забирать из школы дочь Свету. Света была уже старшеклассницей, и не спешила возвращаться домой делать уроки. И иногда они катались по городу, останавливаясь походить по каким ни будь историческим местам и паркам. Генерала перевели служить в Кваскву, когда Света училась уже в предпоследним классе и близкого контакта с одноклассниками у нее так и не возникло, поэтому Мишка стал для нее сначала близкой душой, а потом она в него влюбилась. Мишка узнал об этом от генерала, когда майским ранним утром приехал забирать его на службу. Генерал сидел на заднем сидении и громко крича размахивал письмом, которое его жена нашла на столе Светы среди бумаг, в котором Света в стихах объяснялась Мишке в любви и выражала готовность сбежать с Мишкой куда угодно из дома опостылевших родителей. Мишке тогда оставалось служить полтора-два месяца. Но в этот же день, его вызвал к себе комбат с вещами. Мишку посадили в служебный автобус, отвезли на вокзал и отправили поездом за Урал. Так, что последние два месяца Мишка дослуживал уже в сибирской тайге, в танковом полку.
После армии, Мишка вернулся в Березовку. Через год женился. Через три года развелся и про генеральскую Светку почти не вспоминал.
Мишка неплохо знал этот район и он не сильно изменился с тех пор, так как в основном был застроен капитальными домами советской элиты и лишь кое где встречались обычные кирпичные пятиэтажки, в одной из которой, в цокольном этаже как раз и размещался хостел с неброской вывеской «Товарищ» над черной металлической дверью. Мишка нажал небольшую кнопку домофона, рядом с дверью на стене и из динамика раздался мужской голос: «Входите, открыто».
Внутри в небольшом помещении, без окон, освещенным потолочным светильником, за столом, перед компьютером, сидел молодой, бородатый парень.
– Здравствуйте, – Мишка стянул с головы спортивную шапочку, – Я вам звонил. Мне сказали, что у вас кровать должна освободиться.
– Должна, – не отрывая взгляда от компьютера, ответил парень. – Я же предупредил, к вечеру освободиться. К восемнадцати часам подходите, поселим вас.
–Точно освободиться, – на всякий случай, уточнил Мишка.
Парень наконец то поднял голову и посмотрел на него: «Оформить вас могу сейчас. Паспорт с собой?».
– С собой, – Мишка вытащил из внутреннего кармана паспорт и положил на стол перед парнем. Тот молча открыл паспорт и защелкам клавишами клавиатуры.
– У нас заселение от трех до семи дней, – продолжая печатать произнес парень. – На сколько оформляем?
– На три, – немного подумав, ответил Мишка.
– Вот распишитесь, – парень протянул ему два листа выползший из принтера и положил рядом шариковую ручку. – С вас тысяча двести.
– Там же вроде у вас в объявлении было указано триста рублей за сутки?
– От трехсот. Триста, если на семь дней. Если хотите, могу на семь пересчитать, – парень снова посмотрел на Мишку.
–Нет, нет. Мне три дня надеюсь хватит. – Мишка расстегнул куртку и вытащив из кармана рубашки свернутые пополам тоненький сверток. Отсчитал и положил на стол перед парнем нужную сумму.
– Вы забыли расписаться. На обоих экземплярах, – парень убрал деньги в стол и дождавшись, когда Мишка распишется, забрал один лист себе. – Это ваш экземпляр. Там ознакомитесь с правилами проживания. Все.
–И что мне теперь делать, – забирая листок и паспорт, спросил Мишка.
– Не знаю. Погуляйте где ни будь. Вещи можете оставить здесь.
– Где здесь, – Мишка оглядел абсолютно пустую комнату.
– У стены, какая вам больше нравится. Не беспокойтесь, не пропадут.
– Спасибо, – Мишка на всякий случай поставил рюкзак и мешок поближе к столу за которым сидел парень. – Ну, я тогда пошел?
–Не смею задерживать, – парень снова опустил голову к экрану монитора.
Мишка вышел на улицу. Времени до шести еще оставалось много и он решил прогуляться по району, вспомнить молодость. Здесь действительно мало, что изменилось. Добавилось лишь множество магазинчиков и иномарками были заставлены все улицы вдоль тротуаров. Недалеко от генеральского дома он увидел кафе. Со вчерашнего вечера он ничего не ел и сразу почувствовал, что здорово проголодался. Зайдя в кафе и прочитав большое меню, висевшее над стойкой, он пожалел, что не взял рюкзак, где лежало завернутое в полотенце сало. Цены здесь по деревенским меркам были заоблачные. Яичница с ветчиной стоила триста пятьдесят рублей. Переборов себя, он всё-таки взял стакан кофе на вынос за двести и выйдя из кафе дошел до генеральского дома и присел на лавочку не далеко от подъезда в котором жила семья генерала. «Интересно, а Светка сейчас живет здесь или нет? – подумал Мишка, найдя глазами окна генеральской квартиры на четвертом этаже. Все шесть окон были закрывали наглухо одинаковыми светлыми жалюзями. – Вряд ли. Наверное давно вышла замуж и уехала от еще тогда опостылевших ей родителей. Сколько ей сейчас лет интересно. Тогда она училась в десятом классе. Значит было ей шестнадцать или семнадцать. Прошло считай двенадцать лет. Выходит двадцать семь или двадцать восемь. Вот бы увидеть ее сейчас. Наверное красавица. У нее еще тогда фигурка была что надо и сисечки третьего размера. А какая роскошная рыжая шевелюра».
В это время во двор въехал представительский лимузин в сопровождении черного внедорожника. Лимузин остановился у генеральского подъезда, а из джипа вышел здоровенный лысый амбал и подойдя к лимузину, открыл заднюю дверь. Из салона, через некоторое время показалась стройная ножка в красном сапожке на длинном каблучке и из машины на тротуар вышла эффектная молодая женщина, в белой полушубке с модно растрепанной прической, чуть рыжеватого цвета.
–Светка, -приподнимаясь, вполголоса воскликнул Мишка.
Женщина в это время повернулась к охраннику, что-то ему объясняя. Мишка медленно приподнялся и подойдя к ним ближе, остановился немного в отдалении со стаканчиком в руке, разглядывая женщину.
–Вы, что-то хотели, – наконец увидев Мишку, она вопросительно посмотрела на него.
– Вы, Света, – неуверенно выдавил из себя Мишка.
– Мы, знакомы?
– Я Мишка, водитель твоего отца. Не помнишь меня?
Женщина пристально посмотрела на него и отрицательно качнула головой: Нет, не помню.
– Ну, как же. Неужели все забыла, – растерянно улыбнулся Мишка. И тут между ним и Светкой встал амбал- охранник, закрывая ее спиной.