Андромеда. Противостояние. Полёт Кассиопеи

***

Почему так светло, я сообразила не сразу. Как неприятно свет от ламп бьет по глазам…адская головная боль. Где я…? Что со мной? Мне холодно…чьи– то чужие руки, по– медицински жёсткие, неприятно давят на живот. Я делаю попытку отмахнуть от этой боли, но рук не чувствую. Неужели…могла ли я при взрыве потерять руки?!

Я лихорадочно скашиваю глаза туда, где должна находиться одна из моих конечностей. От сердца сразу отлегло. Рука была на месте. Я не стала повторять попытку осмотра и с другой рукой, так как почувствовала, что к горлу подкатила дурнота.

– Довольно. На сегодня все, господа. Понимаю ваше замешательство и восторг, но нашей гостье, надо отдохнуть.

Этот голос…

Послышались удаляющиеся шаги и голоса. Я смутно видела силуэты в белых халатах. Как их много…врачи? Ученые? Кто это?

Надо мной нависла тень, и я не сдержала облегченного вздоха. Глаза сразу же различили черты лица моего гостя.

– За…Зайтар…– просипела я.

Эоранец услужливо подал мне стакан воды с трубочкой.

Я не стала упрашивать себя. Оказывается, мне дико хотелось пить. Зайтар терпеливо ждал, когда я закончу, и откинусь на жесткий, холодный стол.

Эоранец усмехнулся.

– Поразительное дело, Андромеда Сергеевна, что может творить сыворотка, изготовленная вашей матушкой. Уже через три часа после близости между эоранцем и потенциальной носительницей будущего плода, она перестраивает и моделирует клетки. Создает идеальные условия для зачатия. И делает будущую мать невероятно устойчивой к внешним раздражителям. Но что еще важнее, эта сыворотка вырабатывает у будущего ребенка иммунитет к земной атмосфере. Понимаете, о чем я?

Понимаю ли я?! Я уже ничего не понимала. Голова просто раскалывалась. Видя мое замешательство, Зайтар любезно согласился пояснить.

– Я рад поздравить вас, Андромеда Сергеевна. Вы станете матерью эоранца.

Я расширила глаза и готова была сорваться на крик, но голос не подчинялся мне. Я беременна?! Как …? Почему так быстро?! Нет, нет, нет! Это чья– то дурацкая шутка! Не может этого быть! Я не хочу, чтобы так было!

– Прошу вас, не впадать в панику,– довольно серьезно проговорил Зайтар.– Жизнь в вашем животе, самое ценное, что есть у нашей расы. Не думайте, что вас подвесят под потолком и будут ставить опыты. О нет. Вас определят в специальное помещение. Блок с пятью комнатами, был выделен для вас личным указом Его светлости Шаена Улутари. Ваша утроба должна стать идеальным полем, для существования, будущего ребенка.

Зайтар говорил что– то еще…и еще…но, я уже не слышала. Я сжала челюсти, и, прикрыв глаза безмолвно плакала. Я погибну здесь…вот и все. Мой конец предопределен. Я не найду маму…я не смогу полететь с Шоном к звездам…я не скажу Сайдарису…Сайдарис!

Откуда я только нашла в себе силы…но моя онемевшая рука, вцепилась в белый рукав халата советника, заставив его замолчать на полу слове.

– Где…где Сайдарис?!

– Дезертир находится там, где и следует находиться таким, как он, – сухо пояснил Зайтар.

– Он жив? Прошу скажите мне…

– Сайдарис Улутари ожидает суда и окончательного приговора. Его светлость не будет церемониться с окончательным решением. Во все времена с предателями поступали одинаково. Вам ли этого не знать…

Я обессиленно повалилась обратно на спину. Сайдарис жив. Значит не все потеряно. Значит, еще есть шанс.

– Я замерзла…

Эта фраза видимо поразила Зайтара, потому, что в следующее мгновение, он махнул рукой, и меня тут же подхватили под тело пара сильных рук. Меня переложили на теплую каталку, и сразу накрыли одеялом.

Зайтар давал какие – то распоряжения насчет меня. Молодые эоранки серьезно кивали и сурово держали руки на груди. Я так полагаю, по сравнению с ними, Лезари ангел…

Каталку со мной начали катить по каким– то коридорам. Я могла различать лишь лампы над головой. В голове творился настоящий бардак…как про нас узнали? Кто донес? Неужели мы сами себя раскрыли…если бы только, я могла связаться с Шоном!

– Прошу вас, не дергайтесь.

Какая – то суровая эоранка, взяла мою руку и мигом нащупала вену. Я даже охнуть не успела, как мне в руку вонзился шприц. Лекарство проникло в тело, и я почувствовала, что очень сильно хочу спать.

***

Сайдарис сидел в темной камере. Энерго – щит на дверях его камеры мерцал бледным синеватым светом, вылавливая его лицо и делая будто восковым.

Сайдарис требовал к себе отца. Он не ел и не пил. Больше всего его волновало, где Андромеда, и что с ней. Как могло такое произойти? Почему Шон не сообщил о диверсии? Не успел? Или просто не стал? Эти вопросы не давали Сайдарису покоя.

Его обыскали и забрали все, что казалось подозрительным. В том числе и ключ от ворот, где стоял блок для Кассиопеи, голограмму Туманности Андромеды. Хорошо, что во время обыска он, успел положить карту Млечного пути в рот. Голограмма была небольшой, и отлично там уместилась… Что теперь делать было, не ясно. Можно смело наплевать на план Шона. Сейчас важнее спастись самим…

В тюремном блоке послышался звук отпираемых дверей. Одна за другой…

Сайдарис встал. Шаги, которые эхом разносились по коридору, были ему знакомы. И он даже не удивился, когда перед его камерой встал отец. Они долго смотрели друг на друга, но Шаен не выдержал первым.

– Я разочарован, Сай.

– Могу только посочувствовать, – в тон ему, ответил Сайдарис.

– Ты не понимаешь, насколько важно наше выживание, – сухо продолжил верховный консул. – Ты отвернулся от своей расы. Ты предпочел нам, людей. Низшую форму жизни.

– Эта низшая форма жизни обитала на этой планете многие тысячелетия.

– Только потому, что мы это позволили!– мрачно напомнил Шаен.

– Тогда мы не имеем права решать, когда им умирать, – проговорил Сайдарис. – Все, что было на Эоре – Персей 9, и здесь на Терре… это не мои мечты отец. Все это сделал ты. Я не хочу быть причастным к этому безумию.

– Ты мой сын!

– И я всегда жалел об этом! – выкрикнул Сайдарис.

Наступила тишина. Шаен сжал зубы и, вздохнув, вытащил из своего длинного одеяния голограмму Туманности Андромеды.

– Узнаешь, не так ли?

Сайдарис хмуро кивнул.

– Я был удивлен твоей просьбе. Ты никогда ни о чем таком меня не просил. Но что еще меня удивило больше, так это твоя поразительная привязанность к земной самке. И за пару дней до твоей просьбы, я вставил жучок в голограмму. Услышал много интересного…

– Я так и думал…

– А что ты хотел? – развел руками Шаен. – Думал, что меня можно так легко обмануть? Право же, Сай…не думал, что ты можешь быть такого мнения обо мне.

Сайдарис сжал кулаки, но промолчал.

– И что это за странный план… – насмешливо продолжал консул. – Вернуться на Эору – Персей 9. Планета мертва, Сай.

– Оттуда идут слабые сигналы.

– Сбой в работе старых блоков.

– Они имеют периодичность,– возразил Сайдарис. – Машина, могла сломаться окончательно за последние двадцать лет. Но сигнал все равно идет! Планета жива, отец. Прошу, послушай…давай, оставим этот мир. Вернемся домой и…

– Наш дом, Терра.

Сайдарис шумно выдохнул и прикрыл глаза.

– Эта планета погибнет окончательно, если ты не прекратишь травлю человеческой расы!

– Я делаю этим примитивным животным шанс на существование в новом, идеальном мире. Они должны быть благодарны.

– Они не доживут до твоего нового мира!

– Естественный отбор никто не отменял.

– Ты рассуждаешь, как убийца!

– А кто ты есть сам, Сай?

Этот вопрос заставил Сайдариса дернуться, будто от пощечины.

– Ты ничем не лучше меня, – продолжал консул. – Ты прибыл со мной на эту планету. Ты помогал мне в делах.

– Пока не узнал правду!

– Как бы то ни было, ты помогал мне Сай. Ты такой же убийца, – подытожил Шаен. – И что? Небо рухнуло? Или земля ушла из – под ног? Нет? Тогда не надо делать трагедию, Сай. Мы сильнее, люди нет. Вот и вся истина.

– Твоя истина, не моя…

Шаен вздохнул и потер переносицу.

– Вижу, тебя бесполезно переубеждать. Тогда просто послушай…тебя обвинили в измене. Ты дезертир. Таких обычно вешают на главной площади перед кинжальной башней. И это тебя ждет. Если…

– Если?

– Если ты сознаешься здесь и сейчас, что был не прав и что поступил глупо и не обдуманно, я легко все изменю. Ты по – прежнему будешь моим сыном и наследником.

Шаен набрал какой – то код на дверях камеры и энерго – щит пропал. Консул вошел к сыну и молча протянул ему руку.

Сайдарис смотрел на нее брезгливо. Будто ему предлагали сделать нечто ужасное и отвратительное. Но вот протянутая рука отца, и она обещает жизнь.

– Я жду, Сай.– напомнил Шаен. – Ты ничего не обретешь, мой мальчик. А можешь погибнуть. Стоит ли оно того? Рисковать собой ради …людей?

Сайдарис мрачно поднял глаза.

Рукопожатие отца ему не понравилось. Но он смолчал, обдумывая, как теперь выкручиваться дальше.

***

– Почему твой эоранец не предупредил нас, Шон?!

– Костя, не мельтеши. И так голова кругом.

Шон стоял в своем штабе и мрачно смотрел на мониторы матриц. Началось…

С рассветом по всему Юниону объявили массовый сбор женщин, мужчин, даже детей…по социальной матрице гнали какую – то чушь, про новый вирус, который распространился извне. Что надо привиться. И люди шли…все боялись. И это было главной ошибкой. Страх ослепляет и лишает воли. Не дает мыслить здраво. Когда человек боится, то готов идти куда угодно, лишь бы обезопасить себя. Зачастую не думая, что загоняет себя на бойню.

– Шон! Нужно действовать.

Но он молчал. Он смотрел на мониторы и сжимал кулаки. Они не успели. Не успели…столько людей…к началу светового дня, весь Новый Юнион опустеет…женщин, запрячут в лаборатории и заставят рожать потомство эоранцам! А мужчин загонят в шахты и сгноят работой до смерти!

– Шон!

Он растеряно посмотрел на Костю. Его автоматический глаз сверлило его внимательно и напряженно.

– Надо что – то делать!– снова повторил он. – Ты видишь, что творится? Весь город будто с ума посходил!

– А что мы можем?

– Не верю своим ушам!– Костя раздраженно ударил по клавиатуре кулаком. – И это говоришь мне ты?! Да ты же ждал того дня, когда сможешь лететь прочь с этой планеты! И что, ты позволишь этим ублюдкам, довершить начатое?!

Шон смотрел в разъяренное лицо Кости. Он прав…пока есть ноги и руки, пока голова на плечах, пока есть возможность мыслить здраво. Они еще повоюют.

– Настрой волну. Пусть весь город услышит меня!

Костя набрал комбинацию на клавиатуре, и перед ним появилась матрица. Компьютерщик расширил ее жестом руки, соединил какие – то волокна и прибавил звук. Он подал Шону микрофон.

– Ты в эфире.

Шон кивнул и, вздохнув, начал говорить.

– Жители Нового Юниона! Прошу вас остановитесь! Вас обманом тянут в ловушку! Нет никакого вируса! Эоранцы пытаются избавиться от человеческой расы раз и навсегда! Меня зовут Шон. Я лидер повстанцев. По нашим данным все жители города находятся в опасности! Все, кто не готов жить и не будет слушать захватчиков нашей планеты, прошу развернуться и идти домой! Довертись мне! Я – один из вас! Вы не рабы! Вы – люди! Так прошу вас – задумайтесь! И не идите на поводу. Все в ваших руках…

Сигнал эфира оборвался.

Костя только развел руками.

– Будем надеяться, что нам поверили, иначе…

Шон вздохнул и грохнул кулаком по стене. Его мучил один вопрос – где Сайдарис и Андромеда, когда они так нужны…

***

Меня привезли в какой – то медицинский      центр. То, что это не кинжальная башня, я поняла сразу. Я очнулась с тяжелой головой и со слабостью в теле. Меня кто – то заботливо переодел в мягкие тканевые штаны белого цвета, такая же рубашка и легкие тапочки. Я приподнялась и села на кровати. Голова сразу же загудела, как колокол. Я приложила холодные руки ко лбу. Полегчало совсем немного…

Снова открыв глаза, я осмотрелась. Ни окон, ни дверей…большая кровать, отделённая легкой занавеской от гостиной зоны, диван, пара кресел, мягкий ковер на полу, стеллаж с голограммами…видимо книги или фильмы. Над гостиной зоной с потолка свисает помпезная люстра. И что хуже всего…все отвратительного больничного белого цвета.

Я подтянула к себе ноги и сжала плечи. Врать не буду, мне было страшно. Меня пугала неизвестность. Но что хуже всего…

Моя ладонь легла на живот. И мне даже показалось, что маленькая жизнь шевельнулась, отзываясь на прикосновение. Я носила в своей утробе оружие против всего человечества…

На глазах навернулись слезы. Как быть…время теперь работает против меня. Глупо ждать спасения от Сайдариса или Шона. Они возможно вообще не знают где я! А тем временем, меня могут использовать…мое дитя могут использовать. Зайтар сказал, что сыворотка дает своему носителю удивительную устойчивость…но даже она не спасет от огромной кровопотери. Плод умрет раньше, чем мне помогут…

Не соображая, что я делаю, я, как во сне встала на ноги.

В дальнем конце моей темницы явно вырисовывалась скрытая комната. Я решила попробовать.

– Компьютер!

– Зеро, госпожа, – раздался с потолка мягкий и спокойный женский голос.

– Открой дверь в ванную комнату, Зеро.

Как и предполагалось, в дальнем конце, стена с тихим шипением отошла в сторону, открывая проход в ванную.

Я медленно вошла, и дверь закрылась за мной.

Осмотревшись, я поняла, что и тут все было белым. Будто насмешка…

Ванная была небольшой. Стоячий душ в дальнем конце, ниша, с водой, заменяющая ванну, раковина и шкафчик с зеркальной дверкой.

Я открыла шкафчик. Зубная паста, щетка, расческа, ножницы…

Я поднесла руку к ножницам и взяла их. И без того холодные руки, побелели. Оглянувшись на ванную комнату, я примерно рассчитала, где может быть камера компьютера. Я стала спиной к двери. Маленькие маникюрные ножницы, оказались в правой руке, а под ними уже было подставлено запястье левой руки…

Вдох, выдох…

Короткая режущая боль, не отрезвила мой разум. Зато компьютер почувствовал изменение в моем настроении и состоянии здоровья.

– Госпожа, у вас обнаружено повреждение.

– Все хорошо, Зеро, – прохрипела я, не поворачиваясь. – Просто немного порезалась.

Голос стих, а я завораженно смотрела, как кровь пульсирующими толчками покидает тело. Лезвие от ножниц полоснуло по другой руке. Глубоко порезала,…чувствую, как рвутся сухожилия.

Перед глазами поплыло. Нет…не падать. Стоять. Я опустила руки в раковину, чтобы кровь стекала туда. Выстоять, как можно дольше…ничего у них не выйдет. Ничего…

Я подняла голову. Из зеркала на меня смотрела бледная испуганная девушка с темными кругами под глазами. Неуверенная улыбка перекашивала лицо, делая его пугающим. Я перестала улыбаться. В мозг закралось понимание того, что я делаю. Все нутро взбунтовалось. Я плача приложила к животу окровавленную руку. Вся моя одежда измазалась, но мне было все равно. Я хотела остановиться…но, только стоило представить себе, что будет с этой маленькой жизнью потом.…Нет. Он еще мал…он, простит меня. Простит свою глупую и нерадивую мать, которая больше не знала, как его спасти.… И может однажды, среди полетов и других миров, он снова решит вернуться ко мне,…чтобы я, наконец, смогла взять его на руки…

Сознание померкло, так быстро, что я не почувствовала удара головой об холодный кафельный пол.

***

– Позволь узнать папа, где же все – таки Андромеда?

Шаен Улутари недовольно покосился на сына.

– Ты опять о ней…

Он отодвинул от себя пустую тарелку и вытер руки салфеткой. Верховный консул налил себе бокал вина, и немного поболтав его, отпил.

– Твоя женщина Сай, в медицинском центре. В том самом, который недавно построился.

– Центр для зачатия?

– Если коротко, то да, – кивнул Шаен. – Однако все пошло не так, как я предполагал. В Новом Юнионе живет около миллиона земных самок. Угадай, сколько из них вчера прибыло в центр, для спасения от якобы выдуманного вируса?

Сайдарис неопределённо пожал плечами.

– Половина?

– Семьсот человек.

– Странно.

– Нет…ничего странного, – консул как – то странно наклонил голову и посмотрел на сына.– Вот. Послушай это.

Шаен хлопнул руками, и в комнате воспроизвелась радио– запись. Сайдарис едва не подавился вином, когда узнал голос Шона!

Когда запись кончилась, лицо Сайдариса напоминало всего лишь непроницаемую маску без эмоций.

– Знаешь этого…Шона?

– Впервые слышу о нем. Я вообще не знал, что у нас еще остались повстанцы.

Шаен снова взял бокал в руки и без улыбки проговорил.

– Ну, теперь знаешь. И думаю, пора бы тебе возобновить свои обязанности, в качестве патрульного Юниона. Что скажешь?

Сайдарис молча пожал плечами.

– Не вижу никаких проблем.

– Хорошо. Но теперь, я не отпущу тебя одного. Тебе нужен напарник.

– Отец… – протестующе начал Сайдарис, но верховный консул остановил его движением руки.

– Я знаю, как ты не любишь работать в паре, но выбора у тебя нет. Я пока не могу доверять тебе, так же, как раньше. И мне будет спокойнее, если рядом с тобой будет, мой эоранец.

Сайдарис раздраженно вздохнул и откинулся на спинку стула.

– К чему тогда мне вообще идти в патруль? Не проще ли запереть меня в кинжальной башне, без доступа к системе?

– Не горячись, – усмехнулся Шаен. – Ты ведь был командиром Патруля. Как я могу держать взаперти такого ценного сотрудника. И тебе необходимо снова заслужить мое доверие. Так что послужишь мне, для кое – какой цели.

– И для какой?

– Найди мне этого Шона. Этого лидера повстанцев. Найди и приведи ко мне.

Сайдарис нервно усмехнулся.

– И где мне, по– твоему, его надо искать? Новый Юнион огромен. Есть тысячи вариантов, где он может быть.

– Используй свое воображение, Сай,– пожал плечами его отец. – Оно у тебя в последнее время очень хорошо работает.

Сайдарис рассерженно встал с места. Однако голос отца догнал его прямо у выхода из отсека.

– Я же еще не представил тебе твоего напарника.

Сайдарис обернулся к отцу.

Шаен повернулся к боковой двери.

– Впустите ее.

Дверь с тихим жужжанием отъехала в сторону и в комнату вышла Лезари!

Сайдарис ошалело смотрел на отца, потом на Лезари, и снова на отца.

– Ты так шутишь, да?!

– Сай…

– Я отказываюсь! – Сайдарис выкрикнул эти слова так резко, что Шаен раздраженно отвернулся.

– Прекрати повышать голос в моем присутствии.

– Ой, извините, верховный консул, сейчас поклонюсь.

– Не паясничай!

Сайдарис замолчал. Отец редко повышал на него голос, и это было не добрым знаком. Шаен вздохнул и откинулся на спинку стула. После некоторого времени тишины, он снова продолжил говорить.

– Лезари, будет твоим напарником. И это не обсуждается. Если ты отказываешься, то тебя тут же схватят, и проводят обратно в подвалы, под кинжальной башней, где ты будешь дожидаться казни.

– Но… – Сайдарис беспомощно поднял руку в сторону эоранки. – Почему именно Лезари?!

Лезари фыркнула, от чего ее малиновые волосы взметнулись.

– Не я настаивала на этом, Сайдарис.

– Понятно…

Похоже, особого выхода не было.

– Ладно, – наконец сказал Сайдарис, – пусть будет так, как ты хочешь, отец…

– Рад, это слышать, Сай.

Сайдарис вздохнул и пошел на выход, не дожидаясь Лезари.

Эоранка хотела идти следом, но консул слегка придержал ее за руку.

– Лезари…

– Да, консул?

– Ты понимаешь, насколько я беспокоюсь, за Сая?

– Понимаю, и не одобряю вашей доброты, – мрачно сказала эоранка, засунув руки в карманы куртки. – Сайдарис, это заигравшееся дитя. Таких детей наказывают. А не дают им еще один шанс все испортить.

Шаен позволил себе рассмеяться.

– Твоя прямота всегда поражала меня, Лезари. Поэтому сейчас на этом месте, стоишь ты.

– Я понимаю.

– Убереги Сая. Он мой сын.

– Слушаюсь.

– И… – консул сделал выразительную паузу, – докладывай мне обо всем необычном в его поведении.

– Будет исполнено.

Лезари не утруждала себя поклонами и реверансами. Она просто повернулась спиной к Шаену и вышла следом за Сайдарисом.

Верховный консул молча проводил эоранку взглядом и, повернувшись слегка назад, проговорил.

– Найдите мне Зайтара. Срочно.

***

Сайдарис вышел из башни и сразу же увидел свой припаркованный летомобиль. Эоранец обошел его и сел за руль. Однако он тут же вспомнил, что ему всучили напарника, когда малиновая шевелюра Лезари показалась у выхода. Эоранка шла к машине Сайдариса неспешными шагами. А армейские сапоги делали её поступь еще более ужасной. Сайдарис прикрыл глаза.

Лезари открыла дверь и села рядом с сидением водителя. Она беспечно достала пачку сигарет и закурила.

– Ты что вообще делаешь? – раздраженно спросил Сайдарис.

– Сопровождаю дезертира на работу.

– Чего? – эоранец поднес руку к лицу и сжал переносицу. – Послушай Лезари…я, не хочу доставлять тебе проблемы. Давай сделаем так…

– А давай ты захлопнешься, заведешь свое ведро с болтами и полетишь в Управление патруля? Вот это будет вообще замечательно.

– Так, кажется, мы не поняли друг – друга…

Вместо ответа Лезари выпустила облако дыма прямо в физиономию Сайдариса. Эоранец закашлял и мрачно смерил Лезари взглядом.

– Живее, Сайдарис. Мне совсем не хочется сообщать твоему папе о том, что его дорогой мальчик начал капризничать, даже не занявшись своими прямыми обязанностями.

– Ты не изменилась, – пробубнил Сайдарис, повернув ключи в машине.

– Тебе только кажется.

Лезари отвернулась к окну.

Сайдарису могло показаться, что в интонациях эоранки, что– то поменялось. Хотя он тут же решил, что это его воображение.

Летомобиль поднялся в воздух и стал мерно двигаться за пределы территории кинжальной башни. Едва они вылетели на главную дорогу, как справа от Сайдариса показался новый медицинский центр. В ночи он сверкал тысячами огней. И Сайдариса угнетала та мысль, что внутри этого здания находится Андромеда…и что хуже всего, он не знает как она.

Лезари заметила внимательный взгляд Сайдариса и усмехнулась.

– Верховный консул редкостный дурак.

– Я бы сказала тебе держать язык за зубами, но ты права.

– Только идиот мог поверить тому, кто уже предавал однажды. Причем так необдуманно и глупо, – усмехнулась эоранка, выкидывая окурок в люк на крыше.

– Думай, что говоришь, Лезари. – мрачно напомнил Сайдарис.– Я сын верховного консула. Одно мое слово…

– …ничего не стоит теперь, Сай.– устало докончила Лезари, с тоской смотря на Сайдариса.– Неужели ты еще не понял?

Сайдарис молча отвернулся от Лезари. Он давно все понял. Ему теперь никто не доверяет, и он имеет лишь формальную власть. Отец продумал все пути, на которых Сайдарис может споткнуться. И он, возможно, будет ждать этого.

Сайдарис недобро усмехнулся. Нельзя заставлять родителя ждать…

Глава 3.

– Вы звали меня, ваша светлость?

– Да, проходи Зайтар.

Эоранец с поклоном прошел в личные покои верховного консула и с почтением остановился у большого темного дивана, на котором, полулежал, полусидел его господин. В простой эоранской одежде, он не был похож на грозного Шаена Улутари. А уставшее выражение, застывшее на лице и вовсе делало его непохожим на себя. Зайтар понял, что смотрит на господина неприлично долго и поспешно опустил глаза.

– Как там наша мать эоранской расы?

Зайтар ждал этого вопроса. Ждал и не знал, что ответить…

– Она в порядке господин, однако…

Шаен вздохнул, и устало приложил руку ко лбу.

– Что еще?

– У нее был выкидыш.

Шаен оказался рядом с Зайтаром так быстро, что тот даже отшатнуться не успел. Грозные глаза сверлили Зайтара с неконтролируемым гневом. В таком состоянии можно запросто получить приказ на казнь…

– Что значит « был выкидыш»?! Как это произошло? Почему не предотвратили?! Вы хоть понимаете, сколько времени мы теперь упустим?!!

Пока Шаен в бешенстве кричал все это, он непроизвольно сжимал руку на шее Зайтара…

– Го…сподин… – хрипел Зайтар, но не мог убрать руку Шаена.

Консул брезгливо отшвырнул от себя советника и сел обратно на диван.

Зайтар приподнялся, держась за шею. Он кашлял и не мог прийти в себя. Все– таки лучше так, чем казнь…

– Как это произошло?– донесся до Зайтара спокойный голос Шаена.

Зайтар встал на ноги и осторожно приблизился к консулу.

– Она…вскрыла себе вены.

– Чем?

– В ванной комнате…персонал забыл видимо убрать…ножницы…

– Забыл…– жестко проговорил Шаен.– Уволить всех, кто причастен к этому. Нанять новых эоранцев. Более расторопных и с мозгами. Ясно?