Свинцовые Ливни. Том 2

Глава 1

Локация: Зеленый округ, Юго-Западный сектор.

Жилая зона, Лазурный квартал

– Всего доброго.

– До свидания, господин патрульный.

Виктор вышел из дома очередного жалобщика, бросил взгляд на браслет.

Как же медленно тянется время! После его возвращения в Грин, с того момента, как их с Софией разделили, оно будто застыло.

Неделя обязательной изоляции ушла на составление отчётов о том периоде, что Виктор провёл в Милке. Он постарался описать происходившее максимально честно, умолчал лишь о роли, которую сыграл в этом Крус – отвоевав для него скутер. А Софию представил свидетельницей того, как крепил датчики к мотоциклам в многоэтажке Лао.

Виктор помнил каждое слово из тех, что было сказано между ними.

– Тебе когда-то говорили, что у парней Лао можно раздобыть сильные транквилизаторы. Кто говорил, не помнишь, это было давно. Началась вспышка. Ты запаниковала. Это первая твоя вспышка, которую предстояло провести в одиночестве. Ты вспомнила про этих парней. Попробовала обратиться к ним, купить таблетки, но тебя выставили. Когда выходила, наткнулась на меня. Я крутился возле мотоциклов. Ты удивилась, начала задавать вопросы – откуда я взялся и что здесь делаю, а я объявил, что ты едешь со мной.

– Думаешь, поверят? – София прижималась к нему.

Обхватила за пояс, чтобы не упасть, уткнулась подбородком в его плечо и говорила на ухо, иначе Виктор не слышал.

Разговор они вели на ходу – на то, чтобы останавливаться, не было времени. Обернуться Виктор не мог, здешним скутерам необходим был живой водитель. Иллюзий по поводу своих водительских навыков не питал, в последние двенадцать лет в Грине его возила автоматика. А здесь, в Милке, приходилось следить сразу за всем, в том числе за покрытием под колёсами. Первое, что он сделал, оседлав экспроприированный Крусом скутер – влетел в яму. Хорошо, что скутер оказался крепким.

– Им придётся поверить, – крикнул Виктор в ответ на вопрос. – Другой-то версии не будет. Главное, не сбивайся! Тверди одно и то же. О своей жизни рассказывай правду, тебе скрывать нечего. Ты в данных обстоятельствах – жертва произвола. Тем, что вывез тебя из Милка без официального Согласия, я превысил служебные полномочия Эс-Ди. Теперь, в рамках программы защиты свидетелей, тебе обязаны предоставить убежище.

– А что будет с тобой? – голос у Софии дрогнул.

Руки, обнимающие его, сжались крепче. Она, кажется, даже о смущении забыла. До сих пор чувствовала себя неловко, Виктор готов был спорить на последний грош, что никогда прежде прижиматься к мужчине храмовой служительнице не доводилось. Но спросив, что будет с ним, забыла обо всём.

– Меня отстранят от расследования.

Виктор хотел добавить, что в его положении это, пожалуй, самый удачный расклад, но промолчал. Не стоит волновать Софию ещё больше.

– А там, где буду я… Мы с тобой увидимся?

– Конечно. После того, как всё закончится, тебе выдадут браслет, и ты сможешь в любой момент со мной связаться.

Ложь во спасение – не ложь. Этому эсдиков учат ещё на первом курсе. Для того, чтобы успокоить паникующего человека, разрешено говорить всё, что угодно.

– А… твоя девушка?

– С моей девушкой тоже сможешь связаться, – отшутился Виктор, – если захочешь. Так! Повтори ещё раз, что ты будешь отвечать на вопросы?

Возле КПП Виктор и София оказались за полторы минуты до закрытия границы. Их тут же разделили, направили в карантинные блоки. И после этого они виделись лишь однажды, на очной ставке. София не подвела – ответы, надиктованные Виктором, повторила слово в слово. После этого ей, как и следовало ожидать, предоставили муниципальное жильё в квартале для депортированных. Определили на работу. Виктора разжаловали в патрульные. От расследования, естественно, отстранили.

Что делает Штольц с его наработками дальше, Виктор не знал и не стремился узнавать. Догадывался, что при попытках выяснить это наткнется на стену покрепче, чем между Милком и Грином…

Неважно. София жива и здорова. Он спас её. Успел появиться раньше, чем случилось непоправимое.

Бросившись искать Софию вместо того, чтобы охотиться за Бангом, Виктор понимал, на что идёт. Увидев тёмные окна квартиры, догадался, что могло случиться с девушкой, и бросился на выручку. Теперь расплачивался за свой порыв.

Если Ливней схватят, об этом станет известно каждому. Если неуловимая четвёрка продолжит свое чёрное дело, тем более. Его это в любом случае больше не касается. Разговоры на эту тему с Лючией Виктор решительно пресекал. Так же, как разговоры о Софии.

– Меня ничего с ней не связывает, – отрезал Виктор. – Ты ведь знаешь, что я не стал бы тебя обманывать.

Лючия грустно покачала головой.

– Я уже ничего не знаю, Вик. После возвращения ты стал сам не свой! Очень изменился.

С этим Виктор не спорил. Четыре дня, проведенные в Милке, перевернули его жизнь. И дело было не в разжаловании. Увозя Софию, он понимал, что по головке его не погладят, был к этому готов. Безмолвно вытерпел ворох свалившихся на него психологических тестов и бесед с дознавателем. Разжалование принял, как должное. Через два дня после того, как дознаватель закончил работу, приступил к службе патрульного.

Он опрашивал жалобщиков, сдавал отчёты. А сам неотрывно думал о Ливнях. Отчего-то всё более убеждаясь в том, что ни один из «соколов» или «королей» на эту роль не подходит. Чем дальше, тем больше казалось, что его обвели вокруг пальца. Заставили преследовать не тех, кого нужно. Эти парни – гораздо хитрее, чем кажутся.

«Мы вернем миру справедливость»…

Вот откуда надо плясать, – думал Виктор. Не бежать по следам, в которые нас тычут, словно охотничьих собак, а думать. Что за цель преследуют Ливни? Чего они добиваются?

Виктор изучил биографию Габриэля Грифа. Теперь, после того, как воочию увидел запретные гонки, многое повернулось другой стороной.

Гриф родился и вырос в Зелёном округе. В юности пытался сам заниматься спортом, но быстро решил, что дело это слишком рискованное. Спортивный менеджмент не опасен и гораздо более прибылен. Гриф перешёл сначала на тренерскую работу, потом курировал детские спортивные школы в Грине. А затем вдруг занялся тем же самым в Милке.

В новостях двадцатилетней давности это решение Грифа сопровождалось рукоплесканиями. Молодой талантливый тренер бросил чистеньких, воспитанных детишек Зелёного округа ради того, чтобы помочь совсем другим ребятам! Восторженные статьи сопровождались фотографиями – улыбающийся Гриф в окружении детей из Милка. Лайки, восторги, умиленные комментарии.

Еще месяц назад Виктора это обмануло бы. Сейчас, послушав Круса, он начал понимать, что на самом деле стояло за человеколюбием Грифа. Его, конечно, разжаловали, но доступ к служебным системам, пусть ограниченный, остался. Потратив некоторое время, Виктор узнал, что материальное благополучие Грифа начало расти с момента его перевода в Милк.

Виктор задумчиво листал фотографии, на которых Гриф был изображен с детьми. Он курировал спортивные школы без малого десять лет. За это время многие детки успели подрасти. И, вероятно, кто-то из них узнал, чьему решению был обязан спортивными успехами. Или поражениями – в зависимости от толщины кошелька родителей.

Провернуть подобное в Грине было почти невозможно. А вот в Милке… Когда Виктор задумывался о масштабах того, что происходило там под прикрытием спортивных мероприятий, у него начинала кружиться голова. Гриф ведь – не единственный спортивный менеджер. Сколько ещё было таких, как он?

«Мы вернем миру справедливость»…

Кто ты? – думал Виктор, всматриваясь в фотографии детей, окружающих Грифа. Казалось отчего-то, что мальчик, выросший и взалкавший справедливости, должен быть одним из них.

Виктор запустил программу, идентифицирующую личности. Всего набралось двадцать пять парней. Три фотографии оказались забранными в траурные рамки, этих уже нет в живых. Людей не старше тридцати лет от роду – нет в живых… Виктор вывел на экран домашнего тубуса данные по оставшимся двадцати двум и начал просматривать.

Звонку, поступившему на браслет, удивился. Даже бросил взгляд на цифры, показывающие время – убедиться, что ничего не путает, и сейчас половина двенадцатого. Лючия никогда не звонила так поздно. Она считала, что главный залог красоты – своевременный, здоровый сон.

– Алло? Что случилось?

– Ни в коем случае не соглашайся! – выпалила Лючия. – Он не имеет права настаивать!

– О чём ты? – Виктор никогда не слышал, чтобы она говорила так взволнованно. – На что не соглашаться?

– Ты что, не видел новости?

– Нет. Сто лет их не смотрю. – Договаривая, Виктор щёлкнул вкладку новостного канала.

Темнота. Выстрелы.

Мы вернём миру справедливость.

Глава 2

Локация: Зеленый округ, Юго-Западный сектор.

Жилая зона, Квартал холостяков

– Я более чем уверена, что Штольц сейчас позвонит тебе, – продолжала возбуждённо говорить Лючия. – Так вот: напомни ему, что ты отстранён от расследования! Что это больше не твоё дело! И тем, что вернёт тебе звание, Штольц ничего не добьётся!

– Перестань. – Виктор поморщился. – С чего ты взяла, что он будет мне звонить? В участке хватает народа без меня.

– Хватает. Только почему-то, как только речь заходит об этих проклятых Ливнях, Штольц бежит к тебе!

– Так было раньше.

– Так будет и в этот раз, вот увидишь!

Лючия продолжала говорить, но Виктор слушал вполуха. Взгляд зацепился за бегущую по экрану строку:

«Новой жертвой неумолимой четверки стал Ростислав Старк. 67 лет, спортивный обозреватель».

Спорт! Опять.

Значит, интуиция его не подвела. Виктор отчего-то не сомневался, что связь между Габриэлем Грифом и новой жертвой существует.

В момент, когда переносил в программу, предназначенную для выявления связи между людьми, имена Грифа и Старка, звонок Лючии перекрыл новый.

Штольц.

– Я перезвоню, – сказал Виктор.

– Вик! Это ведь Штольц? – всполошилась Лючия. – Я слышу, что идёт второй вызов!

Виктор не ответил. Переключился.

– Ковальски. Слушаю.

Разговор со Штольцем получился коротким.

– Здравствуй, Вик. Прости, что беспокою. Ты, вероятно, уже в курсе…

– Здравствуйте. Да. Как раз смотрю новости.

– Хочу, чтобы ты знал. Я был против твоего отстранения.

– Вот как? – усмехнулся Виктор.

– Разумеется. Я прекрасно понимал, что ты не стал бы нарушать Инструкцию, не имея для этого достаточных оснований. Но не подчиниться не мог. Ты ведь знаешь правила.

– Знаю.

– Я абсолютно убежден, что по делу Ливней должен работать ты.

– И только сейчас решили мне об этом сказать?

– Вик… – Штольц помолчал. – Ты, безусловно, вправе иронизировать. И если откажешь, пойму. Но задать тебе вопрос я обязан. Ты готов работать дальше?

Виктор хмыкнул.

– Интересно, каким образом буду это делать, оставаясь патрульным? Или вы взмахнете волшебной палочкой, и ко мне сию секунду вернётся звание – при том, что на разжалование ушло почти три недели?

– Я подал апелляцию. Если хочешь знать, сделал это сразу после твоего отстранения.

– Вы не говорили.

Штольц вздохнул.

– Мы с тобой и не общались. Ты был расстроен. Я это понимал и не трогал тебя. Сейчас ситуация изменилась.

– Настолько, что я, будучи патрульным, смогу принять на себя обязанности детектив-сержанта?

– Не совсем так. Но работать по делу дальше ты сможешь. Если согласен, я объясню в деталях. Мне важно понимать, готов ли ты заниматься Ливнями.

Готов ли он заниматься?.. Виктор посмотрел на десятки открытых в тубусе документов и вкладок.

– Вик, – вздохнул Штольц. – Я работаю в Эс-Ди вот уже тридцать лет. Поверь – если бы у меня была хоть тень сомнения в том, что тебя по-прежнему интересует это дело, я бы не звонил.

Звонок Лючии Виктор сбросил, уже одеваясь. Отправил сообщение: «Поговорим завтра. Доброй ночи».

Лючия не ответила. Обиделась.

***

Штольц дожидался Виктора в участке.

– Расскажешь, какие ещё идеи у тебя появились?

Он, похоже, действительно не сомневался в том, что Виктор продолжает думать о Ливнях.

– Спорт.

Виктор уселся в кресло, стоящее напротив стола в кабинете Штольца. Здесь всё было по-прежнему. Как будто ничего не изменилось. Как будто он всё ещё детектив-сержант.

Почти каждую ночь снилось, как он приходит на работу. Как включает тубус, перекидывается репликами с коллегами. Как садится в это кресло в кабинете шефа…

– Спорт? – переспросил Штольц.

Выглядел он не очень. Находясь в Милке, Виктор сказал бы «хреново». Запавшие скулы, резко обозначившиеся морщины, тёмные круги под глазами. Виктор впервые задумался о том, что его начальник уже очень не молод.

– Шеф. Вы хорошо себя чувствуете?

– Да, – резко ответил Штольц.

Что-то новенькое. Никогда раньше не разговаривал таким тоном.

– Я прекрасно себя чувствую. – Штольц провёл ладонью по лицу, будто пытаясь стереть утомление. Опустил руку, через силу улыбнулся. – Просто устал, извини. В последнее время было много работы… Давай перейдём к делу. Итак. Спорт?..

Ещё по дороге в участок Виктор решил, что передавать Штольцу информацию, полученную от Круса, не будет. Ничего хорошего из этого всё равно не выйдет. Доказательств у него нет, а голословные обвинения «уважаемых людей» в коррупции Штольц даже слушать не станет. Такие люди, как Гриф и Старк – священные коровы. По крайней мере до тех пор, пока не появилось стопроцентное подтверждение того, что занимаются противозаконной деятельностью. А у Виктора нет ничего, кроме подозрений – значит, не стоит и затевать разговор.

– Я подумал о том, что если у двух последних жертв и есть какие-то точки соприкосновения, то это профессиональная деятельность, – сказал Виктор. – Оба они, так или иначе, имеют отношение к спортивным командам. А Гриф десять лет назад ещё и работал в Милке. Курировал спортивные школы.

Штольц нахмурился.

– Пока не понимаю, прости. Школы? При чем тут школы?

– При том, что за эти годы дети успели вырасти. Многие из тех парней, с которыми когда-то работал Гриф, сейчас – мои ровесники. И если кто-то из них затаил обиду на спортивного менеджера…

– Вот оно что, – задумчиво проговорил Штольц. – Ты полагаешь, что это месть?

– Возможно.

Штольц покачал головой.

– Но это ведь не сопоставимые по тяжести вещи! Обречь человека на жестокую смерть из-за того, что сопливый мальчишка десять лет назад проиграл в спортивном состязании? Прости, но это очень странно.

– В Милке случаются и куда более жестокие смерти, – не сдержался Виктор. – По гораздо менее весомым поводам. Иной раз – вовсе без повода. На своей гипотезе я не настаиваю. Просто подумал, что один из тогдашних подопечных Грифа мог вырасти и стать одним из Ливней.

– Что ж, может, ты и прав. Обсудим позже. А сейчас я прошу тебя поехать вместе с Гамовым на осмотр места преступления.

Виктор приподнял брови:

– С Гамовым?

– Самостоятельно действовать ты не можешь. Формально…

–… меня там вовсе не будет, – сообразил Виктор. – Ладно, понял. А какая-то информация по убийству уже есть? Те датчики, которые я закрепил… Ливни их обнаружили и сняли, так?

– Нет, – мрачно сказал Штольц.

– Что? – Виктор аж приподнялся. – Но ведь, если датчики не сняли…

– Не сняли. Два часа назад появились сразу три сигнала.

– Три? – переспросил Виктор. – Не четыре?

– Именно. Хотя на Старка напали четверо, в этом сомнений нет.

– Банг, – пробормотал Виктор. – Три машины с датчиками, четвёртый – Банг!

Получается, что зря он сомневался.

Штольц кивнул:

– Да, я подумал так же. Четвёртый – Банг. Тот парень, чью машину ты не успел пометить. Но сейчас это уже неважно. Мы потеряли след.

– Э-э-э…

– Пока мотоциклы находились в Милке, их работу отслеживала автоматика. В момент, когда эти негодяи пересекут границу с Грином, должен был сработать сигнал. Он сработал.

– Где?

– В Северо-Западном. Оперативному отделению Эс-Ди была дана команда идти наперехват. Наши коллеги выехали. Но, как только они оказались там, где должны были находиться Ливни, сигнал с радаров исчез.

– То есть?

– Исчез, – раздраженно повторил Штольц. – Пропал. Испарился, как не было! Так понятно?! – последние слова он выкрикнул.

– Понял, шеф. Виноват, шеф.

Штольц, кричащий на подчиненного – это было нечто, на взгляд Виктора, даже более неслыханное, чем пропавший с радаров сигнал.

– Через одиннадцать с половиной минут сигнал появился снова, – мрачно продолжил Штольц. – В двадцати трёх километрах от того места, где пропал! И в полутора километрах от места происшествия. Когда оперативники прибыли, всё уже было кончено. Старк мёртв, Ливни исчезли.

– На этот раз совсем?

– Нет. Позже появились в Милке. Разумеется, часть оперативников была заранее направлена туда, наши коллеги в Милке тоже получили команду о перехвате. Но предсказать, в каком месте эти негодяи появятся снова, мы просто не могли! И, соответственно, задержать их не удалось. Ливни появились там, где мы вообще не ожидали их увидеть! На безумной скорости промчались сквозь Милк и скрылись в Тине. И вот там уже, конечно, сигнал исчез окончательно.

Ну да. В Тине ведь нет вышек связи…

– А как давно пропал сигнал?

Штольц взглянул на браслет.

– За десять минут до того, как ты приехал.

Что ж, теперь по крайней мере ясно, почему шеф мрачнее тучи. С такими-то новостями…

Вслух Виктор сказал:

– Задача ясна. Разрешите приступать?

Штольц кивнул:

– Бери Гамова и езжай. Буду ждать твоего доклада.

***

– Признаться, из объяснений шефа я ничего не понял.

Тучный, неповоротливый Гамов неспешно усаживался на скутер. Его габариты не первый год составляли предмет всеобщего веселья, перед каждой сдачей нормативов в участке делали ставки, пройдёт ли Гамов. И каждый раз каким-то непостижимым образом ему это удавалось. Ставки повышались год от года.

– Ты же сейчас – патрульный. Верно?

– Верно.

– И тем не менее, едешь со мной.

– Еду.

– А я обязан передать тебе всю информацию по расследованию, которой владею?

– Всю.

– На каком основании?

– На основании приказа вышестоящего.

– Ничего не понимаю, – повторил Гамов. – С каких пор детектив-сержанты докладываются патрульным?! Мне кажется, шеф сам что-то недопонимает.

– А мне кажется, что наше с тобой дело – выполнять приказ, – отрезал Виктор. – Ты едешь на осмотр места преступления, я тебя сопровождаю. Что тут непонятного?

Гамов засопел.

– Что известно о месте преступления?

– Новый квартал, – буркнул Гамов, – «Сказочный уголок». Из модных, дорогих. Несмотря на то, что рядом – граница с Милком, цены бешеные, больно уж место хорошее. Озеро, песчаный берег. Да ты наверняка рекламу видел.

Виктор кивнул.

– Я понял, о чём ты. Но ведь, если не ошибаюсь, этот квартал пока не заселён? Он в процессе строительства?

– Не заселён. Готов только первый ряд коттеджей, там идёт внутренняя отделка. Рассыльный отеля, где проживал Старк, сказал, что ему позвонили якобы из строительной компании. Попросили приехать, что-то согласовать. И на пороге будущего дома расстреляли.

– Рассыльный сказал? – удивился Виктор.

– Да. Старк жил в отеле.

– А в строительный компании, естественно, никто знать не знает ни о каком звонке?

– Естественно.

– Номер, с которого звонили?

– Не существует. – Гамов помолчал и обиженно добавил: – Не думай, что один ты на весь участок умеешь работать, Ковальски.

– Я работаю патрульным.

– Угу. Я и вижу, как патрулируешь.

На это Виктор не ответил.

***

Коттедж, в котором планировал поселиться Старк, как и прочие его братья-близнецы, был сработан из металлизированного стекла. Дымчато-прозрачный, по форме напоминающий шар, будто новогодняя игрушка. Изящные арки дверных проемов, разноуровневые овалы окон – рекламные проспекты уверяли, что в доме нет ни единого прямого угла. Сходство с новогодней игрушкой довершала скруглённая крыша, украшенная каминной трубой. Труба умела создавать имитацию дыма.

Увидев коттеджи, издали напоминающие новогодние шары, Виктор вспомнил щебет Лючии – о том, как она мечтает когда-нибудь поселиться в таком доме. Находясь внутри него, можно из любой точки видеть всё, что происходит снаружи. Готовя завтрак, укладываясь спать, собираясь на работу, любоваться живописным озером.

К широкой террасе дома уже подвели крыльцо, ступени выложили белым природным камнем. Неподалеку лежали на боку саженцы вечнозелёных растений, их должны были высадить вдоль дорожки.

Растения уложили в ряд. Тонкие корешки и комья земли на них высохли, веточки поникли. «Тоже – будто расстрелянные», – мелькнуло в голове у Виктора.

А на ступенях дома лежал Старк.

Белый камень залила кровь. Кровавые ошмётки и брызги виднелись и на стеклянных стенах коттеджа, и на распахнутых дверях из светлого дерева. Под телом Старка растеклась тёмно-красная лужа.

– Святые Стражи, – пробормотал побледневший Гамов.

Он застыл в седле скутера, с ужасом глядя на труп. Поднёс ладонь ко рту.

– Ты ведь это уже видел на фото.

– На фото – совсем другое, – пробормотал Гамов. Слезать со скутера, похоже, не собирался.

Место происшествия огородили лентой. Три человека в форме Эс-Ди стояли неподалеку, от группы отделился один. Поднял руку с браслетом – одновременно и приветствуя, и отправляя коллегам данные.

Детектив-сержант Брайан Корф. Сорок один год, одиннадцатый участок Северо-Западного округа.

Виктор и Гамов отправили с браслетов свои данные.

– Детектив-сержант, патрульный, – Корф приветствовал коллег кивком головы. – Нас предупредили. Мы вас ждём.

– Благодарим, – слезая со скутера, кивнул Виктор. – Что-то новое появилось? Улики? Свидетели происшествия?

Корф перевёл недоумённый взгляд на Гамова – удивился, что вопросы, в нарушение субординации, задаёт не он. Гамов утвердительно кивнул: мол, так и надо, не обращайте внимания.

Успокоенный Корф покачал головой:

– Ничего. Свидетелей нет и быть не могло. Тут ещё не закончено строительство, территория обнесена ограждением. Согласно Инструкции, здесь не следует находиться посторонним. А строители в семь часов закончили работу и разошлись.

– Идеально, – буркнул Виктор. – Снова – идеально.

– Что вы говорите?

Виктор не ответил. Подошёл к трупу.

Старк лежал на спине. Судя по расположению гильз на земле, в этот раз Ливни не окружали жертву. Они выстроились перед крыльцом в ряд. Будто расстрельная команда из Тяжёлых времен…

Виктор присел над трупом.

На вид – мужчина средних лет, хотя на самом деле Старку под восемьдесят. Дорого, со вкусом одетый. Браслет новомодный, из последней линейки: едва заметная на руке полупрозрачная ленточка.

– Старка не удивило, что его попросили приехать в такой поздний час?

Корф пожал плечами:

– Это вы можете спросить у его вдовы. Если она сумеет ответить, конечно… Мы вызвали её на опознание, приехала незадолго до вас.

– Где она?

– В фургоне неотложной помощи, – Корф показал кивком. – Сами можете представить, в каком состоянии бедная женщина. С ней занимаются медики.

– Ясно.

Виктор поднялся. Фургон неотложной помощи стоял за лентой ограждения.

Глава 3

Локация: Зеленый округ, Южный сектор.

Жилая зона, квартал «Сказочный уголок»

На вид вдова Старка была едва ли старше Виктора. На деле, как услужливо подсказал сетевой помощник, шестьдесят два года. Марианна Старк, домохозяйка. В медицинском фургоне работал кондиционер, поддерживающий комфортные двадцать четыре градуса, но женщина куталась в плед. В руке она держала стакан с тонизирующим напитком. Врач шепнул Виктору, что женщина приняла успокоительное.

Виктор скинул ей на браслет свои данные.

– Я попрошу вас ответить на несколько вопросов, госпожа Старк.

– Да, конечно, – Марианна Старк скорбно вздохнула. – Я понимаю.

– Вашему супругу было, что скрывать?

– Что-о? – госпожа Старк поперхнулась тонизирующим напитком. – Разумеется, нет! Что вы такое говорите?

«Слишком быстро для убитой горем вдовы перешла в оборону», – отметил про себя Виктор.

– Согласно данным, которые я снял с браслета господина Старка, в последний месяц он трижды менял местожительства. С вами, в вашем доме в Северо-Западном округе, не проживал. Почему?