Кровью и потом

© Алекс Бафф, 2018

ISBN 978-5-4493-2813-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Посвящается всем тем, кто тренирует и тренируется, каждый день преодолевая себя и становясь лучше.

Выражаю особую благодарность, моему тренеру Анатолию Панаеву.

Глава 1

Коул вырос в бедности и хорошо знал, что такое нищета, голод и холод. Мать умерла при его рождении, он видел ее только на фото. Красивые, нежные глаза, густые каштановые волосы, добрая ласковая улыбка.

Она понимала, что скорее всего не выживет при родах, об этом ей сказали врачи. Тогда, она надела лучшее свое платье и сделала фото. Чтобы сын, хотя бы на фото видел ее.

Отец мало говорил о матери, он любил ее и больше не женился. С детства Коул помогал ему, сначала по дому, а затем и в самих доках, где тот разгружал огромные суда.

У Коула, не было времени учиться всяким премудростям в школе, как и у многих других детей нижнего города. Которые с детства шли работать, чтобы помогать своим семьям и не быть для них обузой. Поэтому, учителей Коулу, заменяли такие же простые работяги, только постарше, они научили его сносно писать и читать, но больше всего они любили по вечерам собираться в круг и устроить пару поединков, на кулаках. Делая ставки, крича дурным голосом, подбадривая дерущихся. Так развлекались люди в районе доков, нижнего города.

Конечно, администрация не жаловала такие развлечения, но и не сильно их запрещала. Люди сверху понимали, что пусть лучше работяги бьют морды друг другу, выпуская пар. Чем тормозят рабочий процесс забастовками и требуют повышения зарплат.

С раннего детства, Коул наблюдал за поединками. Завороженно глядя, как, словно в танце, двигаются люди в песчаном круге, нанося и отражая удары, он видел в этом какую-то красоту, не с чем не сравнимую. Когда ему исполнилось четырнадцать и мышцы его окрепли, один из рабочих предложил Коулу поучаствовать в поединке, с равным соперником. В соседних доках, тоже работал парень, подходивший Коулу по весу и росту, а в случае победы, Коул, мог забрать выигрыш. Это были не весть какие большие деньги, но все-таки подспорье для их маленькой семьи. Коул согласился.

Волнение перед боем, было огромным. Тело трясло, а ноги были ватными. Его поединок был седьмым по счету за этот вечер, и ожидание сводило с ума. В животе, был неприятный холодок, а губы и рот пересохли.

– Вот выпей. – Отец протянул ему металлическую кружку, с темной жидкостью внутри. Коул взял ее, она оказалась горячей.

– Что это? – Спросил Коул. Он знал, что отец не одобряет его затею, на счет драки. Но тот, не стал его отговаривать понимая, что рано или поздно молодой парень подерется. И лучше пусть это произойдет по правилам в круге, чем в подворотне без них.

– Чай с сахаром. – Он, поможет тебе успокоится, а то ты дрожишь как девица, зажатая в подворотне.

Коул ухмыльнулся, и стал прихлебывать маленькими глотками, сладкий, горячий напиток.

– Я смогу выиграть, отец? – Спросил он, заглянув в такие же как у него ярко голубые глаза.

– Это тебе решать, парень. – ответил тот, а после продолжил. – Самый тяжелый бой, происходит в твоей голове. Если ты не пустишь сомнения в свое сердце, то сможешь выиграть несмотря ни на что. И наоборот, если будешь сомневаться, то никакая подготовка не поможет тебе.

Коул кивнул ему. Он знал, что отец не посоветует плохого, ведь он в свое время тоже дрался в круге и даже был местной звездой. Но когда умерла жена, перестал заниматься этим.

Объявили о его выходе, отец проводил Коула до круга, в котором уже стоял его противник. Высокий, выше Коула на полголовы, чернокожий парень, разминался в круге, делая наклоны из стороны в сторону. Не смотря на юный возраст, у парня была развитая мускулатура, хотя удивляться этому не приходилось, работа в доках, кого угодно сделает сильным или сломает.

Зрители плотно обступили круг из песка. Кто-то улюлюкал, смотря на молодых бойцов. Один из рабочих, взявший на себя роль судьи подозвал соперников к центру. Бойцы пожали друг другу руки.

– Не бьем по яйцам, глаза не давим, горло не грызем. – Сухо напутствовал судья. Затем дал им команду, разойтись по сторонам. А после махнул рукой, давая знак к началу боя. Сразу же, со всех сторон раздались крики и указания, как, кому и куда бить. При чем обращались к обоим бойцам одновременно. Изо этого Коул немного растерялся, но отметил про себя, что мандраж и страх ушли. Вместо этого, появилось странное спокойствие.

Парень, бросился на Коула и левым прямым, врезал ему в челюсть. Коул отступил, а парень продолжил наседать, молотя руками. Коул закрыл голову руками, и большинство ударов приходилось по ним. Затем, он пригнулся, отпрыгнул в сторону, стараясь разорвать дистанцию и прийти в себя, от такого неожиданного натиска.

Противник был опытнее Коула, и тут же напал снова. Коул пригнулся, вскинул правую руку избегая удара, попав тому встречным ударом в лицо. Парень не ожидал этого и отступил на пару шагов, восстанавливая равновесие.

Толпа вокруг заревела, «Бей!» «Вперед!» «Хук!» «Апперкот!» – Кричали со всех сторон. Коул, прыгнул вперед. Перейдя в атаку, он нанес еще несколько ударов, большинство пришлись по воздуху, но два точно попали в лицо. Парень, отступал, Коул почувствовал близкую победу, радуясь про себя. Но вдруг, противник резко пригнулся, и размашисто ударил Коула в живот. Острая боль пронзила его внутренности, воздух со свистом вышел из легких. Казалось он не может вздохнуть и задыхается, он согнулся пополам и тут же получил удар снизу в лицо. Апперкот пришелся по губам, голову дернуло, и он упал на песок.

Корчась от боли, он не мог подняться, а вокруг гудели зрители, поздравляя чернокожего с победой. Коул лежал на песке и стонал, парень подошел к нему, улыбнулся и протянул руку. Коул принял ее и встал. Противник, похлопал его по плечу, в знак признательности за бой, затем развернулся, и пошел прочь.

Тяжелая рука легла на плечо Коула, обернувшись, он увидел Отца.

– Я проиграл. – Угрюмо сказал Коул.

– Ничего, зато ты получил хороший опыт. А завтра, будет новый день.

Тем вечером отец рассказал Коулу про его ошибки, и про то, что он сделал хорошо в поединке. Оказалось, что Коул держал руку слишком высоко, опасаясь ударов в лицо, тем самым он и открыл корпус, по которому и получил. А встречный удар, которым Коул потряс парня, был хорош, но он сделал его из неудобного положения, поэтому тот, не был достаточно сильным. Коул, записал все в маленьком блокноте. А на утро попросил отца потренировать его, чтобы в следующем месяце выйти в круг снова. Отец потрепал сына по голове.

– Знай, парень, тебе будет тяжело, а когда ты застонешь от усталости, тебе станет еще тяжелее. Согласен?

– Согласен. – Улыбнулся Коул.

Тогда он был наивен, и не думал, что будет настолько тяжело. Каждое утро он бегал по тридцать минут. Поначалу Коул задыхался, грудь жгло огнем, в боку больно кололо. Но постепенно, он начала привыкать, хотя бег ему и не нравился. Но отец объяснил ему, что так он повысит объем легких, и сможет драться дольше. После бега, Коул молотил большой кувалдой по старому колесу от грузовика, подтягивался и отжимался. Затем шел на работу в доки, где разгружал суда, привозившие в город, тяжелые грузы. После работы они с отцом, устраивали небольшие тренировочные поединки. Намотав на руки бинты, Коул пытался попасть по отцу, который ловко уворачивался, и хлопал сына ладонями, обозначая ответные удары. Коул злился, падал, вставал, снова падал, шел вперед, но все было бес толку. Отец ловко, делал подсечки и Коул падал снова и снова. В конце дня, Коул записывал ошибки, которые отец объяснял ему и, если у него оставались силы, он обдумывал все это. Но чаще всего, Коул проваливался в сон, как только его голова касалась подушки.

Так продолжалось месяц. Рабочие объявили, что намечается драка в доках. И если кто хочет в ней поучаствовать, должен заявить себя, для подбора равных соперников.

Коулу в этот раз, достался молодой парень, недавно устроившийся на разгрузку кораблей и желающий показать себя. Он был старше на два года, выше и шире в плечах. Коул снова испытал, страх и волнение, но не так сильно, как в первый раз. Выйдя в круг, он встретился взглядом с соперником, стоявшим напротив с ухмылкой на лице. Парень, явно думал, что легко сможет одолеть, более слабого противника. Но Коул, без боя сдаваться не собирался. Бойцы встретились в центре, после команды «бой», начали кружить, вокруг друг друга.

Высокий противник Коула, выстреливал передней рукой прямые, быстрые удары. Не подпуская его к себе, держа на расстоянии, но сам не переходил в атаку. По-видимому, стараясь как можно дольше затянуть поединок, показывая всем, свое превосходство.

Сам Коул привыкший, тренироваться с высоким Отцом, избегал ударов, уворачиваясь от длинных рук.

Подстраиваясь под ритм, и поймав противника на встречном движении, когда парень в очередной раз ударил прямой. Коул пригнулся, и прыгнул вперед под его руку, затем молниеносно ударил два раза по ребрам соперника, а в конце, ударил снизу в подбородок, после отскочил в сторону, снова разорвав дистанцию.

Толпа заревела. Никто не ожидал такой скорости и техники от мальчишки. Коул и сам почувствовал радость, наполняющую сердце, он посмотрел на отца. Тот стоял в первом ряду, одобрительно похлопывая в ладоши.

Противник Коула, тоже не ожидавший такой прыти, вспыхнул от злости. Его лицо залилось красной краской, а кулаки сжались, глаза злобно заблестели, он прыгнул вперед на Коула, размахивая руками, стараясь ударить, как можно сильнее. Коул расслабившись на секунду, получил хорошую оплеуху, и закрывшись руками, стал отступать. Он не успевал отходить, так как противник делал широкие шаги вперед и настигал Коула, по всему кругу. Но ему везло в том, что парень вышел из себя и не контролировал свои удары, которые были сильными, но размашистыми и приходились по его рукам, закрывающим голову. Пригнувшись, от очередного такого удара, Коул ответил коротким прямым в живот и тут же распрямившись, боковым в лицо, после, снова отскочил назад.

Парень запнулся и упал, сжимая челюсти. Коул понял, что попал в солнечное сплетение, и сам поморщился, он не понаслышке знал какого это. Особенно, когда пропускал эти удары от Отца, даже слабые тычки в эту область, казалось, выбивают все желание продолжать поединок.

Судья, остановил бой и начал отсчет – Раз, два, три.

Коул начал радоваться, а в сторону парня из толпы послышались смешки.

– Ну, что Джей? Досталось тебе от мальчишки, а? – Раздалось откуда-то справа

– Сукин сын, я поставил на тебя деньги! – Взревел здоровяк, с пунцовым лицом, слева.

– В следующий раз, пусть дерется с кем нибудь из детского сада, чтобы было честнее. – Послышалось из задних рядов, и все засмеялись. Коул тоже ухмыльнулся, – «А что? Хорошая шутка» – подумал он.

Но парень так не считал. На счет восемь он вскочил и бросился на Коула. По началу испугавшись такой ярости, он подавил возникшее желание сбежать с ринга. Отогнав ненужные мысли, Коул сосредоточился на противнике, как раз вовремя, потому что парень, подбежав к нему, нанес размашистый правый, целя в голову. Коул, увернулся от него, отскочил в сторону. Ловко двигаясь на ногах, он то и дело уходил от атак. Он ощущал силу и злость, с которой пролетают над его головой кулаки Джея, ему совсем не хотелось, почувствовать их на себе.

А парень рычал, продолжая бить. Публика вокруг была в восторге, покатываясь со смеху, глядя как маленький Коул с бледным от страха лицом, уворачивается от града ударов. А высокий Джей крича, бранясь и брызгая слюной, пытается безуспешно попасть по нему.

– Коул, бей на отходе, сыно! Бей и уворачивайся! – Послышался сильный голос отца, в общем шуме сливающихся криков.

Его слова, словно вернули Коулу сознание, облив холодной водой. Он сильнее сжал кулаки, и когда Джей снова напал, сделал шаг назад, развернул корпус. Джей провалился в то место, где должен был быть Коул, потеряв равновесие и стал падать. Коул врезал ему в нос, от столкновения, падающего Джея и встречного кулака Коула, послышался хруст, Коул краем сознания, даже испугался, что сломал себе руку, но не останавливаясь, быстро ударил снова правым в висок, снова отскочив.

Джей упал на песок, рыча как раненый зверь, закрывая лицо руками. Судья подбежал к нему, отдернул его руки. Кровь хлестала из его носа, свернутого на бок, а на виске, начала набухать внушительная шишка.

Судья сделал знак, что поединок остановлен. Коул, в недоумении посмотрел на отца. Тот подбежал к сыну, обнял его оторвав от земли. Коул, радостно вскинул руки вверх, все вокруг казалось таким ярким, и люди подходили к нему, хлопая по плечу, поздравляя его с победой. Он почувствовал, что мир наполняется новыми красками, даже серый район доков, где они жили и работали, окрасился в новые, доселе невиданные цвета.

Коул, подошел к сидящему на песке Джею и протянул ему руку. Тот, злобно посмотрел в ответ, отпихнул протянутую ладонь. Затем поднялся, развернулся и молча пошел сквозь собравшихся, расталкивая встречных плечами.

– Некоторые люди, не умеют проигрывать. – Сказал отец.

– Я тоже не умею? – Спросил Коул, взглянув в синие глаза отца.

– С чего ты взял? – Удивился тот.

– В первый раз, я тоже очень расстроился. – Признался Коул.

– Но ты отнесся к поражению как к опыту, и обнаружил свои ошибки, на которые показал тебе твой соперник. А пожав ему руку, ты дал понять, что был рад, состоявшемуся бою, и тому, что вы оба достойные бойцы.

– Почему же Джей, не пожал мне руку?

– Он слишком гордый, и пустой внутри. Только ненависть, наполняет его, а это делает бойца не управляемым. Ты ведь, заметил это?

– Да, мне показалось, когда он бьет, я могу уворачиваться хоть весь день.

Отец потрепал его по голове.

– Я горжусь тобой, сегодня ты не только выиграл, но и проявил благородство к проигравшему. Не переживай за Джея, возможно он одумается, а если нет, то черт с ним. – Сказал он, улыбнувшись. И они отправились домой.

За этот бой, Коул получил двадцать кредитов, а отец, поставив на победу сына выручил еще пятьдесят. Так как в победу Коула, мало кто верил, то поставленные 5 кредитов, приумножились в десять раз. Коул, чувствовал себя настоящим богачом. «Надо же, двадцать кредитов!» – Думал он, держа в руках деньги. На них, можно было жить неделю, не работая в доках.

Они с отцом, зашли по дороге домой в один трактир. Заказав себе, гору еды. Ароматный, яблочный пирог, десерт из взбитого коровьего молока с сахаром, и даже настоящий стейк! Он никогда не ел, такого нежного, вкусного мяса, тающего во рту, и даже в самых смелых мечтах, не мог предположить, что бывает так вкусно.

Сначала, он пытался пользоваться ножом и вилкой, но затем отбросил в сторону приборы и схватив кусок жареного, сочного мяса двумя руками, впился в него зубами. Жир стекал, по рукам и подбородку, а отец смеялся, глядя на сына.

Домой, они вернулись далеко за полночь и Коул рухнул в постель. Только тогда, он почувствовал, как же он устал, за сегодня. Будто отработал пару полных смен в доках, не прерываясь на сон. С этой мыслью в голове он и заснул. Ему снились пироги, с ежевикой, румяными яблоками, посыпанные корицей и сливками. Молочные коктейли с густой пеной и стейки, таящие во рту.

Глава 2

Последующие недели Коул, продолжил тренировки. Он заметно окреп физически, стал более вынослив, а на его теле стали проявляться мышцы. Теперь, он мог бегать, не обращая внимания на усталость, а одышка вовсе ушла в прошлое.

К его ежедневным тренировкам, прибавилось поднятие тяжестей. Коул недоуменно смотрел на отца, который вскинув на плечи мешок с песком, приседал с ним, показывая сыну, как это делается.

– Я в доках, почти каждый день перетаскиваю эти мешки, разве этого недостаточно? – Спросил он, надеясь избежать этого занятия, не горя желанием таскать тяжести в свободное от работы время.

– Это укрепит твои мышцы, о которых ты даже не знаешь. – Ответил отец. Коул вздохнул, и взвалив на себя мешок стал приседать с ним.

По началу это показалось ему легким занятием, но через пару минут ноги заныли, а еще через пару, в них словно забили вату. Они перестали слушаться, начали дрожать, словно у новорожденного теленка, и Коул рухнул с мешком на плечах. В ушах стоял звон и отцовский смех.

– Я могу еще! – Сказал Коул, стараясь доказать отцу, свою силу.

– Нет, хватит на сегодня. Попробуй повторить это завтра. – Ответил он улыбаясь.

Коул поначалу не понял, что так развеселило отца. Но на следующее утро, все встало на свои места. В его ноги, словно впились острые иглы, которые вонзались при каждом движении все глубже. Без мучительной боли, он не мог даже одеть штаны. А отец, уже ждал его во дворе с мешком для приседаний.

Коул, вышел во двор прихрамывая и кривясь лицом при каждом движении. Посмотрев на орудие пыток, в руках отца, он взмолился. Но тот был непреклонен.

После непродолжительной разминки Коул, снова начал приседать. Сначала, боль была невыносимой и Коул думал, что сейчас просто рухнет на землю. Но постепенно, кровь в жилах стала разгоняться, он почти перестал ее чувствовать.

Коул сделал на одно приседание больше, чем накануне и отец одобрительно похлопал его по плечу. А затем отправил на пробежку, чтобы повысить скорость ног, после тяжелого упражнения.

Шло время, Коул продолжал упражняться и участвовать в поединках, устраиваемых в доках. Слух о молодом парне, с крепкими кулаками, распространился и на другие районы. Бывало его приглашали поучаствовать в хорошей драке в другие места нижнего города.

Случалось, что он даже выигрывал там. Но поражения тоже были неотъемлемыми спутниками, к ним Коул, относился как к учителям и всегда разбирал свои бои, записывая ошибки в своем исписанном вдоль и поперек блокнотике. Затем, консультировался с отцом, если ему было что-то не понятно. Тот, всегда с готовностью отвечал сыну, где и как он поступил неправильно, и как в следующий раз исправить положение, оказавшись в той или иной ситуации.

Коул не бросил работу в доках, он все так же помогал отцу. Ему нравились окружающие его там люди, простые работяги, зарабатывающие честным, тяжелым трудом.

Тем более сверстников друзей у Коула не было, все свободное время он посвящал тренировкам.

Рабочие в доках, были дружной командой, поддерживали друг друга в сложных ситуациях, смеялись, шутили.

Повзрослев, Коул понял, что иначе тут просто не прожить. Люди тут умели веселиться, и как думалось Коулу, умели ценить то что было, и просто жили сегодняшнем днем.

Однажды, холодным, осенним вечером, всем рабочим пришлось задержаться. Чтобы разгрузить большой, прибывший с опозданием корабль, везший тяжелые, железные ящики, в которых хранились припасы на зиму.

Многие, были не очень довольны этим, но большой босс пообещал тем, кто останется на разгрузку, дополнительные пару кредитов. И не смотря на непогоду и усталость, люди решили подработать. Все-таки лишние кредиты в доках, никому бы не помешали.

Близились праздники урожая, и многим, хотелось заработать на подарки и хороший ужин для своей семьи. Коул с отцом, не были исключением, тоже решив остаться.

Когда стемнело, зажгли большие прожектора, чтобы освещать рабочим площадку. Люди, при помощи тросов и веревок стали перетаскивать груз с корабля. Тяжелые контейнеры, связки металлических труб и ящики, опускались на пристань, где рабочие при помощи погрузчиков и просто рук, таскали все на грузовики, которые отвозили груз дальше на склады.

Вдобавок ко всему, пошел дождь, который лил нещадно и Коул, промок до нитки. Группа людей, с которой он работал, тянула за цепи, прикрепленные к большому ящику, стараясь перетащить его в грузовик. Им не досталось погрузчика, поэтому приходилось обходиться смекалкой и собственными силами.

Команда из восьми человек, крепких мужчин, которую возглавлял опытный работяга Харрис Джонаб. Проработавший в доках, больше тридцати лет. Седобородый, дослужившийся до бригадира, знающий все о том, как перетаскивать тяжелые грузы отдавал распоряжения, хриплых, но в тоже время сильным голосом, перекрикивая ветер, и скрежет метала.

Все выкладывались на полную. Коул чувствовал, как напрягаются его мышцы от прилагаемых усилий. Груз висящий на цепях, понемногу передвигался в сторону грузовика.

Харрис, кричал и ругался, призывая тянуть сильнее, подбадривая рабочих. Коул невольно обернувшись, увидел, как один из тросов удерживающий на весу ящик, оборвался и словно хлыстом ударил по мокрой земле. В воздух, взмыли брызги, ящик стал крениться и полетел вниз. Рабочие, тоже увидели происходящее и стали разбегаться кто куда. Все, кроме Харриса, который замешкался на секунду, а когда до него дошло, что происходит, он поскользнулся и упал, прямо на пути несущегося вниз тяжелого груза.

Коул, не задумываясь бросился вперед, и дернул Харриса за руку, помогая подняться, а затем толкнул его с пути летящего ящика, а сам, отпрыгнул в сторону в последний момент. Груз упал, издав громкий стон и скрежет. Вокруг, молча стояли рабочие и Харрис, уставившись широко раскрытыми глазами на то место, где он мог бы лежать, раздавленный огромной массой.

Толпу собравшихся, распихал отец Коула, с нескрываемой тревогой во взгляде он оглядел собравшихся и увидев Коула, подбежал к нему.

– Ты в порядке парень? – спросил он, оглядывая сына.

– Да, все хорошо отец.

– В порядке?! Ничего не в порядке! – Взревел Харрис, в наступившей тишине. И подойдя к Коулу резко обнял его, приподняв в воздух. —Парень спас мне жизнь, черт вас дери!

Вокруг раздались радостные и одобрительные крики. Рабочие отрывались от своих дел, подходили и хлопали Коула по плечу.

– Отличная работа парень! – Сказал Харрис. – Я обязан тебе жизнью!

– Нет, что вы я… – Коул не успел закончить фразу, как Харрис обратился к его отцу.

– Майк, дружище, если бы не твой сын, быть мне мокрым местом. В эту субботу, я жду вас у себя в гостях, моя жена будет чертовски рада поблагодарить вас, за мое спасение.

Отец, посмотрел на сына, в его глазах была гордость, он принял предложение Харриса, и они пожали руки. Затем Харрис, еще раз приобнял Коула своей мозолистой, сильной ручищей и обратился к собравшимся.

– Что вылупились засранцы?! За работу живо, а то мы тут до утра проторчим.

И все снова стали разбредаться по площадке. Лил дождь, была ночь, а у Коула в душе было странное чувство. Почти, как когда одерживаешь победу, но даже приятней.

Жена у Харриса, оказалась добродушной, полной женщиной по имени Клэр. Она хлопотала вокруг гостей, как наседка над птенцами.

Жили они так же небогато, как и все работники доков. В небольшом домике помещалась кухня, спальня и еще одна комнатка, где жила дочь Харриса, Кари. Которая, была ровесницей Коула.

Сев за стол, Коул с Отцом, наслаждались вкусной, домашней едой и слушали беспокойные рассказы Клэр, о геройстве Коула и спасением ее непутевого мужа.

Коул в отличии, от остальных не считал себя героем, и больше поглядывал на дочь Харриса. Сидевшую напротив него, стройную и темноволосую Кари.

Он и раньше видел красивых девушек, а по ночам бывало, ему снились не совсем понятные сны, о которых, не принято говорить в обществе. Но Кари, выделялась из всех, девушек, которых видел Коул. Она словно светилась изнутри, темные большие глаза, смотрели на него, а пухлые губы, чуть кривились, в очаровательной улыбке. Коул, чувствовал, что краснеет.

Он обрадовался, что за столом обсуждали его геройский поступок, и все подумали, что он покраснел из-за этого.

– Ну-ну, не стоит так смущаться хороших дел Коул. – Сказала Клэр, ставя перед ним тарелку с домашним, яблочным пирогом.

Коул, решил сосредоточиться на угощении, но никак не мог заставить себя не смотреть на Кари. И засовывая пирог, себе в рот, то и дело пялился в ее сторону. Думая, что выглядит полным дураком, и желая, чтобы все это побыстрее закончилось.

Попрощавшись наконец, с семейством Харриса, Коул с отцом, вышли из их дома. Тогда, он смог наконец спокойно вздохнуть. Прохладный ветер ласкал лицо, а сковывающие его цепи смущения, растаяли словно дымок в воздухе.

Направляясь в сторону своего дома, по свежим, после дождя улицам, отец неожиданно спросил:

– Я рассказывал тебе, как мы познакомились с твоей матерью?

Коул покосился на него, обычно тот не говорил о матери, «к чему бы это все» – подумал он.

– Вроде бы нет. – Ответил Коул.

Отец улыбнулся, и посмотрел своими голубыми глазами на сына.

– Тогда я был молод, чуть старше тебя кажется. Мы с друзьями решили отметить день рождения одного парня в захолустном баре. Там было много народу, и мы изрядно поддали. Тогда, я увидел девушку, которая показалась мне самой красивой в мире. Она скромно сидела со своей компанией в самом конце зала. Я просто не мог отвести от нее взгляд, весь вечер думая, как привлечь ее внимание. А когда набрался храбрости подойти к ней и познакомиться, один из наших парней сцепился с каким-то громилой у барной стойки. Громила оказался не один, а с компанией и как это обычно бывает, завязалась драка.