Рой Прусс. Часть Вторая. Дети Тьмы

Вырвав свою руку из зубов отчаявшегося Госпа и содрав при этом кожу до вплеснувшейся из свежей раны крови, громила толкнул парня в спину, с громким и жалким воем зажав ладонью кровоточащий укус на руке. Госп упал на колени, выплюнув кровавый кусок кожи и жадно глотая воздух. Затем из последних сил вскочил на ноги, подняв черенок, и атаковал второго верзилу, держащегося за руку и продолжавшего громко выть. Он оказался близнецом первого бугая, только крышка уже была пришита к левому глазу. Ударив его три раза по лысой голове, затем ещё два раза - первого бугая, который уже приходил в себя после предыдущих ударов по голове, он отошёл назад. Оба громил, - один упал лицом в кресло, а другой - лицом в пол, - после атаки лишились чувств, кряхтя и постанывая. Их головы кровоточили широченными паутинами.

Отдышавшись ещё минуту в полусогнутом положении тела, Госп выпрямился и косолапо добрёл до комнаты, где сидел король. Обрубок окровавленного черенка, повреждённого об крепкие черепа близнецов, он также держал наготове. Облокотившись плечом о косяк двери, он глянул вправо. За письменным, обветшалым годами, столом сидел вожак деревни, смотревший на парня хмурым, недоброжелательным взглядом. Король же наоборот: одаривал своего спасителя почётным взором и искренней улыбкой.

― Вы в порядке? – дыша уже свободнее и опустив руку с черенком, спросил водитель «Камрада-форте».

― Я-то - да, - ухмыльнулся Шон. – Сам-то цел?

― Да пока держусь, - в ответ ухмыльнулся Госп, снова глянув на старика. – И что это значит, дедуля?

Старец медленно встал.

― Это значит, что вы оба не выберетесь. Он будет преследовать вас, - проскрипел вожак, улыбнувшись. Его глаза были такими же, как и всех здешних обитателей, что напали на Госпа. Чёрные и заплывшие, как у рыбы.

― Кто - он? – с вызовом спросил парень.

Старик не ответил. Он просто подошёл к окну, открыл его и спрыгнул на улицу. Госп, не двигаясь с места, удивился.

― И чего ты стоишь столбом? – возмутился привязанный к стулу король.

― А я знал, что он так может? – громко парировал возмущение парень, вздёрнув правую бровь. – Уж больно шустрый этот дедок для своих годков…

― Далеко не уйдёт. Развяжи меня.

Госп вернулся в гостиную, вытащил тесак из спинки кресла и разрезал канат. Король встал, подтянулся и размялся, словно его только что вытащили из багажника машины, и молча направился к выходу из дома, осторожно перешагивая стонущих близнецов в гостиной. Госп, заменив черенок тесаком, пошёл следом.

Выйдя из дому на крыльцо, они осмотрелись по сторонам. Во дворе было тихо и холодно. Ветер постепенно усиливался.

― Как погиб мой сын, ты узнал? – тихо спросил король, не поворачиваясь лицом.

― Похоже, его сожгли на костре, - печально ответил парень. – Я нашёл это у того столба с хворостом.

Госп выпятил руку. Король повернулся и медленно потёр перстень на его пальце. Его глаза скорбно заслезились. Парень, заметив это, печально посмотрел в сторону двери в заборе, стараясь не подавать виду. Шон вытер проступившую слезу большим пальцем, спустился с крыльца, подошёл к обожжённому столбу и присел на корточки, перебирая пальцами пепел на земле.

― Надо будет его похоронить, как следует, развеять прах в Бывалую Долину, - сказал Шон мысли вслух. – Он заслужил.

Но парня уже заботило не это. Он, как вкопанный, стоял на месте и смотрел в сторону главного входа в заборе. Шон сначала с изумлением посмотрел на Госпа, затем туда же. Единственный выход из деревни загораживала вся толпа жителей деревни, чьи глаза у всех были такими же чёрными и заплывшими красными венами. Все были с вилами, тесаками, ножами и топорами. Все злобно смотрели на гостей, громко и хрипло дышали и скалились, словно дикари. Впереди всех стоял невысокий старикашка в белом халате с кроваво-красными ладонными отпечатками. Его широкая седовласая голова с залысиной напоминала дынную маленькую торпеду. На сгорбившемся носу криво висело пенсне, закрывающее тёмные щёлки глаз.

Он неожиданно посмеялся, во всё охрипшее горло, визгливым, каким-то неестественным смехом, почесав серебристую бородку.

– Добрый день, господа!

Шон встал бок обок с Госпом. Парень крепко сжал мачете правой рукой. Судя по всему, живыми их из деревни не хотели выпускать.

― Неприлично так себя вести, ох неприлично, - покачал головой старикашка, указав пальцем на двух лежащих деревенских у столба, над которыми уже вовсю слетался рой мух. И откуда мухи взялись в такую пургу?..

– Вас приняли с распростёртыми объятиями, а вы их калечите. Нехорошо так поступать, ох нехорошо.

― Я бы посмотрел на твою реакцию, если бы на тебя побежали с вилами наперёд! - громко огрызнулся Госп.

Толпа снова начала громко перешёптываться. Рядом со старикашкой встал вожак деревни. В левой руке он держал деревянный топор с окровавленным заострённым набалдашником.

― Я говорил, что вы отсюда не выберетесь! – с лёгкой хрипотцой крикнул он, указав на них острием топора.

― Это мы ещё посмотрим! – парировал угрозу Госп.

Шон посмотрел на парня. Госп глянул на него, не поворачивая головы, и прошептал:

― Сейчас отступаем назад и перелезаем через забор. Машина недалеко. Бежим, не оглядываясь.

Шон согласно кивнул и начал медленно отходить назад.

― Позвольте представиться, - поклонился им маленький старик в халате. – Многие называют меня «существом», как написано в ваших народных газетах. Но вы можете просто – Врач. Или Мастер. Как и все собравшиеся здесь люди. Я для них – целитель.

― А имя есть у, так какового, Мастера-Врача? – поинтересовался Госп, также медленно шагая спиной вслед за Шоном.

― Имени у меня давно уже нет, хи-хи, - посмеялся тем же противным смехом Врач, скрестив руки на узкой груди. – Куда же вы, господа? Вам срочно нужна терапия!

― Не, спасибо, док, у нас пока что нет нужды к терапии, - с саркастической улыбкой покачал головой Госп, постепенно отдаляясь от толпы. – Что-то мы у вас задержались. Встретимся как-нибудь позже. Попьём чайку, заодно и имя скажете.

― Взять их! – завизжал Врач, указывая на них кривым облезлым пальцем.

Толпа неистово и единовременно заорала и во всю прыть ринулась к ним, собираю гору пыли и грязи под ногами и размахивая оружием наголо. Госп и Шон резко развернулись и побежали дальше столба к забору. Добежав до цели, Госп подсадил короля на ладони и с усилием подкинул его ногу вверх. Шон упал с другой стороны высокого забора, закряхтев от боли. Парню же не пришлось особо корячиться: он перебросил тесак граничные пределы, одним прыжком зацепился за острые углы забора и осторожно перебрался на другую сторону, со специфичной торопливостью - и замиранием сердца - от преследуемого страха чуть порвав пиджак и покарябав щепными занозами ладони и пальцы сквозь местами разодранные перчатки. Холодные деревенские инструменты чуть было не настигли его спину, с шумным звоном ударившись о выщербленные стенки дерева.

Оказавшись за забором, Госп встал со снега, отряхнул руки и глянул вправо. Король бежал вверх на тот холмик, что был недалеко от еловой чащи и где они находились до спуска к деревне, а за ним – громко орущий, один из деревенских с двуручным колуном в руках. Не обращая внимания на дичайший ор сельского люда позади с другой стороны забора, Госп побежал следом за правителем Потустороннего мира. Догнав преследующего короля психопата у самой чащи, парень налетел всем телом на его спину и сильно ударил рукояткой мачете по его оголённому темени несколько раз для профилактики. Деревенский дикарь тут же замолк после атаки; кровавая открытая ссадина на затылке говорила о его бессознательном состоянии. Если не мёртвом… Да какая разница?

Догнав Шона, Госп вскрикнул, запыхаясь:

― Стойте!

Шон остановился в глубине чащи, убрав колкую ветку от лица и повернувшись боком к своему нынешнему охраннику.

― Нельзя стоять, страж! Бежим!

― Да я в курсе! – саркастически отозвался парень.

С трудом пробравшись сквозь еловую чащу и получив при этом немало жгучих лицо и руки с ободранными перчатками кровяных ссадин, они выбрались на дорогу и добежали до машины. На удивление, колёса «Камрада» были целы.

― Да ладно! – опешил Госп от неожиданного везения, поспешно разблокировав машину и садясь за руль. – Неужели они настолько глупы, что не прокололи покрышки?..

― Да демон с ними! – проворчал король, запрыгивая на пассажирское сиденье. – Гони!

― Меня, блин, уговаривать не придётся!

Заведя машину, Госп, снова удивившись очередному чуду, что она так быстро завелась, несмотря на разыгравшийся снежной бури холод, с подвижным шлейфом развернул автомобиль и нажал на газ. Они довольно быстро отдалялись от проклятой деревни. Лёгкий снег за это время заметно усилился, превратившись в морозную пургу, заволакивающую густой, непроницаемой завесой обзор впереди машины. Госпу пришлось сбавить скорость, чтоб сосредоточиться на дороге и не попасть в аварию, случайно попав в область обочины. На улице был день, но при таком эксцентричном погодном явлении казалось, что на землю уже опускается ночь. Непроглядная дорога из-за бесконечных густых хлопьев снега вела, демон знает, куда, мешая водителю сконцентрироваться.

― Ты видишь, куда мы едем? – пытаясь разглядеть с трудом различимую местность вокруг автомобиля, обеспокоенно спросил Шон.

― Не уверен, - коротко качнул головой Госп, внимательно вглядываясь в лобовое стекло. – Что-то не то творится с этими местами, я давно заметил…

― Спасибо, а я и не понял даже, - с явной ноткой глумления выпалил король. – Что-то не то творится с этой деревней! Этот Врач, похоже, всем там жителям промыл мозги.

― И не просто промыл… Они стали как зомби, только с мозгами. У них проснулась мания избавляться от всех, кто заявляется в их деревню. Это для них как скот на бойню пустить… Если доберёмся до города, я обращусь к своему другу за помощью.

― К Рою Пруссу? – уточнил король.

― Ага. И если захотите, мы с ним этого Врача в порошок сотрём. Рой – необычный парень. Он почует опасность за километр. С ним мы всегда будем на шаг впереди с любым уродом.

― Хм, однако, заманчивое предложение, - азартно улыбнулся король. – Позже обязательно обсудим это дело. А сейчас давай-ка сосредоточься на дороге, страж.

― Пытаюсь, - неспокойно пожал плечами Госп. – Блин!..

Парень второпях нажал на тормоза, от чего Шон ударился локтями о пластиковую панель. В лобовом стекле сквозь пургу еле проглядывалась огромная тень. Затем неожиданно с отчётливо слышимым щелчком включился яркий свет, озаривший всю округу и ослепивший Госпа с королём, на недолгое время потерявших бдительность. Передние двери "Камрада" резко распахнулись. Парень сквозь прищуренные веки успел разглядеть сбоку высокий силуэт и летевший в его лицо большой кулак в чёрной варежке. Мощный удар, словно кувалда, прилетел прямо в левый висок Госпа. Голову судорожно пронзила чудовищная боль, туго сжавшая мозг до онемения всего тела. Подобное «землетрясение» в черепе могло возникнуть примерно от такого же удара и по челюсти, и травма что там, что тут – будут одинаковы. Так же Госп заметил, как яростно орущего и брыкающего короля буквально выволокли из автомобиля. Затем вытащили и его. Он не мог сопротивляться. Удар буквально вывел из строя, от чего самоконтроль над телом категорично отказывался подчиняться его воли. Госпа схватили за подмышки и потащили куда-то, ближе к свету. Он услышал грубые мужские голоса.

― Затаскивай его! Мастер будет доволен.

― Их тоже ждёт терапия?

― Похоже на то. Мне, если честно, глубоко наплевать!

Госп чувствовал, как его ноги неуклюже волочились по снегу на дороге, словно ватные конечности куклы. Он снова приоткрыл глаза, пока его несли. Приметил, как его пронесли мимо широкого капота тёмно-зелёного, небольшого грузовичка необычайной формы в виде буханки хлеба. Ярким светом оказались четыре большие фары на передней радиаторной решётке.

Их поместили на просторном, заднем сиденье кабины и захлопнули лязгающие двери. Потом завели тяжело поддавшийся двигатель с урчащим тракторным жужжанием и нажали на газ. Машина-зверь завибрировала от движения. Госп почти соприкасался головой к предплечью короля, лежащего без сознания с длинной кровяной ссадиной в виске.

― Передай Мастеру: пусть сбавит бурю. А то я не доеду, - сказал первый. – И пусть отправит одного из наших сюда, чтоб забрал машину короля.

― Сейчас, - ответил второй. Затем что-то щёлкнуло. – Мастер! Утихомирь погодку, а то мы невзначай разобьёмся. И отправь на запад Креста с Лихвой, чтоб королевскую тачку забрали. Примерно в десяти километрах от хутора. Конец связи!

Госп продержался ещё минут пять в сознании, слушая их разговор о медицинских операциях, и всё же уснул, не выдержав тугой боли в голове, острой агонией сдавливающей виски. Состояние доводило до тошноты, но всё же не достигало этого неприятного последствия. Сознание спокойно покинуло его.

Что же будет дальше? Вся надежда теперь только на Роя Прусса.

«Спаси нас, Рой», - мысленно попросил Госп и медленно засыпал, всё ещё смутно различая уличный фон в блеклом окне задней двери грузовика.

Дневной свет лучей низко стоящего солнца освещал снежные проталины деревенской местности. Голые поля с нищим количеством одиночных деревьев блестели под переливом сиявшей над небесным светилом наливной радуги. Вибрация машины уже не ощущалась. Пахло костром, изредка доносились крик петуха с громким кудахтаньем куриц, лай собак, мычание вола и многочисленные крики народа.

Неужели они снова в деревне?

Сознание то приходило, то уходило. Тело по-прежнему не слушалось. Король всё также без сознания лежал рядом.

В боковое стекло машины, под которым лежали ноги Госпа, глянул ухмыляющийся беззубым ртом вожак деревни. Парень, глядя на него сквозь залипшие веки, основательно углубился во тьму фантасмагорических грёз непробудного сна.

И на этот раз надолго…