Безответственная проза

Он и Она

Он и Она держались за руки и ждали отлета Звездолета. Ждать было мучительно.

– Мне так мучительно, – шепотом призналась Она, цепко держа его за обе руки, словно боясь их отпустить.

Он ничего не ответил и только молча проглотил скупую слезу. Да и что он мог ответить?! Ведь и ему было мучительно.

– Зачем, зачем я сюда пришла?! – вопрошала Она, словно не знала за чем пришла.

Он молча закусил губу до крови. Да что он мог ей ответить?! Ведь Она сама так решила. Звездолет не отлетал и стоял пока молчаливым укором.

– Я так больше не могу!!! – зарыдала Она в голос, не выпуская однако его рук.

– И я! – эмоционально признался Он, словно нарушив наконец обет молчания.

Они замолчали, все сильнее и сильнее сжимая руки…

Звездолет начал отлетать. Она улыбнулась сквозь не просохшие пока слезы:

– Говорила я тебе, лучшего места не найти – вот только Звездолет отлетит и все. Никого больше нет, никто нам не помешает, вся полянка будет принадлежать нам, только нам… Любимый!

Он и Она счастливо обнялись.

P.S. Дело в том, что интенсивность освоения Космоса все возрастала. Космодромов не хватало и потому буквально на каждой полянке – звездолеты. Взлетают – приземляются… Влюбленным трудно приходится – жди, пока полянка освободится!

Одиночество

(объявление)

Мне всего 247[1] лет. Несмотря на молодость (что там молодость – юность!) имею высшее образование и стаж функционирования. Однако по порядку:

Рост – 175 см, окрас – стандарт 27 (тон 6А универсал), количество работоспособных нюхалок – 53 (пока!), половой коэффициент – 0.77 (нравится это кому или нет), объем оперативной памяти – 256 запоминаний/сек, живой вес – 18.28 т, емкость – 5000 мкф х 25 В, размах крыльев – 14.5 м, скорость (крейсерская) – вихрь (вааще!), мощность – 2х200Вт (от сети!), глубина погружения – дно, время экспозиции – миг, скорострельность – 55 р/сек (самонаводящиеся!), расход топлива – чуть-чуть, толщина лобовой брони – о-го-го! радиус действия – везде!.. И еще много всякого…

Никогда в прошлом и в будущем (когда там по делам оказываюсь) не квирикалась – воспитание не позволяет, да и генетической склонности не имею. Одинок(а)[2]…

Ищу спутника(цу)[3] жизни (искусственного не предлагать!) не старше 1500 лет. Остальные параметры не имеют значения.

Срочно…

Неосторожное поведение

В холодильнике одиноко мерз кусочек засохшего и умудренного старостью сыра. Зеленый уже, отметил про себя СБ, с отвращением кроша сыр. Никаких иных съестных припасов в квартире не оказалось. СБ понуро вернулся в холл и, разбежавшись, попытался протаранить входную дверь. Результат акции был минусовым – дверь осталась незыблемой, а собственное тело заныло и стало медленно наливаться синяками. СБ это не только чувствовал, но и грустно лицезрел, встав к зеркалу в полный рост. А, между прочим, из одежды на нем были только собственный, не особенно густой волосяной покров и кусок бурого лейкопластыря на шее, защищающий то ли фурункул от дополнительной инфекции, то ли посторонний взгляд от неаппетитного зрелища. В сущности СБ не надеялся вышибить дверь, даже особенно и не желал, куда б он подался в таком виде – неодетый и местами синий? В незнакомом городе иностранной, а потому враждебной державы… Может, правда, не державы, а просто государства. Возможно, неприсоединившегося и доброжелательно-нейтрального. Но мудрый тезис о том, что любое государство, гражданином которого ты не являешься, – иностранное, был в свое время впитан им с молоком матери (как натуральной, так и – родины) и надежно прикрыт пионерским галстуком…Голый, без денег, без знания языка и обычаев… СБ прошел в комнату, неловко завалился в кресло перед грохочущим телевизором, с извращенным сладострастием потрогал через пластырь фурункул и предался любимому времяпровождению: самобичеваниям с ретроспекциями. «Ну ладно, ну нашел ты, идиот, в подъезде эту портативную симпатичную коробочку, ну приглянулась она тебе, ну сунул-таки ее в карман (хотя вроде не мальчик уже, чтобы тащить домой всякую дрянь)… Ну?! А зачем, спрашивается, на газовой плите грел?! Еще чугунную сковороду под нее аккуратненько подложил, паршивец. Зачем же тогда под краном обратно ее остужал? Чем объяснить твое мудрое решение – гвозди в нее забивать?! Семнадцать штук! Все, что осталось после неудачной попытки ремонта книжной полки. Бедная коробочка на робота-ежика стала похожа»… В самокритичном порыве СБ сорвал с шеи пластырь, поднес к близоруким глазам и, тщательно осмотрев его с обеих сторон, осторожно прилепил на место. «…Ладно, поизмывался над находкой, да и выкинул бы ее в мусоропровод. Так нет же! Решил, мерзавец, эту мученицу наэлектризовать, патлы свои поганые ею расчесывать. Шляпки гвоздей за волосы цепляются – и больно, и утраты невосполнимые, а я знай себе вожу ею по дурной голове. Потом, кажется, «синим светом» облучал, в морозилке минут десять держал, разрисовал фломастером (специально за оранжевым к соседу ходил), шепотом, в доверительном таком тоне, произнес: «Котлеты надо готовить играючи»… Да, точно, так и было. Вот как раз после этих слов я потерял сознание и очнулся уже здесь». СБ не вставая с кресла ногой дотянулся до пульта телевизора и большим пальцем переключил программу. Крутили очередной глупый, банальный, дешевый триллер. Погони там всякие, загадочные исчезновения, кошмары, насилие на каждом шагу. Дребедень… СБ свернулся калачиком и уже в уютной полудреме задался последним вопросом: «Но почему все-таки я предварительно разделся?».

Незамеченный

(ария из космической оперы)

Разведывательный научно-технический космолет землян «Незахватимый» был, увы, захвачен военным космокрейсером Враждебной Цивилизации (хотя, какая она цивилизация? – срамота одна!), в результате короткой, но яростной и кровавой схватки в открытом космосе.

Сесилия Ибн Ван М'Боу – биоматематик экспедиции (стройная, остроумная и такая желанная), была взята в плен и подвергалась унижениям. Остальные члены экспедиции – кто как. Некоторые, например, радиотелескопист экспедиции Брэд или философ экспедиции Э.Ш.Аванак, погибли, но не сдались; другие (программист Алай, стюарт третьего ранга – фамилию не помню, и др.) сдались, но зато не погибли; третьи (капитан спасательной шлюпки Ой-Кэй и проч.) не сдались, но и не погибли, а быстренько, пока остальные яростно отстреливались или мучительно решали непростую этическую дилемму: сдаться или погибнуть, набились в шлюпку и смылись в неизвестном направлении… А вот единственный, четвертый – Роберт Тер-О'Море (красавец, тоже стройный, но мужественный и тоже для многих желанный), гастролог экспедиции, поступил иным, как раз четвертым, образом: он спрятался за конденсатором трионного накопителя и, оставаясь незамеченным, ждал удобного момента, чтобы внезапно выскочить из убежища и, воспользовавшись переполохом в стане врагов, перестрелять их всех к чертовой матери и, главное, освободить Сесилию Ибн Ван М'Боу, которую он с самого начала экспедиции страстно и небезответно любил…

Маленькие мохнатые кисточки на кончиках мускулистых хвостов

Этот монстр был очень застенчив. Чувствовалось.

СБ опустил дуло двуствольного бластера и развернувшись побрел к другому монстру. Благо, здесь их было пруд пруди… На том берегу тоже не стреляли.

– И там дела не блестящи, – усмехнулся он и приставил бластер к переносице чудовища.

Тот глянул на него честными голубыми глазами и робко протянул, видать заранее заготовленный, букетик полевых цветов.

Это уже было слишком – СБ зло плюнул под ноги, с ожесточением разрядил магазин в ближайшее дерево и зашагал к базе… А ведь мне еще везет, лениво размышлял он, слегка успокоившись, ребятам вон попадаются то полураздетые дамы, кокетливо отводящие стволы многострадальных (от вынужденного безделья) бластеров опереточными веерами, то вообще, трогательные несмышленыши в слюнявчиках. Иди тут – стреляй! Им воспитательница нужна, а не прицельный выстрел…

Экспедиция стояла на грани абсолютного провала. План по заготовке монстров не выполнялся с самого начала. Впрочем, «план не выполнялся» – сказано слишком мягко и годится разве что для официального отчета. За пятьдесят два дня был заготовлен один единственный представитель местной фауны (кто знает, может флоры?) – да и то автор героического поступка в состоянии жесточайшей депрессии был погружен в корабельную ванну и заморожен до лучших времен.

А готовили эту группу основательно. Каждый стрелял из любого положения и выживал в любом (практически) положении. Плюс еще – непонятно для чего – им были привиты энциклопедические знания. Тот же СБ, например, мог запросто заткнуть за пояс любого земного академика… и с этой ношей пробежать стометровку с неплохим результатом.

Предыдущая разведывательная экспедиция едва унесла ноги с этой проклятой планеты, потеряв больше половины личного состава в боях, но имея в активе около сорока мохнатых шариков – кисточек на концах мускулистых хвостов прожорливых злобных монстров, хозяев планеты.

И вот они – двадцать космоохотников – высаживаются на этой планете. Вторая Экспедиция Готовая ко Всему.

Ко всему ли?! – с горечью размышлял СБ. – К абсолютной беззащитности невозможно подготовиться. Кто бы мог предвидеть эти чудовищные превращения… И не просто превращения, а индивидуальные, на любой гуманитарный вкус конкретного охотника. Монстры сумели всех перехитрить. Такого оборота не ждал никто…

СБ остановился. Прямо посреди тропинки, загораживая ему дорогу, сидел монстр с мудрой печальной улыбкой и перелистывал какой-то древний манускрипт. Он задумчиво посмотрел на охотника и кивком предложил тому сесть рядом. СБ нерешительно потоптался на месте, смущенно ухмыльнулся, зачем-то похлопал себя по карманам, потом вдруг суетливо прицелился и выстрелил…

На кончике мускулистого хвоста этого монстра оказалась великолепная кисточка! А с того берега послышалась оживленная пальба.

– Даешь план! – радостно подумал СБ.

Маленький метеорит

(безнравственная история)

Дышать становилось все труднее. Грудь СБ словно сдавили железным обручем и тихонько затягивали на нем винты. Причина такого его состояния была проста, но ужасна – газовая, насыщенная кислородом среда, предназначенная для его личного потребления посредством ритмичной операции «вдох-выдох», с разбойничьим свистом уходила в рваную дыру скафандра, оставляя законного хозяина в положении рыбы, выброшенной на берег.

СБ чуть было не запаниковал и уже приготовился к мучительной смерти, и даже начал вспоминать прошедшую жизнь, мысленно прокручивая кадры значительных событий: поцелуй мамы, первый школьный день, прогулка с отцом в планетарий, первая любовь… Но вдруг что-то в нем яростно запротестовало. Какая-то сила заставила его очнуться… То ли инстинкт самосохранения, то ли привычка не сдаваться без боя, выработанная многолетней практикой косморазведчика. Исключительная ситуация заставила его взять себя в руки и хладнокровно побороться за жизнь. Он с трудом дотянулся слабеющей рукой до тумблера на спине (гады конструкторы – нашли где тумблер ставить!) и включил запасной баллон. Однако ожидаемого облегчения не случилось – какой-то мерзавец заправил запаску сжиженным азотом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Здесь и далее все параметры приводятся в эквивалентах планеты Земля.

2

Нужное подчеркнуть.

3

Нужное подчеркнуть.