Нахичеванский калейдоскоп

От авторов

Нахичевань − уникальное место в России, да и на всей планете. Сейчас это микрорайон Ростова-на-Дону. Но раньше Нахичевань была отдельным и полноценным городом, который построили армяне-переселенцы из Крыма, поселившиеся на Дону по велению императрицы Екатерины II. Здесь переплелись Восток и Запад, армянская и русская культуры. Свои специи в общий «котел народов и традиций» добавило влияние крымских татар, донских казаков, малороссов, евреев и многих других. Нахичевань-на-Дону стала поистине невероятным местом в Российской империи, с удивительной историей и судьбой. Подобный пример вряд ли получится найти.

Ну а что сейчас? К счастью, многое из прошлого сохранилось и по сей день. Его можно увидеть, гуляя по нахичеванским улицам − линиям. Да, города официально больше нет, он вошел в черту Ростова в 1929 году, да и Нахичеванского района тоже не существует на карте. Но ростовчане продолжают называть данную местность как и раньше. Поэтому наша Нахичевань жива, прежде всего в ее людях, жителях.

Авторы, то есть мы − Георгий Минасович Багдыков и Григорий Юрьевич Миронов − как раз коренные потомки горожан Нахичевани-на-Дону. Наши прямые предки проживали в этом городе до революции. Живем мы на территории этого бывшего города и сейчас. Кому, как не нам, знать о его прошлом и настоящем. Как жили и живут тут люди? Нам пришла в голову идея создать совместный сборник рассказов − «Нахичеванский калейдоскоп». И показать разную Нахичевань-на-Дону, которая до сих пор жива!

Потерянная рукопись

Байки и легенды Нахичевани-на-Дону

от Крикора Богданяна

Решил я написать эти воспоминания, дорогие друзья, не просто так. Конечно, нынче я сижу дома, да и возраст у меня такой, что от дел отошел. Да и какие дела теперь могут быть. Власть иная, моих знакомых и друзей мало осталось. Но раньше жизнь моя была бурной. Я торговал мануфактурой. Кому она теперь нужна в это смутное время? Вот и подумал: а ежели нас не станет, кто будет знать, как жила Нахичевань? Конечно, найдутся ученые мужи, напишут историю Нахичевани-на-Дону. Я не ученый. Но просто решил поведать, как жили. Времена меняются. Какой будет Нахичевань через сто лет? Да и будет ли? Вот, казалось, Российская империя незыблема и царский трон непоколебим. И где теперь все это? Всех смела революция. Всех победила Красная армия. А никто ведь не верил поначалу. Так и мне неведомо, что будет с Ростовом и Нахичеванью. И кто прочтет эти записки? Пишу и не знаю, зачем. Пишу, господа-товарищи (господ-то теперь нет!), не зная, для кого. Я сделал во дворе своем тайник. Спрятал туда фамильные ценности. Решил, что и рукопись эту тоже спрячу туда.

А вдруг лет через сто ее найдут мои далекие потомки? Но какими они будут, жители Нахичевани, мне тоже знать не дано.

С любовью к будущим потомкам

Крикор Минасович Богданян.

1921 год. Нахичевань-на-Дону.

Р.S. Эта рукопись была найдена в 2021 году при сносе старого дома в Ростове-на-Дону, в Нахичевани. Местные жители уже не помнили, кто раньше жил здесь, не знали, кем был Богданян, оставивший эти воспоминания.

Холодный душ на Вартевор

У нас в Нахичевани есть праздник Вартевор. В Чалтыре его называют Ваштевор, а кавказские армяне из Эривани − Вардавар. Это церковный праздник Преображения Христа. На этот праздник принято обливать друг друга водой. И никто не обижается, все радуются, счастливы. Вот только ростовцы нас иногда не понимали. Мол, что за радость такая − устраивать друг другу холодный душ? Но потом с радостью принимали участие в этом действе. Правда, не всегда.

Помню, один мой знакомый купец приехал ко мне в гости из Ростова на праздник Вартевор. Не знал, бедолага, наших традиций. Возле моего дома к нему подскочил мальчишка и облил его водой. Он не мог никак понять, что случилось и почему все вокруг радуются и смеются.

Пришлось мне уважаемого купца успокаивать, сушить ему одежду, поить чаем и вином. Но потом мы вместе с ним дружно посмеялись над тем, что произошло.

− Батенька, но я-то подумал, что мальчишка меня с кем-то спутал, − говорил мне ростовец. − Подбежал ко мне сорванец, крикнул: «Вартевор». Затем облил водой. Я же, глупец, подумал, что он меня с кем-то спутал. И говорю мальчишке: «Вы, молодой человек, обознались, я не Вартевор, я Петр Николаевич». А он смеется мне в ответ: «Нет. Вартевор. Вартевор». А я-то не пойму, кто такой Вартевор и что он ему сделал такого, что меня водой надо обливать. Вот такие дела, братец. Ну и праздники у вас…

Хдрелез

Хдрелез − это день Святого Георгия. Праздник этот мы особо любили. Название это предки принесли с собой из Крыма. Святой Георгий особо почитаем у нас, да и у всех христиан. Почему-то многие жители Нахичевани верили, что если в этот день собрать лекарственные травы и цветы, приготовить из них настой и выпить его, то исцелишься от всех болезней и недугов. А если этим настоем еще и умыться, то обязательно помолодеешь.

Праздник Святого Георгия в Нахичевани включал в себя особо торжественные мероприятия. Три дня в церковь Святого Георгия стекались паломники. Именно в это время здесь армянские юноши выбирали себе невест. В дни праздника в церкви Святого Георгия бывали практически все жители Нахичевани и окрестных сел. Да-да. Вся Нахичевань туда приходила. Ну ежели и не вся, то почти вся. Многие армяне приезжали в национальных костюмах. На этот праздник приходили и жители соседнего Ростова. Ростовцы любили этот праздник тоже. А на Ростово-Нахичеванской меже мы устраивали гулянья. Гулять мы всегда любили. Особо много молодежи приходило на этот праздник. Для детей также устраивались специальные гулянья. Праздник начинался с торжественного богослужения, в котором принимали участие все высшие чиновники Нахичевани. Площадь возле церкви Святого Георгия была уставлена торговыми павильонами. Открывались ярмарки, каждый купец на этой ярмарке старался украсить свое место как можно лучше.

Помню, как на площади, названной именем этого святого, на пустыре между Ростовом и Нахичеванью открывалась огромная ярмарка, продолжавшаяся целую неделю. Здесь собирались жители обоих городов и крестьяне окрестных армянских сел. Приходили и из ближайшей казачьей станицы. Весело было.

Вот только надо было опасаться карманников. У нас в Ростове и в Нахичевани они были великими мастерами. Помню, как-то пришел на ярмарку. У меня была красивая трость, шляпа. Засмотрелся я на товар. Так не поверите, ни шляпы, ни трости у меня не осталось. Вот как так можно? Не знаю. А ведь смогли, негодники…

Хорошо мы кутили

У нас в Нахичевани всегда любили праздники, застолья, веселье. Особенно мы любили хорошо покушать и выпить. Всегда весело и с размахом отмечали Рождество, Новый год, Пасху, Хдрелез (день Святого Георгия) и, конечно, именины, дни рождения родственников и друзей.

Помню, как здорово было. В домах наших накрывались столы с яствами. Как правило, в зале гостей ожидал стол со всевозможными закусками, винами и водками, потом подавался пирог, кофе, чай.

Любили мы пить пунш, к пуншу женщины приносили варенья, конфеты, сладости. Надо было, пока трезвы, оценить кулинарные способности хозяйки.

Признаюсь, особо любил я варенье с пуншем. Пунша мы пили много. Варенья были разные − из роз, вишни, крыжовника, абрикосов, яблок, груш, орехов, айвы. Конечно, каждый из гостей должен был оценить, как приготовила хозяйка печенье и сладости − хурабья, баде- мезе, гата. Боже, как это было вкусно!

Потом были застолья, которые длились до 3−4 часов утра. Но какие то были застолья! Мы ели осетрину, индейку, конечно, жареную курицу и утку. Барашек обязательно, начиненный пловом, шашлык. А какой вкусный плов готовили наши хозяйки! Он был разным, с кишмишем и миндалем. Потом подавался пудинг, затем мороженое, яблоки, груши, апельсины…

А какие мы пили вина! Санторинское, цимлянское, прасковейское, кизлярское, раздорское − рекой лилось.

Устраивались танцы, специально приглашали музыкантов. Было весело. Помню, как с друзьями катались по линиям Нахичевани на фаэтонах. Пили шампанское прямо в фаэтонах. Мы брали несколько экипажей. За нами или впереди ехали музыканты, играли зурначи. Вот это мы кутили! А что сейчас? Одни воспоминания.

Мотька Тараканова

Вот что греха таить, любили наши мужчины погулять. Не только выпить. Но и азартные игры любили, и женщин любили. Не без этого. Правда, все считались примерными семьянинами, но кто не без греха. Любили мы посещать кафешантаны, ох, любили… Только учтите, что в Нахичевани их не было. Неприлично. Для этого наши мужчины ездили в Ростов. Да и я, грешный, там бывал. Признаюсь.

Помню, «Палермо» было популярно. Кстати, кафешантанами заведовал наш нахичеванец Карапет Чарахчиянц. Тогда его фамилию знал каждый ростовец и нахичеванец. Он радовал публику «знаменитыми иностранными артистками», исполняющими танцы стриптизского толка. Правда, многие из этих «знаменитых иностранных артисток», как потом выяснилось, были родом из русских и малоросских деревень.

У Карапета Чарахчиянца в труппе были «немки из Риги», «француженки из Бордо», «американские красавицы». В общем, любой каприз за ваши деньги.

Помню, особой популярностью пользовалась певица Клара де Воляй. Правда, говорили, что на самом деле звали ее Мотька Тараканова. И родом она была из Малороссии. Ах, Мотька, скольким мужчинам голову вскружила! Несравненная Клара де Воляй… Хороша была, ох и хороша! Но это уже все в прошлом, не буду об этом…

«Поцелуй» и «бубенчик»

Я вам доложу, господа (ой, простите, товарищи), что не только кафешантаны были популярны. Появились у нас после волнений 1905 года журналы эротического и амурного толка. Названия их помню − «Поцелуй», «Бубенчик», «Почта Амура». А потом некоторые подобные журналы выходили даже с девизом: «Влюбленные всех стран, соединяйтесь!». У нас появились свои феминистки. Даже в Нахичевани.

В журналах эротического толка публиковали такое, что раньше себе и представить было невозможно.

Натуристы стали очень популярны в нашем российском обществе. Правда, не в Нахичевани. Слава Богу. Натуристы − это те, кто обнаженными принимают воздушные ванны, не стесняясь никого. Но это ладно. Пусть их у нас на Дону комары кусают за то самое место, о котором в приличном обществе не говорят. Но амурные журналы − этого, признаться, не ожидали многие.

Пьесы эротического толка начали ставить в театрах, не отставал от новых веяний и кинематограф. Эротические журналы стали продаваться в книжных магазинах Ростова и Нахичевани. Для патриархальной Нахичевани это было потрясением.

Уважаемые политические и общественные деятели Нахичевани стали высказываться против свободной продажи непристойных журналов.

А еще в Ростов приезжала Айседора Дункан. Она танцевала в тунике, демонстрируя свои красивые ножки. Разве в девятнадцатом веке такое было возможным?

Балы в Нахичевани и несостоявшаяся дуэль

В Нахичевани проводились балы. Они ничем не отличались от столичных и ростовских. Дамы любили их посещать, чтобы пообщаться с подругами, да и мужчины положительно относились к подобным мероприятиям. Вот только дуэлей у нас, слава тебе Господи, не было. А ведь сколько хороших людей погибло на этих дуэлях, будь они неладны. Но в Нахичевани подобных эксцессов не допускали.

Помнится, как-то все наше нахичеванское общество было охвачено волнением. Мой хороший знакомый купец Келле-Шагинов был свидетелем одной несостоявшейся, к счастью, дуэли.

А дело было так. Один раз к нам в Нахичевань на бал из Ростова приехали господа офицеры, красивые, холеные, статные.

Начались танцы. Во время танцев один из офицеров счел себя чем-то оскорбленным Карпом Кирилловичем Чорчоповым и вызвал его на дуэль. Карп Кириллович был представителем уважаемой нахичеванской семьи, но он не был военным человеком. Да и незнакомы мы были с офицерскими правилами поведения на балу. И дамы наши никогда поводов для ревности не давали, все воспитаны в патриархальном духе. А тут что случилось? Может, показалось офицеру, что Карп Кириллович не так на него посмотрел или же сказал что-то не то, по мнению военного человека. Никто точно сегодня уже не скажет.

Но вот точно могу сказать, наши нахичеванские женщины дуэль допустить никак не могли. Что тут началось в городе! Все только об этом происшествии и говорили. «Вай, какое горе! Офицер убьет нашего Карпа», − причитали женщины. И пошли между матерями и сестрами ахи и вздохи. Считали Чорчопова обреченным на смерть. Но тут вмешались друзья Карпа Чорчопова. Удалось примирить враждующих. Говорили, что была сформирована в Нахичевани целая делегация из уважаемых людей города, которая отправилась к офицеру просить прощения за невольную обиду. Офицер не ожидал такого поворота событий. С подобным ему сталкиваться не приходилось. Чорчопова он простил. Дуэль не состоялась. И подобных конфликтов у нас в городе больше не возникало, насколько мне известно.

Все-таки жаль, что великие поэты Пушкин и Лермонтов жили не в Нахичевани. У нас бы их никто на дуэль не вызвал. Вот, правда, побить могли бы, чтобы на чужих жен не заглядывались. Но убивать не стали бы. Не в наших это правилах. А быть битым иногда бывает полезным. Уж поверьте…

Любительница бриллиантов и верховой езды

Дом Лусегена Попова на Екатерининской площади всегда был украшением нашего города. Все Поповы были людьми уважаемыми.

Наследник Лусегена Манук Михайлович тоже человек знатный. Вел активную торговую и коммерческую деятельность. Доложу я вам, господа-товарищи, что Манук Михайлович был известен и уважаем в городе за благотворительную деятельность. Являлся почетным смотрителем городского училища, избирался гласным думы, на свои средства построил доходный дом, прибыль от которого полностью отдавал на содержание женского училища имени Святой Рипсиме. Одним словом, большой молодец.

Так более того, Манук Михайлович в свой дом брал на воспитание армянских девочек-сирот. Для них на втором этаже была выделена отдельная жилая комната. Воспитанниц обучали армянскому и русскому языкам, шитью, рукоделию, кулинарии. А по достижении ими совершеннолетия Попов находил им работу и спутника жизни, обеспечивая при этом каждую небольшим приданым. Вот это благородство! Такого порядочного человека редко можно встретить. А уж сейчас…

У самого же Манука Михайловича была единственная дочь, которая увлекалась верховой ездой. Она, кстати, уверенно держалась в седле, хорошо управляла скакуном и любила совершать поездки по окрестностям Нахичевани. Отчаянная девушка. Вся Нахичевань ее знала.

Вторым увлечением этой девицы были драгоценные камни. Помню, частенько говорили, что на приемах она появлялась в строгих платьях с украшениями, искусно выполненными из бриллиантов и изумрудов.

Красивая была девушка − любительница лошадей и бриллиантов. Независимая. Гордая. Своенравная.

К сожалению, что стало с Поповым и его семьей после наших переворотов и революций, мне неизвестно. Кто что говорит. Наверное, покинули Нахичевань в смутное время. Дай-то Бог.

О Балабанове в Нахичевани

Был в нашем городе голова. Хороший, предприимчивый человек. Много для города сделал. Очень много. И театр построил, и больницу. Только не все любили его. Да, конечно, ярких и сильных многие не любят. А уж как могут сплетничать наши люди, особенно нахичеванцы − целую книгу написать можно. Вот и о Минасе Ильиче Балабанове придумывали небылицы. Передавали эти истории друг другу, и каждый добавлял что-то свое. Не любили Минаса Ильича наши богатые купцы. А почему? Так налоги брал. Но брал-то на благо города. А им карман свой ближе.

Так что же о Балабанове говорили? Город Нахичевань имел через Дон наплавной деревянный мост. Этот мост был очень важен, так как соединял и город, и Россию с Северным Кавказом. Непрерывным потоком в обе стороны шли по мосту груженные разным товаром подводы. И вот Балабанов решил, что будет брать налоги с этих подвод в пользу города. И потекли деньги в нахичеванскую казну. Стали нахичеванцы мостить улицы, проводить водопровод, высаживать деревья и сады. Но эти действия были незаконными.

В Петербурге узнали об этом, власти были крайне возмущены поведением нахичеванского головы. Тогда мудрый Балабанов отправился в Петербург. Но встретился он не с профильным министром, а с его любовницей. Балабанов знал, как очаровывать женщин: поцеловал ей ручку и преподнес дорогое золотое украшение с драгоценными камнями. Попросил не скрывать от министра, что это подарок от нахичеванского головы Балабанова. И министр не стал его трогать. В конечном счете Балабанов ведь деньги потратил на благоустройство города. Вот такая байка среди обывателей ходила в те годы в Нахичевани и в Ростове.

А еще в Ростове говорили о том, что в Нахичевани работали самые лучшие и искусные фальшивомонетчики. Не знаю, почему так решили. Но такие слухи были. Вроде бы делали они деньги из такого сплава, который было не отличить от золота. Говорили также, что часть дохода от этого нелегального промысла фальшивомонетчики передавали Балабанову, а тот, в свою очередь, тратил эти деньги на благоустройство Нахичевани.

Все это не понравилось Атаману Всевеликого Войска Донского. И он приехал с проверкой в Нахичевань. Городской голова Балабанов лично встречал атамана и передал ему с поклоном поднос с ларцом. Сказал, что этот ларец − изделие нахичеванских умельцев. Атаман открыл ларец, а он был весь заполнен доверху золотыми червонцами. Атаман недоуменно посмотрел на Балабанова, а затем спросил: «А эти червонцы тоже изделие нахичеванских умельцев?» На это нахичеванский голова ответил: «Никак нет. Это чеканка монетного двора Его Императорского Величества». Атаман принял подарок.

Честно скажу, господа-товарищи, я при том разговоре не присутствовал. Утверждать, что эти рассказы являются правдой, не могу. Более того, скажу так, клевещут на Балабанова. Хотя… Ну ежели и так, то что? Ничего. Для города же голова старался. А теперь уже и тем более, какое это значение имеет…

Удар в голову

Вот ежели человек бывает глуп, то при чем тут голова города? Неведомо мне это. А газеты наши обвиняли голову Балабанова в том, что некоторые беспечны и легкомысленны. Дело в том, что при Минасе Ильиче в городе появился трамвай. Радоваться бы всем. Ан нет. Некоторые газеты обрушились на голову с критикой за то, что он неправильно расположил электрические трамвайные столбы. Мол, слишком близко к рельсам. И некоторые, высовывая голову во время движения, получали травмы. А зачем высовывали? Для чего? Взрослые ведь люди. Я одну заметку даже сохранил.

«В воскресенье «легла костьми» первая жертва электрических столбов строящегося в Нахичевани трамвая. Жертва легла авансом, в счет будущих «происшествий и столкновений», так как электрический трамвай еще не готов, а только пока устанавливается. Произошло это очень просто. Из катившегося по рельсам конного трамвая неосторожно выглянул вперед, выставившись из вагона, какой-то пассажир, слесарь по профессии, и был сбит столбом. Удар в голову был настолько сильным, что несчастный пассажир трамвая тут и Богу душу отдал. Видите, как просто. Еще бы проще, да некуда. Был жив человек, и в три минуты его не стало. Электрические столбы в Нахичевани для нее имеют роковое значение».

Жаль, конечно, слесаря. Очень жаль. Но так и хотелось сказать некоторым господам: друзья, имейте голову на плечах, тогда «удара в голову» вам избежать. А ежели кто пьяный или по глупости высовывает голову из трамвая, то при чем тут голова города? И почему электрические столбы для Нахичевани имеют роковое значение? Куда мы теперь без них?

Вот ныне трамваи же ездят везде. И в Ростове, и в Нахичевани. Правда, власти критику услышали, стали на большем расстоянии устанавливать электрические столбы от трамвайных путей. И все равно ведь люди попадают под трамвай. Вот в Ростове и в Нахичевани все говорят о легендарном профессоре-хирурге, который попал под трамвай. К счастью, он остался живой, но лишился ног. Светило медицины продолжает лечить людей. Мужественный человек.

Никто не стал отменять трамвайное движение. Электрический транспорт − наше будущее. Надо быть осторожными. И несчастных случаев тогда не будет. Или станет меньше. Но это уже разговор на другую тему. Пусть и важную…

Как спасал Аарона Абрамовича

Год 1905-й был особым, тяжелым, непростым, кровавым. Год большой смуты. Революция. Погромы еврейские. Но, к счастью, в Нахичевани погромов не было. А ведь мы боялись. Ой, как боялись. А ежели черносотенцы евреев перебьют да за нас возьмутся? Народ напуган был очень. Слухи разные по городу ходили. А в Нахичевани-то и русские жили, и евреи. Да кто только не жил! Но страшно было всем.

Пришел ко мне старик-сосед Аарон Абрамович и просит, мол, спрячь у себя, а то в Ростове евреев бьют. Скажи − родственник, ежели что… Куда деваться? Сосед. Пришлось спрятать.

Погромщики не пришли. Говорили, дашнаки нам помогли. Дашнаки − социалисты-националисты. Они мечтали о возрождении Армении. В смутное время в городе их было немало. Правда, в основном среди них были кавказские армяне. Но спасли они нас. Спасли. Их вооруженный отряд стал на Ростово-Нахичеванской меже. Черносотенцы решили не связываться с ними. Евреев побили и успокоились.

А ведь наш гласный Чалхушьян вместе с другими нахичеванскими гласными специально встречался с ростовским градоначальником Коцебу фон Пиларом. Он прямо заявил Пилару, что нахичеванцы опасаются погромов и черносотенцев. Чалхушьян просил обеспечить безопасность армянского населения города. Градоначальник обещал. Но не помог. Еврейский погром в Ростове был страшный. К счастью, Господь отвел от нас беду.

Так что защищать Аарона Абрамовича не пришлось. Когда он узнал, что беда миновала, то с радостью покинул мой дом, сказав на прощанье:

− Дорогой сосед, я помню добрые дела. Вдруг начнутся армянские погромы, я всегда встану на вашу защиту.

Ну что я мог ему сказать? Дедушка − божий одуванчик.

«Ой, Боже мой, да ступайте с миром. Обошлось − и слава Богу».

Ссора извозчиков

Извозчики − удивительный народ. И все новости знают, и в лицо тебя узнают. В газете еще не опубликовано, а они уже расскажут, что в мире происходит. И работать умеют, и выпить могут, и подраться. Особо любят кулачные бои на праздники. Но то на праздники. А то как-то повздорили нахичеванские извозчики с ростовскими. А из-за чего? Извозчики из Ростова приезжали в Нахичевань, привозили гостей в Александровский сад. Пока ростовцы гуляли в саду, в ресторане, они, проказники, нахичеванцев развозили по городу. А что время терять? Логично.

Но сие не устроило нахичеванских извозчиков.

Вот тут было похлеще, чем кулачные бои. Жалобы наши извозчики написали в Управу, обращались в нахичеванскую Думу.

Смогли конфликт погасить. Упорядочить их работу. А то ведь на Ростово-Нахичеванской меже страсти кипеть стали нешуточные.

Нам же эта ростово-нахичеванская война извозчиков была не нужна. И, к счастью, ее не случилось. Спасибо нахичеванским гласным. Смогли решить проблему.

Громкие убийства в Сурб Хаче

Почему-то в народе всегда ходили легенды, что в армянском монастыре Сурб Хач хранятся сокровища, считали, что под его стенами спрятан некий клад. Искали даже казну Степана Разина. Эти легенды печально отразились на судьбе не только армянского монастыря, но и его настоятелей.

Когда-то там убили настоятеля Арутюна Аламдаряна. Было это давно. В 1834 году.

Смерть Аламдаряна загадочна. Говорят, что разбойники в монастыре искали золото. Напомню, что Сурб Хач находится в пустынном, безлюдном месте. Он располагается в семи верстах от Нахичевани. И разбойники, выбив двери, запертые на одни лишь слабые засовы, вошли в монастырские покои, связали монахов и начали искать деньги и церковное золото.

Арутюн Аламдарян вступил с разбойниками в неравный бой. Он дал достойный отпор грабителям, но был смертельно ранен. Его похоронили у стен монастыря.

Но это было давно. А вот смерть настоятеля монастыря Тер Никогосьяна породила в Нахичевани немало слухов. Он был убит разбойниками в 1888 году. Преступники также надеялись разбогатеть. Их искали. Все переживали. Думали, что их никто не поймает. Но ростовские сыщики нашли разбойников в Екатеринодаре. Потом их переправили в Ростовский тюремный замок.

Уж не помню, какова судьба была этих убийц. Но все стали говорить, что монастырю требуется надежная охрана. Надежной охраны там не было никогда, конечно. А ныне уж тем более. Кстати, господа-товарищи, слышал намедни, что опять повадились в Сурб Хач охотники за сокровищами. А чему тут удивляться, ежели даже на Армянском кладбище в Нахичевани расхитители роются в могилах, разбивают ангелам крылья и головы, ищут золото?