- -
- 100%
- +
Она промолчала. С чего вдруг ей открывать душу незнакомому человеку.
– Знаете, если Вы не начнёте новых отношений, то Ваша боль не утихнет ещё долгие годы, а это чревато.
Вика перебила:
– Вы проповедник?
– Нет, – засмеялся он, – я всего лишь политолог.
– Это как?
– Ну, работаю при посольстве, занимаюсь международными отношениями, иногда езжу в другие страны, в Европу, на Запад, консультирую.
– Интересно, наверное.
– Вначале было интереснее. Сейчас привык.
– Ладно. Приехали.
Проводив Вику до подъезда, Антон поцеловал ей руку и спросил может ли завтра снова заехать за ней.
– Нет, – ответила женщина. – Антон я пытаюсь дать Вам понять, что не будет развития наших отношений. Не хочу, чтоб Вы питали какие—то надежды. Я благодарна за сегодняшний день, но больше мы встречаться не будем.
– Давайте просто иногда вместе гулять, я же не прошу большего, я вижу, что Вы закрыты. Мы просто будем гулять и разговаривать. Хотя бы так можно?
Он ласково посмотрел в её глаза, и она не смогла отказать в такой небольшой просьбе.
– Возможно, но только не часто. Когда смогу.
– Ладно. Вот мой телефон. Когда будет настроение – позвоните мне. Я буду рад. В любое время. Можно даже ночью.
– Хорошо. Возможно, позвоню. Не знаю когда. Не обещаю. Ещё раз спасибо. До свидания.
Она заторопилась домой. Он уехал. Раздеваясь, Вика мыслила про себя: "Нет. Не буду звонить. Он поймёт, что не надо ждать".
– Ну и зря, – крикнула из кухни дочка. – Погуляй, развейся. Чего бегать от хороших людей.
"От неё ничего не утаишь", – подумала про себя женщина. – Спать иди, чудо, поздно уже. Я – спать. Устала.
"Ну, ну", – подытожила Анюта и пошла в свою постель.
Утром проснувшись, она лежала, не охота вставать. Дочка спит. Открыла книжку, начала читать. Прочла две страницы. Поймала себя на мысли, что ничего не поняла. Стала читать второй раз. Бесполезно. Не воспринимается. Отложила книгу. Попыталась заснуть. Не спится. Встала умылась, попила водичку, посмотрела в окно. Солнце только начинает всходить, рано очень. Небо красивое, восход. Очень тихо включила радио, звучит шансон. Прилегла. Заснула. Разбудил голос дочери.
– Новые увлечения? Неплохо. Иди завтракать, так жизнь свою проспишь.
Анюта уже накрыла стол. Приятно. "Девочка моя взрослая", – молча радовалась мать. Завтракали под музыку шансон, потом под новости из телевизора. Вика с удовольствием поедала пищу. Ей не хотелось думать, что будет потом. Судьба сама подскажет. Сейчас было спокойно. День прошёл по выходному просто. Небольшая уборка, готовка, книжки, музыка. Звонили подружки. Вика никому не звонила. В восемь вечера пораньше прилегла, чтоб выспаться перед рабочей неделей.
"Обмануть судьбу крайне сложно, почти невозможно, – размышляла Вика про себя. – Судьба ли эта встреча для неё? А может, просто рука, поданная, чтобы встряхнуть её, напомнить, что она молодая красивая женщина, наполнить её жизнь чем—то ещё, кроме ребёнка, которому посвятила все последние годы. Фортуна ничего не даёт просто так, ей надо платить". Женщине не хотелось пока принимать никаких решений на этот счёт. "Пусть пока как есть, дальше видно будет". Рабочая неделя прошла как обычно. Антону не звонила. В выходные он не появился. Слегка встревожилась женская гордость. "Неужели всё? Смирился. Ну, так даже лучше. Пусть ищет свою судьбу". Хотя где—то глубоко в душе было немного жаль. В следующие выходные Антон также не проявил себя. "Теперь точно. Ну, пусть будет так. Значит, точно не моё, – размышляла Вика и решила забыть о нём.
Часть 10. Прошёл месяц. Вика практически приняла мысль о том, что она по—прежнему одинока, что претендент на совместные прогулки услышал её отказ и согласился. Жизнь шла как и прежде. В пятницу, возвращаясь с работы, она с удивлением увидела впереди, на углу своего дома знакомую, но уже забываемую картину – Антон с розами. Она пошла медленнее, пытаясь взять себя в руки, успокоить эмоции и попытаться общаться с ним вежливо, но холодно. Увидев Вику, мужчина пошёл к ней навстречу.
– Вы, видимо, решили, что мы больше не будем гулять вместе, – попытался пошутить он.
– Да. Именно так и решила. И была довольна этим. Здравствуйте.
– О! Добрый вечер, леди Вика. Ну, вряд ли Вам удастся так легко отделаться от моих желаний прогуливаться и общаться с Вами, – улыбался он, пытаясь создать неприхотливую обстановку.
– Так чем же обязана "счастьем" снова видеть Вас?
– Ни в коем разе. Ничем Вы мне не обязаны. Если только – подарить ещё прогулку и своё доброе расположение хотя бы на денёк. Это Вам, – он вручил женщине роскошный букет роз, аромат которых кружил ей голову.
– Благодарю. Это не обязательно.
– Обязательно, – парировал он. – Можно на пару минуточек отойти от Вашего дома, чтоб не смущать Ваших соседей.
– Да, пожалуй, надо отойти.
Они прогулялись минут пятнадцать.
– Хорошо, что держится приятная погода. Понимаете, Вика, – начал он издалека. – Знаете, я скучал без Вас, очень хотел видеть.
– С чего бы? – иронизировала она.
– Зря иронизируете, – уловил её настроение Антон. – Это правда. После того, как мы с Вами расстались в последний раз – мне срочно надлежало вылететь за границу. Работа, понимаете. Иногда приходится срочно собираться, буквально в течение трёх часов. Но Вы же мне принципиально не сообщаете свой номер телефона, что облегчило бы наше общение. Соответственно, позвонить и сообщить я не мог. Ну простите меня, глупого, что не смог выпросить у Вас телефон. – Он смешно опустил голову перед своей дамой и Вике трудно было удержаться, чтоб не расхохотаться.
– Антон, Вы сейчас как незрелый подросток.
– Знаете, рядом с Вами я иногда так и чувствую себя, – продолжал разыгрывать сценку он.
– Достаточно. Хватит оправдываться. Мы взрослые. Давайте серьёзно. Мы же вроде договаривались, что разок прогуляемся и на этом наши отношения заканчиваются.
– Вика, леди, Вы главное не сердитесь на меня. Я мирное, безобидное существо. Уверен, Вы чувствуете, что к Вам я очень хорошо отношусь. Прошу Вас – давайте сходим куда—нибудь. Хотите в цирк, или в концертный зал. Вы же любите, похоже, хорошо знаете музыку. Разрешите я посмотрю что интересного сейчас есть и приглашу Вас на днях?
– Не вижу в этом смысла. Антон, спасибо за доброе отношение, за приглашение, но нет. Пожалуйста, не караульте больше у моего дома. Используйте это время для чего—то более полезного для себя. Извините, я устала, хочу домой. Всего доброго!
Она уходила.
Он остался стоять.
Спиной издалека она слышала:
– До встречи, дорогая, отдыхай.
Вика снова поставила роскошные розы в красивую вазу. Снова не могла оторваться от их аромата. Но в душе у женщины были какие—то другие ощущения, чем раньше. Пока она не могла в них разобраться. Странные ощущения. Вроде мужчина достойный, по—доброму к ней относится. Более шустрая женщина ухватилась бы, впилась бы в него когтями, не выпускала бы его шею из своих рук. А у неё не возникает желания ухватиться за него. Она вообще не может решить – нужен ли он в их с дочкой жизнях. "Странно устроена жизнь, – рассуждала Вика. – Когда ты молишь человека быть с тобой, особенно если вас связывает самое дорогое в жизни – очаровательный ребёнок, он тебя не слышит, уходит в небытие, отказывается хотя бы просто быть рядом, хоть морально поддержать. А с другой стороны – когда тебя ничто не связывает с другим человеком – он молет тебя хотя бы о редких встречах…". Вике стало неуютно в душе. Она пытается сейчас поступать также бесчеловечно как когда—то поступили с ней, отталкивает человека, который к ней со всей душой. Но ведь она ему сразу дала понять, что не намерена продолжать их знакомство, не давала повода думать, что может быть иначе. К тому же, она не чувствует к Антону никакого влечения. Зачем же держать человека при себе. Может, он встретит свою судьбу. Как же быть? Вика устала, голова отказывалась что—то серьёзное обдумывать. Ладно. Завтра на свежую голову подумаю. Отдыхать! Она попила чай с кусочком тортика и легла подремать. Проснулась от дрёмы от немногословного вывода стоявшей рядом с ней дочери. "Ну эт ты зря. Нормальный же ведь мужик. Не козёл!" – авторитетно заявила она и ушла на кухню. Вика улыбнулась молча. Ну вот, ещё один довод в его пользу. Ладно. Спать. И она окунулась в глубокий сон.
Суббота прошла как обычно. Вечером мать с дочкой чаевничали на кухне, обсуждали свои дела, новости. Анюта встала, подошла к окну, посмотрела вниз. Загадочно улыбаясь, девушка вернулась за стол и дослушала что рассказывала мать. Вика заметила изменившееся состояние дочери, замолчала.
– Что? Говори уже.
– Да ничего особенного. Хи—хи, – ухмыльнулась она. – Считаю, что ты должна спуститься погулять недолго, подыши воздухом перед сном, – ехидненько хихикала девушка.
У Вики внутри что—то стало подниматься. Она подошла к окну и поняла сатирический сарказм дочки. Внизу у подъезда снова стоял он. Женщина молча села и не знала как поступить. Минут пятнадцать она сидела, молча уставившись на свою чашку. "Нет, решила же, что не надо. Но он так и будет стоять всю ночь. Он точно знает, чего хочет. Настоящий мужик! Побольше бы таких мужчин на земле. Меньше было бы несчастных женщин и детей, жаль, что не его она встретила первым, а того…" – печально заключила женщина.
– Давай, давай, вылезай, – умудрённо вещала дочка. – Уйдёт, потом будешь плакать. Не отказывай ему. Нормальный же.
Вика медленно стала одеваться, автоматически накрасила губы, ничего не сказав, вышла из квартиры.
– Вы теперь каждый день будете нести вахту у моего дома? – пыталась не злиться женщина.
– Ой, здравствуйте, Вика. Хорошо, что Вы меня увидели. Я думал всю ночь здесь простою.
– Ещё не хватало, – съязвила она.
– Понимаете, нам повезло. Сейчас приехали итальянские звёзды. Такое бывает крайне редко. Уверен, что Вам понравится, Вы же любите это. Мне удалось достать билеты на завтра. Давайте сходим послушаем? Не отказывайте себе в огромном удовольствии. Ну и мне тоже, – смущённо добавил он.
Вика не понимала как реагировать на происходящее, как ей поступить. Выбор у неё был небольшой. Дочка предрекала не отказываться от него. Да и само предложение было заманчивым. Она давно мечтала послушать этих звёзд, ну как отказаться?
– Я достал три билета. Вот Ваши два. Возьмите с собой ребёнка. У Вас же, наверное, есть ребёнок.
– Это Вы о чём?
– Ну или маму пригласите.
Он протянул ей два билета, но она не торопилась брать. Она раздумывала. Его рука неприлично долго, но терпеливо держала билеты перед ней.
– Ладно. Спасибо. Давайте сходим на концерт.
Она взяла билеты, что очень обрадовало мужчину.
– Я заеду за Вами завтра часов в шестнадцать можно?
– Не рано ли за три часа?
– Не торопясь, прогулочкой доедем. Нормально.
– Хорошо. Завтра в шестнадцать. До завтра. – Вика ушла домой.
– Правильное решение, мать, – умничала дочь.
– Ты виноватая, – иронически съязвила мать. – Вот завтра идёшь с нами на итальянцев, так что готовься.
– Ну классно! День не пропадёт зря. А ты пораньше ляг спать, чтоб выглядела завтра как с картины Рафаэля. Чтоб как конфетка! Нет. Как сладкий персик! Как манящий виноград!
– Как скажешь, дорогая, – смеясь парировала мать и пошла мыть голову, накручивать волосы и готовиться к предстоящему концерту. Дочь тоже начала готовиться. Приятные хлопоты для женщин.
Воскресенье. Прекрасный день. Волнительные, но вместе с тем приятные ощущения, ожидание чего—то высокого. Дочка тоже ходит повеселевшая, что—то тихо напевает себе под нос. "Уже ради этого я не могла отказаться", – подумала про себя Вика. Радость и счастье дочери навсегда стали её главной заботой. Большей радости она, казалось, уже не ждала. Девушки собирались выйти в свет. В 15:50 Анюта выглянула в окошко. Он уже на месте. Молодец! Перед выходом дочка критически осмотрела мать со всех сторон, слегка подправила причёску, нанесла на волосы лак, довольно улыбнулась.
– Красотка ты, однако. Даже передо мной! Идём уже. Билеты в сумке.
Две нарядные красавицы, молодая и ещё моложе, горделиво вышли из подъезда. Счастливая и вопросительная улыбка Антона не ускользнула от внимания женщин. Это их забавляло.
– Ух какая ты взрослая красавица, вся в мать. Дамы, я так счастлив. Здравствуйте.
Две откровенные улыбки откликнулись на его добродушие.
– Ну, поехали? Прошу в мой броненосец, – он указал рукой на автомобиль.
– Не хилый броник, – среагировала Анюта.
По дороге знакомились, слушали радио. Доехали "с ветерком". Вышли далеко от концертного зала. Времени оставалось ещё много, решили прогуляться.
– Девчонки, вы дарите мне счастье. Это один из счастливых дней в моей жизни.
– Должен же хоть кто—то дарить счастье, – сумничала Анюта и захихикала.
– Ты – чудо, – заметил мужчина.
– Да. Мама тоже иногда так говорит.
Неспеша дошли до места. Уже впускали. Народу было много, все нарядные, на лицах радость ожидания. "Хорошо, что приехали, – про себя подумала Вика. – Жаль было бы пропустить такое и не показать дочке". Зал был полным. Ни одного свободного места, ещё и стульев подставили дополнительных. Все понимали – это большая удача, это счастливый день. Концерт начался. Периодически слышались крики "Браво. Браво". Три часа ни с чем несравнимого удовольствия! Аплодисменты не смолкали. Зрители не желали отпускать артистов, требовали ещё и ещё исполнять "на бис". Певцы соглашались и исполняли. Удовольствие и благодарность были обоюдными. Они зашкаливали. Анюта с удовольствием взяла красивый букет цветов, который заблаговременно лежал в машине Антона, и полетела вручать его наиболее понравившейся певице. Вика посмотрела на Антона взглядом, полным благодарности и удовольствия. Он тоже был рад. В антракте и по окончании концерта они успели сделать несколько фотографий на телефон. Красивые кадры получились. Потом Вика доведёт их до ума и память о счастливом дне останется не только в памяти, но и в их семейном фотоархиве. На улице уже темно, но домой пока не хотелось. Они были возбуждены.
– Посидим в баре? – предложил Антон.
Вика хотела возразить, но Анюта опередила её и поддержала. Мать не стала сдерживать удовольствие дочки. В баре тоже была музыка, но уже другой звёздности, менее "высокой". Заказали мороженого, что-то поесть. Настроение было хорошее.
– Потанцуем? – предложил Антон.
Вика снова не успела отказаться.
– Конечно, поддержала Анюта, – и встала, чтоб помочь матери выйти из—за стола. Снова не было возможности отказаться. Они танцевали. Сначала быстрые, задорные танцы. Потом пришёл медленный, чувственный танец. Антон нежно обнял Вику за талию, слегка прижал к себе.
– Я так рад. Вы дарите мне счастье быть рядом с Вами, чувствовать Вас.
Она молчала.
Потом с удовольствием ели, разговаривали.
– Пора, наверное. Поздно уже. Поехали, – предложила Вика.
На улице было уже темно. Прошлись до машины. Прощаясь у подъезда, Антон ещё раз поблагодарил женщин. Анюта вежливо поблагодарила его за концерт, за вечер и пошла к двери.
– Ма, я поднимусь, догонишь сама.
Оставив взрослых прощаться, Анюта довольная поднялась в квартиру. Антон нежно поцеловал руку обожаемой женщины и пожелал спокойной ночи. Вика поблагодарила за все его старания.
– У Вас нет моего номера. Это неудобно. Вам приходится подолгу стоять под моими окнами.
– Я готов стоять часами, – засмеялся он. – Но с телефоном было бы приятнее стоять. Она продиктовала ему свой номер телефона. Теперь это было обоснованно. Он смущённо поцеловал её в щёчку.
– Спокойной ночи, милая. У тебя очаровательная дочурка. До свидания.
Оба счастливые разошлись. В душах было тепло. В небе светили три яркие звезды.
В прекрасном расположении духа Вика отработала рабочий день, всё легко удавалось. Поймала себя на мысли, что очень давно не было на душе так легко и приятно. Вечером дочка что—то напевала себе под нос пока готовила ужин, ожидая мать. За столом дочь, предвосхищая мысли матери заявила: "классный, настоящий. Да и не оборванец, как некоторые другие бесполезные засранцы. Но не это главное. Короче. Даже не думай упираться, а то уведут" и ушла в душ. "Вот так. Дочка сделала свой выбор" – размышляла Вика. А ведь она весьма чувствительна к людям, быстро чувствует зло, обман. А тут – даже бессмысленно дискутировать". Вика ухмыльнулась своим мыслям. Получается, она сама ещё не поняла своих чувств, а дочь уже утвердилась. "Может, это и есть её судьба. Ну, ну. Поживём увидим". Прилегла с книжкой. Не читалось. Мысли возвращались ко вчерашнему концерту, к приятно проведённому вечеру, к словам Антона, с которыми женщина и заснула.
Следующим вечером позвонил Антон, интересовался настроением, планами. Предложил в следующие выходные ещё погулять. Решили, что созвонятся в пятницу. В пятницу снова позвонил, предложил втроём сходить в музей. Анютка отказалась, она уже договорилась со своими друзьями.
– Нам и вдвоём не будет скучно, – заметил Антон. – Как удобнее – в 12 или в 13 часов?
– Ну давайте в 13, – согласилась Вика, про себя подумав "отосплюсь хоть".
– Окей. В 13 буду ждать недалеко от дома. До встречи.
Субботу они провели вдвоём. У Вики не было ни одного повода сожалеть о согласии на встречу. В музее он много рассказывал ей об экспонатах. Как будто заранее подготовился. Вика была еще больше удивлена его интеллектом, познаниями. Она и сама была весьма начитана, подкована во многих сферах. Но Антон всё больше удивлял. В какой—то момент она поинтересовалась – откуда у него столько познаний.
– Я же ребёнок серьёзных юристов, политологов—международников. Мне положено быть подкованным, мне дали достойное образование. Прошу прощения, дорогая, кажется стал заноситься. Всё, опускаюсь на землю, – сказал он и рассмеялся.
Вечером Антон вёз её домой. Сидя в машине рядом с достойным молодым мужчиной, под тихую спокойную музыку Вика думала: "Неужели ради этого судьба заставляла нас с дочкой так сильно страдать долгие тяжёлые годы? Может, этот человек дан мне в награду? – спрашивала она себя. – Но почему же я не могу почувствовать к нему любовь, привязанность, какие я чувствовала, когда была рядом с первым своим мужчиной, отцом Анютки. Видимо, в сердце ещё живёт предыдущее чувство, оно не позволяет проникнуть в него чему—то новому. Почему же ты не встретился мне раньше, до предателя, может, не было бы у нас столько горя и бед".
– Устала, милая? – заботливо спросил Антон.
– Ничего, завтра отосплюсь. Тебе спасибо за твоё терпение, за заботу.
– Это означает, что завтра не встретимся?
– Давай отдохнём. Да и домашние дела поделать надо.
– Согласен. Хотя и с сожалением. Ну ладно, увидимся позже.
Он проводил её до подъезда, нежно поцеловал в шею.
– Пока. Отдыхай.
Дочки дома не было. Она предупредила, что будет поздновато. Мать хорошо знала её друзей и не беспокоилась. К тому же дочь с её способностями прекрасно научилась чувствовать любую ситуацию. Приняла душ и улеглась.
В воскресенье почти не говорили об Антоне. Анюта коротко, отрывками рассказывала как подростки провели вчерашний день, что интересного видели, где были. Потом домашние дела, стирка, домашнее задание, музыка, книжки. Так прошёл выходной день.
Рабочая неделя началась обычно. Вика начинала привыкать, что в их жизни теперь есть и Антон. Наверное, нет смысла дальше сопротивляться. Он хороший человек, друг. Он понравился дочке. Вика привыкнет к нему. Может, у них и получатся отношения. Ну, а если нет – будет надёжный друг рядом. Она ему всё объяснит и не обидит. Так размышляла уставшая от одиночества, от постоянной необходимости решать все житейские проблемы самой, молодая женщина. Когда—нибудь должно что—то измениться в её жизни. Так, может, именно сейчас. Посмотрим. В течение двух—трёх месяцев они периодически виделись и гуляли. Антон устраивал культурные мероприятия, иногда просто гуляли по городу. Как—то выбирались в лес на шашлыки. Вика всё больше привязывалась к мужчине. Её сердце потихоньку оттаивало, исцелялось от "болезни". Он не торопил. Он понимал. Но иногда целовал шею, целовал руки.
Позвонил Антон:
– Милая, я должен завтра очень рано с утра отбыть по делам. Как будет возможно – позвоню тебе. Не волнуйся. Обратно примерно через пару недель, если всё будет по плану. Не скучайте там без меня. Приеду увидимся. Целую тебя. Привет Анютке.
– Береги себя, – попросила Вика. – Надеюсь, всё у тебя будет хорошо. Счастливо. После уезда Антон не давал о себе знать уже более трёх недель. "Что же случилось? Надеюсь, у него всё нормально", – волновалась Вика. Она поняла, что стала волноваться за него как за близкого человека. Пыталась звонить ему, телефон был недоступен. На четвёртой неделе скользнула страшная мысль: "а вдруг он сбежал, оставил меня. Нет, он не может". Хотя в её жизни уже было так. Она уверяла себя, что близкий мужчина не может её оставить. А он смог. Ещё как смог! Причём в самый трудный для неё, в самый ответственный для обоих момент. Вика гнала от себя плохие мысли, но всё же боялась повторения очередного предательства. "Ну что ж, значит я так устроена, что со мной можно так подло. Значит, не зря сердце долго не хотело открываться". Дочка пыталась поддержать мать.
– Не нагоняй, ма. Ну работает чел. Никуда он не денется. Ты вошла в него, понимаешь? – Анюта ласково заглянула ей в глаза. – Глубоко вошла. – Потом девушка с горечью тихо добавила, – как тот козёл вошёл в тебя. Забей! Живи и радуйся!
Вика гордилась, что несмотря на все подвохи судьбы воспитала такую умную чудную девочку. Сейчас её это очень поддерживало. И это было главное. А что с мужчинами у неё не клеится – ну к этому как—то уже попривыкла. Ещё через несколько дней, уже почти неожиданно позвонил Антон.
– Привет, родная. Я прилетел, в аэропорту багаж ждём. Ты, наверное, волновалась. Там связь плохо работала. Сегодня приведу себя в порядок с дороги, доделаю дела рабочие. Завтра обязательно увидимся, страшно соскучился по тебе. Ну давай. До завтра, – быстро протараторил он и отключился.
Вика слушала отбойные гудки и биение своего сердца. Она не знала злиться ей или радоваться. "Он не пропал. Он просто работал. Или всё—таки нет? Ладно. Послушаем что скажет при встрече", – пыталась успокоить себя она. Выяснилось, что Антона в составе небольшой делегации срочно направили в далёкую страну, в которой шли военные действия. Он знал язык и обычаи страны, его выбрали с миссией и в качестве переводчика. Связи с той страной практически нет, и он не мог ей звонить. К тому же миссия была не для обширного обсуждения. Но теперь—то он с ней. И всё у них хорошо. Он соскучился и при встрече почти не отпускал её руку. Она чувствовала его тепло и верила ему. В качестве извинения и на удачу он привёз любимой подарок – полудрагоценный камень—самородок из той страны, красивый кристалл немалого размера. Камень магнетически переливался разными цветами. Вика была рада этому подарку. А ещё больше рада возвращению к ней близкого человека. Зря она о нём плохо подумала. Теперь они часто виделись и интересно проводили вместе время, в выходные посещали культурные места или просто весело гуляли, взявшись за руки. Иногда в такие минуты Вика думала: "как подростки, за ручку ходим", – и ей становилось смешно.
Часть 11. Они были вместе уже много месяцев. Отношения постепенно были всё ближе. Вика почти привыкла, что в их жизни есть теперь ещё человек.
В субботу как обычно они встретились у её дома. В машине она поинтересовалась "куда сегодня?". Он хитро улыбнулся. Ясно. Сюрприз. Подъезжали к красивому жилому зданию. "Мы в гости к кому—то?". "Можно и так трактовать. Нет, милая, мы к себе. Пойдём?" Вика несколько сконфузилась. Он нежно взял её за руку и повёл в дом. Внутри было красиво, хотя чувствовалось, что женщина здесь не живёт.
– Привыкай. Теперь ты здесь чаще будешь, собственно, в любое время, когда захочешь. – Шампанское или вино?
Вика озиралась вокруг, рассматривала красивые вещицы.
– Понятно, – сам себе ответил он. – Ну привыкай. Я сам всё сделаю.
Она "привыкала", он накрывал на стол. Заглянула в ванную комнату, оглядела, заодно помыла руки. Антон позвал её и нашёл.
– А, умылась, вот и ладно. Прошу за стол.
На столе было много разных вкусностей. "Заранее готовился", – поняла женщина. "Ну, когда—то это должно было случиться. А здесь уютненько". После вкусного бокала дорогого вина и вкусной еды Вика расслабилась, смеялась над его шутками. Играла лёгкая музыка. Они танцевали, пели, он целовал её в губы, в шею. Был прекрасный вечер. Взглянув на красивые настенные часы, Вика всполошилась.
– Господи, уже ночь. Дочка, наверное, потеряла нас. Надо ехать.
– Ну она же знает, что ты со мной. Чего ей волноваться.
– Нет. Вечер был незабываемый, но надо домой.