Искусство чувствовать

Глава 1

– Как тебя зовут? – раздалось в тишине комнаты.

– Оля, – ответила девушка после короткой паузы.

– Врёт, – подумал Эрик.

Все врали, когда оказывались здесь. Он и сам никогда не называл своего настоящего имени – это было негласным правилом.

Девушка чуть повернула голову, словно пытаясь понять, где она. Повязка на глазах лишала её ориентиров, делала уязвимой. Эрик отметил это с холодным удовлетворением.

– Неудобно? – его голос был намеренно искажён, чужой, неприятный. – Потерпишь. За это платят.

Она лежала на кровати обнажённая, запястья были пристёгнуты к металлической спинке. Рыжие пряди рассыпались по подушке, кожа на руках покрылась мурашками, хотя в комнате было тепло. Боится? Да, но не настолько, чтобы отказаться.

Эрик подошёл ближе и медленно провёл пальцами по её предплечьям, задержался на тонких запястьях. Девушка едва заметно вздрогнула, но не отстранилась. Он усмехнулся.

Такие как она, знали, на что шли. Не новички, не наивные. Те, кто соглашался на подобные встречи, умели отделять страх от выгоды.

Его ладонь скользнула выше, по плечу, по ключице, вниз по груди. Он не торопился, изучал реакцию: сбившееся дыхание, тихий стон, напряжение в теле. Оля выгнулась навстречу прикосновениям, и Эрик почувствовал знакомый отклик в себе.

Он встал на колени на кровати, нависая над ней, давая почувствовать своё присутствие, тяжёлое, подавляющее. Его движения были уверенными, почти грубыми, но в этом была своя логика: контроль, а не нежность.

Она дышала всё чаще, губы приоткрылись, но он не позволил себе поцелуев – это было лишним. Личные границы здесь существовали только для него.

Когда он вошёл в неё, она тихо вскрикнула, напряглась, но быстро подстроилась под ритм. Эрик двигался жёстко, не давая ей забыть, кто здесь хозяин. Он удерживал её, прижимая к постели, задавая темп, в котором не было места романтике – только телесное напряжение и острое, почти болезненное удовольствие.

Разрядка накрыла его резко, тяжёлой волной. Он зарычал сквозь стиснутые зубы, позволяя себе эту единственную слабость.

И всё равно не то.

Он отстранился, чувствуя привычную пустоту вместо удовлетворения. Слишком механично, слишком просто. Эрик поднялся, привёл себя в порядок, собрал всё, что не должно было остаться здесь.

– Я сейчас уйду, тебя отстегнут. Деньги на тумбочке, – сказал он ровно. – Прощай.

Эрик оделся и вышел, не оглядываясь.

В коридоре его уже ждал охранник – высокий мужчина в чёрном костюме и маске, скрывающей лицо.

– Отстегни её, Миша. Пусть уходит.

Он сделал паузу и добавил:

– Я в кабинете.

– Там Петюня пришёл. Я приказал ждать, – буркнул охранник.

– Петя, Петя, петушок, не садись на мой горшок, – Эрик захохотал на собственную шутку.

Он поднялся на лифте на последний этаж, где был коридор администрации, подошёл к двери с надписью «Директор Тумановский Эрик Максимович». Молодой мужчина тридцати лет подпирал косяк спиной. Он глянул затравленно и сдавленно поздоровался.

– Ну здравствуй, Петя.

– Эрик открыл двери, потом схватил подчинённого за галстук и втолкнул в комнату.

Пётр свалился на ламинат, как мешок с дерьмом, потом отполз к столу.

– Шеф, я не виноват! Я… – завопил мужик.

– Правда?! А кто, блядь, виноват! Я? Почему я должен разгребать дела с мусорами?! Сказано было, никакой запрещёнки в клубе! Вставай, – Эрик протянул руку.

Пётр ухватился за неё и поднялся. Эрик тут же притянул его к себе.

– Может, мне тебе рожу разбить в наказание? – прошептал он зловещим тоном прямо в лицо подчинённому.

Мужик начал икать, ещё бы, серые глаза Эрика имели способность давить на психику, а шрам, пересекающий правую бровь и уходящий вниз, наводил ужас.

– Вы чего, Эрик Романович? – спросил Пётр, заикаясь.

Тумановский оттолкнул от себя подчинённого, тот упал в гостевое кресло, едва не опрокинув его.

– Пошутил я. Что там с продавцами? – спросил Эрик и расположился на своём месте.

– Следак сказал, что они признались, будто к нам не имеют отношения. Зашли просто почву прощупать. Короче, залётные они. К нам претензий больше нет.

– Ты у меня в следующий раз приобретёшь статус залётного. Выкину из клуба с позором. Я нанял тебя директором, чтобы ты следил за всем, от и до. Что же я вижу? Продавцы, как к себе домой заходят. Шлюхи совсем распоясались, думают, что это их клуб. Наводи порядок, Петя.

– Понял. Я всё сделаю. Охрану ещё раз проинструктирую, – нервно закивал подчинённый.

– Тогда иди, не задерживаю, – ухмыльнулся Эрик.

Пётр снова икнул и встал. Тумановский знал, что его ухмылка могла бы соперничать с оскалом матёрого волка. По сути, он и был таким. Родился в девяностом году и детство провёл рядом с отцом, которого иначе как отмороженным, не называли. Батя со своей бандой изрядно погрели руки на новых русских. Потом кого-то убили, кто-то взял бабки и отошёл от дел. Отец сел на три года, но когда вышел, открыл тайник и влился в бизнес, благо в нулевые уже не было проблем. Его не трогали за прошлые криминальные заслуги, он поднялся, построив на берегу моря отель.

После окончания института Эрик прикупил себе клуб, и тут, как назло, кто-то из старых недругов грохнул отца. Пришлось брать бизнес в свои руки, но за десять лет он его даже расширить успел. Сейчас ему тридцать четыре, и жизнь кажется малиной.

Подчинённые знали, что у Эрика бешеный характер отца, что за улыбкой может скрываться сущность монстра. Вот он тебе лыбиться в лицо, а в следующую секунду укусит так, что мало не покажется.

Люди мирились с этим, ведь он хорошо платил за работу. Кто не выдерживал, увольнялся, но Тумановский никого рядом не держал.

Эрик взял со стола телефон и позвонил, Катя сразу ответила, поздоровалась.

– Привет. Сегодня в восемь вечера идём на открытие выставки Игоря Крепова. Будь готова к половине восьмого, я за тобой заеду.

– Эрик, я не могу, – заскулила девушка.

– Я тебя не спрашивал, можешь или нет? Я приказал быть готовой. Не забывай, кем ты была до меня, Катя, – сказал Эрик и отключился.

Девушке было двадцать пять лет, и он поднял её из дерьма, превратив в светскую львицу. Кто она была до него, красивая кукла, но дочка запойных родителей. Катя не имела будущего, а он сделал из неё фотомодель, потом девушка принялась дефилировать на подиуме, завела благодаря ему полезные связи.

Эрик три года таскал Катю по выставкам, благотворительным вечерам и прочим мероприятиям, раз в месяц появлялся с ней в ресторане. Все считали, что он встречается с Катей, даже мать и сестра, которые жили отдельно.

Тумановский занялся делами и провалился в них, не замечая времени, опомнился только в шесть вечера. Домой ехать поздно, но он же в собственной гостинице и проблем помыться нет, заходи в любой незанятый номер, что Эрик и сделал. Запасной костюм и рубашка всегда висели в кабинете.

Через полчаса он уже прихорашивался у зеркала, поправляя галстук. Белая рубашка была выглажена, бежевый костюм сидел на нём идеально.

Пригладив русые волосы расчёской, Эрик довольно улыбнулся: всё идёт, как и должно быть. Если на выставке будут журналисты, о нём тоже могут упомянуть как о посетителе. Не то чтобы он жаждал славы, просто он будет с Катей и это ещё один повод напомнить всем, что у него есть девушка.

Когда Тумановский вышел на стоянку автомобилей, Миша уже сидел в машине.

– Сначала к Катюхе, потом на выставку, – попросил он.

– Хорошо, Эрик Максимович. Придётся ехать в объезд, по прямой авария и большая пробка, но мы успеем, – ответил охранник.

Катя снимала квартиру, вернее, это Эрик давал на неё деньги, ещё оплачивал еду и шмотки. Сразу пришлось поставить условия, чтобы девица не наглела и многое не требовала. Нужно отдать ей должное, Катя вела себя достойно, довольствовалась тем, что дают, ведь она и сама теперь зарабатывала прилично.

Подъехали к дому, девушка царственной походкой выплыла из подъезда на высоченных каблуках. На ней было длинное обтягивающее платье от какого-то там дизайнера. Катя села рядом с Эриком. Миша попросился на две минуты, чтобы покурить, и вышел.

– Я устала, Эрик, – вздохнула девушка.

– Отчего устала, по вечеринкам бегать?

– Устала так жить, Эрик. Я настоящие отношения хочу, семью хочу. Ты не предлагаешь мне ни того ни другого. Кто я для тебя, Эрик?

– Кать, я же не держу тебя силой, всегда разрешал иметь любовника. Единственной просьбой было не афишировать ваши отношения и встречаться тайком. Для всех мы с тобой пара, – сказал Тумановский спокойно.

– А дети? Неужели тебе наследники не нужны? – спросила девушка.

– Я не могу иметь детей, это доказанный врачами факт. Мою фирму получат племянники. Ты, если хочешь, можешь уйти.

– Да, я уйду. Мне предложили встречаться по-настоящему. Костя Нагинский.

– Сынок Паши Нагинского? – удивился Эрик. – Тот ещё сноб, желает видеть рядом с сыном девушку их круга, но если он тебя примет, буду только рад за вас. Твоя квартира оплачена вчера на полгода вперёд.

– Спасибо, Эрик, – улыбнулась Катя.

Миша снова сел в машину, и они поехали. Тумановский подумал, что придётся искать новую девушку, которая станет с ним таскаться на некоторые мероприятия. ничего, охранник справится с этой деликатной задачей.

Глава 2

– Прости, Аня, но ты мне больше не нужна. Пойми, Вика – хорошая девушка, у нас с ней есть будущее.

– Не надо, не продолжай. Кому нужна инвалидка? Я всё понимаю, Олег, ухаживать за слепой не так-то просто. Уходи, я дам тебе развод, – спокойно ответила Анна.

– Ты найдёшь себе парня, возможно, такового же, как сама…

– Не нужно мне постоянно напоминать о моём состоянии, Олег! – резким тоном ответила Анна и проснулась.

Девушка поднялась с кровати и пошла на кухню. Налив себе сока, она села за стол и стала медленно пить. С чего вдруг ей приснилось, как Олег объявляет о своём уходе? Столько лет с тех пор прошло.

Аня вышла замуж рано, ещё в восемнадцать лет. Поселились в трёхкомнатной квартире её мамы, так как Олег жил в однушке с бабушкой, которая его воспитала. Всё шло хорошо, но в двадцать два года, произошёл несчастный случай. Девушка попала в аварию, когда ехала на такси. Водитель погиб на месте, а она получила переломы ног и ослепла. Ещё полгода они с мужем прожили вместе, а потом он не выдержал и ушёл к другой.

– Опять не спиться, дочка? – в кухню зашла мама.

Анна почувствовала, как ласковая ладонь гладит по голове.

– Сон приснился… Неважно, мам. Завтра на работу. В аптеку зайти? Напиши мне список лекарств, которые тебе нужны, – ответила девушка.

– Нашла бы себе мужчину. Я же не против, чтобы ты его сюда приводила. Двадцать восемь лет уже, а всё одна, – вздохнула мама.

– Не смеши меня. Кому нужна слепая девушка? Повезло, что меня взяли обучаться массажу и я в поликлинике работаю, а не сижу на одной пенсии. Я бы сдохла, если бы ничего не делала.

– У тебя золотые руки, Анечка, это все говорят. Пойдём спать, – мама снова погладила по голове.

– Я ещё в туалет зайду. Иди отдыхай, мам. Не тревожься за меня, всё хорошо, – девушка попыталась улыбнуться.

На самом деле хорошо ничего не было, одиночество тяготило. Она попыталась завязать тесную дружбу с некоторыми одинокими врачами в поликлинике, но ни один не согласился даже на секс, не говоря о большем. Вроде на лицо не уродка, но всему виной её слепота. Врач говорил, что можно вживить бионический протез, но эту операцию в России делали только два раза. Ещё бы, там такие деньжищи нужны, что Аня бы за десять жизней не смогла накопить. Кератопластика дешевле, но не факт, что поможет. Шестьсот тысяч – сама операция, плюс донору нужно заплатить. Мама дала бы свой материал, но где взять хотя бы полмиллиона? Кредит не дадут с её инвалидностью, да и шанс невелик, что будет положительный результат.

Анна снова легла спать и проснулась от весёлого голоса.

– На работу все спешат, просыпайся, не зевай, никуда не опоздай.

– Выключи будильник, – буркнула девушка, и тот сразу заглох.

Сейчас технологии шагнули далеко вперёд, что радовало. У Ани теперь был навороченный телефон с приложением для слепых. Гаджет реагировал на голос, отправлял сообщения, указывал путь. Далеко девушка ездила только с мамой, но это случалось нечасто, работа была недалеко, в десяти минутах ходьбы от дома.

– Аня, еда на столе. Проверь, заперта ли дверь, когда выйдешь. Я побежала, иначе на свой автобус опоздаю, – услышал она голос мамы, а потом почувствовала поцелуй в щёку.

– Хорошего дня, мам.

– И тебе, дочка.

Хлопнула входная дверь, Аня пошла в туалет и умываться. Её вещи стояли на одном месте, она с лёгкостью нашла зубную щётку и пасту. После ванной девушка направилась на кухню. Со стороны могло показаться, что она не слепая, а на самом деле её движения были отработаны годами. Вот стул, вот ложка справа от тарелки. Мама никогда не ставила еду на другое место.

Девушка даже смогла помыть посуду и поставила всё в сушилку, которая висела над раковиной.

– Звонок от Елены Валерьевны, – раздался электронный голос.

– Ответь, – сказала Аня и нащупала телефон на столе.

– Доброе утро, Анна Станиславовна, – проворковала ласково заведующая отделением.

«Как всегда что-то нужно», – подумала девушка.

– Доброе утро, Елена Васильевна. Что-то срочное?

– Ирина Петровна звонила. У неё отец сегодня умер, просит законные дни. Я дала. Сможешь её пациентов взять на четыре дня? Придётся с восьми до семи поработать.

Анна с Ириной работали вдвоём, поэтому подменяли друг друга, если нужно. Тут такое горе, и она не видела повода отказываться.

– Хорошо, я поработаю, скоро буду в поликлинике.

– Спасибо, я тогда сейчас скажу, чтобы больным не звонили.

Заведующая отключилась, Аня вздохнула, она не боялась лишний раз поработать, просто Иру было жалко. Женщина утром подрабатывала в другом месте, поэтому они договорились, Анна работает до двух часов, а Ирина всегда во вторую смену. Ничего, она уже работала весь день, справится.

Девушка поспешила в комнату, быстро оделась и вышла на улицу, воткнув в ухо наушник.

– Проложи маршрут до поликлиники, – сказала Аня спокойным тоном.

– Поверните направо. Вам нужно пройти примерно сто шагов до конца вашего дома…

Анна выставила перед собой белую трость и пошла, считая про себя шаги. Можно завести собаку-поводыря, но у мамы аллергия, да и в больницу с ним нельзя, поэтому приходилось доверять современной технике.

– Здравствуй, Анечка. Ты на работу? – услышала она голос соседа деда Вани.

– Доброе утро, Иван Матвеевич. На работу, – улыбнулась девушка.

– Тогда подхвачу тебя под руку, шатает чего-то. К терапевту иду. Так и потопаем вдвоём, – Аня чувствовала по голосу соседа, что он улыбается, и с удовольствием подставила ему руку.

***

Суббота, на работу идти не нужно. Эрик в халате на голом теле прошёлся до кухни, ступни слегка холодил ламинат, летом он предпочитал ходить без обуви.

Щёлкнула навороченная кофемашина, которую запрограммировали подавать напиток в одно и то же время. Эрик вынул горячие тосты, намазал их маслом, а сверху водрузил ломтик сыра. Колбасу он ел редко и только самую дорогую, сосиски вообще ненавидел. Утром только бутерброд с сыром и никак не иначе.

По комнате разлился аромат элитного кофе, Эрик довольно прищурился, поставил чашку и блюдечко с тостами на подоконник и посмотрел в окно. Двадцатый этаж элитного дома и весь только его. Три спальни, зал для приёма гостей, комната с несколькими тренажёрами, кухня, совмещённая со столовой. Иногда казалось, этого так много для него.

Чего-то не хватало здесь. Возможно, человеческого тепла. Возможно, особого уюта, который могут создать только любимые руки. Здесь поработал самый лучший дизайнер, но от этого никакой радости, бежевые стены столовой тяготили, яркий акцент на одной из стен в зале резал глаза.

Мать предлагала ему купить коттедж, но Эрик отказался, ему нравится суета города. Она живёт в частном доме, ей хорошо, вот и славно. Сестра с мужем тоже предпочли коттедж, но это их дело.

В домофон позвонили, Тумановский посмотрел в приложение на телефоне, открыл через двери подъезда и пошёл напяливать боксёры. Пришла массажистка, которую он нанял недавно. В салон идти не хотелось, у него и дома есть кушетка. За такси он всегда платил отдельно, так что никаких проблем.

Девицу звали Мария, она поздоровалась, сняла туфли и сразу пошла мыть руки. Эрик сказал, что ждёт её в комнате. Ещё раз он попробует довериться и если ничего не выйдет, пошлёт куда подальше. Зачем себя мучить, отдаваясь в руки неумёхе?

Тумановский расположился на кушетке лицом вниз, его тело было напряжено и требовало разрядки. Девушка встала рядом, её руки осторожно опустились на его спину, пальцы начали медленно разминать мышцы. Её прикосновения были лёгкие и неуверенные, создавалось впечатление, что она окончила месячные курсы и боится к мужчине прикоснуться.

– Ты можешь сильнее? – пробурчал Эрик, не поворачивая головы, его голос звучал раздражённо.

Мария начала давить на кожу, но это был не массаж, а непонятно что. Сразу захотелось, чтобы всё сделал кто-то другой, а эта девица с резким ароматом парфюма испарилась из его квартиры.

– Бля, чего у тебя руки такие деревянные? Ты сколько практикуешь? Месяц? Два? – слова прозвучали слишком резко, и Эрик почувствовал, как девушка замерла.

– Вообще-то, год, – обиженно сказала она.

– Ну и славно. Вызывай такси, деньги я отдам, не переживай. Больше в твоих услугах не нуждаюсь. Спасибо, – Эрик поднялся с кушетки.

«Ещё одна задача для Миши – найти мне хорошего массажиста. Эта крашеная блонда никуда не годится. Деткам делать массаж ещё куда ни шло, но не взрослым мужикам», – подумал Тумановский, провожая Марию до двери.

Глава 3

Эрик сел на заднее сиденье автомобиля и поздоровался с водителем, тот вежливо ответил.

– Мерс будет готов завтра. Володя говорит, всё проверили, где надо починят, масло заменят, – сказал Миша.

– Отлично, – улыбнулся Тумановский.

Он раз в год отдавал свой Мерс премиум-класса на техосмотр и полную замену масла. За машиной Эрик ухаживал похлеще, чем кто-то за девушкой. Всё должно работать как часы, поэтому не было ещё случаев, когда они остановились на дороге, потому что вдруг заглох мотор или почему-то не заводится.

– Что там с девицей? – спросил Тумановский.

– Ищу подходящую. Видели, в интернете раструбили, что моделька вас бросила ради молодого сына богатого бизнесмена? – спокойно ответил Миша.

– Пусть болтают, это мне на руку. Изображу скорбь расставания, – Эрик захохотал. – Особенно не торопись с поисками, появлюсь пару раз в ресторане, где охотницы обитают. Угощу ужином кого-нибудь, не обязательно тащить в постель.

– Осторожнее с этим. Там порой обитают настоящие акулы, которые готовы богатею в горло вцепиться и всеми доступными способами добиться, чтобы надели золотое колечко на палец.

– Знаю. Ромка Фирсов так год назад женился, теперь стонет, что его жена – красивый пылесос, жрёт деньги как не в себя. Он для неё всего лишь сейф с баблом. Кстати, я хотел попросить помочь с массажистом. Нанял тут очередную девицу и после второго визита выгнал к чертям. Неумёха страшная.

– Почему бы вам в салон не сходить? Там профессионалы, – спросил Миша, в удивлении приподняв брови.

– Хрен знает. У меня бзик на этом, не могу расслабиться в салоне, какой бы профи меня ни мял. Мой дом – моя крепость.

– Мать ходила по назначению в поликлинику, говорила, всё нравится. Тут вроде как у этой Ирины что-то случилось, но приём отменять не стали. Массажистку заменила молодая женщина. Мама прямо в восторге, у неё волшебные руки, и после её сеансов она летает как молодая.

– Молодая насколько?

– Ей не больше тридцати на вид, может, и меньше. Считайте, что девушка.

Эрик улыбнулся, он всегда нанимал девушек, не хотелось, чтобы в квартиру ввалился мускулистый мужик с руками-лопатами. Был он у одного такого в салоне, мишка-гризли его брат, не иначе. Почему-то стало неуютно, хотя он сам старался по мере возможности заниматься спортом, и дрыщом не выглядел. Вдруг стало интересно, что же там за девушка такая с золотыми руками? Эрик и сам не понял, как выпалил.

– Миша, найди эту массажистку, договорись об индивидуальных процедурах у меня дома.

– Сделаю, не проблема.

– Спасибо.

Раздалась трель телефона. Пришло сообщение в приложении. Эрик открыл послание.

Ёжка: «Здравствуйте, мистер Кто, готова встретиться. Мне двадцать лет, брюнетка».

Мистер Кто: «Привет, Ёжка. Пришли своё голое фото, можно без лица».

Ёжка: «Фото за фото».

Мистер Кто: «Тебе не положено меня видеть. Если я соглашусь, будет свидание вслепую. Приедешь в гостиницу, тебя проводят до номера и оставят с завязанными глазами и скованными руками. Обещаю, своё наслаждение ты получишь».

Ёжка: «А это не слишком, сразу в постель?»

Мистер Кто: «Я за неудобство деньги плачу. Решай сама. Если боишься, я не настаиваю».

Ёжка: «Я подумаю».

Эрик даже отвечать не стал. Иногда за простым «я подумаю» скрывается несогласие. Он не мог осуждать таких девушек в трусости, чтобы согласиться на свидание вслепую, нужно большое мужество. За ласковыми словами и уговорами в интернете может скрываться настоящий маньяк. На втором аккаунте он честно сообщал, что платит за секс, со временем понял, что пора это дело бросать. Порой писали те, кто отчаянно нуждался в деньгах, потом пугались и не приходили на свидание.

Ёжка всё же прислала своё фото в голом виде и согласилась на свидание вслепую, назначили день и время. Эрик улыбнулся, девушка хороша собой, с ней будет приятно трахаться, и всё же хотелось завести постоянную любовницу, но он не решался.

Его приятель недавно расстался с молодой любовницей, а та в отместку растрепала, что Браун имеет специфические фетиши в сексе. Это в Европе, там проще. Никто не ужаснулся, никто не отвернулся, будто всё в порядке вещей. Здесь так нельзя, особенно сейчас.

***

Пациент попрощался, Анна дошла до своего стола, села на стул, нащупала телефон и включила.

– Сколько времени?

– Пятьдесят минут второго, – ответил электронный голос.

Пора было собираться домой, её смена подошла к концу. Неожиданно в дверь постучали и вошли.

– Добрый день, Анна Станиславовна.

– Добрый день, поздно вы пришли. У меня приём окончен.

– Я не на приём, мне нужно поговорить.

Аня услышала скрип стула напротив, видимо, посетитель сел. Девушка уловила сразу, что мужчина не старый, голос весьма бодрый. Впрочем, ей было всё равно, кто он и как выглядит.

– Слушаю вас.

– Я пришёл по просьбе своего работодателя. Он не может найти толкового массажиста, а о вас хорошо отзываются. Не могли бы вы ему массаж делать?

– Могу. Пусть записывается в регистратуре и в порядке очереди я его приму. Обычно сюда приходят люди с проблемами, массаж назначают врачи. Какая проблема у вашего работодателя? – Анна удивилась, к ней впервые подходили напрямую с этим вопросом прямо в поликлинике.

– Эрик Максимович здоров как бык, ему просто нужен массажист. Обычно за индивидуальные сеансы просят от пятисот рублей до тысячи, это за классику без изысков. Он готов платить две тысячи за сеанс, плюс оплата такси туда и обратно. Будете приезжать к нему на квартиру.

– Простите, но я не езжу по домам клиентов, – совершенно спокойно заявила Анна.

– Боитесь? А мне показалось, что вы смелая девушка.

– На слабо меня брать не надо. Я не трусиха, просто осторожная. Как вы думаете, в моём положении разумно разъезжать по домам и квартирам незнакомых людей? – Анна встала и нащупала свою белую трость в углу у стола. – Передайте своему работодателю, что он может записаться в поликлинике в порядке очереди. Простите, сейчас начнётся приём у другого массажиста.

– Блин, мама не сказала, что у вас проблемы со зрением. Простите, если обидел вас, – в голосе собеседника чувствовалось сожаление.

– Привет, Аня, ты не закончила ещё? – послышался удивлённый голос Ирины.

– Привет. Закончила. Сниму халат в комнате отдыха и ухожу. Удачной работы, Ира, – девушка пошла на выход, помогая себе тростью.

***

Миша был в шоке, мама почему-то не упомянула о такой важной детали, как слепота массажистки, возможно, он слушал её вполуха и пропустил эту информацию. Девушка пошла в какой-то кабинет, а он на выход.

Позвонил Тумановскому и тот сразу ответил.

– Эрик Максимович, массажистка отказалась. Я предложил ей две тысячи за сеанс, но она была категорична. Пусть записывается в регистратуре в очередь.