Андрей

Глава 1

Меня никогда не любили в семье. Возможно, только бабушка, но и та с удовольствием променяла бы общение со мной на друзей и водку. Впрочем, она хоть как-то заботилась. Таскала одежду, которую отдавали знакомые. Бабуля изрядно прикладывалась к спиртному, но еду покупать не забывала, всегда кормила.

Я с родителями жил отдельно от неё. Они считали, что мясо в холодильнике – ненужная вещь. Лучше купить водки и селёдки на закуску.

В основном дома были самые дешёвые макароны, из разряда залил кипятком и готово. Иногда покупали пельмени, но опять же недорогие и такого качества, что мне от них блевать хотелось. Частенько денег хватало только на бутылку и сигареты. Тогда резали лук и закусывали, макая его в соль. В такие дни я жил у бабушки.

– Куда собрался, щенок?! – в очередной раз рявкнул папа, когда я проходил мимо него.

– К бабуле. Дома крошки хлеба нет, – буркнул я.

Отец тут же отвесил мне оплеуху, не вставая из-за стола.

– Пойди и заработай на жратву! Немаленький уже! Я тебя кормить должен?! – заорал он.

Я развернулся и влепил ему мощный хук в нос. У отца моментально пошла кровь. Мать заверещала, грозилась вызвать полицию. Мне было всё равно, я никогда не чувствовал от них ни ласки, ни любви.

Вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. В подъезде уже бежал по лестнице. Только когда оказался на улице, вдохнул воздух.

Мы с родителями жили в старом девятиэтажном общежитии, на третьем этаже. Отец получил комнату ещё до моего рождения. Потом завод передал общагу городу. Под шумок удалось выбить ещё одну комнату, я тогда уже в школе учился. Ну и приватизировать разрешили.

Нормальные люди продали своё жильё и купили квартиру. У моих предков с их образом жизни денег на доплату не было. Так и ютились в разваливающемся доме, со стенами, сплошь покрытыми плесенью. В туалете с потолка вечно текло. Лифт сломался, и его тупо заварили, чтобы люди не лезли. Теперь тут жили одни маргиналы, которым на всех было насрать.

Отец часто прикладывал руку, что не так – сразу брал ремень и лупил. Я учился драться и давать сдачи. Соседи смотрели на всё сквозь мутные глаза. Спившимся и обдолбавшимся чувакам было всё равно, что соседский пацан вечно ходит с синяками. В опеку даже и не думали заявлять.

Я мечтал, что когда-то стану большим человеком, выучусь и уже не мной будут командовать, а я. А пока поступил в колледж на ускоренный годовой курс. Делопроизводство – тоже неплохая профессия. Я о ней не мечтал, но чтобы получить высшее образование, нужно поработать и накопить денег.

– Привет, Андрей, – мне улыбнулась Иришка.

– Привет, – улыбнулся я в ответ.

– Нахрена ему глазки строишь? Идëм, – буркнула другая соседка, пышногрудая Ксюша.

Бывшая, как всегда, со мной не поздоровалась. Обиделась, что я бросил её месяц назад. А начиналось всё так хорошо, скрипучая кровать в моей комнате, сдобное тело пухляшки Ксюши. Именно с ней у меня был первый секс. Она ходила ко мне по ночам, но я вдруг понял, что она не девушка моей мечты. Да, всё работает как надо, но нет драйва и особой радости от секса. Я не понимал, что мне ещё нужно от жизни, поэтому решил с подружкой порвать, пока в омут отношений не затянуло.

***

Год учëбы в колледже закончен. Толку от этого. Я посетил кучу собеседований, был в центре занятости, но меня никуда не брали. Я мог только уборщиком устроиться. Ну да, встречают по одёжке. Как не старался, видно, что я из семьи не особо благополучной. Пришлось устроиться курьером и развозить еду на велосипеде. Зато смог купить подержанный смартфон и наконец-то зарегистрироваться на сайте знакомств.

Поначалу писали богатые пожилые дамы, вдруг захотевшие молоденького любовника в постель. Возможно, они и вправду были хороши в сексе, но морщинистое тело меня не привлекало. С более молодыми было не всё так просто. Кто-то казался подозрительным, потому что выставил фото знаменитой актрисы вместо своего. У иных в общении проскальзывали властные нотки, будто меня прямо сейчас хотят нагнуть и отшлёпать. Я подчиняться никому не буду, характер не тот.

Наконец-то на горизонте появилась Вика. Мы несколько дней переписывались. Девушке был двадцать один год, мне чуть меньше. Она понравилась мне. Красивая, стройная, любит пошутить.

С Викторией было легко общаться. Она казалась какой-то родной, что ли. Мы встретились в реале, и у нас завертелось. Я влюбился в неё до трясучки в коленях, хотя дальше поцелуев дело не зашло пока.

Покрасовался перед зеркалом, поправил ворот рубашки. У меня очередная встреча с Викой. Надеюсь, сегодня я уговорю её на секс.

Вышел из комнаты и, как назло, столкнулся с отцом. Тот хотел что-то сказать, но увидел мой взгляд и отшатнулся. С некоторых пор папаша меня побаивался. Я вырос и стал резким, если что, мог ответить и не слабо.

– Свалил бы уже к бабке, демон, – буркнул папаша, заходя в их с матерью комнату.

– Тебя забыл спросить. И не лезь в мою комнату. Ещё раз замечу – руки переломаю, – злобно шикнул я.

Да, такое бывало: вскрывали замок и воровали деньги. Считали, что раз я их сын, то всё дозволено. Были бы средства, купил бы холодильник и поставил железные двери вместо хлипкого дерева. Бабла, к сожалению, нет – только на еду. Скоропортящиеся продукты приходится хранить в родительском холодильнике и думать: сожрут или нет.

Я вышел из дома, застегнул видавший виды пуховик. На улице стояли морозные дни. Снег хрустел под ногами. Виктория сидела на железных качелях. Как её к ним ещё не приморозило?

– Привет, – улыбнулся я.

– Привет, – она ответила такой же улыбкой.

– Куда двинем?

– Я бы пригласила тебя к себе. Ты же не против, да? Только я сейчас за городом живу. Охраняю дом родственника, который уехал. Поедешь?

Доверял этой девушке безоговорочно. Вика заверяла, что безумно влюбилась в меня и хочет быть вместе, я был счастлив.

– Поехали. Только как, на автобусе?

– На тачке. Забрала сегодня с ремонта, – девушка встала с качелей и двинула к автомобилю.

Машина оказалась старая, к тому же российского производства. Для меня и это было нормально. Я погрузился на переднее сидение, пристегнулся ремнём безопасности и уставился в окно. На душе появилась лёгкая тревога. Я её отмëл, списав на волнение перед первым сексом с любимой.

Мы ехали около часа, потом завернули в какой-то посёлок. Тут за высокими заборами не было видно домов, а тот, что нам был нужен, вообще находился на отшибе, в отдалении от остальных.

Неожиданно ворота распахнулись. Машина заехала во двор, и её сразу обступили несколько мужчин.

– Ты сказала, что охраняешь дом? Что происходит? Куда ты меня приволокла, сволочь? – я тут же почувствовал неладное. Щëлкнул кнопкой ремня безопасности и кинулся драться. – Вези меня, в город, уродка!

Двери распахнулись. Меня буквально за шкирку выволокли на улицу. Я увидел перед лицом кулак.

– Стопе! – крикнула Вика. – Рожу ему не порть!

Кулак остановился, но меня тут же подхватили под локти с обеих сторон и поволокли в дом. Как я не сопротивлялся, было бесполезно. Вика поспешила распахнуть перед нами дверь. Её карие глаза сияли, на лице играла победная улыбка.

– Как же я в тебе ошибся? – удивлённо спросил я.

– Я бы удивилась, если бы ты не ошибся, – хохотнула она. – Я умею втереться в доверие и соблазнить. Упс, правда?

На последнем вопросе Вика захохотала, а меня потащили дальше.

– Много болтаешь, курочка, босс этого не любит, – буркнул один из тех, кто меня волок.

– Ещё раз курочкой назовёшь – в дыню дам! – разъярилась девушка.

– Не ори, курочка, уши отрежу и жрать заставлю, – послышался грозный голос.

Я сопротивлялся, пытался ускользнуть из сильных рук мужиков. Мне почти удалось, но неожиданно подскочил третий и приставил нож к горлу.

– Будешь рыпаться – я тебе дырку от уха до уха сделаю.

Мне расхотелось брыкаться. Да, я испугался. А кто бы не струхнул на моëм месте? Пришлось идти, куда вели. Это была комната на первом этаже.

От волнения я слабо различал обстановку. В глазах темнело. В холле горело лишь одно бра на стене, создавая полумрак. Зато когда завели в комнату, по глазам резанул такой яркий свет, что мне пришлось зажмуриться. Открыл веки, когда меня толкнули. Я упал на колени, но больно не ударился. Под ногами был пушистый зелёный ковёр.

– Ты обалдела?! Зачем парня притащила?! Я тебе часть долга за него не спишу! Куда мне его девать теперь?! Похоронить во дворе дома?!

Я поднял голову и увидел статного мужика лет пятидесяти. Он был одет в синий махровый халат. На шее – толстая золотая цепь. В руке – дымящаяся сигара. Почему-то этот чел ассоциировался у меня с лютыми бандитами девяностых годов. Возможно, я даже угадал.

– Михей, ты не видел его просто. Это чистый восторг, а не парень. Смазливенький, тело красивое. За него дадут больше, чем за бабу, отвечаю. У меня и клиентка есть, ищет себе раба. Нужно его по интернету ей показать. Обещала еврики, если парень ей понравится. Поможешь переправить в Европу, бабки пополам, – промямлила Вика, которую я ещё полчаса назад считал своей девушкой.

– Раздевайся, посмотрим на тебя, – босс подошёл ближе.

– Ну, снимай тряпьë! – тихо, но грозно рявкнул один из охранников, снова ткнув в меня ножом.

Я поднялся с колен. Ничего не осталось, как снять куртку. Свитер я не надел, поэтому стоял в рубашке. Михей подошёл вплотную, сдёрнул с волос шапку. Заглянул в глаза. Потом рванул полы одежды. Белые пуговицы полетели в разные стороны.

– А ты права, красивый парень. Не качок, но тело изящное. Богатые сучки драку из-за него устроить могут, – улыбаясь, произнёс Михей.

– Тронешь – урою, – рыкнул я.

– Стой смирно и не выпендривайся. Понравишься этой бабе – будешь жить. В неволе, но будешь. Не понравишься – закопаю под дубом на заднем дворе, – усмехнулся Михей.

Тот, что был с ножом, подошёл сзади, схватил за волосы и запрокинул голову. Снова приставил лезвие к горлу. Михей тем временем стянул с меня брюки вместе с боксëрами.

– Согласен, Викуся, стоящий экземпляр. Член не маленький. Мы за него хорошо выручим, надо цену загнуть, если что, снизим потом. Ведите его в подвал к бабам. Через три дня погрузитесь и поедете. Аль-Махмуди ждёт сосок в своëм борделе. Он уже стонет, что мы не везëм ему на продажу новые русские письки. Старые тëлки клиентам надоели. Этого переправим в Европу через Ближний Восток, если тётка его купит.

Михей сел в своë кресло у камина. Я не мог пошевелиться, боясь поранить себя. Так хотелось плюнуть этому пожилому козлу в рожу. А в первую очередь расквасить нос Вике, которая в данный момент застёгивала на мне брюки. Ничего, гады, я постараюсь выбраться отсюда, и тогда вы все получите по заслугам.

Глава 2

Андрей

Пока меня тащили, я брыкался, как мог. Орать было бесполезно, только повеселю всех присутствующих, поэтому старался отдавить мужикам ноги. За это меня приковали к цепи в коридоре подвала. Теперь бесполезно выпендриваться.

Мужики ушли, а я остался. До слуха донёсся тоненький скулëж какой-то девушки из-за двери комнаты. Я поморщился не только от этого неприятного звука, рубашка на мне была распахнута, и тело моментально покрылось гусиной кожей от прохлады. Чувствовалось, что подземелье отапливали только для того, чтобы пленники не замёрзли насмерть.

– Суки. Если сумею сбежать, отомщу, – рыкнул я сквозь зубы.

Через какое-то время с поднятыми вверх руками стоять стало неудобно. Хотелось их опустить, но это было невозможно. Предусмотрительные, гады. Интересно, сколько похищенных девушек стояло в этих цепях?

Я был парнем смышлëным и в моей голове уже нарисовалась картинка, как сюда заманивают. Обаятельная Вика знакомится с девушкой, напрашивается на дружбу. Постепенно будущая жертва начинает ей доверять. Потом гадина везёт подружку на хату к родне или врёт, что это её дом. Таким образом, девушка оказывается в рабстве, а с Вики босс списывает очередную часть долга. Вот и я попался по этой же схеме.

Неожиданно двери в подвал распахнулись, и вошёл босс. Михей был всё в том же халате и выглядел весьма довольным. Он приблизился ко мне вплотную.

– Ну что, сладенький, звоним твоей будущей хозяйке? – спросил он ухмыляясь, и показал мне планшет.

Через пару минут я увидел на экране симпатичную тётку лет сорок, но возможно, она старше. Дамочка рассматривала меня и облизывалась.

– Он мне нравится, беру, – сказала она, на сильно ломанном русском языке.

Я начал ругаться матом, говорил, что придушу её, как только меня к ней привезут. Обзывал её уродиной и другими обидными словами.

– Укротите мальчика немного. Пусть приедет покорным и на всё согласным. Не убейте только. Не будет товара, не получите денег, – сказала мадам. – До связи.

Михей положил планшет на тумбу недалеко от себя, потом снова подошёл ко мне и схватил за волосы, наклоняя голову вбок.

– Ну ты, будущая подстилка, завязывай кочевряжиться. Жить хочешь? Тогда делай то, что говорят, – грозно сказал мужик.

Несмотря на тусклый свет, горящей на потолке лампы и руки в цепях, я сумел двинуть мужику коленом в пах. Удар был такой силы, что гад заорал и согнулся пополам.

– Сука! Он мне чуть член не сломал!

– Ещё раз тронешь меня, яйца всмятку сделаю, – процедил я сквозь зубы.

– Михей, что случилось?! – в подвал ворвался один из мужиков и, увидев скрюченного босса, смачно выругался. – Еба-ать.

– Перчатки тащи. Учить этого сосунка буду. Пусть впредь ведëт себя вежливо и знает, что он теперь раб, в прямом смысле этого слова.

Понимал, что меня будут бить, а я со скованными руками полный ноль. Это только в фильмах знаменитые актëры дерутся одними ногами. Как умудрился коленом в цель попасть, сам удивляюсь.

Михею принесли боксëрские перчатки, он демонстративно их надевал и ухмылялся. Боль прошла, и теперь придурок мне отомстит. Знаю, что этот гад задумал, если бить перчатками по правильным местам, синяков может и не быть, а чувствовать себя будешь так, словно тебя танк гусеницами по асфальту размазал.

Несмотря ни на что, я не собирался кричать и умолять о пощаде, ещё и не такое в жизни испытывал.

– Михей, мож не надо, а? – промямлил тот, что принëс перчатки, при этом мужик скривился, как от зубной боли. – Если синяки будут, за него хорошие хрусты не дадут.

– Не ссы, Нырок. Поедете только через неделю, нужно ещё девок притащить. Пока доберётесь до места, у него всё заживёт, – ехидно скривился Михей. – Выводи письки, пусть смотрят.

Одну из дверей открыли и вывели пятерых заплаканных девушек в порванной одежде. И без спецов видно, что их регулярно насиловали, возможно, не только босс. Тем не менее девушки были как на подбор красавицы. Хоть сейчас умой, и на конкурс красоты тащи.

– Этот парень не желает подчиняться. Я решил преподать ему урок. Смотрите, девки, так будет с каждой, кто осмелится перечить нам, – сказал Михей, и его голос загудел в пустом помещении.

Первые удары были лëгкими, Михей будто примеривался, как лучше ударить. По печени и почкам не бил, но когда я попытался достать его ногой, мне неслабо прилетело в солнечное сплетение. Я охнул и согнулся бы пополам, если бы не цепи. С этого момента Михей меня не жалел, разве что по жизненно важным органам не лупил. Я сначала морщился и терпел, сцепив зубы, потом не удержался и заорал. Михей стал лупить со всей дури, будто я кусок кожи, набитый поролоном.

К моему стыду, глаза увлажнились от боли. Я провис в цепях и смотрел мутным взглядом на девушек. Они тоже плакали. Одна из них тонко заскулила.

– Заткни пасть, сучка! – рявкнул Михей, потом обратился к охраннику. – Этого отвяжите – и к девкам. Пусть позаботятся. Запомни, Андрюша, отныне тебя зовут раб, хочешь выжить, подчиняйся во всём.

Меня приволокли в комнату, где были только матрасы. Я не мог стоять на ногах, поэтому двое мужчин в одежде цвета хаки, тупо разжали руки. Я свалился, как куль с мусором. Наверное, для этих уродов мы все и были красивым мусором, который можно выгодно продать.

Вдохнув воздух, скривился, дышалось с трудом. Хорошо хоть тут не пахнет дерьмом. Я думал, что пленникам поставили ведро для нужд, но в полумраке комнаты виднелись унитаз и раковина. Губы пересохли, очень хотелось пить. Попросил воды. Одна из девушек набрала её в пластиковый стакан прямо из-под крана. Мне приподняли голову и напоили.

– Спасибо. Давно вы тут? Меня зовут Андрей.

Девушки называли имена и говорили сколько они здесь. Марина, черноволосая нимфа, похожая на прекрасную панночку из фильма «Вий», жила тут дольше всех, уже неделю. Она сказала, что если ты не целочка, то не берегут, время от времени водят в соседнюю комнату для траха, пользуют все кому не лень. Я даже вздрогнул, но вспомнил, что я всё же парень.

Девушки заботливо накрыли меня одеялом, я был благодарен им за уход, а также за щебетание рядом. Каждая старалась выговориться, увидев во мне жилетку. Я не против, пусть болтают, отвлекают от дурных мыслей. Сейчас успокоюсь, схлынут эмоции, потом буду думать, как выбраться.

Попытался встать, не получилось. Опять помогли девушки, довели до унитаза. Мне уже было всё равно, достал свой агрегат, никого не стесняясь. Если меня не поддержат за руки, то я тупо упаду.

После я умылся и прошаркал назад, каждый шаг давался с трудом. Снова лёг на матрас и поблагодарил моих помощниц. Меня укрыли, и тут вошёл мужик с подносом. Пахло быстрой лапшой, которую я так ненавидел.

– Жрите, – буркнул мужик, поставил поднос на пол и ушёл.

– Поешь, Андрей. На тебя не принесли, но я поделюсь, – Марина протянула мне миску лапши доширак.

– Спасибо, Марина, но мне сейчас не до еды. Боюсь, что меня вырвет. Ешь сама, тебе нужнее, я мужчина и потерплю.

Марина молча кивнула, потом она села на соседнюю лежанку. Я прикрыл глаза, пытаясь во сне забыться и не чувствовать боли. Если не шевелиться, то можно терпеть.

Ночью у меня начался жар, то ли от побоев, то ли я умудрился простудиться. Для зимы отапливали подвал совсем скудно. В большой комнате оказалась всего одна батарея. Я даже смог дотянуться до неё. Пар изо рта не шёл, но под тонким шерстяным одеялом жутко холодно.

– Замёрз? Аж зубами стучишь, – шепнула Марина.

Девушка встала, подошла ко мне и потрогала лоб.

– Горячий весь. Попить принести?

– Если нетрудно, – промямлил я потрескавшимися губами.

– Раньше тут тепло было. Это только вчера утром отопление прикрутили на минимум. О, батарея горячая стала, но тебе уже не легче от этого. Сейчас никого не добудишься, принесут завтрак, и я скажу, что ты заболел.

Марина напоила меня и снова легла спать. Я лихорадочно соображал, что сделают твари, когда узнают о моëм состоянии. Убьют как балласт?

Что сделают, я не успел выяснить. В комнату вошли трое вооружённых мужчин в балаклавах. Девушки запищали.

– Спокойно, мы из полиции, – сказал один из незнакомцев.

– Андрею плохо. Избили вчера сильно, похоже, у него температура, – поспешила доложить Марина.

Чëрный силуэт отделился от остальных и подошёл ко мне. Сняв перчатку, мужчина коснулся лба.

– Что тут у нас? – в комнате появился ещё один человек, но уже в гражданке.

– Скорую надо, товарищ майор. Похоже, парень плох, – ответил тот, что стоял рядом со мной.

Девушек вывели наверх. Меня вынесли, положив на одеяло. Майор говорил, что мы все свидетели и потерпевшие. Чтобы гадов посадили, должны дать показания. Девушки наперебой заголосили о согласии, я сказал тихо, что не против.

Сдам всех, и Вику в том числе. Я заметил её в холле, лежащей на полу вместе со всеми тварями, руки заведены за спину и пристёгнуты наручниками. Меня пронесли мимо них в комнату с зелёным ковром, потом положили на диван. Майор вызывал скорую помощь, просил машину с хирургом. Полицейские суетились, топали ногами. Потом я понял, что гадов выводят на улицу. Эх, жалко, что не на расстрел.

Вскоре послышался вой сирен. Майор, опрашивающий меня, встрепенулся. Приказал кому-то встречать врачей. Через пару минут я увидел красивого молодого мужчину в голубом костюме и синей куртке.

– Нифига себе?! Игорь, привет! Ты как тут?! – воскликнул майор.

– Привет, Деня. Рад видеть старых школьных друзей. Подрабатываю по выходным на скорой. Что тут у вас?

Денис быстро и чëтко описал ситуацию, а врач уже осматривал меня.

– К нам повезëм. Нужно исключить внутреннее кровотечение, – заявил доктор.

– А оно может быть? – спросил майор.

– Я врач, а не гадалка. Нужно МРТ срочно, у нас в больнице есть. Парни, помогите его на каталку погрузить.

– Игорь, можно его в отдельную палату? Это ценный свидетель, – попросил Денис.

– ВИП сейчас свободен. Эту палату как раз я веду, скажу, чтобы положили туда. Потом зайди и с заведующим утряси, – ответил врач и обратился ко мне. – Не бойся, парень, жить будешь.

– Зайду. Всё равно с него показания под протокол брать. Сейчас он с трудом языком шевелит.

Меня уносили. Я попрощался с девушками, которых забирал другой врач. Очевидно, нас повезут в разные больницы.

Глава 3

Андрей

Был вечер. Я находился в своей одноместной палате. Тут было комфортно, удобная кровать с ортопедическим матрасом, тумбочка, стол и пару стульев, телевизор на стене. Дверь в углу вела в небольшую уборную, где даже душевая кабина имелась. Полагаю, за такой практически гостиничный номер платят прилично, мне он достался бесплатно. В полиции позаботились о моëм спокойствии.

Я провёл здесь уже больше суток. Потихоньку вставал и по стеночке шëл в уборную, благо опасения моего врача не подтвердились. У меня даже жар прошёл. Игорь Владимирович сказал утром, что это была реакция организма на сильный стресс. Оказывается, и такое бывает.

Мне приносили еду прямо в палату. Я мало ел и всё больше лежал, отвернувшись к стене, осмысливал свою дальнейшую жизнь. Смогу ли я вырваться из того дерьма, в котором живу? Смогу ли и дальше доверять людям? Я и раньше относился ко всем с осторожностью, но умудрился попасть на удочку Вики. Зачем я поехал с ней тогда? Так хотелось секса?

Неожиданно дверь распахнулась. Я резко обернулся и увидел Игоря Владимировича. Это был очень молодой врач. Светло-коричневые волосы коротко подстрижены. Серо-голубые глаза смотрят с добротой.

– Привет, Андрей. Я тебе немного фруктов принëс, – сказал врач, слегка нахмурив густые брови.

Дожился, чужие люди приносят передачу, а родные болт забили. Мне вернули мой телефон, и я позвонил родителям и бабушке. Отец ответил, что ему пофиг, всё равно денег нет. Бабуля заявила, что сама отдыхает под присмотром врачей. Сломала ногу, упав на лёд. Жаль, что мы лечимся в разных больницах.

– Добрый вечер. Зачем вы пришли? – спросил я удивлëнно.

Игорь был утром на обходе, теперь снова здесь.

– У меня ночное дежурство сегодня.

Он положил пакет на стол, взял стул и сел рядом с кроватью.

– Андрей, почему ты отказался от общения с психологом?

– Мне было не о чем разговаривать с этой тëткой, – буркнул я, ложась на спину.

– Медсестра сказала, ты плохо ешь, не включаешь телевизор и всё время смотришь в одну точку. Так можно сломаться, Андрей. Тебе необходимо поговорить с кем-то о том, что с тобой произошло, – ласково произнёс мужчина.

– С кем? С этой тëткой? Что я ей скажу? Думаете, не стыдно вот об этом говорить? И с чего вы взяли, Игорь Владимирович, что я сломаюсь, может, я железный? – скривился, будто съел лимон.

Я пытался храбриться, делал вид, что мне на всё пофигу. Всё было не так. Каким бы сильным я ни был, внутри всё сжималось от несправедливости. Душа плакала, сердце рвалось на части. Я никому не нужен, кроме бабушки. Та очень сокрушалась, что меня избили хулиганы, и сетовала на невозможность навестить. В остальном у меня дела хуже некуда. Родители считают, что я взрослый и сам должен улаживать проблемы. Лучший друг уехал учиться в Москву.

– Ты можешь рассказать мне, если хочешь. Поверь, Андрей, тебе станет легче, – произнёс врач ласковым тоном.

– Вы ко мне в друзья пытаетесь набиться, Игорь Владимирович? – усмехнулся я.

– А почему бы и нет.

Врач протянул руку и убрал волосы, упавшие мне на один глаз. Этот жест был лëгким. Он почти не задел кожу пальцами, но я замер в каком-то предвкушении. Смотрел на Игоря и не мог оторвать взгляда от красивого лица.

– Давай перейдëм на «ты». Можешь называть меня по имени, – улыбнулся Игорь.

– А дальше что, как только я вылечусь, выкинешь меня как балласт? Я для всех обуза, – я сам не понял, как вопрос сорвался с губ.

– Андрей, ты соображаешь, что говоришь?! – голос врача стал ледяным и таким властным, что у меня холодные мурашки побежали по телу.