- -
- 100%
- +
– Медведь, нам бы сманить эту иную, а? – предложил Стрелец. Другого от этого фаната-оружейника никто и не ожидал.
– Именно иную?
– Ага, девчонка эта совсем молодая. Семнадцать или восемнадцать лет ей всего и попала недавно к Максимову. По слухам, с какими-то закидонами, тараканами в башке, но кто этим не грешит после переноса?
– Ты как вообще узнал про это оружие? – вместо ответа спросил глава анклава воеводу.
– От знакомых. Помнишь же, что с нами не все решили уходить после конфликта с золотыми? Они остались с Максимовым, но не зазнались совсем, ну и пообещать пришлось им кое-что в обмен на этот мушкет и секрет про металлистку. Ее же Максимов от наших глаз скрыл хорошо, вон, даже ты не смог ничего узнать о ней.
– Да я, если честно, больше торговался насчет количества кристаллов в качестве платы за услуги лекарей, чем пытался со старыми знакомыми общаться. Да и не дал бы мне этого сделать Максимов, он под видом моей безопасности от нападок золотых приставил ко мне пару гидов-охранников, – вздохнул Медведь. – М-да, нам бы не помешала такая мастерица, металла низшего качества у нас полно.
– Вот-вот, – закивал Федька, – полно! Есть даже трубы «сотки», из которых запросто можно забацать пушку. Простенькую полевую, которая с куцым стволом. Из жести накрутить к ним гильз, для донышек использовать сталь «пятерку». Катька все это скрепит в одно целое, а капсюля приготовят наши химики. Остается только это все превратить в прочн…
– Да подожди ты со своими пушками! – прикрикнул на него Бородин. – Вон их у тебя сколько! Расчетов не хватает таскать и пороха для стрельбы тоже. Медведь, я с этим маньяком согласен в том, что такой специфичный иной нам нужен. Мы тогда попытаемся создать некоторые станки, которых мастерам не хватает, выйдет, считай, на коленке и из всякого дерьма, но если укрепить до прочности легированной и инструментальной стали, то начнем выдавать почти что гостовскую продукцию.
Бороду поддержал Ро согласным угуканьем, наверное, тоже уже придумал, как использовать подобные таланты на своем поле деятельности.
– Да погодите вы! Растрещались тут на весь лагерь, как стая сорок. Тихо, – произнес Медведь. – Да, такой иной нам очень пригодится, но сколько потребуется тикеров для работы с металлом, вы об этом подумали?
– Так у нас их хоть одним местом ешь! А с пушками мы добудем кристаллов сколько потребуется, – вставил свои пять копеек Федька.
– Сегодня густо, а завтра пусто, – заявил Медведь. – Да, такой иной нам пригодится, – вновь повторил он, – тут без вопросов, но сманивать его нужно позже, когда у Максимова запас тикеров уменьшится. Стрелец, тебе известно, сколько всего такого оружия у максимовцев?
Тот почесал затылок, поднял глаза к потолку шатра, потом неуверенно ответил:
– Около двадцати мушкетов из труб и меньше десятка пистолетов. Было бы меньше, то вряд ли удалось мне выцаганить за несколько кристаллов и обещания один ствол.
Перед походом в гости каждому бойцу выдали по паре кристаллов на представительские расходы и с целью пустить пыль в глаза. Может быть и зря – вдруг бы удалось сторговаться за услуги лекарей-иных дешевле? У Стрельца, как большой шишки в нашем поселке, на карманные расходы выдали больше, да и трофеи у него должны быть, не думаю, что отдавал все до последнего кристалла тикеры, что-то да оставлял себе.
– А они-то им зачем? – удивился Медведь. – Даже я не сильно разбираясь в средневековом оружии, понимаю, что проще и полезней создать нормальные полноценные мушкеты с длинными стволами при большом запасе уже почти что готовых стволов, ведь замки там одинаковые.
– Тренировалась вроде бы как, – пожал плечами Стрелец. – Медведь, я как-то в это не вникал, честное слово, меня другое интересовало.
– Максим, ты что думаешь по этому поводу? Если есть что сказать, то говори, а то примолк в своем уголке.
Взгляды окружающих сошлись на мне.
– Согласен со всеми присутствующими – такой иной нам нужен, но не стоит спешить с, э-э, вербовкой, – дал я ответ.
– Скорее уж с выкупом, – покачал головой Медведь. – Максимов просто так не отпустит эту иную со столь редкой специальностью.
– Пусть с выкупом, – согласился я с ним. – Думаю, что получив от нас запас тикеров после лечения наших раненых, Максимов часть их, может быть даже половину или около этого, использует именно для создания оружия. Скорее всего – пушек…
– Наш человек, понимает, что по чем, – довольно закивал Стрелец.
– …ваше появление с одной из них по любому должно оказать на него впечатление, а если не на него, то на некоторых его помощников, – продолжил я, не став обращать внимание на бестактность Федьки («сапог» он, пусть и гражданский, что с такого взять?). – Минимум одну они сделают, а это по крайней мере штук пятьдесят мушкетов, ведь там нужно будет не только ствол усиливать, но разные сопутствующие механизмы, те же проушины для крепления или что там в этих пушках имеется. Может быть, расход тикеров возрастает пропорционально – сто грамм стальных иголок требуют меньше энергии, чем один цельный стограммовый ножик – размеру предмета. Так что, очень скоро у Максимова опять появится дефицит тикеров. Плюс запас оружия у него уже будет. И есть шанс, что он согласится отпустить такого затратного спеца к нам за энную сумму.
Когда я закончил, Медведь несильно хлопнул ладонью по столу и подвел итог:
– Вот и я такого мнения. И сильно затягивать с переманиванием этой иной не станем. А то еще золотые подключатся. Рано или поздно все эти метатели огня и молний, силачи и теневики уйдут на второй план, а на первое место выйдут рабочие специальности, и тот, кто начнет их сманивать к себе раньше всех, тот в далекой перспективе станет самым сильным. К сожалению, Максимов неглуп и это понимает не меньше нас с вами, нам помочь может только дефицит тикеров, уже сейчас что у его иных, что у представителей Золотого Города явная нехватка кристаллов. За мое предложение дать врачей за плату тикерами он ухватился руками и ногами…
– Как обезьяна прям, – хохотнул Федька. – Жадная мартышка.
– Федь!
– Всё, Медведь, молчу, – Стрелец сложил в щепоть три пальца и провел ими вдоль губ, имитируя закрываемую молнию.
– Первоначально он просил в два с половиной раза больше, еле удалось сбросить цену. И в целом по недомолвкам видно, что у них иные живут на голодном пайке. Ради камней они устраивают походы к пигмеям, но так как порталами пользоваться не может никто из них, то такие мероприятия очень затратные по времени и ресурсам и малоэффективны. Что максимовцам, что золотым одновременно повезло и не повезло с местом обитания: на несколько дней пути нет ни одного поселения пигмеев и других порталов, только тот, который на холме рядом с развалинами.
Глава 3
– Вот это – основная стойка копейщика. Смотрите внимательно на постановку ног. Если кто-то занимался каким-либо силовым видом спорта, то он должен знать, насколько эффективны все связки, каты и прочие выпады, а также всяческие па при правильной постановке ног…
Стрелец в своей манере с подколками и шутками занимался тренировкой личного состава. На этот раз в качестве новобранцев выступали всяческие охотники, лесорубы и водоносы. По настоянию Федьки Медведь дал добро на обучение рабочего персонала поселка минимуму боевых умений, и теперь народ дважды в неделю по два часа махал саблями, палашами, метал сулицы или, вот как сейчас, учился работать обычным копьем. В эти ряды затесался и я, причем занимался каждый день. Были те, кто стонал и материл Медведя со Стрельцом и прочими членами совета поселка. Мужикам и так доставалось днем, чтобы вечером еще заниматься физкультурой и крутить финты острыми железками. Но Федька был безапелляционен: или тренировки, или на все четыре стороны вон из поселения, которому нужны защитники, а не мягкотелые слюнтяи, если нет противопоказаний к занятиям.
– …копьем люди пользовались несколько тысяч лет, и только чуть более полувека назад этот вид оружия ушел в запасники арсенала истории. При наборе ополченцев из крестьян, горожан и прочего необученного мяса в основном каждого из них вооружали именно длинной палкой с острым наконечником. А иногда просто длинной палкой, на которой один конец был стесан или обожжен в огне. Все это из-за того, что никто не принимал всерьез вчерашнего крестьянина в качестве воина, задача первых рядов с копьями – это принять первый удар, смешать ряды конницы, замедлить ее движение. Конечно, не все относились так предвзято к этому простейшему оружию. Например, знаменитая македонская фаланга! Или вершина мастерства работы с копьем – швейцарская пехота! Благодаря этим парням, к слову, и пошел на спад век рыцарства. Здоровяки в латах повисали на наконечниках пикинеров, вместе со своими дестриэ….
– А я слышал, что рыцарей погубило огнестрельное оружие! – выкрикнул кто-то из лесорубов. Этих парней можно было узнать по намозоленным ладоням и потекам плохо отстирывавшейся смолы на одежде.
– И это тоже сыграло свою роль, но именно строй пикинеров и дал толчок развитию как огнестрельного оружия, так и рейтарству, которое пришло на место рыцарства. Конечно, это мое мнение и оно может отличаться от исторического. Так что, не нужно относиться к копью, как к простой палке.
– Но против пигмеев нам не понадобится строй! – не унимался все тот же лесоруб. – Пока мы будем стоять с копьями, они нас заплюют своими дротиками! Уж лучше все тренировки сделать с мушкетами, все полезнее, чем это средневековье. В конце концов, мы умнее их и знаем, что будущее за порохом.
– Что-то ум наших земляков не помог им при переносе. Я тебя включу в следующую экспедицию к пигмеям, там посмотришь на ямы с костями в поселках карликов.
– Да кто же знал, что все так повернется. И оружие было не у всех…
– Может, проверим, насколько эффективен мушкет против копейщика? Честно – дам тебе мушкет с порохом и свинцом и разойдемся метров на пятьдесят.
– Да что ты меня с собой сравниваешь! Еще бы предложил вон с ней сразиться! – возмутился лесоруб и кивком головы указал на Сильфею.
– Против нее тебе и танк не поможет, а мы сражаемся с обычными пигмеями и кое-кем еще. Вот с этими врагами копье и поможет тебе остаться живым, пока стрелки за твоей спиной будут отстреливать плевунов. Да и встречается в этих джунглях кое-кто другой, кроме карликов, вот против них и нужен строй копейщиков.
– А…
– Тихо! – гаркнул Федька, обрывая болтуна. – Еще вопрос не по теме и будешь бегать вокруг поселка с бревном на плечах и в полной боевой.
Спорщик благоразумно замолк, предпочитая вечерний отдых с женой или подружкой альтернативе забегу в поту до мозолей на пятках.
– Есть два вида работы с копьем, собственно, с копьем и копье-щит. Мы учиться будем только копью пока что, со щитом все сложнее, вы за месяц и начального уровня не осилите. Хват вот такой, – Стрелец взялся левой рукой за центр копья, правой ладонью обхватил конец, практически пятку. – Это для правшей стойка, для левшей все в зеркальном виде…
Стрелец показал несколько раз, как выполнять удар с выпадом, после чего заставил нас отрабатывать его, делая быстрый шаг вперед и одновременно выбрасывая копье в сторону виртуального противника.
– Я как показывал стоять во время удара? Согнута только передняя нога, задняя нога и спина – прямые, голова поднята! – прикрикнул Федька на ближайшего тренирующегося. – Не нужно выворачивать стопу, сгибать колено или горбиться. Смотрите вперед, а ваш горб этому мешает, ептить вас коромыслом! Да ты даже не увидишь, попал или нет по врагу, и куда попал! Не заваливаемся назад, чтобы не получить по своей бестолковке в ответ, ударили – быстро назад. Так, стоп, показываю еще раз и все смотрим на меня…
После тренировок у меня отваливались руки, может потому, что занимаюсь каждый день и себя не жалею, может, дело в том, что с копьем начал заниматься первый день. Только принял душ и завалился на кровать, чтобы поскорее заснуть, как рядом с палаткой нарисовался посыльный от Медведя.
– Что случилось? – спросил я, когда вошел в штаб. За столом поселковый совет восседал в неполном составе. Был Медведь – глава как-никак. Стрелец, Ро и Жанна.
– Ничего, Максим, можешь успокоиться, – ответил Медведь. – У Федьки появилась одна идея насчет твоего камня.
Я насторожился, про себя гадая, что же там за мысль тут обсуждали, перед тем как послать за мной. И не узнали ли каким-либо неведомым способом про связь между удовольствием, что я испытываю, и скоростью восстановления драконьего тикера.
– Стоящая хоть? – поинтересовался я, усаживаясь в офисное кресло с бежевой обшивкой из экокожи.
– А вот сейчас и узнаем. Камень с тобой?
Я в ответ хмыкнул.
– Ну да, ну да… знаю, что не расстаешься, но вдруг именно в этот момент оставил его в палатке. Идея такова: соединить вместе простые тикеры и твой.
– Да уже пробовали!
– Пробовали, но не с таким количеством, – возразил Медведь. – У нас кристаллов хватает, можно провести опыт с гораздо большим количеством. Выигрыш восполнит все затраты, м-да, надеюсь на это.
– Ну, давай пробовать, – пожал я плечами. Уже пытались несколько раз засыпать мой тикер в стакане по самый край трофейными волшебными камнями – результата ноль. Сегодня вместо стакана на стол поставили пятилитровое пластиковое ведро, светло-зеленое с прикольными улыбающимися ромашками и колокольчиками на стенках. Для детей, что ли?
– Кидай свой камень, – Федька кивнул на ведерко. – Давай, давай, не жмись ты, Макс, ничего не случится.
Когда я положил на дно драконий тикер, Стрелец зачерпнул пивной кружкой (наверное, опасаясь, что металл повредит камни, а стекло в этом плане безопаснее) из металлического ящичка с поролоновой внутренней обивкой трофейных тикеров и медленно насыпал в ведро.
– И?.. – он вопросительно посмотрел на меня, когда последний кристаллик скатился вниз, а мой камень скрылся под горкой тикеров.
– Ничего не чувствую, – развел я руками. – Ничего не произошло.
– Нужно было прозрачную тару брать, банку трехлитровую ту же, там видно было бы снизу, – произнес Федька, потом посмотрел на Медведя. – Еще?
– Сыпь, – махнул тот рукой. – Чего уж тут… доведем эксперимент до конца.
Федька зачерпнул еще одну кружку, потом другую, посмотрел с вопросом на меня, увидел мой отрицательный кивок и… отложив в сторону кружку, взял в руки ящик и почти весь его высыпал в ведро.
– Куда!.. – вскинулся Медведь. – Совсем сдурел, Стрелец?
– Да ничего не случилось, Медведь, – остановил я главу, готового обрушить гром и молнии на голову Федьки. – Да ты и сам сказал, что выигрыш предпочтительнее.
– Но не так же! Максим, он почти все камни высыпал, а если бы они испортились? Пришлось бы вскрывать НЗ, – покачал головой собеседник.
– Значит, не получилось? – задал мне вопрос Федька. – Вот же зараза!
Выглядел он очень расстроенным. Тут взял слово Ро.
– Если мне память не изменяет, то активировал камень, привязал к себе с помощью крови, так, Максим? – обратился он ко мне. – Может быть, стоит сейчас так же поступить?
Медведь и Федька посмотрели на меня: один задумчиво, второй с какой-то кровожадностью.
– И как ты мне предлагаешь получить свою кровь – руку резать, что ли? – буркнул я, хотя уже понял, что отвертеться от легкого кровопускания не выйдет.
– Надо, Федя, надо! – с интонациями всем известного Шурика произнес Стрелец, потом предложил: – А хочешь я? Чик – и готово, как комарик укусит.
Я посмотрел в его глаза, широко улыбнулся и произнес:
– А ты с моей младшей сестрой на эту тему поговори.
Тот посмотрел на невозмутимую Сильфею, которая сидела на пластиковом кресле рядом со мной, и поскучнел.
– Да ну тебя, – махнул он рукой, – было бы предложено…
– Да попробую я. Самому плохо от того, что камень пустой.
В кармане у меня лежал отличный складной ножик с фиксатором лезвия. Фирма на Земле дорогая и предоставляет качественный товар, за такую вот кроху, которая легко умещается у меня в ладони, я бы отдал десятую часть зарплаты, не меньше. Здесь достался бесплатно.
Нажав на кнопку стопора, позволяя короткому широкому лезвию выскочить из паза, я поднес нож к левой ладони, приложил острый край кончика лезвия к мякоти рядом с большим пальцем, надавил и повел в сторону.
Кровь из пореза потекла не сразу, сначала полезли некрупные рубиновые капли, усеяв края ранки, потом слились в одну полоску и только после этого превратились в крошечный ручеек.
– Палец нужно было проколоть. Рана меньше и прикладывать к тикеру удобнее, чем всей ладонью лезть к нему, – подсказал Ро.
– Да где ж ты раньше-то был, – покачал я головой. Ну да, чуть сглупил я, сыграло свою роль подсознание, в котором отложились кадры из разных фильмов, где герои, которым срочно нужно получить несколько капель крови, щедро полосуют свою руки. До откровенного бреда, когда киногерой чиркал по запястью, рискуя перехватить себе и вены, и сухожилия, у меня не дошло, но… ладно, чего уж теперь горевать, что сделано, то сделано.
Я поднял ладонь над ведерком с кристалликами, чтобы капли крови стекали с пальцев и падали на камни.
Ничего.
– Ты к своему камню прикоснись, – подсказал Медведь.
– Да знаю я, только не по себе как-то.
В самом деле, было какое-то странное чувство, что-то похожее испытывал в детстве, когда ковырял засохшие ранки: вроде бы и больно, но и какое-то извращенное удовольствие ощущалось. Вот нечто такое я сейчас и чувствовал, точнее, эдакое предвкушение детского мазохизма.
Как только мои пальцы нащупали под тикерами драконий камень, руку до самого плеча пробил сильный разряд электричества, а камни в ведре полыхнули яркой вспышкой.
– Ох, мать…
– Ой!
От неожиданности мои собеседники от восклицаний и междометий не удержались.
Когда открыл глаза, то увидел, что до середины предплечье погружено в черный пепел, в который превратились тикеры.
Зато когда я вынул из ведра руку и разжал кулак, то на ладони засверкал мой камень!
– Получилось! Я знал, что сработает, – заулыбался Федька. – Видишь, Медведь?
– Вижу, что придется распечатывать энзэ, – хмуро ответил тот и наградил Стрельца недовольным взглядом. – Максим, ты как себя чувствуешь?
– Хорошо… правда, очень хорошо. Только сейчас понял, что до этого чувствовал себя вроде зомби – все делал как обычно, а удовольствия никакого.
– Значит, ты теперь сможешь достать кое-что? – встрепенулся Стрелец.
– Цыц! Максим, постарайся пока обойтись без этого. Нам всем нужна в первую очередь разведка местности вокруг поселка и вдоль реки, поселков пигмеев. Жаль, что в прошлый раз, когда на нас напали те твари, не подумали про твои способности. А так могли бы обойтись без потерь, если бы знали точное место их лежек и количество голов.
– Хорошо, Медведь, я осмотрюсь в окрестностях, – пообещал я и тут же заторопился к себе. – Я пойду, пожалуй, отдохнуть нужно, а то чувствую – то еще потрясение испытал, как бы не свалиться неожиданно.
– Иди, разумеется. Так, всем здесь присутствующим запрещаю болтать, что у Максима вновь заработал камень, ясно? Никому, даже своим женам, мужьям и любовницам. Стрелец, особенно это касается тебя, язык у тебя что помело – ничего на нем не держится…
Медведь еще распекал подчиненных, грозя карами за болтливость и напоминая про осторожность, когда я покинул штабное помещение. Дорогу до своей палатки толком не запомнил. Вроде бы с кем-то здоровался, на что-то кивал в ответ утвердительно или отказывался от мгновенно забытых предложений. Кажется, Ольга подходила и что-то спрашивала – но что, не помню, хоть на части пускай меня режут.
До этого момента от меня словно был кусочек отрезан, весьма важная часть, без которой жить можно, но без полноты ощущений от окружающего мира. А на данный момент меня вполне можно посчитать наркоманом при получении дозы – точно так же тороплюсь домой, где накалю в ложке порошок, наберу в шприц и…. Фу, блин, что за хрень в голову лезет?! От радости?
В палатке я убрал камень в мешочек (до этого держал его в кулаке всю дорогу от штаба до дома) и повесил на шею, после чего завалился спать.
Провести разведку?
Достать женской парфюмерии?
Три раза ха! Сначала я подумаю о себе, хватит, наигрался в доброго дяденьку, да и поселок уже окреп, срочных вливаний чудес не требуется ему. И для начала хочу узнать, как провести операцию вживления камня в свое тело.
Этой ночью мне вновь приснился чародейский сон после долгого промежутка. Я висел в виде бесплотного призрака над собой. Второй-Я лежал полностью обнаженный на ровной поверхности, а над ним стоял… я. Третий-Я держал в одной руке кривой нож, а во второй драконий камень.
Несколько секунд ничего не происходило, потом Третий-Я приложил нож к груди, рядом с нижним ребром с левой стороны и, сильно надавив, повел клинок в сторону. Из раны тут же хлынула кровь, стекая по коже на ложе Второго-Я и собираясь в лужу, растущую на глазах, рядом с телом. Когда рана оказалась достаточной, Третий-Я отложил нож в сторону и освободившуюся руку сунул в нее, через секунду мне по ушам ударил жуткий хруст – мой двойник выломал одно ребро, отчего из тела (опять же моего двойника) вверх ударил небольшой фонтан крови.
Дальше картинка резко приблизилась – теперь я наблюдал за своими (условно своими, конечно) внутренностями практически в упор. Вот одно из легких трепыхается, с трудом сопротивляясь напору воздуха, попавшего в рану, обливаясь кровавой пеной и готовое вот-вот схлопнуться. А вот сизое окровавленное сердце с толстыми светлыми трубками сосудов неритмично бьется – то едва сокращаясь, то вдруг начиная бешено стучать, словно собираясь выскочить наружу сквозь страшную рану. Вот рядом с сердцем показались пальцы «хирурга», которые сжимали сверкающий драконий камень… все ближе и ближе к главному «кровавому» органу… все быстрей и быстрей тот сокращается… когда камень коснулся сердца, то замерло и…
Мне показалось, что там произошел взрыв – настолько сильным был толчок сердца, которое выплеснуло этим движением (скорее даже вытолкнуло) всю лишнюю кровь из раны.
– Как прошли испытания «Огненного пальца»?
– А?!
Вопрос был столь неожиданным, что я сильно вздрогнул и почувствовал неприятную пустоту в груди. Вокруг царила аскетичная и стерильная медицинская атмосфера. В двух метрах от меня стоял знакомый худощавый мужчина, тот самый, который вручил мне лекарство для спасения Ольги.
За какое-то мгновение, которое просто не заметил, я перенесся в это место из предыдущего видения.
– Вы забирали у меня в прошлый визит уникальное экспериментальное спецсредство, – напомнил мне собеседник.
– Ах да, точно, оно сработало на пять с плюсом и даже обратило вспять разрушение психики у пациентки. Не только исчезли все раны, но и восстановились потерянные органы, организм омолодился.
– Излечились психические отклонения? – задумчиво произнес он и потер кончиком указательного пальца переносицу. – Хм. Интересно… очень интересно. Побочный эффект или не просчитанная функция?
– Доктор… – отвлек я от размышлений собеседника, – профессор, мне бы лекарство…
Какое лекарство мне нужно – это я и сам не знал, но подсознание сгенерировало этот сон.
– А? Да-да, конечно. Извините, задумался, каюсь – находит на меня иногда такое-эдакое, теряю связь с миром, – улыбнулся он в ответ, потом протянул мне знакомый пенал. – Вот, держите – «Росомаха». От «Огненного пальца» отличается скоростью действия – мгновенно зарастают раны, даже палец сложно отрубить – отрастет в секунду. Только срок действия непостоянный. В первый час после укола пациента невозможно убить практически ничем, потом, в течение суток только разрушение мозга остановит жизнедеятельность, и еще примерно неделю регенерация будет раз в пять выше стандартной. Потом… статистики по дальнейшему набрать не успели, мало времени работаем с этим препаратом. А вы еще единственную порцию забираете у нас. М-да…. В первый час, как я уже сказал, все вредные воздействия и смертоносные яды данному препарату нипочем! Регенерация подстегивается не на какие-то жалкие сто или двести процентов, а на тысячу, нет – на десять тысяч процентов!..
…И я проснулся.
– Тронк’ра!
– Я тут, – пробурчал я, почувствовав недовольство от этого счастливого голоса шши. И только спустя несколько мгновений до меня дошло – девушка не зовет меня, не спрашивает, а просто радуется.
Причина ее радости лежала на полу рядом с моей кроватью, знакомый пенал со шприцем оригинальной конструкции, заполненным прозрачной жидкостью.
В общем, девушка счастлива, что ко мне вернулись мои способности. Рад ли я? Разумеется. Хм, а как там с самочувствием? Я прислушался к своему организму… состояние можно было охарактеризовать одним словом – перенедоспал. Чуть болит голова, словно перед сном принял снотворное, небольшая вялость, хочется есть, но одновременно кажется, что кусок в горло не полезет. В принципе, нормально себя чувствую, главное, не скрутило бы внезапно, как тогда у портала, когда пострадали ботинки Стрельца.