Иного не желаю
- -
- 100%
- +
Зал затих, осмысливая услышанное. Теперь каждый внимательно слушал докладчика.
– Цифры раскрывают тайны эпохи точнее, чем летописи. Что такое римские цифры? Это пятиричная система счисления, основанная на символах, которые можно показать пальцами рук. Первый слайд, пожалуйста, – попросил Заколов.
Ассистентка включила проекционный аппарат. Заколов продолжил:
– Уважаемая публика, наверняка, в курсе, что в древнем Вавилоне использовалась система счисления, основанная на числе 60. А почему? Шестьдесят очень удобно для торговли, потому что делится без остатка на 2,3,4,5,6,10,12,15,20 и 30. В наши дни эта система отсчета сохранилась только в часах.
Очередной слайд продемонстрировал сказанное.
– Вы знаете, что символ «ноль» появился только в девятом веке в Индии? А круглый знак, которым мы сейчас изображаем «ноль» ввел Леонардо Фибоначи лишь в 1202 году. Законы арифметики и геометрии нашли свое непосредственное отражение в кладке крепостных стен, в узорах мозаичных полов, в конструкции арок, мостов и храмов. Древнее оружие, предметы утвари также несут на себе печать достижений математики. Поэтому, мне достаточно знать законы математики, чтобы определить не только эпоху, но культурные связи между народами. Сейчас я это продемонстрирую на конкретных примерах.
Тихон показывал на экране удивительную связь между абстрактными цифрами и известными историческими постройками.
После доклада ему задали несколько скептических вопросов. Чувствовалось, что аудитория не вполне доверяет пришлому специалисту. Последним руку поднял профессор Мартынов. Не смотря на возраст, ему было за шестьдесят, Иван Степанович держался бодро и напористо. Он был невысок, лысоват, очки использовал исключительно для чтения, поэтому оправа опасно балансировала на кончике толстого носа.
– В первый день конференции вы, молодой человек, имели смелость заявить, что многие исторические загадки до сих пор не решены потому, что к ним не додумались применить современные математические методы. Кажется, вы так выразились?
Профессор явно имел в виду свой центральный доклад и тот полемический задор, с которым Заколов накинулся на Мартынова во время дискуссии. В профессорском голосе ощущалась коварная смесь обиды руководителя и любопытства ученого.
– Совершенно верно, – вынужден был согласиться Тихон.
Мартынов продолжил:
– Теория красивая, но как быть с практикой? Предлагаю вернуться к нашим баранам. Вы понимаете, о чем я?
В первый день словесная полемика после доклада закончилась тем, что профессор предложил Заколову испытание. Молодой ученый принял вызов. Во время перерыва они прошли в архив, и Мартынов показал Заколову «один любопытный артефакт».
– Что такое артефакт? – вынужден был тогда спросить Заколов.
Профессор иронично улыбнулся:
– Чтобы изучать историю помимо математики следует знать латынь – это истинный язык ученых, ораторов и поэтов древности. Artefactum происходит от двух слов: arte – искусственно, factus – сделанный. Искусственно созданный носитель культурной, исторической или символической информации.
– На нем как раз изображены символы, – заметил Тихон.
– Латинские буквы и римские цифры.
– Без цифр никуда, – парировал предыдущий укол Тихон.
Он взял в руки артефакт. Это оказался тяжелый цилиндр из темного и светлого металла. Две разноцветные половинки скреплялись в центре с помощью трех колец, на которых были изображены латинские буквы, римские цифры и висячий замок. Очевидно, внутри артефакта что-то хранилось, но чтобы ее раскрыть требовалось подобрать некий код на кольцах. На торцах цилиндра угадывалось изображение шкуры барана на подвязке. Профессор пояснил, что так выглядит орден Золотого Руна.
Тогда же профессор Мартынов предложил Заколову разгадать код. Тихон заинтересовался и пообещал подумать. Его действительно увлекла нетривиальная историческая загадка, однако судьба распорядилась иначе. В тот вечер в метро он увидел статью о фильме «Коварная дуэнья», помчался в кинотеатр, встретил Ларису Трушину, и голова молодого человека пошла кругом.
«Как же я забыл! Вот олух!»
Тихон мельком взглянул на свою сумку, оставленную на первом ряду в откидном кресле, и ему стало стыдно вдвойне. После встречи с Ларисой, всколыхнувшей прежние чувства, он думал только о девушке. Он мечтал, чтобы она позвонила, предложила встретиться. Вечерами он с надеждой смотрел на телефонный аппарат, не в силах думать ни о чем ином.
– Вы понимаете, о каких баранах я говорю? – переспросил Мартынов.
– Орден Золотого Руна, – промямлил Тихон, вспоминая о загадочном артефакте.
Его слов никто не понял кроме профессора и еще одного господина. Лысый иностранец, сидевший за Мартыновым явно заинтересовался услышанным и впился колючим взглядом в Заколова.
Секретарь конференции напомнил, что время доклада истекло. Тихон поблагодарил слушателей, подошел к Мартынову и заверил:
– Иван Степанович, я к вам обязательно зайду на следующей неделе.
– А зачем откладывать? – Оживленное эмоциональное лицо и хитрый взгляд контрастировали с солидным возрастом профессора, а его голос был наполнен лукавством: – Научные прорывы – детище молодых умов. Так продемонстрируйте ваши способности старику. Идемте в мой кабинет.
Тихону ничего не осталось, как пойти вслед за профессором. За ними чуть в отдалении увязался и лысый иностранец.
Заколов понятия не имел, как ему оправдаться перед Мартыновым, и старался тянуть время.
– Иван Степанович, сколько лет вашему артефакту? – спросил он.
Профессор, читавший лекции в университете, привык отвечать обстоятельно, и когда говорил невольно замедлял шаг, видимо, ощущая себя в учебной аудитории перед неразумными студентами.
– Я думаю, артефакт представляет собой специальный футляр, в котором хранится нечто ценное. Не золото-бриллианты, разумеется, а ценное с исторической точки зрения. Например, некие документы, имеющие отношение к Ордену Золотого Руна. Хочу напомнить, что это одна из самых влиятельных тайных организаций мира. Причем не только в древности, но и сейчас. Я думаю, даже самая влиятельная, потому что в Орден Золотого Руна могли вступать только сильные мира сего. А возраст футляра… Судя по рисунку на торцах, это самое первое изображение знака Ордена, принятое во времена Филипа Доброго, герцога Бургундского. Значит, футляру около шестисот лет.
– Шесть веков!
– Не так много по историческим меркам. Но внутри футляра может оказаться еще более древняя ценность. У вас появились мысли, как его открыть?
– А почему эта проблема возникла только сейчас? – вопросом на вопрос ответил Тихон. – Столько лет футляр хранился в архиве, и вдруг…
– Видите ли, молодой человек, загадочный предмет я обнаружил недавно. История его такова. В 1945 году из Вены к нам вывезли обширный исторический архив. По праву победителя, так сказать. Не до всего у нас дошли руки, многое долго пылилось на полках. И вот, в качестве дружественного жеста, наше правительство решило вернуть часть архива в Австрию. Я возглавил комиссию по возврату. Мы отправили в Вену около двух тысяч различных предметов и документов. Среди них есть действительно бесценные для истории Австрии. Тогда я и обнаружил этот футляр, и решил его оставить.
– Почему?
– Когда-то, в ваши годы я очень интересовался историй Ордена Золотого Руна. С ним связано много загадок.
– Например?
– Начну с самой последней. Представьте себе, недавно получаю официальное письмо из Вены. Австрийцы рассыпаются в благодарностях, приглашают меня в гости, однако просят захватить с собой еще один предмет. Всего один!
– Этот загадочный футляр?
– Совершенно верно.
– И вы вернете?
– Ну что вы! Безвозмездная передача состоялась, вопрос закрыт. Австрийские партнеры и так получили очень многое. Я расставался с архивом скрепя сердце. – Профессор остановился напротив своего кабинета, вздернул брови и поднял указательный палец вверх. – Знаете, что, молодой человек, мы сейчас пойдем прямо в архив. И на примере артефакта вы докажете мне, что математика способна решать исторические загадки.
Тихону прикусил губу. Ему совершенно не хотелось спускаться в архив. Как только профессор вскроет коробку, сразу выяснится, что артефакта там нет! Придется признаться, что он выкрал его в прошлый раз. Профессор продемонстрировал ему футляр, дал рассмотреть, но в качестве предмета для размышления передал фотографии артефакта. Тихон не хотел проиграть спор. Он подумал, что сможет вручную подобрать код, вернуть открытый футляр и извиниться. Победителей, как говорится, не судят.
Но, беда в том, что футляр исчез. Он помнит, как сунул цилиндр в свою наплечную сумку и позабыл там. А теперь сумка пуста! Как ему оправдаться?
– Может, в следующий раз? Честно говоря, мне надо еще подумать, – неуверенно предложил Заколов.
– А-а, сдаетесь! Но я вас так просто не отпущу. Вы же размышляли, и какие-то идеи у вас, наверняка, появились. У меня тоже есть соображения. Вот вместе и подумаем. Одна голова хорошо, а две – лучше! Особенно, когда они мыслят по-разному. Идемте-идемте.
Ободренный профессор потащил помрачневшего Заколова за собой.
Лысый иностранец, державшийся в отдалении, явно заинтересовался их разговором, приободрился, его плечи расправились, и маленький аккуратный животик стал казаться чем-то лишним в его фигуре. Он бросил опасливый взгляд по сторонам и мягким неслышным шагом направился вслед за ушедшими.
Исторический архив представлял собой просторное помещение без окон с длинными высокими рядами стеллажей, утыканных папками и коробками разных форм и размеров.
Профессор включил свет, уверенно прошел внутрь архивного помещения, нашел нужный ряд и показал на полку:
– Вот она. – Вверху стояла коробка, на которой помимо инвентарного номера была приклеена фотография артефакта. – Тихон, будьте любезны, принесите стремянку. Сейчас достанем и попробуем вместе разрешить загадку.
Заколов выполнял просьбу медленно, надеясь, что произойдет чудо, и Мартынова срочно куда-нибудь вызовут.
– Да что вы плететесь нога за ногу! – высказал недовольство профессор. – Дайте-ка я сам.
Мартынов легко залез на стремянку. Видимо, близость исторических реликвий, да еще в таких количествах, служили для него особым допингом. Профессор ухватился за коробку.
«Хоть бы свет погас, что ли», – уныло подумал Тихон. Ему было безумно стыдно за свой неправильный поступок. Кража есть кража, какие оправдания не придумывай. Еще мгновение, и придется признаться в неблаговидном поступке. Позора не избежать.
В следующий миг свет погас. Темнота обрушилась, как непроницаемое покрывало. Профессор чертыхнулся, Тихон схватился за стеллаж, чтобы не потерять ориентацию в пространстве. Его сердце колотилось то ли от неожиданного спасения, то ли от неясной тревоги.
За стеллажами мелькнул тонкий луч. Кто-то быстро шел к ним с фонариком. Вот свет прорезал пространство вдоль их ряда. Яркий луч ощупал их лица, ослепив обоих, и остановился на коробке, за которую продолжал держаться профессор.
– Спасибо, голубушка, – поблагодарил Мартынов, полагая, что перед ним сотрудница архива. – Помогите мне, Тихон.
Профессор снял коробку со стеллажа и протянул ее вниз. Не успел Заколов принять коробку, как ее резко дернул на себя человек с фонариком. В следующее мгновение Тихон увидел, как нога незнакомца бьет по стремянке. Это была отнюдь не женская нога, а мужская, в красивых импортных ботинках, которые днем с огнем не найдешь в московских магазинах.
Раздался грохот. Стремянка повалилась, увлекая за собой кричащего профессора.
«Вот так помощница. Это уже ни в какие ворота…» – успел подумать Тихон, как увидел взметнувшийся к потолку луч фонарика. Луч прочертил быструю дугу вверх и понесся обратно вниз. Вмиг похолодевший затылок Заколова подсказал, что неизвестный противник стремится нанести ему удар фонариком по голове.
Тихон отпрянул. Сильный удар пришелся по левому плечу. Фонарик отлетел, брякнулся на пол и погас. В последнем проблеске света Тихон успел разглядеть фигуру лысого иностранца, сидевшего во время доклада за спиной Мартынова. Гость явно пытался убежать, прихватив коробку.
Заколов бросился за ним в темноту. Ему удалось сбить противника с ног. Завязалась борьба на полу в узком пространстве между стеллажами. Никто ничего не видел, приходилось полагаться на ощущения. В какой-то момент Тихон почувствовал, что схватил противника за голову, стиснул пальцы, но тот выскользнул, и в руке Заколова осталось что-то мерзкое, похожее на скальп. Он ужаснулся, потерял концентрацию и пропустил удар в пах. Тихона скрутило от резкой боли.
Противник сумел подняться и, судя по звуку, раскрыл коробку. Последовала непонятная ругань. Пустая коробка перекатилась через Заколова, видимо ее пнули. Тихон понял, из-за чего весь сыр-бор и не удержался от злорадного возгласа:
– Ты опоздал, урод. Артефакт у меня!
Невидимый противник хотел снова наброситься на него, но за стеллажами у входа в архив послышались женские голоса. Незнакомец еще раз выругался, и что-то мягкое, похожее на маленькую подушку, свалилось на Заколова.
Зажегся свет, Тихон на миг зажмурился. Когда он открыл глаза, лысый иностранец исчез. Какая-то женщина помогала прийти в себя профессору Мартынову, упавшему со стремянки.
В своих руках Тихон увидел мерзкий парик в виде лысины и мягкий накладной животик.
7. Ограбление и находка
Зайдя в подъезд своего дома, расположенного недалеко от метро «Кузьминки», Заколов невольно вспомнил родителей. Они погибли в Абхазии в 1981-м году в результате несчастного случая. Подвесной пешеходный мост над горной речкой оборвался, когда отец и мать подошли к середине. Большая высота и торчащие из воды валуны не оставили им шансов на спасение.
Заколов-старший был военным прокурором, дослужился до звания полковника и за четверть века службы сумел скопить приличную сумму, хранившуюся в Сберегательной кассе. Горькое наследство позволяло Тихону приобрести небольшую квартиру в Москве, если бы она свободно продавалась. Все сделки на полулегальном жилищном рынке заключались путем обмена с доплатой. Ему для начала пришлось приобрести сельский дом во Владимирской области, а затем в результате трехлетних поисков и пошагового «обмена» он постепенно подобрался к Москве и стал владельцем малогабаритной двушки в густонаселенном рабочем районе.
Поднявшись на третий этаж Тихон остановился перед своей дверью и сунул руку в наплечную сумку за ключами. Пальцы угодили в широкий разрез и выскочили наружу, взгляд опустился, а настроение рухнуло. В кармашке, где обычно хранились ключи от квартиры и паспорт, было пусто!
Заколов обшарил сумку и карманы брюк. Нет, он ничего не перепутал. Ключи и документы украли! Скорее всего это произошло в вагоне метро по пути домой.
Тихон вспомнил момент, когда ему стало особенно неуютно в плотной толпе, кто-то продирался по вагону и прижался к нему со спины. Пришлось терпеть, на остановке вагон выдохнул часть пассажиров, и людской поток чуть не унес с собой застрявшую сумку. Вору достались не только ключи, но и паспорт, где указан адрес квартиры! Если вор сообразительный и расторопный…
Тихон прикинул: после выхода из метро он зашел в продуктовый магазин, купил хлеб, молоко и отстоял очередь за сыром.
О черт! За это время вор мог успеть…
Тихон дотронулся до двери и толкнул ее. Незапертая дверь открылась. С порога было ясно, что здесь побывал грабитель. Шкаф в прихожей был распахнут, одежда разбросана, содержимое полок свалено на пол.
Денег у него нет, драгоценностей тем более – вор просчитался. А если преступник еще здесь?
За неимением оружия Тихон поднял увесистый туристический ботинок с толстой рифленой подошвой и двинулся на осмотр квартиры. В комнатах царил такой же бардак, что и в прихожей: ящики выдвинуты, вещи разбросаны, кровать сдвинута. Однако грабителя в квартире не оказалось. Судя по всему, обыск полупустых комнат не занял много времени, Тихон переехал сюда три месяца назад и довольствовался минимальным набором мебели.
Беглый осмотр показал, что ничего не пропало. Грабитель не польстился даже на новенький японский магнитофон, купленный в комиссионном. Более того, украденный паспорт нашелся на полу.
Тихон опустился на стул рядом с телефоном и задумался.
Если бы действовал обычный грабитель, он наверняка забрал бы магнитофон и что-то из вещей. Но ничего не исчезло. Значит, его, как жертву выбрали не случайно. Вор пришел за чем-то иным, не обязательно имеющем материальную ценность.
Заколов перебрал рабочие тетради. Может, он совершил научное открытие, за которым охотятся? Нет. Материалы для статей, распечатки исследований и блокноты с формулами на месте. Что же тогда интересовало грабителя?
Заколов нахмурился, сцепил пальцы и стал рассуждать. Что изменилось в его жизни за последнее время?
Он встретил Ларису Трушину, провел с ней прекрасную ночь. А вдруг у девушки есть ревнивый поклонник? Тогда ревнивец постарался бы набить Тихону морду или как-то пригрозить. Нет, изменения в личной жизни ни при чем. Деньги? Их совсем не осталось после серии квартирных обменов. В «Спортлото» он не выиграл, тогда что? Вор копался в вещах, вытряхивал ящики, значит, искал некий предмет, способный поместиться в ящике стола. Какой?
Тихон вспомнил происшествие в историческом архиве. А если грабитель искал то же самое, что хотели похитить там?
Вот черт! Он же сам проговорился загримированному иностранцу с фальшивой лысиной и накладным животиком. Брякнул, что тот опоздал, намекнул, что артефакт у него! В метро он не мог разглядеть прижавшегося сзади человека, он только опустил взгляд и…
Да, теперь он вспомнил! На незнакомце были добротные импортные ботинки, точно такие же, как на грабителе в архиве! Иностранец не получил артефакт в Институте истории и явился за ним сюда. Но Тихон не помнит, где потерял историческую реликвию.
Стоп! У него дома были фотографии пропавшего артефакта. Где они?
Тихон собрал разбросанные по квартире бумаги. Фотографии, полученные у профессора Мартынова, исчезли. Кажется, это единственное, что пропало.
Он посмотрел на телефон. Сообщить в милицию или воздержаться? В квартире ничего не украли, кроме фотографий. Скажешь о них – потребуют объяснений, неудобных вопросов не оберешься. Если милиция копнет глубже, то выяснится, что он сам вор, украл историческую ценность из архива. Пожалуй, на этот раз лучше обойтись без милиции.
От телефона отходить не хотелось. Тихон уже третий вечер ждал звонка от Ларисы Трушиной. Он записал свой домашний номер на зеркале в ее спальне и надеялся, что однажды девушке станет грустно, она вспомнит приятные моменты, и тонкий пальчик наберет эти цифры на телефонном аппарате. Но тщетно. Вот уже третий вечер аппарат молчал, как убитый.
Не сломался ли телефон?
Заколов потянулся за трубкой и вздрогнул. Звонкая трель огласила комнату. Он схватил трубку и выдохнул:
– Да, это я, Тихон.
– Замечательно. Нам надо встретиться. Можете приехать ко мне?
Слова были очень правильными. Именно теми, которые он так ждал последнее время. Но… произнес их мужской голос. Звонил профессор Мартынов.
– Я наконец пришел в себя и должен обсудить с вами обстоятельства неприятного происшествия. Случилось нечто ужасное и странное. Мы должны немедленно поговорить.
Заколов выслушал адрес профессора Мартынова и поехал к нему.
Иван Степанович полулежал на диване, накрытый пледом, с холодным компрессом на голове.
– Врач констатировал сотрясение мозга, и ребро, кажется, сломано. Но… встряска полезна для ученого, – пытался бодриться старый профессор, – Неприятности позволяют взглянуть на мир по-другому.
– Извините, что не смог удержать стремянку, Иван Степанович.
– Что за глупости! Вы сами пострадали.
– Нападение случилось так неожиданно.
– А что именно произошло в архиве? Ваше мнение.
– Мне кажется, кто-то хотел украсть артефакт.
– И украл! Коробка пустая. Это возмутительно! Вы заметили вора?
– Понимаете¸ я заметил лысого человека с животиком. Однако лысину и животик он оставил в архиве.
– Как это?
– Они не настоящие, он заранее загримировался.
Заколов мучился, как признаться, что коробка изначально была пустой. Вор ушел ни с чем. А артефакт… Сначала он должен сам найти загадочный цилиндр, а лишь затем объясниться и вернуть его в архив.
– Лысый с животиком… Ага! Это был ученый из Рима по имени Паоло Розетти. Он пытался говорить со мной по-русски. Но я не знаю ни одной из его работ. Подождите! – Профессор замер с приоткрытым ртом и выпученными глазами. – Розетти интересовали мои ранние работы по истории Ордена.
– Какого Ордена?
– Золотого Руна, разумеется.
– И пропавший артефакт имеет к нему отношение.
– Самое непосредственное. Теперь это очевидно.
– Что может храниться внутри футляра? За чем охотится иностранец? – задумался Заколов.
– Какое слово главное в названии «Орден Золотого Руна»? – задал вопрос Мартынов и сам себе ответил: – Золото! Желтый металл всегда был символом власти. Во все времена самая могущественная страна мира владела самым большим золотым запасом. И наоборот. Тот, кому удается сосредоточить в своих руках большое количество золота, неизменно становится могущественным.
– Вы думаете, внутри артефакта хранится золото?
– Я говорю про совершенно другие объемы, – махнул рукой профессор. – Тысячи тонн золота исчезли из мирового оборота на сломе эпохи древних греков.
– Что значит исчезли?
– Золото спрятали. Достаточно искусно, раз до сих пор оно не объявилось.
– Артефакт может прояснить эту тайну?
– Не знаю. Но многое бы отдал, чтобы выяснить, что таится внутри закодированного цилиндра. Я чувствовал, что это необычная вещь, поэтому сохранил ее в архиве и надеялся, что вы с помощью математического подхода сможете разгадать код.
– Боюсь, профессор, что я был чересчур тщеславен. Одной математикой здесь не обойтись. Мне надо знать исторические факты, связанные с Золотым Руном, созданием Ордена.
– Похвально. Вы, Тихон, еще убедитесь, что историческая логика, в отличие от математической, весьма витиевата. Коварство и обман присущи многим историческим деятелям. Ладно бы только это. Правители прошлого были одержимы желанием завладеть, спрятать и сохранить тайну.
– Так расскажите, Иван Степанович. Мне интересно.
– Вот как мы поступим. Я подберу вам свои статьи и другие материалы на эту тему. Вы ознакомитесь, а потом мы еще раз встретимся. – Мартынов стряхнул компресс со лба, попытался подняться, поморщился от боли в груди, рухнул на подушки и позвал жену: – Рая!
В комнату вошла пожилая жена-домохозяйка, одетая так, словно собралась в театр. Она с укором посмотрела на гостя и сообщила мужу:
– Я чай приготовила.
– Вот и прекрасно. Тихон, вы угощайтесь, а мы пока подберем для вас всю необходимую информацию.
Заколов вышел на кухню. Чай и овсяное печенье с конфетами оказались весьма кстати, с учетом того, что молодой человек сегодня не ужинал.
На узкой этажерке рядом с кухонным столом располагался телефонный аппарат и толстый телефонный справочник. Тихон вспомнил о Ларисе, которая никак не хочет звонить ему, а свой номер девушка не дала. А если проявить хитрость?
Он порылся в справочнике и набрал телефон киностудии «Мосфильм». Судя по бодрому ответу, на киностудии работа кипела и по вечерам. Заколов представился сотрудником «Научфильма» и попросил соединить с актерским отделом. После двух щелчков ему ответили, и Тихон уверенно изложил вымышленную просьбу:
– Добрый вечер. Выручайте! Мы снимаем научно-популярный фильм по истории. Хотим, чтобы текст читала девушка в средневековом платье. Она будет в кадре… Нет-нет, узнаваемых лиц нам не надо. Тут вот какая тонкость. Наш консультант, профессор Мартынов, был на премьере фильма «Коварная дуэнья». Он считает, что лучше всего подойдет молодая актриса, которая играла хромоножку… Да-да, у нее была второстепенная роль… Как вы сказали: Лариса Трушина? Мы в цейтноте, пусть сегодня же Трушина позвонит профессору Мартынову. Запишите его домашний телефон.
Тихон продиктовал номер, обозначенный на телефонном аппарате. Не успел он выпить вторую чашку чая, как телефон ожил. Тихон схватил трубку и расплылся в счастливой улыбке. Его афера сработала! Он услышал голос Ларисы, которая вежливо спрашивала о профессоре.
Лирическая волна всколыхнула душу Заколова. Откуда-то взялись красивые слова, и он прочел их на распев:
– Я с тобою был недавно долгой ночью. Ну а, впрочем, этой же ночью, если захочешь, я опять у тебя.
– Тихон, ты что ли? – послышалось в трубке после долгой паузы. – Ты стал стихи писать?
– Это крик души.