Предвидящая: появление

Copyright © Sergey Baksheev, 2012

Глава 1

Если бы Михаил Давыдов знал, как перевернется его жизнь из-за простого желания попить йогурт, он бы десять раз подумал, прежде чем спуститься в торговый зал. Но Давыдов, как абсолютное большинство людей, не мог предвидеть будущее.

Рабочий день в центральном офисе сети супермаркетов «Бригантина» уже завершился. Не смотря на это, свет горел в большинстве помещений, расположенных со второго по четвертый этаж над сияющими витринами торгового зала одного из первых супермаркетов крупной розничной сети. Сотрудники и рады были бы уйти пораньше, но последние две недели декабря являлись решающими для выполнения планов по товарообороту и прибыли, что напрямую влияло на размер годовых бонусов менеджеров и уровень капитализации компании.

Последний показатель больше всех волновал номинального владельца торговой сети Леонида Романовича Скворцова. В преддверии продажи своего детища иностранному инвестиционному фонду красивая годовая отчетность существенно повышала котировки акций компании. А избавляться от вызывающей собственности стоимостью под два миллиарда долларов требовалось срочно.

В ближайшее воскресенье должны были пройти выборы в Государственную Думу. Господин Скворцов, как щедрый спонсор, был включен в верхнюю часть списка одной из ведущих партий. Это гарантировало очередное прохождение в Думу. Однако вместе с остальными документами у председателя партии хранилось заявление господина Скворцова о добровольном отказе от депутатского мандата в пользу следующего по списку кандидата. Подобные заявления писали все. Таковы были правила игры на политическом олимпе.

После успешных выборов можно было дать ход любому заявлению и как угодно перекроить список. Яркие политики-паровозы снимались добровольно. Зачем терять министерские и губернаторские кресла ради включения в многоликую депутатскую ораву? Другое дело средние чиновники и бизнесмены. Для них депутатская неприкосновенность являлась манной небесной. Она гарантировала, в случае серьезных неприятностей, возможность выбора между переселением на жесткие нары и отъездом в гостеприимный к тугим кошелькам Лондон.

Крупные бизнесмены, в соответствии с новой установкой президента, в нижней палате парламента не приветствовались. Допускалось владеть восьмизначными счетами в оффшорных компаниях, но управлять реальным бизнесом – ни-ни! Леонид Скворцов формально не руководил сетью «Бригантина». Уже более двух лет он демонстративно занимал офис в совершенно другом районе города, а контрольный пакет акций был передан им в доверительное управление Веронике Самошиной, коммерческому директору сети и по совместительству, что впрочем, тщательно скрывалось, многолетней любовнице Скворцова.

Красивая умная Вероника соблюдала приличия, не порождала скандальных ситуаций и цепко контролировала ключевые денежные потоки компании. Она была хороша во всем: и в постели, и в бизнесе, с ней даже было о чем поговорить, но… она безвозвратно теряла былую девичью свежесть и очаровательную наивность. В ухоженной тридцатилетней платиновой блондинке с жестким взглядом с трудом угадывалось та молоденькая сотрудница отдела рекламы с пухлыми губками, высокой грудью и распахнутыми от удивления голубыми глазками, в которую в свое время позволил себе влюбиться чопорный Леонид Скворцов. Сейчас она напоминала ему заморское яблоко из холодильника – по-прежнему идеальной формы, достаточно сочное, но разве его вкус и аромат сравнится с тем, что срываешь с ветки в солнечном саду под ленивое жужжание пчелы и стрекот кузнечиков.

С ней становилось скучно. Как всякую избалованную даму Самошину уже трудно было чем-то удивить или обрадовать. Разве что новые еще более крупные бриллианты в обрамлении ювелирных шедевров дизайнеров с мировым именем вызывали чувственный трепет Вероники. Но такие подарки даже для миллионеров весьма накладны. Поэтому одновременно с розничной компанией Леонид Скворцов твердо намерен был расстаться и с изрядно поднадоевшей любовницей.

И делать это требовалось срочно! Иначе после выборов чинуши-перестраховщики дадут ход его заявлению и закроют двери к заветному креслу в Государственной Думе. А иноземные покупатели-крохоборы, как назло, тянули с окончательным решением. Всё подсчитывали будущие барыши и перепроверяли документы со времен образования компании. Было от чего нервничать российскому бизнесмену, которому на протяжении многих лет приходилось делать постоянный выбор между серой совестью и черным налом. Скупые цифры денежных знаков, впрочем, всегда побеждали, а «рубцы» на душе давно не кровоточили.

Вдобавок к рутинной нервотрепке последних недель, серьезно напугал сегодняшний неожиданный звонок в избирательный штаб. Мутный призрак из прошлого мог бросить тень на безукоризненно подготовленные к продаже бумаги компании. Но для таких экстренных дел у депутата имелся верный цепной пес, начальник службы безопасности Викулов Валерий Васильевич. Уж он-то предпримет надлежащие меры и эффективно устранит угрозу благополучию шефа.

Михаил Давыдов, директор по информационным технологиям компании «Бригантина», беспечно спустился в торговый зал супермаркета. После ударных доз крепкого кофе раздраженный желудок требовал чего-нибудь успокаивающего. Михаил выбрал йогурт с натуральным соком, и уже расплачивался на кассе, когда услышал строгий возглас охранника:

– Хватит играться! Быстро проходи, туда или сюда!

Охранник магазина обращался к девочке-подростку, застывшей в тамбуре между двумя автоматическими раздвижными дверьми. Мимо сновали покупатели, стеклянные двери разъезжались и сходились, а странная девочка оставалась на месте. Она словно что-то прикидывала, прежде чем войти в магазин. Охранник беззвучно выругался и хотел, было, прогнать глупую девчонку, как та рывком проскользнула сквозь дернувшиеся двери и вбежала в торговый зал.

«Провинциалка», – подумал Михаил, бросив взгляд на изрядно потертое пальто девочки, несуразную вязаную шапочку и стоптанные потрескавшиеся сапожки из кожзаменителя. На вид ей было лет тринадцать. Серые миндалевидные глаза восточного типа растерянно взирали на пестрое предновогоднее убранство торгового зала.

«Первый раз в Москве. В магазин пришла как на экскурсию», – определил Давыдов.

Получив чек, он привычно проверил точность расчета скидки по дисконтной карте, корректность округления и соответствие указанному времени. Затем тут же отвинтил широкую крышку и глотнул прохладной густой жидкости. Пока организм наслаждался приятными вкусовыми ощущениями, профессиональный взгляд IT-директора прошелся по плазменным рекламным мониторам и камерам видеонаблюдения. Исправность информационной начинки всех технических систем огромной сети супермаркетов являлась прямой должностной обязанностью Михаила Давыдова.

По изменению прозрачности объектива он заметил, как уменьшается фокусное расстояние на ближайшей видеокамере. Михаил улыбнулся и сделал приветливый жест невидимому наблюдателю. Как патриоту родной компании, которой отдано шесть лет жизни, ему импонировало, что все службы работают четко, и каждый сотрудник занят своим делом.

В маленькой комнате без окон перед стеной из мониторов, на которые выводились картинки со всех видеокамер, установленных в супермаркете «Бригантина», стоял, расставив ноги, крепкий зрелый мужчина с накачанным торсом. То, что начальник службы безопасности Валерий Васильевич Викулов сам занял место рядового сотрудника, говорило о чрезвычайной важности и особой конфиденциальности момента. Его стальные глазки, прижавшееся к орлиному носу, холодно наблюдали за меняющимися картинками. Обнаружив одинокую девочку в одном из электронных квадратов, он увеличил изображение на весь экран. Приметы совпадали: серое клетчатое пальто и белая вязаная шапка с длинными ушками, утяжеленными помпончиками.

Большой палец уверенно набрал номер на мобильном телефоне.

– Девчонка появилась, – доложил Викулов, не отрывая взгляда от экрана.

– Уверен, что она? – Собеседник явно волновался. – Вглядись в лицо. Она должна быть наполовину татаркой.

– Черные волосы, широкие верхние веки, суженный разрез глаз, выступающие скулы… – размеренно шевелились густые усы Викулова.

– Она похожа на свою мать?

– Да. Те же глаза и осанка… Но когда вырастет, будет еще красивее.

– Не отвлекайся! Где она находится?

– Вошла в торговый зал.

– Так приступай немедленно!

– Нет проблем, босс.

Викулов отключил сотовый, набрал трехзначный номер на трубке служебного радиотелефона и без предисловий спросил:

– Видишь девчонку в дурацкой шапке около паллеты с пиротехникой?

– Так точно.

– Это та, кого мы ждем. Действуй по нашему плану.

Глава 2

Девочка-провинциалка заворожено провела пальцем по синей коробке с пестрым изображением салюта. Такие же фейерверки и ракеты лежали в ее комнате на втором этаже загородного дома.

…Ей было тогда шесть лет. Папа только что привез огромную сумку с праздничной пиротехникой, а она сразу стала канючить:

– Запусти, запусти!

– Дина, завтра, – одергивала мама.

– Я хочу салют. Ну, папочка…

– Только одну, – сжалился строгий отец. – Остальные – завтра, в Новый год. Выбирай.

Она вытащила самую большую ракету на толстой палке. Ее воткнули в сугроб перед домом. Чиркнула зажигалка, яркий огонек бодро побежал вверх по фитилю. Ракета с шипением ушла в темное небо и с озорным треском рассыпалась на десятки разноцветных мерцающих звездочек. Улыбающийся сильный папа обнимал за плечи красивую добрую маму, а Дина прыгала рядом и радостно кричала. В какой-то момент она взглянула на их вздернутые вверх лица.

Такими она их и запомнила. Счастливыми и молодыми.

А ночью она увидела кошмарное и яростно прекрасное огненное зрелище. Пылал их дом, а над пламенем во все стороны разлетались злобные вспышки фейерверков. Одетая в тонкую пижаму она пряталась во дворе за пушистой живой елкой, которую накануне наряжала вместе с мамой. Босые детские ножки тонули в снегу. Но Дина дрожала не от холода, а от дикого страха…

Михаил Давыдов опустил бутылочку из-под йогурта в высокую урну на выходе из магазина. Он вышел на ступени, чтобы проветриться. Морозный декабрьский ветерок нагло пробирался сквозь плотный пуловер и рубашку. Вдохнув свежего воздуха, Михаил собрался вернуться на рабочее место. Неожиданный крик: «Пожар! Пожар!» заставил его вздрогнуть. В торговом зале звонко кричала та самая странная девочка. Она испуганно пятилась от мирной горки пиротехники, беспомощно заслоняясь ладошками, словно перед ней бушевало жаркое пламя. Крикнув еще раз, девочка пробежала между кассами, стукнулась о не успевшие открыться раздвижные двери и выскочила на улицу, чуть не сбив Давыдова.

«Да у нее и с головой не всё в порядке», – с жалостью подумал Михаил. Однако дальнейшие наблюдения заставили его поменять мнение.

Девочка поначалу метнулась вправо в хорошо освещенную зону парковки, затем проскользнула между автомобилями и решительно изменила направление. Мимо Давыдова пробежал охранник с выпученными глазами, покрутил бритой головой и устремился в сторону, противоположную той, куда скрылась беглянка.

Михаила развеселила отчаянная ловкость девчонки. «Да это находчивый голодный ребенок. Пусть полакомится шоколадкой, или что там она стащила».

Но через пару секунд забавное происшествие предстало в совершенно ином свете. На паллете с фейерверками неожиданно вспыхнул столб пламени. Сработал один из огненных фонтанов. Сразу же начали рваться и полыхать соседние коробки с пиротехникой. Ракеты суматошно разлетались по торговому залу, чиркали об пол, врезались в стеллажи и осыпались жаркими хлопьями. Покупатели в панике ринулись к выходу. Едкий пороховой дым клубами поднимался к потолку.

Пока потрясенный Михаил Давыдов таращился на вспышки взрывов, на удивление слаженно среагировали охранники. Сразу несколько человек в синей форме прибежали с огнетушителями. Пенные струи обрушились на горящие фейерверки. Дыма стало больше, но огонь поутих. Сработала система пожаротушения, и с потолка брызнул веерный дождь.

Обычно спокойный и невозмутимый Давыдов поначалу растерялся. Но колебался он недолго.

«Девочка не просто воришка, а полный отморозок. Устроить пожар в людном месте ради мелкой кражи – на такое способно только бездушное чудовище! Она должна понести наказание».

Михаил быстро оценил обстановку. Все охранники заняты устранением паники и пожара. Тот, кто побежал первым, выбрал неверное направление. Остается он. Надо действовать. Он хорошо запомнил девочку, заметил, куда она скрылась, и сможет ее догнать!

Михаил соскочил со ступеней и устремился вдоль автостоянки. Глаза рыскали среди заснеженных автомобилей и встревоженных людей. Отвязной девчонки не было видно. «Неужели у нее был сообщник на колесах?» Он дернулся во двор – никого. Развернулся и побежал к боковой улице. За ней торговый центр, где легко затеряться, а там уже и метро.

Он выбежал к дороге и чуть не наткнулся на тонкую фигурку в клетчатом пальто. Это была она! Растерянная девочка стояла у нерегулируемого перехода, явно опасаясь перейти улицу. На ее лице было такое же напряженное ожидание, как перед раздвижной дверью супермаркета.

«Попалась!», – решил Давыдов и потянулся к ее худенькому плечу.

Он всё еще не предполагал, как это событие опрокинет его размеренную жизнь.

Глава 3

– Прошляпил поджигательницу! Не смог поймать паршивую девчонку! Где она? – ревел начальник службы безопасности Викулов, отчитывая подчиненного.

Бритый круглолицый охранник сконфуженно оправдывался:

– Да я, Валерий Васильевич, как только, так сразу побежал. А она…

– Я, она! Куда твои тупые зенки пялились? Ты для чего здесь стоишь?

– Охраняю…

– Зачем дал ей выбежать? Я же предупреждал. Надо было хватать здесь!

– Я не понял. Огня еще не было…

– Было, не было. Видишь, бежит – лови! Кто компенсирует нам ущерб?

Он развел мощные волосатые руки, демонстрируя залитый водой товар. Огонь в магазине был потушен, а торговый зал закрыт для посетителей.

– Будешь отрабатывать! – пригрозил кулаком начальник.

– Как скажете.

– Я для тебя такое придумаю, такое! Ты еще пожалеешь, что на свет родился! – бухтел громовым голосом Викулов, наседая на испуганного охранника.

Не смотря на возраст: «слегка за пятьдесят», начальник службы безопасности сохранял свое тело в подтянутом бодром состоянии, и когда порой игриво зажимал молодых продавщиц в подсобке, в ответ слышал лишь кокетливый поощряющий смех. Самые смелые уступали напору Викулова, о чем, впрочем, не жалели. Крепкие руки большого начальника могли не только тискать молодое тело, но и подталкивать его по должностной лестнице.

На улице заныла пожарная сирена. Противный вой усиливался. Вскоре назойливую новогоднюю иллюминацию дополнили красные мигающие фонари пожарной машины.

– Их только за смертью посылать. Как и тебя! – Викулов ткнул удрученного охранника кулаком в грудь и направился к командиру пожарного расчета, тыкавшемуся в заблокированные стеклянные двери. – Опоздал! Мы сами всё потушили. Для вас работы нет.

– Но надо…

– И единственного пострадавшего уже отправили в больницу.

– Я должен проверить и составить акт, – оправдывался пожарник, безоговорочно признав в уверенном волевом человеке вышестоящего начальника.

– Проверяй. Пустите его. – Викулов пихнул ногой упавшую тележку, перегораживающую проход, и рявкнул на растерянных продавщиц: – Чего рты разинули? Наводите порядок!

И без того хмурое лицо начальника службы безопасности прорезала вертикальная морщина над переносицей. Он понял, какой разговор ему предстоит с владельцем компании. Это с экрана телевизора депутат Скворцов говорит вежливым литературным языком, а в общении с подчиненными его словарный запас мало отличается от речи матерого прораба перед гастарбайтерами.

В нагрудном кармане Викулова завибрировала небольшая телефонная трубка. Звонил служебный радиотелефон начальника службы безопасности. Такие средства связи имели все ответственные лица компании. Валерий Васильевич взглянул на высветившийся номер с фамилией звонившего сотрудника и брезгливо рявкнул в телефон:

– Я занят!

Отключиться он не успел. И не пожалел об этом. По мере того, как собеседник что-то сбивчиво рассказывал, мрачное лицо Валерия Васильевича разглаживалось и принимало довольный вид. Он дружелюбно скомандовал:

– Держи ее. Сейчас буду.

– Я не поджигала, не поджигала, – жалобно скулила перепуганная девочка.

Те же слова она твердила, пока Михаил Давыдов тащил ее к служебному входу в супермаркет. Он специально провел упирающуюся хулиганку вдоль витрин торгового зала, изуродованного безумной выходкой, и впихнул в помещение службы охраны. Здесь было пусто. Все сотрудники занимались устранением последствий чрезвычайного происшествия.

– Ты бы что-нибудь новенькое придумала, – съязвил Давыдов, глядя на съежившуюся в офисном кресле девочку-подростка.

Старомодную шапочку она сжимала в ладошках на коленях. Крупная янтарная заколка, стягивавшая черные волосы в конский хвост, сбилась и держалась лишь на честном слове. Из-под густых длинных ресниц на Михаила затравленно зыркали красивые серые глаза. Однако сочувствия к малолетней преступнице он не испытывал. Она сотворила ужасный поступок и должна за него ответить. Коллеги знали, что точность в делах и стремление к справедливости – две главные черты характера излишне прямолинейного директора по информационным технологиям.

Михаил Давыдов позвонил со своей рабочей трубки начальнику по безопасности Викулову и сообщил о том, что поймал поджигательницу.

– Теперь другие с тобой будут разбираться, – предупредил он юную хулиганку.

– Не надо других! Я не поджигала, – оправдывалась девочка.

Михаил устало вздохнул.

– Мне можешь не врать. Я слышал, как ты первая закричала «пожар». Огня еще не было, а ты уже вопила! И знаешь почему? Потому что сама зажгла фитиль и знала, что вот-вот всё вспыхнет. Хотела под шумок что-нибудь умыкнуть?

– Я не поджигала. Всё из-за двадцати секунд, – прошептала девочка.

– И про секунды я уже слышал. Смени репертуар.

В первые минуты после того, как он схватил у дороги девочку, она заявила, что увидела вспышку огня и крикнула «пожар», а потом, уличенная во лжи, путано твердила про некие двадцать секунд, о которых совсем забыла от испуга.

– Как тебя зовут? – успокоившись, спросил Михаил.

– Дина.

Давыдову стало жаль несуразного подростка. Худышка выглядела беззащитной неухоженной хрупкой девочкой. Что она могла украсть? Красивую шоколадку, которую никогда в жизни не ела, или дешевые леденцы в яркой обложке. Если бы это было так, он бы никогда не побежал за ней. Но она устроила пожар, подвергла риску жизнь ни в чем не повинных покупателей.

Михаил подавил жалость и жестко произнес:

– Не надо врать, Дина. Не терплю глупых лгунишек.

– Я не вру! Я всё вижу раньше, чем вы! Увидела огонь и закричала, а он еще не загорелся.

– Хватит!

– Я не обманываю вас, – беспомощно заплакала девочка.

Давыдов лишь покачал головой.

– Ну, как вам доказать? – Дина неожиданно напряглась, уставилась на дверь. – Вот! Сейчас в эту комнату зайдет усатый человек и ударит меня по лицу.

Михаил невольно перевел взгляд с притихшей девочки на закрытую дверь. Из коридора послышались четкие приближающиеся шаги.

Дина съежилась еще сильнее и подтянула колени. Если бы у нее было одеяло, она бы сжалась в комочек и спряталась под него. Как тогда, в детстве, когда ее теплый уютный мир в одночасье превратился в пепел.

…В ночной темноте две пары ног осторожно крались по лестнице. Но дубовые доски всё равно поскрипывали. Почему папа с мамой не слышат их?

Родители легли спать поздно, перед этим грелись у камина и что-то пили из пузатых бокалов. Папа говорил, что год был замечательным, особенно в бизнесе, не грех и отметить. Ее, маленькую и вертлявую, со скандалом отправили спать, обещая, что завтра, в новогоднюю ночь Дед Мороз обязательно положит подарок под наряженной елкой. Но ей хотелось подарок сегодня. И тогда мама, тряхнув головой, сняла со своих волос янтарную заколку с озорным дельфинчиком. Она ласково стянула в хвост волосы девочки и сжала их красивой взрослой заколкой. Засыпая, Дина обещала себе, что непременно подкараулит Деда Мороза и попросит у него для мамы с папой что-нибудь особенное.

Проснувшись среди ночи и услышав крадущиеся шаги, Дина подумала, что новогодний волшебник решил перехитрить ее и принести подарок раньше. Но почему он идет наверх на второй этаж, ведь елка наряжена во дворе? И пришельцев двое, а на легкую поступь Снегурочки грузные шаги не похожи. Может у Деда Мороза так много подарков, что ему требуется сильный помощник?

Странные шаги стихли, за дверью послышался зловещий шепот: «Сначала их. Девчонка никуда не денется».

Если это Дед Мороз, зачем он пугает ее? У доброго волшебника не может быть такого страшного голоса. Дина хотела закричать, но спазм сдавил ее горло.

А потом она увидела огонь!

Дина откинула одеяло, метнулась к двери. Но в коридор было нельзя, огонь шел оттуда. На комоде в деревянных часах мягко тикала секундная стрелка. Девочка выскочила на балкон. Огонь наступал. С оглушительным грохотом в комнате начали взрываться петарды. Благодаря многочисленным фейерверкам пламя мгновенно набрало огромную силу. Свежий сугроб смягчил отчаянный прыжок шестилетнего ребенка. Дина побежала по снегу и спряталась за густой нарядной елкой. Босые ноги не чувствовали холода, глаза расширились от испуга.

Две черные фигуры выбежали из горящего дома. Тот, что бежал сзади, своими длинными руками и раскачивающей походкой напомнил ей орангутанга, которого она видела недавно в цирке. Если первый вертел головой, то второй неизменно глядел под ноги. На полпути к калитке он резко остановился. Темные глазки, прижатые к приплюснутому носу, прошлись по мелким следам на снегу и уткнулись в наряженную елку. Оцепеневшая девочка навсегда запомнила леденящий взгляд из-под тяжелых надбровных дуг, прощупывающий густые еловые ветки.

«Линяем!», – шикнул напарник, убежавший вперед. Человек-орангутанг раздумал идти к елке, и обе фигуры скрылись за забором.

Дина обреченно опустила голову. Подарков под новогодней елкой не было. Страшные чужаки не имели к Деду Морозу никакого отношения.

Всполохи бушующего огня причудливо отражались от новогодних шариков и вздрагивали искорками в крупных слезинках маленькой девочки…

– Сейчас в эту комнату зайдет усатый человек и ударит меня по лицу.

Технарь до мозга костей Михаил Давыдов не верил в предсказателей и гороскопы.

«У девочки в голове какая-то каша, и она всеми способами пытается найти оправдание своему дикому поступку. Более того, стремится выставить себя невинной овечкой. Отсюда и наглая фраза-предсказание».

Давыдов прикинул ход ее мыслей. То, что в комнату войдет человек, и так ясно: слышны уверенные шаги. Девочка слышала, как он разговаривал с Викуловым, возможно знает его внешность, отсюда – «человек с усами».

«А вот про удар по лицу она загнула. Не будет взрослый мужик бить беспомощную девчонку! Даже если она отъявленная хулиганка».

Распахнулась дверь. Набычившийся начальник службы безопасности ввалился в комнату, миновал Давыдова, не удосужив его и краешком взгляда, остановился около девочки и…

Михаил рывком сдвинулся с места, но не успел помешать тому, что случилось.

Глава 4

Толстая ладонь Викулова обрушилась на лицо девочки. Худенькое тело грохнулось на пол. Янтарная заколка с дельфинчиком свалилась с растрепанных волос. На перевернутом кресле бешено вращались два колесика из пяти.

– Зачем? – крикнул Михаил.

– Вали отсюда! – огрызнулся Викулов. – Посмотри, что она в магазине устроила.

– Она утверждает, что не виновата.

– Адвокаты мне не нужны. Сам разберусь.

– Но зачем было бить? Она еще девочка.

– Вижу, что не мальчик. – Валерий Викулов по-военному развернулся к надоедливому айтишнику. – Вот что, Давыдов. Я благодарен тебе за поимку поджигательницы. Но дальнейшая работа с ней – моя зона ответственности. Командир здесь я! Иди к своим компьютерам, а в мои дела не встревай!

– Надо действовать по закону.

– А я как, по-твоему, работаю? Дина получит то, что заслужила. По закону!

Девочка приподнялась, размазывая по щеке тыльной частью ладони кровь из разбитого носа. Хвостик на голове окончательно рассыпался, длинные черные волосы свесились на одну сторону, закрыв густой дугой правый глаз. Но достаточно было и одного колкого зрачка под изогнутой смоляной бровью, чтобы понять невысказанный вопрос: «Ну что, я оказалась права?»