В живых не оставлять

13

Дежурный районного отделения полиции указал Петелиной, где находится кабинет следователей. Елена прошла по коридору. В тесном помещении со старой мебелью ютились трое сотрудников. Вычислить среди них начальника не составило труда: относительно свободный от папок стол располагался в самом выгодном месте – у окна. К нему и шагнула Петелина. Представляться ей не пришлось, тонкая улыбка районного начальника говорила о том, что ее здесь ждали.

– Кто к нам пожаловал, сама Петелина. Вы за своим? – ухмыльнулся следователь и кивнул подчиненным на дверь. – Перекурите.

Те, бросив взгляд на гостью, вышли.

– На каком этапе дело? – профессиональным языком спросила Елена, присаживаясь на стул.

Райотделы полиции расследовали нетяжкие преступления, в основном кражи, хулиганство, драки. Сюда и попал Сергей Петелин после драки у сгоревшего склада.

Полицейский извлек из стола страницу с рукописным текстом, прихлопнул ее ладонью и ритмично побарабанил пальцами:

– Пока имеется только заявление от гражданина Меньшова, страхового агента, о причинении ему побоев гражданином Сергеем Петелиным.

– Свидетели? – коротко спросила Елена.

– В качестве свидетелей зафиксированы двое сотрудников нашего отделения. Они были на месте и задержали гражданина Петелина.

Елена понимающе кивнула, полицейский изобразил хитрую улыбку – мы все свои. Вслух он сказал:

– С допросом вашего близкого родственника я повременил. Наговорит сгоряча лишнего, и закрывать придется. – Он придвинулся и посмотрел в глаза гостье. – Вы же понимаете, как дела делаются.

– Я из понятливых, – после паузы ответила Елена.

– Тогда рад знакомству, Елена Павловна. – Полицейский расслабился, протянул свою визитку, получил ответную, внимательно ее изучил и попросил: – Мобильный телефончик допишите и забирайте вашего бывшего.

Он открыл сейф и передал пакет:

– Это его личные вещи. Все в полной сохранности. Пусть распишется у дежурного.

Освобождение прошло быстро. Елена вышла с Сергеем из отделения и дала волю своим чувствам, когда они сели в машину.

– Дожили. Теперь тебя из-за решетки приходится вытаскивать. И за что? За драку! Зачем ты набросился на страхового агента?

Сергей с отвращением принюхивался к своей одежде.

– Мне дали сделать один звонок, всего один. Почему ты так долго ехала?

– И тебе спасибо за помощь, – раздраженно ответила Елена.

– Я благодарен, Ленок, но ты же для них своя. Вытащить меня отсюда тебе ничего не стоит.

– Ничего? – скривилась Елена. – Ты понимаешь, что я теперь буду обязана местному следователю, а я этого терпеть не могу.

– Пошли его к черту. Я не виновен.

– Невиновным ты станешь, когда потерпевший Меньшов заберет свое заявление.

– Я бы снова этого агента… – Сергей впечатал кулак в раскрытую ладонь.

– И сделать это надо завтра до трех часов! – грубо осекла бывшего мужа Елена.

Сергей сник и заскулил:

– Я попал на деньги, Лена. У меня склад сгорел. Полностью! Это кошмар!

– Там товаров почти не было.

– А кредит был. Кредит есть, а страховки не было. Если бы этот Меньшов пришел вчера. Если бы я к нему съездил…

– Да что ты заладил: если да если. Если бы я была чуточку умнее четыре месяца назад… – Елена вздохнула и взялась за живот.

Сергей заметил осторожный жест и забеспокоился:

– Что с тобой? Что-нибудь серьезное?

– На УЗИ сходила, – призналась Елена и прикусила губу в сомнении: говорить или нет? Потом выдохнула: – Будет мальчик.

– Мальчик? – Сергей выпучил глаза и радостно воскликнул: – У нас будет сын!

– Не у нас, а у меня, – осекла его Елена, хотя в душе порадовалась столь бурной реакции.

Не успела она подумать о втором претенденте на отцовство, как зазвонил ее телефон. Это был Марат. Легок на помине, подумала она и ответила.

Вместе с голосом Елены Марат услышал радостные возгласы Сергея: «Мальчик, сын»! И сразу забыл, что собирался говорить о ходе расследования.

– Лена, ты сделала выбор? Ты с Сергеем? – спросил он, готовясь услышать худшее.

– Это другое. Я вытащила его из отделения, он подрался.

– Ничего себе, – облегченно выдохнул Марат.

Но сомнения не оставляли его, ведь он слышал слово «сын». Или ему показалось? Он осторожно поинтересовался:

– Чем он так возбужден? Я правильно понимаю, что у тебя будет…

– Да, у меня будет мальчик.

– Сын. – Марат широко улыбнулся и на несколько секунд онемел. Потом спохватился: – Лена, я приеду, где ты?

– Я еду домой. Сергей отправляется к себе. Для нас троих ничего не изменилось, – громко ответила Елена для обоих мужчин и добавила в трубку перед тем, как отключиться: – А ты позаботься о дочери, Валеев.

Откуда она знает, что дочь гостит у него? – озадачился Марат. Он посмотрел на Алсу, сидевшую рядом с ним в машине, перевел взгляд на Майорова за рулем. Вот кто трепло! Ваня позвонил своей Гале, та уже в декрете, она поделилась новостью с Еленой. Беременные женщины всегда найдут общие темы.

Нотки ревности успокоили Марата. Лена интересуется его жизнью, значит, она думает о нем так же, как и он о ней.

14

Алиса услышала сдавленный крик и вбежала в комнату. Сурен лежал головой на столе, схватившись руками за живот. Его лицо искажала гримаса боли.

– Что случилось? Что с тобой? – всполошилась девушка.

– Помоги… – Давтян слабо качнул рукой в сторону дивана.

– Сейчас. Держись за меня. Вот так. – Алиса помогла ему переместиться на диван и лечь. Сразу метнулась к телефону: – Я вызову скорую.

– Там бездари. Звони моему другу, – слабым голосом попросил Давтян. – Найди в моем телефоне. Левон-доктор… Нашла? Звони.

Алиса дождалась ответа, стала сбивчиво объяснять ситуацию. Посыпались вопросы: боли в области сердца или живота, зрачки расширены или сужены, как дышит? Когда врач понял, что Сурен в сознании и пытается отвечать, потребовал дать ему трубку.

– Левон, спаси, – прохрипел Давтян.

– Еду. Возможно отравление, выпей воды и два пальца в рот.

Алиса принесла воду, подставила к дивану большую кастрюлю, сбегала за полотенцем. Давтян, давясь хрипом, старался опорожнить желудок. Он быстро слабел, пенистая слюна текла по его подбородку, а тело неожиданно затряслось от мелкой дрожи.

Алиса подумала, чем его укутать, и бросилась в спальню за одеялом. Она схватилась обеими руками за край покрывала, намереваясь сдернуть его с кровати, и чуть не оглохла от собственного крика. Ее выпученные глаза увидели страшное – на кровати лежали цветы, крупные белые астры. Кошмар повторился, свежие цветы были искалечены, их стебли были надломлены под бутонами.

Девушка в панике отбросила цветы, потом подняла один и вернулась к Сурену.

– В спальне астры. Все сломаны. – Она тихо завыла: – Это он. Он был здесь. Он вернулся за мной.

– Выследил, сволочь, – процедил Давтян, дико вращая глазами, пока не наткнулся взглядом на бутылку на столе. Его рот перекосился от осознания непоправимой ошибки: – Коньяк.

– Тебя увезут, тебе помогут, а что делать мне? – скулила женщина. – Он снова придет сюда и убьет меня.

Взгляд Сурена переместился на Алису. Минуты счастья с ней обернулись смертельной опасностью, но даже сейчас, заплаканная и беспомощная, она была столь соблазнительна. Перебарывая слабость, он решил:

– Мой компаньон, Шильман, поможет тебе. Набери его.

Она нашла имя Шильмана в его телефоне, нажала вызов и поднесла трубку к уху Сурена. Тот закряхтел, собирая силы для разговора.

– Артур, меня отравили… Врач уже едет, сейчас не обо мне. У меня Алиса Никитина, она тоже в опасности, укрой ее у себя на время… Потом объясню, если выживу. Обещаешь?

Сурен посмотрел на девушку и попытался ободряюще улыбнуться:

– Он приедет за тобой.

После этих слов его глаза закатились, и Давтян отключился. Алиса со страхом наклонилась к нему. Неужели и он тоже? Сначала Волков, теперь Давтян. Нет!

Она выбежала из квартиры, чтобы позвать на помощь соседей, и тут вспомнила: ее учили делать искусственное дыхание. Реально она никогда не пробовала спасать человека, но теоретически знает, как это делается. Она вернулась к дивану, Сурен лежал на спине и не дышал. Двумя ладонями пять-шесть раз она ритмично надавила ему на грудную клетку в области сердца. Потом набрала в легкие воздуха и выдохнула в его раскрытый рот. Так она повторяла процедуру много раз до тех пор, пока ее не отодвинул приехавший врач.

Он что-то вколол Сурену длинной иглой в грудь. Еще один человек явился с носилками, они положили на них Сурена.

– Что с ним? – спросила Алиса.

– Его срочно нужно везти в больницу, а вы звоните, – ответил врач и оставил визитку. – Откройте дверь и вызовите грузовой лифт.

Они подняли носилки и направились к выходу. Алиса семенила впереди, расчищая проход.

– А что будет со мной? – выкрикнула она мучивший ее вопрос в закрывающиеся двери лифта.

– У вас на кухне что-то горит, – успел ответить врач.

Алиса почувствовала запах подгоревшего мяса. Как же она забыла! Она вбежала на кухню и выключила плиту. Сочный стейк, который она начала жарить для Сурена, превратился в дымящуюся черную подошву старого сапога. Алиса выбросила сгоревшее мясо в пакет для мусора и принялась яростно скоблить сковородку. Ее терзали страшные вопросы: что будет с ней, как долго ей осталось? Грязная монотонная работа позволила на время забыться. К реальности ее вернул резкий звонок.

Кто-то трезвонил в дверь.

Звонок повторился, долгий, настойчивый. До Алисы дошел весь ужас сложившейся ситуации. Она одна в квартире со сломанными астрами. Прошлый раз это закончилось смертью, и сейчас события развиваются так же. Сначала удар по Сурену, теперь ее очередь. Нет, она затаится и никому не откроет. Ее нет здесь, уйди прочь, кто бы ты ни был!

И тут она услышала, как дверь открылась. Дура! Какая же она дура! Она не заперла ее после ухода врачей.

Кто-то шел по коридору. Алиса сжала в руке большой нож, которым скребла сковородку. Шаги затихли. Человек выбирал куда идти: в гостиную или на кухню. Если он пройдет мимо, она выскочит и попытается убежать из квартиры. Ну, давай же, ступай прямо, дай мне шанс.

Но человек свернул на кухню. И опять Алиса проклинала себя. Дура, ее же слышно, она не выключила кран с водой. Она прижалась спиной к стене, стиснула рукоятку ножа обеими руками и выставила его вперед, как штык.

Человек подошел к двери в кухню. Если это тот, кто называл ее Астрой, ее ждет участь сломанного цветка. Как же бешено колотится сердце, и взор застилают слезы отчаяния. Сможет ли она защитить себя?

Дверь медленно открылась, и Алиса узнала вошедшего. Хотя руки еще сжимали большой нож и были готовы к обороне, ее ноги подкосились. Девушка беспомощно осела на пол.

15

Дома Марата встретили аппетитные запахи, к ним он был готов, вчерашний вечер приучил. Однако чистая кухня, отмытая плита, сияющая раковина, необычно белый холодильник его приятно удивили. Он и представить себе не мог, что его зачуханная кухонька может выглядеть так достойно.

– А миску я заменила, мыть бесполезно, – призналась Рената.

Марат опустил взгляд. Кот Чингиз фыркнул на него и проскользнул ужом между ног хозяйки по чистому полу к новой миске с остатками ароматной вкуснятины. Назревает кошачья революция, понял Марат.

– Я бы сегодня уехала, но с кухней провозилась, потом в магазин сбегала, кое-что приготовила. Посмотрела на часы – поезд ушел. – Рената виновато тронула билет на столе.

Из ванной появилась умытая Алсу, мельком оглядела кухню, плюхнулась на стул, прокомментировала:

– На жилье стало похоже. – И покачала головой. – А ванная у тебя, папа, – я себя в зеркало найти не могла. И на окна страшно смотреть – их когда-нибудь мыли?

Марат покосился на мутное стекло. И как он раньше не замечал жуткого налета многолетней пыли?

– Если браться за окна, то и занавески придется стирать, – по-хозяйски заметила Рената. – Мне не трудно, нужно время.

Марат скомкал билет, бросил в мусор и перехватил открытый взгляд Ренаты.

– За неделю справишься? – спросил он и виновато улыбнулся, вроде шутку сморозил.

– Квартира небольшая, и кот аккуратный, – зарделась Рената и всплеснула руками: – Остывает все, давайте ужинать.

Чингиз, будто ждал похвалы, запрыгнул на колени Ренаты, расслабленно заурчал, прикрыв глаза до узких щелочек. Мохнатый прохвост никогда этого не делал ни с одной его знакомой. Скорее мог порвать колготки или нагадить в туфли – это был его стиль.

Что происходит, удивился Марат. Два дня назад за этим столом он давился пельменями в удрученном настроении. Сейчас вкусный ужин на чистой кухне и неспешный разговор помогал забыть о проблемах. Говорила в основном Алсу. Она увлеченно рассказывала про то, что увидела в Москве. И с придыханием в голосе сообщила, что папа расследует убийство.

Скоропостижная смерть, а не убийство, хотел возразить Марат, но воздержался. Как и в случае с Еленой ему захотелось, чтобы простое дело оказалось не таким уж и простым. Пусть женщины видят, что он занимается опасной мужской работой.

Уже во время чая неожиданно позвонила Елена. Сама! Марат вскочил, задев стол и расплескав чашки, шепнул, что это по работе, и поспешил в пустую комнату.

Разговор действительно оказался деловым. Отец Волкова требовал от Петелиной результаты расследования обстоятельств смерти своего сына, и Елена звонила, чтобы выяснить детали.

– Его понять можно, речь идет о единственном сыне, и я пообещала рассказать завтра, – объяснила свой неурочный звонок Елена.

Марат охотно сообщил, что, кроме маленькой странности с чистой бутылкой коньяка, остальные факты подтверждают версию врачей о сердечном приступе. Но он чувствует, здесь что-то не так.

– Будем верить фактам, а не чувствам, – сухо обмолвилась Елена.

После этих слов оба замолчали, каждый уловил скрытый смысл, касающийся их отношений.

16

Алиса отчаянно махала руками, пытаясь отбиться от наседавшего на нее монстра, как вдруг обнаружила, что колотит по одеялу. Она проснулась, кошмарный сон закончился. Испуганный взгляд метнулся по сторонам, желая убедиться, что она в безопасности.

Широкая кровать, изысканная мебель, красивая спальня. Она вспомнила, где находится. Эта комната и загородный дом в целом намного лучше квартиры Давтяна. Что за странную игру ведет с ней судьба, каждый раз она перебирается во все более дорогое жилье, но главное в ее жизни остается прежним. Место новое, а страхи старые. И ужас, пробравшийся в нее когтистым пауком, разрастается.

Вчера на квартиру Давтяна за ней приехал Артур Шильман, основной владелец комбината «Нанохиммед». Алиса узнала его, на новогодней вечеринке их познакомил Давтян. К тому времени Волков, на которого она угробила лучшие годы жизни, потерял должность, стал выпивать, и Алиса поняла: пора искать запасной вариант. Первым спасителем стал Сурен, одинокий богатый мужчина, у которого разве что слюнки не текли при встрече с ней. Но вчера кошмар повторился, Сурену стало плохо от выпитого, и Шильман увез Алису к себе домой. Он богаче и влиятельнее Давтяна, но что ей с этого – он женат, и у него есть сын. Бизнесмен приютил ее по просьбе друга, только и всего. Здесь ей ловить нечего, она помнит, каким взглядом ее встретила жена Шильмана Анна: если что, раздавлю и не поморщусь.

Ночь на нервах не позволила сносно отдохнуть, Алиса снова стала задремывать. Окончательно ее разбудил звонок телефона. Она отбросила одеяло и схватила трубку – Давтян! На дисплее высвечивалось его имя.

– Да, Сурен, как я рада. Ты поправился? Где ты? – защебетала воодушевленная девушка.

Но ей ответил другой голос:

– Алиса, это врач Левон Маркарян, я вчера приезжал на помощь Сурену.

– Я помню. И что? – напряглась девушка.

– Я сделал все возможное, но… – мужской голос дрогнул: – Его сердце остановилось.

– Что? Вы про кого говорите? Где Сурен?

– Сурен умер, – после паузы ответил врач и сухо добавил: – Сердце.

У Алисы перехватило дыхание. А потом на нее нахлынула волна возмущения:

– Как же так? Вы его врач, вы знаете его болячки и должны были его спасти. Он позвонил вам, потому что был уверен, что вы ему обязательно поможете.

Врач извинялся, оправдывался, успокаивал, пока Алиса не бросила трубку. Она встала с постели, взъерошила волосы, посмотрелась в зеркало. Нервы быстро превращают ее в старуху. Что же делать? Все опять повторилось, точь-в-точь как с Волковым. Выпил, стало плохо, увезли, не смогли спасти – остановка сердца. Опять и врачи, и полиция будут твердить про естественную смерть, она бы тоже поверила, если бы не сломанные астры. Они понятия не имеют, что они означают.

Придется им объяснить. Где телефон тупого полицейского? Как там его, он оставлял визитку. Вот она – майор Валеев.

Алиса набрала номер, дождалась ответа и яростно выпалила:

– Опять! А вы не верили.

– Алиса Никитина? Что случилось?

– Давтян умер, вот что.

– Кто такой Давтян?

– Сурен Давтян, бизнесмен. Я ушла к нему, потому что на старой квартире меня бы убили.

– Успокойтесь. Расскажите, как умер Давтян?

– Мы были дома, собирались ужинать, Сурен выпил коньяк, ему стало плохо. Приехал врач, а сегодня… сегодня врач сказал, что Сурен умер. От сердца.

Валеев заинтересовался: коньяк, сердечный приступ, смерть – история повторяется.

– Какой коньяк он пил?

– Армянский. Но дело не в коньяке, я нашла сломанные астры.

– Астры? – переспросил Валеев, припоминая реакцию девушки на сломанные цветы: – Про цветы подробнее, пожалуйста.

– Вы снова не поверите. Какая к черту естественная смерть, если подброшены цветы.

– Алиса, выпейте успокоительного. Я приеду. Где вы? – принял решение оперативник.

Алиса выскочила босиком из комнаты в ночной сорочке, прижимая телефон к уху, и столкнулась с хозяином дома.

– Скажите адрес. Где я?

Шильман остановил девушку, встряхнул ее за плечи:

– В чем дело? Звонили от Сурена?

– Его больше нет. Умер.

Алиса заплакала, беспомощно опустила руки, ткнулась носом в мужское плечо. Шильман одной рукой обнял девушку, другой перехватил трубку. На шум вышла его жена Анна в халате с косметической маской на лице. Женщина оценила неприличную сцену и яростно зыркнула на мужа. Слов не потребовалось, Шильман подтолкнул девушку в комнату.

– Оденьтесь, умойтесь, приведите себя в порядок. А я решу вопросы. – Он забрал телефон, откуда слышался голос Валеева.

– Я боюсь, – пролепетала девушка.

– Глупости, мой дом под охраной, – уверенно сказал бизнесмен.

17

В трех шагах от знакомой двери его рука автоматически опустилась в карман за ключами. Четыре месяца Марат жил отдельно от Елены, но продолжал носить ключи от ее квартиры. Ключи, как символ прежних отношений, помогали сохранять уверенность в том, что разлад закончится, он с Леной снова будет вместе, а если ключи убрать или, того хуже, вернуть, то разрыв неизбежен.

Открыть дверь он не решился, сейчас он пришел не к себе домой, а к коллеге по важному делу, поэтому нажал на звонок. За спиной Марата переминалась любопытная Алсу, и когда Елена открыла дверь, первый ее взгляд был поверх плеча гостя.

– Это Алсу, моя дочь, – представил Марат и добавил, путаясь в объяснениях: – У нас проблемы. Не с Алсу проблемы, не со мной, а по работе. По нашей с тобой работе.

Они прошли в квартиру. Валеев на ходу рассказывал:

– Второй мужчина умер рядом с Алисой Никитиной.

– Кто? – озадачилась Петелина.

– Некий Сурен Давтян. Алиса переехала к нему после смерти Волкова.

– Как это произошло?

– Опять сердце. Давтян хотя и старше Волкова, но все равно, мужику только сорок шесть.

– Одна девушка, два трупа, – задумалась Елена. – Еще что-нибудь общее имеется?

– Оба мужчины пили коньяк непосредственно перед смертью. Волков – французский, Давтян – армянский. В первом случае много подозрительного.

– Эксперты в коньяке ничего не нашли, – напомнила следователь.

– Да, но на бутылке и бокале нет отпечатков пальцев, бутылку вообще могли подменить.

– Откуда такая уверенность?

– Волкову подарили новую марку коньяка, а после его смерти я изъял обычную бутылку.

– Любопытно, – пробормотала Елена, сосредоточив задумчивый взгляд в пустоту.

Марат не раз наблюдал ее в подобном состоянии: мышцы напряжены, в голове вихрь версий, в глазах разгораются азартные огоньки. Этого он и добивался, решив поговорить с ней при встрече, а не по телефону. Следователь приняла вызов, игра в кошки-мышки начинается. Петелина, как опытная кошка, теперь не остановится, даже если мышью окажется матерый волк.

Оперативник подкинул «дровишек» в топку расследования, продолжая делиться подозрениями: