Война и любовь

Глава 1

Декабрь 2021 года

Декабрьским утром в Грайгороде подморозило, вчерашние лужицы затянуло льдом. Темно-серый «УАЗ-Патриот» миновал трехэтажку на улице Мира, остановился и сдал задним ходом в переулок. Так машина не торчала на виду, а водитель мог наблюдать за крайним подъездом. Он не впервые так делал. Надеялся на встречу, якобы случайную, но каждый раз срывался, завидев знакомого. Начальника отдела уголовного розыска майора полиции Олега Мешкова в маленьком городе знали все.

В зеркале заднего вида майор заметил приближающуюся женщину. Узнал ее по величавой осанке. Уже потом разглядел норковую шубу, а рядом малыша в ярком комбинезоне.

Как же некстати! Мешков прикрыл глаза и сполз по сиденью. Не помогло.

Женщина поравнялась с внедорожником, постучала в стекло и выразительно кивнула:

– Доброго дня, Олег Николаевич.

Мешкову пришлось опустить стекло:

– И вам доброго, Мария Федоровна. Внука в детсад?

– Утренний моцион, – подтвердила моложавая бабушка и поправила внуку вязаную шапку. – На будущий год Феденьке в школу.

Мария Федоровна Синица, хозяйка самого престижного в городе ресторана «Три кабана», знала себе цену и в шутку говорила: «Лучше Синица в руках, чем кредит в банке». Бизнесмены подтверждали: дело говорит. Мария Федоровна была знакома со всеми влиятельными людьми в городе, ведь каждая вторая свадьба и торжество проходили в ее заведении. Несмотря на ранний час женщина успела накрасить глаза, подвести губы. В мочках ушей поблескивали серьги, кольцо с бриллиантом выпирало под тонкой перчаткой.

Хитро прищурившись из-под очков в золотой оправе Мария Федоровна посочувствовала:

– Опять в засаде?

– Служба.

– И опасна и трудна, – подыграла умная женщина.

«Так не мешай! – хотелось крикнуть майору и нахамить: – Вы кучу времени угробили на макияж, бирюльки нацепили, а красота от природы – или есть, или нет!»

В женщинах Олега Мешкова цепляла особая пропорция фигуры: соотношение длины ног и роста. Некое золотое сечение, чтобы талия на нужной высоте – ни выше ни ниже, и сама талия к бедрам – ни уже ни шире. А остальное: красивые глаза, пышные волосы или выразительная грудь – приятное дополнение к чудесному образу. Так он и выбрал будущую жену Ольгу. Увидел босую девушку, выскользнувшую из спальни младшего брата, и запал. Ольга торопливо натягивала джинсы на стринги, а он пялился на идеальную фигуру и убеждал себя – ты будешь моей! Девушка не смущалась.

Андрей Мешков, младший брат Олега, когда-то поступил в Харьковский университет на инженера, но быстро освоил более выгодное занятие. Покупал на оптовом рынке в Харькове дешевые шмотки и сбывал их в родном городе на Белгородчине. Благо, по трассе всего восемьдесят километров. Сначала таскал товар сумками, потом «газелями» и не только в Грайгород.

Андрей вечно пропадал в разъездах, а Олег окружил Ольгу дерзким вниманием и наглым ухаживанием. Любят девчонки нахрапистых и брутальных. Однажды Олег защитил ее от пьяных хулиганов – и девушка не устояла.

На свадьбу в «Трех кабанах» Ольга надела туфли на шпильках и нарушила идеальную пропорцию. Подвыпившие гости умилялись грациозной невестой, а Олег страдал. Ему она нравилась босиком.

Модельные туфли не могли простаивать, и жена неизменно надевала их по праздникам. У него в эти дни портилось настроение. Как-то раз он честно объяснил причину, но Ольга рассмеялась: «Свихнулся! Ты знаешь, сколько эти туфли стоят?» А босиком она не ходила даже дома, только в домашних тапочках на танкетке.

Годы шли, Олег свыкся, притерпелся. Семья как семья, не хуже других. Сыну Юрке уже семь лет. И в постели Ольга все-таки босая, хоть и в длинной ночнушке и с вечным: «Я устала».

Так продолжалось пока Олег не столкнулся с Натальей.

Инспектора по делам несовершеннолетних Наталью Сергеевну Кошелеву перевели из Белгорода в их отдел прошедшим летом. Сначала Мешков увидел ее на службе в форме старшего лейтенанта, но не таращился вслед, как некоторые коллеги.

Городская девушка следила за фигурой и записалась в студию йоги во Дворец культуры и спорта, где в это время проводился косметический ремонт. Из-за запаха краски занятия перенесли на лужайку. Там-то Олег и увидел Наталью по-новому: босиком на траве. Бедра, талия, ноги – то же идеальное соотношение!

Олегу стала сниться Наталья, да не просто так, а в замысловатых сексуальных фантазиях. Просыпаясь, он избегал прямых взглядов с женой – было стыдно. А на службе украдкой вглядывался в Наталью и злился на себя, когда она замечала.

Коллеги помогали Кошелевой осваиваться в городе. По-товарищески. Новая кровать из мебельного помещалась только в «Патриот» Мешкова. Старший лейтенант попросила, майор перевез и помог собрать.

Возились оба, упарились. В процессе работы избавились от лишней одежды: Олег оказался с голым торсом, а Наталья в белой майке и обтягивающих штанах для йоги. Девушка откинула прядь волос с потного лба, и он неожиданно сжал ее талию, ухватил за золотое сечение. Ее глаза изумленно расширились, но по рукам нахала не ударила. Успела ахнуть: «не постелено», когда он повалил ее на новый матрас, и отвернула лицо от жадных губ, хотя ноготками вцепилась в мужскую спину.

В первый раз у них вышло наспех и неловко. Неделю не разговаривали. А потом оказались на той же кровати, уже застеленной, чтобы доказать друг другу, что могут лучше. И получилось. Через неделю снова. Но после каждой встречи, натягивая белье, они сидели по разные стороны кровати и без слов понимали, что поступают неправильно.

Жаркое лето закончилось, теплая осень сбросила яркие наряды и обернулась унылым предзимьем. Также уныло и холодно стало на душе майора полиции. Вот уже больше месяца Наталья не подпускала его к себе и отгораживалась сугубо служебными отношениями. Мучимый тоской Олег иногда приезжал к ее дому, подбирал слова для встречи и уезжал при виде знакомых.

Он готов был сорваться и сейчас, но в этот момент Кошелева вышла из подъезда. В короткой куртке, юбке выше колен и полусапожках – на градусник не посмотрела?

Мария Федоровна оценила степень надрыва в мужских глазах и спохватилась:

– Федя, выбрось лед! Привет жене, Мешков.

Статная женщина потянула внука вперед, а сама неблаговидно выворачивала шею назад.

Ну и пусть смотрит! Мешков вырулил на улицу, поравнялся с коллегой.

– Наталья Сергеевна, садись, подвезу.

– Здравствуйте, Олег Николаевич. Я и пешком дойду.

– Пишкарем замерзнешь. – Мешков выдохнул в открытое окно, демонстрируя морозный пар.

– Аргумент ребром! – передразнила майора Кошелева.

У Мешкова часто выскакивали эти слова-паразиты, но как тут обидишься – Наталья села в машину. Правда, не рядом, а на заднее сиденье.

– Как вы здесь оказались, товарищ майор? – спросила она.

– Синица побалакать вызвала.

– И что начирикала хозяйка ресторана?

Мешков сообразил быстро:

– Так у нее караоке. Девчонки несовершеннолетние на музыку слетаются, за ними пацаны прут. У хлопцев женилка выросла, а мозги не окрепли. Бузят! Нам бы рейд в «Три кабана» устроить. Ты, как инспектор, я опер.

– Вдвоем в ресторан?

– А шо?

– Только сейчас придумали?

– Натаха, ну шо ты цепляешься. – Мешков обернулся и невольно опустил взгляд в область талии.

– Вы бы на дорогу смотрели, товарищ майор.

– Привычка опера оглядываться для безопасности. Аргумент ребром!

Наталья прыснула, Олег гордо хмыкнул, и в «Патриоте» стало будто теплее. Подъехали к отделу полиции. Мешков поспешил распахнуть перед Кошелевой дверцу. Она вышла, он сжал ее локоть.

– Ты обращайся, Натаха. Несовершеннолетние хулиганы еще те охломоны. Или вдруг дома полку привинтить. Я завсегда рядом.

Они смотрели друг другу в глаза неприлично долго.

– Спасибо, что подвезли, товарищ майор. Но больше не надо, на нас смотрят, – промолвила Наталья и пошла к крыльцу.

Мешков поднял взгляд. Из окна второго этажа на них взирал начальник полиции подполковник Черкасов. Майор поднял растопыренную ладонь:

– Привет, Сан Саныч!

«Мешкову хоть кол на голове тещи!» – отпрянул от окна Черкасов и позвонил дежурному:

– Направь Кошелеву ко мне. Немедленно!

Инспектор по делам несовершеннолетних вошла в кабинет начальника. Светлые кудри на голове старшего лейтенанта, сбитые на одну сторону, добавили досады рано облысевшему подполковнику.

– Кошелева, ты что с постели? Хоть бы причесалась!

– Только шапку сняла – приказ «немедленно». Мне выйти оправиться?

– Да погоди! – Подполковник прошел по кабинету, хмуро глядя на стройные ноги подчиненной. – Кошелева, ты в городе человек новый. Наши сотрудники тебе помогли переехать, освоиться. Это товарищеская помощь. Хватит!

– Меня коллега подвез.

– А вот не надо просто так к коллеге в машину прыгать. У Мешкова семья, жена, сын.

– Приятно слышать.

– Приятно ей, – проворчал подполковник. – От ваших приятностей у меня неприятности!

– Александр Александрович, вы о чем?

– О жизни! Ты знаешь, что у нас рядом воинская часть?

– Еще бы. Белгород–22.

– В Доме офицеров будет Новогодний праздник. Сначала концерт, потом танцы. – Черкасов нашел на столе Новогоднюю открытку и протянул Кошелевой: – Это пригласительный билет. Пойдешь на праздник к военным. Одна!

– Зачем?

– Там много холостых офицеров.

– Теперь понимаю. А если я другое хочу?

– И я хочу, но молчу. Это приказ!

– Слушаюсь, товарищ начальник.

– И нарядись, Кошелева. Я проверю!

Отдавая приказы, подполковник неизменно угрожал проверкой, однако сейчас пожалел об этом. На пороге кабинета Наталья обернулась и одарила начальника шаловливым взглядом из-под светлых локонов:

– Буду выбирать наряды, приглашу на примерку.

Глава 2

Ресторан «Три кабана» располагался на окраине города в живописном лесном парке и занимал несколько павильонов и беседок. «Мои клиенты пешком не ходят», – приговаривала владелица ресторана Синица. Вот и сейчас Мария Федоровна заметила подъехавший красивый автомобиль неизвестной марки. Зато вышедшего из машины клиента она узнала сразу.

– У нас ВИП! – предупредила хозяйка официантов.

И сама вышла поздороваться с Андреем Мешковым. В ее иерархии младший брат майора полиции достиг гораздо большего, чем старший.

– Из Белгорода сразу к вам, – порадовал Синицу богатый клиент, посетовал на погоду и заказал кофе «флэт уайт» с фирменными сырниками.

Пока готовили заказ Андрей позвонил Олегу Мешкову.

– Привет, братишка! Я в Грайгороде. На электричке домчался.

– На чем? – майору показалось, что он ослышался.

Железная дорога через Грайгород не проходила. Железнодорожный путь вел только в воинскую часть и использовался военными.

– На электромобиле «Тесла»! Новенькая! Заскакивай в «Три кабана», заценишь.

После того как Олег отбил у Андрея Ольгу, отношения братьев не то чтобы испортились, но стали прохладнее. Андрей Мешков с головой ушел в бизнес. Открыл в городе магазин «Смешные цены», где торговал всем подряд. Сначала возил дешевый товар с Харьковского рынка «Барабашово», а после возвращения Крыма в Россию – из Московского «Садовода». Торговля шла бойко. Маленький Грайгород предприимчивому дельцу стал тесен, и Андрей открыл магазины в Белгороде, куда со временем и переехал.

– Ты прикатил похвастаться? – осадил младшего брата Олег.

– На сделку. За мной фура с товаром идет для Ильи Аверина. Я здешний магазин ему продал, но товаром снабжаю. Порадую земляков перед Новым годом.

– А себя богатым наваром.

– Ты, как не родной, братишка! На ужин домой пригласишь? Или мне в гостинице кантоваться.

– Так кушать хочется, что переночевать негде?

– Боишься, что Оля к успешному брату переметнется?

– А шо ты другую не сыщешь, раз такой успешный?

– Успех и мешает. Не хочу, чтобы девушка со мной ради денег.

– Не веришь в любовь?

Андрей помрачнел:

– Послушай сюда, братишка. К тебе Ольга не по любви переметнулась. Она меня любила, а ты наглостью взял. В трусы залез, пацана заделал.

– О! Ты до сих пор о ней сопли жуешь. Умей проигрывать!

– Да пошел ты! К себе не приглашаешь, тогда я с Мишкой Штанько в кабаке гульну.

Отчаянный хулиган Михаил Штанько был одноклассником Олега Мешкова и жил по соседству. Андрей был всего на год младше брата, тянулся к старшим, и они приняли его в свою компанию. После школы друзья несколько лет держались вместе, а потом жизнь раскидала всех по разным делянкам.

Олег Мешков отслужил срочную в армии и стал полицейским. Андрей поступил в Харьковский университет, но не закончил. Торговля приносила денег больше и сразу. Мишка Штанько, имевший многочисленную родню на Украине, перегонял «с незалежной» европейские бэушные автомобили. Машины имели сомнительную «родословную», поэтому пришлось освоить тайные тропы через границу. Со временем Штанько мог перейти условную границу туда-обратно с закрытыми глазами, и переключился на более выгодный товар – контрабандные сигареты.

Андрей Мешков услышал, как официанты обсуждают его диковинный для малого города электромобиль, и внес ясность в их спор:

– Мощность тысяча лошадок, разгон до сотни за 2,6 секунды!

По пути из Белгорода Андрей хотел проверить эти параметры. Нашел ровный участок, разогнался и еле удержал машину на заиндевевшей трассе. Сразу понял, что приобрел автомобиль на летней резине. Но ничего, вернется, купит лучшие зимние шины и устроит новое испытание.

Потрясение официантов от услышанного затянулось и бизнесмен снисходительно поинтересовался:

– Кормить меня сегодня будут?

Официанты побежали на кухню. Андрей Мешков набрал номер Мишки Штанько:

– Заступ, здорово! Узнаешь?

– Андрюха!

– Ты не против сегодня в «Трех кабанах» гульнуть?

– Есть повод?

– Фуру с товаром в «Смешные цены» отгружу. Аверин бабки отбашляет – вот и повод! – Демонстрацию «Теслы» Мешков решил придержать для сюрприза.

– Когда встречаемся?

– Часам к шести фура подкатит. Значит, в семь можно.

– Заметано. До встречи!

Штанько впечатлило, с какой легкостью Андрюха Мешков говорил о фуре с товаром. А в школьные годы он защищал младшего Мешкова от задиристых сверстников, тогда и заслужил прозвище Заступник, короче Заступ. Теперь Андрюха в областном центре руководит бизнесом, а он на своем горбу таскает через границу безакцизные сигареты.

Штанько наморщил лоб: фура с товаром это сколько бабла? Нехило! Эти деньги Мешков получит от Ильи Аверина в шесть. Значит сумма сейчас у Аверина в магазине. В голове завертелась назойливая мысль: если Аверина грабануть, то у друга не убудет. Фура с товаром останется у Андрюхи, продаст кому-нибудь другому – и оба с наваром!

Штанько посмотрел на часы: до шести время есть. Он позвонил двум верным подельникам-контрабандистам: Виталию Ломакину по кличке Лом и Пашке Хворосту по кличке Хворый. Назначил встречу, как обычно, в своем гараже.

Там Заступ растолковал подельникам про фуру и деньги, которые можно взять в легкую.

– Ну как? Наведаемся в «Смешные цены»? Риска меньше, чем за кордон мотаться, а навара больше. Я припугну, Аверин обделается и отдаст бабки. – Штанько показал травматический пистолет.

– А если не обделается, а деньги в сейфе? – засомневался Ломакин, умевший вскрывать простые замки.

– Да я ему ствол в рот запихну! А ты распотрошишь сейф.

– Без подготовки? Треба время.

– Пока будем репу чесать – денежки тю-тю!

– Магазин – дело серьезное, – поддержал сомнения напарника Хворый. – Проще белгородского торгаша прижать, когда получит бабло.

– Я тебя прижму! Андрюха Мешков мой друг!

– А если шо пойдет не так?

– Не бздите! Дерьмо возьму на себя. Отвечаю!

– Нас Аверин опознает.

– А маски ковидные на шо! – Штанько достал пачку медицинских масок. – И главное: нас тамочки не было! Мы же по вечерам завсегда туточки, в гараже! И зараз чиним мою «Ниву». Включим музыку, свет, прикроем гараж, будто здесь ковыряемся. А сами пехом.

– Алиби! – оценил идею Хворый.

Штанько включил музыку, раскрыл капот «Нивы» и скомандовал:

– Лом, хватай инструмент и погнали!

Глава 3

В конце декабря к пяти вечера уже темнело. Трое грабителей поодиночке выскользнули из гаража и разными путями прошли к магазину «Смешные цены». Встретились сзади у служебного входа. Свет с улицы сюда почти не проникал.

– Железная, – потрогал запертую дверь Хворост.

Ломакин выудил из рюкзака лом-гвоздодер, посетовал:

– Шумно будет.

– Аверин, сам откроет, – заявил Штанько.

Грабители прикрыли лица двумя медицинскими масками, надвинули на глаза вязаные шапочки. Штанько замолотил кулаком в дверь:

– Эй, хозяин! Товар приехал. Открывай! Заснул что ли? Мне еще в обратный рейс. Открывай!

– Иду! Сейчас! – послышалось за дверью.

Над входом вспыхнула лампочка, в двери защелкал замок. Ломакин и Хворост отпрянули от света, Штанько, наоборот, приготовился к рывку и зло улыбнулся под маской. За распахнутой дверью он увидел Илью Аверина. И тут же стремительный удар кулаком разбил торгашу нос. Штанько ворвался внутрь, вывернул руку хозяину магазина и припечатал лицом к стене.

– Вякнешь – убью! – прошипел он и для убедительности ткнул дулом пистолета в висок. – Где деньги? Показывай!

Штанько затолкал полусогнутого Аверина в кабинет. За главарем крались подельники. В кабинете никого не было.

– Проверить стол, – приказал Штанько, а сам продолжал удерживать Аверина в болевом захвате.

Из выдвинутых ящиков на пол полетели бумаги и папки. Порожняк! Хворый нашел барсетку хозяина магазина, вытряхнул на стол содержимое. Порылся в портмоне, пересчитал купюры:

– Трохи боле двадцати!

Не те деньги, чтобы расплатиться за оптовую партию, понимал Штанько. Он уже заприметил старый сейф величиной с тумбочку, больше похожий на подставку для цветочного горшка. Цветок с розовыми лепестками и красовался сверху сейфа.

Штанько до хруста вывернул руку Аверину и ткнул носом в сторону стального ящика:

– Бабло тамочки? Отворяй!

Аверин застонал от боли, хлюпнул разбитым носом, но не выдавил ни одного внятного слова. В этот момент на столе зазвонил его сотовый телефон.

– Разбей! – приказал Штанько.

Хворый грохнул мобильник об пол и растоптал для верности. Штанько вновь стал угрожать Аверину пистолетом:

– Гони ключ, сука!

Лом заметил выпавший из барсетки лепестковый ключ. Примерил ключ к сейфу – подошел! Два оборота – дверца открылась.

– Есть! – обрадовался Лом.

На верхней полке грабители увидели пачки купюр.

– Гнида! – выругался Штанько и пихнул Аверина на пол. Жестом указал подельникам: – Приберите бабки!

В жилах Михаила Штанько пульсировал адреналин. Дело выгорело! Он нервно шагнул туда-сюда, замахнулся пистолетом на сжавшегося на полу Аверина и предупредил:

– Вякнешь ментам – спалю магазин и твой дом!

Разгоряченный главарь не заметил, что еще в начале нападения Аверин свободной рукой успел нажать тревожную кнопку на брелке-сигнализации в кармане брюк. Сигнал поступил на пульт дежурного отделения полиции. Дежурный капитан Гамаюн определил место сигнала и по инструкции перезвонил владельцу. Ответа не последовало.

Тогда капитан вызвал по рации патрульных:

– Внимание! Сигнал тревоги из магазина «Смешные цены». Кто рядом, проверьте. Не исключен ложный вызов. Такое бывало.

В «Патриоте» майора Мешкова тоже сработала служебная рация. Олег вспомнил разговор с братом о партии товара для Ильи Аверина. Ругнулся про себя. Идиоты! Отмечают сделку и сели на брелок сигнализации.

– Мешков на связи. Я рядом с магазином, заеду, – сообщил майор по рации дежурному и свернул к магазину «Смешные цены».

На задворках магазина он ожидал увидеть грузовик с товаром. Грузовика не было. Не наблюдалась и «Тесла» брата. Странно! Зато в окне директорского кабинета за закрытыми жалюзи мелькали чьи-то тени.

На припорошенной снегом земле оперативник разглядел следы – несколько человек прошли. Следы вели к двери, а вот обратных следов не наблюдалось. Мешков огляделся, притащил деревянный поддон из стопки у помойки и подпер заднюю дверь магазина.

Сам вошел через главный вход. Покупателей в торговом зале не было.

– Товар из Белгорода получили? – спросил Мешков скучающую продавщицу Жану Войтенко.

– Ждем. А вам шо надо?

– В магазине тихо? Аверин один?

– Один, у себя, – молодая продавщица кивнула на подсобку. – Уронил шо-то. А так тихо.

В этот момент из подсобки донеслась невнятная ругань. Мешков приложил палец к губам, извлек из наплечной кобуры пистолет и мягкой поступью направился в подсобное помещение.

Теперь он отчетливо слышал голоса:

– Дверь, падла, не открывается.

– Замок заклинило?

– Хрен знает!

– Навались, ударь!

Кто-то с разбега всадил плечом в железную дверь, ведущую во двор. Поддон выдержал. Под шум нового удара Мешков заглянул в директорский кабинет. На полу ворочался перепуганный Илья Аверин с разбитым носом. Вооруженный пистолетом грабитель давал указания подельникам, возившимся у выхода с непокорной дверью.

– Ни хера не можете, тля! Уходим через главный.

Майор шагнул внутрь и гаркнул:

– Ствол на пол! Руки вверх!

Грабитель в маске повернулся на голос и тут же выстрелил. Мешков был готов к подобной реакции. Он припал на колено и выстрелили в ответ. Пуля угодила грабителю в правое плечо, раздался крик.

Но крик был женским. И за спиной полицейского! Мешков обернулся.

– Какого… – не успел выругаться майор, как ужасный хруст заставил его содрогнуться.

Любопытная продавщица Жанна проникла вслед за ним в подсобку. Мешков увернулся, а продавщица не ожидала выстрела. Пуля попала девушке в грудь и сбила с ног. Падая, Жанна ударилась головой об открытую дверцу стального сейфа. Хруст проломленного черепа и услышал полицейский.

В порыве ярости он развернулся, готовый всадить весь магазин в грабителя. Тот выронил пистолет, сдернул маску и шапочку. Глаза полицейского округлились. Он узнал школьного друга Мишку Штанько.

– У меня травмат! – оправдывался грабитель и толкнул ногой оружие. – Проверь. Это травмат!

Двое других грабителей таращили глаза на происходящее. Мешков разозлился:

– На пол, суки! Мордой вниз и не дергаться!

Грабители подчинились. Оперативник бросился к Жанне. Она лежала на полу лицом вверх. Распахнутые остекленевшие глаза девушки смотрели сквозь него, сквозь потолок и стены в незримую бесконечность. Рядом валялся разбитый цветочный горшок. Невесомые розовые лепестки покоились на тонкой шее девушки и не вздрагивали.

Мешков проорал в телефон, вызвал «скорую» и полицию. Попытался нащупать у девушки пульс – не дождался. Стряхнул прилипший лепесток и опустил руки. Отчего-то вспомнилось название цветка – Декабрист. Вывалившийся из горшка цветок еще можно спасти, а Жанну…

– Олег, это я. – услышал Мешков голос Штанько. – Я один напал. Эти двое ни при чем. Отпусти их.

– Мы не хотели, – проблеял Хворост.

– Мы просто зашли в магазин. Мы не знали, – вторил Ломакин.

Полицейский оценил разгром в кабинете и спросил поднявшегося с пола хозяина магазина:

– Аверин, кто тебя бил?

– Этот. Он главный, – указал хозяин на Штанько. – И пистолетом угрожал, сволочь!

Директор магазина не пытался помочь продавщице и даже не спрашивал, что с ней. Он ворошил пакет, в который грабители сложили пачки купюр.

– Деньги целы? – спросил Мешков.

– Вроде. А двадцать штук где? Из барсетки!

Хворост выкинул из кармана смятые купюры. Штанько клянчил:

– Олег, отпусти хлопцев. Я всё на себя возьму.

Мешков схватил бывшего друга за шею и затряс, глядя в глаза:

– Ты убил ее. Ты убил Жанну!

– Моя вина, только моя. Отпусти хлопцев, – хрипел Штанько.

– Хочешь с групповой статьи соскочить!

– Да если бы не я, их бы здесь не было!

Это было правдой. Мешков взглянул на жалкие фигуры неудавшихся грабителей.

– Аверин, а тебе пофиг, сколько их было?

– Главное деньги. Товар скоро…

– За гроши вы все, за гроши. – Мешков рассвирепел, пнул Хвороста и Ломакина. – Бегом отсюда! Исчезли! И ты директор слиняй, в магазине шмотки сторожи. Гэть!

Перепуганные грабители и Аверин покинули кабинет. Мешков поигрывал пистолетом над бывшим другом:

– Штанько, ты тоже можешь уйти. Напади на меня и тикай!

– Я ранен.

– Жаль, что сразу не пристрелил. Нападай! Ну! Будет шанс. Все равно пристрелю. Нападай!