Боевой маг при эстелийском дворе

Глава 1. О сомнениях и советах

– Я бы подумал на твоем месте, – Рикарду мрачно потер подбородок с таким видом, словно говорил: «Я бы на твоем месте отказался».

– Это хорошая работа и хорошие деньги, – упрямо сказал Лес.

Я пока предпочитала сидеть тихо и молчать, лучше послушать. Я в эстелийской политике не понимаю примерно ничего, а без этого оценить в чем подвох сложно. Но подвох явно был, даже я чувствовала. Собственно, Лес тоже чувствовал, именно поэтому и пришел к отцу. Все же эстелийской родни у них хватает и Рикарду куда больше общается с ними, куда больше в курсе дел.

Начать хотя бы с того, что звали Леса на работу не по отцовской протекции и не по рекомендации кого-то из многочисленных родственников, а просто так. Конечно, Лес сильный маг и вообще молодец, и наград у него хватает, но все равно выходит, что он почти случайный человек, со стороны. Да и официальная репутация у него так себе. А звать случайного человека из-за границы в королевскую службу – не слишком типично. Понятно, что случаи бывают, но для этого нужны либо особые заслуги.

Поэтому вопрос, почему позвали именно Леса, остается открытым.

Тем более, что письмо написано от имени министра безопасности Иларио Кардосы, но подписано его заместителем, полковником Паскуале Мендешом.

Рикарду, как только узнал новость от сына, сразу Кардосе написал, они знакомы. Тот только очень расплывчато ответил что-то о том, что времена сложные, людей не хватает, и хотелось бы свежий взгляд. «А парень у тебя энергичный и инициативный».

Инициативный, значит.

То есть выходило, что Леса зовут специально, чтобы он в какое-то темное дело по своей инициативе влез. Он же влезет без сомнений, он такой. Вот только чем потом для него обернется…

– Деньги хорошие, – согласился Рикарду. – Да и перспективы в целом, если все пойдет хорошо. Вот только вряд ли пойдет. Последние пять лет, с тех пор, как молодой Альберто взошел на трон, в Эстелии все очень неспокойно и слухов хватает. В любой момент может случиться переворот и все перспективы накроются. За последние полгода было три покушения на короля, и это только то, о чем я знаю.

– Вот поэтому им и нужен свежий взгляд, – настаивал Лес.

– Или козел отпущения, – мрачно вздохнул Рикардо.

Лес тихо засопел и все так же упрямо скептически вздернул бровь.

– Почему я? Если ты считаешь, что зовут чтобы все свалить… У тебя ведь куча знакомых при эстелийском дворе. Не проще ли выбрать случайного человека… послучайней?

– А ты думаешь, высокое положение сразу делает кого-то неприкосновенным? У меня в Эстелии хватает врагов. Начать хоть с того, что твоему деду так и не простили переезда в Деларию, и мне припоминали это не раз, упирали на то, что по крови я эстелиец. Меня не раз звали в Эстелию, перед войной особенно. Но моя страна здесь, я здесь родился. Да и в целом… А теперь предлагают тебе.

– И ты считаешь это предательством? Если я уеду?

– Нет, – Рикарду усмехнулся. – Я служу короне и это мой выбор. Ты никогда непосредственно короне не служил. Ты наемный маг. А любой наемник служит тому, кто платит. Это обычная практика, ты точно никого не предаешь. Я говорю лишь о том, что это может быть опасно для тебя. И опасно именно потому, что ты мой сын, у тебя эстелийские корни. Кто знает, вдруг они как раз попытаются отыграться за все. Припомнят тебе.

– Но ты не можешь утверждать это наверняка.

– Не могу, – согласился Рикарду. – Решать тебе. И Иве, – он кивнул на меня. – Жена твоя что думает? Она хочет в Эстелию?

Лес поджал губы и тоже на меня глянул. Что ж, я готова Лес поддержать, мы уже все обсудили с ним, он знает.

– Ива поедет со мной, – сказал он. – Это же не командировка на пару месяцев, это надолго.

– Ива? – Рикарду хотел услышать это от меня.

– Я готова поехать, почему нет? – сказала, очень стараясь уверенно, хотя честно все это меня слегка пугало. – Я никогда в Эстелии не была, мне было бы интересно посмотреть. Тем более, пока это контракт на год, а там будет видно.

– Но остаться ты бы не хотела?

– Я не знаю, – сказала честно. – Вдруг мне там понравится? Ваша мать ведь уехала с вашим отцом, и не похоже, чтобы она о чем-то жалела.

Бабушка Луисита

Рикарду тяжело вздохнул.

– Это сейчас, – сказал он. – Я хорошо помню в детстве, как она плакала ночами в подушку, как ругалась с отцом и скучала по дому. Но она всегда любила его и… пришлось выбирать.

– Вот и я выбираю, – протянула руку, погладила Леса по плечу, он, правда, напрягся. Лес не желал, чтобы я чем-то жертвовала для него, но и отказаться от предложения не мог. Ему тяжело, он сейчас между двух огней. – Лесу нужна работа, но у него сложные отношения с Эттелем. Ему не предложат хорошей работы здесь в ближайшее время. А там предлагают уже сейчас. Я ведь с самого начала понимала, что преподавать в деревенском училище не для него.

– Но ведь для тебя преподавание всегда было важно?

Я пожала плечами.

– Они прекрасно справляются и без меня. Почти год справлялись, смогут и дальше. До войны я вообще не планировала заниматься училищем. Я не знаю, честно. Меня пугает это, но я не так уж против попробовать.

– И чем ты планируешь заниматься в Эстелии?

– Посмотрим, – сказала я. – Думаю, что некромант всегда может найти работу. Мне как раз после восстановления советовали заняться чем-то тихим, спокойным. Чем-то попроще. Посмотрим.

– Ты говоришь по эстелийски?

Ох… вот тут, надо признать, все сложно. Знаю пару слов.

– Лес говорит, – я глянула на него, – что при дворе, да и в целом вся аристократия, все обученные маги, говорят по деларийски.

Деларийская империя – слишком крупный и активный сосед, поэтому знание деларийского языка обычно необходимо для общения. Дорнохский университет магии крупнейший, даже среди эстелийских магов многие заканчивали именно его, а не Карагону. В Карагоне своя специфика, но… Деларийский язык едва ли не второй государственный. Думаю, в столице так или иначе говорят все. Даже на рынке я смогу кое-как объясниться, пусть и частично на пальцах.

Рикарду кивнул.

– И все же, тебе будет непросто.

– Ничего.

Я выучу. Освоюсь. Не думала, что мне это может пригодиться, но выучу.

Для меня переезд – не столь принципиальный вопрос, я готова к такому шагу. А вот для Леса все серьезнее. Ему необходима хорошая настоящая работа, необходимо чувствовать себя нужным, востребованным.

Да, я понимаю, что Рикарду сейчас заботит не мое душевное состояние в новой стране. Его заботят неясные причины и перспективы такого предложения. Нестабильная ситуация в целом. Спокойно там не будет. Поэтому он ищет любые зацепки. И все же…

– Ива… – Рикарду достал что-то из кармана. – Я хочу дать тебе, не Лесу даже. Он упрямый и не станет сам обращаться за помощью. Сразу не станет, а потом можно упустить время. Но ты девушка разумная… Если что-то будет смущать, если будут вопросы – пиши сразу.

Он протянул мне медальон.

Небольшой, с позолотой, можно нажать и откроется, там есть место для портрета.

– Что это? – не поняла я.

– Для экстренной связи. Можно написать небольшую записку, положить внутрь и записка тут же отправится ко мне. Но собственный заряд небольшой, на одну-две пересылки, включая прием… впрочем, ты можешь подзарядить его при необходимости. Можно носить с собой, не привлекает внимания. Можно даже портретик поместить, чтоб совсем уж соблюсти легенду. Если под пластину, то будет просто храниться, без пересылки. Пусть будет у тебя, мне так спокойнее.

* * *

– Морейра? – секретарь приняла у меня бумаги и удивленно посмотрела. – Вы… родственница?

Вряд ли она говорит о Рикарду, это все же Дорнох.

Я пришла сдавать на лицензию. Для административной работы в училище не нужно, как и для преподавания истории, а вот если я надумаю искать серьезную работы в Эстелии, то лицензия мне необходима, хотя бы базовая. После стольких лет перерыва, после выгорания и реабилитации – нужно восстановить.

Ничего сложного, тут простые тесты, но надо.

В первую очередь – куча бумаг.

– Алестеру Морейра мой муж, – сказала я.

Глаза девицы округлились даже.

– Ого! – она чуть бумаги не выронила. – Так он женился? Как это вы его? По залету?

Да какого хрена? Вот честно. Я должна объяснять?

– Да. Сразу пятерых родила, ему деваться некуда, у него строгая эстелийская семья, дело чести.

– Ого! – сказала она тише. – Я бы так не смогла. И… как он? Ну, как муж?

Тебе действительно это надо?

Девица даже рот чуть приоткрыла, готовится слушать, искренне потрясена.

Вот сейчас смотрю на нее и думаю, что может и хорошо, что мы отсюда уезжаем? Меньше бывших Леса, меньше моих нервов будет потрачено.

– Весьма неплох, – сказала я. – Старательный. Ужин вкусно готовит, рубашки сам гладит, кофе отлично варит по утрам.

– Кофе да… – она густо покраснела. – Простите… А… вам на третий полигон, проходите, там вас уже ждут. Я пока посмотрю бумаги.

Вот и славненько.

* * *

– Ну как прошло?

Лес встретил меня у дверей. Мы тут в небольшой гостинице жили, ненадолго в столице. Лес ждал меня, я сама просила со мной не ездить, мне одной спокойнее.

А то там всякие…

Он улыбается…

Красивый. Волосы только короткие… После подземелий он так и не стал снова отращивать, но мне, наверно, нравится даже больше. Немного старше так выглядит, строже. Хотя глаза так озорно поблескивают, что строгость – это не для него.

Я буду ревновать его? Вот сегодня поняла, что да. Пока мы постоянно были вдвоем – на моей реабилитации, у моря потом, все это не имело особо значения. Но сейчас… Дело даже не в том, что я ему не верю, дело не в нем, дело во мне. Я в себе до сих пор сомневаюсь, что недостаточно хороша. Надо с этим что-то делать.

– Все отлично, – сказала я. – Лицензию мне подписали, сказали, что восстановление успешно. Базовую пока, но тут скорее вопрос опыта и практики.

Лес кивнул и быстро сгреб, обнял, прижал меня к себе.

– Ну и хорошо, – шепнул на ухо. – Но ты все равно напряжена. Что-то не так?

Да все так, это просто мои тараканы.

Михо говорил – никогда не стоит замалчивать, если что-то беспокоит. Капля за каплей, песчинка за песчинкой – это выстраивает стену между людьми. Лучше сразу. И не сомневаться больше. Тем более, что тут Лес точно ни в чем не виноват.

– Да твои бывшие на каждом углу, – вздохнула я, поняла вдруг, что самой смешно. Лес так удивленно, чуть с усмешкой поднял брови.

– Они тебя обижают?

То есть он вот так сходу признает, что бывших много. Но, с другой стороны, отчего бы не признавать, он не мальчик и однозначно был обширный опыт до знакомства со мной.

Смешно.

– Они интересуются, как я умудрилась выйти за тебя замуж. Как удалось под венец затащить.

– И как тебе удалось? – поинтересовался он. Ни капли смущения.

– Я сказала, что родила тебе пятерых детей, и твоя строгая эстелийская семья заставила тебя наконец взяться за ум. Но ты упирался.

Лес засмеялся.

– Я не против пятерых, если что.

Он так обнимал уже, что пальцы поглаживали мою попу с явно далеко идущими намерениями, словно можно даже пятерых прямо сейчас.

– А что, многие тебя пытались затащить под венец? – спросила я.

– Не-а, – он покачал головой. – То есть, были конечно. В основном совсем молоденькие глупые девочки, которые видели во мне опытного мага, а значит деньги и статус. Только не понимали, что у меня ни того, ни другого, все сложно. А девушки поумнее и постарше… Мне даже как-то говорили прямо, что со мной хорошо погулять, развлечься, но что-то серьезное, семья – это не мое, – он чуть поджал губы, в глазах на мгновение сверкнуло что-то такое… чуть болезненное. – Но это не так. Мне нужна семья, Ив. Обычная нормальная семья, где тепло и покой. Я знаю, что со мной сложно, но я буду стараться.

Как-то очень серьезно вдруг, так, что у меня сжимается внутри.

Серьезно и честно.

Я обнимаю его, глажу по волосам. А Лес прижимает меня к стене и горячо целует. Так горячо, что подгибаются ноги, а пальцы сами начинают расстегивать пуговички на нем. Я даже подумать не успеваю, а пальцы уже… вот, сами… Лес довольно фыркает мне в ухо, подхватывает на руки и тащит в кровать, заваливает прямо так, в одежде, сразу начинает раздевать.

Сопротивляться этому совершенно невозможно.

– Я и сказала, что ты очень старательный, – говорю я.

– И правильно!

Он ржет. Стягивает с меня штаны, бросает их на пол – на полигон не принято ходить в юбке.

– Я люблю тебя, Лес. И верю тебе, – говорю я, и вот где-то здесь мою ревность окончательно отпускает. – Но твои бывшие иногда действуют мне на нервы.

– Мы скоро уедем, и там никаких бывших.

Расстегивает на мне блузку, осторожно целует шею, потом грудь. Губы у него горячие…

– Там новые эстелийские красотки, – вздыхаю я.

– Можешь их испепелить, если что, – довольно ухмыляется он.

– За что их? Если они не виноваты?

– Меня испепелить? – предлагает Лес.

– А кто тогда будет кормить моих пятерых детей? Нет уж! Ты должен приносить пользу!

Он ржет снова, да и я тоже, как удержаться?

Да, с ним весело и легко, и дальше уже совсем не до разговоров. Как это выходит вообще?

О детях, кстати…

Я уверена, что из Леса выйдет отличный отец. Я видела, как он общается с племянниками, я помню, как он кормил меня из ложечки после подземелий, когда я не могла есть сама. Его любви и внимания хватит и на пятерых детей, я не сомневаюсь.

Но сейчас ему надо самому уверенно встать на ноги. Он из весьма консервативной семьи, как бы там ни было, какой бы ветер ни гулял в голове. Муж должен обеспечивать жену и детей, быть защитником и добытчиком, каким бы успешным магом жена ни была сама по себе. Да, его мать успешна в профессии, но его отец – советник императора. Одно дело, пока это все касается только нас самих, и совсем другое – дети. А Лес точно хочет большую семью.

Для меня… беременность и роды плохо сочетаются с некромантией. Моя сила может быть опасна для маленьких детей. Так что когда мы решимся – мне придется отказаться от магии на время, и от работы, и все финансовые вопросы лягут на Леса.

Поэтому за новую работу Лес так и ухватился, это важно для него. Если здесь, дома, перспективы смутные, то там – кажется, что возможность есть. Дело не только в том, что Лесу не хватает приключений, хотя и это тоже. Он не может без дела сидеть, и тихо преподавать в деревенском училище – только чтобы переждать. Да, ему нужно движение. Но и не только.

Ему нужно обрести твердую почву под ногами, почувствовать себя успешным и сильным, способным свою семью защитить и обеспечить. Он не говорит об этом, но я вижу что важно. И я готова поддержать. Поеду с ним и буду рядом.

И еще, наверно, от того, что ясных и четких планов на собственную жизнь у меня пока нет. Были раньше, но теперь я даже не знаю… Готова к любому повороту, пожалуй.

И все же, Леса что-то в этом деле смущает. Он пытался понять.

* * *

– Чаю? Или покрепче тебе налить? Ива, а тебе?

Марку откупорил бутылку вина.

Старшему брату Леса сорок семь, серьезный взрослый мужчина. Вот он скорее в мать, если не внешностью, то точно характером. Рассудительный и спокойный, только волосы отцовские – темные. Марку работает вместе с отцом, но у него сын учится в Карагоне, в Эстелии, да и, надо полагать, не просто так учится, поэтому из ближайшей родни у Марку самые тесные контакты с эстелийским двором.

Большие удобные диваны в гостиной. А вот сама гостиная точно не рассчитана на такое количество родни, как в отцовском доме.

Марку налил мне вина в бокал, потом себе и Лесу плеснул немного бренди.

– Я знаю, что ты уже говорил с отцом, – сказал он. – Чего тогда ждешь от меня? Тебе нужен совет?

– Думаю, мне нужны сплетни, – сказал Лес, взяв бокал, чуть покрутив в руке. – И еще хочу понять – почему я?

Марку усмехнулся.

– Почему ты? Тут я наверняка сказать не могу, сам понимаешь. С одной стороны все просто, им нужны люди, а ты по крови эстелиец, хоть и наполовину, но все равно куда больше свой. Это всегда в плюс. Ты хороший маг, но у тебя мутная репутация в Дорнохе, поэтому тебя купить можно недорого. Это выгодно. Я бы запросил втрое больше, а то и в четверо, учитывая ситуацию, – Марку вздохнул, склонил голову на бок, разглядывая Леса, тот тихо слушал. – Что до сплетен, тут все интересно. Не знаю, что ты слышал, а что нет, но про молодого короля Альберто много слухов. Начать хоть с того, что он никогда не отличался особым здоровьем, несмотря на старания придворных лекарей. Хотя… может быть они вовсе не оздоровить его пытались. И даже не слухи, а факт, что он родился очень слабым и болезненным ребенком, его мать Ребека умерла при родах. По некоторым слухам едва живым родился, и даже мертвым.

– Мертвый бы до взрослого состояния не дотянул, – серьезно сказал Лес.

Марку усмехнулся снова, кивнул, чуть из бокала отпил.

– Да, – сказал он. – Альберто двадцать шесть и он выглядит как взрослый мужчина, вполне сформировавшийся. Молодой, тощий и довольно болезненный – да. Но взрослый. Из любого человека можно сделать умертвие, вот Ива не даст соврать. Если некромант хороший и опытный, то умертвие будет относительно разумно и вполне сохранно физически, на взгляд простого человека выйдет так, что не отличить. Но оно будет существовать в той форме, в которой настигла смерть. Да, я знаю, что были случаи, когда поднимали умершего ребенка и он дорастал до взрослой формы. Это требует особых навыков, но теоретически возможно. Правда только рост, кости растут, лицо меняется. Но полового созревания не происходит, не ломается голос, не начинает расти борода. Это всегда очевидно. А Альберто – вполне себе мужик. То есть, даже если он умер, то не в детстве.

Вот ведь, Марку лично знаком с королем. Даже если совсем не близко знаком… Я все никак не привыкну, что у Леса такие родственники.

– А что, есть вероятность, что умер? – спросила я.

И что-то мне эта история нравилась все меньше. Я так-то со сплетнями эстелийского двора не знакома.

– Есть, – сказал Марку. – Но не как ваш лич, без собственной воли и без ясного сознания. Управляемый извне. Но… Честно говоря, я сомневаюсь. В длительной перспективе такое скрывать сложно, как бы качественно умертвие не было сделано, но хороших магов при дворе много, это заметят. Скорее он находится под воздействием менталиста, подавляется собственная воля. Хотя… – Марку усмехнулся, – Альберто никогда особенной живостью ума не отличался. Может он такой сам по себе. Но только не вздумайте кому-то сказать об этом в Эстелии. Сомнения в дееспособности короля могут быть расцененный как государственная измена. Ну или как внешняя провокация, шпионаж и прочее, найдут как это правильно оформить. Вы ведь не эстелийцы. Понятно, что все тихо между собой говорят, но надо хорошо понимать где и с кем. И кстати, Тьяго Гарсиа казнили за это. За неуместные сомнения. Так что будьте осторожны оба.

Вот это мне не нравилось однозначно.

Я видела, как Лес нахмурился, зубами скрипнул. Быстро глянул на меня.

Но еще, я с ужасом понимаю, это дело уже зацепило его и он так просто не бросит.

– Тогда зачем зовут Леса, – спросила я. – Он ведь молчать не будет.

Глянула на него, он еще более виновато губы поджал.

– Возможно, именно поэтому и зовут, – сказал Марку. – Там где свои знают правила и не решаются на серьезный шаг, там, где давно замылился глаз – Лес влезет и докопается до правды. Я не думаю, что зовут, чтобы подставить. И Кардосе, и Мендешу я вполне доверяю. И даже больше Мендешу… Если инициатива исходит от них, то это действительно попытка разобраться в ситуации и обеспечить безопасность на будущее. Меня не удивляет, что тут нужен кто-то со стороны, и Лес подходит идеально, у него шило в заднице. Но дело рискованное однозначно.

– Почему Мендешу больше? – спросил Лес.

– У Кардосы слишком много слабых уязвимых мест, – сказал Марку. – Его старший внук служит в королевской гвардии. Ты знаешь, сколько покушений на короля было за последние полгода? По официальной версии три, но реально, думаю, больше. То есть гвардейцы из личной охраны всегда под ударом, им прилетит первым. Его сын некромант, дар по матери, и в юные годы был замешан в разных сомнительных делах. Тогда ход не дали, но теперь всегда можно припомнить и обвинить, можно нового до кучи навесить. Сейчас он руководит ведомством. Дочь Кардосы замужем за племянником Гаспаро Гуэрры… не знаю уж, как угораздило, но факт. Ты же знаешь, что у Гуэрры свои взгляды на престолонаследие? Он хоть и формально принес клятву верности отцу Альберто, Мануэлю, но сомневаюсь, что смирился. Были слухи, что за покушениями видна его рука. Но у Гуэрры слишком много денег и влияния, чтобы кто-то говорил об этом открыто. Да и явно он не подставляется.

– А Мендеш?

– Мендеш вылез наверх благодаря личным заслугам. Ни к каким влиятельным родам не причастен, эмпат, слабый менталист, но там, полагаю дело скорее в личных качествах, он человек умный и деятельный. Жена вообще дара не имеет. Или имеет, но какой-то слабый, я честно не вникал. У родителей земля в Каштелау, виноградники, оливковые рощи, брат живет там же. Все они вообще далеки от политики. Сын служит во флоте, и тоже сильно далеко. У Мендеша куда меньше личного интереса в этом деле. Впрочем, я могу чего-то не знать. Но в целом, я бы советовал первым делом поговорить именно с ним.

– Хорошо… – серьезно кивнул Лес, чуть отпил из бокала, глянул на меня. – От бабушкиной родни, как я понимаю, стоит держаться подальше?

Марку весло хмыкнул.

– Да, пожалуй. Они так и не простили деду. А учитывая то, Эвора традиционно поддерживали Гуэрру, вы вообще можете оказаться по разные стороны. Будь осторожен.

Я слышала эту историю. Молодой Гильермо Морейра, дед Леса, уехал из Эстелии не просто так, и репутация у него была – сомнительней некуда. Скандалы, дуэли, куча долгов, любовницы из числа благородных дам, чьи мужья не могли такого терпеть. Как ему удалось уйти живым – большой вопрос. И не просто уйти, а вскружить голову и тайно увести из дома девушку из одного из самых влиятельных и богатых родов Эстелии. Да, Луиса Эвора влюбилась и готова была идти за ним куда угодно. За парнем, у которого, казалось, ветер как в голове, так и в карманах. Да, потом этот парень добился многого. Мы говорили с бабулей Луиситой, и она ни о чем не жалеет. «И ты ни в чем не сомневайся, девочка моя». Да, было сложно, но это того стоило, и Гильермо был готов ради любимой на все. Он погиб где-то в горах Хиана, когда сын Рикарду был уже взрослым.

А теперь мне предстоит так же поехать с Лесом. Разумно это? По большому счету не очень. Непонятно, что нас там ждет. Но с другой стороны это шанс, и в Эстелии Лес может получить куда больше.

– Кстати, есть сплетни совсем свежие, – сказал Марку, задумчиво покачал свой бокал, чуть дернул бровью. – Пока ничего определенного, действительно только сплетни. Но если все так, не удивительно, что под это дело они там развели суету. Они ищут для Альберто невесту. Стране ведь нужен наследник, пора. И, думаю, тянуть не будут. А это свадьба, гости, толпы любопытных… В общем заваруха обеспечена. Может им и правда под такое дело своих людей не хватает.

Марку фыркнул.

Если так, то становится немного понятнее. Но и опаснее, вместе с тем.

Глава 2. О новом доме и старой родне

Стоило сделать шаг из портала, как в лицо ударило влажностью и теплом. Голова закружилась, но это нормально после перемещения. Мне не часто доводилось путешествовать таким образом, услуги хорошего портальщика, способного забросить на дальнее расстояние – дороги, но тут все оплатила принимающая сторона.

Просторный зал, кругом мрамор, резьба и позолота, сквозь огромные окна в пол – льется свет.

– Сеньор Алестеру! Рад приветствовать вас в Эстелии! – встречающий нас парень в изящном изумрудном камзоле поклонился, сияя учтивой доброжелательностью. – И вашу прекрасную спутницу, без сомнений! Сеньорита!

– Жену, – буркнул Лес. – Сеньора моя жена.

Парень поклонился снова. В первое мгновение мне показалось – он совсем мальчишка, но нет, думаю, он примерно одного возраста с нами, если только на пару лет моложе. Изящный, тонкий, хоть и довольно высокий… Слегка приторно-карамельный, даже щеки, кажется, нарумянены. Или кажется? Глаза как черные угли.

Интересно – у него шпага на боку. Но он совершенно точно маг, я чувствую силу. У нас маги обычно не носят оружие, это ни к чему. Здесь принято иначе?

– Безусловно! – радостно заулыбался парень, угли полыхнули искрами. – Сеньора Морейра! Это честь для меня! Очень рад знакомству! Я слышал о ваших подвигах при Брайнице!