- -
- 100%
- +
Мария домыла окна и уже принялась за полы, когда в дверь позвонили. Держась за поясницу, женщина распрямилась и стянула резиновые перчатки. Звонок повторился.
– Иду, иду!
Мария взглянула на часы. Без пятнадцати полдень. Поправляя на ходу волосы, заспешила к двери.
– Мама, я открою. Это мой заказ!
– Лара, доченька, я думала, ты спишь!
Лара не спала, очутилась у двери раньше матери, и уже отпирала замок.
Да, на пороге стоял курьер в серой форменной куртке. Тяжелая коробка в метр высотой заняла всю маленькую прихожую. Лара расписалась в получении и бросилась распаковывать посылку.
– Хотите чаю? – По привычке предложила Мария.
Курьер недоуменно посмотрел на нее, молча развернулся и прикрыл за собой дверь.
Лара уже достала ножницы и кромсала картон. Вот показались серебристые дуги, кожаная спинка, хромированные обода колес.
– Новое кресло? Девочка моя, зачем нам новое кресло?
– Мама! Ну ты смотри! – Лара потрясла в воздухе коробочкой с проводами, – Тут же выход для смартфона! Зарядка на сто километров хода! Колеса с антишоком!
Мария помогла отогнуть стенку коробки, чтобы дочка пересела с тумбы на сиденье своей обновки.
– Но Лара, у тебя же хорошее, крепкое кресло! Тоже с амортизаторами! Я его еще в Мехико тебе купила. Помнишь?
– Мама, оно совсем старое!
– Ничего не старое! Тебе в нем удобно! Я же по вечерам уроки давала, чтобы быстрее на него скопить!
Она всплеснула руками и укоризненно посмотрела на дочь.
– И вообще, юная леди, откуда у тебя деньги на такие игрушки?
Лара привстала, упираясь руками в поручни. Мария тревожно взглянула на колеса: не откатятся назад? Нет, кресло на тормозе. Конечно же, бездвижные ножки не удержали веса девушки, и она опустилась обратно на сиденье.
– Ричард заплатил аванс за новый проект. Очень важный! Полторы тысячи, между прочим!
Мария вытерла пот со лба. Покачала головой, попыталась положить дочери руку на плечо. Та отодвинулась.
– Ох, Лара. Не нравится мне этот Ричард. Что за дела он ведет? Не пристало порядочной девушке получать такие деньги от непонятного мужчины. Работать надо честно. Вот я…
Лицо дочери пошло красными пятнами. Ох, что сейчас будет…
– Что ты, мама? Пошла в горничные из-за дурацких принципов? И поэтому нам не хватило денег на больницу? А сейчас хочешь, чтобы я отказалась от своего шанса, чтобы тебе не завидно было?
– Лаура Мария Хорхе! Да что ты себе позволяешь! – Мария схватилась за сердце.
Лара крутанула колеса кресла и влетела в свою комнату. Дверь захлопнулась. Кажется, от грохота задрожали окна. Из комнаты раздались глухие удары – девушка молотила подушку кулаком.
Хозяйка медленно опустилась на тумбу. Минуту просто сидела. Пробормотала молитву, встала, и начала убирать обрывки картона и упаковочной пленки, разбросанные в прихожей. Ей удалось не заплакать. Так, пару раз носом шмыгнула, и все. Она же сильная женщина.
Следующие два часа Мария занималась домашними делами. Домыла полы, вытерла пыль со всех шкафов. Когда закончила с уборкой, настал черед обеда. Лара не выходила из комнаты и заперлась изнутри. Женщина нарезала лук и говядину, ошпарила кипятком томаты. На сковороде шипели перец и чеснок. Засыпала фасоль в кастрюлю с мясом. На кухне ароматно пахло супом.
Со вздохом присела в гостиной. Тяжело. Неужели силы сдают? Раньше, когда только перебрались из Мексики в Штаты, по двенадцать часов в день работала, да потом еще наводила порядок в их съемной каморке с одной спальней. Хорошо, что переехали ближе к центру. Прекрасно, что у каждой отдельная комната. Но внимания такая квартира требует намного больше.
Мария опять вздохнула. Иногда она скучала по честной и знакомой работе горничной. Пусть денег и уважения немного. Этот стереотип, горничная из Латинской Америки! Зато честный заработок. Но вот дочка начала делать что-то для этого таинственного Ричарда, у них появились деньги. По настоянию Лары они переехали, а Мария бросила работу. Но женщине не давала покоя тайна, окружавшая работодателя дочери. Из хороших поступков секрета не делают.
В дверь позвонили. Машинально поправив фартук, Мария подошла, посмотрела в глазок. Там стоял мужчина средних лет.
– Кого вам?
– Добрый день, – Мужчина сделал жест, будто приподнял невидимую шляпу, – Если позволите, мне нужно поговорить с вами.
– Вы из полиции?
– Не совсем. Частное детективное агентство «Ван Хельсинг и Кейн». Аарон Шоль к вашим услугам.
Мария кивнула. Частный детектив. Пиджак слишком длинный для такой погоды, застегнут на все пуговицы. Цепкий внимательный взгляд. Привычка держать руки на виду, когда нужно успокоить собеседника.
– Что вам угодно? – Мария разговаривала через дверь, не предложив открыть. Невежливо, но безопасно.
– В вашем районе появились несколько опасных индивидов. Вот смотрите, у меня ориентировки, – Аарон показал планшет для бумаг. Настоящий планшет с бумажными распечатками, – Очень опасных. Я веду расследование, и поэтому опрашивают всех жильцов в этом квартале. Вы видели кого-то из них?
– Почему вы, а не полиция?
Аарон грустно улыбнулся. Хорошая улыбка, честная.
– Вы же знаете органы. У них все по протоколу. Без тонны бумажек и печати окружного прокурора даже дунуть в сторону подозреваемого нельзя.
Мария снова кивнула. А ведь он когда-то служил в полиции. Выправка, привычка к форменным брюкам и ботинкам, канцелярские обороты в речи. Но слишком честный и открытый. Неудивительно, что в полиции не задержался. Мария повернула верхний замок, приоткрыла дверь. Аарон просунул распечатку в щель. Вновь приподняв несуществующую шляпу, официально поблагодарил за уделенное время.
Мария долго смотрела за ним в глазок. Соседка по лестничной клетке, молодая скандалистка, вообще не открыла детективу дверь. Пожав плечами, он пошел вниз по лестнице.
Она присела на пуфик у входа, рассматривая лица на распечатке. Три человека на мутных черно-белых фото. Все выглядят подозрительно и угрюмо. Никого из них Мария точно раньше не видела. Первый, похоже, главарь. Лицо властное, широкое. Узкие маленькие глаза, как у свиньи. Щеки круглые, губы избалованного ребенка. Короткая стрижка. Выражение лица властное, надменное. Такие или быстро гибнут, или становятся командирами.
Со вторым проще. Типичный боевик. Плоское лицо, приплюснутые уши, низкий лоб. Наверняка рост под шесть футов и кулаки как гири.
На третьем портрете – молодой мужчина. Выглядит как англичанин. Кудрявые волосы, высокий лоб, квадратный подбородок. Не похож на домушника или наркоторговца. Здесь что-то тоньше. Подделка драгоценностей, аферы с ценными бумагами. На жигало не тянет – недостаточно детское выражение лица. На сутенера тоже, разве что начинающего.
Помянув Иисуса и Богоматерь, Мария убрала распечатку в карман фартука, и принялась переодеваться. Нужно сходить в магазин за продуктами. Лара при любой возможности заказывала доставку на дом. Но Мария не доверяла курьерам и оплате через интернет. То обвесят, то мясо тухлое привезут. Лучше самой выбрать.
Когда Мария вернулась, Лара еще работала. Ну хоть дверь в комнату открыла. Мария заглянула. Надо помириться с дочерью, обсудить ссору. Но девушка жестами показала, что очень занята, не надо ее отвлекать. На рабочем столе разложены распечатки, расчеты в столбик, на мониторе открыта карта Западного побережья, на голове наушники. Она спорила с кем-то по телефону, обсуждая тарифы на перевозку и надбавки за срочность. Стремительно записывала что-то на листе бумаги. Даже не заметила, как Мария поставила на край стола тарелку с яблоками и бутербродом. Пообедать дочка опять забыла.
Когда освободится, нужно все-таки поговорить с ней. Неужели обязательно работать в воскресенье? Даже у горничных бывают выходные. Мария все никак не могла понять, чем именно занимается Лара. Дочь постоянно упоминала своего мистического работодателя, Ричарда. Сперва она размещала заказы на автомобили представительского класса и договаривалась об их перевозке по разным адресам. Потом заказывала билеты на поезд и на самолет, обязательно ночные рейсы. А однажды вместе с этим таинственным Ричардом ходила в театр! Куда сама же и покупала билеты.
Мария протерла пыль в гостиной, села на диван и щелкнула пультом. Включился огромный экран во всю стену. Звук поставлен на минимум, чтобы не мешать Ларе работать. Мария рассеянно щелкала по каналам.
Новости штата, новости президентской администрации. У русских опять что-то случилось. В Европе неспокойно. В зоопарке Сан-Диего родился жираф. Она остановилась на канале с видом египетских пирамид. Но и здесь оказались криминальные сводки.
– «Полиция Египта продолжает поиски саркофага XI века до нашей эры, похищенного из музея Каира на прошлой неделе. Эксперты опасаются, что бесценная реликвия была вывезена из страны для перепродажи в частную коллекцию…»
Мария выключила звук. Наверное, она задремала. Когда открыла глаза, в комнате уже стемнело. На экране беззвучно прыгали полуголые девицы из музыкального шоу. В квартире было тихо.
Мария посмотрела на часы. Ничего себе, половина третьего утра! Она проспала весь вечер? Качая головой и растирая затекшую спину, женщина вышла в коридор. Заглянула к дочери. Свет погашен, комнату освещает только включенный монитор. Девушка спала, откинувшись в кресле. Заснула прямо за работой. Мария аккуратно убрала наушники с ее головы, переложила Лару из кресла на кровать. Укрыла пледом, сняла с ног тапочки. Повернулась к столу, сложить бумаги и выключить яркий монитор.
Остановилась, вздрогнув от удивления. С экрана смотрел тот самый англичанин из распечатки. Третий из подозрительных личностей детектива Аарона. Мария прищурилась. На экране был открыт чат в какой-то программе. Несколько часов назад Лара переписывалась с этим человеком, и оставила окошко открытым. Над фотографией написано имя: «Ричард».
Волосы у него оказались рыжими. Кожа совсем бледная. Глаза не разберешь какого цвета, карие или зеленые. На фотографии он улыбался краешком губ и потому выглядел еще подозрительнее. Неужели Лара не видит, с кем связалась?
Мария обратила внимание на разбросанные по столу бумаги. Расписано время прибытия, время отбытия, колонка с расчетами, цены. Общая сумма, обведенная в кружок, составляла семьдесят пять тысяч долларов. Стрелочки, номера телефонов, коды по краям листа… В центре – схематичный рисунок большого ящика. Похож на саркофаг, который показывали в выпуске новостей. Вновь расчеты: длина и ширина, вес, объем.
Сперва Мария хотела разбудить дочь и потребовать объяснений. Но вспомнив утренний разговор с Ларой, передумала. Если уж ребенок попал в переплет, то ругать бессмысленно. Задача родителя – помочь, а не наказывать.
Мария нашла на кухне свой телефон, сфотографировала монитор и записи Лары. Потом выключила экран, еще раз поправила плед дочери и тихо прикрыла дверь.
Заснуть она не смогла. Еле дождалась утра. На карточке агентства «Ван Хельсинг и Кейн» был указано адрес в Санта-Монике. На автобусе минут тридцать. Но Мария не выдержала и уже в восемь вышла из дома, чтобы пройти часть пути пешком.
К ее удивлению, по указанному в визитке адресу находилось высокое офисное здание. Она ожидала увидеть жилище частного сыщика из кинофильмов: тесную коморку, где одна комната служит и приемной, и кабинетом, а во второй – сейф с оружием и кровать для детектива, который вечно на работе.
Ничего подобного. На нужном этаже ее встретил услужливый молодой секретарь. В офисе светло и стерильно. Много ламп и мониторов. Юноша выслушал ее и расплылся в улыбке профессиональной любезности.
От каких улыбок Мария всегда чувствовала себя не в своей тарелке. Словно человек ненавязчиво указывает тебе, что он – занятой сотрудник важной корпорации, а ты – стереотипная горничная с мексиканским акцентом, и один его галстук стоит дороже, чем вся твоя залатанная одежда.
Мария заставила себя глубоко вдохнуть и успокоиться. Платье у нее не новое, но аккуратное. И говорит по-английски она безо всякого акцента!
Юноша любезно проводил ее. В длинном коридоре на полу плитка, не ковролин! Мария читала таблички на стенах: «Финансовый отдел», «Отдел логистики», «Отдел продаж». Какие продажи у детективов?
На нужной двери значилось «Руководитель полевых сил». Мария вошла, машинально прижимая к себе сумочку.
За длинным столом, боком к окну, сидел давешний детектив Аарон. При виде посетительницы он вскочил и с улыбкой подбежал к ней.
– Добрый день! Мы же вчера с вами разговаривали. Мадам… Хорхе, верно? Вам что-то удалось узнать? Прошу вас, садитесь? Чай, кофе?
Мария присела на край стула у дальнего конца стола. Поставила сумочку на колени. Строго взглянула на хозяина кабинета.
– Вчера вы сказали мне, мистер Шоль, что вы частный детектив. Но сейчас оказывается, что вы – целый начальник. А еще в вашем офисе есть отдел логистики и продаж. Сперва объясните, куда я попала.
– Вам не откажешь в наблюдательности! Если у вас есть время, то я все объясню.
Аарон подошел к кофемашине в углу и принялся нажимать кнопки, не прекращая говорить.
– Агентство «Ван Хельсинг и Кейн» было основано почти сто пятьдесят лет назад. Начиналось все с небольшого семейного предприятия. Собственно, и сейчас потомок нашего основателя входит в Совет директоров.
Он указал на стену, увешанную фотографиями и портретами. Мария не поняла, куда именно нужно смотреть. Аарон спешно добавил:
– Разумеется, только как почетный председатель! Само собой, правление компании избирается голосованием акционеров, и в нем есть представители всех рас и национальностей!
Он ткнул пальцем в групповое фото на стене. Подхватил кружки с кофе, ловким жестом поставил одну перед Марией. Напиток пах вкусно, почти как настоящий. Второй кружкой Аарон размахивал в воздухе, меря кабинет шагами.
– Наша компания прошла долгий путь от небольшого агентства до корпорации с филиалами в нескольких странах. Сейчас «Ван Хельсинг и Кейн» оказывают услуги по охране грузов и вип-клиентов, комплексные консультационные услуги, оценку безопасности… Ну и работа в поле, как и прежде. В Лос-Анджелесе сейчас очень мало работы по нашему профилю. Так что из детективов у нас только я, и еще пару ребят на подхвате. Никакого обмана, мадам Хорхе. Я сам себе начальник, и оперативную работу тоже сам делаю.
Мария кивнула. Она крутила чашку кофе и украдкой рассматривала Аарона. Рубашка у детектива была свежая. Брюки – вчерашние. Подглажены, но со складками под коленями. Внизу на брючинах пятна грязи. Видимо, живет один, без хозяйки.
– Вы вчера оставили мне ориентировки. Сегодня ночью моя дочь разговаривала по компьютеру вот с ним.
Она показала фотографию, не выпуская телефон из рук. Детектив внимательно посмотрел, увеличил масштаб, нахмурился. Мария перелистнула на следующую фотографию, с записями Лары.
– Это важно, это очень важно, мадам Хорхе. Можете переслать мне эти материалы для расследования?
Мария выключила телефон, поджала губы.
– Сперва, мистер Шоль, расскажите мне, что происходит. Это наркотики? Если завтра в мою квартиру вломятся боевики «чолос», то я лучше пойду в полицию. Их хотя бы больше, чем ваших сотрудников.
Детектив поставил остывшую кружку на подоконник. Сел в кресло. Провел рукой по коротко стриженным волосам. Вздохнул, словно перед тяжелым разговором.
– Мадам Хорхе… Можно называть вас Марией? А вы зовите меня Аарон. Договорились? Спасибо. Я сейчас расскажу вам кое-что очень необычное. Просто дослушайте меня, пожалуйста. Это не наркомафия. Те существа, которые нарисованы во вчерашней ориентировке, вообще не люди. Они вампиры.
Мария шепотом помянула Пресвятую Деву и перекрестилась. Аарон кивнул, достал из ящика стола распечатку с портретами.
– Звучит невероятно, но даже в наше продвинутое время по улицам ходят монстры из старинных легенд. Они прячутся среди нас. Нападают на людей и пьют кровь. Боятся солнечного света и распятия.
Дар речи все еще не вернулся к Марии, она молча перекрестилась еще раз.
– Раз есть вампиры, то есть и охотники на них. Этим я и занимаюсь в поле. Вы мне верите, Мария?
Он говорил почти с надеждой. Мария представила, каково это – каждый день сражаться с невероятным противником, когда нельзя даже рассказать о своей работе родным, не то, что похвастаться в соцсетях. Она поняла, что верит Аарону. Он не пугал и не красовался. Скорее наоборот, казался печальным и уставшим.
– Моя Лара… Связалась с нечистью?
– Увы, боюсь, что так. Вампиры – чудовища и ночные убийцы, но во многом похожи на нас. В частности, у них тоже есть политика. Позвольте рассказать. Вам не дурно? Открыть окно?
Мария жестами остановила детектива. Сделала несколько глубоких вдохов. Отпила остывший кофе из кружки. Несколько капель кофе упали на стол. Мария нашла в сумочке бумажный платок, вытерла их. Кивнула.
– Со мной все в порядке. Продолжайте, пожалуйста.
Аарон придвинулся на своем кресле почти вплотную. Положил на стол портреты и принялся тыкать в них пальцем.
– Вот этого зовут Адальберто. Самый главный вампир Лос-Анджелеса. Князь, как он сам себя называет. Видите ли, в конце прошлого века среди вампиров шла яростная война за власть. Молодое поколение бросило вызов старейшинам-традиционалистам. Князю почти двести лет. Он сохранил влияние в регионе, но высокой ценой. Других вампиров в городе почти не осталось. Второй – Филипп, правая рука князя. Не слишком умен, но трое парней во дворце – еще хуже. Есть еще две наложницы князя, несколько кровососов живут на окраинах. Вот и все. Лос-Анджелес – самый безопасный город на Западном побережье. По крайней мере, по риску быть укушенным вампиром.
Мария по-новому смотрела на черно-белый фоторобот. Что ж, она вчера почти угадала. Главарь и его подручный. Она задумчиво обвела пальцем третий портрет. Ночной собеседник дочери.
– Да, теперь о нем… Его зовут Ричард. Фамилия Грейнсенд. Приехал полгода назад из Европы. Молодой, из нового поколения. Скорее всего, хочет сместить князя и сам возглавить город. В последние дни явно затевает что-то крупное. Мы следили за ним, и по перемещениям, телефонным звонкам и банковским переводам вычислили, что он общается с кем-то в вашем районе. Я обошел все квартиры, и вот вы здесь.
Аарон провел рукой по лицу. Придвинул ближе блокнот и карандаш.
– Скажите, Мария. Ваша дочь в последнее время выходила из дома вечером или ночью? Вы не замечали изменений в ее поведении?
Мария покачала головой. Отодвинула кружку.
– Лара вообще не выходит из дома без меня. У моей дочери ограниченная подвижность. Осложнения после укуса клеща.
Детектив принялся выражать соболезнования.
– Несколько месяцев назад Лара ездила на фестиваль в Анахайм. Ну знаете, такое сборище молодежи, одеваются в костюмы мультяшных героев, играют в компьютерные игры, какие-то комиксы читают…
Аарон с улыбкой развел руками.
– Ничего не понимаю в современной культуре.
– Я тоже. У Лары был на стене плакат, какого-то ушастого демона с рогами и повязкой на глазах. Еле заставила убрать! Так вот, с того конвента она вернулась сама не своя. Что-то там случилось. У кресла ручки поцарапаны, джинсы порваны… Но счастливая и веселая, и словно воодушевленная. Через неделю Ларе принялся звонить этот Ричард, и появилась эта работа.
Мария начала было рассказывать про поручения, которые Лара делала для Ричарда. Но быстро оборвала себя. Детектив Аарон наверняка это и так знает. Если не знает – то и ни к чему. Иначе дочь окажется уже не жертвой, а соучастницей в банде.
Но подумать только! Ее Лара – подручная кровопийцы!
Аарон понимающе кивнул.
– Мария, я сделаю все возможное, чтобы вырвать вашу дочь из лап этих чудовищ. Пока что возьмите, пожалуйста, вот это.
Он достал из шкафа и протянул ей большую деревянную коробку, как из-под сигар. Внутри на малиновом шелке лежал неожиданный набор. Серебряное распятие с заостренным концом. Запечатанные красным сургучом флаконы. В отдельном кармашке – свеча из белого воска в вырезанным на ней черным крестом. Какой-то порошок в колбе. По краям – лики Спасителя и Девы Марии. Половину ящика занимал длинный деревянный кол с резной рукоятью.
– Это подарочный набор агентства «Ван Хейльсинг и Кейн». Святая вода, свеча из Ватикана, тертый чеснок. Осиновый кол. Я помогал выбирать дизайн кола! По-хорошему, еще молоток сюда нужен. Но ребята из маркетинга сказали, что это сильно вес коробки увеличит. А Евангелие внутрь тоже нельзя положить, какие-то проблемы с авторскими правами.
Он достал из-под стола большой пакет с логотипом агентства. Только сейчас Мария поняла, что росчерк на логотипе обозначал именно осиновый кол.
– Возвращайтесь домой и сохраняйте бдительность, Мария. Если что-то еще произойдет, самая мелочь – звоните мне в любое время дня и ночи.
Мария сбросила ему на телефон фотографию записей Лары. Поблагодарила. Аарон проводил ее до дверей офиса.
Обратно Мария ехала на автобусе. Она бы с удовольствием прошлась пешком, но мешал тяжелый пакет с сувенирным набором. Еще постоянно кружилась голова. Она поняла, что с подозрением вглядывается в лица других пассажиров. Каждый из них мог быть вампиром. Или оборотнем. Или зомби.
Она сообразила, что на улице яркое солнце. А значит, нечисти можно не бояться.
К слову, о страхе. Мария порылась в сумке и надела на лицо медицинскую повязку. Конечно, вакцины, прививки, иммунитет. Но оказывается, даже от вампиров не могут толком избавиться. А от вирусов, значит, и подавно.
Оглядываясь по сторонам, женщина вошла в подъезд. Дождалась лифта. Какой бы приличный ни был дом – никогда не ходите по лестницам! Открыла верхний и нижний замок. Сказала дочери, что пришла. Лара не ответила, она громко разговаривала по телефону.
Мария заперла замки, отнесла пакет на кухню. Долго мыла руки в ванной. Собралась с силами для серьезного разговора с дочерью.
Лара опять сидела перед компьютером. Она хоть умывалась сегодня? На полу лежала пустая коробка из-под пиццы. Мария покачала головой. Опять заказывала вредную еду на дом? Она присела на кровать, дожидаясь, когда дочь освободится.
Похоже было, что произойдет это не скоро. Лара одновременно кричала в гарнитуру телефона, яростно щелкала мышкой и перебирала бумаги на столе.
– Да, в личном кабинете я подгрузила документы. Страховку, да. Санитарное свидетельство тоже. Проверьте еще раз! Да, я беспокоюсь! Уже середина дня, а груз еще не растаможен. У меня завтра в десять утра заказан вывоз! Сопровождение груза, охрана, машина с терморежимом! Да какая разница, что внутри! Это пожелание получателя! Вы можете просто проверить, что заявка на растаможку поступила?! Мумия там в контейнере! Египетская мумия в саркофаге!
Мария подалась вперед, хотела успокаивающе погладить дочь по плечу. Но та уже повесила трубку, оттолкнулась от стола и откатилась к дальней стене.
– Ну что за люди! Мам, ты что, ездила куда-то?
– Мумия? – Растерянно переспросила Мария.
– Ну да, из Каира. Это в Египте. Ричарду нужно, чтобы этот саркофаг завтра вечером был доставлен по адресу в Санта-Монике. Я все уже подготовила, а тут в последний момент!..
Мария заметила, что Лара одета в черную кофту с капюшоном. Одну из тех, что привезла с того самого конвента в феврале. Дочь часто надевала эту кофту с чудовищами, хотя Мария и грозила зашить демонские личины заплатами.
От обеда Лара отказалась, виновато кивнув на пустую коробку пиццы.
– Дочка, пореже бы ты заказывала курьеров. Не люблю открывать дверь кому попало.
Но девушка уже отвернулась к экрану, надевая наушники.
Мария покачала головой, прикрыла дверь комнаты. Заниматься уборкой не было нужды. Обед был приготовлен вчера. Ужин готовить еще рано. Подумала, не развесить ли украшения по дому? Но до Рождества еще месяц. Она постояла у окна, глядя на город.
В ноябре темнеет рано, в половину пятого уже закат. Но еще раньше солнце скроется за небоскребами в центре города. Где-то там вдалеке люди выходят из офисов и идут гулять по бульварам дорогих кварталов. Туристы, которые вновь начали приезжать, фотографируют звезды на Алее славы. Мария вспоминала, каким был город в прошлом году, во время карантина. Тогда они еще жили в коморке вот в том районе. Выходить из дома приходилось по вечерам, чтобы не видела полиция. Как будто идешь не мыть полы в богатом доме, а пакет с дурманом перевозишь.
Мария решила, что уже можно готовить ужин. Заглянула к дочери. Та опять кричала в микрофон.
– Что значит «Еще не обработана заявка»? Послушайте, мы же с самого утра разговариваем! Груз с более высоким приоритетом? А моя-то поставка здесь при чем? Поставка корпорации «Ван Хельсинг»? Ну и что? Почему их вперед меня на оформление отправили?