Незримое божество
- -
- 100%
- +
– Хм. – Андрос взглянул на Вольфа. – Нам пригодился бы опытный тактик, чтобы тренировать новобранцев и, может быть, планировать атаки, пока наши офицеры еще не набрались опыта.
– А мое мнение кто-нибудь спросит? – полюбопытствовал Вольф.
– Не знаю, согласитесь ли вы, – сказал Андрос, – но должен объяснить, что плата за ваш груз практически опустошила нашу казну. Вам придется ждать, пока пришлют денег с Булнеса или с соседней планетной системы. Там есть наши сторонники. Мы – не скупердяи. Мы заплатим сколько можем, сейчас, и в десять раз больше, когда свергнем Инспекторат.
– У меня другие планы, – произнес Вольф. – Очень жаль.
– У меня ничего не горит, – сказал Чесни, – но ни один вольнонаемый не может работать за обещания. Победители обычно забывают рассчитаться.
По-моему, был такой Маккиавелли, который сказал, что только дурак расплачивается с наемниками иначе чем мечом?
– Понятно, – сказал Андрос. – Очень жаль, что мы не можем позволить себе ваших услуг. Здесь все, что удалось собрать. – Он протянул конверт.
– Что удалось собрать? – Недоверие на лице Чесни быстро сменилось яростью.
Андрос покачал головой.
– Все было бы проще, если бы вы согласились, – сказал он, убирая руку за спину. – А раз так, мне чертовски жаль, но…
Джошуа выхватил из рукава спрятанный бластер и выстрелил Андросу в лицо. Тот завалился на бок, выронил пистолет.
Элва целился. Вольф вскочил на одно колено, уложил его выстрелом в грудь. Юноша изумленно всхлипнул, упал на спину.
В пещере закричали. Эсперанса возилась с предохранителем винтовки. Две вспышки блеснули одновременно, она упала плашмя.
Вольф схватил винтовку, выстрелил в устье пещеры. Потом бросил Чесни его кобуру, сунул конверт за пазуху, подхватил рюкзак.
– На тропинку, – приказал он. – Держись впереди.
Чесни кивнул, застегнул ремень с кобурой, поднял рюкзак.
– Как насчет ящика?
– Пусть остается. За него почти заплатили.
Кто-то стрелял, луч бластера ударил в землю. Вольф пальнул наугад, перебросив ремень кобуры через руку. На дорожке вырос изумленный часовой:
– Что тут такое? Что…
Чесни выстрелил ему в голову. Тот дернулся, уронил винтовку, рухнул в ручей. Они перебежали по мостику, и Вольф столкнул арматурину в воду, на убитого.
Потом догнал Чесни.
– Рвем что есть силы, пока я считаю до ста, – распорядился он. – Дальше ты идешь еще столько же, на счет «сто» ложишься в кусты и ждешь меня.
– А ты?
– Устрою засаду, потом догоню тебя. Не стреляй на свист, это буду я.
– Ладно.
– Тем более что конверт с деньгами при мне.
– Валяй, – сказал Чесни. – Я слышу шаги.
Они двинулись дальше. Света едва хватало, чтобы не потерять тропку. Вольф считал спокойно, старательно.
Девяносто восемь… девяносто девять… сто…
Он юркнул в сторону, Чесни продолжал идти.
Вольф почувствовал приближение людей. Даже без помощи Лумины он видел темные фигуры на тропе.
Он сделал шаг вперед, дал длинную очередь.
Послышались крики, лихорадочная пальба. Вольф дал вторую очередь и побежал по склону.
«Черт, сейчас бы гранату», – подумал он, ни на мгновение не переставая считать.
На цифре пятьдесят он остановился, нахмурился и, подумав с мгновение, свернул в кусты.
* * *Чесни лежал плашмя, выставив перед собой бластер. Он дико завопил, когда кто-то тронул его за плечо и Вольф опустился рядом.
– Черт, черт, черт! – Чесни едва не рыдал. – Слушай, приятель, никогда больше такого не делай. Меня чуть удар не хватил. Почему ты…
– На всякий случай, чтоб ты не спутал, – сказал Вольф.
– Я слышал стрельбу, – срывающимся голосом произнес Чесни. – Всех уложил?
– Нет. Не такой я снайпер.
– Что дальше? Так и будем бежать до самого корабля?
– Будем… но я знаю, как их задержать или, по крайней мере, отвлечь.
Он полез в рюкзак.
– Вот, прихватил на случай, если придется отвлекать внимание, – объяснил Вольф, доставая две сигнальные ракеты, входящие в комплект скафандра. Снял с одной колпачок, перевернул, надел на другой конец.
– Их же увидит вся планета!
– Надеюсь, – отвечал Джошуа и ударил по колпачку. Белое пламя взметнулось на тысячу футов, рассыпалось фейерверком зеленых и красных искр.
Джошуа пустил вдогонку вторую. Чесни сидел, открыв рот.
– Сворачиваем налево, – сказал Вольф. – До рассвета идем параллельно гребню. Потом перевалим в нашу долину. Вперед, солдат.
Они двинулись. Через минуту послышался визг гравилайтеров, небо осветилось.
– Ложись, и дай бог, чтоб у Инспектората оказалась нехватка датчиков.
Загремели взрывы, земля задрожала.
– Молодцы, ребята, – сказал Джошуа. – Бомби джунгли. Чем проще, тем вернее.
Взревели двигатели, два патрульных корабля спикировали вниз. Из них вырвалось пламя, снаряды ударили в гору.
– Если я знаю любителей, это развлечение до утра, – сказал Вольф. – Затем войска высадятся на гору и начнут прочесывать сверху вниз. Когда… Если Инспекторат обнаружит пещеру, им будет чем заняться, и мы спокойно уйдем.
* * *Перед самой зарей послышались взрывы, застрекотали очереди.
– Нашли, – сказал Чесни.
– Может, – отвечал Вольф, – а может, палят друг по другу или по страшно опасному дереву.
– Я за то, чтоб ублюдков накрыли.
– Зачем? Они сваляли дурака, – сказал Вольф, – и, по-моему, свое уже получили.
– Не люблю людей, которых тянет меня убить.
– Понятное чувство. Меня оно тоже посещает.
К восходу Чесни начало шатать. Джошуа нашел густую заросль, они забились под ветки.
Чесни отрубился сразу, не предложив подежурить.
Вольф ощупал окрестность, не нашел ничего, размеренно задышал, расслабился, продолжая мысленное наблюдение.
Около полудня Чесни засопел и проснулся.
Он увидел, что Вольф сидит по-турецки и считает деньги.
– Сколько?
– Чуть меньше полумиллиона, – доложил Джошуа. – Опять-таки, похоже, настоящие. – Он покачал головой. – Надо было им торговаться, а не хвататься за бластеры. Две трети – не такая плохая плата.
Чесни кивнул.
– Ты прав. Бог свидетель, я брал меньше и не рыдал потом ночь напролет. Скажи, почему люди не умеют быть честными?
Вольф поглядел на него, но не ответил. Чесни хватило ума отвести взгляд.
* * *Почти до полуночи они двигались медленно, тихо, вдоль самого гребня, потом выжидали до утра.
В небе носились патрульные катера, лифтеры, грависани. Однако ни один не замедлился, и Вольф не обращал внимания.
Выйдя к открытому месту, они долго вслушивались, потом пускались рысью.
– Мы сделали большой круг, – объяснил Вольф. – Еще раз переночуем на свежем воздухе, а утречком выйдем к «Резолюту».
– Скорее бы! – прошептал Чесни. – Я и не знал, что от меня может так разить. Оккупирую душ и не выйду оттуда никогда. Значит, это и есть солдатская жизнь?
– Нет, – отвечал Вольф. – Вот когда ты уже не замечаешь, что от тебя разит, тогда ты начинаешь становиться солдатом.
* * *В ту ночь, пока Чесни спал, Вольф подполз ближе, вытащил у него бластер и с силою вдавил дуло в землю. Затем аккуратно счистил наружную грязь и вновь уложил бластер рядом со спящим.
* * *Чесни коснулся сенсоров на пульте, выждал.
Бурая вода всколыхнулась, и «Резолют» всплыл. Загудели дополнительные двигатели, выталкивая его на берег. Шлюз открылся, наружу скользнул трап.
Вольф двинулся к кораблю.
– Джошуа.
Вольф остановился.
– Повернись, Вольф. Я не люблю стрелять в спину.
Джошуа подчинился.
Чесни двумя руками направлял бластер ему в грудь.
– Я не согласен, что три четверти миллиона – достаточно для двоих! – произнес Чесни тем же ликующим голосом, каким говорил Тревору, что тот ошибся. – И с нашим общим другом я тоже делиться не намерен.
– Не надо, Меррет, – сказал Джошуа.
– Надо. – Голос Чесни звенел, как надтреснутый хрусталь. – Ты не спал и слышал, что я говорил во сне. Никто не должен знать. Никто.
– Я сказал, не делай этого, – спокойно отвечал Вольф.
Забитое грязью дуло смотрело прямо на Вольфа.
– Прощай, – сказал Чесни.
Вольф повернулся и пошел к трапу.
Меррет Чесни рассмеялся и судорожно дернул курок.
* * *– Чесни мертв, – сказал Вольф пустому экрану.
– Как?!
– Он не верил, что люди иногда говорят правду.
– О чем ты?
Передатчик некоторое время шипел.
– Ладно, – заключил голос. – Тот еще был чудик, чтоб не сказать хуже. Ты ведь знал про него?
– Узнал.
– До чего он трясся, что кто-нибудь узнает, а по-моему, знали все. Ладно. Что дальше?
– Без изменений, – сказал Вольф. – У меня почти три четверти миллиона. Беру свое, остальное заброшу тебе.
– Как делим?
– Возьму пятьдесят процентов, как договаривались, плюс половину от его пятидесяти за непредвиденные осложнения, – ответил Джошуа. – Считай, сколько тебе осталось.
– Щедро, однако, – заметил голос.
– А что? Мне достался корабль, могу поддержать старые связи.
– Хорошо. С тобой приятно работать, – сказал голос. – Приготовься записывать.
Вольф поискал глазами на контрольной панели «Резолюта», нашел кнопку записи, нажал. Голос продиктовал координаты, спросил:
– Готово?
– Ага.
– Отлично. – Наступила недолгая тишина. – Вольф, мне жалко, что так получилось… но ты понимаешь, работа наша такая.
Вольф поднял бровь.
– Отбой, – произнес голос, и связь оборвалась.
* * *Координаты обозначали точку в открытом космосе, далеко от ближайших звезд, на самой окраине Федерации.
Во время войны здесь произошло большое сражение, искореженные останки федеральных и эльярских кораблей до сих пор бесцельно вращались по случайным орбитам.
В назначенной точке висел среднего размера ультрасовременный звездолет.
Вольф включил ком.
– Неизвестный корабль, говорит «Резолют».
– Привет, «Резолют». Деньги при тебе? – спросил незнакомый голос. Вольф пожал плечами – он и не ждал личной встречи с работодателем.
– Да.
– Тогда заваливай к нам.
Вольф вдохнул, ощупал пространство. Ничего. Ни тепла, ни угрозы.
Он сунул бластер в рукав, надел скафандр, сверху нацепил другой бластер, тяжелый, вышел в шлюз и оттуда в космос.
Там было темно, только вдалеке мерцали забытые солнца. Вольф включил прожектор скафандра и реактивный ранец, доплыл до чужого корабля, нажал сенсор возле внешнего шлюза.
Дверца открылась. Вольф вплыл внутрь, закрыл внешнюю дверцу, впустил воздух, открыл внутреннюю.
Перед ним предстало роскошно обставленное помещение. Вольф сделал шаг, увидел троих с автоматами наперевес. На них были странные, плотно прилегающие шлемы, начинавшиеся от шеи, с зеркальными пластинками на месте глаз.
Ругая свою беспечность, Джошуа медленно поднял руки.
Из каюты вышел мужчина в шлеме, но без скафандра. На его форменной куртке красовалась алая ломаная линия.
– Шевельнешься – стреляю, – сказал голос в наушниках Джошуа.
Мужчина забрал у Вольфа бластер, быстро отстегнул и снял шлемофон скафандра.
Шприц вошел Вольфу в шею. Тот дернулся, но поздно.
– Ну вот, – произнес голос из другой комнаты. – Теперь ты наш.
Панель отъехала в сторону, и вошел Джалон Какара. Глаза его дышали злобой и ненавистью.
– Я предупреждал тебя, – сказал Какара и с размаху ударил Вольфа в лицо. – Я предупреждал тебя, – повторил он.
Глава 15
СЕКРЕТНО.
Согласно параграфу 267—65—909 Устава Федеральной Службы, следующие РЕЗЕРВНЫЕ ПОДРАЗДЕЛЕНИЯ вводятся в СТРОЙ и примут участие в федеральных маневрах, как только весь личный состав прибудет на места дислокации:
783-й батальон армейской полиции.
43-й охранный полк космодромов.
12-й отряд информационного освещения.
7-й отряд дальнего патрулирования (за исключением 17-го взвода).
96-я команда материально-технического обеспечения.
21-е разведывательное авиа звено.
78-е разведывательное авиа звено.
111-е разведывательное авиа звено.
831-е тяжелое транспортное авиакрыло.
96-я рота обслуживания полевых штабов.
4077-й отряд медицинской службы.
3411-й отряд медицинской службы.
9880-й отряд медицинской службы.
Всем членам указанных подразделений НЕМЕДЛЕННО явиться на пункты сбора. Им разрешено пользоваться любыми видами гражданского транспорта с правом внеочередной посадки.
Члены указанных подразделений должны информировать своих близких, что призываются на длительную военную службу и не смогут взять семьи в места постоянной дислокации.
Сборы осуществляются в плановом порядке для проверки степени мобилизационной готовности.
Нет никакой причины для тревоги и распространения ложных слухов.
РУКОВОДИТЕЛЮ ОПЕРАЦИИ.
Тара Фелпс
Вице-адмирал
Федерация.
Глава 16
– Я тебе велел, – продолжал Какара, – даже во сне держать один глаз открытым… а ты не послушался. Вел прежнюю веселую жизнь. Думал, можно украсть мою жену, и ничего тебе не будет.
Вольф попытался ответить, не смог. Какара ухмыльнулся:
– Язык проглотил? Просто чтобы ты знал: тебе вкатили двести кубиков гипнодека. Ты владеешь телом, но не более того. Ну-ка попробуй еще, заговори.
Вольф попытался мысленно преодолеть несколько сот ярдов, отделяющих его от «Резолюта», дотянуться до Великой Лумины.
Мысли еле ворочались. Он чувствовал себя опустошенным, выжатым, оглушенным.
– Видишь? – осклабился Какара. – Видишь? Так теперь и будет. Ты получил предварительную дозу и уже стал куда сговорчивее. Дальше я буду программировать тебя, как компьютер. – Он повернулся к помощнику: – Вкати ему остальное.
Тот повиновался.
– Отлично, – сказал Какара. – Теперь, если бы я захотел, можно было бы приказать – и ты бы у меня покончил с собой, как миленький. Но я не прикажу. Ты нужен мне, Джошуа Вольф. Спи! Спи!
Вольф закрыл глаза, пошатнулся, начал падать.
– Ловите его, – распорядился Какара. Двое в комбинезонах ухватили Вольфа за ремень.
– Хорошо, – сказал Какара. – Просто замечательно. Тащите его в лабораторию, разденьте и обыщите. Особенно проверьте все дырки, не спрятал ли там чего. Если проморгаете, ответите головой.
– Что делать с его кораблем? – спросил один.
– Уничтожьте!
Где-то глубоко-глубоко, на дне океана, в оглушенном сознании Вольфа зашевелился безумный страх.
Невероятным усилием воли он подстегнул себя, толкнулся к невыразимо далекой поверхности.
Дотянулся…
Или, может, Лумина дотянулась до него.
– Ладно, – сказал Какара. – Я передумал. Не тратьте энергию. Пусть ржавеет с остальными.
* * *Джошуа слышал слова, которые повторялись снова и снова:
– Проснись… проснись… ну же, просыпайся. Черт, что-то с ним не так!
Вольф медленно всплывал на поверхность.
– Все с ним так, – произнес спокойный, стерильный голос – Вероятно, мы ввели слишком большую дозу гипнодека и ему нужно время, чтобы вернуться в сознание. Не паникуйте, Какара. Тревоги только укорачивают вашу жизнь.
Вольф услышал нечленораздельную брань. Он был почти у поверхности.
– Ага, – сказал Какара. – Ага, возвращается. Веки подрагивают. Слышишь меня?
– Слышу, – отвечал Вольф.
– Понимаешь?
– Понимаю.
– Он не врет?
– Нет, – сказал спокойный голос – Возможно, он не способен вполне анализировать слова, но ваша речь… ваши приказы проникают в его мозг и оседают в памяти.
– Хорошо, – произнес Какара, – а то я хочу сказать ему кое-что занятное.
Слушай, Вольф. Я знаю, кто ты. Всю твою подноготную. Джошуа Вольф, пленник эльяров, во время войны – десантник-подрывник, работал на Федеральную Разведку, когда кончились государственные денежки, вместе с другими вояками остался сосать лапу, докатился до того, что в Отверженных Мирах ловил преступников за награду, внештатный сотрудник ФР, разругался с ними, сейчас в розыске, хотя объявлений пока больше не рассылают.
Ну, как тебе?
Когда ты украл Риту – зачем, не знаю, но ты мне скажешь, – я велел тебе не строить планов на будущее, помнишь?
Джалон Какара получает, что хочет. Всегда. И я начал тебя искать. Для начала проследил, откуда ты взялся.
Несколько покойников могут поблагодарить тебя за то, что оказались на том свете. Я начал с той сучки из агентства по найму. Она ни хрена не знала. Твое фальшивое резюме сбило ее с толку. Однако она мертва. Я не люблю людей, которые играют со мною в игры.
Но дальше я оказался в тупике. Я решил, что меня надул профессионал, а таких ловкачей среди них негусто. Я приказал своей службе безопасности – а они в своем деле собаку съели – поискать в канавах, где живут такие, как ты.
Одно имя выплыло несколько раз.
Джошуа Вольф. Но голография, которую я получил, не соответствовала снимку в твоем личном деле, и я ее отложил.
Но оно всплывало снова и снова. Прочих твоих коллег пришлось отбросить – они либо умерли, либо работают, либо у них алиби.
А этот Джошуа Вольф любил для прикрытия изображать игрока или бармена.
Я рискнул. Я тоже играю в покер. У меня есть интуиция, и она редко подводит. Я вспомнил, сколько жуликов перекраивает себе рожу, когда их прижмет.
Я стал искать тебя. Землю носом рыл. Назначил награду. Большую.
Ничего не проклевывалось, и я уже решил, что ошибся, но тут на меня вышел один твой дружок.
Он сказал, ты работаешь на него, но, если вернешься живым, он сдаст тебя мне за сходную цену.
Он даже велел передать тебе: «Как я и говорил, не обессудь, дело есть дело».
Славные дружки у тебя, Вольф. Я бы пришил и его, чтобы не оставлять концов, да скользкий, гаденыш, его поди проследи.
Впрочем, рано или поздно я до него доберусь. Далеко не уйдет.
Ну что, Вольф, поджилки дрожат? Понял наконец, с кем связался?
Теперь я скажу, чего от тебя хочу. Хотя, если твой котелок хоть немного варит, ты уже сам сообразил, что к чему.
Ты скажешь мне, где Рита, а поскольку, я так понимаю, ты крал ее не для себя, то ответишь мне, кто тот ублюдок.
Вольф часто задышал, кулаки его сжались.
– Прекратите, идиот! – вмешался стерильный голос – Вы только что задели одну из его навязчивых идей. Продолжайте – и у него случится кровоизлияние в мозг!
– Ладно, ладно, – продолжал Какара. – Забудь, что я сказал про Риту.
Вольф снова задышал ровно.
– Это как идти по минному полю, – посетовал Какара. – Ладно, Брандт, чего мне теперь делать? И никогда больше не называй меня идиотом. Я предупреждаю один раз.
– Мои извинения, – произнес голос все так же спокойно. – Скажите ему, чтобы проснулся совсем.
– Проснись, Вольф, – приказал Какара. – Видь, слышь, ощущай.
Вольф всплыл на поверхность. Он почувствовал стол, на котором лежит, ремни на руках и ногах.
Рядом с Какарой стоял худощавый лысеющий мужчина лет шестидесяти с небольшим, благожелательного вида лицом, в старомодных очках. На нем был строгий костюм – дорогой пиджак без лацканов, брюки, рубашка со стоячим воротничком.
– Джошуа Вольф, – сказал он. – Я – доктор Карл Брандт. Вы слышали обо мне?
– Нет, – отвечал Вольф.
– Вот и хорошо. Не люблю бывать на виду. – Брандт с улыбкой оглядел Вольфа. – Вы должны извинить мою гордость, но я считаю вас творением своих рук.
Довольно долгое время я работал на Федеральную Разведку. Это я изобрел различные мозговые блоки и программы самоуничтожения, которые вам поставили, чтобы не опасаться пыток, психотропных средств и длительных допросов.
Мне редко представлялся случай осмотреть кого-либо из моих пациентов, особенно таких, кто, как вы, подвергался большим перегрузкам.
Пока вы были без сознания, я провел серию тестов и потрясен вашей мозговой стабильностью, во всяком случае в той мере, в какой ее можно оценить психологическими методами.
Мне бы хотелось повозиться с вами подольше, но Какара сказал, это невозможно.
Поскольку теперь я работаю на него, боюсь, мне придется только наблюдать со стороны.
– Понял, Вольф? – сказал Какара. – Тебе никуда не деться, ты даже умереть не сумеешь. Меня предупредили, что вашему брату ставят в мозги начинку, так что, если тебя прижать или накачать наркотой, ты себя убьешь. Отключишь мозг, остановишь сердце, да хрен еще сколько там у тебя способов самоубийства.
Так что я стал искать хорошего врача, и мне повезло. Я понял, что усилия вознаграждаются. Я нашел малого, который собрал тебя… или, по крайней мере, таких, как ты.
Это еще не все. Мне уши прожужжали, какие ты умеешь выкидывать фокусы. Я сам помню, как ты загипнотизировал меня и остальных, и нам показалось, что ты стал невидимым. А может, и правда стал. Не важно.
Моим ребятам объяснили – это потому, что ты вырос среди эльяров. Они сказали: ты сам наполовину эльяр.
Черт, неудивительно, что от тебя мурашки бегут по коже. Ты такое же чудовище, как и они.
Я задумался. Тогда доктор Брандт рассказал мне про одну штуку, о которой ты, наверное, даже не слышал.
– Федерация отлично знала про умственные способности эльяров, – сказал Брандт. – Были поставлены исследования с целью выяснить, каким образом эльяры оказывают влияние на людей. Испытывалось несколько вариантов, сработал только один: шлемы, которые были на людях мистера Какары.
Их использовали во время рейда перед самым Большим Наступлением. Похоже, в этих шлемах люди становились невидимы для эльяров, во всяком случае в донесении сообщалось о замешательстве во вражеских рядах.
Шлемы не успели запустить в производство до Большого Наступления, а потом, когда эльяры исчезли, отпала и сама необходимость.
Я читал предварительные отчеты и сумел отыскать несколько опытных образцов.
Похоже, отчеты не лгали, а? Вы не смогли оказать сопротивление нашим людям.
– Понял? – сказал Какара. – Теперь-то ты попался. Ладно, доктор. Поболтали, и хватит. Как добиться от этого гада, чтобы он нам помог?
– Очень просто, – сказал Брандт. – Не просите его открыть вам свои тайны. Просто велите доставить к вашей жене. Прикажите обратиться к ней, чтобы она приготовилась встретить друзей, а не врагов. Задавайте простые, прямые вопросы – и получите четкий ответ. Не требуйте интерпретаций или экстраполяции. Даже под гипнодеком у него достаточно свободной воли, чтобы избежать их. Или включится механизм самоубийства.
По широкому лицу Какары поползла нехорошая улыбка.
– Ладно. Доставь меня к Рите.
Над морем бушевала буря. Вольф погружался все глубже и глубже.
– Заведите в бортовой компьютер координаты планетоида Малабар в Отверженных Мирах, – сказал он Какаре.
* * *Какара налил себе еще бокал, поднял его, отсалютовал Джошуа Вольфу. В шикарной капитанской каюте они были одни.
– Вот послушай, – сказал он, – что будет, когда я заполучу Риту.
Во-первых, я убью тебя, чтоб уж наверняка, а то хрен его знает, кто ты такой, человек или эльяр. Хотя на быструю смерть не рассчитывай.
Сперва я думал убить того ублюдка. Но потом решил, что прежде позабавлюсь с Ритой. Пусть полюбуется, как у нас это было. Только на этот раз я позволю себе кое-что новенькое.
Потом я убью его. Медленней, чем тебя.
Что до Риты… Сначала я думал ее убить, – сказал Какара и тяжело задышал. – Но есть вещи, которые хуже смерти. Когда я и мои мальчики с нею натешимся, я оставлю ее в живых. Наверное, высажу ее на одной знакомой планетке. Дам еды. Привешу на робота фотокамеру, пусть снимает с птичьего полета. Там живут… не знаю, кто они… может, заинтересуются ею.
Я с удовольствием посмотрю.
Какара вытер ладонью рот.
– Да, – повторил он, – с большим удовольствием. Некоторое время он сидел, глядя на Вольфа.
В дверь постучали.
– Входи.
Вошел человек в форме с алой ломаной линией. В руке он держал бумагу.
– Я получил предварительные данные по Малабару, сэр.
– Расскажи словами, – приказал Какара. – Познакомься, Вольф, это Пак, один из моих аналитиков. Помогал мне создать компанию. Я поручал ему кое-какие расследования, не предназначенные для чужих ушей. Вроде того, кто из президентов торговых линий берет себе в спутники смазливых мальчишек или кто кому давал взятки во время войны. Я велел ему разузнать про Малабар. Выкладывай, Пак.
– Малабаром называется самый большой планетоид, – доложил аналитик, – в поясе астероидов системы такой-то, координаты такие-то. Во время войны служил специальной оперативной базой Военно-Космических сил. После войны используется как депо для списанных в резерв звездолетов.
– Хм! Мы когда-нибудь покупали там корабли?
– Нет, сэр. Это черт-те какая даль. По слухам, там сейчас убежище контрабандистов, подпольный док, перевалочный пункт и тому подобное. Все шито-крыто, на поверхности практически ничего нет. Сколько населения – неизвестно. Каким-то образом его перевели в частную собственность, хотя списанные корабли, похоже, все еще на месте.