- -
- 100%
- +
Глава 1
В день ее первой свадьбы погода выдалась великолепная. Необычайно теплый для января день. Голубое небо, яркое солнце и ни легкого ветерка, который мог бы растрепать ее тщательно уложенные волосы.
Словно весь свет застыл в ожидании соединения двух душ.
Короткое фырканье вырвалось из горла Рионны Макдоналд, отчего будущий муж вопросительно вскинул брови.
Погода в день ее второй свадьбы? Мрачная и сырая, с надвигавшимся с запада зимним бураном. Становилось все холоднее. И ветер, неустанный, яростный, стремящийся смести все со своего пути. Словно весь мир знал, что она не верит человеку, стоящему рядом с ней, готовому произнести обеты, которые свяжут их навеки.
Озноб прошел по позвоночнику, несмотря на то что они стояли перед огромным очагом в главном зале.
Кэлен нахмурился и придвинулся к Рионне, словно стараясь защитить ее от сквозняка, насквозь продувавшего меховые шкуры, которыми были занавешены окна. Она невольно отступила.
Этот человек действовал ей на нервы, а ведь немногим людям удавалось ее запугать.
Жених нахмурился еще сильнее и обратил взор на священника, Рионна поспешно огляделась в надежде, что никто не заметил этой сцены. Не нужно, чтобы люди считали, будто она побаивается мужа. Даже если это чистая правда.
Юэн Маккабе, старший брат Кэлена и первый из тех, за кого должна была выйти замуж Рионна, стоял рядом с братом, скрестив руки на широкой груди. Похоже, ему не терпелось покончить с церемонией.
Аларик Маккабе, тот, за кого она едва не вышла замуж после того, как Юэн взял в жены Мэйрин Стюарт, тоже терял терпение и поглядывал на лестницу с таким видом, словно готовился сбежать в любую минуту. Впрочем, не Рионне его осуждать! Его жена Кили лежала наверху, оправляясь от раны, которая едва не стоила ей жизни.
Бог любит троицу.
Король Дэвид не собирался стоять в числе приглашенных и величественно восседал у огня, с одобрением взирая на происходившее, пока священник бубнил подобающие случаю слова. Вокруг него расселись множество лэрдов со всей округи. И каждый ждал заключения союза между Макдоналдами и Маккабе. Брака, который будет заключен между Рионной Макдоналд и Кэленом – младшим и последним из братьев Маккабе.
Этот факт был крайне важен, потому что, если что-то пойдет не так, больше не останется Маккабе, за одного из которых она могла бы выйти замуж, а ее гордость просто не вынесет очередного отказа.
Она перевела взгляд с короля и лэрдов на мрачного отца, сидевшего поодаль от собравшихся воинов. Лицо его искажала совершенно не мужская капризная гримаса.
На какой-то момент их взгляды скрестились, и отец хищно ощерился. Она не поддерживала его в стремлении сохранить положение лэрда. А ведь любой послушной и верной дочери следовало быть на стороне отца. Она совсем не была уверена в том, что Кэлен Маккабе будет лучшим лэрдом, но человек он точно куда более порядочный.
Она неожиданно осознала, что все смотрят на нее, и нервно уставилась на священника. Господи, да ведь от нее требуют произнесения обетов! И что всего постыднее, она понятия не имела, что сказал священник.
– Это то место из требника, где ты обещаешь повиноваться мне, почитать и оставаться верной, – издевательски протянул Кэлен.
Она на мгновение застыла и пронзила его таким свирепым взглядом, что немедленно об этом пожалела. Но не могла же она взять этот взгляд обратно!
– А что обещаешь мне ты?
Светло-зеленые глаза холодно обозрели ее и немедленно скользнули в сторону, словно не найдя ничего достойного внимания.
– Ты получишь мою защиту и уважение, подобающие леди твоего статуса.
– И это все? – прошептала она и тут же прикусила язык. Сейчас Рионна отдала бы все на свете, чтобы они остались невысказанными. Но разве удивительно, что она хотела большего? Юэн Маккабе обожал свою жену Мэйрин, а Аларик пошел против короля и страны, чтобы быть с женщиной, которую любил, ловко отвергнув Рионну.
Не то чтобы она была зла на него. Рионна искренне любила Кили, а Кили заслуживала счастья. И сердце ее возрадовалось, когда такой сильный и красивый мужчина, как Аларик, открыто провозгласил свою любовь к Кили.
Но от этого становилось еще яснее, как пуст и несчастен ее брак.
– Так что ты хочешь? – раздраженно прошипел Кэлен.
Рионна вскинула подбородок и ответила ледяным взглядом:
– Ничего. С меня и этого довольно. Я получу твое уважение и внимание. Но в защите не нуждаюсь!
– Вот как? – удивился он.
– Да. Я вполне способна сама о себе позаботиться.
Кэлен ухмыльнулся. Собравшиеся неприкрыто хохотали.
– Произноси обеты, Рионна. Не стоять же здесь целый день. Мужчины проголодались: вот уже две недели ждут свадебного пиршества.
Среди собравшихся послышались утвердительные возгласы. Щеки Рионны загорелись. Это день ее свадьбы, и она не позволит себя торопить.
Словно почувствовав, что она намеренно доводит себя до праведного гнева, Кэлен схватил ее за руку и подтянул к себе, пока она не ощутила жар его бедра даже сквозь ткань платья.
– Святой отец, – почтительно обратился Кэлен к священнику, – не будете ли так добры повторить все, что ей нужно сказать?
Пока священник послушно перечислял обеты, Рионна буквально пылала яростью. Слезы жгли веки, и она даже не понимала почему. В конце концов, она и Аларик вовсе не были влюблены, да и этот брак заключается из чистого расчета. Сама идея была подана ее отцом и с радостью воспринята Маккабе и самим королем.
А она всего лишь пешка, которой воспользуются и выбросят.
Рионна вздохнула и покачала головой. Глупо предаваться отчаянию. Бывают вещи и похуже. Ей следует радоваться. В Кили она обрела сестру своего сердца. И пусть ее ждет долгое выздоровление, все же Кили счастлива в браке. И отец Рионны больше не будет лэрдом их клана.
Она осмелилась посмотреть в сторону отца, который как раз опрокидывал очередной кубок с элем. Вряд ли стоит винить его за пьянство. Вся жизнь его рухнула в один миг.
Но она не могла найти в своем сердце и частички сожаления.
Ее клан мог стать великим… и был бы великим, будь у него настоящий вождь. А вождем отец был на редкость плохим. Он ослаблял имя и клан Макдоналдов, пока не был вынужден просить помощи и союзничества у более могущественного клана.
Ее свободная рука сжалась в кулак. Она мечтала вернуть былую славу клану. Превратить солдат в грозную армию. Теперь это станет задачей Кэлена, а ей самой отведена роль наблюдательницы, хотя она жаждала участвовать в каждом деянии мужа.
Рионна удивленно ахнула, когда Кэлен неожиданно нагнулся и коснулся ее губ своими. Не успела Рионна опомниться, как он выпрямился, оставив ее с широко раскрытыми глазами. Рионна поспешно прикрыла рот дрожащей рукой. Значит, церемония закончена. Служанки уже входили в зал с подносами в руках. Большая часть этой еды была доставлена из ее погребов после идиотского пари отца, заключенного несколько месяцев назад.
Кэлен жестом велел жене идти впереди к высокому столу. Рионна с облегчением увидела, как Мэйрин присоединилась к своему мужу. В море одинаковых, неотличимых друг от друга угрюмых лиц Мэйрин Маккабе была лучиком света. Уставшим, правда, но лучиком.
Мэйрин с приветливой улыбкой поспешила к Рионне:
– Рионна, ты так прекрасна! Сегодня здесь нет ни одной женщины, достойной сравниться с тобой.
Рионна смущенно покраснела. По правде говоря, она стыдилась того, что сегодня на ней было то же платье, в котором она собиралась венчаться с Алариком. Она чувствовала себя скомканной, измятой и поношенной, но искренность улыбки Мэйрин подняла упавший дух Рионны.
Мэйрин сжала руки Рионны, словно пытаясь ее ободрить.
– О, у тебя пальцы как лед! – воскликнула она. – Я так хотела присутствовать на вашем бракосочетании! Надеюсь, ты примешь мои извинения.
– Конечно, – улыбнулась в ответ Рионна. – Как себя чувствует Кили?
Из глаз Мэйрин исчезла тревога.
– Пойдем сядем, и я расскажу тебе о Кили.
Рионну задело, что сначала пришлось взглянуть на мужа, чтобы дождаться кивка. Скрипнув зубами, она уселась рядом с Мэйрин. Подумать только, она уже ведет себя как покорная безмозглая курица, хотя замужем не более пяти минут.
Но честно говоря, Кэлен пугал ее. В отличие от Аларика. Даже Юэна она не боялась. А Кэлен внушал ей ужас.
Рионна надеялась, что Кэлен присоединится к ней не сразу, но ошиблась в своих расчетах. Муж устроился так близко, что прижимался к ее бедру.
Решив, что будет грубо и невежливо подвинуться к Мэйрин, она предпочла игнорировать его прикосновение. Тем более что он имеет полное право обращаться с ней как пожелает. Они – муж и жена.
Осознав это, она затаила дыхание. Кэлен, конечно, захочет осуществить супружеские права, и ее ждет брачная ночь и потеря невинности. Все то, о чем женщины шептались, когда рядом не было мужчин.
Но беда в том, что Рионна проводила все время в мужском обществе и в жизни не сплетничала и не шепталась с другими дамами. Кили разлучили с ней очень давно, прежде чем Рионну стали интересовать подобные вещи.
Имея отца-распутника и находясь в постоянной тревоге за Кили, Рионна чувствовала тошноту при одной мысли о соитии с мужчиной. Но теперь у нее есть муж, который будет ожидать… ожидать вполне определенных вещей, и, помоги ей Боже, она не знала, чего именно.
От унижения свело лицо. Она может спросить Мэйрин. Или одну из женщин клана Маккабе. Все они благородны и великодушны, и все добры к Рионне.
Но при мысли о том, чтобы признаться, насколько она невежественна в таких делах, хотелось спрятаться под стол.
Она умела управляться с мечом лучше многих мужчин. Она могла драться. И была быстра и проворна. Могла быть безжалостной, если этого требовали обстоятельства. Ее нельзя было назвать хрупкой. Она не падала в обморок при виде крови.
Но понятия не имела, как целоваться.
– Ты собираешься есть? – спросил Кэлен.
Она подняла глаза. Блюда были расставлены, и Кэлен заботливо отрезал кусок мяса и положил ей на тарелку.
– Да, – прошептала Рионна, что было правдой. Она умирала от голода.
– Что будешь пить? Воду или эль?
Она в жизни не пила спиртного, но сегодня эль казался мудрым выбором.
– Эль, – ответила она и подождала, пока Кэлен нальет полный кубок. Рионна протянула руку, но, к ее изумлению, он сам поднес кубок к своим губам и, понюхав, сделал маленький глоток.
– Он не отравлен, – заверил Кэлен, ставя кубок рядом со своей тарелкой.
Она уставилась на мужа, не понимая, что он сейчас сделал.
– Но что, если бы он был отравлен?
Кэлен коснулся ее щеки. Всего-навсего нечто вроде ласки, немного ее утешившей.
– Я не дал бы тебе выпить. Мы однажды едва не потеряли одного Маккабе из-за такого предательства. Это больше не повторится.
От удивления Рионна открыла рот:
– Абсурд! Считаешь, что мне станет легче, если ты умрешь?
– Рионна, я только что дал священный обет защищать тебя. И это означает, что я отдам жизнь за тебя и наших будущих детей. Однажды змея, пробравшаяся в наш дом, пыталась отравить Юэна. Теперь, когда мы поженились, разве есть лучший способ воспрепятствовать союзу между нашими кланами, чем убить тебя?
– Или тебя, – напомнила она.
– Да, такая возможность существует. Но если единственная наследница Макдоналдов погибнет, клан прекратит существование, и это сделает нас легкой добычей для Дункана Камерона. Ты – сердце этого союза, Рионна, веришь ты этому или нет. Слишком многое лежит на твоих плечах, и гарантирую, тебе придется нелегко.
– Я никогда не думала иначе.
– Умница.
Он поднес кубок к ее губам, как любой новобрачный сделал бы для своей невесты во время свадебного пира.
– Пей, Рионна. Выглядишь усталой. Ты едва держишься на ногах и слишком напряжена. Попытайся расслабиться. Впереди у нас трудный день.
И он не солгал.
У Рионны едва хватало сил слушать тост за тостом. Тосты за Маккабе. Тосты за новую наследницу Маккабе. Юэн и Мэйрин были гордыми родителями новорожденной девочки, наследницы одного из самых больших и богатых владений во всей Шотландии.
Произносились тосты за Аларика и Кили. За здоровье Кили. За новобрачных. Скоро тосты сменились сальными шуточками на тему мужской выносливости Кэлена. Два лэрда даже заключили пари относительно того, как скоро Рионна забеременеет.
Тем временем глаза Рионны все больше стекленели, то ли из-за длинных цветистых речей, то ли потому, что она чаще, чем надо, прикладывалась к кубку, несмотря на то что эль бурлил в желудке, а голова кружилась.
Лэрд Маккабе объявил, что, несмотря на множество дел и необходимость принятия важнейших решений, сегодняшний день будет посвящен празднованию свадьбы младшего брата.
Рионна подозревала, что этим она обязана Мэйрин, но той не стоило трудиться. Причин для праздника было слишком мало.
Рионна искоса взглянула на Кэлена. Тот развалился на стуле, лениво обозревая сидевших за столом. Один из Маккабе бросил оскорбительное замечание в его сторону, которое Кэлен немедленно парировал. Что-то насчет его мужского достоинства. Рионна содрогнулась и мысленно отгородилась от происходящего.
И глотала, глотала эль, пока кубок не опустел. Она поставила его на стол с таким грохотом, что сама поморщилась. Никто, казалось, не заметил, но для нее звук был невыносимо громким.
Блюдо, стоявшее перед ней, куда-то плыло, и становилось тошно при мысли о том, чтобы положить в рот кусочек нарезанного Кэленом мяса.
– Рионна, что-то не так? – осторожно спросила Мэйрин, пробудив ее от полусна. Рионна виновато взглянула на Мэйрин, и, к ее изумлению, та внезапно раздвоилась.
– Я бы хотела видеть Кили, – выпалила она.
Если жена лэрда сочла странным желание Рионны видеть раненую в день своей свадьбы, то не подала виду.
– Если хочешь, я пойду с тобой.
Рионна облегченно вздохнула и стала подниматься. Но пальцы Кэлена словно сковали ее запястье. Хмурясь, он потянул ее обратно.
– Я хочу повидать Кили, поскольку она не сможет побывать на моей свадьбе, – пояснила Рионна и, едва не подавившись последними словами, добавила: – С твоего разрешения, конечно.
Он всмотрелся в нее, после чего разжал руку.
– Можешь идти.
До чего же надменно он держится! Как подобает мужу…
У Рионны что-то неприятно сжалось в животе, но она держалась. Замужем. Иисус рыдает, глядя с небес на этот брак, но она замужем. И от нее нынче требуется повиноваться мужу. Слушаться его во всем.
Она последовала за Мэйрин вверх по лестнице, с отвращением замечая, как трясутся руки. Один из людей Юэна сопровождал их, Мэйрин никуда не ходила без эскорта.
Господи милостивый, неужели теперь ее повсюду будут водить под уздцы? Становилось очень противно при мысли о том, что нельзя никуда пойти без того, чтобы кто-то не дышал тебе в шею.
Остановившись у двери Кили, Мэйрин тихо постучала. Ответил Аларик, и Мэйрин что-то тихо сказала деверю.
Аларик открыл дверь, но тут же сказал:
– Только не задерживайтесь. Она быстро устает.
Рионна невольно сравнила несостоявшегося мужа и его младшего брата – человека, женой которого стала.
Оба, вне всякого сомнения, были свирепыми воинами, но она все равно предпочла бы Аларика. Он казался не таким холодным как Кэлен. Не таким безразличным равнодушным.
Рионна пока еще не поняла, в чем дело, но что-то в глазах Кэлена выводило ее из равновесия, заставляло настораживаться, словно при виде хищника. В его присутствии она чувствовала себя крохотной, беззащитной. Женственной.
– Рионна, – кивнул Аларик, – поздравляю новобрачную.
Глаза его по-прежнему смотрели немного виновато, и, по правде говоря, она до сих пор была обижена. Его влюбленность в Кили не изгнала из Рионны ощущения ненужности, никчемности. Но она постарается преодолеть это чувство.
– Спасибо, – пробормотала она и, дождавшись, пока Аларик пройдет мимо, вошла в комнату.
Кили полусидела, подпертая подушками. Лицо бледное, на лбу морщинки усталости. Но все же при виде Рионны она слабо улыбнулась.
– Извини, что пропустила твою свадьбу, – прошептала она.
Рионна тоже улыбнулась, подошла к постели и села на самом краешке, чтобы не причинить Кили лишней боли, и потянулась к ее руке.
– Ничего. Я сама ее почти не помню.
Кили фыркнула, но гримаса боли тут же исказила ее лицо.
– Я должна была увидеть тебя, – пробормотала Рионна. – Есть нечто такое… хотелось бы спросить твоего совета.
Кили широко раскрыла глаза и, взглянув на Мэйрин, спросила:
– Ничего, если Мэйрин останется? Ей вполне можно доверять.
Рионна нерешительно посмотрела в сторону Мэйрин.
– Может, я спущусь и принесу эля? Это даст вам время поговорить наедине, – предложила Мэйрин.
– Не стоит, – вздохнула Рионна. – По правде говоря, мне понадобится совет нескольких женщин. Что ни говори, а Кили совсем недавно замужем.
Щеки Кили окрасил легкий румянец. А Мэйрин усмехнулась:
– В таком случае я пошлю за элем, и мы поговорим. Клянусь, ни слова не выйдет за двери этой комнаты.
Рионна благодарно посмотрела на Мэйрин. Та подошла к двери и что-то сказала Гэннону, стражнику, который проводил их сюда.
– А под дверью можно подслушать? – шепнула Рионна Кили.
– Уверяю, отсюда не донесется ни звука. Итак, что ты хотела обсудить?
Рионна покорно подождала возвращения Мэйрин и прикусила губу, боясь обнаружить свое полное невежество.
– Это насчет брачной постели.
– Вот как, – понимающе кивнула Мэйрин.
– Ясно, – поддержала Кили.
Рионна раздраженно вздохнула:
– Что мне делать? Что я должна делать? Я ничего не знаю о поцелуях… и вообще ни о чем. Умею только драться на мечах и ничего больше.
Выражение лица Мэйрин смягчилось. Взгляд стал серьезным. Она накрыла ладонь Рионны своей и слегка сжала.
– По правде говоря, совсем недавно я была в таком же положении. И спрашивала совета у старших женщин клана. Нужно сказать, они сумели открыть мне глаза.
– И мне тоже, – подтвердила Кили. – К сожалению, мы были совсем невежественны и у нас не было матерей, которые могли бы наставить нас в подобных вещах. Думаю, Рионна, твоя мать тоже не обсуждала с тобой столь деликатные вопросы.
– Она отчаялась вразумить меня с тех пор, как у меня появилась грудь.
– У тебя появилась грудь? – вскинула брови Кили.
Рионна покраснела и опустила глаза на грудь. На плоскую грудь. Если Кили или кто-то другой узнает, что кроется под повязками… Но мужу все скоро станет известно, если только Рионна не умудрится осуществить брак в одежде.
– Все не так уж сложно, Рионна, – улыбнулась Мэйрин. – Большую часть работы проделывает мужчина, по крайней мере сначала. Но как только приобретешь немного опыта, сможешь сама делать все, что угодно.
– Аларик – чудесный любовник, – вздохнула Кили.
Мэйрин покраснела и откашлялась.
– Честно сказать, сначала Юэн было не слишком искусен. Наша брачная ночь была завершена слишком поспешно, потому что на нас шла армия Дункана Камерона. Но потом Юэн сделал все, чтобы исправиться, и, должна сказать, результаты были весьма удовлетворительны.
Щеки Рионны загорелись. Глаза подруг стали мечтательными, стоило им заговорить о своих мужьях. Рионна представить не могла подобную реакцию на Кэлена. Он просто слишком… грозен. Да, это вполне подходящее описание.
Стук в дверь прервал разговор, и подруги замолчали.
Мэйрин откликнулась, и Гэннон с неодобрительным видом поставил кувшин и кубки на маленький столик рядом с кроватью Кили.
– Гэннон, можешь идти.
Он нахмурился еще сильнее, но попятился к двери. Рионна с любопытством воззрились на Мэйрин. Почему она терпит такую дерзость?
Но та лишь самодовольно улыбнулась и разлила эль по кубкам.
– Он знает, что мы что-то затеваем, а сказать ничего не может, и это его убивает.
Она протянула Рионне кубок и осторожно вложила другой в руку Кили.
– Он вправду притупляет боль, – сказала та.
– Прости, Кили, я зря тебя потревожила. Пожалуй, мне лучше уйти. Не хотелось бы и дальше тебя утомлять, – пробормотала Рионна.
Кили пригубила эля и со вздохом откинулась на подушки.
– Нет, не уходи. Я с ума схожу от необходимости целыми днями лежать в спальне. Так приятно, когда тебя навещают. Кроме того, мы должны успокоить твои страхи относительно брачной ночи.
Рионна допила эль и протянула пустой кубок Мэйрин, прося добавки. Чувство было такое, что этот разговор ей не понравится.
– Нет никаких причин бояться, – успокоила Мэйрин. – Ручаюсь, Кэлен не будет с тобой груб. И вообще, – добавила она, наморщив нос, – будь благодарна, что на вас не идет целая армия. Признаться, мне не понравилась моя первая брачная ночь.
Рионна ощутила, как кровь отхлынула от лица.
– Ш-ш-ш, Мэйрин. Зачем ты ее пугаешь? – упрекнула Кили.
Мэйрин погладила Рионну по руке:
– Все будет хорошо, вот увидишь.
– Но что мне делать?
– Начнем с того, что ты вообще об этом знаешь? – спросила Кили.
Рионна зажмурилась от стыда и поспешно осушила кубок.
– Ничего.
– О Господи! – воскликнула Мэйрин. – Я тоже была невежественной, но монахини в аббатстве сочли нужным сообщить мне хотя бы отрывочные сведения.
– Думаю, нужно честно поделиться с Кэленом своими опасениями, – предложила Кили. – Только зверь способен не обратить внимания на страхи девственницы. Если у него есть хоть половина умения Аларика, ты останешься больше чем довольна.
Мэйрин хихикнула, не слишком веря столь откровенному хвастовству. Рионна снова протянула ей кубок.
Меньше всего на свете ей хотелось рассказывать Кэлену о своих девичьих страхах. Скорее всего муж просто посмеется над ней. Или еще хуже, окинет холодным безразличным взглядом, под которым она покажется себе полным ничтожеством.
– Это… больно? – выдавила она.
Мэйрин задумчиво поджала губы. Кили свела брови.
– Да, не особенно приятно. Вначале. Но боль быстро проходит, и если мужчина – искусный любовник, впечатления будут поистине незабываемыми.
– Особенно если на тебя не движется целая армия, – снова фыркнула Мэйрин, которая, похоже, никак не могла оправиться от такой несправедливости.
– Да прекрати ты, – раздраженно бросила Кили. – Нет никакой армии.
Подруги переглянулись и рассмеялись, затем Кили со стоном откинулась на подушки. Рионна молча смотрела на них, еще больше уверенная в том, что вовсе не хочет ложиться в брачную постель. Она широко зевнула, удивляясь тому, что комната почему-то ходит кругом. Голова весила не меньше прибрежного валуна, и становилось все труднее держать ее прямо.
Рионна встала и направилась двери, возмущенная собственной трусостью. Она ведет себя как женщина!
Но к своему полному недоумению, она почему-то оказалась у окна и недоуменно моргнула, когда в лицо ударил поток холодного воздуха.
– Осторожнее, – предупредила Мэйрин и, подведя Рионну к стулу в углу комнаты, с трудом усадила.
– Лучше посидеть здесь. Тебе не спуститься по лестнице, и ни к чему, чтобы мужчины узнали, чем мы тут занимались.
Рионна кивнула. Ей действительно не очень хорошо. Пожалуй, стоит посидеть, пока комната не перестанет вращаться.
Кэлен в сотый раз глянул в сторону лестницы. Юэн тоже, казалось, сгорал от нетерпения. Куда подевались Рионна и Мэйрин? Стояла поздняя ночь, и Кэлену хотелось закончить праздник и идти спать.
Тот еще праздник. Во время церемонии невеста, скорее, напоминала бездушную куклу, а потом упорно молчала.
Если такое поведение о чем-то говорит, этот брак ей не по вкусу еще больше, чем ему самому. Но какая разница? Они связаны долгом. А сейчас его долг – выполнить супружеские обязанности.
Чресла Кэлена напряглись, и волна похоти застала его врасплох. Давно уже он так сильно не хотел женщину. Но так было с того дня, как он увидел Рионну.
Втайне он стыдился собственной реакции на невесту брата. Неприлично и недостойно чувствовать такое острое жжение во внутренностях.
Но как бы он ни проклинал себя, ничто не могло изменить того факта, что стоило ей войти в комнату, как его мужская плоть оживала.
А теперь она принадлежит ему.
Он снова посмотрел на лестницу, после чего бросил многозначительный взгляд в сторону Юэна. Пора идти за женой и вести ее в спальню.
Юэн кивнул и встал, не обращая внимания на то, что король по-прежнему веселился. Юэн просто объявил, что пир закончен и всем следует отправляться на ночлег.
Они соберутся завтра утром, и начнутся переговоры. Юэну предстоит потребовать наследие своей дочери, а впереди еще и война против Дункана Камерона.
Кэлен последовал за Юэном по лестнице, где их встретил Гэннон.
– Леди Маккабе час назад ушла в свои покои, чтобы покормить младенца, – сообщил он.