Градовецкий целитель. Новый вызов

— Подойдёшь ко мне после операции, — нахмурился Егор Алексеевич.

Поначалу у меня даже не было времени и сил, чтобы следить за работой целителей, поэтому я просто делал свою работу, стараясь не отвлекаться. И лишь через пару часов, когда нам удалось вытащить парня из опасного состояния, я позволил себе немного отвлечься и последить за работой профессионалов. К тому времени Радимов закончил с черепом и занялся переломами рёбер.

— Сломанной челюстью будем заниматься в последнюю очередь, она не представляет опасности для жизни, — скомандовал он.

— Интересно, от кого ему так досталось? — вздохнула Нина Владимировна.

— Готов поспорить, у нас участник подпольного турнира, — Радимов настолько хорошо умел концентрироваться на работе, что успевал даже поддержать беседу. — Сами посудите: кто бы стал оставлять пациента на пороге? Только те, кто боялся за собственную шкуру. И потом, он — одарённый с талантом ратника, кто-то влил в него кучу энергии и попытался остановить внутреннее кровотечение. Думаю, это был целитель, которого пригласили работать на турнире. Он не смог справиться с повреждениями, поэтому было решено подбросить его сюда. Всё указывает на это. Как только выйдем из операционной, сообщим хранителям порядка. Вы ведь знаете правила.

— Обычно такие парни вообще не попадают в больницы, — покачала головой женщина.

— Этому повезло. Кто-то очень хотел, чтобы парень выжил. Кто-то, кто был готов подставить себя и остальных ради спасения его жизни.

Память прежнего Константина подкинула мне информацию, что подпольные турниры проводились в строжайшем секрете, потому как участники часто получали сильные повреждения, а иногда такие бои заканчивались смертельным исходом. Разумеется, они были запрещены законом, но бойцов и жадных до кровавых зрелищ зрителей это не останавливало. Ещё одной причиной были деньги. Организаторы продавали билеты по хорошей цене, а рядом, словно акулы, кружили букмекеры, принимавшие ставки на победу одного из участников. Дрались даже люди без дара, но когда на арену выходили одарённые, это всегда вызывало повышенный интерес. Прежний владелец тела никогда не был на этих ужасных турнирах, но слышал о них, как и многие другие.

Операция продлилась три с половиной часа. Наших общих усилий оказалось достаточно, чтобы устранить все опасные для жизни повреждения и вытащить пациента с того света. Теперь ему предстоит лечение и длительная реабилитация. Но на его месте я бы не спешил радоваться, потому как очень скоро к нему приедут хранители порядка.

— Через неделю переведём на Вещий остров, — резюмировал Егор Алексеевич, когда мы вышли из операционной, а больного повезли в первую палату.

— Что это за место? — поинтересовался я, представляя темницу для нарушителей, где они отбывают наказания за различные нарушения перед законом.

— Реабилитационный центр, где пациенты восстанавливаются после тяжёлых травм, — объяснил заведующий. — Мы не можем держать в больнице пациента, пока он восстановится окончательно. На это могут уйти недели, или даже месяцы. Тогда бы у нас не хватило мест на всех. А иногда нужна помощь целителей и лекарей, чтобы восстановиться после тяжёлых травм. Для таких людей и построен центр на Вещем острове. Это совсем недалеко, вверх по течению Светлицы. Можно сказать, на окраине города.

Вернувшись в ординаторскую, я решил перекусить, но с удивлением обнаружил, что мой ужин кто-то съел. У Радимова и Сарычевой было алиби, всё это время они были рядом со мной. Да и не стал бы Егор Алексеевич заниматься подобными делами. Выходит, это сделал кто-то из тех, кто остался в отделении и имел доступ в ординаторскую.

— Прощай, индюшиное филе с гречневой кашей, — пробормотал я, зашвырнув пустой контейнер обратно в холодильник. Видимо, сегодня мне придётся работать на пустой желудок.

Но удача была сегодня на моей стороне. Буквально через полчаса появился шанс на спасение.

— Нина Владимировна, там остался ужин, шесть порций. Почти никто не хочет ужинать, — расстроенным голосом заявила кухарка, заглянув в ординаторскую. — Может, кто-то из сотрудников будет? До завтра ведь всё равно испортится.

— Благодарю, у меня всё с собой, — ответила Сарычева, кивнув на холодильник.

Ох, я бы не был так уверен! Если мой контейнер опустошили, то и остальным могло достаться. Я понимал, что поднимать бучу из-за съеденного ужина нет смысла — всё равно не найду виновника. Нужно действовать иначе. Но сначала — утолить голод. После операции я потерял много сил и мне нужно восстановиться. Шутка что ли — три с половиной часа проторчать на ногах, перекачивать энергию и стараться не терять концентрацию?

— Варвара Семёновна, вы говорили, там что-то осталось на ужин? — поинтересовался я, заглянув на кухню.

— Конечно! Молочная каша с макаронами, есть овсянка с изюмом и компот из сухофруктов.

Овсянка! Терпеть не могу эту кашу. Хотя, говорят, что нужно уметь её правильно готовить, тогда она не будет развариваться до клейкой однородной массы.

— Молочный суп вполне сгодится, — оживился я. Пусть не особо сытная еда, зато уже не голодным работать. А как наша кухарка обрадовалась, что хоть кто-то оценил её старания!

— Кушай, Костенька! — просияла от счастья Варвара Семёновна, насыпая мне порцию. — У меня всегда вкусно получается. Я иногда со своих запасов даже что-нибудь притаскиваю, или на рынке покупаю, чтобы вкуснее было.

— Надеюсь, вы ничего не добавляете, что нельзя есть пациентам?

— Не волнуйся, не первый год работаю, — отмахнулась женщина. — И потом, Нина Владимировна каждую смену снимает пробу. Ну, или кто из старших на смене.

Вот ещё одна веская причина, зачем нужно становиться старшим целителем. У Варвары Семёновны действительно вкусная стряпня. Я даже не заметил как опустошил тарелку.

Вернувшись в ординаторскую, я стал свидетелем разговора Нины Владимировны с Алёной. Старшая целительница отчитывала девушку за проявленную слабость.

— Целитель не имеет права испытывать малодушие! — строгим голосом твердила женщина. — Многим может показаться, что крепость характера нужна только ратникам или духовникам, а целителю достаточно просто вливать энергию, и всё пройдёт само по себе. Но это не так!

— Простите, я сама не ожидала, что так выйдет, — принялась оправдываться девушка. — Просто это было действительно ужасно.

— Если ты не справишься, мне придётся перевести тебя в поликлинику. Там не будет таких ужасных пациентов.

— О, вы ошибаетесь, Нина Владимировна, — рассмеялся Макс. — На приём в поликлинику иногда приходят такие кадры, что уж лучше пациентов собирать по частям на операционном столе, чем выслушивать весь этот бред. В операционной они хотя бы молчат.

К счастью, до самого утра у нас больше не было серьёзных операций. Уже утром, за пару часов до конца смены в отделении снова появился Радимов.

— Костя, что у тебя с рукой? — поинтересовался он. — Дай погляжу!

С минуту Егор Алексеевич рассматривал её с помощью внутреннего зрения, а затем недовольно хмыкнул.

— Теперь понятно, почему у тебя нестабильно проходит энергия. Пойдём в операционную, приведём твои каналы в порядок.

Глава 4. Беспокойные соседи

— Нужно было довести лечение до конца! — принялся отчитывать меня Егор Алексеевич. — Ты — целитель, и должен это понимать. Если не долечиться, можно сделать только хуже. Ты ведь понимаешь, что пропуская через повреждённые каналы огромные потоки энергии, сильно рискуешь?

— Я не сразу заметил, что с каналами беда. Первые четыре дня вообще не использовал дар, потому как целители запретили, а потом уже было не до этого. Пётр Афанасьевич собирался помочь, но уволился, а помимо него настолько сильных специалистов не нашлось.

— Мог бы ко мне обратиться. Я ведь не на другом конце света живу, — обиженно произнёс заведующий. — Так, ты сейчас с ночи? Отлично! Отправляйся в процедурную, и жди, когда я освобожусь. Сейчас разберёмся с твоими каналами.

Я устроился в процедурной и принялся ждать. Прошло минут пятнадцать, когда дверь открылась, и на пороге появился заведующий. К тому времени я уже успел задремать.

— Давай на кушетку, — скомандовал Егор Алексеевич. — Если уснёшь, ничего страшного. Разве что только пропустишь самое интересное.

Вот ещё что удумал, я теперь точно не усну! Разумеется, я читал труды профессора Павлова о строении энергетического тела и методиках его лечения, но одно дело прочесть, и совсем другое — увидеть как это делается на практике.

— Активируй внутреннее зрение и посмотри на эти тёмные участки, — произнёс заведующий. — Видишь, что канал неоднородный? Это значит, что плотность понижена. Следовательно, когда ты проводишь энергию через этот канал, часть её попросту рассеивается через эти пустоты. Она не остаётся у тебя в ядре, не направляется к пациенту, а просто уходит в окружающее пространство без какой-либо пользы. Отсюда и нестабильное течение потока. Сейчас мы будем эту беду исправлять.

Суть работы была достаточно простой: Радимов наполнял моё энергетическое тело целительной энергией, направлял небольшой, но стабильный поток через повреждённый канал и задерживал его между двумя узлами. Затем прогревал проблемный участок, позволяя энергии впитываться. Постепенно она заполняла повреждения и добавляла однородности. Суть в том, что для этого требовалось немного времени, энергии и знаний как эту энергию применить.

— Сегодня и завтра даром не пользоваться. Только в случае крайней нужды, — напутствовал Радимов. — А к тому времени, когда будет нужно выходить на утреннее дежурство, энергетическое тело полностью восстановится. А сейчас иди домой отдыхать, потому как ты в любой момент можешь уснуть.

— Спасибо! — принялся я благодарить заведующего, но тот лишь отмахнулся.

Теперь я мог самостоятельно заняться лечением каналов. Теоретических знаний и практики теперь достаточно, чтобы попытаться самому, но лучше первую процедуру провести под присмотром.

Я вышел в кабинет и заметил знакомую фигуру, мелькнувшую впереди. Направился в ординаторскую, и на пороге столкнулся с одногруппником.

— Пашка! Жилин! — выпалил я, встретив товарища по академии. Приблизительно моего роста, но широкоплечий, с густыми тёмно-русыми волосами. Точно он! Сколько же воспоминаний у прежнего Константина связано с этим балагуром!

Парень ненадолго замер, а затем заулыбался и похлопал меня по плечу.

— Костик! Какими судьбами в наших краях? Ты ведь в первой больнице работал.

— Решил к вам перебраться.

— Правильно! — просиял Жилин. — Теперь в нашей Привольской братии пополнение. Таня Сладкова тоже, кстати, здесь. Со мной в бригаде работает. А что там Толя Мартынов? Всё также нудит, или самостоятельная жизнь сделала из него нормального человека?

— Не напоминай, — поморщился я, не желая вспоминать друга, с которым мы разошлись во взглядах на жизнь.

— Ясно, значит, Толя остался таким же засранцем, каким был в академии. Удивительно, что ты с ним так долго провозился. Ну, хоть сейчас понял что это за фрукт.

Я-то сразу его раскусил, а вот прежний Константин действительно валял дурака, искренне надеясь, что этого самовлюблённого болвана можно перевоспитать.

— А вы в какой бригаде работаете? — удивился я, потому как до сих пор не пересекался ни с Пашей, ни с Таней.

— Третья, — отозвался он. — Я сегодня в ночь, просто заскочил по делам.

— Обидно, не пересечёмся даже по работе, — расстроился я и на мгновение даже пожалел, что меня не распределили сюда с Жилиным сразу. С другой стороны, может, оно и к лучшему? Сладкову там бы точно съели, а я выстоял и перебрался в адекватное место. Конечно, обидно за тех, кто остался и вынужден терпеть придурь Знаменского и компании, но что я могу поделать? Как-то нужно больнице работать.

— О, Дорофеев! Вот ты-то мне и нужен! — выпалил Мокроусов, заметив нас c Жилиным. — С Пашей, я так понимаю, вы уже знакомы?

— С первого курса академии, — ответил я.

— Вот как? Тогда вообще супер! В общем, я хотел согласовать с тобой список приглашённых. Как я понимаю, с Пашей и Таней Сладковой вопрос решённый?

— Разумеется! Буду ждать вас на новоселье.

— Тогда давайте ориентироваться на завтра, часа на четыре. Так я успею пару часов поспать после ночной смены, а у Паши с Таней будет ещё несколько часов до ночной смены.

— Годится! — согласился Жилин.

— А я вас сегодня ждал! — расстроился я.

— Нет, сегодня я до восьми, а потом меняемся с третьей бригадой, так что не вариант. Завтра лучше всего, — покачал головой Мокроусов.

— Тёма, приглашение гостей полностью на тебе. Только Мартынова не вздумай звать. В остальном я тебе доверяю.

— Слушай, мы же веселиться собрались, а не умирать от тоски, — рассмеялся Мокроусов. — Всё сделаю в лучшем виде.

Вернувшись домой, я почувствовал как энергия иссякает. Всё-таки ночное дежурство отбирает много сил, а я ни на минуту не закрыл глаза. Та же операция, отнявшая кучу энергии, а потом восстановление энергетических каналов… Я не удержался и снова запустил проверку своего тела. Как и говорил Радимов, теперь плотность каналов была достаточной. Пропуская энергию через канал, я видел, что она светится полностью, без тёмных трещин и переходит без потерь.

Остаток дня прошёл, словно одно мгновение. Уснув ближе к обеду, я проснулся только вечером, перекусил и направился реализовывать очередную часть плана по собственному совершенствованию. Если с энергетическим телом разобрался, пора браться за физическое.

Бассейн располагался неподалёку от набережной, поэтому мне нужно было пройтись пешком туда минут пятнадцать. Нет смысла ехать, потому как дольше идти до остановки и обратно. Судя по всему, воду качали прямиком из Светлицы. А что, удобно! Достаточно только почистить воду и перекачать в резервуар.

Я не стал брать абонемент, решив оценить местный бассейн, а затем принимать решение. Если мне не понравится здесь, можно проехать несколько остановок, и попробовать ещё один на другой стороне реки. Конечно, не хотелось бы тратить время на дорогу, но главное — качество услуг. Но мне здесь понравилось. Конечно, вечером людей многовато, но я предполагаю, что утром здесь будет практически пусто. С дюжину раз проплыв от одного конца к другому, я выбрался отдохнуть. На первый раз достаточно, иначе отвыкшие от такой нагрузки мышцы завтра меня не простят. Чтобы избежать боли в мышцах, я сразу после душа сделал лёгкий массаж, растерев руки и ноги, а затем поддержал мышцы и кровоток с помощью прогревания даром. Не хватало, чтобы судорога схватила, и я потом несколько дней хромал. Хорош же я буду!

В эту ночь я спал как убитый. Недосып в сочетании с отличной тренировкой помогли мне быстро уснуть, но среди ночи меня разбудил звонок в дверь. Кого могло принести в такое время? Первая мысль была в том, что я мог понадобиться в отделении. Хотя, кому нужен младший целитель? Вот когда наберусь опыта, увеличу объём целительной силы, тогда ко мне могут обращаться за помощью, а сейчас меня есть кем заменить. И всё-таки я поплёлся к двери.

— Кто? — поинтересовался я, заглянув в глазок.

Одним из отличительных свойств артефакта было встроенное свечение, которое активировалось при необходимости. Поэтому, даже если лампочка в коридоре перегорит, или её заведомо разобьют, я всё равно увижу кто стоит за дверью.

Но я полагался не только на артефакт. Умение целителя видеть энергию жизни здорово пригодилось в этой ситуации. Мой ночной гость ещё не успел ответить, а я уже имел о нём представление. Мужчина средних лет, страдает от хронического панкреатита, сейчас у него учащённый пульс и слегка повышенное давление. Хотя, в такой ситуации нужно ещё выяснить какое давление у него рабочее.

— Это сосед из сорок второй, — послышался за дверью грубый голос. — Жене плохо, нужна помощь.

— А почему «скорую» не вызвали? — задал я логичный вопрос и открыл дверь. Я вспомнил своего гостя, пару раз пересекались во дворе, но никогда не общались. А тут, как приспичило, сразу обо мне вспомнил, что я целитель. И как он вообще из соседнего подъезда попал к нам? Никак «Гарант» снова глючит, и пропускает кого не лень.

— А вы тогда зачем?

— Я работаю в больнице, если возникла чрезвычайная ситуация. Могу оказать помощь, но лучше всё делать по регламенту. Вы сейчас потеряли кучу времени, пока бежали ко мне и объяснялись.

— Так это вы тут болтовню устроили, — заметил мой гость и шмыгнул носом.

— Ведите! — скомандовал я, не желая терять ни минуты. Вдруг там что-то серьёзное?

Я вышел в домашней одежде, и лишь накинул куртку, чтобы не задубеть по дороге. Зимний морозный ветер заставил поёжиться и заметно бодрил.

Как я и подсчитал, нам пришлось подниматься на четвёртый этаж, а квартира у них располагалась также, как и у меня — справа от лестницы. Выходит, тоже однушка.

Войдя в комнату, я почувствовал резкий запах мяты, которым очевидно пытались перебить остальные ароматы. Видно, что хозяйка пытается наводить порядок, хоть ей и приходится нелегко. Уже у порога мне пришлось переступить через мужские туфли, небрежно валявшиеся посреди коридора.

— Обувь хоть могла убрать? Перед человеком стыдно! — немедленно отреагировал мужчина, крикнув куда-то вглубь квартиры.

— Где пострадавшая? — задал я вопрос, не желая бродить по дому.

— На кухне, где ж ей быть? — хмыкнул хозяин дома.

Дальше картина повторилась: грязные носки под стулом, пустая тарелка от супа на столе и недоеденный кусок хлеба. И в самом конце комнаты, вжавшись в угол, на полу сидела женщина. Я вмиг отметил её заплаканное лицо, но больше всего меня заинтересовала ровная неглубокая рана на руке. Судя по всему, она была оставлена чем-то острым, а её расположение говорило о том, что женщина никак не могла получить эту рану самостоятельно.

Вот и открылась причина, по которой мужчина не вызывал «скорую». В тёмное время суток, да ещё и на вызов с ножевым ранением бригада «крылатых» наверняка явится в сопровождении хранителей порядка. А эти церемониться не станут, и вмиг составят протокол.

— Ну, справишься? — поинтересовался сосед, выглядывая из-за моего плеча. — Делай уже что-нибудь, ты же не стоять сюда пришёл.

— С раной я быстро разберусь, она не проблемная, а вот с сердцем нужно что-то делать. Причём, срочно.

— А что с ним не так? — удивился сосед. — Ирка, ты чё, помирать собралась?

Разбил ты ей сердце, болван. Может, она и сама этого ещё не понимает, хотя, по жалобным глазам вижу, что достаточно натерпелась.

— Сердечный приступ, нужно срочно везти в больницу, пока не потеряла сознание, иначе потом можем не спасти, — принялся я лепить горбатого. Мне нужно было просто вывести женщину из квартиры, убрать агрессивно настроенного соседа и поговорить с жертвой с глазу на глаз.

— Я никуда не поеду, — покачала головой женщина. — Ребёнка одного не оставлю.

Я понимал, что она побоится оставлять ребёнка с этим психом, и это разумно.

— А где девочка? — заволновался я, не заметив ребёнка.

— Спит уже, — женщина с трудом поднялась и направилась в спальню, а я внутренним зрением отметил ещё и гематому в области солнечного сплетения. Хорошо, хоть ничего не сломано и нет внутреннего кровотечения!

— Вы как хотите, а «скорую» я вызову. Такое состояние — не шутка. Даже если откажетесь от госпитализации, попробуем общими усилиями поставить вас на ноги.

Я вышел в коридор, чтобы поговорить с диспетчером, но мужчина отправился за мной, словно подозревая, что я могу взболтнуть лишнего.

— Девушка, нужна помощь! — произнёс я кодовую фразу, которая должна была сразу насторожить диспетчера. — У аппарата младший целитель Дорофеев, у нас тут полная беда. Женщине стало плохо с сердцем, требуется срочная помощь.

Вторая кодовая фраза должна была исключить случайный вызов хранителей порядка.

— Вы же целитель, разве не можете обойтись своими силами? — удивилась девушка.

— Боюсь, один я тут не справлюсь.

Неужели она не поняла что я хочу сказать?

— Вам требуется дополнительная поддержка? — догадалась диспетчер.

— Да, вы правильно поняли.

— Хорошо, ожидайте.

Через пятнадцать минут бригада «скорой» помощи была на месте. К тому времени я направил волну успокоительной энергии на женщину, позволяя ей немного прийти в себя, а сам спокойно обработал рану. Только срастить не успел. Диспетчер сработала отлично, бригада хранителей порядка подъехала без сирены и проблесковых маячков, а в квартиру полицейские заходили, переодевшись в хирургички с символикой «скорой помощи». Мужчина даже не успел ничего понять, как его скрутили и вывели из квартиры. Уже после этого мы привели в чувство женщину и осмотрели ребёнка.

— Спасибо вам, но будет только хуже, — покачала головой женщина. — Он ведь вернётся домой через пятнадцать суток, и будет вымещать злобу на нас с Линой.

— Тогда вам нужно решаться, и что-то менять в своей жизни. Если не хотите делать это ради себя, так сделайте это хотя бы ради ребёнка.

— Видимо, придётся, — ответила женщина. — Спасибо вам за всё!

Бригады «скорой» и полиции уехали, взяв у девушки заявление, пришло и мне время собираться домой. Уже по пути к выходу я услышал тяжёлое дыхание, доносившееся из соседней комнаты. Невольно заглянул туда и заметил малышку лет четырёх, которая проснулась и сидела на кровати, держась за горло.

Я мгновенно изменил маршрут и ворвался в комнату.

— Что вы делаете? — послышался за спиной удивлённый голос матери ангелочка.

— Привет, солнце! У тебя что-то болит? — поинтересовался я, присев рядом. — Не волнуйся, я целитель и помогу тебе.

Вместо ответа девочка испуганно отшатнулась, а из-за её хрипов я не смог разобрать ни слова.

— Лина, что с тобой? — испугалась женщина, бросившись к дочери.

«Лающий» кашель, сиплое дыхание, хрипота… Я отлично знал что это, потому как в детстве сам очутился в больнице с подобной проблемой. В той, прошлой жизни. Именно после этого случая я и задумался о карьере врача.

— Ларинготрахеит, — произнёс я, присаживаясь рядом. — Девочке тяжело дышать, поэтому она сильно напугана. Ей нужна ваша помощь. Собственно, как и моя.

— Но ведь она была совершенно здорова! — заволновалась мать. — Так, был насморк вечером, но ни температуры, ни боли в горле не было, когда она ложилась спать. Мы дали ей горячий чай с малиной и думали, что этого будет достаточно.

— Такое часто бывает. Вечером всё хорошо, а за пару часов состояние резко ухудшается. У маленьких детей это распространённый случай.

— Вы нам поможете?

— Я не детский целитель, но кое-что могу сделать. Сейчас нам нужно снять отёчность, чтобы облегчить дыхание и немного успокоить малышку. Но у вас тяжёлая форма, поэтому лучше обратиться в больницу, чтобы целители могли присматривать за ней и сразу оказать помощь, как только это потребуется.

Пришлось снова вызывать «скорую» и отправлять женщину с дочкой в больницу. Зная насколько это может быть опасно, пусть лучше девочка будет под присмотром профессионалов. Тем более, матери тоже нужно прийти в себя. Не знаю что она будет делать со своей жизнью дальше, свой долг целителя я выполнил. Если сейчас этот псих её избил и ранил, то завтра может вообще прикончить.

Дома я оказался ближе к утру и провалился в сон, а через три часа меня поднял звонок будильника. Сегодня у меня будут гости, а из угощений ещё ничего не готово. Я подскочил с кровати, достал из морозилки кусок оленины и погрузил в холодную воду размораживаться, а сам направился в душ. После тяжёлой ночи мне требовались дополнительные усилия, чтобы прийти в себя.

Глава 5. Посвящение

Гости начали собираться ещё часа в три. Сначала пришли Паша с Таней. Мне показалось, они отлично смотрелись вместе. Не удивлюсь, если тайком встречаются, или только думают об этом. Следом за ними появилась Алёна Паршина. Тёма молодец, что позвал девушку, а я мог бы и сам догадаться, всё-таки в одной бригаде работаем. Сам Мокроусов немного опоздал и явился в начале пятого, когда мы уже сидели за столом с горячими кружками чая.

— Э нет, так не пойдёт! — покачал головой парень. — Чаи гонять потом будем, а вначале у нас культурная программа.

Артём принялся раскладывать на письменном столе какие-то штуковины, но от этого занятия его отвлёк звонок в дверь.

— Мы кого-то ждём? — удивился я.

— Да, есть один человечек, — расплылся в улыбке Артём.

Боюсь даже представить кого он пригласил. Надеюсь, не Лизу? Я отправился открывать дверь, и на пороге увидел Самошникову.

— Привет, — расплылась в улыбке девушка и протянула мне свёрток с пирогом. — Поздравляю с новосельем и новой работой! Признаюсь честно, пекла не сама. У меня с готовкой полная беда. Но у мамы всегда получаются вкусные пироги, за это я ручаюсь.

— Проходи, как раз уже всё готово.

— Костя, а я с приятной новостью! — оживилась Нина, явно вспомнив что-то важное. — Расследование по вашему делу с погибшим пациентом официально завершено. Сегодня утром Капанина объявили виновным в смерти пациента и отстранили от работы до решения суда.