Мир, где рождаются сказки

Буквально тезисно несколько моментов – и побежали работать…

Из утреннего:

– А ты заметил, что среди врачей попадается множество писателей?

– А чего здесь удивительного? Истории болезни… Пока всю эту штуку придумаешь…

Когда-нибудь я напишу сказку! В ней будет все… Вот интересно, что каждый человек понимает под словом «все»?

В сказке будет обычная жизнь, будет наша рутина, будут люди, которые каждое утро просыпаются, идут на работу и даже не видят деревьев вокруг себя; будут смерти, будут маги, которые ныряют с уважением к смерти и достают персонажей из самых закоулков Аида; будут ведьмы, будут чудеса. Конечно, остановлюсь на ведьмах: мне всегда нравилось, как они могут отбросить все и взять в руки метлу. В этой сказке обязательно будут драконы. Как же без них? Страшные, кстати. Но можно с ними будет выпить имбирного чаю… Да, там будут и люди. У них, конечно, проблемы, они любят друг друга предавать, но они тоже будут. Будут еще вулканы, немного океанов и совсем чуть-чуть приключений, немножко, просто разбавить сказку. Кстати! Да! Там обязательно будет хороший конец.

P. S. Ах да… Может, и не напишу. У каждого из нас есть окно, есть скамейка под подъездом, а за ними целый мир. Создайте свою сказку! Обязательно с хорошим концом. Потом напишем следующую…

Мельница

Это уже стало обыденным, ничего нового: на холме сидели Жизнь, Смерть, Судьба и молча смотрели перед собой.

В целом, они всегда пересекались, но опять! И по тому же поводу!

Всадник спешился и стоял перед ними, явно понимая, что и в этот раз накосячил.

Смерть с Жизнью переглянулись, сплюнули в унисон и пересели ниже по холму.

Судьба развернулась, вздохнула и начала, впрочем, как не раз бывало: «Ты что? Совсем заскокался? Ты что должен был сделать?»

Всадник опустил голову, понимая, что не прав, но в чем, он еще не мог разобраться.

– Ну, подожди. Я должен был пройти по мосту?

– Должен!

– Я прошел.

– А что дальше?!

– Я должен был увидеть мельницу.

– Увидел!

– Ну, я должен был представить, что это дракон и на скаку напасть на нее…

– Напал! Но ты должен был зависнуть на ее крыльях, понять, что это не дракон, а мельница, спуститься с коня, зайти внутрь и начать жить мельником! А ты что сделал?!

– Ну, я отрубил ей крылья, свернул голову и поехал дальше… Но я же не виноват, что у меня богатое воображение?..

Ночь на Монблане

– Здравствуйте, вы давно здесь?

– А по снаряге разве не видно, что недавно?

– Да я в темноте плохо вижу. Да и вы темновато выглядите.

– Нас тут много в горах. А я так, пришел поздороваться…

– Я как-то и не знал, что здесь так «насыщенно» будет, когда сюда собирался. Вот сижу, смотрю на эти вертикальные подъемы и понимаю, что погорячился с восхождением…

– А вниз уже смотрели?

– Да вниз я всю дорогу поглядывал. Честно говоря, не знаю, как мы отсюда спускаться собрались.

– Погода будет хорошая. Я узнавал. Поднимитесь и спуститесь… Ну, немного попугаетесь. Как-то мимо кулуара Смерти вы же прошли сюда? Приблизительно так же и обратно спуститесь. Еще и борзеть будете, за стены не держаться при возвращении. Не вы первые, не вы последние.

– Спасибо, но все равно страшно. Уже пятую сигарету курю. Хорошо, что здесь кофе особо не попьешь, а то бы точно горную болезнь подцепил.

– Кстати, а чего не спите? Вам же в 2–3 ночи вставать?

– А как тут поспишь?! Адреналин зашкаливает, прямо как перед женитьбой!

– Э, не! Там страшнее. Тут бах и все… а там мучайся, и не все…

Открылась дверь приюта, вышел инструктор, я ему показал на тень на склоне и спросил, видит ли он альпиниста. Инструктор долго вглядывался и сказал, что в горах тени причудливые бывают, но тени альпиниста он точно не видит. Попрощались, наш гид пошел досыпать, а мы продолжили разговор:

– Так он и не мог меня видеть. Я ж к тебе поздороваться приходил. Удачи пожелать, да и в целом, сказать, чтоб ты так не трясся от страха. А то здесь все склоны развалишь… Кстати, хочешь страшилку про «Черного альпиниста»?

– Та я в них не особо и верю…

– Ну да, ну да… Ты как-нибудь на цвет своей одежды посмотри…

Фельдшер

Фельдшерско-акушерский пункт стоял удобно, на холме.

Зимой Иван Васильевич обливал холм водой, и местные скатывались по нему, как по горке. Летом приходилось кипятить смолу и спускать ее при каждом нашествии… Холм есть холм, пока еще никому не удавалось дойти до пункта, и это была личная заслуга Ивана Васильевича.

Все началось с неурожая, может, с падения скота, да уже не важно. Иван Васильевич плохо помнил начало. Его больше интересовал каждый новый день и что готовила ночь.

А, нет! Все началось раньше! Иногда, поглядывая в бойницы, Иван Васильевич, фельдшер этого самого фельдшерско-акушерского пункта, вспоминал, как он, будучи выпускником медицинского училища районного центра этого «гребаного района», плюя сквозь зубы, иногда называл свое место распределения. Тогда его еще, кстати, звали просто Ваня, и он не носил кольчугу, не был похож на викинга и просто поехал на работу фельдшером (как он думал, получая диплом).

История началась, когда к нему на прием пришла местная бабушка и пожаловалась, что ее посыпало, потому что соседи сглазили. Иван Васильевич посмотрел старушку и сказал, что у нее простая аллергия на цветение, и назначил антигистаминные препараты. Но! Буквально за неделю деревню облетела молва, что местный фельдшер подтвердил, что бывает аллергия на цветение, вызванная сглазом, и назначил лекарство, и оно помогает! Почерневший от копоти костров, разводимых местными под его амбулаторией, Иван Васильевич вспоминал, что это-то было только начало.

Позже в магазине, когда он покупал хлеб, ненавязчиво спрашивали, чем лечится ангина, и он, будучи молодым фельдшером, отвечал, что антибиотиками. А затем встречал на улицах людей, и те шептались, что Иван Васильевич назначил Савельевой антибиотики от ангины, а она умерла. Короче, что только Иван Васильевич ни делал, чтоб объяснить, что он просто фельдшер, но, когда пришла засуха, а за ней мор скота, все вспомнили, что местный колдун с дипломом фельдшера снимал порчи, морил людей, да и в целом без него уже 70 лет засухи не было…

Иван Васильевич, фельдшер местной амбулатории, заварил чай, посмотрел вниз, поправил прицел арбалета и подумал: «Грамотный человек строил фельдшерско-акушерские пункты на холме…»

Гора

Вечерело. Человек сидел на склоне горы и мечтательно смотрел на закат. Это были те самые места, где он часто бывал раньше и всегда любил посидеть и пообщаться с природой. Вдруг человек услышал знакомый голос. С ним говорила его старая знакомая гора:

– Здорова-здорова! Давно не виделись. Где пропадал?

– Да так, по-разному все. Летал, ездил, ходил и плавал. Смотрел мир.

– А-а-а-а… Ума набирался? Ну и как? Набрался?

– Не, это мне, похоже, не светит.

– Как обычно, разговаривал с ветрами, морями, камнями и горами?

– Ну да, как обычно.

– Ага… а психиатры что на это говорят?

– Говорят, чтоб не разговаривал…

– А, ну а чего ты их не слушаешься?

– В смысле?

– Ты со мной разговариваешь. Я же гора!

– Подожди! Так ты первая начала?!

– Ну, мне можно. Мне-то психиатры такого не говорили!

Серые-серые дни

В сером-сером городе, в сером-сером тумане жили серые-серые люди.

И однажды людям надоела эта унылая и тоскливая погода. Они посмотрели на город и спросили: «Слушай, ну че ты такой серый?»

Город посмотрел на людей и сказал: «На себя посмотрите!»

Ной не ныл

Сергей ехал на работу, увидел, как прилично одетый мужчина пытался словить машину, и остановился подобрать его. Оказалось, что им еще и ехать по одному и тому же адресу.

Чтобы как-то разбавить молчание, незнакомец начал разговор:

– Вы знаете, еду на собеседование.

– О! Прекрасно! Удачи, – ответил Сергей.

– Да все равно не возьмут…

– Хм, так если не возьмут, то зачем тогда ехать?

– Ну, я-то надеюсь, что возьмут, но не возьмут.

– Есть для таких мыслей какие-то причины, вы не подходите по требованиям?

– Да нет. Вполне подхожу, просто я всегда надеюсь на худшее, а когда случается лучшее, то меня вроде и отпускает…

– Что? И так всю жизнь?

– Да. Абсолютно. Так, знаете ли, легче, если что-то вдруг пойдет не так.

– Вы же постоянно живете в стрессе. Я где-то читал, что крыс помещали в стрессовые ситуации и у них от этого печень чуть ли не в малом тазу оказывалась. Надо как-то беречь себя.

– Ну, я так привык. Кстати, мы уже и приехали…. Да нет, не возьмут. У них, наверное, уже и кандидат есть, а меня чисто для галочки пригласили.

– Я в этой конторе работаю директором, и у меня для вас есть одновременно хорошая и плохая новость: кандидата у них еще нет…

Справедливость

Как-то на вершине горы сидели Смерть, Жизнь и Справедливость и играли в игру: Смерть бросала камушки вниз и всегда попадала. Жизнь бросала камушки вниз и никогда не попадала. Справедливость вообще смотрела на это все и заваривала чай.

Жизнь возмутилась:

– Так! Стоп! Я бросаю камушки вниз и ни разу не попала! Разве это справедливо?

– Справедливо, – ответила Справедливость.

– Ок, а я бросаю камушки вниз и всегда попадаю. Это справедливо? – спросила Смерть.

– Да, тоже справедливо, – ответила Справедливость…

Жизнь и Смерть переглянулись и спросили в один голос:

– А ты почему не бросаешь камушки?!

– Та ну вас на..! – сказала Справедливость.

P. S. В это время где-то внизу сидели туристы, смотрели на камнепад и думали: «Хрень, а не денек… Сейчас бы никуда не идти и горячего чаю, если по справедливости…»

Шаман

В тридевятом царстве, короче, у черта на куличках, случилась такая история…

Как-то вдруг, откуда ни возьмись, напала на жителей города мастеров (или города другого, да уже не важно, давно это было), так вот, напала хандра. Глобальная, скотина, хандра…

В три погибели (если не выразиться хуже) урожаи, все туда же (если не выразиться хуже)…

Мэру спасибо. Не совсем бездарным был. Позвал шамана, которого не сожгли еще с прошлой войны, и попросил, ну, не так, чтоб попросил, поставил перед фактом: дела у нас не очень, или что-то решаем, или нет. Ну, шаману тоже долго намекать не надо. Назначил он день, чтоб люди на площадь сошлись. Сидит и спрашивает: «Чем занимаетесь, депрессивные мои?» И тут давай, невзирая на отвращение к обществу, последние из дошедших вещать:

– Да мы из г…на пули лепим… вот, глянь, г…но, конечно…

– А мы просто гадим в соседний подъезд, стыдно, но хоть что-то…

– А я вот из г…на скульптурки леплю, депрессняк, все-таки, ну, хоть как себя развлекаю…

Шаману, вообще, на все это было глубоко фиолетово, его давно не покидала мысль, что зря его не сожгли в прошлый раз, но! Скульптурки?! Сидел он, рассматривал поделки из подручных материалов и сказал: «Да пусть меня сто раз сожгут, но лепите скульптурки, не страдайте фигней». А да… Оказалось потом, что не только скульптурки есть, было еще и не г…но, были краски, люди рисовали… Нет, не все рисовали, многие прыгали на батуте, прыгали с парашютом, ходили в театр, оперу, иногда даже забирались на Эверест…

Сидел шаман и думал: «Н-да, не зря меня не сожгли в прошлый раз, сожгут в этот».

Страшилки у костра

После знойного, жаркого дня в горах туристы наконец-то добрались до привала. Расставили палатки, распаковали рюкзаки, насобирали дров и собрались готовить ужин.